Lier

— В этот раз задание будет сложнее, поэтому мне нужны вы оба, — Намджун садится за рабочий стол, достаёт из него две папки с материалами задания, протягивает их агентам. — Вообще и Юнги нужно бы привлечь, но он мне нужен на другом задании. Хорошо подготовьтесь, прочитайте всё. — В чём суть? Чон берёт обе папки и одну из них впихивает Тэхёну в руки, которые почему-то немного дрожат. Он тут же глаза на младшего поднимает, бровью дёргает, интересуется, всё ли хорошо. Тэ кивает и отходит к дивану, на край садится, тут же утыкается в документы. Чонгук мысленно даёт себе в лоб, вспоминая, что обещал не приближаться к Киму, пока тот не разберётся со своими чувствами. — Вам не нужно никого убивать. Просто наведите шуму, если повезёт, достаньте какую-нибудь интересную информацию, но это по возможности. Тэхён нервно сглатывает, когда видит, кто является владельцем загородного коттеджа, в который им предстоит наведаться в разгар званого вечера. Кан Дживон. Это мероприятие организовал он, а им предстоит его сорвать. Внутренности встряхивает и обдаёт холодом, и Киму кажется, что он сейчас в обморок упадёт — так в глазах всё плывет. Он даже не думал, что ему придётся столкнуться с Дживоном при таких обстоятельствах, а учитывая, какие сейчас между ними напряжённые отношения (Тэхён просто устал терпеть), ему труда не составит его подставить перед Чонгуком. — Наша цель — подорвать доверие влиятельных людей, я уверяю вас: скандал в их кругах будет колоссальных размеров. Сам Кан Дживон не смог обеспечить должную охрану своих гостей, самонадеянно позвав их на вечер. Интересно, не правда ли? — Ну ты и придумал, — Чон хмыкает, поднимает взгляд на начальника. — Только ведь там всё равно будет достаточно много охраны. Ты уверен, что мы сможем вырубить всех? Капитан встаёт со своего места, обходит стол и останавливается перед Чонгуком, садится на край и складывает руки на груди. Он этот план не один день вынашивал и не в одиночку, поэтому учёл все обстоятельства, набрал кучу информации по своим каналам, а также от тех, кто был заслан в окружение Дживона специально. — Даже самый слабый мой сотрудник будет сильнее самой сильной шавки Кана. Вас будет шестеро, я постарался выбрать лучших, поэтому я уверен, что вы справитесь. Вас будут страховать ещё несколько человек, которых разместят, по возможности, на всех вариантах отступления в случае непредвиденных обстоятельств, — Намджун почему-то больше сосредоточен на реакции Тэхёна, который, кажется, взволнован этим всем. Тэ переживает. Снова. Двадцать четыре на семь переживает обо всём, о чём только можно: о своём положении, о чувствах, о Чонгуке, о работе, о Дживоне. В голове полная каша из всех проблем, которые нужно решать, на что сил нет совсем. Дома он только спит, в офис приходит с огромным трудом, каждый раз едва ноги волочит. Как же это всё… Он чувствует на себе взгляд, глаза поднимает на Намджуна и Чонгука, они теперь оба на него смотрят. Ким кивает и натягивает жалкое подобие улыбки, старается продемонстрировать, что у него всё хорошо. — Мы справимся, — он в момент становится серьёзным и тут же смотрит на Чонгука. — Я верно говорю, сонсэнним? — Бесспорно. Можешь на нас рассчитывать, капитан. Сделаем всё, что будет в наших силах.

