Глава 3. Иллюзии прошлого
21 марта 2026 г., 22:05
Девочка смотрела на гостей своими большими черными глазками и приветливо им улыбалась. Она привыкла встречать людей, подобных этим двоим, и уже точно знала, что им нужно рассказать и показать. Гости же оставались несколько минут в полном замешательстве.
Первым заговорил Ли Вэньян, медленно поднявшись с циновки и не сводя взгляда с маленькой хозяйки.
— Как ты сказала? Город Тонхуа?
Сянь Минь быстро закивала и начала активно размахивать руками, будто всё это время она только ждала момента.
— Именно! А вы не здешние? Никогда не слышали про это место? Поверьте мне, город Тонхуа не просто так назвали! Если вы выйдете на улицу днём, то поймёте, что попали в настоящую сказку… Я не шучу! — девочка помахала пальцем, уверенная в себе, и поманила двух путешественников за собой, подходя обратно к двери, чтобы открыть её. — Хотите, я проведу вас по городу? Вы пришли ночью… Наверное, не смогли ничего рассмотреть?
Ши Хуа тоже поднялся. Подойдя к девочке, он неуверенно спросил:
— Вчера нас привела сюда старушка и назвалась госпожой Дун. Это твоя бабушка?
Спрашивать подобное было как-то неловко. Как будто даже неприлично… Но у Ши Хуа это вырвалось случайно и сожалеть было уже поздно.
Однако девочка засомневалась, переминаясь с ноги на ногу.
— Дорога между большими городами очень длинная… Люди часто останавливаются здесь, чтобы передохнуть. И нередко бабушка разрешает кому-нибудь переночевать у нас, она учит меня доброжелательности и отзывчивости. Но я не знаю никого из Дун, — последнее Сянь Минь произнесла тише. Очевидно, она стала переживать, что сказала или сделала что-нибудь неправильно. А может, и засомневалась в собственной бабушке — как знать, что у детей на уме в такие моменты.
Но Ли Вэньян быстро развеял её сомнения:
— Мы вчера очень устали и, наверное, что-то перепутали. Позже мы обязательно отблагодарим твою бабушку. Ты ведь хотела показать нам город, но мы не хотим занимать тебя. Ничего, если мы прогуляемся вдвоём? — спросил он с лёгкой полуулыбкой, мягко погладив девочку по голове.
Дети без труда велись на что угодно (хотя Ши Хуа был поражён тем, что его спутник был вообще способен на проявление таких теплых эмоций). Так и Сянь Минь, только присмотревшись к его лицу, отбросила все сомнения и добродушно улыбнулась в ответ.
— Но вы же вернётесь? Будет нехорошо, если вы так и не поздороваетесь с бабушкой…
— Конечно, — заверил её юноша. — Я слышал, что ты хотела пойти с друзьями собирать яблоки? Может, и нам тогда будет кусочек пирога?
Ли Вэньян ей подмигнул, и девочка тихо хихикнула, кивнув.
Так, они договорились. И двое путешественников покинули дом, собираясь пройтись. Но стоило Ши Хуа перешагнуть порог и закрыть дверь, как он замер, не смея пошевелиться.
На улице туда-сюда расхаживали люди, молодые и старые, прикрываясь зонтиками от солнца. В прекрасной изысканной одежде, они не спеша шли по вымощенной камнем дороге, мимо богато обставленных ларьков, двухэтажных домов. Некоторые только сейчас выходили из своих жилищ и меняли остатки внутренностей уличных фонарей, чтобы зажечь их на следующую ночь. А от густого ночного тумана не осталось и следа. Не было ни потрескавшихся вывесок, ни развалин, через которые сложно было перешагнуть, ни скрипов старых досок, стонущих от малейшего касания, ни разбитой мелкой щебенки — вместо неё по дороге был выложен рыжий камень. Не было и сырого зловония. Пахло свежими цветами и сладостями с уличного рынка.
Этот город был жив как никогда.
Ши Хуа растерянно огляделся по сторонам, не понимая, как ночью они могли увидеть на место этого красивого города руины и безжизненную пустоту. Пока его спутник вглядывался куда-то, Ши Хуа вытянул одну руку, чтобы сильно ухватить его за плечо двумя пальцами.
Ли Вэньян зашипел и отдёрнулся от него, нахмурившись.
— Зачем ты щипаешься?
Ши Хуа удивленно моргнул.
— Это ведь не Безымянный город, не так ли? Как мы попали сюда?
