Меч и Посох (Трилогия: Старый Мир)

Королевство Агрилан, главный тракт, в трёх верстах от города Махарант, двадцать шестой день месяца цветня, 1313 год.

      – Да ну нет! На самом интересном закончилось! – Прошипела Иоанна, перелистывая последнюю страницу книги. – Недозволительно на таком заканчивать историю! Недозволительно! Текст чепуха! Автор – лепёшка конская!       – От таких слов можно и в саму книгу переместиться! – посмеялась Виенна, протиравшая посох. – Чего ж вы так автора хаете?       – Я же сказала! Закончил на самом интересном! Сражение за судьбу Вест-ламара! И тут на-те! Продолжение следует!       Этьен издали наблюдал за тем, как его подруга сквернословит и тихонько посмеивался. Уже очень смешно Иоанна выглядела, когда злилась. Тёплая погода чуть поднимала настроение, особенно яркое солнце, слегка припекавшее компанию варягов и чародеев. Правда, на небольшой полянке подле дороги, в тени сосен скрывались не все члены артели.       Алексей и Любомила ушли около нескольких часов назад в столицу Агрилана – Махарант, дабы вытащить оттуда шпиона кодантийского. Идти всем скопом варяги и чародеи не решались, ибо сие могло вызвать некоторые подозрения в крупном-то городе. К тому же, отправлять надо было объективно самых сильных, кто в случае непредвиденной ситуации сможет уберечься сам и сбережёт шпиона. Посему и пошли варяги, являвшие собой одну из трёх сильнейших охотничьих двоек по всей гильдии.       Мечислав и Торольв отрабатывали приёмы в спарринге. Как-будто им не хватило недавней драки из-за гневоморов, во имя всех богов. Добрава же распивала невесть откуда взявшееся вино, ну а Бьёрга, на удивление, решила вздремнуть. Почему бы и нет, собственно? Путешествие – дело выматывающее и лишний момент восполнить силы — это редкая удача!       Этьен впервые находился в подобном походе, но держался вполне себе молодцом, равно як и Иоанна. Честности ради, от чародейки было даже больше пользы, чем от самого Этьена. Чародей, к слову, сидел подле Эйвара. Он наконец сдержал слово и поведал рыжевласому богатырю основы своей магии, разумеется, не раскрывая подробностей. Обычно чародеи Санторнаса, да и чаровники Мирграда, не раскрывают суть своей магии, опасаясь того, что сие могут использовать супротив них. Этьен этого тоже опасался, но хвастливая натура, засевшая глубоко в душе и периодически проявляющая себя, не дала ему промолчать.       – Эвано как, етить это всё в три прогиба! – искренне восхитился Эйвар. – Уменьшение объектов с помощью магии и хранение их в наручах под одеждой! Недурно!       – Есть такое. Но в этой магии много сложностей и подводных камней, так сказать. Увеличение объекта до исходного состояния происходит самостоятельно, примерно через секунду после отцепления от наруча, в котором изначально заложена циркулирующая эссенция. К тому же само поддержание уменьшенного вида требует недюжинной концентрации. Помимо этого, изменять размер живых существ я не могу… и ещё несмотря на быстрое возвращение в истинную форму, вновь уменьшить объект крайне трудно и времязатратно. Должна пройти минимум минута, дабы я смог уменьшить рапиру. В общем, сложно найти такой магии применение.       – Да уж, действительно трудно это всё, етить всё это через коромысло! – Проговорил Эйвар, вытащив меч из ножен.       Пора было почистить да наточить клинок, так подсказывало чутьё. А чутьё варягов редко обманывает. Любая ошибка могла стоить охотникам на нечисть очень дорого, а потому их, так называемое, шестое чувство, работало отменно.       – А ежели прицепить к твоим мечам магические нити и пропускать через них эссенцию, то можно же будет усилить контроль за возвращением твоих клинков до стандартных размеров?       Этьен призадумался. С такой точки зрения он данный вопрос не рассматривал, а посему потребовалось время, дабы хотя бы примерно прикинуть возможность данного варианта.       – В теории, мне кажется, такое может быть! – наконец молвил чародей. Его взгляд был устремлён в землю, однако иной раз скользил по всё ещё причитавшей из-за книги Иоанне.       – Ну так и вот, етить! Почему б тебе не бросать эти рапиры во врагов, прицепляя к ним нити? Они ж один хрен не заметят, як в них попадёт нечто настолько маленькое. А потом, когда клинок будет уже внутри них: БАМ! Разорвёт им голову к чертям собачьим! Быстро, просто и со вкусом, как говорится!       – А ведь и права… хотя, точность бросков будет крайне сложно регулировать, надо будет долго с этим практиковаться. Благодарствую! И как только мне самому это в голову не пришло?!       – Знаешь, обычно гениальные люди, сами того не замечая, усложняют себе жизнь, не замечая простых решений. А ведь иной раз именно всё до одури простецкое и является гениальным, етить! – хмыкнул Эйвар, доставая небольшой точильный камень. – Другими словами, ты просто размышлял о более возвышенных применениях своей магии, потому и забросил то, что буквально маячит пред очами!       – Что ж, наверно иногда стоит быть проще, а? – улыбнулся Этьен.       – Ага! Когда относишься к вещам чуточку проще, сберегаешь нервы!       – Это поэтому ты такой раздолбай? – спросил Торольв, отвлекаясь от тренировки с Мечиславом.       – Кто бы говорил! – пробурчал Эйвар в ответ. – Следи лучше за движениями Мечислава, а-то скорёхонько продуешь!       – Не тебе поучать меня!       – Но он прав, – подал глас Мечислав, сбив Торольва с ног точным ударом ступнёй по колену. – Не отвлекайся, коль жизнь дорога!       Эйвар тотчас засмеялся, едва не повалившись спиной наземь.       – А ну-ка захлопнись!       – И не подумаю! – сквозь смех проговорил Эйвар.       И несмотря на то, что богатырь смеялся, Этьена что-то смутило. Нечто неправильное было в том смехе. Фальшивое. Ненастоящее. Как будто лицедей на сцене притворялся кем-то иным. И не один чародей заметил это. Первой, кто обратил на сие внимание, стала Виенна.       Все варяги разом напряглись, стали прислушиваться. Иоанна оглядела их, не разумея, что происходит. Этьен же, тем временем, поспешил успокоить охотников:       – Это Любомила и Алексей. Я чувствую их эссенцию. Но с ними ещё две персоны. Их магический фон слаб и мне неведомо, кто они. Скажу одно, это явно не чародеи.       Спустя короткое время, верхом на тех старых клячах, которые были получены варягами в селе Полшенское, приехали Алексей, Любомила и две девицы. Одна – соломеноволосая красавица возраста Виенны, с домрой за спиной, а другая сама простая девчушка зим шестнадцати, не более. У Эйвара отвисла челюсть. Равно як и у Виенны.       – Каиса?! Айка?! – воскликнули Виенна и Эйвар разом.       – Ого, какие люди! Герои моей первой баллады про варягов! – пропела Каиса, спрыгивая с лошади. – Давно ж мы с вами не виделись!