***

Чонгук затягивает ремни бронежилета, что идёт в цвет его бывшей униформы спецназа — Намджун ввёл у себя похожую на отдельный вид заданий, кстати, по просьбе Чона. Она удобная, да и защищает неплохо от возможных огнестрельных и ножевых ранений, которые можно получить по неосторожности. Тёмно-синий цвет ему идёт очень, и почему-то интересно становится, как форма будет сидеть на Тэхёне. Красиво, наверное. Он встряхивает головой, отгоняя от себя эти мысли, — Ким действительно стал в его мыслях появляться слишком часто, слишком спонтанно и слишком надоедливо. Юнги был прав: Тэхён ему не безразличен, но трезво оценить свои чувства пока что не получается. Точно так же, как и чувства Тэ понять. У Чонгука явные проблемы с эмпатией, и это он понял ещё в подростковом возрасте, когда не замечал, что чувствует другой человек. Конечно, со временем он стал в этом не так уж и плох, но определённые обстоятельства заставили его снова стать толстокожим и чёрствым. Ну а что поделать? Ещё и работа такая. Тут нельзя быть слишком чувствительным, нельзя давать волю эмоциям — это только может навредить. Он оборачивается на тихие шаги за спиной, застывает, когда видит перед собой Тэхёна: тот стоит в паре метров от него, пытается одёрнуть форму, что на нём очень хорошо сидит. Кажется, ему в ней не очень удобно, но слишком уж Ким красив. Да какого чёрта Чонгук об этом думает?! Что это за бред?.. Он давит в себе все эти мысли, сам на себя злится за то, что чувствует всё это. — Сонсэнним, мы едем? — Тэхён поднимает на старшего глаза. — Кажется, уже время поджимает. — Жилет застегни нормально, он на тебе болтается, как мешок, — Чон кивает Тэ куда-то на область груди, заставляя его тут же опустить взгляд, чтобы осмотреть самого себя. — Блять… Он подходит к Киму, сам затягивает ремень сбоку на рёбрах, одёргивает жилет немного вниз, чтобы он хорошо лёг по плечам, расправляет. Тэхён не шевелится будто совсем, боится лишний раз вздохнуть, даже не моргает, его стук собственного сердца оглушает. Сколько бы он ни пытался, забыть о Чонгуке не получается, напоминает о нём всё. Даже какие-то самые банальные вещи, которые, на первый взгляд, с ним не связаны. Он стискивает зубы и делает шаг назад, чужую руку отталкивает от себя, ударяет по ней в какой-то степени даже немного истерично. — Не нужно, — Тэ сглатывает и втягивает воздух через нос, будто набирается побольше храбрости. — Не пересекайте черту, сонсэнним, я сам способен о себе позаботиться, так что… — Я понял. Идём. Ты ведь торопился. Они выходят в коридор, и Тэхён плетётся чуть позади, пальцами теребит козырёк кепки, что несёт в руках. Мало того, что он волнуется перед заданием, так ещё и Чонгук одним своим запахом будоражит его до предела. Как же угораздило-то так?.. Он едва не спотыкается на лестнице, едва не врезается в широкую крепкую спину перед собой, но вовремя хватается за перила. Идиотизм. Нужно избавиться от этого как можно скорее, и, если надо будет, то Ким готов себе сердце вырвать голыми руками, лишь бы не чувствовать… — Ты в курсе, как мы едем? — Чон выходит на улицу, цокает от того, что тут же хочется закурить, а на языке едва ощутимая горечь чувствуется из-за жажды табака. — Нет. — По двое, чтобы потом была возможность разделиться и свалить. Ты едешь со мной. Кто бы сомневался… Тэхён закусывает нижнюю губу, наблюдая, как старший снимает свою рабочую машину с сигнализации. Номеров на автомобиле почему-то нет, видимо, решили снять, чтобы не засветиться на камерах — Дживон ведь обязательно потом записи поднимет все, чтобы найти ублюдков, которые испортили ему мероприятие. Оружие получили заранее и сложили в машину, чтобы разобраться с ним на месте. Одно дело, когда ты в обычной одежде и из оружия у тебя на теле один пистолет, а когда имеешь при себе полный комплект, элементарно сидеть будет тяжело. Тэхён, если честно, не понимает, как со всем этим можно бегать: автомат, патроны, нож, пистолет и куча всех других