Однако едва спросив, Ши Хуа и сам понял свою оплошность. Нет, они никуда не уходили, и их никто не перенёс сюда. Город остался на месте, а они — в нём. Но что-то за эту ночь вдруг изменилось, ведь даже при всём желании, выйдя каждый из своего дома утром, Безымянный город никогда бы не смог выглядеть таким «живым», как это было сейчас.
Как и ожидалось, Ли Вэньян ответил тихо:
— Это и есть Безымянный город. Здесь что-то не так, все знают, что он вымер десятки лет назад, здесь пусто, одни только развалины. Я тоже не понимаю, что произошло с этим местом.
— Может, кто-то создал иллюзию?
Ли Вэньян молчал какое-то время. Странные мысли полезли в голову, пока Ши Хуа выжидающе смотрел на него.
— Хочешь сказать, кто-то специально создал видимость того, что город пустует? Скрывают что-то?
Ши Хуа поморгал. Откуда же ему было знать? Он и видел-то это место впервые.
— А почему нет?
Сурово-нахмуренный взгляд его спутника не давал радостных предположений. Наконец Ли Вэньян медленно кивнул и опустил глаза.
— Вполне возможно… Я думаю, призраки постарались. Спрятали всё, чтобы никто не узнал, как они поедают детей вроде тебя…
— Фу, дурак, перестань!
***
На улице звенели колокольчики, которыми размахивали торгаши под навесами. — Подходи! Выбирай! Ли Вэньян помахал рукой перед лицом. Как только они оказались в Безымянном городе, их окружила почти пугающая прохлада, которую и впрямь можно было сравнить с дыханием призраков. Сегодня же, как они встали с утра, воздух вновь стал очень сухим, а на плечи лёг неприятный жар. Разумеется, они ведь только покинули пустыню, но она до сих пор их окружала. Если бы не желание Ши Хуа исследовать странности этого города, его друг предпочел бы остаться в маленьком домишке, раз уж им позволили это. На самом деле, Ши Хуа не совсем понимал этого человека. Он однозначно не любил жару и прямое солнце, но всё равно носил тёмную плотную одежду и несколько слоёв. Между прочим, ещё перед первым шагом в горячие пески Игольчатой цепи им не раз попадался если не источник, то какой-нибудь маленький водоём. Ли Вэньян напрочь от них отказывался. Вернее, он заходил в воду, однако так и не раздевался. Это навело Ши Хуа на тоскливые мысли: неужели однажды в жизни этого человека произошли настолько неприятные события, из-за которых у него остались постыдные шрамы? О которых нельзя было знать совсем никому? Вообще-то его друг совершенно не был похож на того, у кого могли бы появиться переживания по этому поводу… Но как знать наверняка? — Чего застыл? — молодой человек щёлкнул пальцами у него перед носом. Ши Хуа растерянно поморгал. — Я спрашиваю, где ты ещё бывал, кроме своей деревни? — О… Я не слышал, — буркнул он в ответ и потёр лоб. Над этим вопросом даже задумываться не было смысла. — Нигде. Ну как, нигде — сказал тоже… У нас, на самом деле, было некуда пойти или поехать. Пару раз вместе с мамой я бывал в деревеньках неподалеку. Они ведь близко все находятся. А мама была выездным лекарем — даже не лучшим, а просто единственным в округе. Так что к ней часто приходили или звали её. С каждым новым словом парень заметно менялся в настроении. Ли Вэньян хотел начать с отдалённого, однако был чересчур прямолинеен и сам не заметил, как затронул тему, которую не стоило бы. Ши Хуа давно не был ребёнком. Но он был слишком простым и открытым. Прожив всю жизнь с семьёй, разве хватит ему двух месяцев, чтобы обо всём забыть? — Пойдём со мной, — сказал он, махнув рукой, чем быстро перевёл внимание Ши Хуа. — Куда? Ли Вэньян прищурился. — Ты что, не доверяешь мне? Разве не хотел сам изучить город? В конце концов, он просто схватил его за руку и поволок за собой. Целью этого человека стал самый обычный торговец, зевающий от скуки и того, что никто долго не подходил к нему в этот знойный день. Мужчина сложил руки на собственном прилавке и уложил на них подбородок, бездумно глядя вперед. Люди ходили туда-сюда, однако день для торгаша сегодня был пустоватым. И когда к нему подошли двое молодых людей, сразу поздоровавшись, он весь аж вздёрнулся и вскочил на ноги. — А, добрые люди, приветствую, очень