Rival

Утро следующего дня началось явно не с кофе — не то Кун встал не с той ноги, не то ему просто не везет на протяжении всех семнадцати лет своей жизни. Зайдя в здание школы, он тут же столкнулся с подозрительными взглядами сначала учеников из других классов, а потом и одноклассников. За его спиной часто шептались из-за самых разных причин, и Кун, казалось, привык, но этот раз оставил особенно неприятный след на его гордости и репутации. Зайдя в класс, он заметил сидящих у окна Рахиль и Юру, которые живо что-то обсуждали. Кун подошел поближе, выжидая подходящий момент для вступления в беседу. — Юра, ты слышала? Вчера “Ледяной принц“ и “Красноречивый король“ подрались. — Что?! Неужто те самые?! — крикнула на весь класс Юра, тут же смутившись, — И чем всё закончилось? — спросила она тише. — Не знаю. — А вдруг они вовсе не дрались, а устроили тайное свидание? — Ну ты даешь! Юра, ты что, совсем помешанная?! — Эй, а что я?! Их же вся школа шипперит, почему ты винишь только меня? — Господи, ну что с тебя взять! А если они узнают? Эти двое разве не враждуют? — Но ведь от ненависти до любви — один шаг, верно? Девушка не выдержала и легонько стукнула подругу кулаком по макушке. — Рахиль.. Больно!! Вдруг Рахиль подняла голову и заметила парня за спиной подруги, стараясь не обращать внимание на то, что он стоит там, однако Юра сразу же обернулась и вздрогнула, увидев Агеро, и, скрывая покрасневшие от стыда щеки, снова повернулась к нему спиной. — О чем вы говорили? — спокойно и, казалось, незаинтересованно спросил Кун. — А, это.. — не успела Рахиль ответить, как сзади внезапно подошел Виоле, поставив руку на плечо Агеро. Пока Кун старался отстраниться от Виоле, Грейс стянул с парня резинку для волос и наигранно удивленно свистнул, когда увидел его с распущенными волосами. Виоле, на удивление, сделал искренний комплимент Агнису, — уж что-что, но лицом он точно вышел, — но даже здесь слышалась издевка со стороны Грейса. Кун смутился, нахмурился, прикусил губу и опустил голову, так ничего и не ответив — парень лишь недовольно хмыкнул. — Эй, Кун, чего такой молчаливый? Вчера ты был разговорчивее. — А ты уж больно дружелюбный. Что, профилактическая оплеуха пошла тебе на пользу? — съязвил Кун. Агеро покосился на Юру, у которой чуть ли не шла кровь из носа от такого напряжения между парнями. Девушка заметила суровый взгляд Куна и отвернулась, продолжая восхищаться им и Виоле. — Говори, что хотел, и проваливай. Это ведь даже не твой класс, — сквозь зубы выдавил Кун. — Просто хотел напомнить, что наши разборки всё ещё не закончились. Я не дам тебе спокойно жить, уж поверь. — Можно подумать, у меня когда-то была спокойная жизнь.. — безнадежно бубнил Агеро себе под нос. Юра, сидевшая прямо за спиной Куна, смогла отчетливо расслышать фразу, которую, вероятно, не должна была, и, на удивление ничего не понимающей и не знающей о романтических чувствах подруги к Агнису Рахиль, слегка поникла. Несмотря на то, что Юре редко представлялась возможность поговорить с Куном, — особенно по душам или без определенной темы, — наивная девушка считала, что достаточно хорошо знает и понимает его, но всего одна фраза дала понять, что Юра не знает о нём абсолютно ничего. Ей хотелось стать опорой и поддержкой Агеро, в которой, она думала, он нуждался. Парень почти ни с кем не общается, друзей у него нет, и Юре даже было несколько жаль его. Кун же, в свою очередь, из-за всё той же гордости ненавидел жалость других людей по отношению к себе. По правде, он скорее предпочел бы гнить в канаве, чем принять помощь из чистой жалости и сожаления — для него это унизительно. Он просто-напросто не может принять такой исход. Виоле неоднозначно хмыкнул и совсем скоро пропал из поля зрения. — Кун.. Тут такое дело, — тихо, так неуверенно начала Рахиль. Кун повернулся на голос и пустым взглядом смотрел на девушку сверху вниз, — О вас с Виоле.. Слухи пошли. Рахиль крепко сжала юбку своими хрупкими, бледными руками, чуть нахмурив брови, и в непонятно откуда взявшемся страхе ждала ответ. Давление со стороны Агниса было настолько сильным, что девушке было трудно поднять голову и посмотреть ему в глаза, будто её парализовало. — Что за слухи? — сухо. — Говорят, вы подрались вчера. Что