нужных вещей. Конечно, он это уже всё примерял и не раз, но как с этим бегать… Ещё и от кого-то. Да уж, вечер обещает быть весёлым. Тэхёна снова одолевает плохое предчувствие. Да, в этот раз он постарался держать язык за зубами, поздно подумав о последствиях для себя самого за то, что не доложил о новом задании. Но доложить — значит, провалить. Чонгука подставлять второй раз нельзя. Хоть и тогда Ким не думал, что тот пострадает, повторения допустить нельзя. «Всё будет хорошо», — он пристёгивается ремнём безопасности, выдыхает, глаза прикрывает буквально на пару секунд, чтобы расслабиться. — У тебя всё нормально? — сбоку хлопает дверь, и Чонгук садится за руль, тут же опускает стекло со своей стороны. — Да. Тэ надевает кепку, прячет лицо под козырьком, что надвигает так низко, как только может — прячется. Чонгук в какой-то момент даже жалеет, что спросил. Он обещал не докучать лишний раз, держать дистанцию, но это оказалось гораздо сложнее, чем он думал. Особенно тяжело, когда тебя подсознательно тянет к этому человеку. К человеку, который решил тебя любой ценой забыть и из головы выбросить. Чон без лишних вопросов снимает автомобиль с ручника и заводит двигатель. Состояние Тэхёна его напрягает очень сильно, и он всё чаще ловит себя на мысли, что волнуется за него. Неужели тот ему действительно понравился?.. Чонгук крепко пальцами сжимает руль, краем глаза замечает, что младший разваливается в кресле, сложив руки на груди, коленом нервно дёргает. И почему молчание сейчас так сильно давит? Почему хочется забросать Кима вопросами о том, плохо ли ему, что он чувствует, нужна ли ему помощь? Чонгук губы кусает поочерёдно, за дорогой напряжённо следит, стараясь не обращать на Тэхёна внимания. Не получается. — Не отходи от меня на задании, — Чонгук пытается втянуть его в самую незамысловатую по его мнению беседу. — Мне нужно приглядывать за тобой. — Зачем? Я больше ведь не ваш ученик, — Тэхён даже на него не смотрит, отчего у Гука складывается впечатление, что он разговаривает со стеной. — Могу сам справиться, если что-то пойдёт не так. — Я повторять не буду, — Чон раздражается моментально, когда понимает, что это всё нахер никому не нужно. — Будь благодарен, что твой старший за тобой присматривает и готов защитить, если потребуется. Твоя чрезмерная храбрость здесь никому не нужна, так что просто делай то, что тебе говорят. Тэхён чувствует, как от грубости неосознанно сжимается, отворачивается к окну и закусывает нижнюю губу. Казалось, что такое поведение его будет отталкивать, но выходит наоборот. Киму просто больно от того, что Чонгук так общается с ним. Да, Тэ сам об этом его просил, но он не думал, что от грубостей будет так неприятно. Чонгук делает глубокий вдох. Переборщил. Обоим неприятно, обоих задело, но никто этого не покажет, все сделают вид, что ничего страшного не произошло, проглотят обиду и пойдут дальше. — Хорошо, — Ким кивает. — Я не буду далеко отходить от вас, сонсэнним. Просто давайте поскорее всё сделаем и вернёмся, я не очень хорошо себя чувствую. — Что-то болит? — Чонгук напрягается моментально. Почему Тэхён молчал и не обратился к Сокджину, если плохо себя чувствовал? — Не пересекайте черту, — младший снова отстаивает свои границы. — Вы мне никто, и отчитываться я перед вами не должен, достаточно самого факта. Чёрт. Чонгук стискивает зубы так, что челюсти сводит. Он злится на Тэхёна за то, что тот его к себе не подпускает, на себя за то, что всё сделал ещё хуже, и они теперь почти не разговаривают и нормально не общаются. Почему это всё так сложно? Почему сложно понять другого человека, хотя бы примерно узнать, что конкретно он чувствует и думает, а не строить глупые догадки, которые даже вряд ли правдой окажутся? До места добираются в тишине. Никто больше говорить не хочет, оба лишь молча думают друг о друге. Тэхён понимает, что слишком отдаляется, но по-другому не может, иначе он Чона не забудет, и это так бесит… Скорее бы выполнить