рад! Посмотрите, у меня есть много чего! Какой товар заинтересовал вас? Ищете подарок, сувенир? Мужичок быстро увлекся своим мастерством продажи, но Ли Вэньян остановил его, крайне красноречиво скривившись и подняв руку. — Нам ничего не нужно. Мы хотели только спросить… — А, так вы эти… — торговец внезапно переменился и скосил лицо в недовольстве. — Вы от князя, по людям пошли… Город Тонхуа как был возмущён повышением оплаты таможни, так и будет дальше. Да чтоб на их гнилые головы обрушился самый страшный бунт! Пусть к нам хоть сам князь придёт, а деньги мы отдавать не собираемся! Под стражу пойдём, а денег не дадим! Юноши несколько растерянно взглянули друг на друга, но Ши Хуа смог быстро сообразить и замахал руками. — О нет, вы не поняли… Мы не из двора. Мы только хотели узнать немного об этом городе… Торговец сощурился. Он выглядел столь злым, что юноше показалось, будто он сейчас их выдворит чем-нибудь тяжёлым… Мужчина запыхался и раскраснелся, всё ещё что-то бормоча. Но стоило ему приглядеться и понять, что одежда этих простых людей вовсе не похожа даже на задворную княжескую гвардию, это его несколько успокоило, утих и гнев. Печаль, однако, от того, что к нему пришли не деньжат вывалить, не угасла. — О, ну так бы и сказали… Чего мудрить-то? — пробубнил он. — Ну и что вы там хотели? Что нужно узнать про город? У нас не происходит здесь ничего интересного. Ши Хуа только открыл рот, чтобы сразу перейти к сути, но Ли Вэньян положил руку ему на плечо и заговорил сам: — Уважаемый, для начала не могли бы вы подсказать, какой сейчас год? Я и мой друг очень долго путешествовали и немного растеряли понятие времени. Мужчина хмыкнул, усевшись обратно на лавочку под своим навесом. — Где же это вы столько путешествовали, что не признавали ни зимы, ни лета? — переспросил он с издёвкой. — Сейчас восьмой год правления Тончже, мальчик. Такое нужно помнить. Ши Хуа его друг показался словно смущённым. Он лишь моргнул медленно и тихо поблагодарил торгаша за ответ. Но юного путешественника это не устраивало. В конце концов, они оказались вдруг чёрт знает где, а это значило, что нужно как можно лучше изучить это место и узнать подробности. Понять даже, как ведут себя здешние! Чтобы не выделяться сильно и не делать того, что может нести за собой не самые хорошие последствия. Но не успел парень и рта открыть, только примкнул к прилавку, как Ли Вэньян вдруг схватил его за ворот и потащил прочь. Совершенно не понявший такого жеста, Ши Хуа недоумённо вскрикнул и дёрнулся, но хватка оказалась слишком крепкой. Лишь когда они прошли с десяток шагов, молодой человек всё-таки отпустил его. Ши Хуа едва не запнулся и сильно нахмурился, подняв взгляд на своего спутника. Тот сказал раньше: — Не говори с ним. Удивлению не было предела. О, разумеется, маленький путешественник знал, что его товарищ нелюдим и довольно остёр на язык. Но надо же быть настолько бестактным, чтобы уйти посреди разговора! Он раздраженно выдохнул. — Я не понимаю… В чем проблема? Ты ведь сам подошел к нему! Ли Вэньян сложил руки на груди и прищурился. Какое-то серьезное беспокойство отразилось на его лице. — Не говори с ним, — ровно повторил он. Ши Хуа действительно ничего не понимал… Сообразив это наконец, практик вздохнул и кивнул себе на то, что нужно-таки объяснить. — «Тончже» — это звание самопровозглашенного наместника Безымянного города. Говорят, что тот совсем позабыл о своих обязанностях, и город впал в уныние и бедность. — И чем он так удивил тебя? — перебил Ши Хуа раздраженно. Его друг хмыкнул и пожал плечами. — Да ничем. Просто наместник Тончже умер больше тридцати лет назад… А так — совершенно ничего удивительного. По спине маленького путешественника прошел холодок. Всю его грудину неожиданно сковал такой сильный испуг, что он, шокированный услышанным, весь застыл на месте. — Умер! Тридцать лет назад!.. — в ужасе повторил он, передёрнув плечами и обняв сам себя. Ли Вэньян хлопнул его ладонью по спине, вызывая у парня тяжелый вдох, как бы заставляя его замолчать таким образом. Ещё бы! Ведь несколько людей действительно смущённо на них