In your shadows

Сукуна не может дышать.  Что-то тяжёлое, весом примерно со слона, лежит у него на груди и давит на лёгкие. Сукуна тихо застонал, пытаясь пошевелиться и набрать побольше воздуха, но, что бы ни упиралось ему в грудь, оно не двигалось, а пружины дивана неприятно впивались в спину. Было слишком рано, чтобы вставать, но он уже всё равно проснулся. Сукуна снова пошевелился, услышал вой, но не встал. Он был почти уверен, что не сможет, с этим слоновьим весом на груди.  Что-то влажное коснулось его щеки, и любая сонливость, которую он когда-либо испытывал, мгновенно его покинула. Сукуна открыл глаза и увидел довольного полуночно-чёрного хаски, бьющего хвостом о его живот.  — Какого хрена? — пробормотал себе под нос Сукуна.  Увидев, что он, наконец, проснулся и начал говорить, Киро нетерпеливо сел, уперевшись лапами ему в грудь всем своим собачьим весом. Как собака вообще может столько весить? Вот почему Сукуна никогда не любил домашних животных. Они странные.  — Пошёл прочь, — простонал Сукуна. Киро заскулил, абсолютно не обращая внимания на его возмущение. — Эй, я тебе что, лежанка? Да, Сукуна, определённо, не был большим любителем питомцев.  Он протянул руку, отталкивая собаку назад, чтобы можно было сесть. Было чуть больше шести утра, и Киро сидел рядом с ним, взволнованно дыша, навострив уши, и казался очень довольным жизнью. Сукуна поднялся, потягиваясь, чтобы облегчить боль в ноющих мышцах, и Киро лёг прямо там, где он только что лежал, настолько счастливый, насколько это возможно для хищной собачьей морды. — Эй, засранец, у тебя есть своя лежанка, — пожаловался Сукуна.  Киро фыркнул на него и не сдвинулся с места.  Избалованный пёс. Впрочем, каков хозяин, таков и пёс. На самом деле, Сукуна не был уверен, как Мегуми вообще терпит домашних животных, но вчера он выглядел таким счастливым, когда ему вернули собаку, что Сукуна не мог заставить себя слишком уж страдать по этому поводу.  Хотя он всё равно будет жаловаться.  Мегуми вышел из своей комнаты, протирая глаза и весело фыркнув, когда увидел Киро, лежащего на импровизированной кровати Сукуны.  — Почему он не спит в своей лежанке? — спросил Сукуна, пихнув собаку. Он даже слегка ему завидовал, потому что Киро уже спал. Сукуне хотелось бы, чтобы и он так легко засыпал.  — Раньше он так делал с Широ. Я думаю, он скучает по тому, чтобы спать рядом с кем-то, — размышлял Мегуми, протяжно зевая.  Сукуна потёр спину, пытаясь облегчить боль. — Я, чёрт возьми, сегодня же куплю тебе новый диван. Ты хорошо спал? Мегуми впервые с тех пор, как здесь оказался Сукуна, выглядел хорошо отдохнувшим. У него всё ещё были лёгкие мешки под глазами, но он выглядел так, будто хорошо выспался. Сам Сукуна немного завидовал и ему тоже.  — Не нужно покупать новый диван, — возразил Мегуми. — В этом нет необходимости.  — Ты собираешься убить меня и мою спину, ты хоть понимаешь масштаб бедствия? Я думаю, в этом действительно есть необходимость.  С губ Мегуми сорвался тихий, искренний смех, такой же милый, как и он сам. Сукуна вскинул руки в знак поражения и направился на кухню. Сегодня был день, когда ему понадобится кофе. Много кофе.  — Я не слишком много спал, — сказал Мегуми, пытаясь отвлечь Сукуну от мыслей о диване. — Чуть больше, чем обычно.  Сукуна покачал головой. — Типа, три часа вместо двух? Что ты вообще делаешь по ночам, если не спишь? Он ожидал опровержения, протеста, что Мегуми обычно спал больше, чем один или два часа, но вместо этого Фушигуро лишь слегка пожал плечами. Сукуна вскинул на него удивлённый взгляд и увидел, что Мегуми стоит рядом с кухней, явно пытаясь не казаться слишком уж заинтересованным в завтраке, который готовит Сукуна.  — Да, мне обычно удаётся поспать примерно пару часов. Единственный способ уснуть надолго — это если я приму лекарство, которое выписал доктор, но мне не нравится его принимать. Я потом целый день не могу прийти в себя… и я боюсь слишком крепко спать, — Мегуми опустил глаза, и у Сукуны сжалось что-то в груди.  Сукуна мог это понять.  Он достал кофе, налил воды в кофемашину и взял яйца из холодильника. В последний момент он вспомнил и вытащил ещё и молоко, а из шкафа достал сахар и корицу.  — Я понимаю, иногда принимать лекарства — отстой, особенно, если… Он остановил себя, прикусив язык прежде, чем смог продолжить своё идиотское «если». Если есть риск того, что сталкер снова вломится. Если Мегуми будет ещё более вялым от лекарства и не сможет дать отпор, если будет нужно.  Было слишком много «если», и он просто  сделал вид, что откашлялся.  — Неважно, можешь выпить таблетку, если хочешь, и хорошо отоспаться. Я здесь на случай, если что-нибудь случится, — рассуждал Сукуна.  Он смешал два яйца и немного молока в маленькой миске, а Мегуми засыпал кофейные зёрна в машину. Они легко работали рядом друг с другом, не натыкаясь и не мешая, и в этом была уютная гармония, от которой Сукуне хотелось улыбаться.  Тем временем Киро храпел на диване, как избалованный пес, каким он и был.  — Что ты делаешь? — спросил Мегуми, пытаясь разглядеть содержимое миски, когда Сукуна добавлял сахар во взбитую яично-молочную смесь. Он поморщил нос от запаха.  Сукуна слегка толкнул его локтем. — Нарежь немного клубники, хорошо? Я готовлю французские тосты.  Хмыкнув в знак подтверждения, Мегуми открыл холодильник и вытащил маленькую коробку с клубникой.  Сукуна окунул в смесь толстые кусочки хлеба и медленно положил их на сковороду, чтобы они прожарились. Для чего-то настолько вкусного, французские тосты было не так уж и сложно готовить, если уж на то пошло. Сукуна никогда раньше не делал этого сам, но он видел, как это делают Юджи и другие.  Мегуми нарезал несколько ягод и отложил их в сторону, потянувшись за корицей. Когда Сукуна выгнул бровь, Мегуми пояснил: — Без корицы тут не обойтись, этому меня научила Цумики. Сестра, верно. Сукуна перевернул тост, чтобы убедиться, что он прожарился равномерно и не подгорел. Мегуми налил себе чашку кофе и, немного подумав, взял чашку и для Сукуны.  — Я удивлён, что твоя сестра тебя не навещает, — размышлял Сукуна, пока выкладывал на тарелку французские тосты, как только они были готовы.  Рука Мегуми дрогнула и замерла, когда он посыпал тосты корицей, а в другой руке держал маленькие ломтики клубники. Потом он выдохнул, достал из шкафа кленовый сироп, полил им тосты и отложил в сторону.  — Тебе не обязательно мне что-то объяснять, — в конце концов сказал Сукуна, когда Мегуми замолчал. — Моя семья тоже не из лучших. Мегуми поморщился. Он отнёс тарелку к столу, где Сукуна присоединился к нему, как только дожарил свой тост. Он должен был признать, что корица что-то добавляла, какую-то приятную пряность. Юджи обычно добавлял ваниль в их французские тосты, когда готовил их по выходным. Корица ощущалась иначе — она больше подходила Фушигуро.  — Правда? — спросил Мегуми. Он пронзил тост вилкой и принялся медленно пережевывать.  — Ну, далеко не такая хреновая, как у тебя, — признал Сукуна. Его отец, возможно, бросил их, но, по крайней мере, он в некоторые моменты всё-таки появлялся.  Хотя вряд ли это успокоило Мегуми. Он сердито вгрызся во французский тост, казалось, больше намереваясь растерзать его на мелкие кусочки, чем на самом деле съесть. — Я не видел Цумики с тех пор, как всё это началось, — наконец сказал Мегуми. — Я не хотел, чтобы она… была вовлечена во всё это.  — Я уверен, что любая сестра беспокоилась бы о тебе, почему бы тебе не попробовать поговорить с ней об этом? — Сукуна пытался. Чёрт, Сукуна уже вернул сюда собаку, он мог бы привести и сестру, да кого угодно, если бы это сделало жизнь Мегуми хотя бы немного радостнее. Мегуми отодвинул тарелку, когда съел половину тоста, и отправился насыпать еды в миску Киро. Ладно, возможно, он слишком сильно раздувал проблему. В конце концов, это дела Мегуми. Сукуна отнёс обе их тарелки в раковину, оставив их отмокать на потом, так как ему не хотелось мыть посуду прямо сейчас. — Давай сходим куда-нибудь сегодня, — внезапно сказал Мегуми. — Я хочу прогуляться и провести время на свежем воздухе.  Погода была ясная, довольно солнечная, и Сукуна не видел причин не пойти на прогулку. Сейчас для них было куда опаснее всё время находиться в квартире, чем на улице. Он взял со стола свои новенькие электрошокер с пистолетом, и пристегнул их на ремень.  Мегуми схватил с двери поводок и надел кроссовки. Так, видимо, они возьмут с собой собаку? Сукуна уже несколько пожалел, что забрал у Маки пса… Он надел свою обувь, убедившись, что все окна заперты, прежде чем подойти к Мегуми у двери. Он осторожно положил руку ему на поясницу, выводя Мегуми из квартиры.  — Есть идеи, куда ты хочешь пойти? — спросил Сукуна.  Киро хорошо вёл себя на поводке, который Мегуми мягко держал в одной руке, а другой быстро постукивал по экрану телефона. Девайс несколько раз звякнул в ответ, прежде чем Мегуми сунул его обратно в карман, слегка улыбнувшись Сукуне.  — Мы собираемся встретиться со всеми в парке, — сказал Мегуми, слегка рассмеявшись, когда Киро издал радостный лай.  — Со всеми? __________ Мегуми действительно имел в виду всех.  Киро был отстёгнут от поводка, но всё ещё оставался рядом с Мегуми, если только кто-нибудь не бросал ему палку, которую он подобрал неизвестно где и притащил с собой. Даже если палку бросал кто-то другой, собака всегда возвращала её Мегуми, что само по себе было забавно.  Сукуна сидел на единственной свободной скамейке в парке и играл в карты с Ютой и Маки. Оказалось, что Юта был довольно милым, поначалу немного застенчивым, хотя вокруг него, определённо, была устрашающая аура безапелляционной силы. Из него вышел бы отличный телохранитель.  — Ты когда-нибудь думал о том, чтобы стать телохранителем? У тебя бы это отлично получилось, — сказал Сукуна, откладывая карты, чтобы сбросить их.  Юта с улыбкой покачал головой, решив тоже сбросить карты, чтобы не идти против Маки. Она могла блефовать в любой игре. Сукуна решил, что Маки тоже могла бы быть хорошим телохранителем.   — Я хочу быть учителем, — ответил Юта. — В конце концов, за детьми будущее. Сукуна принял это и взял колоду, чтобы начать перетасовывать их для следующего раунда. — Я думаю, вы двое бы отлично справились с подобной работой. Если вам интересно, в моей компании найдется местечко. У Тоге есть моя визитка, как и у тебя, Маки. Юта мягко улыбнулся, оглядываясь на Тоге и Мегуми. Они по очереди бросали палку Киро, который, похоже, совсем не устал. Сукуна знал, что хаски были одной из самых энергичных пород, но всё же.  — Это хорошее предложение. Я буду иметь в виду, — согласилась Маки. Она взяла свои новые карты, оценивающе глядя на них сквозь очки в лиловой оправе.  У Сукуны было предчувствие, что они с Ютой проиграют и в этом раунде.  — Как там дела? — спросила Маки через мгновение, — С его проблемой.  — Своим чередом. Ничего нового, — хмыкнул Сукуна. Он посмотрел на Юту, молча размышлял про себя.  — Знаешь, вы с Мегуми чем-то похожи. Вы тоже родственники? — спросил Сукуна, указывая на Юту одной из своих карт.  Он несколько минут назад выяснил, что Маки была его кузиной.  У Мегуми и Юты были одинаково чёрные волосы и острые черты лица, хотя у Юты были тёмные глаза, а волосы спадали на лоб, а не торчали вихрем. Хоть убей, Сукуна никак не мог понять, как Мегуми удавалось делать так, чтобы его волосы выглядели естественно. Это был какой-то отдельный странный вид магии.  