задание, вернуться домой и попытаться поспать, закинувшись парой таблеток снотворного, чтобы вырубиться за пару минут. Накопившаяся усталость и стресс дают о себе знать. Тэ чувствует, как его начинает трясти, когда понимает, что уже через минут двадцать он может увидеть Дживона. А если он сдаст его?.. Отомстит за то, что Тэхён не доложил о новом задании и за всё, что между ними было в последнее время. Нет, этого не должно произойти, иначе настанет конец всему. Большой коттедж быстро оцепляют по периметру и сразу же избавляются от нескольких охранников. У Тэхёна сердце стучит в висках на протяжении всего времени, пока они не подбираются к зданию максимально близко — он видит в окнах людей. Чонгук рядом. Постоянно рядом. Он оборачивается на него, следит, чтобы не отставал, спрашивает, всё ли хорошо. Да ничего, блять, не хорошо. Кима трясёт, как самого поганого труса, а он остатки сил соскребает и пытается хоть что-то из них вылепить. Невозможно. — Джей и Ви на позиции, — Чонгук докладывает, пальцем касаясь сенсора на наушнике. — Приступить к выполнению задания. У Тэ в груди ёкает из-за холодного тона, от которого он, оказывается, порядком отвык — Чонгук всё равно был с ним мягче, чем со всеми остальными. Он поправляет маску, что скрывает его лицо, и крепко пальцами стискивает автомат, что висит у него на груди. Чем быстрее они всё сделают, тем скорее можно будет уехать домой, так что надо собраться. После того, как они с Чоном всполошат первый этаж, им нужно будет подняться наверх, то есть поменяться этажами с теми, кто зайдёт с крыши, чтобы прочесать всё на наличие интересных бумаг, которые могли бы пригодиться. Чонгук, не скрываясь, направляется ко входу, что уже очищен их людьми. Всех охранников, что были вне здания, нейтрализовали таким образом, чтобы они не могли поучаствовать в предстоящей заварушке. Тэхён помнит, что старший просил его подыгрывать, если что-то пойдёт не так, как они задумали, и сначала он пообещал, что так и будет делать, но сейчас ему кажется, что он первым всё испортит. Он ловит на себе недовольный взгляд Чона, который уже ждёт его с по-джентельменски распахнутой дверью, и заходит в коттедж. В холле пусто, но большие прикрытые двери ведут в зал, в котором сейчас находятся гости. Чонгук снимает с предохранителя автомат, отчего у Тэхёна в груди что-то вздрагивает неприятно. Неужели он собирается кого-то убивать? Это ведь не входило в их задание… Гук ногой толкает дверь и быстро входит в помещение, шумом привлекая к себе внимание всех гостей, неожиданно пускает по потолку очередь. Среди людей раздаются испуганные крики, кто-то отшатывается в противоположную сторону, кто-то жмётся по стенам, женщины закрывают детей. У Тэхёна от всей это картины всё тело ватным становится, но он следует за Чонгуком, стараясь даже глаза не поднимать, боясь увидеть Дживона. Он нутром чувствует, что тот здесь. — Делайте, как мы говорим, и никто не пострадает! — Чонгук направляет на людей дуло автомата. — За остальное я не ручаюсь. — По периметру зала, — выдыхает Тэхён. — Быстро! Он тоже держит в руках оружие, готовый вот-вот выстрелить, только вот ноги дрожат так, будто он прямо сейчас свалится на пол. Чонгук взглядом мечется по ошалевшей толпе, которая таращится на них во все глаза, но не двигается с места ни на шаг. Тэ поднимает голову и вдруг сталкивается со взглядом колючих глаз, что направлен на него. Дживон стоит, отделившись от остальных людей, зло смотрит на них, но ничего сделать не решается. Видимо, он безоружен. Страшно? Да. От одного взгляда Дживона страшно. Ким ощущает, как Чонгук плечом его несильно подталкивает, хоть и с их последних слов прошла пара секунд. Нет, пока он рядом, всё будет хорошо. Чон защитит, поможет, и это вселяет уверенность. — Что непонятного я сказал?! — Тэхён берёт себя в руки, решает идти до конца. — Живо! Он стреляет в воздух и попадает в одно из креплений люстры, которое тут же обрывается и половину огромного