О чём молчат бабочки?

      Под гнетущий стук секундной стрелки настенных часов Розали так и не сомкнула глаз, бездумно уставившись взглядом в одну точку. Тревожное чувство, притаившись глубоко внутри, беспрестанно терзало душу, острыми когтями царапало изнутри её грудную клетку, всё время заставляя возвращаться к мыслям о медальоне.       Прошло не меньше часа. Кто-то, тщетно стараясь не нарушить тишину, вошёл в комнату, закрыв за собой дверь. Розье не повернулась, всё так же слепо разглядывая стену перед собой, но до её ушей донёсся тихий всхлип. Скрипнули петли двери, ведущей в ванную комнату. Вода из крана потоком хлынула вниз, а жалобный, безнадёжный всхлип повторился, став громче. Ровно через сорок семь ударов настенных часов всё стихло, а спустя ещё восемьдесят один дверь комнаты громко захлопнулась, оставляя Розали вновь наедине с тишиной.       Откинув в сторону одеяло, девушка переставила босые ноги на холодный пол, тут же на цыпочках заспешив к кровати Лилит. Сердце от волнения забилось в несколько раз быстрее, дыхание перехватило. Быстро открыв один из ящиков тумбочки соседки, бывшая слизеринка сразу нашла среди её вещей медальон и крепко сжала его в ладони.       — Слава Салазару, — с облегчением выдохнула она, прикрыв глаза, и аккуратно спрятала медальон обратно глубоко в ящик, торопливо прикрыв его сверху первыми попавшимися под руку вещами.       На несколько секунд на душе стало спокойней. Розали обернулась, намереваясь вернуться в постель, но её взгляд оказался прикован к чёрному ворону, безмятежно сидящему на подоконнике. Чёрные глаза-бусины смотрели прямо на девушку. Розье невольно сглотнула.       Издав громкое карканье, птица грузно взмахнула большими чёрными крыльями, взлетая вверх, и в несколько секунд скрылась из виду.       Стараясь выкинуть из головы всё произошедшее, Розали вновь легла на кровать, закутавшись в одеяло. Но теперь её мысли мучили не только переживания насчёт медальона, но и загадочный ворон, не вызвавший никакого доверия. Розье так и не сумела заснуть до самого возвращения всех девушек в комнату.       Время неизбежно клонилось к четырём часам, какой бы долгой не казалась эта ночь. Лилит подошла к Розали, слегка потрепав по плечу, чтобы разбудить, как и обещала, хотя это и не требовалось. Ощущая себя потерянной, девушка механически натянула поверх нижнего белья футболку и шорты, чтобы отправиться на ужин. Она не чувствовала голод, но прекрасно понимала, что без еды не сможет долго протянуть.       Фрагменты воспоминаний ускользали из памяти, голова всё ещё противно гудела после утреннего падения из окна, особо настойчиво напоминая о себе при малейших резких движениях.       Едва Розье переступила порог столовой, приятный запах еды тут же ударил в нос, а пустой желудок мгновенно привлёк к себе внимание громким урчанием. Девушка поспешила сесть за то же свободное место, что и утром, быстро притянув к себе тарелку с ужином. Мясо, овощи, что-то ещё... Она интуитивно разжёвывала еду, мыслями находясь далеко за пределами столовой.       Изредка обращая внимание на привычно весёлую и шумную Лилит, сидевшую рядом, Розали никак не могла разделить её радости. Сомнения без конца терзали её голову. Всё оказалось слишком легко и просто, а поверить в то, что уже завтра она окажется свободна, было практически невозможно. Розье с трудом представляла, что весь кошмар и страхи закончатся ещё до того, как всё успело начаться.       За спиной раздался звон разбившегося стекла. Все обернулись, чтобы посмотреть, в их числе и Розали. За соседним столом в отдалении от всех сидела девушка, вся бледная и осунувшаяся. Её губы дрожали, по раскрасневшимся щекам текли слёзы. Изящная рука с тонкими хрупкими пальцами всё ещё лихорадочно тряслась, повиснув в воздухе, а внизу прямо под ней по полу разлетелись осколки вдребезги разбившегося стакана. Девушка быстро обернулась, посмотрев на Эдварда, стремительно приближающегося к ней, и невольно испуг и отчаяние отразились в её взгляде.       Она тут же нагнулась, поднимая с пола особо большой осколок и спешно приставила его к своему запястью, без сомнений полоснув острым краем вдоль предплечья. Тёмная кровь мгновенно заструилась вниз по её руке, вязкой струёй стекая на каменный пол.       Розали в секунду почувствовала призыв тошноты. Желудок скрутило неприятным спазмом, и она тут же поспешила отвернуться, зажмурив глаза. Приложив руку к груди, девушка затаила дыхание, постаравшись успокоиться.       Меньше чем за секунду оказавшись рядом с несчастной, Маккиннон в пару резких движений стянул с пытавшейся сопротивляться девушки её футболку и туго перемотал тканью кровоточащую руку. Не обращая внимания на упорные старания высвободиться, Эдвард, плотно стиснув от злости зубы, молча повёл девушку из столовой, лишь что-то коротко сказав стоявшему на входе Джону, после чего окончательно скрылся от всех любопытных взглядов.       — Розали, всё в порядке? — осторожно спросила Лилит, коснувшись плеча Розье и ненавязчиво придвинув ближе к ней стакан воды. — Тошнит?       Девушка слабо замотала головой из стороны в сторону, глубоко вдохнув и выдохнув, после чего открыла глаза.       — Зачем она... — непонимающе начала Розали, но Лилит тут же её перебила, не став дослушивать и без того понятный вопрос до конца: — Она тоже здесь недавно. Работает в другом зале, где контингент клиентов не самый приятный. Требования у них жестокие и отвратительные, не у всех получается быстро привыкнуть, вот и срываются периодически, — спокойно пояснила Лилит, сочувственно погладив Розье по плечу.       Розали тяжело сглотнула, глубоко вдохнув в лёгкие воздух через нос и медленно выпустив его через полуприкрытые губы. Быстро и уверенно обхватив пальцами стакан с водой, она сделала несколько больших глотков. Стало немного легче. Но всё равно перед глазами мелькала картина тёмной и вязкой крови, струящейся по бледной коже, и от этого вновь начинало выворачивать. А ведь она сама совсем недавно пыталась сделать то же самое. Постаравшись избавиться от плохих мыслей, Розали сделала ещё один глоток воды и отставила пустой стакан обратно на стол.       — А за это наказывают? — шёпотом спросила Розали, обернувшись, чтобы ещё раз посмотреть на разлетевшиеся по полу осколки. — За попытку наложить на себя руки, — также тихо пояснила она, метнув короткий взгляд в сторону Джона.       Парень равнодушно наблюдал за всеми, скрестив руки на груди и лениво облокотившись спиной о стену. Казалось, он дремал с открытыми глазами, словно хищник, делающий вид, что не замечает лёгкой добычи, так и норовящей подойти к нему ещё ближе, лишь бы сильнее подогреть собственный азарт и интерес, ощутить желанный адреналин и избавиться от страха.       Розали пересеклась взглядом с его чёрными глазами. На губах парня мгновенно появилась самодовольная хищная ухмылка, словно он вот-вот был готов оттолкнуться от стены и направиться в её сторону, не обращая внимания на всё остальное. Девушка через силу отвернулась от Руквуда, встречаясь со светло-зелёными глазами Лилит.       — Нет, не наказывают, — тихо усмехнулась в ответ на вопрос соседка, заправляя пряди рыжих волос за уши. — Но Регулус потом проводит весьма долгие беседы, которые, конечно, помогают справиться с желанием попытаться вытворить нечто подобное ещё раз, но иногда становятся хуже телесной пытки. Он это умеет, — хмыкнула она, отвернувшись к столу, и, облокотившись о него локтями, опустила голову. — Довести до слёз просто словами и задеть самые животрепещущие мысли и чувства, — добавила Лилит практически шёпотом.       — Но... как ему это удаётся? — недоумевающе поинтересовалась Розали.       Лилит пожала плечами, отпив немного вишнёвого сока из своего стакана. Капли, стекая вниз по прозрачному стеклу, оставляли за собой алый след. Розье проследила за ними взглядом, мыслями невольно вернувшись к каплям крови, оставляющим такой же размытый след на бледной коже. На несколько мгновений в её голове возникла идея также разбить стакан и посмотреть, что же из этого выйдет.       — Иногда он знает о нас даже больше, чем мы сами, — задумчиво протянула Лилит, сделав ещё глоток и тем самым вывлекая Розали из мыслей. — Он знает обо всём, что происходит в борделе.       — То есть... — девушка запнулась. В мгновение её бросило в жар. — Он может уже знать о... о медальоне? — едва слышным шёпотом спросила она, за что мгновенно получила угрожающе злой шик со стороны Лилит.       — С ума сошла? Не стоит говорить об этом здесь и даже думать не следует лишний раз, Розали, — раздражённо прошептала она, тут же опустив вниз голову и прикрыв глаза. Рыжие волосы спали на лоб, закрывая лицо девушки. — Он не узнает об этом. Мы окажемся на свободе раньше, чем он успеет даже что-то понять, — уверенно добавила она, после с болью поджав губы.       