обернулись, не понимая, чего они кричат и кто такой умер. Ведь город-то городом был только на словах, на деле — очень большой и относительно цивилизованной деревней. А в таких местах почти все друг друга знают, так и подумают ещё, что умер знакомый… — Успокойся, к чему так привлекать внимание? — хмуро обратился к нему Ли Вэньян, уходя к дорожке. Ши Хуа не знал, что на это и сказать. Неужели они попали в прошлые годы? Иначе как ещё объяснить то, что здесь сейчас правил человек, давным-давно умерший? В настоящей истории, по крайней мере. Но это могла быть и ширма, укрывшая истинность. Только зачем? Они не были какими-то важными персонами, чтобы скрывать от них страшную тайну. Юный путешественник так сильно тёр лоб, что тот покраснел, а его друг рядом усмехнулся и отвернул голову. Но в одно мгновенье смеяться почему-то перестал, косясь на рыжеющее закатное небо. — В чём дело? — осторожно спросил Ши Хуа, делая шаг ближе, будто собираясь подслушать тот самый секрет, который от них и прятали. Ли Вэньян глянул на него, но не произнёс ни слова. Затем взгляд его снова устремился к закатной полосе, прежде чем он не сдался и не выдохнул резко. — Разве… сейчас не должно быть утро? — спросил он просто. Ши Хуа удивленно округлил глаза, но едва хотел ответить, так и замер с открытым ртом. Это была правда. Они проснулись из-за голосов, и солнце тогда только-только вышло. Если вспомнить, то было довольно жарко, когда они шли по улице, и солнце стояло уже очень высоко. А сейчас… внезапно начало садиться. Они точно не могли ходить так долго. Или это зрение подводит? Усталость? Атмосфера в городе такая? — Забудь. Наверное, мы просто не заметили, как прошло время, — Ли Вэньян посмотрел на своего спутника через плечо и понял, что тот ему совершенно не верит, ещё и смотрит с осуждением! О чём речь, он и сам никак не верил в это глупое предположение. Но обернувшись полностью и подняв одну руку, он ткнул пальцем парню в грудь. — Не знаю, как ты, но лично я проголодался. Давай вернемся. Если день и правда подошёл к концу, то давай завтра во всем разберемся. А ещё нам не помешало бы найти какую-нибудь работёнку. Ши Хуа нахмурил брови и громко цокнул языком. Да он же просто издевался над ним! В такой ситуации как вообще можно было думать о еде и работе? Но Ли Вэньян уже вернулся на тропу и шёл теперь обратно, так что Ши Хуа ничего и не оставалось, кроме как догонять его.***
Вернулись они быстро. Но внутри Ши Хуа поселилась какая-то тревога, потому, пусть он и не стал ничего в итоге объяснять его спутнику, был слишком хмурым и напряженным. Шли они в тяжелом молчании и никак не могли позволить себе произнести хоть звук. Дом, в котором им любезно позволили на время остаться, стоял на своём месте. Всё такой же скромный и уютный. И покаещё живой. В дверях стояла всё та же девочка, сейчас она снова говорила с мальчишками, что приходили утром. Сянь Минь улыбалась им, а после вдруг вытянула руки, в которых держала корзинку. Те в ответ весело смеялись и благодарили её невозможно низким поклоном, пока один брал в руки. Ну конечно, пирог, которым она обещала их угостить. Двое путешественников приблизились к дому, как раз когда мальчишки развернулись и ушли, шумно переговариваясь. Сянь Минь раскачивалась с носка на пятку, придерживая дверь, а когда увидела своих гостей, моргнула и скорее помахала им рукой. — Вас долго не было! — произнесла она. Дождавшись, пока те подойдут совсем близко, она схватила обоих за руки, заводя внутрь. — Вы заставили нас волноваться… Заходите скорее, бабушка приготовила очень вкусную лапшу! И лепешки с зеленью! Пойдемте же! Сянь Минь выглядела настолько радостной, что даже посуровевший от неожиданности Ли Вэньян оттаял. Всё это ощущалось крайне… странно. Было во всём этом что-то пугающе неправильное, от чего сильно стучало сердце. Он искренне надеялся, что это всё из-за усталости. Или после слишком долгого пребывания под палящим солнцем у них стали появляться странные видения. Сянь Минь сказала, что их долго не было. И Ши Хуа тоже внезапно почувствовал ужасную усталость, будто, войдя внутрь, он