Юта рассмеялся, и его лицо преобразилось. Он стал выглядеть как минимум на пару лет моложе только от улыбки. — Нет, нет, мы не родственники. Он мой кохай? Я бы так сказал.   — Не знаю, в семье Зенин трахаются со всеми, чёрт бы их побрал. Ты вполне можешь быть как-то с нами связан... Но, кстати, разве ты не очень дальний родственник Годжо? — заметила Маки.  Сукуна решил, что тот, кто смог разобраться в этом странном генеалогическом древе, заслуживает как минимум медали. Ему придётся попросить у Годжо одну такую, если этот человек в очередной раз его не уволит.  — Да, но мы настолько далёкие родственники, что это может и не иметь значения. У меня больше общего ДНК с бананом, чем с Годжо, — размышлял Юта.  — Нечестное сравнение, с бананами хотя бы приятно находиться рядом, — парировала Маки. О да, Сукуне нравились эти двое. Он отложил карты, снова перетасовав, чтобы сосредоточиться на разговоре. Все трое, похоже, забросили игру в покер, в которую пытались играть.  Юджи наконец, пришёл с сумкой-холодильником наперевес, и кое-кем ещё, кого Сукуна с радостью больше никогда бы не видел. Юта и Маки проследили за его взглядом, и оба посмотрели на Мегуми в поисках подсказки, как реагировать.  Но Мегуми почти не обратил внимания на Камо Норитоши, и вместо этого радостно поприветствовал Юджи и помог ему отнести холодильник к столу для пикника, за которым они сидели. Через мгновение Камо сел на скамейку рядом с Сукуной, но держась от него на приличном расстоянии.  — Кто тебя пригласил? — спросил Сукуна, закатив глаза.  Маки свирепо ухмыльнулась Сукуне, который только недоуменно посмотрел на неё в ответ. Возможно, она нравилась ему не так сильно, как он думал. — Веди себя хорошо, — сказал Мегуми, положив ладонь Сукуне на плечо. — Прошлое осталось в прошлом. И если Норитоши хочет остаться, пусть остаётся, — Мегуми упёрся подбородком в макушку Сукуне.  — Извини, если я не хочу, чтобы твой бывший тусовался где-то рядом со мной, — парировал Сукуна, но звучал явно не таким недовольным, как планировал.  Мегуми слегка ущипнул его за ухо, не настолько, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы прояснить его точку зрения. — Веди себя хорошо, Суку. Я хочу весело провести день.  Юджи швырнул Сукуне в руки банку апельсиновой газировки, которую он не пил с детства. Тогда она была его любимым напитком. — Да, Суку, веди себя хорошо. — Ой, заткнись, паршивец. Мегуми рассмеялся, и Сукуна прижался спиной к его груди. Ладно, так вести себя хорошо было… допустимо.  Раздали бутерброды, чипсы и тому подобную фигню, что Юджи прихватил в магазине по дороге сюда. Было совсем по-другому видеть, как Мегуми улыбается и активно разговаривает со своими друзьями, а его собака радостно скачет рядом с ним.    — Прошу прощения, если чем-то обидел тебя, — тихо сказал Камо, не притронувшись к еде и напиткам.  Маки едва скрыла улыбку, опустив голову, а Юта с беспокойством посмотрел на неё, но пока молчал.  — Ты должен извиняться не передо мной, я не тот, кого ты бросил, — категорично сказал Сукуна. — Мегуми там. Камо нахмурил брови. — Я не бросал его… Сукуна закатил глаза и ответил: — Именно это ты и сделал.  — Ладно, вы двое, пожалуй, достаточно, — попытался вмешаться Юта, но Сукуна поднял руку останавливающим жестом.  — Его сталкер угрожал моей матери, что мне было делать? Продолжать надеяться, что он не серьёзно? — гневно спросил Камо. — Ты не представляешь, каково это, когда угрожают кому-то, кого ты любишь и о ком заботишься.  Сукуна выгнул бровь. Все за столом замолчали.  