хрустального произведения искусства больше не держит. Та повисает в воздухе над головами людей, из стороны в сторону болтается, отчего по гостям прокатывается испуганный шёпот, однако требования ворвавшихся они выполняют — расходятся по периметру зала, жмутся к стенам. Неподалёку от них остаётся только Кан, который не сдвинулся ни на сантиметр, так и стоит столбом, буравя их обоих обозлённым взглядом. — Тебе особое приглашение нужно, — Чонгук направляется к нему, дулом автомата упирается Дживону в грудь. — Кан Дживон? — Чонгук, — он смотрит давнему врагу прямо в глаза — по голосу узнал. — Какая приятная встреча. Не думал, что увижу тебя живым. Тэхён вздрагивает, во все глаза таращится на этих двоих, что сейчас кроме друг друга и не замечают никого вокруг. Если Кан узнал Чонгука, то и его тоже… А если узнал, то ему не составит труда раскрыть все их дела прямо сейчас. — Я умирать, к твоему великому сожалению, не собираюсь, — Чон вдруг снимает маску, опуская её под подбородок, улыбается. — Ещё лет пятьдесят так точно, а то и больше. Ну а ты в оба смотри, с твоей-то деятельностью… — он хмыкает презрительно. — Прихлопнуть могут в любой момент. — Ты мне что, угрожаешь? — Да. Чонгук оружием тычет Кану в грудь, буквально силой отодвигая его к стене, где стоят все остальные. Он даёт понять, кто сейчас тут главный, кого стоит слушаться и у кого контроль над ситуацией. У них с Тэхёном. Только вот Ким, кажется, пока не до конца это осознаёт и всё боится сделать что-то не то. Чонгук его понимает. — А это что, твой напарник? — Дживон смотрит на Тэ, который тут же ощущает, как у него внутри всё сжимается, однако держится так, будто ничего не происходит. — Симпатичный парнишка. Ким Тэхён, да? Сердце, громко ухнув, уходит в пятки, а в глазах мерцает пара разноцветных звёздочек. Тэхёну на мгновение кажется, что он вот-вот осядет на пол, будучи не в силах больше держаться на ногах, но зубы стискивает и даже выпрямляется под колючим взглядом, что на него направлен. — А ты откуда знаешь? — Даже у стен есть уши. Помнишь? Ты сам говорил мне. Тварь. Решил сыграть у Тэхёна на нервах, чтобы тот снова ощутил свою ничтожность в самый неподходящий момент, когда слабость показывать ни в коем случае нельзя. Нет, не выйдет. Тэ подходит ближе, держит Кана на прицеле. — Замолчи и делай то, что говорят. Мы не трепаться приехали, — Тэхён знает, что Чон где-то внутри незаметно улыбнулся сам себе, но сейчас об этом даже думать нельзя — крыша и так на честном слове держится. — Скоро уедете, ну если успеете, конечно. Минут через пятнадцать тут уже будут десятки моих людей. — Не волнуйся, мы уедем раньше, — Чонгук неожиданно поднимает ствол автомата, цепляет дулом подбородок Дживона, заставляя его поднять голову. — А тебе впредь стоит тщательнее набирать себе людей, слишком уж легко мы с ними справились. — Джей, — их человек быстро входит в зал со стороны лестницы, ведущей на второй этаж. — Наверху чисто, можете подниматься. Мы придержим тут всех. Чонгук кивает и наконец отходит от своего давнего врага, презрительно хмыкает в его сторону. Тэхён отворачивается от Кана, чувствуя, как тот на него смотрит — так, словно хочет сожрать. Почему-то именно сейчас хочется Чонгука за руку взять и сжать крепко-крепко, чтобы не отпускал и за собой вёл. Чон, заметив, что младший отстаёт, у самой лестницы оборачивается, рукой подгоняет. У них действительно не так уж много времени, в запасе всего минут десять максимум, за которые нужно успеть покопаться во всех папках и компьютерах, защиту с которых Юнги уже снял. Именно в этом доме Дживон хранит часть документов, среди которых можно найти что-нибудь интересное, если хорошенько поискать, чем им сейчас и нужно заняться. — Быстрее, Тэхён, быстрее, — Чонгук хватает тормозящего Кима за куртку, буквально тащит за собой. — Что произошло? Тебя так Дживон напряг? Положи на него болт, позже об этом поговорим. Чон заметил, что выдержка Тэхёна пошатнулась, когда Кан