Разговор был закончен. По крайней мере, Розали не видела смысла пытаться его возобновлять. Молча продолжив трапезу, девушка всеми силами старалась избавиться от мыслей о медальоне, но, как назло, их стало лишь больше. Забыть обо всём никак не получалось, как бы она не старалась, и даже попытки отвлечься хотя бы на какие-то пустяки были бесполезны.       В столовой эхом раздался громкий стук каблуков. Порог зала уверенно перешагнула Мишель, остановившись рядом с Джоном. Бернар, не говоря ни слова, протянула в его сторону раскрытую ладонь и облизала собственные губы. Терпеливо дожидаясь действий парня, свободной рукой она потянулась к своему лицу, ещё сильнее размазав костяшкой пальца в уголках рта тёмно-бордовую помаду.       Руквуд несколько секунд старался игнорировать девушку, но в итоге, недовольно закатив глаза, достал из кармана своего пиджака пару золотых галлеонов и положил их на руку девушки. Тут же сжав монеты в ладони, Мишель натянуто улыбнулась в ответ и заспешила к своему месту за одним из столов.       Розали искоса следила за ней всё это время, тщетно стараясь угадать, что же всё это значило. Почему охранник дал ей деньги, за что? Могла ли Мишель рассказать кому-то о том, что Розали была в кабинете Блэка одна или же её самой там не должно было быть? А если Эдвард рассказал обо всём Регулусу? Холодный ужас вновь пробежал вдоль по позвоночнику, сковывая его и все последующие движения.       Сев на свободное место рядом с Кэтрин, Бернар быстро спрятала деньги в декольте своего платья и молча придвинула к себе тарелку со слегка остывшей едой. Словно ничего и не произошло. Не проронив ни слова, девушка несколько минут спокойно ела, после чего неожиданно отодвинула в сторону от себя полупустую тарелку. Подняв на Розали внимательный взгляд, Мишель наблюдала за ней некоторое время, после чего насмешливо хмыкнула, привлекая внимание девушки и вынуждая её также поднять голову.       — Получилось в итоге спрятаться от Джона? — хитро прищурившись, спросила она, скрестив руки на груди и облокотившись ими о стол.       Розье краем глаза сразу заметила, как на неё обернулась, явно оказавшись недовольной и взволнованной словами Мишель, Лилит, а после почувствовала на себе ещё пару заинтересованных взглядов Кэтрин и Сары. Розали осторожно опустила взгляд обратно в свою тарелку, неловко потерев ладонью шею.       — Что ж ты такого успела сделать, что он на тебя уже глаз положил? — продолжила Мишель, не убирая с лица игривой усмешки, и, аккуратно нанизав на вилку кусочек отрезанного мяса из своей тарелки, неторопливо положила его себе в рот.       — В каком смысле? — с подозрением спросила Розали, осторожно посмотрев на Бернар и нахмурившись.       Неужели Мишель ничего не знала о медальоне и даже не догадывалась? Неужели она всё себе лишь надумала и никто даже и близко не собирался подозревать её в чём-то плохом?       — Он никого просто так не трогает, — невзначай пояснила Кэтрин, слегка прокашлявшись и отпив немного сока из своего стакана. — Он, конечно, ещё тот ублюдок, но без особого повода или случая ничего делать не будет.       — Особенно трогать новеньких в первые дни, — уверенно добавила Мишель. — Потому мне очень любопытно, что же ты успела натворить?       Тихо выдохнув от облегчения, убедившись, что Бернар действительно ничего не подозревала насчёт медальона и её лжи всё же смогли поверить, Розали улыбнулась. Ей ничего не угрожало. Её свободе ничего не угрожало.       — То, что я случайно зашла в его комнату без спроса, считается весомой причиной? — тихо усмехнулась Розали в ответ, не сумев скрыть своего заметно улучшевшегося настроения.       — Разумеется, — беззаботно рассмеялась Мишель, а в её глазах заблестели озорные огоньки. — Забрести в логово к монстру и надеяться, что он тебя не тронет, весьма безрассудно. И удивительного в этом ничего нет.       — Но он вряд ли станет тебя ещё трогать, пока ты сама не дашь ему причины для этого, — спокойно добавила Кэтрин, допивая остатки сока из стакана. — Просто веди себя хорошо, соблюдай правила, слушайся, и ничего страшного не случится.       Конечно, он её уже больше не тронет. Он просто не успеет. Медальон Слизерина у них, а сами Лилит и Розали уже одной ногой на свободе. Девушка не могла сдержать улыбки, а потому постаралась максимально низко опустить голову, чтобы этого никто не заметил. Её радости и счастью не было предела. Она уже чувствовала себя свободной и по-настоящему живой, как никогда раньше.       Быстро доев всё до последней крошки и оставив тарелку полностью пустой, Розали вернулась в комнату следом за Лилит. С лица всё никак не удавалось стереть счастливой предвкушающей улыбки. Ожидание завтра становилось всё более тягостным, невыносимым. Последние часы она проводит в этом жутком, Мерлином забытом месте, и от этого становилось хорошо и одновременно легко на душе.       Розали легла спать, буквально свалившись на кровать, даже не став снимать с себя футболку и шорты. Едва она закрыла глаза, как сознание тут же затянуло её в глубокий, забывчивый сон.       Но вот прошло не больше, чем полчаса. Кто-то резко и достаточно грубо схватил Розали за плечи, силой вытаскивая из кровати без малейших объяснений, и тут же потащил за собой так, что девушка едва успевала устоять на ногах. С трудом стараясь разлепить веки, прийти в себя, Розье никак не могла понять, что происходит. Всё вокруг продолжало казаться сном, быстро переросшим в самый обычный кошмар, где ты ничего не можешь сделать. Просто наблюдаешь, а в самый страшный момент просыпаешься. Собственное тело слабо подчинялось её воле, полностью подвластное другому человеку, ведомое и совсем беззащитное. Серый коридор, тщетные попытки слабого сопротивления, всё та же лестница и вот она уже переступает порог кабинета Регулуса.       Проснуться так и не удалось. Всё вокруг было настоящим, очередной страшный сон стал явью. Розали обернулась, чтобы посмотреть на человека, который вёл её всё это время. Это был Джон, она узнала его сразу, но он, казалось, вовсе не был заинтересован ею. В кабинете уже было шесть её соседок. Дальше всех от выхода — Сара, следом за ней Кэтрин, три совсем незнакомых ей девушки, Лилит. Все они стояли на коленях в одной линии, тихо перешёптываясь друг с другом. Руквуд положил тяжёлую руку на плечо Розали, вынуждая и её также опуститься на колени рядом с Лилит.       — Что происходит? — шёпотом спросила Розали, но в голове уже навязчивым звоном раздавалась мысль о настоящей причине. Медальон.       Лилит, слегка повернув голову в сторону Розали, лишь равнодушно пожала плечами, хотя невооружённым взглядом было видно, что она также сильно взволнована и даже напугана. Ни привычной беззаботной улыбки на губах, ни ярких задорных искорок в глазах.       В голову на несколько мгновений закралась идея попытаться сбежать, пока ещё не поздно. Зацепившись за эту мысль, Розали уже была готова постараться осторожно и быстро встать на ноги, как порог кабинета переступил Регулус в сопровождении молодого человека, внешне чем-то похожего на самого Блэка. Девушка ненадолго задержала взгляд на величественной фигуре парня, с любопытством остановившись на небольшом шраме, пролегающем вдоль левого виска, и наткнулась на почти чёрные, карие глаза, которые в этот же момент холодно и равнодушно посмотрели на Розали в ответ. На губах его застыла лёгкая усмешка, едва на лице девушки отразился лёгкий испуг и неловкость от того, что её так просто поймали за разглядыванием его самого.       Розали поспешила отвести взгляд, опустив его в пол, и задержала дыхание, вспомнив про медальон и то, что это было наиболее вероятной причиной того, почему их здесь собрали. Мысли о побеге и свободе тут же горечью отдались в душе, а обида и отчаяние неприятно кольнули под сердцем, словно кончик острой иглы, невольно загнанный под кожу.       Загадочный парень сделал несколько шагов в её сторону, из-за чего сердце Розали бешено забилось от волнения, но он прошёл мимо, остановившись в нескольких шагах где-то за её спиной. Девушка оборачиваться не стала.       Во всём кабинете на долгие секунды воцарилась тишина, полная неизвестности и напряжения, повисшего в воздухе и ощущаемого каждым, кто находился здесь. Розье повернула голову в сторону двери, к которой находилась ближе всех остальных девушек, думая о том, чтобы всё же попытаться сбежать. Пока ещё не слишком поздно. Всего несколько мгновений: подняться на ноги, посильнее оттолкнуться и броситься прочь из этого места, не замечая гневных окликов и погони. Но она не знала, куда бежать, где прятаться и как спасаться. Оставалось лишь ждать своего приговора, а он был для неё только один: боль и смерть.       Размеренные шаги Регулуса гулким эхом отдавались в ушах, отзывались дрожью в теле и мурашками на коже. Стало боязно даже вздохнуть, не то что хотя бы представить встречу с его взглядом, способным прочитать каждую из девушек насквозь... Он остановился перед ними, убрав одну руку в карман своих брюк, и тяжело вздохнул.       — Милые дамы, — низкий голос пробирал до мурашек по коже, заставляя прислушиваться к каждому слову и звуку, исходящему из его уст, — некоторым из вас должна быть знакома эта вещица, а кому-то даже особенно хорошо.       Блэк достал из кармана брюк медальон, цепочка которого тихо зазвенела, и все невольно подняли глаза, посмотрев на артефакт, повисший на пальцах мужчины. Розали прикусила собственный язык, сдерживая рвавшийся наружу стон отчаяния, едва ли справляясь с участившимся от страха дыханием и дрожью во всём теле. Она уже видела, как сам дьявол с довольной улыбкой на губах ставит свою подпись на договоре о её публичной казни. У неё уже не получится выйти отсюда живой.       — Этот медальон нашли у одной из вас. Кто-то украл его у меня, очевидно, не подозревая, насколько ценна эта вещь. Стоит ли мне ждать от вас честного признания? — холодно и серьёзно, без малейшего намёка на снисхождение или пощаду, спросил Регулус, а после со злостью сжал медальон в ладони, когда все девушки перед ним одна за другой опустили головы, пряча свои лица, чтобы лишний раз не пересекаться с ним взглядами. — Можете считать, что вам несказанно повезло. Если бы он был настоящим и представлял значение не только для меня, то сейчас вас всех по кусочкам пытались бы вытащить из вод Темзы особо порядочные магловские полицейские, — сухо и с раздражением добавил мужчина, подойдя к своему столу и небрежно бросив на него медальон, серебряная цепь вновь противно звякнула.       Он ещё и был не тем, который нужен? Розали думала, что вот-вот расплачется от обиды и отвращения к своей судьбе. Это было нечестно, несправедливо, просто ужасно! Она рисковала своей жизнью ради подделки, слепо верила в то, что находится в шаге от желанной свободы, а её обвели вокруг пальца, и теперь всё будет даже хуже, чем до этого. Надежда на что-то хорошее погасла в груди мгновенно.       — Сара, как ты думаешь, кто мог украсть медальон? Кто мог спрятать его? — негромко, почти шёпотом, спросил Регулус, не оборачиваясь, и с силой сжал край стола пальцами, очевидно стараясь совладать с собственным гневом и спрятать его за маской весьма шаткого и хрупкого терпения.       Шутки и смех были сейчас совсем неуместны, но Розали чувствовала, что её нервы натянуты до предела и вот-вот готовы порваться. Словно струны скрипки, к которым приставили острое лезвие, проверяя, выдержат они это испытание или нет. Контролировать себя удавалось с каждой секундой всё тяжелее. Истерика подкатывала к горлу и уже улыбка, наполненная болью, застыла на её губах. Она считала секунды до своего конца.       — Я... я не знаю, — робко ответила Сара, спустя несколько секунд размышлений. Блэка боялась не только Розали.       — Подумай хорошо, кто из твоих соседок мог это сделать? — уже более мягко проговорил мужчина, проникая своим голосом в сознание и душу девушек, заставляя их теряться от волнения и самонакручивания, без труда находя в юных сердцах истину, необходимую ему самому.       — Может... — осторожно, неуверенно начала Сара, поджав губы. — Я не знаю, — тяжёло вздохнула она, опустив голову, а после быстро, едва слышно добавила: — Мне кажется, это могла быть Розали.       Дыхание Розье перехватило мгновенно. Сумасшедшая улыбка исчезла с её лица и дикий ужас поразил её сердце, отражаясь во взгляде, направленном на Сару. Но та была ни в чём не виновата, она лишь пыталась защитить собственную шкуру. И было самым очевидным предположить, что украсть медальон решилась бы только новенькая. Розали не были известны все правила, у неё не было здесь друзей и осознания, какое наказание за подобное ей может грозить. Только страх и догадки, которые, к сожалению, так и не смогли остановить её от ошибки.       Мужчина неторопливо повернул голову в сторону Розье, смерив девушку безразличным взглядом. Холодным, нечитаемым. И было невозможно понять, убьёт ли он её прямо сейчас или заставит ещё мучиться.       — Это так, Розали? — спокойно спросил он, убрав одну руку в карман своих брюк.       Девушка посмотрела в его глаза, не замечая того, что по её щекам уже медленно спускались влажные дорожки от хрустальных слёз, переливающиеся манящим блеском на свету. Казалось, она уже умирала, просто не замечала этого. Розали едва заметно качнула головой.       — Нет, — голос сорвался на тихий хрип. — Нет, мистер Блэк, — на рваном выдохе проговорила Розали, с трудом сглотнув вязкую слюну, медленно стекающую к её горлу.       Блэк оттолкнулся от стола, направившись к Саре, и остановился прямо перед ней. Невооружённым взглядом было видно, как девушка дрожит всем телом, но вовсе не от холода. Мужчина взял её за подбородок, вынуждая поднять голову и посмотреть на него.       — Розали говорит, что это была не она, — неторопливо начал Регулус, а внутри Розье что-то одурманенным трепетом отозвалось на собственное имя. — Тогда, может, это была ты, Сара? — Блэк провёл пальцами по её подбородку, внимательно заглядывая в испуганные глаза.       — Нет... — шёпотом произнесла девушка, судорожно мотнув головой из стороны в сторону. — Нет, нет... это была не я, правда. Я не знаю, кто это мог сделать, но это была не я! — отчаянно воскликнула она, а по её щекам потекли несдерживаемые слёзы.       Он медлил, погрузившись в собственные мысли, и эту томительную тишину никто не решался нарушить. Регулус задумчивым взглядом прошёлся по лицу Сары. Серые глаза мужчины с хладнокровной жестокостью наблюдали за дрожащими от страха губами девушки, и вот с них сорвался первый душераздирающий всхлип. Он знал обо всём, что происходит в борделе, он знает куда больше, чем они могут представить.       — Я предупреждал тебя, — наконец негромко и с разочарованием произнёс Блэк, очертив большим пальцем подбородок девушки.       — Клянусь, мистер Блэк, я не крала у вас ничего! — отчаянно воскликнула она, сотрясаемая истерическими всхлипываниями.       — Я знаю, — спокойно заключил мужчина, а после поднял взгляд на молча стоявшего всё это время позади Сары охранника и коротко кивнул ему, делая несколько шагов назад.       Не успела девушка обернуться и хоть что-то понять, как Руквуд крепко сжал пальцами волосы на её затылке, запрокидывая голову назад. Сара закричала от боли, схватившись руками за его предплечье, но сказать ещё хоть что-то в своё оправдание или попытаться сделать она уже не смогла. Джон приставил к её шее нож и одним уверенным движением перерезал девушке горло. Тёмная кровь заструилась вниз по бледной коже, глаза закатились наверх. Сара схватилась за свою шею, но было уже поздно. Рвано хватая ртом воздух, девушка обессиленно прикрыла веки, а едва охранник отпустил её волосы, безжизненной тушей упала на пол. Кровь продолжала стекать по бледной коже, ярко-алыми пятнами растекаясь по белоснежному ковру.       Розали не могла отвести взгляда, шокированная и полностью разбитая изнутри без возможности вернуть что-то назад. Словно упавшая фарфоровая чаша, осколки которой собрать уже невозможно. От развернувшейся картины её выворачивало изнутри, в горле неприятно защекотало. Склонившись вниз и оперевшись одной рукой о пол, Розали не сумела сдержать рвотного позыва, и теперь всё то, что она съела за ужином — неуспевшие перевариться небольшие кусочки овощей и мяса — всё оказалось прямо перед ней. По щекам вновь потекли слёзы. Доигралась.       Но ведь Сара была ни в чём не виновата. Зачем он убил её? За что? Неужели поверил словам Розали и теперь на этом всё кончено, а остальные могут быть свободны? Она не могла понять, почему это произошло, но в душе всё равно было невыносимо мерзко. Тело бросило в озноб, руки мелко задрожали, девушка чувствовала, как начинает задыхаться от собственных беззвучных рыданий.       — А что ты мне скажешь, Кэтрин?       Голос Блэка разорвал гнетущую тишину кабинета, возникшую после последнего предсмертного крика Сары. Розали слабо вздрогнула, словно её ударило током, быстро начав приходить в себя. Кожа покрылась ледяной испариной. Хотелось кричать, бежать, молить о пощаде. Делать хоть что-то, чтобы всё прекратилось прямо сейчас. Сил терпеть больше не было. Но она продолжала стоять на четвереньках, брезгливо сплёвывая на пол остатки пищи, решившей покинуть её желудок, и ощущая на губах солоноватый привкус слёз.       — У тебя есть предположения, кто же это мог быть? — всё так же спокойно и даже равнодушно продолжал Регулус, словно ничего и не произошло. Словно кроме него самого и Кэтрин здесь больше никого не существовало.       — Нет, мистер Блэк, — с ужасом прошептала Морган, затаив дыхание и осторожно обернувшись на Джона, с безразличным выражением лица вытирающего лезвие ножа о белый платок. Девушка тяжело сглотнула.       — А если хорошо подумать?       