Камо понял свою ошибку через секунду и отпрянул так далеко, как только мог. Даже Юта больше не хотел вмешиваться во имя мира.  Сукуна встал, зло усмехнулся и одним быстрым движением ударил Камо Норитоши прямо в челюсть.  Это было не то, чему он учил своих новых рекрутов. Бить кого-то по лицу было опрометчиво, у человека было больше шансов сломать себе костяшки пальцев, чем сломать чьё-то лицо. Но этот удар был таким, таким приятным. — Да что ты, блядь, говоришь? Человеку, о котором я забочусь, угрожают уже грёбаный год. И ты бросил его при первых же признаках опасности, чтобы спасти свою ничтожную задницу, — Сукуна замахнулся снова, но… Но нежная ладонь легла ему на руку, мягко потянув назад. Сукуна наполовину ожидал, что Мегуми разозлится, но он даже не выглядел расстроенным.  — Эй, — тихо сказал Мегуми, — успокойся, ладно? Он больше не имеет никакого значения. Я в порядке.  Тихо хмыкнув, Сукуна поднял руку, которую всё ещё жгло от удара Камо, и мягко обхватил щёку Мегуми, лишь немного удивившись, что Мегуми это ему позволил. Он погладил большим пальцем его острую скулу.  — Я никому не позволю причинить тебе боль, — сказал Сукуна.  Не только его сталкеру. Не только кому-то чужому. Сукуна позаботится о том, чтобы никто не причинил вреда Мегуми.  Но Мегуми лишь усмехнулся и закатил глаза, слегка отстранился и повернулся к ребятам, которые все, затаив дыхание, наблюдали за ними.  Юджи закинул в рот чипсы, выпучив глаза, словно смотрел напряженный момент в фильме.  — Ой, я думала, что вы двое наконец-то поцелуетесь, — поддразнила Маки.  Мегуми отмахнулся от неё, повернулся к Юджи, украл у него немного чипсов и направился снова бросать палку своей собаке. Камо всё ещё потирал челюсть, которая была ярко-красной и быстро начинала опухать. Сукуна сел рядом с ним и взял колоду. Несмотря на то, что он этого не хотел, он решил вести себя хорошо и втянул Камо в их следующую игру в покер, даже не взглянув на него.  — Тем не менее, я должен поблагодарить тебя, Камо, — задумчиво произнёс Сукуна.  Камо посмотрел на него, взяв протянутую ему Ютой банку холодной газировки и прижав её к челюсти. — За что? За то, что, наконец, получил шанс мне врезать? Покачав головой, Сукуна ухмыльнулся, глядя в свои карты. — За то, что Мегуми стал свободным — для меня.  Глаза Маки за очками в фиолетовой оправе вспыхнули озорным блеском, прежде чем она повернулась к Камо, который бросил карты и встал вместо того, чтобы играть с ними в покер. Они втроем наблюдали, как Норитоши подошёл к Мегуми, что-то тихо сказал ему, прежде чем Мегуми равнодушно отвернулся, а Камо ушёл из парка, ни с кем не попрощавшись.  — Я сказала Камо, что Мегуми никогда не примет его обратно, — задумчиво произнесла Маки.  Сукуна сделал большой глоток апельсиновой газировки и посмотрел, как Мегуми бросает палку Киро и смеётся.  Юта хмыкнул, подвинув столбик из фишек для своей ставки. Маки повторила за ним, и Сукуна тоже, теперь, наконец, намереваясь выиграть у этих двоих.  — Мы все ему так сказали, — согласился Юта. — Но он был дураком, который утверждал, что Мегуми всё поймёт и дождётся его. На фоне смеялись Юджи и Мегуми, играя с Киро. Мегуми выглядел таким красивым.  — Но его потеря, — хмыкнул Сукуна, — и моя выгода. ——— Было поздно, совсем глубокая ночь, когда тихий скулёж прорвался сквозь сон Сукуны. Он издал тихий стон, протирая глаза, и увидел, что Киро положил голову на край дивана. — Что такое? — спросил Сукуна.  Пёс снова заскулил, запрокинув голову, а Сукуна сел. Как только он это сделал, собака заняла освободившееся место, лишив его возможности лечь ещё раз.  Сукуна провёл рукой по волосам, а другой погладил по шерсти собаки, хотя про себя раздраженно думал, что пёс вернулся домой всего пару дней назад, но уже дрессирует самого Сукуну.  — Я больше не хочу просыпаться с тобой на моей груди, ты тяжелая задница, — пробормотал Сукуна, стряхивая с себя остатки сна.  С тем же успехом он мог бы немного обыскать квартиру, если не собирается снова засыпать. Часы на плите показывали, что сейчас почти три часа ночи, время, когда большинство людей снова пошло бы спать. Но не Сукуна.  Он только что закончил проверять ванную и, к счастью, ничего не нашёл, когда услышал тихий шорох. Дверь спальни Мегуми осторожно открылась, из неё высунулась голова и огляделась по сторонам.   — Что ты делаешь, милый? — спросил Сукуна.    Напряжённые плечи расслабились, и Мегуми вышел из своей спальни целиком, одетый в мешковатую чёрную рубашку, которая грозила соскользнуть с одного плеча и обнажить его бледную кожу. Довольно… горячо.  — Мне показалось, что я услышал шум, — тихо сказал Мегуми, а затем, мгновение спустя, добавил. — Я не могу уснуть. Сукуна ткнул большим пальцем в сторону своей «кровати», где тихо посапывал Киро. — Твоя собака буквально украла мою кровать, поэтому я не хочу ничего слышать. У тебя хотя бы есть постель.  Однако Мегуми обхватил себя руками, и выглядел невероятно маленьким в темноте. Как будто он мог раствориться в собственной тени в любой момент. Сукуне потребовалась секунда, чтобы переварить это, потому что он всё ещё чувствовал, будто может заснуть стоя. Затем Мегуми развернулся, собираясь вернуться в свою комнату, и Сукуна вздохнул, потирая переносицу. — Тебе приснился кошмар, милый? Он действительно не ожидал, что Мегуми расскажет ему об этом, даже если всё так и было. Но Мегуми остановился, схватившись за себя немного крепче, и Сукуна получил тот ответ, который ему был нужен.  Возможно, пёс не был таким уж засранцем, если специально разбудил Сукуну. Со своего места на диване Киро выжидающе смотрел на них обоих, как будто это был его генеральный план с самого начала.   Мегуми застыл, совершенно неподвижный, когда Сукуна подошёл к нему. Мегуми был не закрыт, но и не совсем открыт. Словно это было где-то посередине, решающий момент, чтобы посмотреть, что сделает Сукуна.  — Тебе часто снятся кошмары? — спросил Сукуна, потянувшись к нему. Он мягко взял своего подопечного поверх его собственных рук, не пытаясь сдвинуть с места, но предлагая хотя бы немного утешения. — Он собирается меня убить, — прошептал Мегуми ему в горло. — Когда-нибудь он убьёт меня.  Ему не нужно было спрашивать, они оба знали, о ком мог говорить Мегуми, кого Мегуми мог бояться. Неуверенный, Сукуна обнял Мегуми за плечи, крепко прижимая его к себе.  — Ни за что, — заверил Сукуна. — Никогда, пока я здесь. Я не позволю. Я защищу тебя.  Он осторожно отодвинулся назад, прижимая Мегуми к себе, пока они не оказались возле дивана. Киро посмотрел на них с жалостливым скулением, но слез с дивана, когда Сукуна приказал ему. В кои-то веки послушался.  Он осторожно сел, утянув Мегуми себе на колени. Мегуми сначала напрягся, но потом сразу расслабился, как будто решил, что на какое-то мгновение всё будет в порядке, но только на мгновение.  — Когда-нибудь, — тихо начал Мегуми, — он меня убьёт.  Сукуна тихо вздохнул, прижавшись носом к черным локонам. До него донесся запах жасмина, мягкий и успокаивающий.  — Я не позволю этому случиться, — снова заверил Сукуна, шепча ему в висок, едва касаясь его губами. Мегуми судорожно выдохнул и сильнее прижался к Сукуне.  Он медленно гладил руками по спине Мегуми, пока его дыхание не выровнялось, пока он мягко не засопел во сне, и Сукуна не смог уложить их обоих рядом на диване. Это был странный беспорядок из конечностей и комковатых подушек, но с Мегуми в его руках, казалось, в целом мире не было места удобнее.  Даже во сне Мегуми крепко сжимал его рубашку, словно Сукуна мог бы исчезнуть, пока он спал.