обратил на него внимание. Понятное дело — Дживон человек, мягко говоря, неприятный, даже своей аурой давит. Ничего, Тэ привыкнет к такому, и всё будет нормально. Как хорошо, что он всего не знает… Они влетают в огромный кабинет, Тэхён быстро штудирует бумаги, что распиханы по папкам, лежащим в шкафу, а Чонгук садится за компьютер. У него навыков в работе с техникой побольше, чем у пока ещё зелёного новичка, который всё ещё окончательно в себя не может прийти. У Тэ руки всё это время трясутся, он второпях пальцы режет об острые края листов, что разложены практически в идеальном порядке. Аж тошно. — Тут чисто, — Ким убирает сложенные документы в скоросшиватель и возвращает их на прежнее место. — Вы нашли что-нибудь, сонсэнним? — Подойди ко мне, — Чонгук задумчиво изучает то, что выведено на монитор компьютера, чуть отодвигается, чтобы дать Тэхёну возможность встать рядом. — Я нашел договор на поставку оружия. Причём на очень крупную сумму. И кажется, в этой папке ещё очень много интересных бумаг. — Нужно на флешку перенести, разберёмся в офисе. — Согласен, — Чон быстро вставляет носитель в разъём сбоку от экрана, подтверждает его присоединение к компьютеру. Тэхён закусывает нижнюю губу, наблюдая, как длинные чонгуковы пальцы стучат по клавишам клавиатуры, с мышкой управляются очень ловко. Он ничего не может сделать со своей одержимостью, которую по-другому и назвать никак нельзя. Тэ сам не заметил, как стал одержим. Ким отходит к окну, складывает руки на груди, старается отвлечься, чтобы не думать. Ему казалось, что немного отпустило, стало легче, он постепенно стал забываться, но временами накатывает так сильно, что в одно мгновение становится ясно, что чувства никуда не делись. Неожиданно взгляд цепляется за несколько машин, что стремительно приближаются к дому. Они не успели. — Сонсэнним, мы не успели. Чонгук вскакивает и подлетает к окну, быстро оценивает ситуацию, тихо матерится и напряжённо оборачивается к экрану, на котором ползунок загрузки добрался только до половины. Они не не успели, а не успевают, и если не ускорятся, их накроют прямо здесь. — Давай, давай, давай, — Чон цедит сквозь зубы, пальцами постукивает по поверхности стола. — Блять, давай же! Перенос файлов идёт медленно, как назло, тормозит каждые секунд пять, что бесит ужасно. Тэхён от рабочего стола до окна уже дорожку протоптал, только вот это ничем не помогает. Страх снова сердце тревожит. Он задёргивает шторы, погружая комнату в сумрак, следит за тем, что происходит снаружи, через щёлочку сбоку, чтобы не светиться. Неожиданно с улицы раздаётся несколько выстрелов, а на первом этаже слышатся громкие крики. Они здесь. Чонгук постоянно оборачивается на дверь, ногой дёргает, демонстрируя охватывающую его нервозность. Девяносто пять процентов загрузки светятся на экране, от чего Тэхён ощущает, как всё его тело покрывается испариной. Совсем немного… Уйти через обычный выход уже не получится, придётся сбегать окольными путями, чтобы не попасться. Да, Ким знал, что скорее всего им всё же придётся поучаствовать в перестрелке, чтобы элементарно помочь тем, кто остался внизу, но он не думал, что вероятность этого будет так велика. Тэ быстро проверяет, сколько в автомате патронов. Двадцать — ему хватит. Он дёргает штору в сторону, локтем выбивает стекло, привлекая неожиданным грохотом внимание Чонгука. — Ты что творишь?! — Чон звучит грозно, видно, что злится. — Тэхён, быстро отойди от окна! Ты совсем идиот? Ким молча прицеливается, автоматную очередь пускает по трём машинам, что останавливаются прямо у входа, пробивает лобовое, целится в людей за рулём. Чонгук непроизвольно вздрагивает от внезапного громкого звука, который он услышать никак не ожидал. Блять… По Тэхёну могут открыть ответный огонь, а учитывая то, что он стоит прямо напротив окна, попасть в него будет очень легко. Девяносто девять процентов. Девяносто девять чёртовых процентов, которые неожиданно сменяются на сотню, а