Rival

      Отношения между Виоле и Куном оставались напряженными, в воздухе всё время летала неловкость. От былой ненависти ничего не осталось, однако это смущение даже хуже, чем постоянная вражда и соперничество. Каждый раз, когда они нечаянно пересекались в коридоре, они одаривали друг друга неловким «Привет», ещё с минуту молча стояли рядом и смотрели в пол, а затем расходились в разные стороны, не сказав больше ни слова. Это непохоже ни на Виоле, ни на Куна, ведь обычно они достаточно разговорчивы. Однако сейчас всё иначе, и с этим надо было срочно что-то делать, как-то исправлять ситуацию.       — Виоле! — после уроков Агеро нашёл класс Грейса и, преодолев свои страхи и сомнения, решил встретить его. — Ты свободен? Не хочешь прогуляться?       — Кун? — Грейс едва заметно вздрогнул, когда из-за угла выскочил Агнис. — Я не против.       — Отлично. Тогда пошли, — Агеро схватил Виоле за запястье, и они быстро покинули школу.       Неподалёку находилось уютное кафе, в котором Кун часто проводил время и иногда подрабатывал официантом. Там его все знали и относились, как к старому другу. Работники этого заведения очень дружелюбные и милые люди, поэтому кафе удаётся поддерживать приятную атмосферу. Как только парни жали в здание, их встретил звук колокольчика, висящего на двери и оповещающего о приходе посетителей. В нос ударил слабый запах кофе, смешанный со сладкими духами и ванилью. Агеро с удовольствием вдохнул этот знакомый запах, поприветствовал друзей и провёл Виоле за столик, который он заранее попросил освободить. Он находился в самом углу кафе, около окна. На подоконнике было много искусственных растений, маленькие фарфоровые фигурки мухоморов и лягушек, а также лианы, которые свисали сверху. Кун по-свойски плюхнулся на мягкий диван, стоящий у стены.       — Ты, кажется, часто бываешь тут, Кун? — спросил Виоле, присаживаясь на стул, что напротив.       — Ага. Я тут работаю по выходным и и на каникулах, так что меня тут все знают.       — Ты работаешь? — удивлённо спросил Виоле. — Разве ты не из обеспеченной семьи?       — Ну, да.. Там много нюансов, но сейчас я живу с младшим братом. Семья отказалась от меня.       Грейс молчал. Кун выглядел спокойно, словно это пустяк, о котором можно вот так говорить. Такое отношение к тому, что семья бросила его, казалась Грейсу странной, но в то же время сама ситуация заставляла его грустить.       — Эй, не смотри на меня так. Они, в общем-то, правильно сделали, что отказались от меня. Можно сказать, я этого и добивался, — видя шокированное выражение лица Виоле, Агеро перестал улыбаться и, прокашлявшись, продолжил: — Впрочем.. Это старая и долгая история. Так что давай поговорим об этом потом. А сейчас... — Агеро задумался над вопросами, которые можно было бы задать собеседнику, чтобы продолжить диалог, но ничего не шло в голову.       — Повезло тебе, наверное. Я про младшего брата.. я всегда хотел брата или сестру, но я единственный ребёнок в семье.       — Ну.. Ран очень милый и послушный ребёнок. К сожалению, он абсолютно антисоциальный, и я за него волнуюсь в этом плане. Он общается только со мной и с нашим старшим братом.       — У тебя два брата?.. —в недоумении спросил Виоле.       — Четыре. Два младших и два старших. А ещё три сестры: младшая и две старших.. Те ещё змеи, — усмехнувшись, сказал Агнис. На его лице на секунду появилось отвращение, но оно быстро сменилось безразличием.       — Я, конечно, слышал, что у Кунов большая семья, но восемь детей?.. Я бы на месте твоих родителей застрелился.       — Лучше бы так и было, — он пожал плечами и сложил руки на груди, закрыв глаза. По его тону Виоле понял, что Агеро презирает свою семью и даже не скрывает этого. — Ладно, хватит о них. Я уже давно не часть этой семьи, и единственное, что меня с ней связывает, это мои младшие.       — Понял. Тогда.. У тебя кто-то есть? — с непринуждённым видом спросил Виоле.       — А?..       — Ну, девушка. Или, может, парень?       — Это... как-то внезапно, — Кун покраснел и отвёл взгляд в сторону, пытаясь спрятать и так едва заметный румянец. — Да, у меня есть партнёр. Но об этом никто не знает, так что.. — Кун недовольно вздохнул и взъерошил свои волосы. То, как он вёл себя с Виоле, то, как сильно смущался от банальных действий и вопросов.. Да чтоб чёрт побрал его, этого Виоле! Даже на первом свидании с Хатсу Агеро чувствовал себя увереннее, чем сейчас с Виоле, который только-только стал его другом.       — Прости, не хотел тебя смущать. Я подумал, что было бы неплохой идеей перевести тему на более повседневную, — Виоле подпер щёку рукой и вздохнул. Кун сделал глубокий вдох и постарался успокоиться. Благо, это у него получалось хорошо.       — Ну, а что насчёт тебя? Ты, кажется, стал немного другим. Менее отстранённым.       — Ты думаешь? — удивлённо спросил Грейс.       — Ну, конечно, я не знаю, с чем это связано. Возможно, дело в том, что мы покончили с нашей многолетней враждой, и ты открылся с другой стороны.       Виоле выдержал паузу. Он и сам не заметил того, как стал меняться, и всё благодаря тому, что их отношения с Хансоном стали улучшаться. Он едва заметно улыбнулся и кивнул.       — Да, ты прав. У меня были проблемы в отношениях, но недавно мы стали ближе.       — Вот как. Что ж, я рад за вас.       Вскоре официант принёс парням по чашке горячего ароматного кофе, и между ними вновь разверзлась тишина. Агеро не спускал глаз с Виоле, чьи глаза были скрыты под длинной растрёпанной челкой, а Грейс же смотрел то в стол, то на остывавшее кофе и порой делал небольшие глотки, после чего вновь почти бесшумно ставил чашку на место и продолжал молчать. Вдруг он резко поднял голову и заглянул в ярко-синие глаза Агниса, заставив тем самым вздрогнуть последнего от неожиданности. Виоле наблюдал за появившемся смятением в этой синеве его глаз, а затем всё же прервал затянувшуюся тишину.       — Ты ведь с Хатсу встречаешься? — и снова вопрос, который застал Агниса врасплох.       — Так заметно?.. — спросил он, вздохнув и подперев щёку рукой.       — Ага.       Кун потёр затылок рукой и сделал последний глоток своего кофе, после чего, в очередной раз испустив тяжёлый вздох, вытирая лицо от горячего напитка, громко поставил его на стол. Ему даже на секунду показалось, что он, не рассчитав силы, мог нечаянно разбить чашку, но, к счастью, этого не случилось.       — Ты закончил?       — Да, почти..       — Тогда быстрее допивай и пойдём. Хочу тебе кое-что показать.       — Что? — Виоле быстро допил содержимое и встал из-за стола.       — Увидишь. Пойдём.       Сказав это, Агнис самодовольно ухмыльнулся. Они вышли из заведения и направились в неизвестном для Грейса направлении, но знакомом и отчасти даже родным для Куна. На улице почти стемнело, и вскоре один за другим стали включаться фонари. В какой-то момент Виоле начал узнавать знакомый пейзаж.       — Погоди, Кун, это же... — Виоле застыл. Кун привёл их на утёс. Тот самый, на котором находилась могилка Андросси. — Почему мы..       — Значит, ты тоже знал её? — спокойно спросил Агеро.       — Что? Ты был знаком с Росси?       — «Росси»? — Агеро улыбнулся и отвёл взгляд в сторону. — Андросси была моей невестой. Нам это, конечно же, не нравилось.. Мы никогда не любили друг друга, поэтому в итоге стали «сотрудничать», чтобы сорвать помолвку, но.. её убили, — Оба выдержали паузу, прежде чем Кун продолжил: — Я рад, что у неё были друзья, кроме неё.       