О чём молчат бабочки?

      Розали склонилась над партой, подперев голову рукой, и вяло продолжала выводить старым пером на новом пергаменте аккуратные буквы. Рассеянное внимание привлёк пролетающий за окном пожелтевший лист гремучей ивы, сорванный с дерева особо сильным порывом ветра. Устало вздохнув, девушка с раздражением перечеркнула последнюю строчку и подняла голову, посмотрев на профессора.       Мужчина сидел за преподавательским столом, занятый своими делами. Казалось, его вовсе не интересовали студенты, находившиеся в кабинете. Он даже не старался следить за ними. Кто-то из гриффиндорцев, расположившихся за последними партами, громко рассмеялся, после чего послышался грохот учебников, свалившихся на пол. Но профессор даже этого словно и не услышал, абсолютным равнодушием отвечая на их выходки.       Розали обернулась назад, презрительным взглядом смерив идиотов-однокурсников, и разочарованно закатила глаза, увидев, что не только учебники валялись на полу, но и сами парни вместе с их стульями. Гриффиндорцы, что с них взять? Её соседка по парте уже давно спала, положив голову на скрещенные на столе руки. Розье и сама была не прочь последовать её примеру, но всё же нехорошее, навязчивое предчувствие, притаившееся глубоко внутри, останавливало её.       — Профессор Блэк, — начала Розье, вскинув руку вверх, чтобы привлечь внимание мужчины, — я хотела спросить...       Девушка оборвалась на полуслове, едва преподаватель защиты от тёмных искусств поднял голову, посмотрев на студентку. Вот только это был не он. Это был не Сириус Блэк, но чертовски похожий на него брат, который с абсолютным спокойствием ждал вопрос слизеринки, словно всё так и должно быть.       Но нет, это не мог быть он! Кто угодно, но только не Регулус. Это просто невозможно. Сердце в груди в одно мгновение забилось с бешеной скоростью, заставляя кровь в ушах стучать. Весь остальной мир затих и померк.       — Ты что-то хотела спросить, Розали, — напомнил мужчина, а его губы исказились в уверенной насмешливой ухмылке.       На глаза против воли навернулись слёзы, а дышать стало тяжело и невыносимо больно. Приложив ладонь к губам, девушка постаралась сделать глубокий вдох, но не получилось. Она чувствовала, как начинает задыхаться. Подскочив со своего места, слизеринка бегом бросилась к выходу. Находиться в одной комнате с этим человеком она просто не могла.       Но только стоило ей открыть дверь, как на пороге возник дядя. Девушка не успела опомниться, как Феликс схватил её за плечи, до синяков сжимая их пальцами, и растянулся в хищной улыбке, больше похожей на звериный оскал.       — Отпусти меня, — со злостью прошипела сквозь зубы Розали, стараясь вырваться, но собственное тело отказывалось слушаться.       Пользуясь беспомощностью племянницы, одним резким, грубым движением мужчина развернул её лицом к Регулусу, силой прижимая к себе спиной, тем самым пресекая все попытки девушки сбежать. Серые холодные глаза Блэка всё ещё продолжали спокойно наблюдать за Розали, сотрясаемой истерикой.       Медленно склонившись к уху девушки, притворно-нежно убирая светлые пряди с её лица, Феликс с довольной усмешкой прошептал: — Ублажи его, милая. Будь послушной девочкой.       Розали резко подскочила с кровати, очнувшись от очень громкого карканья вороны прямо под окном. Девушка едва могла перевести дыхание, прижав руку к груди: она чувствовала, как собственное сердце вот-вот выскочит наружу. Розье испуганным взглядом нашла настенные часы, проверяя время. Почти семь. Соседок по комнате здесь уже не было. На прикроватной тумбе лежала записка и небольшая булочка с маком.       Советую привести себя в порядок и хоть немного подкрепиться. Надень красивое бельё, платье и каблуки, уложи волосы, накрасься. Я оставила в ванной всё необходимое. Тебя ждёт не самая приятная ночь, но не надейся избежать её. Будь осторожной и бдительной,

Кэт

      Розали бросила ещё один взволнованный взгляд на часы, с ужасом обнаружив катастрофически малое количество времени, которого ей определённо не хватит, чтобы собраться. Спокойно прийти в себя после тяжёлого сна возможности уже не было. Минуты бежали неумолимо быстро, а опаздывать не хотелось совсем. Было страшно представить, что может ждать её дальше, а уж если она придёт позже назначенного часа, то всё будет ещё хуже.       — Может, тогда не стоит приходить совсем? — нервно усмехнулась себе под нос она, отбросив записку на подушку.       Розали не хотела подчиняться. Не намеревалась сдаваться. Не желала следовать его воле, показывать свою покорность и ломать собственную гордость. Но память о смерти Сары была ещё слишком свежей. Она не послушала Блэка, и теперь несчастной оставалось только гнить до скончания веков в сырой земле.       По телу девушки пробежала ледяная дрожь, а кожа покрылась мурашками, едва она против воли представила себя на месте Сары. Розали моментально поднялась с кровати.       На ходу схватив булку и чуть ли не бегом бросившись к ванной, она упорно старалась избавиться от навязчивых, беспокойных мыслей. Девушка заперла изнутри дверь и, подойдя к раковине, спешно открыла холодную воду, чтобы умыться. На краю лежало аккуратно сложенное платье, а внизу стояли туфли на высокой шпильке. Посмотрев на себя в зеркало, Розали с отвращением скривилась. Волосы запутаны, под глазами, опухшими от слёз, пролегли синяки, сильно выделяющиеся на фоне бледной кожи, губы в мелких трещинах и ранках от постоянных тревожных покусываний.       Найдя в одном из ящиков расчёску, Розали, взволнованно и сильно торопясь, стала распутывать светлые локоны, которые и вовсе не собирались поддаваться ей. Обида и страх смешались в груди, а осознание того, что ничего хорошего сегодня её уже не ждёт, угнетало ещё больше. Она знала, что сильно опаздывает, и оттого начинала спешить ещё сильнее. Но чёртовы волосы никак не хотели распутываться. С особой силой дёрнув очередной колтун, девушка не смогла сдержать слёз, выступивших на глаза от боли и подобравшегося комом к горлу отчаяния. Судорожно втянув воздух в лёгкие сквозь рот, Розали задрала голову к потолку, стараясь успокоиться.       Она не собиралась мириться с этим. Она не просила о такой жизни. И знать, что суждено ей дальше, она совсем не желала. Хотелось вновь увидеть родителей, найти утешение в объятиях матери и защиту за спиной отца. Но теперь ждать ни того, ни другого смысла не было, а надеяться на чью-то помощь и понимание — безнадёжно. Она осталась совершенно одна, а значит, теперь её судьба стала зависеть только от неё самой.       Кинув расчёску в раковину, девушка быстро стёрла ладонями слёзы с лица. Даже если она попробует спрятаться в ванной, Блэк найдёт её. Это его бордель и его правила. И если она не будет их соблюдать, то сделает лишь хуже.       