табличка с экрана пропадает. — Уходим! — Чон флешку из разъёма вытаскивает и прячет в нагрудный карман куртки. — Тэхён, быстрее! Через чёрный вход сбежим. Ким стреляет ещё несколько раз и отшатывается в сторону именно в тот самый момент, когда остатки стекла разлетаются по всей комнате от выстрелов снаружи. Чонгук хватает его за шкирку, буквально тащит к выходу. Тэхён за ним едва поспевает, пару раз спотыкается, но равновесие не теряет, бежит следом. Самое страшное, что они не смогут добраться до машины напрямую, только через лес неподалёку. Они вылетают в холл и проскальзывают под лестницу. Чонгук из наушника слышит, что все здание уже покинули, только они остались в доме, который уже почти весь оцеплен людьми Дживона. Чон Тэхёна постоянно подгоняет, бормочет что-то достаточно разъярённое, чего младший разобрать не может. У Кима сердце стучит в груди так громко, что он почти ничего, кроме этого, не слышит. Он молится, чтобы они успели убежать, чтобы никого из них не зацепило. Распахнув дверь чёрного входа, Чонгук неожиданно замирает, выставляя оружие перед собой — их встречают сразу трое людей Кана. Они, кажется, не сразу поняли, кто перед ними, а Чон, воспользовавшись их замешательством, стреляет, и они с Тэхёном проскальзывают мимо. Правда Чона один из них успевает схватить, но тот ловко сбрасывает его с себя с помощью нехитрого приёма, прикладывает на всякий случай по голове. Они вылетают с территории коттеджа и бегут к мосту через широкую реку, за которой находится небольшой лес. Совсем чуть-чуть осталось. У Тэхёна дыхание перехватывает. Только от страха или быстрого бега, он пока понять не может. Он задыхается, давится воздухом, от Чонгука не отходит ни на шаг, не бежит вперёд, чтобы не оставлять, и не отстаёт. Лишь бы уйти… Тэ молится на бегу, губы плотно сжимает, а носом втягивает воздух так, что глотку обжигает. — Вон они! — раздаётся откуда-то сзади. — За ними, быстрее! Любой ценой заберите документы! Тэхён оборачивается через плечо и видит, что за ними бегут ещё четверо человек, что стремительно их нагоняют. Чонгук понимает, что они должны ускориться, но сделать этого не может — Ким не потянет такую скорость с оружием и в экипировке. Он хватает младшего за руку и всё же немного прибавляет. Они вылетают на мост, когда позади раздаётся оглушающая стрельба, что бьёт практически по ногам. Ким спотыкается, ощущая, как дрожит земля. Бежать больше некуда. Чонгук оборачивается, крепко пальцами стискивает запястье Тэхёна, который дышит загнанно, глазами мечется по людям, что наступают плотным полукругом, прижимая их к ограждению. Тэ оборачивается: внизу река шумит, и деться они никуда не смогут. Вдруг Ким делает шаг к Чонгуку, карман с его груди срывает едва ли не с липучкой, на которой он держится, достаёт оттуда флешку и трясёт ей в воздухе. — Я знаю, что вам нужно это! Попробуйте забрать, если сможете. Тэхён ловит на себе взволнованный взгляд Чона, отходя к железной ограде. У него у самого ноги дрожат, но задуманное может спасти их обоих, потому что причиной их смерти могут стать эти злополучные документы и тот, кто ими владеет. На данный момент это сам Тэхён. Он видит, как на него идут двое, держат на прицеле, явно не понимая, что он задумал. Ким оборачивается на Чонгука, который тоже стоит в недоумении, запрыгивает на ограждение, хватаясь одной рукой. — Не смей, — Чонгук тянется к пистолету за поясом, хрипит будто самому себе. — Не смей, блять, Тэ… Тэхён ждёт, пока к нему подберутся поближе, вдруг с лица срывает маску, демонстрируя широкую победную улыбку, обменивается взглядом с Чонгуком, шепча тихое «прости», и падает с моста спиной вперёд, крепко сжимает в кулаке заветную флешку. Всё с той же улыбкой, от которой у Чона в сердце ёкает так, что импульс болезненно расходится по всему телу. Он, не думая, бросается следом, сбрасывая с себя одного мужчину, который попытался удержать его. Плевать на это всё. Тэхён! Он там… Он ведь не умеет плавать.