Кодантийское царство, на границе княжеств Престольного и Брайтерес, лес подле холмов, двадцать шестой день месяца цветня, 1313 год.

      Берёзовый лес. Место умиротворения. Самопознания. Отдыха. Кодантийские крестьяне частенько, в перерывах от постоянных домашних дел, любили прогулять меж берёзок, поспать под их ветвями, прочувствовать их запах, приносящий спокойствие. Берёзы вообще были очень распространены в Кодантийском Царстве, а посему занимали, так сказать, особое место в жизни народа. Великий Царь со своею свитою ныне тоже выбрался в берёзовый лес на границе двух княжеств своего царства, но отнюдь не ради отдыха. Всему виной оказалась объявленная чуть больше седмицы назад «Царская Охота». Обычай древний и, чего уж таить, крайне опасный. Такое бы понравилось славным воинам из Асгнира, особенно учитывая тот факт, что у них есть аж три подобных обычая! Но сейчас не о них.       Возведя простые шатры для дружинников и более крепкие и красивые для знати, вся небольшая армия, собранная против неизвестного чудовища, устроила привал. Дружинники травили байки возле разожжённого костра, чародеи обсуждали магические темы, а князья говорили о политике. Всё як всегда. Какие-то моменты с течением времени неизменны, даже спустя сотни зим.       Владимир, правитель Иворбрадского княжества, поднялся со своего места под предлогом «ноги размять», после того как князь Ирдереский по имени Беревер указал на своеобразную «пользу» Агриланского конфликта для Кодантии. Владимир и без того ведал, что Беревер – крупный пузатый дядька, занимавший пост князя уже довольно давно, был замешан в поставках помощи повстанцам в Агриланском королевстве. Он – один из трёх кодантийских князей, кто оттягивал разрешение гражданской войны. Нет, как выяснил Владимир, эти князья сами не начинали войну, а лишь поддержали повстанцев, уже желавших войти в состав Кодантии, равно як и Родселендская верхушка в целом поступила со своей частью. Изначально князь Иворбрадский полагал, что и те, и другие создали эти группы искусственно, но как оказалось нет. Люди сами потянулись в их стороны, а какой нормальный политик откажется от выгоды, которая действительно может улучшить состоянии государственной казны и, что куда важнее, состояние его собственной мошны?       Помимо Беревера Смурного, в поддержку повстанцев «Ордена сиреневой лилии» под предводительством Тристана вар Сафада тайно выступали Младослава Грозная – княгиня княжества Благодворского и Владислав Серый правитель княжества Брайтерес. Владимир, конечно, запомнил их, всё-таки эти люди имели значение, хотя с радостью бы стёр их из памяти. Двое последних правили своими княжествами даже меньше самого Владимира, а уже пытались залезть во внешнеполитические заговоры отнюдь не низкого уровня! Без опыта и дельного плана… дурачьё, не иначе.       В самом большом шатре из всех, что расставили в лесу, разумеется, проживал Великий Царь Иван, вместе с личной стражей и чародеем Идульфом Снежным. Хоть для Владимира царский чародей являлся загадкой, да и чутьё подсказывало, что он скрывает нечто о своём прошлом, однако то же самое чутьё, нарекаемое иной раз «шестым чувством», подсказывало, что он вовсе не враг. И Владимир решил пока считать именно так, просто не спускать с него глаз. Правда последнее было сложно выполнить из-за того, что с Идульфом крайне редко доводилось пересекаться.       