Хар Дешур

https://blogger.googleusercontent.com/img/b/R29vZ2xl/AVvXsEjwT0OIIWZERvpUXDnoEO0hDhb2GZUCQM8SsDlcReH-ZT6ADWiWoCd3i0W_2cHSq2WLnTYMZ8i8NjECK3Gt1d6qJUNnQn1W_O7uSANNXFqIt4vKSVqM8CAQmyCshHv6gNSHdrD1ef9KlPMS1kpEQsx4gtdPmxQ3WTIyw8oX7R-eILXnJtjrsRPQjBabwNH6/s6870/Perchloraven%20aff%20steamy.png В токсичных солончаковых пустынях Марса обитает не так много животных, в основном это мелкие или микроскопические экстремофилы. Но некоторые существа научились использовать враждебный ландшафт. В северном полушарии мы уже встречали каракcора — летающего педика́мбулята, который безраздельно властвует над тамошними перхлоратными пустошами. В пустошах, усеивающих нагорья и тундру южного полушария, можно найти организм, примерно равноценный по экологии, но сильно отличающийся во всех остальных аспектах, предстающий как марсианская пародия на фламинго. Перхлоравен — представитель редких и неуловимых Monopoda, вторично утративших способность летать баллозавров. По какой-то причине их крылья (бывшие задние ноги) атрофировались. У некоторых более архаичных представителей их всё ещё можно использовать для планирования, тогда как у более продвинутых форм, таких как перхлора́вен, они пригодны разве что для социальных демонстраций и поддержания равновесия. Таким образом, их единственная передняя нога (бывшая рука) остаётся органом передвижения. Такая анатомия, очевидно, довольно неловка и хрупка, поэтому неудивительно, что эти организмы редки и встречаются только в условиях, где нет конкуренции или хищников. Перхлоратные пустыни, очевидно, являются именно таким местом. Окружённые километрами токсичных равнин и пыли, термальные соляные бассейны, в которых обитает перхлора́вен, почти идеально изолированы от остального Марса. Здесь он может неловко прыгать и ковылять на своей ноге, не опасаясь никакой опасности. Подобно каракcору, он может выживать здесь благодаря высокой устойчивости к солёной воде и даже к самому перхлорату, имея шесть нефридиев (аналогов почек) вместо стандартных четырёх, которые есть у большинства других дельтодактилий, — это настоящий атавизм, которым он делится с более архаичными онихогнатами. Ещё одна удивительная адаптация, выявленная при препарировании, заключается в том, что тёмные крапинки, окрашивающие его спину и крылья, на самом деле вызваны одноклеточными протероареозоями, которые эндосимбиотически обитают в коже организма. Эти микробы, насыщенные меланином, проявляют признаки радио трофности, подобно грибам, обнаруженным в Чернобыле, будучи способными поглощать и использовать космические лучи и, возможно, даже ультрафиолетовое излучение для метаболизма. Неизвестно, существует ли этот симбиоз просто для защиты перхлоравена от радиации, которой он подвергается на больших высотах, или же он также получает энергию от этих отношений. Некоторые из этих организмов могут свободно плавать в соляных бассейнах, поэтому, вероятно, животное приобретает их через свой рацион. Основной метод питания перхлоравена — фильтрация солёной воды для поиска мелких организмов — очевиден по длинным бахромчатым щетинкам, растущим из его нижней челюсти, наподобие зубов причудливого птерозавра Pterodaustro. Для чего нужны гребень на голове и прикреплённая к нему кожная складка — менее очевидно, хотя, вероятно, они служат какой-то формой социальной демонстрации. Перхлоравены спариваются парами и рождают живых детёнышей, которых выращивают в каменистых гнёздах. Преимущество, которым они обладают перед своими летающими кузенами, заключается в том, что потеря способности к полёту сделала таз гораздо менее жёстким и узким, позволяя детёнышам рождаться гораздо более развитыми. Обычно они могут стоять, прыгать и кормиться самостоятельно уже через день или около того после рождения. Почему перхлора́вен полностью голый, а не покрыт перье-чешуёй, как его родичи, — хороший вопрос. Живя в основном в термальных бассейнах, кажется, что потребность в теплоизоляции отпала, что позволяет организму вернуться к более эктотермному метаболизму для экономии энергии. С зоогеографической точки зрения также интересно, что существует такое северно-южное разделение между ареалами перхлоравена и каракcора. Было высказано предположение, что местообитания кустарниковых зарослей, которые выстилают экватор, могут препятствовать проникновению любого организма в другое полушарие, поскольку они не могут прокормиться в этих зонах и также должны были бы столкнуться с хищниками, от которых у них нет естественной защиты (Ватцлавик, 2114). Против этого говорит, конечно, тот факт, что каракcор умеет летать. Литература: · Ватцлавик, Пауль: Крупномасштабное нишевое разделение по всему Марсу, в: Журнал ксенобиологии, 189, 2114, с. 310 – 377.