произошло? — наконец Оуяма смогла преодолеть страх и заставить себя посмотреть на Агеро. — Не то что бы это драка. Просто обменялись парой ударов. Для профилактики, — тон хоть и стал мягче, но парень от этого не выглядел другим — все такой же суровый человек с угнетающей аурой. — Ты в порядке?! Не ранен? — подскочила Юра, всё это время следившая за диалогом между одноклассниками. — Все хорошо, не беспокойся, Юра, — Кун попытался выдавить из себя улыбку, и у него даже почти получилось. Прозвенел звонок, и в класс зашел учитель Арье Хоакин, по прозвищу Уайт, подошел к своему столу, строго пробежался по всем ученикам глазами, остановился на Куне и нахмурился. — Кун Агеро, — начал он тяжело, недовольно, — после этого урока идешь со мной к господину Мазино. Агнис виновато, с капелькой горести и даже злости — не то на себя за то, что повелся на провокацию, не то на Виоле, из-за которого все и произошло, — посмотрел в пол, понимая, о чем идет речь, и молча подошел к своей парте. В это же время в другой класс зашел учитель Квант — классный руководитель класса 2-3, в котором учился Виоле. — Виоле, после урока тебя ожидают в двести пятом кабинете. — Зачем? — фыркнул парень. — Побеседовать, — сказал внезапно вошедший в кабинет Леро Ро. — Господин Леро Ро, у Вас урок? — последний лишь кивнул, — Прошу прощения, я уже ухожу. Но я хотел бы с Вами поговорить пару минут, Вы не против? — Нет, не против, — Ро сощурился и посмотрел на Виоле. — А за тобой, Грейс, я зайду на перемене. Не думай отвертеться, — с этими словами оба учителя вышли из класса. Парень прикусил губу, цокнул и ударил кулаком об парту. — Ты знаешь про Виоле и Куна Агеро из 2-1? Откуда? — спросил Квант. — Сложно об этом не узнать, когда весь преподавательский состав только об этом и говорит с самого утра. — Неужели уже все в курсе.. — обреченно прошептал Квант, потирая переносицу, — Черт. Хотелось по-тихому это решить. — Что? Тебе — и по-тихому? — Ро усмехнулся, поймав на себе хмурый взгляд коллеги, — Чего надулся? Блитц показательно отвернулся, сложив руки на груди и чуть задрав голову наверх, что вызвало у Леро Ро легкий смешок. Он закрыл глаза и прикрыл рот кулаком. Квант одним глазом посмотрел на улыбающегося мужчину и покраснел. — У тебя урок? — мягко спросил Ро. — Нет, окно. А тебе на урок пора, так что вали давай отсюда, — притворяясь рассерженным, ответил Блитц, после чего тут же убежал в учительскую. — Странный же ты все-таки, Квант.. — мужчина снова нежно улыбнулся, после чего вернулся в класс, в мгновение ока став серьезнее. — Итак, открываем тетради и записываем число — двадцать девятое апреля. Тема: «Преступление и наказание». На следующей строчке записываем автора — Фёдор Михайлович Достоевский. После урока в кабинет, как и обещал, зашёл Квант. Виоле лишь молча собирал вещи и, на удивление, вел себя куда покорнее обычного — неужто смирился? Он медленно подошел к учителю, после чего тот отвел его в двести пятый кабинет, где уже сидели Кун, учитель Арье Хоакин и Урек Мазино. — Теперь, похоже, все в сборе? Замдиректора Урек окинул всех присутствующих спокойным взглядом, от которого по коже невольно прошел холодок. Мазино всегда смотрит на всех с улыбкой на лице, к которой, однако, невозможно привыкнуть даже тем, кто знает его уже десяток лет — настолько она накаляет атмосферу. — Виоле Грейс и Агеро Агнис Кун, что вчера произошло между вами? — спросил Урек. — Ничего особенного. Просто разговаривали, — Кун старался отвечать спокойно, пытаясь выдать ложь за чистую монету, что обычно получалось весьма хорошо. — У ваших разборок, господин Кун, есть свидетель, и он говорит об обратном. Так как же всё началось? Виоле по-прежнему молчал, закрыв глаза. Кун покосился на Грейса, понимая, что расхлебывать всё придется самому. — Грейс подошел ко мне вчера перед уроком и попросил о встрече после школы на заднем дворе. Драка была неизбежна, поэтому мне оставалось лишь смириться и позволить ему сделать то, что он хочет. Если не вчера, он нашел бы меня в любой другой день, — на выдохе ответил Кун, наконец сдавшись, ведь понимал, что оправдания бесполезны. — Что на это скажет господин Грейс? С какой целью Вы затеяли всё это? — Какая к черту разница? Просто отчитайте меня уже, и