Несмотря на солнечную погоду, воздух в округе становился всё холоднее и холоднее по мере того, как Владимир пробирался по накатанной дороге к пещере, на которую давеча наткнулись дружинники. По предположениям, инеистый огр, а возможно и великан, расположился именно тут. И чем сильнее мороз укалывал сквозь одёжу, тем больше в это верилось.       Когда князь Иворбрадский добрёл до пещеры, то увидел, як все сидят подле больших костров, стараясь согреться. Дубак стоял зверский, будто наступила зимняя пора. Владимир, стуча зубами, уселся к костру, за которым восседали варяги. Две девы – пара чаровница и богатырша, и два мужчины – чаровник и богатырь. Две варяжские двойки сидели поодаль, пристально следя за пещерой.       – День добрый, милостисдари варяги! – проговорил Владимир, унимая дрожь. – Против не будете, коли подсяду?       – Что вы, княже! Как мы можем быть против? Садитесь! – молвила чаровница, имя которой Киара у которой отсутствовало два пальца на левой руке.       – Благодарствую! – поблагодарил Владимир, усевшись на небольшое брёвнышко подле лысого богатыря с именем Руидан. – Ну как? Чего разумеете по поводу чудища?       Варяги переглянулись, словно переговариваясь без слов.       – Коли это действительно огр, то его без проблем можно будет назвать великаном, – вздохнул чаровник Вельрил, у которого отсутствовал правый глаз и часть уха, опять же, с правой стороны. – Либо же неведомое нам морозное чудище. Магия льда здесь просто потрясает воображение!       – Краем уха, – солгал Владимир, ибо про тот инцидент он узнавал намеренно и долго, – я слыхал про случай в Благодворском княжестве. С храмом Бальдра. Кажется, его заморозили и порушили. Неужто это такой же инеистый великан сотворил?       Варяги вновь переглянулись. Князь Иворбрадский приложил все усилия, что не рассмеяться им. Неужто они и правда думают, что подобное происшествие так легко замять?!       – Там иной случай, – ответила богатырша Майлина, через всё лицо которой проходили шрамы от когтей, –заклятие порушило всё изнутри, значит колдовавший сам находился внутри. Остальное нам не ведомо, просим прощения.       Владимир кивнул. Он ведал, что эти варяги, в числе прочих, прочёсывали местность подле храма. Брали образцы для изучения. Пытались снять то проклятие. Кстати говоря, развеять гильдия варягов то заклинание так и не сумела, а посему та глыба льда и по сей день огорожена и замаскирована особыми чарами и рунными кругами.       – Скучно сидим как-то! – зевнул Руидан, показывая всем отсутствие переднего зуба. – И почему вы с собой бардов да скоморохов не взяли?       – Царь посчитал, что без них будет лучше! – ответила Майлин. – Но надеюсь, медовухи-то хоть взяли? А-то як же нам потом праздновать победу над чудищем?       – За мёд не переживайте. – Успокоил Владимир. – В дополнение к нему у нас ещё имеется вино из Эфириса, водка и самогон из царских погребов! Пирушку мы здесь устроим что надо! К тому же, барды со скоморохами всё же будут! Только явятся завтра под вечер, дабы их не задело сражение. Жаль моего личного барда здесь нет. Уж она-то бы даже в пылу битвы могла б баллады распевать!       – Смелая дева, значится! – кивнула Майлин, выказывая уважение. – А где она сейчас?       – Путешествует, – коротко ответил Владимир, – решила найти себя!      

Королевство Агрилан, главный тракт, в трёх верстах от города Махарант, двадцать шестой день месяца цветня, 1313 год.

      

Всю жизнь варяги в пути,

Но концовка лишь одна!

Валгалла их ждёт впереди,

Заберёт вмиг Навья страна!