Регулус отвернулся, размеренными шагами подошёл к своему столу и, вытащив из стеклянного графина с огневиски пробку, наполнил один из стаканов на треть. Джон сделал небольшой шаг в сторону Кэтрин, из-за чего дыхание девушки тут же перехватило, а сама она всем телом интуитивно попыталась отстраниться от парня.       — Пожалуйста, мистер Блэк, — взволнованно пролепетала она, обхватив свои плечи ладонями. — Я правда не знаю, кто мог решиться украсть у вас медальон и кому он мог быть нужен. Умоляю вас, я ничего не делала, — спешно продолжала она, с надеждой смотря в спину мужчины.       Тихо усмехнувшись, Регулус залпом осушил стакан, отставив его в сторону. Взяв со стола свою волшебную палочку, он крепко сжал её пальцами, обернувшись на Морган, и сделал несколько шагов в её сторону.       — Не стоит врать мне, Кэтрин, — низким голосом, пробирающим до мурашек по телу, произнёс он, убирая остриём палочки волосы со лба девушки. — Ты достаточно умна и наблюдательна, чтобы самой догадаться. Я понимаю, что ты не можешь знать точно, кто это был, но у тебя есть предположение, которое так и хочет сорваться с твоего языка, верно?       Морган осторожно кивнула, не сводя внимательного взгляда с холодных серых глаз мужчины и стараясь лишний раз не шевелиться. Никаких лишних слов, никаких лишних движений. Повторять судьбу Сары ей не хотелось совсем.       — Тогда ответь мне, что ты думаешь? — не просьба, приказ, беспрекословное выполнение которого не обсуждалось.       — Мне кажется... — Кэтрин запнулась, когда кончик волшебной палочки Регулуса проскользил вниз по её щеке, остановившись возле уголка губы. — Мне кажется, это может быть... — с трудом на выдохе начала Морган, но Розали её тут же перебила.       — Это была я, — хрипло прошептала Розье, неловко оттолкнувшись руками от пола. Девушка, аккуратно переставляя ноги, поднялась с колен, слегка пошатнувшись, и вытерла тыльной стороной ладони свои губы от вязкой слюны и остатков пищи. — Это была я, — уверенно повторила Розали, выпрямив плечи и с ненавистью, за которой пряталась неимоверная тревога, посмотрев в глаза Регулуса. — Я украла у вас медальон.       Он не был удивлён.       — Зачем? — спокойно спросил мужчина, не убирая волшебной палочки от лица Кэтрин.       Розье смутилась на несколько мгновений, нервно переступив с ноги на ногу и всё ещё чувствуя во рту привкус тошноты. Продолжать стоять ровно с каждой секундой становилось всё сложнее. Как же сейчас хотелось хотя бы одного глотка воды.       — Мне обещали свободу в обмен на него, — тихо шмыгнув носом и убрав другой рукой слёзы со своих щёк, ответила она.       — Кто? — всё так же равнодушно продолжал Блэк, теперь и вовсе не смотря на Розали, а вернувшись к Кэтрин. Проведя волшебной палочкой ещё ниже, Регулус приподнял вверх подбородок Морган, а после слегка вдавил остриё в нежную кожу. — Кто, Розали? — раздражённо переспросил он. — Не стоит тянуть с ответом. От этого зависит не только твоя жизнь.       Невольно метнув взгляд после слов мужчины на мёртвое тело Сары, девушка почувствовала ещё один приступ тошноты, тут же постаравшись его подавить. Это из-за неё. Вина за чужую смерть была только на ней, готовая истязать сердце до последнего вздоха, до последней секунды её никчёмной и бесполезной жизни, которая и так вот-вот оборвётся.       — Я не знаю его имени, — дрожащим голосом продолжила Розали, полная решимости. Больше никто из-за неё не пострадает, она этого просто не выдержит. — Он не представился. Просто пообещал свободу и всё.       Регулус тяжело вздохнул, убрав свою волшебную палочку в сторону от Кэтрин и, зарывшись пальцами в тёмные волосы девушки, наклонился к её уху. Он что-то прошептал ей, после чего отстранился и с интересом проследил за реакцией Морган на его слова. В глазах девушки на несколько мгновений отразилось недоумение, а губы слабо приоткрылись в немом вопросе.       — Как прикажете, мистер Блэк, — покорно произнесла Кэтрин.       Мужчина подал ей руку, помогая подняться на ноги. Морган обернулась на Розали, бросив на неё благодарный взгляд, после чего на цыпочках поспешила к выходу из кабинета, на ходу вытирая со своих щёк пару выступивших слёз. Следом за ней вышел Джон.       — Я тебе уже говорил, Розали, что за ложь буду наказывать. Не так ли? — холодным, ледяным тоном, пробирающим до мурашек по коже, произнёс Регулус, убрав волшебную палочку в карман своего пиджака.       — Так... мистер Блэк, — сжав холодные пальцы в кулаки, робко ответила Розье и отвела взгляд к потолку, стараясь сдержать слёзы. Её смерть будет следующей и на этом всё закончится. Она хотела, чтобы всё закончилось. Смысла бороться больше не было. Но сердце всё равно продолжало больно сжиматься в груди, мечтая биться ещё не один десяток лет.       Блэк направился в её сторону, из-за чего девушка невольно вздрогнула, затаив дыхание и неосознанно сделала шаг в сторону от него, наткнувшись спиной на чужое тело. Спешно обернувшись, Розали столкнулась лицом к лицу с тем парнем, что изначально вошёл в кабинет вместе с Регулусом. Его чёрные глаза, наполненные тьмой, полным равнодушием ответили на испуганный взгляд девушки. Розье сделала осторожных полшага обратно, поджав губы.       — Я предупреждал каждую из вас, что не потерплю обмана и неподчинения, — ещё более сурово повторил мужчина, обращаясь ко всем девушкам, находившимся перед ним. Он замер напротив Лилит, безмолвно стоявшей на коленях со склонённой головой всё это время. Теперь между ним и Розали было не больше расстояния вытянутой руки, из-за чего девушка затаила дыхание, всеми силами стараясь его хотя бы немного увеличить. — Верно, Лилит? — спросил Регулус, со злостью, легко читаемой во взгляде, смотря на рыжую макушку ведьмы.       — Да, мистер Блэк, — абсолютно спокойно ответила она, не поднимая головы.       Розали вновь попыталась отстраниться хотя бы немного в сторону, но тут же почувствовала на своем плече прикосновение чужой тяжёлой ладони, вынудившее её остаться на месте и замереть.       — Стой спокойно, — прошептал стоявший за её спиной парень, приблизившись к уху и вызвав у Розье мурашки по телу.       Бежать больше некуда, но почему на душе стало так спокойно? Смирение с неизбежной судьбой, которая обязательно настигнет её, как только Регулус расправится с Лилит, или понимание того, что она всё ещё жива? Но надолго ли?       — Тогда ты прекрасно должна осознавать цену своей ошибки, — сухо добавил Блэк, а Розали никак не могла вспомнить: разве она говорила что-то о том, кто её надоумил украсть медальон?       — Какой ошибки? — удивлённо спросила Лилит, подняв на Регулуса недоумевающий взгляд, такой же, какой был сейчас и у Розье.       — Не пытайся строить из себя невинную овечку, Лилит, не делай себе хуже, — холодно произнёс мужчина. — У тебя был прекрасный шанс уйти отсюда, жить счастливо с одним человеком, который бы и пальцем тебя не тронул без твоего позволения, потому что видел в тебе свою первую любовь. Тебе же показалось этого мало.       Розали не понимала, о чём именно он говорил, но было ясно одно: он знает намного больше, чем спрашивает. Больше, чем ответы, которые он получал от них. Больше, чем они сами.       — Джеймс Поттер купил меня, я знаю об этом, — с самым невинным выражением лица пролепетала Лилит, с наигранной обидой смотря на мужчину в ответ. — Но о чём вы, мистер Блэк? Вы думаете, я могла вас предать? Зачем мне это нужно? Я не понимаю. Я бы никогда...       Регулус со злостью поджал губы, резко и грубо схватив девушку за волосы, из-за чего она тут же жалобно заскулила от боли, и запрокинул её голову назад, приблизившись к лицу: — Я не даю своего согласия на то, чтобы отдать тебя Джеймсу Поттеру. Ты останешься здесь ещё на четыре положенных по договору года и всё это время будешь работать в другом зале с клиентами, предпочитающими насилие и издевательства над хрупкими девушками. Это тебе понятно?       — Но мистер Поттер хотел и просил... — едва слышно начала Лилит, вся сжавшись от страха. В её светло-зелёных глазах заблестели слёзы.       — Моё решение не обсуждается, — чуть ли не прорычал он сквозь зубы.       Блэк отпустил волосы девушки, выпрямившись и одёрнув края своего пиджака. Он бросил задумчивый взгляд на Розали, после замечая ладонь парня, всё ещё лежавшую на её плече, а после посмотрел и на него самого.       — Антарес, отведи эту милую девушку в подвал, хорошо запри дверь и возвращайся, — сухо произнёс Регулус, кивнув в сторону Лилит, и остановив на ней ненадолго свой взгляд. — У нас с тобой завтра будет очень долгий и подробный разговор, Лилит, насчёт твоего поведения и дальнейшего пребывания здесь.       Тяжёлая ладонь исчезла с плеча Розали, отчего девушка мгновенно почувствовала облегчение, громко выдохнув.       — Нет, пожалуйста, мистер Блэк, умоляю вас, — жалобно воскликнула Лилит, когда Антарес шагнул прямо к ней. — Простите. Я... я не хотела, честно. Меня заставили. Прошу. Это всё Розали. Она...       