дело с концом, — съязвил Виоле. Квант ударил парня по затылку кулаком, из-за чего последний немного сморщился. —Следи за языком, придурок, - процедил сквозь зубы Блитц. Мазино спокойно усмехнулся, по-прежнему заглядывая всем присутствующим в самую душу. — Господин Квант, не будьте так строги, он ведь еще ребенок. — Че? Ребенок? — начал было Грейс. Квант хотел было схватить парня за шиворот, но Уайт положил руку ему на плечо, пытаясь успокоить. — Тц. Наглый пацан.. — шепнул Блитц и сел обратно на стул, сложив руки на груди. Урек какое-то время помолчал, позволяя всем прийти в себя, после чего встал с кресла и подошёл к окну. — Мне жаль, господин Грейс, но, согласно уставу школы, мне придется отстранить Вас от занятий. Но я, так и быть, смягчу Ваше наказание — одна неделя вместо двух. — Лучше уж две.. — тихо сказал Виоле. — Что насчёт Куна Агниса? — в разговор вступил учитель Арье. — А что насчёт него? — Урек посмотрел на коллегу через плечо, — Он не был инициатором драки и не навредил ученику, а значит, все правила были соблюдены. — Что ж, радуйся, Агнис, тебе повезло. — Однако.. Господин Агнис, попрошу в будущем сразу сообщать о подобных происшествиях, а не заниматься самодеятельностью. Вы могли серьезно пострадать, а вместе с этим полетела бы и наша репутация. Вы меня услышали? — в комнате словно начал пропадать кислород от “пассивно-агрессивной ауры“ со стороны Урека. — Да. Прошу прощения, замдиректора Мазино. — Отлично. Тогда здесь мы закончили. Можете идти. Выйдя из учительской, Кун нервно выдохнул, прижавшись к стене. Хоакин остановился, подошёл к Агеро и постарался его успокоить, что получалось плохо: мало того, что учитель Арье недолюбливал Куна, он еще и плохо умел подбадривать людей, что еще раз подтвердилось на Агнисе. — Учитель Арье, если вы не в силах успокоить, то лучше не беритесь, — обреченно произнес Агеро с уставшей улыбкой на лице, которая исчезла сразу после того, как он увидел поникшего — явно не от решения Мазино — Виоле, идущего сзади Кванта. — Что не так? Ты, кажется, побледнел. — Нет. Все нормально, спасибо. — Если устал, сходи к медсестре и иди домой. День был трудным. Если ты свалишься с ног в коридоре, то проблем будет еще больше. — Хорошо. Простите, — с этими словами Кун спустился на первый этаж, быстро оделся и выбежал из здания школы. В окно выглянула Рахиль, ожидающая свою подругу в классе, как вдруг заметила Агниса. — Эй, Кун! — крикнула девушка, опираясь руками на подоконник, — Куда ты? Еще же.. Парень сделал вид, что не услышал одноклассницу, хотя та четко понимала, что он просто игнорирует её. Сейчас у него не было никакого желания общаться с кем-то еще, ведь иначе он просто перестанет себя контролировать и взорвется окончательно. На улице хоть и была теплая, но пасмурная погода. Совсем скоро с неба начали капать прохладные, но не ледяные, маленькие капельки дождя — все-таки май на носу. Кун любил это время года за частые грозы, ливни, теплую погоду. Любил время, когда всё цветет, когда можно наслаждаться красивыми, красочными закатами и запахом свежей травы. В середине весны он всегда мог отдохнуть, чувствовал свободу и возможность успокоить разум и душу, и именно поэтому он всегда её с нетерпением ждет. Агеро не торопится где-то укрыться от дождя — вместо этого он идет как можно медленнее, несмотря на свой довольно быстрый темп, уходит в свои мысли и глубоко задумывается обо всём происходящем и в мире, и в его жизни, и, если хватит сил, о чем-то ещё. На улице совсем пусто, и парню это как никогда нравится. Он подошел к знакомому, такому родному старому кирпичному зданию и посмотрел наверх — пожарная лестница вся мокрая, подниматься по ней довольно опасно, но когда это его останавливало? Он мигом спустил ее вниз и резво запрыгнул, продолжая аккуратно подниматься на крышу. Постройка не шибко высокая, поэтому добраться до её “вершины“ не составляло особого труда и не отнимало много времени. Более того, за несколько лет Кун наловчился и смог сократить этот промежуток еще вдвое — хотя, казалось бы, куда уж быстрее. Едва запрыгнув на крышу, Кун чуть не упал с неё, увидев сидящего на краю Хатсу из своего класса. Одноклассник повернул голову в сторону Агеро и, кажется, тоже немного удивился. — Кун