Агеро стоял спиной к собеседнику и смотрел на воды Токийского залива, в котором так красиво отражался лунный свет. Виоле смотрел ему в затылок, его руки непроизвольно сжались в кулаки. Обернувшись, Агеро увидел перед собой довольно необычную картину: Виоле весь дрожал, опустив голову и прижав подбородок к груди. Слёзы, стекающие по его щекам, едва заметно блестели на свету. Он выглядел таким беззащитным, но вид был завораживающий. Кун и не надеялся вновь увидеть Грейса с этой стороны, не ожидал вновь увидеть его ранимым и подавленным. Его лицо слегка помрачнело, но в душе ему было радостно от того, что Виоле настолько доверяет ему, что может позволить себе вот так расплакаться. Кун очень ценил такое доверие со стороны друга. Он медленно подошёл к Виоле и положил руку ему на плечо, успокаивая, желая утешить.       — Прости.. — шепнул он и закрыл лицо руками. — Я ненавижу чувствовать себя таким жалким.       — Ты не жалок. Твои чувства совершенно нормальны. В них нет ничего противозаконного, — Кун говорил чётко, уверенно. Настолько, что Виоле даже удивился, когда услышал эти слова из его уст.       Благодаря Агеро Грейс быстро успокоился, после чего рассказал обо всём. О своих периодически появляющихся галлюцинациях, о своём огромнейшем чувстве вины, о своих попытках забыть прошлое, отвлечься от него. Он выложил ему всё, что так долго скрывал ото всех, включая Хансона, которому смог рассказать о своих переживаниях только спустя несколько лет. Виоле наконец нашел того, кто действительно понимает его, того, кто может войти в его положение, ведь с Куном случилось ровно то же самое. Агеро вытер слёзы Грейса, после чего сказал:       — Я чувствовал себя так же первые несколько месяцев. Однако мой старший брат помог мне стать сильнее и двигаться дальше. Он и.. моя ненависть к Эдвану и Захарду. Я больше не виню себя за всё, что случилось, и продолжаю идти дальше без всех этих мыслей. Без неё, — он затих, размышляя над следующей фразой. — Я хочу помочь тебе. Но хочешь ли ты того, чтобы тебе протянули руку? Или ты и дальше будешь прятаться за своей жалостью и жить в прошлом, которое не вернуть? — он говорил грубо, твёрдо. Жалеть Виоле он не хотел, ведь это не поможет ему выбраться из болота, в котором он продолжает тонуть. От удивления сам Грейс чуть приоткрыл рот, но после мягко улыбнулся.       — Ты прав.. — начал он, размышляя над всем, что происходило последние несколько лет. — Я хочу, чтобы ты мне помог, Кун. Пожалуйста, — прошептал он, а на его глазах вновь проступили слёзы. Это были слёзы счастья, благодарности за то, что Кун появился в его жизни и готов был вот так подставить плечо, чтобы Виоле смог встать. В ответ Кун кивнул и протянул кулак, что сделал и Грейс.       После этого разговора они сидели на краю утёса и говорили о чём-то своём, любуясь небом. После небольшой паузы между ними Агнис вдруг шепнул: «Баам».       — Что?       — Баам. «Ночь» в переводе с корейского, — он посмотрел на друга и улыбнулся. — Тебе подходит это прозвище.       — Ты думаешь?.. — спросил он, но его вдруг осенило: — Ты знаешь корейский?       — Я знаю пять языков. Японский, китайский, корейский, английский, латинский.       — Ты что, больной? — Виоле вопросительно изогнул бровь, на что Кун рассмеялся.       — Возможно. Но, знаешь, Баам, — новое прозвище эхом раздавалось в голове Грейса, но ему оно, на удивление, нравилось. По крайней мере, намного больше, чем то, которое он получил в старшей школе. — Если уж кто больной тут, так это ты.       — На что это ты намекаешь? — он ткнул его локтем в бок.       — Да так, — он усмехнулся.       — Ты невыносимый, Кун, — он обречённо вздохнул.       — Зови меня лучше по имени. Всё-таки, мы вроде как друзья.       — Хорошо.. Ты невыносимый, Агеро.       Кун показательно нахмурился.       — Да ну тебя, — он встал и протянул руку Бааму. — Пойдём. Уже становится поздно.       Виоле взял руку и, улыбнувшись, встал с земли. Они напоследок окинули взглядом звёздное небо и необъятный океан, после чего разошлись по домам.