Парень схватил Лилит за плечо, поднимая на ноги, и подтолкнул слегка вперёд, направляя к выходу из кабинета Регулуса. Как только мольбы и проклятия рыжеволосой ведьмы стихли, Блэк направился обратно к своему столу. Казалось, он вовсе забыл про то, что был в кабинете не один. Вновь вытащив пробку из прозрачного графина, мужчина поставил перед собой два стакана, наполнив оба на треть янтарной жидкостью.       — Вы все можете возвращаться в свою спальню, — холодно произнёс Регулус, не оборачиваясь и лишь тяжело вздохнув.       Розали несколько секунд смотрела в спину Блэка и уже было собиралась так же незаметно уйти, как и три другие соседки по комнате, но мужчина остановил её: — Все, кроме тебя, Розали.       Дверь за последней из девушек тихо прикрылась, а ледяной ужас вмиг сковал всё тело Розье. Делая несколько небольших интуитивных шагов назад, Розали надрывным шёпотом спросила то, что волновало её сейчас больше всего остального: — Вы убьёте меня?       Регулус низко и бархатно рассмеялся, обернувшись на девушку и, взяв со стола оба стакана с алкоголем, направился в её сторону. Бескомпромиссно вручив Розали второй стакан с огневиски, Блэк взял девушку за локоть и повёл следом за собой к кожаному дивану. Мужчина разместился на нём, слегка расставив в стороны ноги, и кивком головы предложил девушке сесть рядом. Розали нервно сжимала в пальцах стакан с алкоголем, так до сих пор и не услышав ответ на крайне интересовавший её вопрос. Бесшумно опустившись на край дивана максимально далеко от Регулуса, девушка прикусила нижнюю губу, искоса посмотрев на мужчину.       — Нет, Розали, я не собираюсь убивать тебя, — спокойно произнёс он, сделав глоток из своего стакана.       От его слов на душе стало ещё более тягостно. Видимо, её мучениям ещё не пришёл конец. Осторожно отпив совсем немного огневиски, Розье тут же скривилась от неприятно обжигающей искусанные губы и язык жидкости. Взгляд вновь метнулся к телу Сары. Стакан оказался осушен залпом.       — Почему? — едва слышно выдохнула Розали, опустив голову и сжав холодный стакан в двух ладонях. На этот вопрос она уже не так сильно хотела услышать ответ, понимая, что он ей точно не понравится.       — Потому что за всё в этом мире нужно платить, — серьёзно проговорил мужчина. — А ты очень похожа на неё, — словно загробным голосом добавил он, но Розали, не понимая о чём он говорил, словно и не заметила последних брошенных слов.       — Но... — попытавшись возразить, начала говорить девушка, но Регулус опередил её: — Как ты думаешь, кто мог предложить Лилит помощь взамен на медальон?       Розали подняла на него взгляд небесно-голубых невинных глаз, невольно задумавшись, но на ум пришло лишь одно имя. Феликс. Из-за этого человека она оказалась здесь, он приходил сюда, говорил с ней, а ему было нужно лишь одно — медальон. Имя дяди так и норовило сорваться с её губ отчаянным болезненным полушёпотом, но бывшая слизеринка смогла лишь тяжело сглотнуть, когда Блэк холодно посмотрел на неё в ответ, заглядывая в самую её душу.       — Задумывалась ли ты об этом до этого или слепо поверила в обещание желанной свободы? — спокойно повторил он свой вопрос, отпив ещё немного огневиски и ритмично постучал указательным пальцем по тонкому стеклу стакана. — Знала ли, что Лилит не собиралась с тобой ею делится? — сухо добавил он, а после, заметив замешательство на её лице, слабо усмехнулся, отчего по телу девушки прошла лёгкая дрожь.       Розали хотела было возразить, но всё, что теперь ей удалось сделать, это лишь в удивлении приоткрыть губы, непонимающе нахмурившись. Какая теперь была разница, если весь план всё равно провалился? Было ли ей теперь хоть какое-то дело до Лилит и её прошлых планов, если всё равно они обе оказались в проигрыше?       И всё же кто-то предложил рыжеволосой ведьме свободу взамен на украденный медальон. Именно ей, не Розали. Лилит лишь искусно воспользовалась её слабостью и надеждой, собираясь в случае чего оказаться безнаказанной.       — Твой дядя предложил помочь ей выбраться отсюда, а она взамен должна была достать ему медальон. О тебе речи не шло, Розали, — с равнодушием произнёс Регулус, буквально озвучив совсем неприятные мысли девушки.       — Откуда вам это знать? — возмущённо пролепетала она в ответ, опустив взгляд в пол, отказываясь верить в правдивость его слов и собственных предубеждений. — Вы просто...       — Я знаю обо всём, что происходит в моём борделе. Знаю о том, что сегодня ночью Сара отравила одного из своих клиентов и то, что я предупреждал её о последствиях. Знаю, что Кэтрин теперь помогает убрать труп этого самого клиента, убитого её подружкой. Она знала о планах Сары, но остановить даже не пыталась, хотя это было в её силах. Я знаю и о том, что Лилит достаточно жадный и хитрый человек, чтобы смириться и довольствоваться тем, что у неё уже есть. Мне также хорошо известна очевидная истина и насчёт тебя, Розали. Ты хочешь сбежать отсюда и это логично, ты боишься меня и это разумно, но я...       Девушка истерично рассмеялась, а по её щекам потекли одинокие слёзы — она уже не могла себя контролировать. Чувства, переживания, страх, отчаяние — всё смешалось в её душе, желая разорвать несчастное хрупкое создание изнутри, желая проверить на прочность её фарфоровое сердце, которое готово вот-вот разбиться, едва подует малейший ветерок и уронит её в скалистую бездну настоящей жестокой жизни.       — Но вы не знаете меня, — с неприкрытым удовольствием в голосе произнесла Розье, широко улыбнувшись. — Вам нужно испытать меня, понять на что способна и к чему готова ради собственной выгоды. Поэтому вы убили Сару, не сказав за что именно? Хотели, чтобы я поверила, что она умерла из-за меня?       — Именно, — хищно ухмыльнулся в ответ мужчина, допив остатки алкоголя из своего стакана. Взгляд Розали пал на его губы, и она интуитивно облизнула собственные, пересохшие, изрезанные мелкими трещинами от постоянных нервных покусываний. — Жажда свободы ослепила тебя, но ты ещё слишком ранима и неопытна, чтобы совладать со своими чувствами, — слегка печально добавил он. — Не позволяй собой пользоваться, как это сделала Лилит. И даже не надейся, что её за это будет мучить совесть. Будь умной девочкой. Перестань верить в сказки о честности. Забудь о её существовании, особенно в этом месте.       — Но вы же говорите, что вам нельзя лгать, — хитро усмехнувшись, произнесла девушка.       — Потому, что это всё равно у тебя не получится, — серьёзно ответил ей Регулус, и всё жизнерадостное настроение у Розье мгновенно исчезло. — Здесь тебе придётся часто обманывать, заставлять других поверить в искренность собственных чувств и слов. Тебе ещё многому придётся научиться. Но тебе этого всё равно будет недостаточно, чтобы перехитрить меня, Розали.       Регулус поднялся с дивана, беспрепятственно забрав пустой стакан из рук девушки и вернулся к своему столу. Взгляд Розали вновь метнулся к неподвижному телу Сары. Розье тяжело сглотнула.       — Мистер Блэк... — осторожно начала она, поднявшись на негнущиеся дрожащие ноги, — я могу идти?       Регулус загадочно ухмыльнулся, забрав со стола медальон, и сжал его в руке.       — Для начала убери за собой, — кивнув на выблеванную, успевшую слегка подсохнуть лужу, растёкшуюся по полу, проговорил он. — Попросишь Антареса дать тебе тряпку, когда вернётся. Завтра в семь жду тебя здесь же. Буду принимать экзамен по умению целоваться. Заодно обсудим и твоё наказание за воровство, — довольно усмехнулся мужчина, заметив выступивший на щеках девушки румянец от стыда и опасений, и слегка разочарованно покачал головой.       Блэк вышел из кабинета, захлопнув за собой дверь. Розали немедля направилась к столу, взяв графин с огневиски, и быстро наполнила один из стаканов, тут же в несколько больших глотков выпив всё. Со стуком отставив стакан на стол и приложив руку к губам и носу, девушка громко втянула воздух, зажмурив глаза. Алкоголь обжёг рот и горло, но внутри стало теплее, а на душе легче.       Стараясь не думать больше ни о чём, Розали спешно направилась к выходу, но стоило ей открыть дверь, как она наткнулась на грудь Антареса, неловко ойкнув.       — Далеко спешишь? — насмешливо хмыкнул парень, придержав её за плечи, и, вынуждая Розье сделать несколько шагов спиной назад, переступил порог кабинета.       — Прости...те, — неловко добавила она, постаравшись отстраниться. — Мистер Блэк сказал попросить у вас тряпку, чтобы убрать за собой, — Розали повернулась, указав на лужу на полу.       — Пить алкоголь на пустой желудок, тем более огневиски — не самая лучшая идея, — Антарес слабо улыбнулся, внимательно всматриваясь в лицо девушки своими, как смоль, чёрными глазами.       — Сидеть весь день на нервах и находится в одной комнате с трупом, который меньше часа назад был живым человеком, вот что действительно не является самой лучшей идеей, — огрызнулась девушка, скинув с себя руки Антареса.       