Сбросив с себя на пол одежду, Розали надела красное платье, полностью обтянувшее её тело, и с трудом застегнула молнию на спине. Ткань неприятно сдавливала грудь, отчего становилось сложнее дышать. Туфли оказались ещё более неудобными. Розье едва удалось устоять на ногах, стоило только выпрямиться. Но другого выбора у неё всё равно не было. Либо идти так, либо вообще без одежды.       Накрасив губы алого цвета помадой и выделив тушью длинные ресницы, девушка через силу улыбнулась собственному отражению. На душе стало до боли мерзко видеть себя в таком виде. Губы невольно дрогнули в отвращении, и Розали поспешила отвернуться. Нет. Видеть себя в таком виде девушка не могла. Словно безвольная кукла, готовая терпеть любые неудобства, лишь бы понравиться своему хозяину, ведь никто не станет терпеть неудобных и капризных кукол.       Несмотря на произошедшее ночью, в душе всё ещё теплилась надежда сбежать. Но больше поступать настолько опрометчиво и глупо она не была намерена. Розали знала: ей необходимо завоевать доверие Регулуса, заставить поверить в то, что она смирилась, и тогда всё получится. Но затягивать это надолго бывшая слизеринка не собиралась, а значит действовать нужно очень осторожно, и в первую очередь крайне тщательно обдумывать каждое своё слово.       Быстро дожевывая булочку с маком, за которую она была крайне благодарна Кэтрин, Розье вышла из комнаты и тихо прикрыла за собой дверь. Аккуратно посмотрев по сторонам и не обнаружив в коридоре никого, Розали, придерживаясь одной рукой за стену, направилась в сторону зала, откуда, как и в прошлые разы, доносилась громкая музыка и голоса. Боль в ногах от туфель неприятно отдавалась волной по всему телу, заставляя тихо шипеть сквозь плотно сжатые зубы при каждом шаге. С трудом поднявшись по лестнице, девушка прикрыла глаза и сделала несколько последних шагов.       В семь часов и семнадцать минут бывшая слизеринка стояла на пороге кабинета Регулуса, мелко дрожа от волнения и никак не решаясь войти. Хотелось вернуться в спальню, спрятаться в ванной комнате, запереть дверь и не открывать её никому ни за что. Но он найдёт её там. Найдёт и тогда бежать будет некуда.       Подняв вверх руку и замерев на несколько секунд, Розали осторожно постучала кулаком в дверь, дожидаясь позволения войти. Его не последовало. На секунду задумавшись над тем, чтобы действительно вернуться в спальню, девушка уже была готова уйти, но в последний момент остановила себя. Положив ладонь на холодную железную ручку, она медленно опустила её вниз, и, услышав характерный щелчок замка, поджала губы. С трудом сглотнув, Розье шагнула внутрь.       Блэк сидел за своим столом, разбирая какие-то бумаги и документы. Он не поднял головы, даже не посмотрел на девушку, отвечая полным безразличием на её появление.       — Мистер Блэк... — шёпотом начала Розали, но тут же прервалась, не узнав собственный голос.       Она не заметила, как вся начала дрожать от тревоги. Сохранять спокойствие и самообладание давалось с трудом, ноги подгибались, не желая более двигаться с места. Прокашлявшись, девушка суетливо начала вновь: — Мистер Блэк, если вы сейчас заняты, я могла бы зайти позже.       Неторопливо дописав что-то, мужчина с тяжёлым вздохом отложил перо в сторону и обернулся на Розали, смерив её оценивающим взглядом. Сделав неосознанных полшага назад, девушка столкнулась спиной с закрытой дверью и затаила дыхание, аккуратно приподняв вверх подбородок.       — Ты и так опоздала, Розали, — холодно произнёс Регулус, остановившись нечитаемым, бесстрастным взглядом на голубых глазах девушки. Мужчина намеревался продолжить, но Розали его тревожно перебила: — Простите, мистер Блэк, я проспала. Не знаю, как так вышло, — стараясь показаться максимально искренней, в извиняющемся тоне спешно протараторила она и опустила взгляд в пол для большей убедительности. — Простите. Такое больше не повторится.       Устало выдохнув, Регулус отвернулся к своему столу, возвращаясь к работе. Розали осторожно исподлобья посмотрела на него, нетерпеливо поджав губы в ожидание его реакции. Удалось ли ей его задобрить и сказать всё правильно, как он бы хотел? Почему он медлил и молчал? Розье не знала, что ей следует дальше делать и предпринимать. Волнение от ожидания всё стремительнее возрастало в груди, но она продолжала ждать, ведь страшно было даже вздохнуть лишний раз.       — Подождёшь здесь пока я закончу, — сухо произнёс он наконец, взяв одну из бумаг, и пробежался взглядом по строкам. — Встань передо мной. Буду следить, чтобы ничего лишнего не натворила.       — Встать... перед вами?       В голове тут же всплыли вчерашние слова Кэтрин: Блэк может заставить раздеться догола перед ним, а потом ещё простоять так в течение пары часов, пока сам он будет занят своими делам. Она и не думала, что всё может случиться настолько скоро. Она совсем не была к такому готова. Хотя, это было куда лучше возможного наказания поркой.       — Именно. Не тяни время, Розали. Не вынуждай меня разочаровываться в тебе ещё сильнее.       Мужчина замолчал, окончательно перестав обращать внимание на девушку, а Розали не знала, что же ей делать. Может всё же просто уйти, пока есть возможность? Но она не стала себя обманывать ложными иллюзиями, ведь в действительности никакой возможности никогда и не существовало.       Глубоко вдохнув и выдохнув, девушка на негнущихся ногах подошла к его столу, остановившись напротив в паре шагов. Собрав руки в замок за спиной, она переплела пальцы между собой, стараясь избавиться от мелкой дрожи в них. Регулус словно и не замечал её.       — И долго мне придётся стоять? — расправив плечи и задрав вверх подбородок, нетерпеливо спросила Розали.       Она неустойчиво пошатнулась на высоких шпильках, тихо ойкнув и с трудом сумев устоять на ногах. Блэк тихо усмехнулся, не поднимая взгляда от бумаг, и слабо покачал головой.       — Столько, сколько потребуется, — бескомпромиссно ответил он.       Лучше и спокойней от этого не стало. И всё же, она хотя бы в одежде, а просто постоять — не самое страшное из того, о чём ей рассказывала Кэтрин. Девушка громко вздохнула, прикрыв глаза. Чтобы сбежать как можно скорее, ей нужно подчиниться. Сейчас Блэк слишком внимательно будет наблюдать и следить за ней. Он ей не доверяет, она это прекрасно понимает. И пока она не заставит поверить в собственную безоговорочную покорность, о свободе Розали может только мечтать.       Взгляд девушки бездумно блуждал по потолку, медленно спускаясь по стене. Её внимание привлекли бумаги, лежавшие на столе Регулуса. Стало любопытно, чем же он был занят? Вершил ещё чьи-то судьбы, считал выручку борделя или ещё что-то? Но как бы сильно она не напрягала своё зрение, прочитать хотя бы пару слов так и не удалось.       