скинул с себя тяжелый груз, который навалился на него с первого появления в этом городе. На стол выкладывала обещанные блюда старушка. И, конечно же, яблочный пирог. Она была совсем низкой, осунувшейся, и сильно щурилась, что глаз ее было практически не разглядеть. Подняв голову, она со всей старческой нежностью улыбнулась юношам. А девочка рядом заговорила быстро, привлекая гостей сесть за стол: — Бабушка, это те путешественники, о которых я говорила! Они побудут у нас немножко, ладно? Они добрые, я знаю… Я встретила их вчера вечером, — она почти запрыгнула на низкий стул, на котором лежала тонкая подушка. Женщина, наблюдая за тем, как они неуверенно садятся напротив, по-доброму покачала головой и поставила перед ними две чашки с ароматной лапшой. — А-Минь всегда была добра к людям… А в городе Тонхуа чужеземцам всегда рады. Особенно — в этом доме, — голос у старушки был хриплый, но тёплый, будто она была для них самой близкой родственницей. Тем не менее, заметил Ши Хуа, он всё-таки отличался от голоса женщины, которая привела их сюда вчерашним вечером. Очевидно, это была не она. Ли Вэньян вежливо сложил руки, обращаясь к старшей хозяйке дома: — Мы очень благодарны вам за гостеприимство. Надеюсь, что мы не задержимся здесь больше, чем на пару дней, и не будем лишний раз стеснять вас. Ужин прошёл незаметно. Сянь Минь рассказывала что-то своей бабушке, а та ей кивала. Иногда они о чем-то спрашивали двух путешественников, но ни один, ни второй их практически не слышали. Это было… похоже на затянувшийся сон. Он медленно таял, как когда ближе к утру ты начинаешь наконец осознавать, что спишь, но не понимаешь, где для этого взять доказательства и как выбраться. Обычно после этого он очень медленно растворяется, и ты это чувствуешь. Но сейчас Ши Хуа не мог сравнить свои ощущения даже со странным сном. Он и не заметил, как они оказались в постели. Голова жутко болела, точно всё его существо отказывалось воспринимать нынешнюю реальность. Ли Вэньян же выглядел спокойным. До тех пор, пока не заговорил: — Слышал, что сказал этот ребёнок? — вопрос звучал как из-за завесы, плотной и тяжелой. Ши Хуа подумалось, что он просто очень устал, и волнение его тоже растворилось. — Что нас долго не было? — спросил он со вздохом, раскидывая руки по разные стороны и уже закрывая глаза. Тело требовало отдыха после долгой ходьбы по жаре и сегодняшнего странного дня. — Похоже, мы и правда потеряли счёт времени. Такое бывает, да? Ли Вэньян прищурился. Он сел, скрестив ноги, руки сцепил замком и стал перебирать пальцами, напряжённо всматриваясь в чужое лицо. — Нет, — ответ был простой. И надолго повисла тишина. Словно он не был до конца уверен, стоит ли свои мысли вообще озвучивать. Но, в конце концов, он решился: — Она сказала, что встретила нас вчера вечером… И ты не заметил, что не так? Ши Хуа резко сел. У него ни разу и мысль не прошла о том, чтобы обратить внимание на эти детали. О, действительно! Как же можно было не заметить? — Это… это правда? Его спутник вновь смолк. Ши Хуа начал напряженно теребить штанины, ожидая услышать хоть какое-нибудь объяснение. Разве Ли Вэньян не знал всё на свете? А значит, мог бы и растолковать ему, ничего не понявшему, что же в концов происходит в этом городе. — Как я уже говорил… это всё призраки. Тишина в этот раз была дольше. Он что… издевается? Этот дурак ничего больше не ответил. Он только махнул парню рукой, лёг к стене лицом, отвернувшись теперь от него, и закрыл глаза. У Ши Хуа просто слов не было. Как на это… реагировать? Он и сам не хотел больше говорить. Так же отвернулся, поджав губы, и зажмурился, накрыв голову тонким одеялом. Чёрт с ним… Он слишком устал. Но как бы он ни пытался уснуть, как бы сильно ему этого не хотелось, сон никак не шёл. Лишь ближе к утру, когда над линией горизонта стало светлеть, он провалился в беспамятство, забыв и о Ли Вэньяне, и о странностях города… Пока в один момент не услышал негромкое покашливание и весёлый девичий голос: — Сянь Минь желает почтенным гостям доброго утра, а город Тонхуа приветствует отважных путешественников!