А до этого, как ни крути,

Всю жизнь варяги в пути…

      Закончив петь, Каиса оглядела новую публику. Варяги были поражены умением барда и им потребовалось несколько секунд, дабы отойти от услышанного и начать хлопать в знак одобрения. Даже Эйвар и Виенна хлопали, хотя ещё несколько минут назад краснели, когда Каиса пела другу балладу, основанную уже на их сражении с баюном.       – До сих пор не верится, что ты и есть тот самый шпион Кодантии! – диву давался Эйвар, когда овации прекратились.       – Главное умение любого шпика – скрыться на виду у всех!       – Подожди-ка… так это ты увидела, як мы позволили баюну?.. – осеклась Виенна и Каиса посмотрела на неё самым невинным взглядом.       – Возможно. Но вы не переживайте за это.       – О чём это вы? – спросил Этьен.       – Ни о чём! – разом сказали Эйвар и Виенна.       Всей группой было принято решение ещё немного передохнуть и двинуться в путь уже на следующее утро, ибо вечер уже близился и пару вёрст погоды не сделали б. Посему они заранее приготовили всё для ночёвки, распределили очерёдность ночных дежурств. Вокруг царила атмосфера спокойствия и гармонии. Всё шло как нельзя лучше, часть плана уже удалось осуществить, а значит осталось лишь добраться до волхвов «Солнца и Луны» и произвести ритуал поиска. Ну а дальше, необходимо было уже разделиться. Часть бы отправилась доставлять Каису и Айку в Кодантию, а именно в Иворбрадское княжество. Вторая же часть группы побрела туда, где злоумышленники держат Лайру. Ничего сложного. Вот только это лишь на словах.       Всегда есть этот злополучный закон подлости, который рушит планы именно в тот момент, когда всё идёт как нельзя лучше. Насмешка ль это Богов, проказа судьбы, банальное невезение иль просто случайное стечение обстоятельств? Ответа на сей вопрос не ведает никто, хотя он, по праву, один из древнейших. Человечество долго мучалось в попытке разгадать сию тайну, но безуспешно. Посему, люди уже попросту принимали эти «несчастья в самый ответственный» момент як данность. Даже в литературе не стеснялись использовать подобный приём, дабы создать для героев своих книг ситуации настолько опасные, что смерть их становилась почти неотвратима. Но некоторые, безусловно, перебарщивали с этим.       Однако не стоит отрицать, что и в жизни частенько происходят подобные моменты. Муж неожиданно пришёл раньше положенного, застав благоверную с купцом с рынка, после чего жена не знает, как всё объяснить. Или боярин увидел як крестьянские дети воруют яблоки с его удела и теперича они не знают, сколь сильно их будут лупить розгами. Так произошло и с варяжско-чародейской компанией. С разницей в доли секунды, все насторожились. Варяги, благодаря своему шестому чувству, ощутили опасность, Этьен же из-за чувствительности к магии и особым способностям, почувствовал присутствие неизвестных магов. Сильных магов. А Иоанна же напряглась потому, что напряглись все. Раз все нервничают, значит что-то явно не так, верно?       Совсем скоро причина общей тревоги появилась пред ними, даже не скрываясь. Мужчина с разного цвета глазами, вооружённый эфирисийскими саблями, женщина в закрытой одежде, с расписным платком на плечах и непокрытыми чёрными як смоль волосами. И четыре рыцаря в чёрных доспехах. Эйвар с Виенной уже видели похожую броню. На таком же «рыцаре», ворвавшемся в город Моэрдрас, впустившем в град толпы чудищ, убившего одну из варягов и пытавшимся забрать Зорю.       – Давно не виделись, Алексей! – крикнул разноокий мужчина с саблями, кладя руку на сердце и кланяясь. – Уж не припомню даже, сколь конкретно зим!       – Итон вар Терегрон, – с нескрываемым презрением молвил Алексей, – позор гильдии варягов, о котором принято молчать. Ну, нездравствуй!       – Грубовато! Но, ты всегда таким был, так что я не в обиде!       – Да мне начхать с высокой колокольни! – фыркнул Алексей. – Чего ты тут забыл, байстрюк?       – Спешу напомнить, что байстрюк я короля этого королевства! Ну, уже почившего, к сожалению. Эх, бедный папенька… ну не суть. Перейдём лучше к делу, не против? У вас тут есть та, кто нам нужна. Отдайте её и разойдёмся!       Алексей повернул голову на Каису и Айку. И дураку было ясно, кто именно им нужен. Но оставался вопрос: для чего?! Они выведали какие-то важные сведения и теперича их преследовали, дабы вызнать нечто о группировках, которые претендуют на престол Агрилана не меньше самого Итона? Или же речь о чём-то большем… вопросы крутили в голове, но Алексей отбросил все лишние думы прочь. Не имело значения, для чего именно этому выскочке, бросившему варяжский путь ради разбойничества, необходима была Каиса. Цвайхендер оказался в руках Алексея довольно быстро.       – Не стоит вступать в схватку с тем, кого не сумеешь победить! – ехидно проговорил Итон, поправляя складки на дублете. – Мы вам не по зубам!       – Много о себе возомнил, Итон. Як и всегда!       – Вы ещё не ведаете, якая кара вас настигнет! – спокойно сказала женщина, что была с Итоном. – Вы ведь даже понятия не имеете, с кем имеете честь вести беседу!       Пот пробежал по лбу Этьена. Он имел самые лучшие сенсорные способности и ему не составляло труда понять. Эта неизвестная барышня куда сильнее Итона. А запас её эссенции не уступал тому, что имелся у Любомилы. Опаснейший противник из всех, с кем вообще сталкивался младой чародей!       – Как уже сказал мой дорогой друг, – молвила Любомила, встав в стойку и приготовив к сражению магический жезл, – нам начхать с высокой колокольни!       – И очень зря! – со смехом говорила женщина. – Имя мне Яга! И сейчас вы познаете мощь сильнейшей вёльвы! Отступитесь, пока не поздно!       – Не дождёшься! – крикнул Алексей.

Кодантийское царство, на границе княжеств Престольного и Брайтерес, лес подле холмов, двадцать шестой день месяца цветня, 1313 год.