Осторожно повернув голову к окну, девушка равнодушным взглядом провожала солнце, уходящее за крыши домов, расположенных по другую сторону реки Темзы. Удастся ли ей теперь когда-нибудь ещё увидеть его таким, как раньше? Свободно и беззаботно наблюдать за разливающимися по небу алыми красками, не думать ни о чём, кроме этой красоты, манящей и вдохновляющей.       Прошло около трети часа. Так и не сумев найти в комнате настенных часов, Розали посмотрела на наручные часы Блэка, внимательно следя за движущимися стрелками. Она считала про себя секунды, периодически переступая с ноги на ногу. Сильнее всего хотелось теперь снять до боли неудобные туфли, вызывавшие неприятную дрожь в мышцах. Секунды быстро сменялись минутами, а стоять становилось уже просто невыносимо. Розали мечтала поскорее куда-нибудь сесть. Но Регулус, казалось, вовсе никуда торопиться и не собирался.       В дверь кабинета постучали. Розье тут же обернулась, надеясь найти в этом своё спасение. Мужчина же вновь даже головы не поднял. Дверь открылась и внутрь вошёл Эдвард: хмурый и задумчивый. Он бросил быстрый, безразличный взгляд на Розали, после чего обратился к Регулусу.       — Мистер Блэк, двое клиентов желают снять Кэтрин на всю ночь в другой зал. Точнее, крайне настаивают на этом, — добавил Маккиннон, убрав одну руку в карман брюк.       — Что за клиенты? — не отрываясь от своего дела, спросил Регулус.       — Волшебники. Маркус Флинт и Алан Маклагген.       Розали бессовестно разглядывала Эдварда, но он в ответ не обращал на неё ни капли внимания, что её вполне устраивало. Хотелось развлечь себя хоть как-то, а учитывая, что взгляд её уже успел изучить каждый уголок комнаты, то появление охранника стало как глоток свежего воздуха. Девушка не смогла сдержать улыбки, когда заметила на шее парня красный след от размазавшейся помады. У всех есть свои слабости. У всех, кроме Блэка.       — А, эти кретины... — с тяжёлым вздохом произнёс мужчина, перелистнув страницу. — Откажи им и предложи кого-нибудь другого из того зала. Лилит в первую очередь.       Розали удивлённо округлила глаза, переведя взгляд на Регулуса. Знакомое имя пронизывающим насквозь позвоночник холодом отдалось в её теле, вторя звоном в ушах. И из его уст эти слова звучали словно приговор для рыжеволосой ведьмы. Она не знала точно, что именно всё это значило, но жестокая бесчувственность в интонации мужчины вряд ли говорила о чём-то хорошем, что могло бы ждать Лилит.       — Если откажутся и продолжат стоять на своём, выгони. Кэт им не по карману.       — Как прикажете, — Маккиннон покорно склонил голову и вышел из кабинета, захлопнув за собой дверь.       Розали была готова завыть волком от возобновившейся тишины. Стоять на ногах становилось всё больней и больней, мышцы начинало сводить судорогами, а гора бумаг на столе Регулуса всё ещё не заканчивалась. Позволено ли ей было говорить и спрашивать? Вряд ли. Девушка не представляла, сколько ей предстоит ещё так мучаться, но рисковать и отвлекать Блэка она не хотела.       Взгляд пал на графин с огневиски. В горле мгновенно пересохло.       — Можно выпить немного? — слова сорвались с её губ раньше, чем бывшая слизеринка успела их хорошо обдумать.       Розали медленно перевела взгляд на Регулуса, с недовольством смотревшего на неё исподлобья в этот момент. Девушка поджала губы, всё же решив услышать его ответ, ведь изменить сделанного она всё равно не могла, но теперь мысленно клялась себе, что впредь будет лучше держать язык за зубами.       — Нет.       Разочарованно вздохнув, Розье вновь посмотрела на графин, а после прикрыла глаза. Она не представляла, сколько ей ещё предстоит простоять в гнетущем и по сути бессмысленном ожидании. Звенящая в ушах тишина сводила с ума. В воспоминаниях невольно всплыло небольшое стихотворение, которое она однажды обнаружила в одной из книг в родительской библиотеке и на спор с дядей заучила. Розали неторопливо стала повторять его про себя. В тёмной комнате вновь зажгут свечи, По стене проползёт тень крыла. Только ты, дорогая, смотри и молчи, Пока мотылёк сгорает до тла.       Теперь строки стихотворения, раньше казавшиеся совершенно бессмысленными и нелепыми, наконец обрели для неё смысл. Она чувствовала себя тем крохотным, несчастным мотыльком, от которого больше ничего не зависело. Её жизнь была отдана во власть огня, и пламя в конечном счёте измучает её тело и истязает душу, так что от неё самой останется всего лишь пепел. И единственное, что мотылёк может сделать для своего спасения, это улететь от опасности. Улететь далеко и не возвращаться никогда.       Деревянные ножки стула громко скрипнули, проскользив по полу, из-за чего Розали невольно вздрогнула, выходя из собственных мыслей. Жгучая боль в ногах мгновенно дала о себе знать. Колени невольно подогнулись, а саму девушку слегка повело в сторону. Хотелось сесть прямо на пол или даже лечь, наплевав на всё. Но вместо желанного отдыха для собственных ног, девушка подняла молчаливый взгляд на Регулуса. Бумаги на столе были наконец отложены в сторону, а сам мужчина задумчиво и без малейшего стеснения разглядывал Розали, как... как свою собственность.       — Подойди, — холодно приказал он, не сводя взгляда с бывшей слизеринки.       По телу прошла неприятная дрожь. Она не торопилась, осторожно обходя стол, после чего остановилась прямо перед мужчиной, не представляя, куда можно спрятаться от его прожигающего насквозь взгляда. Серые глаза смотрели на неё так, словно на ней не было ничего из одежды. Розали с трудом сглотнула вязкую слюну, скопившуюся во рту, и подняла взгляд к потолку, пытаясь успокоить бешено бьющееся в груди сердце. Дышать стало тяжело. Она не знала, чего ждать от Регулуса, и это пугало, как ни что другое.       Слегка раздвинув ноги в стороны, Блэк призывно похлопал ладонью по своему бедру. На лице девушки отразилось недоумение. Наперекор боли в ногах, Розали не хотела принимать предложение мужчины сесть. Сделав быстрый шаг назад и отвернув голову в сторону окна, как будто пыталась что-то высмотреть там, девушка скомкано прошептала: — Спасибо, мистер Блэк, я постою.       — Я не намерен просить тебя о чём-либо, Розали, — грубо произнёс он в ответ, а в серьёзном взгляде, направленном на девушку, читалось раздражение. Розье не понимающе нахмурилась, но поворачиваться лицом к мужчине не спешила. — Я не прошу. Я приказываю. А за ослушание буду наказывать. Садись. Второй раз повторять не буду.       Сжав пальцы в кулаки, девушка плотно стиснула зубы, но всё же промолчала, понимая бессмысленность собственных возражений. Не подойдёт сама, он вынудит силой. Простые угрозы закончились, больше тянуть время нельзя, а бежать некуда. Розали шагнула чуть ближе, поджав губы от неловкости.       — Мистер Блэк, может я... — осторожно попыталась начать она, но услышав тяжёлый, словно бы предупреждающий вздох мужчины, тут же замолчала.       Глубже набрав воздух в лёгкие, девушка встала между ног мужчины, а после аккуратно села на край его бедра, мгновенно постаравшись отстраниться как можно дальше, и отвернула голову в сторону. Настолько близко к монстру она ещё ни разу не была. Облегчение, тёплой волной окутавшее мышцы ног, не заставило себя долго ждать, но страх в сердце вынудил замереть, прикрыв глаза.       Розали испуганно вздрогнула, когда рука Регулуса собственнически легла на её талию, бескомпромиссно передвинув девушку ближе к своему телу и удобнее разместив её на своей ноге. Розье затаила дыхание, не прекращая попыток хотя бы немного отстраниться от него.       — Неужели я такой страшный? — слабо усмехнулся Регулус, не убирая руки с талии девушки. Он чувствовал, как Розали мелко дрожит от страха, пусть и пытается скрыть это от него, чтобы казаться сильной. Ему было знакомо такое поведение, и это значило, что действовать с девушкой нужно осторожно, иначе несчастное, невинное создание навсегда замкнётся в собственных переживаниях и мыслях. А это было совсем не то, чего он хотел добиться. — Расскажи мне, Розали, чего ты боишься?       — Вас, мистер Блэк, — едва слышным шёпотом, ответила она, посмотрев Регулусу прямо в глаза. И это его тоже не удивляло.       Пальцы девушки мелко тряслись, отчего она поспешила собрать их в замок перед собой, крепко сжимая. Было в этом мужчине что-то такое, чего не было ни в ком другом. Уверенный и, как бы она не хотела отрицать это, но всё же дьявольски красивый. А потому вопреки собственному желанию, он не вызывал и капли отвращения, только страх от незнания и непонимания, что же следует ждать дальше. Розали его действительно боялась, осознавая свою полную беззащитность в его руках. И будь у неё сейчас нож, она бы не раздумывая всадила его в сердце Блэка. Но к сожалению, здесь она стала всего лишь вещью, игрушкой в руках расчётливого хозяина, который может поступать с ней, как только пожелает.       — Конкретней, — строго потребовал мужчина, мягко, едва заметно поглаживая кончиками пальцев талию Розали.       — Вы сильнее меня, у вас есть власть над всем, что происходит в этом месте, в том числе и надо мной. Я боюсь за себя и свою жизнь. Боюсь боли, — честно призналась она в надежде на то, что теперь ей удастся всего этого избежать. В надежде задобрить монстра, в лапах которого она сейчас находилась, словно птичка в клетке охотника.       — Хочешь уйти отсюда? — спокойно спросил он, сделав небольшой акцент на первом слове.       Слегка нахмурившись, девушка задумалась над его вопросом. Здесь определённо был какой-то подвох, который она не представляла как избежать. Если ответит "да", вряд ли он отпустит её. Скажет "нет", и Блэк сразу поймёт, что она лжёт. Молчание затянулось уже слишком. Розье осторожно кивнула.       — Твоя наивность меня забавляет, Розали, — холодно произнёс он, мягко, чуть ли не нежно, коснувшись рукой подбородка девушки, и приподнял её голову, вынуждая смотреть прямо в его глаза. — Но тебе нужно избавиться от неё, если рассчитываешь на иную участь, в отличие от Лилит и Сары. Бессмысленно обманывать себя. Смирись. Так будет проще.       — Вы не дадите мне уйти из борделя? Даже, если...       — Нет, — сухо перебил мужчина. — И никаких "если", Розали.       Розали обречённо вздохнула, когда рука Блэка исчезла с её лица. Продолжать держать голову ровно самой было невыносимо тяжело. О какой гордости могла идти речь, когда дьявол с плотью вырвал крылья у некогда свободной пташки, чтобы та не смогла улететь? Девушка едва сдерживала слёзы, лишь бы ещё сильнее не упасть в его глазах. Он воспользуется её слабостью при первой же возможности, в этом она точно не сомневалась.       — А если кто-то решит купить меня? — на одном дыхании проговорила девушка, вопреки словам Регулуса. — Как Джеймс Поттер собирался купить Лилит, — чуть тише добавила она, не поднимая головы.       — Я не советую тебе слепо надеяться на это, — всё тот же холодный, стальной тон, не терпящий возражений. Не верить Регулусу было очень сложно. — Подобного рода сделки никогда не заканчиваются чем-то хорошим, да и к тому же, происходят крайне редко. Мало кто намерен тратить большие деньги на обычную шлюху.       Шлюха. Вот кем ей предстояло стать здесь. Обычная шлюха, без собственной воли, мнение которой никогда и никого интересовать не будет.       Розали сникла, слегка поёрзав на ноге мужчины, устраиваясь удобней. Терять всё равно было нечего. Рядом с Регулусом она начинала чувствовать себя неразумной первокурсницей, которой приходилось пояснять каждую мелочь, а она всё равно продолжала задавать вопросы, глупые и не всегда уместные.       — Я не сделаю тебе больно, Розали, если ты начнёшь меня слышать и слушаться, — проговорил Блэк, положив руку на ноги девушки. Тёплое прикосновение к оголённой коже заставило мурашки пробежать по телу, а боль в мышцах стать меньше. Скорее всего, без магии тут не обошлось, хотя может, это была всего лишь игра запутавшегося сознания и всё происходящее ей лишь казалось. — Тебе было больно стоять в неудобных туфлях? — спросил Регулус.       — Да, мистер Блэк, — шёпотом призналась девушка, нервно сжав пальцами край красного платья, стараясь незаметно потянуть его ниже.       — А сейчас я сделал тебе больно? — продолжил он, проведя ладонью вниз по её бедру, и слегка сжал пальцами колено, останавливая её мелко трясущуюся от волнения ногу. — Когда предложил сесть, — пояснил он.       — Нет, мистер Блэк, — смирившись с поражением, едва слышно выдохнула Розье.       — Ты боишься боли, но при этом сама создаёшь причины для неё. Нарываешься, не слушаешься, опаздываешь, задаёшь неуместные и ненужные вопросы. Ты желаешь делать самой себе больно, не я, — серьёзно сказал Регулус, а Розали прикрыла глаза, чувствуя отчаяние, разрастающееся в груди. Все мучения, которые предстоят ей, неизбежны, но отчего-то Блэк продолжал медлить. — У меня нет желания причинять тебе вред, но наказание необходимо для поддержания порядка.       Розали молчала, не зная, что ответить. Да и имели ли смысл её слова? Открыв один из ящиков своего стола, Блэк достал оттуда кольцо, задумчиво повертев его в пальцах. Любопытный взгляд девушки на несколько мгновений оказался прикован к красивому украшению. Из белого золота, с витиеватыми узорами и вкраплениями красных рубинов по краям. Невольно можно было залюбоваться им, рассматривая тонкую работу ювелирного мастера.       — Нравится? — с довольной улыбкой спросил Регулус, наблюдая за заинтересованным выражением лица Розали. Он читал её, как раскрытую книгу, пока она в ответ не могла разобрать даже названия.       — Оно достаточно необычное, — задумчиво протянула девушка и, поджав губы, перевела настороженный взгляд на мужчину.       — Примерь.       Розали аккуратно забрала кольцо из рук мужчины, стараясь лишний раз не касаться его кожи, словно та обожгла бы её. С осторожностью надев его на средний палец правой руки, девушка не могла перестать рассматривать красивое украшение. Оно было слегка великовато, но это ничуть не делало его менее привлекательным для Розье.       Регулус провёл ладонью в паре дюймов от руки девушки, и кольцо сразу село по размеру.       — Так будет лучше.       — Спасибо, — поблагодарила Розали, стараясь выглядеть достаточно искренней и абстрагироваться от настоящего. Это ведь просто подарок. Гадать, какую именно цель преследовал Блэк, решив сделать его, она не хотела. Всё равно ни один из вариантов ей не понравится. — Оно действительно красивое.       — Это хорошо, что кольцо тебе нравится, — Розали с подозрением нахмурилась на его слова. Возможно, ей просто показалось, что в этой фразе был скрыт какой-то тайный смысл. А возможно, Блэк всего лишь пытался расположить девушку к себе и дать понять, что всё может быть совсем по-другому, не так ужасно, как она себе представляла, и действительно их взаимоотношения могут оказаться вполне сносными. — Но вернёмся к сути, Розали. Ты поговорила с Кэтрин? Она помогла тебе?       Бывшая слизеринка вмиг покраснела, опустив взгляд в пол. Прикрыв глаза, она тяжело сглотнула, моментально забывая о собственных рассуждениях насчёт перемены отношения Блэка в хорошую сторону. От безысходности девушка вынужденно кивнула, давая мужчине молчаливый ответ.       — И? — в насмешливом тоне протянул Регулус.       Рука мужчины, лежавшая на её талии, опустилась ниже на бедро, аккуратно начав задирать край платья Розали вверх. Девушка тут же накрыла его ладонь сверху своей, постаравшись остановить, за что Блэк больно ущипнул её. Розали зашипела сквозь зубы от колкой мгновенной боли.       — Уговор был только насчёт поцелуя, — негодующе произнесла она, посмотрев на оставшегося абсолютно спокойным мужчину.       — Я уже говорил тебе, Розали. Я не прошу и не договариваюсь. И пока ты медлишь с поцелуем, я могу делать с тобой всё, что пожелаю.       Девушка приоткрыла рот, намереваясь возмутиться, но единственное, что она уже точно успела понять — спорить бесполезно. Прикрыв глаза, она сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, стараясь спрятать все свои внутренние переживания и тревоги за непроницаемой маской, которую от неё жаждал видеть он. Слабо улыбнувшись, девушка через силу посмотрела на Регулуса так, как её учила Кэтрин. С трудом сдерживая в теле дрожь, она приблизилась к его лицу, едва касаясь губ Блэка, переводя взгляд между его серыми спокойными глазами, с холодным расчётом наблюдающими за ней. Розали мягко, едва ощутимо поцеловала мужчину, а после слегка прикусила его нижнюю губу и призывно скользнула по ней кончиком языка. Но Регулус как будто и не собирался поддаваться этой игре, словно девушка делала что-то не так, словно он ждал чего-то другого, определённого.       Розье скользнула рукой по его шее, продолжая мягко выцеловывать губы мужчины, но он всё никак не реагировал, а Розали всё быстрее теряла уверенность. Хватка его руки на её талии ослабла вовсе.       — Я делаю что-то не так, мистер Блэк? — неуверенно спросила она, с непониманием смотря в глаза мужчины. Сердце взволнованно стало биться в груди.       — Да, Розали, кое-чего не хватает для того, чтобы я окончательно поверил в искренность твоего желания, — с загадочной ухмылкой на губах сказал Регулус.       — Чего? — осторожно, на выдохе произнесла девушка, чувствуя лёгкий озноб, пробивший кончики её пальцев.       Рука мужчины скользнула по её плечу, кончиками пальцев мягко касаясь нежной кожи. Он аккуратно собрал её светлые волосы, перекинув за спину, пока Розье неотрывно следила за его глазами, стараясь угадать ответ на свой вопрос, которого она так и не услышала от Регулуса. Блэк медленно приблизился к её уху и, едва касаясь губами мочки, прошептал: — Я хочу тебя, Розали.       Горячий шёпот заставил мурашки пробежать по телу, животным трепетом отзываясь глубоко в груди и против воли томящей истомой где-то внизу живота. Дыхание перехватило, а рассудок словно стало заволакивать густой, непроглядной пеленой тумана.       — Поняла, что тебе нужно сделать? — отстранившись и вернув голосу прежнюю сталь, спросил Регулус.       Девушка прикусила нижнюю губу, осторожно кивнув. Слегка поёрзав на колене мужчины, она мягко положила ладони на его плечи и плавно приблизилась к его уху, крепче сжимая пальцами ткань его чёрной рубашки. Было страшно говорить запретные слова, но ещё страшнее казалось не сказать их. Хотя может, это было всего лишь оправдание.       — Я хочу Вас... мистер Блэк.       Рука мужчины внезапно до боли сжала её бедро, так что Розали чуть ли не вскрикнула от неожиданности. Блэк обхватил пальцами её шею, притягивая к себе и бескомпромиссно ворвался в её рот грубым, подчиняющим поцелуем, противиться которому девушке было просто бессмысленно.       И всё же было во всём этом что-то, невольно взбудоражившее сознание и завладевшее волей. Оно стремительно туманило рассудок и вынуждало действительно хотеть. Но всё закончилось быстро. Слишком быстро, так что с губ невольно сорвался обречённый вздох.       — Удовлетворительно, Розали, — сухо произнёс он ей в губы.       — Значит, экзамен я всё-таки сдала? — мгновенно усмехнулась девушка, вновь не успевая тщательно обдумать свои слова.       Регулус бархатно рассмеялся, искренне, на мгновение заставляя Розали забыться и также улыбнуться в ответ. Похлопав Розье ладонью по бедру, он негромко добавил: — Вставай.       В дверь постучали, едва Розали начала приподниматься на ноги, боль в которых возобновилась в ту же секунду. Блэк вернул девушку к себе на колени, не говоря ничего, а сам обратил взгляд на дверь. В проёме показался Эдвард.       — Мистер Блэк, к вам...       — Будто бы он меня не знает, мудак.       В комнату без особых приглашений вломился парень: чёрные, слегка растрёпанные волосы, прожигающий насквозь взгляд карих глаз, от которого невольно хотелось спрятаться, небрежно застёгнутая чёрная рубашка, длинные брюки едва не закрывали носы его идеально начищенных до блеска ботинок. Он остановился прямо напротив стола, высокомерно и пренебрежительно смерив взглядом Розали, а после и самого Регулуса.       — Я не удивлён, Блэк. Себе всегда самых красивых выбираешь, а остальным что останется, — с раздражением высказал своё недовольство он.       — У тебя долг перед моим борделем порядка пяти тысяч галлеонов, Маркус, — спокойно начал Регулус, одной рукой вытащив определённую бумагу из стопки и положив её на стол перед ним. — Я жду уже месяц, который был выделен тебе, чтобы вернуть всё. Я дал тебе время только из уважения к твоему отцу, но больше ждать не намерен.       — Да иди ты на хуй вместе с моим отцом! — импульсивно, с неприкрытой злобой выкрикнул он, явно не собираясь сдерживаться. — Выплачу я тебе всё, когда посчитаю нужным. В первую очередь, я здесь клиент и я требую, чтобы мои желания были исполнены!       — Маркус, — предупреждающим тоном начал Регулус, — я не занимаюсь благотворительностью. Чтобы желания клиента были исполнены, он должен за них соответственно платить. Таковы правила.       — Я уже сказал: я всё оплачу, когда посчитаю нужным, — прорычал сквозь зубы парень, а его глаза недобро блеснули.       Он схватил графин с огневиски, быстро наполнил стакан на половину, поднёс к своим губам и тут же залпом осушил. Может быть, несколько поспешнее, чем следовало бы. Маркус поперхнулся, сильно закашлявшись.       — Что это за мерзость? — скривившись, спросил парень, небрежно поставив стакан обратно на стол. — На вкус как моча гоблина.       — А ты, видимо, частенько ей балуешься, — усмехнулся Эдвард, не спеша вытащив пистолет из кобуры и медленно прошёл за спину Флинта.       — Что? — Маркус хотел было повернуть голову, но его словно что-то остановило. Его язык замер на полуслове и лишь глаза, полные непонимания, смотрели на Регулуса.       На миг в комнате воцарилась тишина, после чего с губ девушки слетел напряжённый вздох. Розали с ужасом прижала ладонь ко рту, прикрыв глаза. Неприятная мысль тут же мелькнула в сознании... яд? А ведь она сама недавно хотела выпить из этого графина.       — Я поясню, дорогой Маркус, — Блэк похлопал Розали по бедру. Девушка, с первого раза поняв смысл этого жеста, спешно поднялась на ноги, торопливо шагнув в сторону. Блэк встал со стула, неторопливо закатывая рукава рубашки, и уверенно, словно хищник, загнавший свою жертву в угол, обошёл стол и остановился рядом с Флинтом. Он взял стакан, понюхав содержимое, и ухмыльнулся своим мыслям. — Это не яд, как ты мог вероятнее всего предположить. Мне нужно, чтобы ты вернул деньги, Маркус, сегодня до полуночи. Это зелье — подобие империуса в жидком виде, только подчиняет оно не волю, а твоё тело. Оно может находиться в организме двое суток и избавиться от него невозможно. Если до полуночи ты не принесёшь деньги, то, можешь не сомневаться, умрёшь самой мучительной смертью, какую только можно представить. Без малейшего шанса спасти свою жалкую шкуру. Ясно?       Но Маркус не мог ничего ответить, лишь со злостью смотря на Регулуса.       — Отвечай, — мужчина махнул рукой, возвращая Флинту возможность говорить.       — После того, что ты сделал со мной, сука, я ни сикля тебе не верну! Я обязательно расскажу об этом отцу или сам подпалю твою саную конуру!       Блэк тяжело вздохнул, коротко кивнув Эдварду, стоящему позади Маркуса. Мгновенно раздался выстрел, из-за которого Розали испуганно вскрикнула.       — Твою мать, — Флинт схватился за свою ногу, закричав от боли. Он резко обернулся на Маккиннона, бросившись в его сторону, и схватил охранника за грудки. — Ты выстрелил в меня? Можешь не сомневаться, выблядок, я прикончу тебя за это как последнюю шлюху!       — А я с огромным удовольствием выстрелю в тебя ещё раз, — спокойно ответил Эдвард, приставив пистолет к животу Маркуса. — Как насчёт пули в печень?       — Эдвард, — строго произнёс Регулус, и охранник моментально сбросил с себя руки Флинта и сделал шаг назад, убирая пистолет обратно в кобуру.       — Так тебе и надо, конченный гондон. Прислуживай как верная собачонка своему чокнутому хозяину, и может он даст тебе разок набросился на чьи-нибудь кости. Тоже мне, мракоборец. Подзаборная шавка, вот кто ты, а не...       — У тебя не так много времени, Маркус, — прервал гневную тираду парня Регулус. — Используй его с умом, — холодно добавил он.       — Думаешь такой неприкосновенно крутой, Блэк? — Флинт, зажав рукой своё бедро, прошёл в сторону Регулуса и с отвращением скривился, смотря ему в лицо. — Я и на тебя управу найду, старый козёл, можешь не сомневаться.       — До встречи, Маркус, — сухо ответил мужчина, пресекая всякую возможность продолжения бессмысленного диалога.       Парень с раздражением прорычал сквозь зубы и быстро, насколько позволяла простреленная нога, вышел из кабинета. Блэк тяжело вздохнул, когда Флинт громко хлопнул за собой дверью.       — Мистер Блэк? — шёпотом обратилась к нему девушка, сделав глубокий вдох и с трудом сглотнув вязкую слюну, скопившуюся в горле.       — Да? — обернувшись, абсолютно спокойно спросил Регулус, словно ничего и не произошло. Словно на такой исход он и рассчитывал. Розали всё ещё стояла у стены рядом со стулом, неуверенно поджав губы, не зная, стоит ли спросить то, что она хотела. Мужчина медленно подошёл к ней и мягко сжал рукой её локоть. — Ты опять дрожишь, милая.       Розали перевела недоверчивый взгляд за спину Регулуса, где теперь недалеко от выхода из кабинета стоял Эдвард с равнодушным выражением на лице. Его плечи были расправлены, руки собраны за спиной, а взгляд отстранённо устремлён в пустоту, словно его здесь и не было.       Был ли у Маркуса шанс ещё выйти отсюда целым? Что, если бы он не стал пить отравленный алкоголь? Может, если бы он просто заплатил... Кончики пальцев похолодели от осознания происходящего.       — Тебе жалко его, Розали? — спокойно спросил Блэк, очертив внешней стороной ладони лицо девушки, а после аккуратно убрал за уши светлые пряди, скрывающие от него её лицо.       Розье осторожно повернула голову к мужчине, испуганно посмотрев на него, не представляя, что стоит ответить. Её голубые глаза были полны непонимания, наивности и страха.       — Вы... — начала она, но тут же прервалась, понимая, что все обвинения бессмысленны. — Почему он был так груб с вами?       Регулус снисходительно улыбнулся. И вновь она делает что-то не так, даже не понимая, что именно. Видимо, вопросы здесь редко кто задаёт и мало кого заботят чужие проблемы. Не должны заботить. Особенно её в данный момент. Но всё же Розали было интересно, и ничего сделать с этим она не могла.       — Потому что слишком часто ему прощали всё и оставляли безнаказанным подобное поведение, — неохотно пояснил Блэк, а Розали всё продолжала ходить по лезвию ножа, именем которому было терпение Регулуса.       — И вы убьёте его, если он не вернёт деньги? Но ведь...       — Да, Розали, — останавливая поток слов девушки, ответил мужчина. — Иногда даже угроза смерти не способна исправить человека или научить его чему-то. Такова цена избалованности и вседозволенности.       