Парень снисходительно усмехнулся в ответ, достав из кармана мантии волшебную палочку, и, легко и быстро взмахнув ею, наколдовал рядом на полу небольшое ведро с водой и тряпку. Голова слегка начала кружиться, а взгляд на несколько мгновений заволокло плотной пеленой.       — Благодарю, — Розали отвесила шутливый поклон.       То ли алкоголь заставлял её действовать настолько абсурдно, то ли радость от того, что она всё ещё жива, но всё же страх исчез, сменяясь безразличием. Едва Регулус скрылся за порогом комнаты, девушка уже почувствовала себя намного лучше.       Стоя на четвереньках, Розали усердно оттирала от пола грязь, проклиная собственную слабость и желудок. Её вновь начало воротить от отвращения, а потому девушка спешила как можно скорее расправиться с этой задачей, усердно водя тряпкой по дереву.       Взгляд периодически метался к фигуре Антареса, нависшего над мёртвым телом Сары. Парень изредка поглядывал на свои наручные часы, будто бы ждал кого-то.       Дверь с грохотом открылась, а внутрь комнаты буквально ворвалась высокая девушка со смольно-чёрными волосами и голубыми глазами. Чёрная мантия развевалась за её спиной, а волосы были собраны в одну косу, лежавшую на её спине.       — Кто-нибудь вообще видел время в этом месте? — возмущённо начала она, пройдя мимо Розали, которой словно и не заметила, в сторону Антареса. — Ещё семи утра нет, а у вас уже два трупа в борделе!       — Ты должна была привыкнуть к этому, Исида, — насмешливо хмыкнул парень в ответ, неторопливо подняв голову и спокойно посмотрев на девушку, влетевшую в кабинет словно фурия.       — Мне завтра Поттеру отчёт сдавать, а я должна торчать здесь и разбираться с чужими проблемами. Это как минимум несправедливо! — недовольно воскликнула она, всплеснув руками в стороны.       Исида присела на корточки рядом с Сарой, приподнимая голову девушки и задумчиво осматривая порез на её шее, застывшую кровь. Слегка постучав указательным пальцем, спрятанным под кожаной перчаткой, по её холодной щеке, девушка поднялась на ноги.       — Уже успел потрахаться с ней? — кивнув на тело Сары, спросила Исида.       — Успел, но не с ней, а с целеустремлённой дамочкой, которая должна была достаться Поттеру, — убрав руки в карманы брюк, отрешённо произнёс он. — Знаешь, когда тебе предлагают сделать минет, взамен на то, чтобы всего-навсего отпустить, очень сложно отказать.       — И ты отпустил её? — брезгливо скривив губы, с недовольством спросила Исида.       — Действительно, я ведь сама добродетель, — насмешливо хмыкнул он в ответ.       — Но от минета не отказался?       — Можете арестовать меня за это, мисс Блэк, — усмехнулся Антарес, вытянув вперёд руки с сомкнутыми запястьями. — Отказался. Я сегодня решил быть честным и порядочным.       — На тебя слишком не похоже.       Парень наклонился, коснувшись ладонью плеча Сары и перевернув её тело на спину.       — Я предлагал просто сжечь труп, — отряхнув ладони друг об друга и выпрямившись, сказал он. — Не понимаю, к чему такие сложности? Кто вообще будет предъявлять хоть какие-то претензии дяде?       — Раз уж сделка насчёт дамочки, которая умоляла сделать тебе минет, пошла не по плану, то как минимум Джеймс Поттер, — поправив кожаные перчатки на руках и расправив края мантии, доходящей ниже колена, проговорила девушка. — Мало мне проблем по работе было, так ещё и дядя решил подлить масла в огонь. Поттер мне все уши прожужжал на счёт этой Лилит. А я не любитель душещипательных тем, ты знаешь.       — Так что с этой делать будем, госпожа мракоборец? — кивнув в сторону Сары, с натянутой ухмылкой спросил парень.       — Не беси, Антарес, — раздражённо огрызнулась Исида, достав свою волшебную палочку и уверенно сжав её в ладони. — Скинем в подворотню в каком-нибудь неблагополучном районе вместе с тем парнем, которого она отравила. Это забота не Министерства, а магловской полиции.       Заслушавшись, Розали нечаянно задела рукой ведро, опрокинув его. Всё, что она до этого так усердно старалась убрать вновь оказалось на полу. Зажмурив глаза, она тихо проматерилась сквозь зубы.       Послышался тяжёлый вздох и характерный хлопок трансгрессии. Розали осторожно приоткрыла глаза, увидев перед собой пару ботинок. Аккуратно приподняв голову, девушка наткнулась взглядом на Антареса, на губах которого застыла снисходительная усмешка.       — Либо ты слишком внимательно подслушивала, либо пыталась привлечь внимание и соблазнить, но перестаралась в вилянии бёдрами, — хмыкнул он, скрестив на груди руки. — Дядя Регулус будет недоволен тобой в любом случае. Но я никуда не спешу, так что можешь спокойно продолжать.       Парень отошёл в сторону и неторопливо достал из кармана мантии волшебную палочку, быстро убирая пятна крови с белого ковра. Обойдя Розали со спины, незаинтересованным взглядом пройдясь по небу за окном, окрашенному первыми рассветными лучами, он встал за спиной девушки. Недовольно поджав губы и обернувшись, чтобы проверить свои догадки насчёт того, что Антарес действительно собирался наблюдать за ней, пока она всё убирает, бывшая слизеринка со злостью сжала тряпку в руке, ещё более спешно став вытирать растёкшуюся по полу грязную воду.       — Давно ты здесь? — невзначай спросил парень, достав из кармана пачку магловских сигарет и вытащив одну.       — Один день, — равнодушно выплюнула Розали.       — Любопытно, — загадочно протянул он, закурив и выпустив сквозь полуприкрытые губы терпкий дым, запах которого сразу же уловила Розье, замерев на несколько секунд, но после продолжила с ещё большим усердием тереть тряпкой ненавистный пол. — Судя по тому, что использование магии тебя ничуть не удивляет, да и о медальоне Слизерина ты явно осведомлена, волшебный мир тебе не чужд. Из чистокровной семьи?       — Да, — сухо огрызнулась девушка.       — Была помолвлена с кем-нибудь или сам жених тебя спихнул сюда?       — Дядя. В следующем году должна была выйти замуж за старшего наследника Малфоев, но он сейчас в Болгарии и о помолвке больше речи быть и не может, учитывая что я здесь, — грубо отвечала Розали, усердно вытирая оставшуюся грязь и воду. Закончив и кинув тряпку в ведро, девушка поднялась на ноги, отряхивая ладони и обернулась на парня. — Допрос закончен?       — Да уж, манер и вежливости у тебя хоть отбавляй, — усмехнулся Антарес, выкинув практически целую сигарету также в ведро с водой. — Но тем даже интересней. Можешь идти.       Ничего не отвечая, Розали отвращённо скривила губы и тут же заспешила к выходу, всё ещё чувствуя внимательный, заинтересованный взгляд Антареса на своей спине. Девушка чуть ли не бегом вернулась в спальню по тёмным коридорам, стараясь не останавливаться ни на секунду.       На подоконнике сидела Кэтрин, поджав к груди ноги и уставившись взглядом в раскрытое окно. С улицы веяло свежестью, а шум дождя скрывал звуки шагов. Розали подошла ближе к Морган, осторожно присев на край собственной кровати. В руке соседки была бутылка с алкоголем, которую девушка уже успела опустошить наполовину.       — Я ведь говорила, отсюда невозможно сбежать, — печально хмыкнула Кэтрин, примкнув губами к горлышку бутылки вновь, и сделала пару глотков. — Это ведь Лилит подговорила тебя, верно? Уж слишком часто она вертелась рядом с тобой.       — Да, — тихо выдохнула Розали, также отвернувшись к окну.       Обвинять Лилит в случившемся она не видела смысла, да и не особо хотела. Какой в этом толк теперь? Сама она вновь заперта в серой спальне с холодными каменными стенами, а её сообщница страдает в полном одиночестве в кромешной темноте, ожидая своего окончательного приговора. Попытка побега оказалась провалена полностью, но для Розали это стало только уроком осторожности и большей бдительности. Смиряться со своей участью она даже и не думала.       — Зачем ты вступилась за меня? — непонимающе нахмурившись и повернув голову к Розье, спросила Кэтрин. — Блэк бы всё равно меня не тронул. Молчала бы себе спокойно. К чему благородство?       Она и сама задавалась тем же вопросом, но найти ответ на него ей не удавалось.       — Не знаю, — равнодушно пожала плечами она. — Я просто испугалась. Думала, он и тебя убьёт. Не хотела, чтобы из-за меня кто-то ещё пострадал, — честно призналась Розали, хотя теперь знала, что всё было решено независимо от её роли в том жестоком спектакле. — Сара правда убила человека?       Кэтрин тихо усмехнулась, отставив бутылку на край подоконника. Поджав колени ближе к груди и обхватив их одной рукой, вторую девушка протянула сквозь прутья решётки на улицу, ловя пальцами и внутренней стороной ладони большие холодные дождевые капли.       — Да, — негромко произнесла Морган, завороженно наблюдая за искрящимися на коже мокрыми хрусталиками. — Сделала это ради личной мести. Хотя многие приходящие сюда вполне заслуживают подобное, она выбрала не случайного человека в качестве своей жертвы. Парень, что продал её сюда и купил на эти деньги себе дом. Сара рассказывала, что он приходил сюда каждую неделю именно к ней, издевался и насмехался, — девушка встряхнула рукой, сбрасывая с неё капли, и также аккуратно вернула её обратно в комнату, потянувшись к бутылке. — Она прекрасно понимала, чем всё закончится, но это её не остановило. Возможно, если бы я попыталась её остановить...       Кэтрин тяжело вздохнула, поникнув головой. Теперь Розали понимала, о чём говорил ей Регулус наедине. Ему было известно всё, она же никак не могла усвоить правила этой безжалостной игры, неумолимые законы этого Мерлином забытого места. И всё же проигрывать она не собиралась.       — Антарес... — неуверенным шёпотом протянула Розали, желая узнать обо всём, что могло натолкнуть её на новую хорошую идею, как поскорее сбежать из борделя. — Тот парень, что зашёл вместе с Регулусом... тебе известно что-нибудь о нём?       Не надеясь услышать ничего интересного и полезного от Морган на этот раз, Розали очень удивилась, когда глаза девушки блеснули дьявольским огоньком при упоминании имени этого человека.       — Он мой постоянный клиент, — хмыкнула Кэтрин, с гордостью расправив плечи. — Племянник мистера Блэка. Он очень загадочный. И умный. Увлекается тёмной магией, даже показывал мне некоторые заклятия, если они так у вас называются, — Морган сделала ещё несколько глотков, после чего окончательно убрала в сторону от себя почти пустую бутылку с алкоголем. — Это и вправду намного интересней и даже приятней, когда клиент видит в тебе не только кусок мяса, но и человека с душой. Либо же играет с тобой и делает вид, чтобы удовлетворить свои потребности. Так или иначе, на Антареса я жаловаться буду в последнюю очередь. Он говорил, что работает с какими-то вещами, насквозь пропитанными чёрной магией. Знаешь, я могу тебе даже кое-что показать! — восторженно воскликнула Морган, тут же наклонившись к своей тумбочке, и быстро достала из верхнего ящика небольшую коробочку. Открыв её, Кэтрин протянула Розали красивую подвеску с чёрным камнем в виде сердца. — Правда красивое? Это он подарил мне.       Задумчиво повертев в руках действительно красивое и элегантное украшение, Розье слабо улыбнулась и согласно кивнула, вернув его обратно Кэтрин. Девушка также спешно положила подвеску в футляр и быстро спрятала его обратно в ящик, захлопывая тот.       — Ты видела Исиду? — всё так же воодушевлённо спросила Морган, предвкушающе уставившись взглядом на соседку. — Она должна была зайти в кабинет Блэка, чтобы разобраться с Сарой, а ты там явно задержалась, — Кэтрин двусмысленно ухмыльнулась, но Розали не могла понять ни её заметно поднявшегося настроения, ни того, на что девушка намекала.       Коротко кивнув, Розье отвела взгляд в пол, невзначай расправляя ладонью едва заметные складки на сером одеяле. К горлу вновь начала подкатывать тошнота, но девушка быстро подавила её, тяжело сглотнув и с силой зажмурившись. Воспоминание об убийстве Сары теперь надолго останется в её памяти.       — Исида — сестра Антареса. Я думаю, Джон влюблён в неё, — довольно ухмыльнувшись, произнесла Морган. — Хотя сама она, насколько мне известно, ни одного мужчину не подпускает к себе. Разве что, кроме своего начальника, но это только слухи. Она работает... — Кэтрин отвела взгляд к потолку, задумчиво поджав губы и слегка пощёлкала пальцами, — мракоборцем! Точно, она работает мракоборцем под начальством Джеймса Поттера. Его здесь иногда тоже можно встретить. Довольно симпатичный и статный мужчина, хотя постоянно хмурый и чересчур серьёзный.       — Лилит... — слегка задумчиво протянула Розали, посмотрев на улицу за окном. Дождь быстро сходил на нет, начинало светать. — Регулус говорил что-то про Джеймса Поттера...       Кэтрин быстро продолжила: — Да, пока ты не появилась здесь, Лилит постоянно твердила о том, что вот-вот её заберут отсюда. Хвасталась, что смогла очаровать несчастного человека, потерявшего семью, дала ему возможность жить дальше, заставила поверить в воскресшую любовь и избавиться от чувства вины. Как говорила Лилит, он винит себя в смерти жены и сына, а чтобы заглушить эту боль и отчаяние, заваливает самого себя кучей работы. Рассказывала, что похожа на его покойную жену, а она сама весьма не глупа, да и хитростью обладает... Лилит должна была покинуть это место уже через неделю, стать собственностью одного человека. Кичилась, что Поттер ограничивать её не станет, потому что очень добр к ней и сильно любит. Иногда люди готовы отдать большие деньги лишь для того, чтобы оказаться обманутыми, но зато счастливыми. Но видимо кто-то предложил ей полную свободу, за которой вряд ли бы что-то последовало — ни денег, ни жилья, ни помощи, — Морган явно знала, о чём говорила, но переспрашивать "почему?" и уточнять девушке не хотелось. — И всё же слово свобода звучит куда заманчивее слова собственность.       Кэтрин, не удержавшись, вновь потянулась к алкоголю и выпила ещё, отставив бутылку рядом с собой на подоконник, и крепко обняла руками колени, положив сверху на них подбородок. Не сводя взгляда с Розали, она грустно спросила: — Блэк отправил Лилит в другой зал, да?       Девушка молча кивнула, не поднимая головы и лишь безвольно уронила ладони на ноги, нервно заламывая собственные пальцы.       — Дура, — отрешённо усмехнулась Кэтрин. — Она могла свалить отсюда ещё месяц назад, но ей всё было чего-то мало, — с раздражением добавила она. — Если бы ты не была новенькой и жила здесь хотя бы неделю, он с тобой тоже не стал бы церемониться, Розали. Отправил бы в другой зал без всяких раздумий, а оттуда, как из потустороннего мира, редко кто возвращается, — неожиданно истерически рассмеялась Морган. — Хотя, советую тебе морально подготовиться. Так просто он выходку твою всё равно не оставит.       — И... что меня может ждать? — с тяжёлым смиренным вздохом, спросила Розье.       — Не знаю, — пожала плечами девушка. — Он любит испытывать нас в самые первые дни, как только попадём сюда. Проверяет на прочность и устойчивость. Может заставить раздеться догола перед ним, а потом ещё простоять так в течение пары часов, пока сам он будет занят своими делами. Или отделаешься простой поркой, тоже как вариант, — равнодушно продолжала она. — Хотя со стороны это и кажется пустяком, самой вытерпеть подобное бывает очень трудно.       — Научишь меня целоваться? — резко выпалила Розали, с тяжёлым обречённым вздохом.       На несколько мгновений Кэтрин нахмурилась, не совсем понимая причины столь неожиданной и резкой просьбы. Но в её глазах всё быстрее стал появляться азарт, а на губах росла радостная довольная улыбка.       — Это Регулус приказал тебе? — насмешливо хмыкнула Морган, быстро спрыгнув на пол с подоконника. Девушка нехотя кивнула в ответ, поджав губы. — И чего же ты молчала?! — с заметным воодушевлением воскликнула Кэтрин.       — Можно потише, пожалуйста, — раздался со стороны одной из кроватей жалобный голос соседки, плотнее укутавшейся в одеяло.       — Ой, — закатив глаза, цокнула языком Морган и быстро села на кровать к Розали. — Поверь мне, ублажать Блэка — одно удовольствие после всех тех неприятных и грубых клиентов, с которыми тебе придётся сталкиваться достаточно часто. Мало кто из них в принципе считает нас за людей, а уж во время секса о нашем состоянии вообще никто не заботится. Так что, если сделать всё правильно, Регулус даже может отплатить весьма приятным оргазмом, который является для нас редкостью.       — Фу, — недовольно скривилась Розали, с трудом сглотнув вязкую слюну, скопившуюся во рту.       — Ой-ой-ой, какие мы нежные! — рассмеялась Кэтрин. — Проживёшь здесь месяцок и будешь на коленях ползать перед ним, лишь бы получше услужить.       Не будет. Ни за что в жизни. Она сбежит отсюда намного раньше и ни за что не станет унижаться. Ещё несколько дней и её здесь не будет. Розали обязательно придумает, как это сделать, иначе быть не может. Но пока она должна играть роль прилежной девочки, чтобы избавить себя от лишних подозрений. Ещё одну оплошность ей уже не простят.       — Значит, перейдём к поцелуям. Ты вообще когда-нибудь целовалась, начнём с этого? Просто в щёку не считается, если что, — хитро усмехнулась Кэтрин, внимательно смотря на Розали.       — Ну... было несколько раз, — неохотно ответила Розье, продолжая нервно заламывать собственные пальцы.       — Судя по ответу, неудивительно что Блэк разочаровался в твоём поцелуе, — всё так же беззаботно произнесла девушка, улыбаясь. — Ладно, начнём с самого простого. Тебе нужно расслабиться, — Кэтрин привстала на одной ноге, потянувшись к бутылке с алкоголем и взяв её, протянула Розали. — Выпей, немного полегчать должно.       — Спасибо.       