      В один момент всё изменилось. Животные в округе совсем затихли, скрываясь от надвигавшейся опасности. Варяги подскочили со своих мест, хватаясь за оружие. Дружинники тоже почувствовали неладное. Даже нечувствительные к магии люди ощутили поблизости мощную эссенцию. Некто могущественный забрёл в этот лес. И намерения его были явно недобрыми.       Прошло без малого две минуты, прежде чем взору дружинников и варягов предстал виновник всеобщей тревоги. Крупное рогатое существо с кошачьей мордой и габаритами медведя, оно шло на задних лапах, одетое в кроваво-красную шубу и держало в руке меч с клинком-фламбергом. Очи его пылали, да и сам он представлял из себя словно ожившее пламя неистовой ярости, что таится в самых недрах пламенных гор. Чудище неспешно приближалось, скалясь на всех и вся. Оно жаждало устроить бойню и ничто не могло усмирить его.       Владимир глядел на неведомое создание, не понимая, что ему делать. Достать меч? А будет ли от этого прок хоть малый?! Быть может убежать? Опять же, имеется ли смысл?! Варианты приходили в разум князя Иворбрадского столь же стремительно, сколь быстро он отметал их за несостоятельность.       Житеслав появился совсем внезапно. Як и другие чародеи с князьями. Все как один готовые к битве не на жизнь, а на смерть! Воодушевившись этим, Владимир тоже достал меч. Коли уж погибать, то в бою и с честью, дабы попасть в Валгаллу на Пир Героев!       – Привет заговорщикам от Итона вар Терегрона! – прорычало чудище с улыбкой и двинулось в атаку.       Несколько дружинников преградили ему путь, но чудищу хватило лишь одного взмаха, чтоб разрубить всех их надвое. Пламя со свободной длани твари вырвалось наружу, спалив заживо с десяток обученных воинов. Варяги же оказались проворнее. Выучка и навыки, полученные в Мирграде и отточенные за годы странствий давали о себе знать! Руидан, вооружённый шестопёром нанёс удар по голове козлорогого, сразу же отпрыгнув назад. Майлин в это время перерезала стилетами сухожилия на задних лапах существа. А Вельрил и Киара атаковали совместным водным заклятием.       Как правило, все стихии в этом мире уравновешивают друг друга. Огонь истощает воздух, свет рассеивает тьму, вода тушит пламя, тьма не даёт явиться молнии, земля вбирает в себя воду, воздух сдувает землю и так далее. Потому против чудовищ на подобии ифритов – духов огня, – очень ценятся чаровники со стихией воды, ибо именно она доминирует над пламенем при равной эссенции, вложенной в заклинания. Однако против чудища, которое явилось пред подданными Великого Царя, требовалось применить водные заклинания воистину невероятной мощи. Ибо его пламя испаряло любую жидкость за мгновения.       Это было всё равно что бороться с лесными пожаром в засушливую жаркую погоду, когда огонь успел поглотить площадь соразмерную с несколькими крупными городами, а у тебя лишь неполное ведро воды и уверенность в себе. То бишь бесполезно, глупо и крайне опасно.       Ежели бы чародеи, пришедшие на помощь, обладали магией стихии воды, то борьба стала б куда эффективнее, однако увы, таковых не нашлось. Руидан и Майлин вступили в схватку с чудищем используя все фехтовальные умения, а Каиара и Вельрил поддерживали их магией. Удары, увороты, атакующие заклятия, защитная магия, выпады. Ничего из этого не работало должным образом. Всего через минуту чудовище отсекло Руидану руку. Ухмылка на лице твари, столь злостная и отталкивающая, показывала, что он и не сражается в серьёз.       Водная защита также не уберегла и чаровников. Багровое пламя испарило влагу, дотла сжигая Вельрила и опалив левую часть тела Киары. Майлин зашла чудовищу со спину, готовая перерезать тому глотку, но плавным движением фламберга тот рассёк её голову надвое. Бездыханное тело богатырши пало наземь, а глава развалилась на части. Брызги крови, повреждённые мозги, всё оказалось на земле.       Княжеский чародей Беревера Смурного сотворил заклятие, и земля под ногами разверзлась. Козлорогое-котомордое существо тут же пало в образовавшуюся пропасть, а чародей затворил её.       – Не так уж и сло…       Столп пламени, вырвавшийся из земли, сжёг зазнавшегося чародея так, что он буквально стал рассыпаться на обугленные кусочки. Чудище выбралось из земли довольно быстро и Владимир заметил, как его немногочисленные ранения почти затянулись. А варяги, предназначенные для охоты на подобных тварей, уже выведены из строя.       И только Владимир подумал, что от оставшихся варягов не будет никакого проку, як Руидан замахнувшись шестопёром, вдарил что было мочи по глазу, а Киара, не терявшая сознание на одной силе воли, сжала водный шар и выпустила его в виде пронзающей всё на своём пути струи. Заклятие пронзило правую грудь чудовища, но оно и не думало сдаваться. Скорее наоборот, всё сражение только распалило в нём пламя азарта!       – Отлично сработано, Житеславушка! – похвалил Владимир своего чародея. – Быстро ты их подлатал!       – На варягах всё заживает як на волкодлаках! К тому же они через чур живучие. Вспомните тех двух, которые с баюном управились! – ответил Житеслав.       – Это уж точно. Живучие они гады! Но и этот юродивый, – проговорил Владимир, не спуская глаз с чудища, – много лучше в этом плане!              Крампус оглядывал тех, кто выступил против него. Четыре чародея, пять князей, порядка дюжины дружинников и два варяга, не умершие только чудом. У одного из охотников отсутствовала рука, но кровь из обрубка уже не бежала. Некто перебинтовал его, хоть и видно, что на скорую руку. Вторая же охотница также получила помощь в виде нанесённой на обожжённую часть тела мази. К тому же на обоих наложили мощное заклятие исцеления. И этим «кем-то» был чародей Иворбрадского князя. Один из лучших чародеев-лекарей.       И дураку ясно, что в подобных сражениях лучше убрать именно его, ибо из раза в раз он будет править здоровье недобитым врагам. К тому же сей лекарь-чародей гораздо искуснее многих других, да и было в его магии нечто знакомое, но давно позабытое… да, хуже целителя в бою с группой противников только некромант. Крампус невольно вспомнил Кощея и усмехнулся.       Отбросив все ненужные мысли, козлорогое чудище двинулось вперёд. Какая-то чародейка использовала магию призыва, отчего на Краспуса набросилось несколько крупных духов орлов серо-дымного цвета. Мелкая неприятность и не более. Быть может, против Итона подобное и сработало бы, но против него, первородного духа яростного огня, подобное всё равно что медведю деревянным нож!       В два мгновения оказавшись подле Житеслава, Крампус атаковал его пламенем, сбив того с ног и отбросив на добрые десять саженей в лес. Пред чародеем, конечно, успела поставить стену воды та чаровница, которую обдало огненным заклинанием совсем недавно, однако это не важно. Заклятие Крампуса стократ превышало мощь эссенции той жалкой водички, так что теперича можно было не ждать проблем от Житеслава. Ведь як видел Крампус, лекарь-чародей всё ещё горел, неподвижно лёжа подле дерева.       Вдали громыхнуло. Словно Перун во гневе своём решил наказать грешников! Крампус повернулся в сторону, откуда исходил шум. Молнии золотистого цвета били в одно и то же место, хотя на небе не было ни облачка. Всякий сразу уразумел бы, что это есть ни что иное як магия, причём довольно-таки искусная.       «Это ведь в стороне, куда направился Йормунганд!» – задумался Крампус. – «Неужто там нашёлся столь сильный чародей? Тот самый Идульф?»       Не теряя ни секунды, чародеи и чаровница обрушили на супротивника шквал различных заклятий. Несколько деревьев снесло вместе с корнями, земля растрескалась, будто произошло землетрясение. Крапмпус отбил большую часть атак, но как только напор магии ослаб, в дело вступили дружинники и богатырь. Их выпады и размашистые атаки отражать было гораздо легче, вот только частота их оказалась в разы выше. Но и урон ниже. Не проблема.       Не прошло и пяти минут, як ещё троих чародеев и всех дружинников постигла участь славных воителей, попадающих в Валгаллу. Сожжённые, разрубленные, пронзённые и разорванные. Все они лежали на земле, истекая кровью, испустив дух. Крампусу нравилось это. Нравилось вымещать ярость. Нравилось убивать!       Схватив за глотку Беревера Смурного, чудище вырвало ему кадык, а затем в два движения рассёк Младиславу Грозную. С Владиславом Серым он поступил жёстче. Взял за голову и спалил её так, что та раскрошилась в ладони.       – Как же с вами, людишками, просто! – проговорил Крампус. – Вы настолько слабы, что аж бесит!       Несколько крупных орлов-духов сшибло Крампуса, повалив того в грязь лицом, а чаровница вновь выпустила струю воды, но на сей раз в голову чудищу. Однако к прискорбию, вода угодила в лоб – самое прочное место на главе, к тому же именно из него прорастали рога, так что там череп был ещё прочнее. Посему Крампус отделался лишь разорванной кожей и мясом.       Спешно поднявшись на ноги, чудище метнуло в чаровницу шар пламени, размером с человека. Владимир, немедля ни секунды, подхватил её и вместе с нею отпрыгнул в сторону. Порядка десятка деревьев на пути огненного шара вспыхнули як опилки, обратившись в пепел. Крампус, ещё более разозлившийся, бросился на Владимира и спасённую им чаровницу. Фламберг уже был в пяди от груди князя Иворбрадского, як вдруг руку с клинком отклонили в сторону чародей. Крампус не мог сдержать удивления.       «Да як ты умудрился выжить?!» – пронеслась мысль в думах Крампуса. – «А я недооценил тебя, чёртов Житеслав!»

