Красное

POV - Бен Бекхен Я не успеваю проснуться толком, а командир с самого моего пробуждения начинает серьезный разговор. Пока он сидит напротив меня, я лишь пытаюсь закутаться в одеяло, позорно скрыть свое худощавое тело, мысленно восклицая на свой почему-то голый облик. - Как мне теперь известно, в твоей семье только один альфа, и это твой отец. У меня даже сил на удивление нет, усталость как будто поглотила с ног до головы. Но при этом все равно ощущаю какое-то волнение, опасение на счет Чанеля не выходит из моей головы. Неужели это конец? - Судя по разговорам ваших соседей, он болен. Командир вновь перелистывает страницу, бегло проходясь по написанному там отчету, в котором, как я понимаю, речь идет обо мне и моей семье. - Это так, - проговариваю тихо, в надежде, что меня услышат. А сам тем временем прячу взгляд все в том же злосчастном одеяле, боясь смотреть на Чанеля. - Кроме отца, в твоей семье есть папа и младший брат, который является омегой? - Да. - И ты тоже, - даже дышать становится трудно от волнения, и на секунду, мне кажется, как будто волнуюсь сейчас не я один. – Бекхен, ты понимаешь, что скрыл ото всех информацию о том, что омега? Мне не хочется отвечать. В данный момент чувствую себя загнанным маленьким зверьком, ожидающим безжалостного наказания. Но уже ничего не изменить, надо просто взять за все ответственность. Не понимаю откуда, но я ощущаю какую-то надежду, которую дает мне командир Пак своим лишь присутствием здесь. Судя по документам в его руках, ему многое известно обо мне, но он не спешит сообщить об этом, не отдает приказа о наказании из-за столь серьёзного проступка. Пак слишком расслабленно сидит напротив, иногда я улавливаю его легкую улыбку, отчего хочется улыбаться самому, что я незаметно все же делаю, скрываясь проклятой тканью одеяла. - Да, - сердце замирает, но посмотреть на командира не решаюсь, ощущая его взгляд на себе. Недолго длится молчание, которое прерывает шуршание простыней рядом. Командир Пак садиться рядом со мной, и я не успеваю что-либо сделать, когда чувствую крепкие объятия. Он прижимает меня к своей груди, а я продолжаю утыкаться в одеяло. Слишком жарко, думается мне. Да, у меня есть какое-то странное желание довериться Чанелю полностью, но переживания внутри не дают расслабиться полностью. - Я должен был понять это гораздо раньше. Он шепчет эти слова практически мне в ухо, от чего тело отзывается приятной дрожью. Мне слишком приятно быть в его объятиях, чересчур хорошо слышать тяжелое дыхание рядом, что чувствую зарождающийся вновь жар. Даже стыдно за себя немного, гребаная течка дает о себе знать, и животное чувство заставляет незаметно даже для самого себя льститься к чужому телу. - Ты можешь на меня положиться, я помогу, - возможно, мне мерещится легкое касание губ на шее. – Я не обещаю тебе большего, только помощь, но, черт, Бен Бекхен, почему ты свалился на мою голову такой, такой…