Розали сделала несколько глотков, после приложив тыльную сторону ладони к своим губам и громко втянула воздух. Это было не огневиски конечно, но всё равно горло обожгло. Вернув бутылку Кэтрин, Розье прикрыла глаза. Морган поджала под себя ноги, поставив бутылку на пол, и посмотрела на соседку, довольно улыбаясь.       — Лучше?       Розали молча кивнула в ответ.       — Замечательно. Дальше. Обязательно нужно научиться смотреть с желанием и флиртовать. Это создаёт образ загадочности и вызывает интерес на подсознательном уровне. Старайся смотреть из-под полуопущенных ресниц, снизу вверх, словно жертва, но при этом не теряй уверенности. Заставь поверить в свою искреннюю покорность, но не забывай о бдительности. Слегка улыбнись и игриво прикуси нижнюю губу, словно представляешь как тебе будет хорошо, когда он возьмёт тебя.       Кэтрин повторила всё, о чём говорила. Пряди спали вниз на её лоб, когда она поставила руку на кровать между ней и Розали и облокотилась на ней, чтобы приблизиться к Розье. Невзначай облизнув, а после заманчиво прикусив край нижней губы зубами, Морган едва касаясь провела рукой по щеке девушки и зарылась пальцами в её светлые волосы, мягко сжимая пряди и всё сильнее приближаясь к её лицу. Розали чувствовала её горячее дыхание на собственных губах, и от действий девушки её собственное дыхание заметно участилось.       — Задержись на несколько секунд, прежде чем коснуться его губ, а после робко и нежно поцелуй.       Кэтрин мягко прикоснулась к устам Розали, продолжая перебирать пряди волос тонкими пальцами и задевая чувствительную кожу за ухом. Она мягко обхватила нижнюю губу Розье, слегка посасывая, после чего проделала то же самое с верхней. Морган тихо простонала сквозь поцелуй, подавшись вперёд и ещё более жадно примкнув к губам девушки. Дыхание Розали перехватило окончательно, а сама она изумлённо замерла, боясь сделать хоть что-то, безропотно поддаваясь действиям соседки.       Кэтрин слегка отстранилась, затуманенным взглядом пробежавшись по покрасневшему лицу Розали и остановившись на голубых глазах. Морган довольно ухмыльнулась, а после скользнула языком по губам девушки, из-за чего по телу бывшей слизеринки тут же прошла дрожь.       — Любой, кто будет целовать тебя, рано или поздно захочет подчинить своей воле, — спокойно продолжила Кэтрин едва различимым шёпотом, из-за чего Розье невольно пришлось напрячь слух. — Даже если ты изначально станешь инициатором поцелуя, тебе всё равно не дадут завершить его по собственной воле. Сопротивление, борьба, они могут вызвать азарт, но с этим нельзя шутить. Все заигрывания прекращаются в тот момент, когда его язык начинает скользить по твоим губам, предлагая раскрыть их и впустить его внутрь. Чтобы угодить, тебе нужно ответить. Сначала осторожно и после, если это будет устраивать мужчину, более уверенно.       — Но как я..? — недоумевающе начала девушка, но соседка перебила её: — Просто расслабься и чувствуй. Это не так сложно, как кажется.       Кэтрин слегка надавила подушечкой большого пальца на подбородок Розали, вынуждая приоткрыть рот, после чего вновь приблизилась, скользнув языком по внутренней нежной части нижней губы и зубам девушки, пробираясь дальше, игриво задевая кончиком нёбо, вырисовывая на нём незамысловатые узоры и осторожно касаясь языка. Морган в последний раз легко поцеловала девушку в губы, слегка прикусив нижнюю, после чего, тихо смеясь, отстранилась.       — Только не говори, что тебе понравилось, — широко улыбаясь, спросила Кэтрин.       Розали стыдливо поджала губы, смущённо отвернувшись к окну.       — Ладно, можешь не благодарить, — самодовольно хмыкнула Морган, поднявшись на ноги и забрав с пола бутылку. — Мне так-то тоже понравилось, — усмехнулась она.       Девушка быстро пересела на свою кровать, допивая остатки алкоголя и спешно пряча пустую бутылку под свою кровать. Розали неторопливо провела тыльной стороной ладони по своим губам, убирая с них остатки влаги.       — Кто тебя этому научил? — с искренним любопытством поинтересовалась Розье, подняв взгляд на соседку. — Регулус?       — Мишель, — спокойно ответила она, поправляя руками свою подушку и вновь вернув её к изголовью. — Уж не знаю как, но мужчины от неё просто в восторге. Она очень многое умеет и очень многое может рассказать. Жаль, что она скоро уйдёт отсюда.       — Почему? — удивилась девушка.       — Она здесь почти пять лет, — равнодушно пояснила Кэтрин. — Ещё несколько недель и срок её пребывания здесь по договору истечёт. За всё это время, по её словам, она не совершила ни одной серьёзной оплошности.       — А как ты попала сюда? — с интересом спросила Розали.       Кэтрин резко стала хмурой, поникнув головой и стерев с лица беззаботную ухмылку.       — Я... Прости, не люблю открывать свою душу людям. Давай как-нибудь потом, — невнятно проговорила себе под нос Морган, откинув одеяло в сторону, и легла на спину, бездумно уставившись взглядом в потолок.       Розали последовала её примеру. Суетливо и слегка неловко забравшись под одеяло, девушка повернулась лицом к стене. Слабый ветерок подул в окно, принося в комнату прохладную свежесть и спокойствие после дождя.       — Я в детстве мечтала стать балериной, — едва слышным шёпотом начала Морган, словно разговаривала сама с собой. Розали осторожно повернулась в её сторону, но кровать всё равно предательски скрипнула. — Я жила недалеко от театра и часто любила бегать туда. Знала тайный проход. Каждый раз осторожно пряталась перед началом спектакля за кулисами и наблюдала, представляла себя на месте балерины. Я росла с отчимом, жила чуть ли не в чулане. Он страшно пил, любил издеваться надо мной. Я была для него обузой после того, как мать спилась, и он решил от меня избавиться. Сдал в психбольницу, напридумывал мне кучу диагнозов, я пыталась всё отрицать, но сделала себе лишь хуже. Мне было пятнадцать лет, а я жила бок о бок с настоящими психами и потенциальными убийцами. И я чувствовала, что сама начинаю сходить с ума, верила в то, что мне говорили: что я больна и что меня нужно лечить. Когда мне исполнилось шестнадцать, мне сказали, что со мной хочет поговорить один мужчина, я могла отказаться, но был ли в этом смысл — я не знала. Меня оставили одну в комнате с белыми стенами, столом и парой стульев по разные стороны. Я ждала, когда тот, кто хотел поговорить со мной, войдёт, думала о своей жизни и том, что в ней нет никакого смысла. Размышляла о том, что это может быть за человек, склонялась к мысли, что это всего лишь очередной врач, который попытается меня спасти от несуществующих болезней. Когда в комнату зашёл солидный мужчина, в чёрном костюме, я не верила своим глазам. На несколько мгновений решила, что всё происходящее было просто сном. Слишком уж сильно он контрастировал со всем, что окружало меня на протяжении полугода. Казался иллюзией и одновременно единственной возможностью спастись. Он говорил со мной мягко, спрашивал о моём самочувствии, о том, что было до того, как я попала в психушку, иногда говорил о пустяках и ерунде, по типу любимого цвета или детских мечтах. "Мой любимый цвет — чёрный, а я мечтаю сбежать отсюда" — в шутку шептала ему я, чтобы больше этого никто не услышал. Он предложил мне сыграть в одну игру после этого. Достал карты и сказал: "если выиграешь — то я помогу тебе сбежать отсюда, проиграешь — заберу с собой прямо сейчас, но ты будешь работать на меня". Тогда я не понимала, в чём была разница. Мне просто хотелось спрятаться от всех этих белых, сводящих с ума стен, а после разговора с ним это желание выросло до небес. Раздав карты он сказал мне, какая именно работа меня ждёт, без утайки и попыток спрятать истину от юной девочки. Прямо, всё как есть. Сказал, что ещё могу отказаться, но перспектива провести всю жизнь в психушке меня не устраивала совсем. После разговора с ним я перестала чувствовать себя сумасшедшей, а значит там мне было не место. Он рассказал мне правила игры и в какой-то момент, я даже поверила, что смогу его обыграть. Но это невозможно. Я выиграла себе свободу, но проиграла своё тело на пять лет. Примерно так я и стала шлюхой в борделе у мистера Блэка, — усмехнулась девушка, хоть на глазах её и были слёзы, сверкающими хрусталинками скатывающимися по её щекам. — Не представляю, чтобы теперь было со мной, останься я там. Куча таблеток, постоянное промывание мозгов... Уж лучше тут провести ещё три года, чем там всю жизнь.       — Мне жаль, — сочувственно прошептала бывшая слизеринка, тяжело сглотнув. — Это несправедливо и жестоко.       — Справедливости не существует в этом мире. За меня ещё никогда никто не вступался, Розали, — благодарно произнесла Морган, обернувшись на девушку. — Сейчас, в кабинете Блэка я хотела назвать твоё имя. Спасибо тебе за то, что не осталась равнодушной.       Прошептав в ответ тихое "не за что", Розали стремительно провалилась в долгожданный сон. Она не была уверена, что произнесла последние слова вслух...