Королевство Агрилан, главный тракт, в трёх верстах от города Махарант, двадцать шестой день месяца цветня, 1313 год.

      Эйвар и Виенна привыкли видеть своих наставников невероятно сильными. Мало кто из людей мог с ними сравниться и уж тем более превзойти. В серьёз Любомила и Алексей сражались, наверное, всего несколько раз в своей жизни. Даже против двух варяжских двоек, считавшихся единственными в Мирграде, кто сильнее этих двоих, они не сражались в полную силу. Тренировки ведь не в счёт. Видеть их полностью погружёнными в битву Виенне с Эйваром довелось всего единожды, когда они вступили в схватку с Йормунгандом – змееподобным чудовищем, сгубившим несколько селений подле Великих Дубов. Тогда все были на грани жизни и смерти из-за яда, которым Йормунганд поразил и Алексея, и саму Виенну.       И теперича непривычно было лицезреть, як эти двое, одни из шести сильнейших варягов во всей гильдии, сражаются с кем-то на равных. Алексей, ускоряя себя магией стихии молнии, бился, не превосходя в быстроте с Итоном вар Терегроном. А Любомила едва успевала контратаковать Ягу, которую Эйвар, да и все присутствующие из числа варяжско-чародейской группы считали личностью ежели и не мифической, то як минимум полумифической.       Остальным же из группы в противники достались те самые «рыцари» в чёрных латах. Благо Эйвар, а также Торольв и Бьёрга уже сражались с подобными иродами! Хлыст из молнии обвился вокруг «рыцаря», не давая ему пошевелиться. Эйвар, немедля снёс забрало со шлема одним точным ударом меча. К сожалению, путы молний долго не продержались, и битва продолжилась.       «А с огненным рыцарем сражаться куда проще, чем с ледяным!» – размышлял Эйвар, когда в противника попал его водный шар, угодивший прямо в изувеченное мутациями лицо.       Бьёрга и Торольв так же бились супротив своего врага, ничуть не уступая ему, а даже наоборот, превосходя! Из прошлого сражения с подобным «рыцарем» они многое усвоили и теперича использовали знания на полную, ибо варяг всегда выносит опыт из битв! Уклонившись от очередного размашистого удара, Торольв зашёл за спину «рыцаря» и перерезал открытые места в доспехах: на ногах за коленами. И когда воин в чёрных латах потерял равновесие, Бьёрга сшибла его с ног заклятием воздуха, да так, что шлем с его головы слетел и укатился в кусты.       Мечиславу и Бьёрге было чуть тяжелее чем двум другим варяжским двойкам. Но только по началу. Хорошие варяги адаптируются по ходу боя даже в сражении с врагом, о котором изначально ничего не было известно. Без этого умения охотнику на чудовищ никак не выжить в мире, полным волколаков, упырей, жердяев и прочих опасных существ.       Опутав «рыцаря» ветвями, созданных пара-стихией древа, в атаку пошёл Мечислав. Пламя почти сразу сожгло их, но Мечислав успел обезоружить супротивника, а затем вдарил по нему волной сребристого лунного света.       Тяжелее всех давалась битва чародеям. Этьен хоть и довольно-таки хорошо сражался, однако в бою был, можно сказать, один. Иоанна помогала, моментально залечивая мелкие раны, восполняя запас эссенции и моральной поддержкой. В непосредственной битве она не участвовала. В целом весьма недурно, но всё же недостаточно эффективно. Конечно, у чародейки имелся козырь в виде заклинания déséquilibre, однако оно требовало физического контакта, а «рыцарь» двигался невероятно быстро для своих размеров! К тому же сия магия невероятно сложна в исполнении. Она овладела ей гораздо хуже, чем её учитель и даже хуже второго ученика, который, к слову, овладел этим заклинанием почти так же хорошо, як и их наставник!       Тем временем Каиса и Айка прятались за деревьями. Айка тряслась от страха, не понимала как к этому пришло и чем закончится бой, а Каиса… ну, она глядела на всё это с интересом, делая небольшие заметки в берестяных свитках, что лежали в её суме. Такое поведение было для неё совершенно обыденным и Айка уже привыкла к подобного рода причудам своей наставницы.       Искры от скрестившихся клинком мелькали меж Итон и Алексеем. Два бойца высшей категории бились не на жизнь, а на смерть! Богатырь уже успел получить лезвием сабли по плечу и животу, а байстрюк королевского рода Агрилана обзавёлся колотой раной под правым боком, разодранную щёку и выбитый глаз. Оба воина изрядно выдохлись, но уступать не собирались! Изо всех сил они проводили атаки, уклонялись от выпадов, блокировали удары и контратаковали. Иной раз удачно, иной нет.       Долгое время Алексей и Итон сохраняли равенство в битве, но в одночасье всё изменилось. Алексей ведал суть магии своего оппонента. Магия стихии воздуха звукового типа. Или, ежели проще, магия звука. В битве Итон использовал свист, усиливал его и эссенцией и мог отбросить противника, а тот даже не разумеет як такое произошло! Тем же методом он ускорял и себя, сущности используя элемент воздуха. Но як бы то ни было, молния быстрее звука многократно, а посему, чтобы угнаться за Алексеем Итону пришлось вкладывать в ускорение больше эссенции, отчего его запас магии оскудел. К тому же это требовало больше контроля. И вот когда байстрюк королевского рода Агрилана на несколько мгновений утратил контроль над подачей эссенции и замедлился, Алексей атаковал. Стремительным движением богатырь резанул снизу вверх оставив глубокую рану Итону от живота до груди!       Итон тотчас отступил назад, но Алексей отпускать его не собирался. Теперича преимущество было за ним! Подобравшись к, так называемому, «позору гильдии варягов» як быстро, что никто бы из обычных людей не сумел бы уследить за этим, Алексей рубанул прямо по шее Итона. Однако стена воздуха меж цвайхендером и шеей Итона предотвратила смерть последнего. Яга предотвратила смерть байстрюка, но сама тем самым подставилась под удар Любомилы! Две огромные длани, сотворённые заклятием магии земли сжались в кулаки и ударили по сильнейшей вёльве. Ведьма хоть и успела отвести удар и отскочить в сторону, несколько каменных обломков всё же попали в неё.       К тому моменту трое из четырёх «рыцарей» были уже повержены, и варяги с чародеями добивали последнего. Предприняв последнюю попытку, Яга пустила в ход хлыст ветра, однако атаковала она им не Любомилу и даже не Алексея. Заклинание сие обвязало сидевшую в кустах Каису. Вёльва потянула барда к себе, но Этьен перерубил нить воздуха рапирой, наполненной магией света!       – Уходим! – скомандовала Яга, магией затянув раны Итона. – Я ещё не восстановилась после ритуала. Соловей, нам тут не победить!       – Ты права, – сплюнул Итон, так же известный як Соловей-разбойник, – уматываем!      