***

Меня будит грохот где-то сбоку, только со временем до доходит, что этот звук издает резко открывшаяся дверь. Почему она опять не закрыта – первым приходит на ум. Затем мне становится интересен человек, послуживший причиной всего этого шума. На пороге разглядываю в маленьком пареньке Кенсу, который кажется чем-то обозлен. Будучи до сих пор сонным, все равно замечаю гневный блеск его глаз, сжатые со всей злости кулаки. - Что здесь происходит? Парень чуть ли не шипит эти слова по слогам, медленно подходя к кровати. А я только сейчас понимаю, что все также лежу практически голым в постели командира, из-за чего предательский румянец наверняка покрывает мои щеки вновь. Кажется, я быстро засыпаю в объятиях Чанеля, от чего становится немного стыдно перед ним. - Отвечай на вопросы, когда тебя спрашивают! Кенсу кричит во весь голос, от этого становится немного жутко. Я не знаю, кем именно является этот парень. Но он точно принадлежит к высшему сословию, если живет во дворце, так свободно ходит вокруг и носит такие дорогие и изящные одежды. - Извини, но не подумай ничего лишнего, - говорится с трудом, во рту сухо, что хочется сделать хотя бы ничтожный глоток воды. – Я сейчас не в лучшем состоянии, так что отсыпаюсь, а так как являюсь помощником командира, эта комната также является и моей. - Не смеши, никогда не поверю, что Чанель будет делить свою комнату с кем-то вроде тебя, - видимо от нервозности, но Кенсу начинает ходить из стороны в сторону. – Боже, да тут все пропахло тобой, как омега может быть на службе! Не знаю, как ты обманул его, но я так просто не спущу все это тебе с рук, даже не думай, что Чанель обратит на тебя внимания, никогда в жизни! Мое тело до сих пор ломит от усталости, в голове какой-то туман, а не поток рассуждений и мыслей. Я не особо осознаю смысла чужих слов, что не нахожусь с ответом. Сейчас хочу всего лишь лечь обратно в постель, прикрыть глаза и погрузиться в сон. Но стоит мне только прикрыть глаза, как в мыслях появляется Чанель. Вспоминаю, что до этого смог уснуть в его крепких руках уже дважды. От этого воспоминания опять хочется оказаться рядом с ним. Но крикливый парень продолжает ходить рядом и раскидываться своими угрозами в мою сторону. - Почему тут так шумно? Когда в комнате появляется мужчина, о котором я практически мечтал пару секунд назад, громкий парень в своем духе выкрикивает чужое имя, подбегает к нему и липнет всем телом. От вида такой картины сердце сжимается от какой-то неприятной ревности, на которую я просто не имею никакого права. Возможно именно это осознание заставляет лечь обратно и отвернуться в другую сторону. Стоило уложить голову на мягкую подушку, как сонливость накрывает с новой силой. Я пытаюсь вслушиваться в чужой разговор, но не всегда улавливаю смысл. Вроде бы Чанель вновь заступается за меня, отчитывает паренька, а тот лишь продолжает кидаться колкостями в мою сторону, но все же успокаивается и вскоре покидает комнату. После хлопка закрывающейся двери, я слышу тяжелые вздохи со стороны командира. Не знаю как, но ощущаю его усталость даже сейчас. Мужчина без какой-либо спешки снимает верхнюю одежду, которую я вскоре наблюдаю скинутой на стуле. Практически сразу после этого кровать проминается под чужим весом, а затем запах можжевельника вновь как будто обволакивает меня. - Я могу тебя обнять? Чужой шепот приносит какое-то умиротворение. Но я не понимаю, зачем он спрашивает меня такое. Зачем ему обнимать меня? Сейчас я вообще мало понимаю происходящее, но мне до дрожи во всем теле хочется ощутить эти крепкие руки на своем теле вновь. Я лишь могу кивнуть в сторону, надеясь, что Чанель расценит это правильным образом. Командир же слегка касается моего плеча, пытаясь повернуть в свою сторону. - Посмотри на меня, пожалуйста. Его низкий голос сводит с ума. А взгляд, на который я натыкаюсь при обороте в его сторону, смущает еще больше. Чанель же теперь прижимает меня к себе, а я опять утыкаюсь в его грудь. Сейчас себе кажусь таким маленьким, но при этом настолько защищенным. - Нам нужно поговорить обо всем этом. Я понимаю, что тебе сейчас тяжело, ты так дрожишь в моих руках, признаюсь, мне немного тяжело сдерживаться. Но я не перейду черту, когда ты не можешь хорошо оценивать свои действия. Такое странное чувство расплывается внутри, кажется, слезы выступают, туманят взор. Мне правда стоит все списать на свое нынешнее состояние. На самом деле ни мне, ни командиру это не нужно. Не нужно что? - Мне страшно от сложившейся ситуации, - я проговариваю это слишком тихо, как мне кажется. Из-за этого решаюсь наконец-то оторваться от чужой груди и посмотреть на Чанеля. Я не знаю, чего ожидаю увидеть. Но натыкаюсь на теплый взгляд карих глаз. Мужчина с такой нежностью сейчас разглядывает меня, ожидая продолжение разговора. Это придает уверенности, хотя до смерти смущает и путает больше. - Поцелуй, - неожиданно срывается с моих уст. – Хочу, чтобы вы поцеловали меня. Господи, что же я творю, сразу же проносится в моей голове. Нет, нет, нет. Я не мог, это точно не мои слова. Мне не дают времени на то, чтобы попросить Чанеля забыть о такой безрассудной просьбе. Командир слишком нежно приподнимает лицо за подбородок, при этом приближаясь ко мне еще ближе. Я вижу, как его губы тянутся к моим, и не могу отказать себе в желании зажмуриться со всей силы. Я смущаюсь, не знаю, как поступить дальше. Стоит ли мне так же придвинуться ближе? Могу ли я коснуться чужого лица, ощутить подушечками пальцев легкую щетину? Пока я продолжаю грузить себя вопросами, Чанель не медлит, затягивает в поцелуй. Его действия такие неторопливые, хотя одна рука давно прижимает к себе за талию. Ладони мужчины будто обжигают, но от всего этого хочется оказаться еще ближе. Страх куда-то улетучивается, стоит ощутить легкие поглаживания по спине. Я даже не замечаю, как позволяю углубить поцелуй. Мне просто хорошо, непростительно хорошо сейчас.