Агеро, верно? — Хатсу лишь недавно пришел в класс, поэтому он всё ещё не всех запомнил и переспрашивал их имена для уверенности. — Всё так. Что ты тут делаешь? Уроки ведь. — То же, что и ты, — парень смотрел куда-то вдаль. — То же, что и я? Кажется, Хатсу Ари, ты плохо отличаешь самоубийство от простого медитирования на крыше. Только вот.. Здание-то невысокое для этого, — Агеро сел рядом и свесил ноги с крыши. — Самоубийство? Не смеши. — Думаешь, я несу бред? — Кун посмотрел на стоящую в стороне обувь, после чего достал у Хатсу из кармана прощальную записку. Парень нахмурился и, недолго думая, лег на спину, сложив руки за головой. — Зачем? — спросил Кун, повернувшись к собеседнику, который продолжал молчать. — Не вижу смысла продолжать барахтаться в этом болоте. — Почему бы тогда просто не позволить ему поглотить тебя? В воздухе повисла тишина. Она не угнетала, не пугала и не расстраивала, но она и не радовала. Она просто была. Дождь становился всё сильнее, в небе мелькали маленькие молнии, сопровождаемые тихим звуком грома, который словно подстраивался под тишину между Куном и Хатсу вместе с дождем. Им ничто не мешало, и каждый из них это ценил. — ..И увязнуть в этом дерьме? Это ведь то же самое, что просто сигануть с высокого здания, — наконец смог ответить Ари. — Ты так уверен, что окажешься в дерьме, если позволишь ему поглотить себя? — Кун улыбнулся, тихо и спокойно отвечая, возможно, пытаясь помочь едва знакомому человеку, — Иногда прекрасное таится там, где никто не ожидает его найти. Хатсу перевел взгляд на Куна. Тот наблюдал за очередной молнией, которая впоследствии стала последней. Дождь закончился так же быстро, как и начался. От этой “бури“ остались лишь раскаты грома где-то далеко, где они становились тише и тише, пока окончательно не исчезли. — А ещё часто случается так, что приходит то, чего ты не ждёшь, — продолжил Агеро спустя минуту, — Поэтому.. Почему бы тебе просто не плыть по течению? Смириться с происходящим и посмотреть на мир под другим углом. Разве не звучит заманчиво? — А ты занятный, Кун. Никогда бы не подумал, что тебе и правда семнадцать. И что ты вообще способен сказать такое. Я всегда считал, что ты серьезный и упертый, но оказалось, что ты действуешь скорее по ситуации, чем по своим принципам, — рассуждал Хатсу. — И по принципам тоже. Я ведь тоже не сразу решил плыть по течению. Сначала так же, как и ты, сопротивлялся, но потом.. Потом жизнь дала понять, что это бесполезно, — Агеро поставил локоть на колено и подпер ладонью подбородок. Его собеседник увлеченно слушал и не сводил с него глаз, однако Кун, кажется, даже не заметил это. — Неужели ты так быстро сдался? — Я долго думал об этом. Думал, думал.. Пока не решил, что лучшее решение на данный момент — сохранить силы и не тратить их на тщетные попытки. — Проще говоря.. — Залечь на дно, — Кун продолжил фразу за Хатсу, едва тот успел сообразить. На лице вдруг появилась хитрая ухмылка, — Может, это и странно — чтобы не оказаться на дне, надо залечь на дно. — Возможно. Однако звучит интересно. Быть может, это самый оптимальный вариант, но что точно — он единственный. — Значит, ты тоже так думаешь? — Я все еще не уверен, но теперь я склоняюсь к тому, что бездействие намного лучше, чем действие, — парень приподнял голову наверх, наблюдая за серыми тучами в небе. Они не торопились исчезать вслед за дождём, но это лишь радовало Хатсу, ведь солнце сейчас совсем некстати. — Тебя легко переубедить. Это странно. — Не так уж и легко. Скажем так: просто ты выполнил все требования, нужные для переубеждения. Агеро выдохнул как-то разочарованно, но в то же время несколько удивленно. В какой-то момент на его лице, как и на лице его одноклассника, можно было рассмотреть облегчение. И в самом деле — у Куна словно гора с плеч спала. Что может быть лучше разговора с человеком, с которым ты “на одной волне“? Есть ли вообще такая вещь, а если есть, то что она из себя представляет? Агеро считал, что подобный разговор — всё равно что обрести, наконец, долгожданное спокойствие, выбравшись из бесчисленных лабиринтов своего собственного разума и жизни. — Эй, Хатсу, — обратился он к однокласснику, чуть повернув голову в сторону, — Не против обменяться номерами?