Кодантийское царство, на границе княжеств Престольного и Брайтерес, лес подле холмов, двадцать шестой день месяца цветня, 1313 год.

      В основе всего лежат стихии. Семь стихий, составляющих единство эссенции. Все уважающие себя маги ведают сие. Огонь, вода, земля, воздух, свет, тьма и молния. Они пронизывают всё вокруг, будь то камень, древо, собака или человек. Сии стихии создают баланс як внутри человека, як и внутри природы в целом. Именно баланс элементов создаёт гармонию. Так учил своих двух учеников Вергилий из Бьёрейна. Этот воистину лучший лекарь-чародей на всём материке пояснял, что целительство есть не что иное как приведение в баланс элементов в теле человека. Когда у кого-то ожог, то стоит повысить в человеке мощь водного элемента и элемента земли. Ежели простуда, то выжечь её при помощи увеличения стихии огня, ибо именно её в такие моменты недостаточно. И так далее. Баланс приводит к гармонии и исцелению.       Однако у данной магии появилась и тёмная сторона. Известен всем учёным девам и мужам древний неписаный закон. «Коль есть в этом мире созидатели, то найдутся и разрушители». Ежели при помощи магии создать внутри человека дисбаланс стихий, то подобное вовсе не вылечит его, а уничтожит. Разорвёт изнутри при помощи его собственной силы. От такого типа магии нет защиты. От неё можно спастись только уклоняясь, не попадая под удар. Созидание и разрушение. Такая магия, основанная на нарушении баланса стихий, как ни странно, и создала необходимый баланс светлого и тёмного применения эссенции.       Вергилий из Бьёрейна создал сию магию и научился применять для лечения, и всё же разумел, что применение её весьма разностороннее. Не только опасные опухоли ей можно уничтожить, но и любого человека. Потому он, единственный чародей, который в прошлом состоял в гильдии варягов, тщательно подходил к выбору учеников. Именно из-за этого он принял за свою жизнь лишь двоих. Девчушку и парнишку примерно одного возраста. У первой имелись большие успехи в магии целительства. Просто невероятные! А вот в магии разрушения имелись некоторые проблемы. Житеслав же, тот самый парнишка, в лекарских делах хоть и преуспевал, но всё же Иоанне уступал. Зато разрушение выходило почти так же хорошо, як и у самого Вергилия! Это пугало, но и вдохновляло лучшего лекаря-чародея материка. Он гордился своими учениками и принял их способности. И вот, спустя десятки зим, оба его ученика применяли свои способности во всей красе! Девчушка, выросшая в замечательную чародейку, использовала баланс стихий дабы спасать жизни тех, кто находился поблизости, ну а Житеслав, впервые за долгие годы, использовал заклинание, которое сам Вергилий назвал «дисбаланс». Или на манер языка древних…       – Déséquilibre! – процедил Житеслав, отведя в сторону мохнатую лапу чудища, державшую меч.       В ту же секунду лапа, которую чародей Иворбрадского княжества коснулся лишь чуть-чуть в области когтистых пальцев, разорвало по самое плечо! То, что ещё недавно являлось лапой, кровавым фаршем разлетелось по сторонам, оросив собою землю и павших дружинников с чародеями. Даже крепкие кости чудища стали ничем иным як жидкостью!       Тварь тотчас отпрыгнула назад, подхватив вылетевший из разорванной правой лапы клинок.       – А я тебя недооценил! – прокричало чудище, глядя на Житеслава, восстанавливавшего своё сожжённое тело при помощи целебной магии.       Повысив мощность внутренней стихии воды и земли, ему удалось не только затушить пламя, но и чуть восстановиться, хоть часть ожогов на лице и теле теперича, скорее всего, нельзя будет убрать даже самой совершенной магией.       Чудище козлорогое глядело на Житеслава с яростью, доселе невиданной. А в глазах читалось нечто странное.       – Ты совсем как он! Тот, кто заставил трепетать сердце одного из двух моих нынешних сосудов! – прокричало существо. – Я – Крампус, нарекаю тебя опаснейшим противником из всех этих остолопов, что напали на меня здесь!       Вдали снова громыхнуло, но на сей раз гораздо мощнее. Крампус взглянул в сторону, где сверкали златые молнии.       – Чует моё сердце, Йормунганду требуется помощь! – Без особой радости проговорил Крампус, а потом взглянул на Житеслава. – Это была славная битва! Я тебя не забуду!

Королевство Агрилан, главный тракт, в трёх верстах от города Махарант, двадцать шестой день месяца цветня, 1313 год.

      После того як Итон вар Терегрон, позор варяжской гильдии, известный по всему материку под прозвищем «Соловей-разбойник», вместе с доселе считавшейся выдуманной, вёльвой Ягой, сбежали, варяги и чародеи собрались и гнали лошадей подальше от того места. Нельзя было давать даже малейший шанс выследить их и догнать, а посему ждать более не представлялось возможным.       Они ехали и ехали, сидя в повозке и надеясь, что никто не преследует их. Для чего Итону и Яге нужна была Каиса? Что такого они желают от неё получить? Даже сама Каиса не ведала. Потому они просто гнали лошадей дальше, в направлении, в которое указала сама Каиса. В место, где находилось убежище волхвов «Солнца и Луны».