Невольная мысль о том, что её саму воспитывали в подобных условиях, заставила мурашки пробежать по коже. Розали изнутри закусила до боли собственную щёку, лишь бы не дать волю чувствам, безысходности и отчаянию, волком взвывшим в её душе. А Блэк всё наблюдал за ней, ни на миг не отводя от девушки проницательного взгляда холодных серых глаз, словно для него это была всего лишь игра: подчинится ли кукла воли своего нового кукловода или же решит, что она сама способна сыграть другую старую, знакомую ей роль.       — Я могу идти, мистер Блэк? — стараясь придать голосу больше уверенности и спокойствия, наконец спросила девушка.       — Гермиона будет здесь через полчаса, — сказал Регулус, проведя ладонью вверх по плечу девушки, после чего шагнул назад и сел за стол, отворачиваясь от Розали. — Дождись её в медицинском кабинете, она даст тебе нужные таблетки и всё о них расскажет. В полночь Мишель зайдёт за тобой. Второй день подходит к концу, Розали, — без сожаления, без злости, без насмешки. Полное равнодушие и безразличие пропитали его холодный и твёрдый, как сталь, голос, а его непоколебимо спокойный вид ещё раз подтверждал уверенность в принятых решениях.       Полночь. Слово звоном раздавалось в ушах. Она не верила, что всё случится настолько скоро. Он дал ей два дня, чтобы освоиться, но Розали и подумать не могла, что это время так скоро закончится.       — Я поняла, — с трудом выговорила она.       Девушка сделала несколько шагов спиной назад, не сводя взгляда с Регулуса. Больше не замечая со стороны мужчины сильной угрозы, Розали развернулась, едва не столкнувшись с высокой фигурой Эдварда. Широкоплечий парень, будучи в несколько раз больше неё самой и сильней, совсем не вызывал доверия. Стоило ему протянуть руку, и он бы без особых усилий сломал ей шею или позвоночник. Но он всё ещё стоял неподвижно, вовсе не замечая девушку, ждал приказ Блэка или просто намеревался что-то уточнить у того, оставшись наедине.       Торопливо обойдя Маккиннона, Розали направилась к двери, надеясь как можно скорее скрыться в коридоре.       — И ещё, Розали, — вновь сухо обратился к ней Регулус. Девушка задержала дыхание, крепче сжав пальцами холодную дверную ручку. Оборачиваться совершенно не хотелось, а тем более вновь смотреть в его глаза. — Не снимай кольцо. Пожалуйста.       Ничего не ответив, Розали быстро вышла из кабинета, закрывая за собой дверь, и облокотилась о неё спиной, с облегчением выдохнув. Находиться с Блэком в одном помещении было просто невыносимо. Каждое слово, каждое движение давалось с большим трудом, напряжение ощущалось в каждой клеточке тела, а воздух словно наполнялся дымом, так что становилось невозможно дышать.       Вытянув правую руку перед собой, девушка взглянула на кольцо. Не просьба, приказ. Не снимать. И как же теперь сильно хотелось сделать всё назло. И она обязательно снимет его, но чуть позже, когда сердце будет способно спокойно биться, а мозг мыслить достаточно здраво и хладнокровно. Когда она вновь станет свободной.       Сейчас же хотелось лишь дышать. Дышать медленно и глубоко, чувствуя, как спадает гнетущее напряжение с души и горячая кровь мерно течёт по венам, говоря о том, что она ещё жива и цела. Запрокинув голову назад и закрыв глаза, девушка тихо рассмеялась. Такие простые вещи, на которые она раньше совершенно не обращала внимание, теперь казались чем-то невероятным. Простая свобода стала целью, ради которой она была готова пойти на всё.       — Золотце, пропустишь меня?       Наигранно-ласковый голос Джона раздался прямо над её ухом. Испуганно вздрогнув, девушка мгновенно распахнула глаза, с ужасом уставившись на стоявшего перед ней охранника. Тяжело сглотнув, Розали почувствовала, как страх в момент сковал каждую клеточку её тела. Сердце пропустило несколько ударов, когда Руквуд шагнул вплотную к ней, заставляя сильнее вжаться в дверь спиной.       — Язык проглотила? — ухмыльнулся он, мягко проведя рукой по оголённой части бедра девушки и слегка выше, задирая её платье. Розали не сводила с него взгляда, не в состоянии заставить себя хотя бы пошевелиться, оттолкнуть парня от себя и как можно скорее уйти, чтобы больше никогда не пересекаться с ним. — Не бойся. Блэк запретил даже думать о том, чтобы трахнуть столь изящное и невинное создание. Не думать об этом конечно сложно, но сделать с тобой то, что хочу, к сожалению никак не смогу. Так что можешь быть спокойна. Пока.       — Ты... — слова застряли поперёк горла. — Ты убил Сару, — сказала Розали, не понимая зачем.       Джон хищно ухмыльнулся, опершись одной рукой о дверь за спиной девушки.       — Да? — издевательски хмыкнул он в ответ. — А тебя стошнило от вида крови.       Собираясь возмутиться, Розали сумела лишь слегка приоткрыть рот, не зная, что ответить. Негодование и возмущение переполняли её лёгкие, ведь он явно не понимал, что значит: убить человека. Каким же жестоким и безжалостным нужно быть, чтобы без тени сомнения отнять жизнь другого и после без малейших угрызений совести продолжать жить самому? Может, в этом месте все постепенно сходят с ума и она будет следующей?       Дверь за спиной Розали неожиданно резко открылась изнутри. Отскочив в сторону, девушка оступилась и, подвернув ногу, чуть было не полетела вниз носом, но всё же чудом устояла на ногах. И этим самым чудом оказался чёртов Джон, который успел схватить её за плечи и не позволить упасть.       Над головой раздался снисходительный смешок. Девушка неловко поджала губы, медленно разжав один за другим пальцы, которыми за секунду до этого, начав падать, рефлекторно схватилась за пиджак Руквуда, о чём теперь очень жалела.       — Прости, — едва слышно произнесла Розали, неловко отстранившись от охранника.       Тот лишь усмехнулся, аккуратно расправив слегка помявшуюся ткань. Потупив взгляд в пол, девушка переступила с ноги на ногу, но тут же тихо зашипела от боли. Жгучей и острой, такой, словно её щиколотку прострелили пулей или воткнули в неё длинную и толстую иглу. Перенеся вес обратно на правую ногу и придерживаясь рукой за стену, Розали зажмурилась, стараясь привести себя в чувства.       — Тебя там твоя ненаглядная ждёт, Маккиннон, — спокойно произнёс Джон, отряхнув свой пиджак от невидимых пылинок. — Какой-то богатенький паренёк сильно напился и отказывается платить.       — Как обычно, — с раздражением выдохнул Эдвард. — Нужна помощь, Розали? — заметив не самое лучшее состояние девушки, спросил он. — Ногу подвернула?       — Видимо, — раздосадовано вздохнула она, проклиная неудобные туфли, созданные скорее для пыток, чем для ходьбы.       — Давай провожу тебя до медицинского кабинета, — предложил Маккиннон, сделав шаг в сторону Розали, но Руквуд преградил ему дорогу.       — Сами справимся, — не дав Розье сказать хоть слова, пренебрежительно бросил Джон и тут же подхватил девушку на руки с такой лёгкостью, словно та и вовсе ничего не весила. Розали тихо вскрикнула от неожиданности и резко обхватила руками шею Руквуда, боясь упасть. — Не утруждай себя чужими заботами, Маккиннон.       Джон развернулся, не став дожидаться ответа Эдварда, и уверенно зашагал по коридору в сторону медицинского кабинета.       — Чего дрожишь, золотце? Замёрзла или так сильно боишься меня? — не убирая с лица довольной ухмылки, спросил парень. — Ладно, можешь не говорить. Ответ и так слишком очевиден.       Недовольно фыркнув, Розали убрала руки с шеи Руквуда и скрестила на груди, отвернув голову в противоположную от него сторону. Негодяй, грубиян и убийца. Вот кем был Джон, человеком, в глазах которого невозможно было найти жалости и милосердия, идеальный подчинённый для Блэка. Она ненавидела их обоих и мечтала обоих убить. Они заслуживали лишь долгой и мучительной смерти, но корыстолюбивая и бесчестная судьба никогда не распоряжается жизнями своих подопечных справедливо. Она способна отнимать беззаботные и счастливые дни только у невинных и позволяет наслаждаться ими аморальным уродам. Но вместо огромной гневной тирады, озвучить которую у девушки теперь ни за что не хватит духу, она с опаской спросила Джона: — Что тебе от меня нужно?       — Если мне вдруг что-то от тебя понадобится, я и сам могу взять это, не переживай.       Задохнувшись от возмущения, Розали ничуть не изменила мнение об этом монстре, которого человеком было слишком тяжело назвать. Его помощь не вызывала и капли доверия, а истинный смысл его намерений был абсолютно не понятен.       Джон быстро донёс её до медицинского кабинета. Толкнув ногой приоткрытую дверь, он зашёл внутрь и осмотрелся по сторонам в поиске того, куда можно было разместить девушку. Посадив Розали на медицинскую кушетку, охранник выпрямился, снова поправляя свой пиджак.       — С.. спасибо? — неуверенно сказала Розали, вопросительно изогнув брови.       — Не за что, золотце, — ответил Джон, нахально подмигнув, и направился к выходу из кабинета. — Ещё увидимся, — сказав это, парень скрылся за дверью, оставив девушку одну.       Розали в ту же секунду стянула с себя неудобные туфли, скинув на пол, и мгновенно почувствовала невероятное облегчение в ногах, граничащее с болью. Блаженно прикрыв глаза, девушка аккуратно спрыгнула на холодный пол, медленно распрямляя стопу, ощущая каждую затёкшую мышцу. Левая нога неприятно продолжала болеть в щиколотке, где она её потянула.       И всё же, несмотря на растяжение в ноге, Розали, ни секунды не колеблясь, направилась к окну и распахнула его настежь. В комнату влетел тёплый ветер, разметав волосы девушки в разные стороны. Проведя рукой перед собой, Розали тихо айкнула, стукнувшись ладонью о прутья невидимой решётки.       — Дьявол, — со злостью выругалась девушка и с силой захлопнула окно так, что стёкла в раме задрожали.       Прихрамывая на левую ногу, Розали обошла стол и села на стул, откинувшись на спинку со скрещенными на груди руками.       Она бездумно уставилась на зелёные листочки дерева, росшего на углу дома напротив. Близость сегодняшней ночи её ничуть не радовала, а время, как назло, шло всё быстрее. Взгляд пал на простые настенные часы. Почти девять. Секундная стрелка неумолимо продолжала двигаться вперёд, никак не желая внять мольбе девушки и остановиться.       Что именно Регулус сделает с ней, после того, как наступит двенадцать? Был ли смысл сопротивляться неизбежному или стоило смириться сразу, чтобы избежать лишней боли? Скучающе болтая здоровой ногой то взад, то вперёд, Розали ждала Гермиону, а сама тут же стала накручивать себя насчёт предстоящей ночи. Незнание порождало лишь больше сомнений, а оттого фантазия рисовала всё более страшные и омерзительные картины...       Тишину нарушила резко распахнувшаяся дверь, петли которой громко скрипнули, отчего Розали вздрогнула и обернулась на шум, уставившись на быстро шагающую по кабинету Гермиону.       — На улице просто какой-то кошмар, — попутно расстёгивая верхние пуговицы своей белой лёгкой мантии, произнесла Грейнджер. — Весь день была страшная жара, а сейчас душно ужас.       Девушка обошла свой письменный стол, не поднимая взгляда на Розали. Наклонившись к одному из ящиков, она с грохотом открыла его и достала несколько склянок, которые небрежно поставила перед Розье на стол.       — Смотри, — привлекла она внимание девушки. — Это выпьешь сейчас, — кивнув на пузырёк с фиолетовой блестящей жидкостью, сказала Грейнджер. — Капель пять. В последующие дни будешь пить сразу после того, как встанешь, до завтрака. Избавит от нежелательной беременности, — пояснила она. — Эти таблетки будешь пить уже после ужина, — подвинув ближе к девушке стеклянную баночку с зелёными круглыми таблетками внутри, продолжила Грейнджер, — они для твоего здоровья. Нейтрализуют все болезни, передающиеся половым путём. И ещё... — задумалась девушка, поджав губы.       Гермиона облокотилась руками о стол, помогая себе подняться, и быстро прошла к стеклянному шкафу в углу комнаты. Отворив створку, девушка перебрала несколько склянок и, достав нужную, вернулась к Розали. Грейнджер полубоком села на край стола, протянув подопечной пузырёк из тёмного стекла, наполовину наполненный какой-то жидкостью.       — Эти капли пропьёшь эту неделю, сразу после встречи с Регулусом. Это успокоительное, пей его перед сном. Ровно три капли, ни больше, ни меньше. Больше пятнадцати капель за раз — мучительно долгая, но неизбежная смерть. Всё поняла?       Розали молча кивнула, крепче сжав в пальцах зелье.       — По всем остальным вопросам самочувствия обращайся желательно к Эдварду или к Джону. Если всё совсем плохо, то к мистеру Блэку. Не молчи, если тебя что-то станет беспокоить. Сделаешь хуже только себе. Были случаи, когда кто-то из вас таким образом пытался вызвать сочувствие или надавить на жалость. Даже не надейся. Такие фокусы здесь не прокатят, к сожалению. Я надеюсь, ты услышала и поняла меня, Розали, — мягко добавила Грейнджер, устало вздохнув.       — Поняла, — интуитивно кивнула бывшая слизеринка, поставив пузырёк с успокоительным на стол рядом с остальными склянками и бездумным взглядом уставившись на них. — Гермиона?       — Да?       — Я случайно ногу подвернула, — Розали медленно обернулась на девушку, с надеждой посмотрев в её глаза. — Ты сможешь что-то сделать с этим?       — И как ты только умудряешься? — удивлённо хмыкнула Грейнджер, мотнув головой, после чего, перегнувшись через стол, достала из верхнего ящика бинт и склянку с мутным зельем серого цвета. — Пересядь на кушетку, пожалуйста.       Розали с трудом сделала то, что попросила лекарь. Боль в ноге возобновилась, став практически невыносимой, а оттого желание избавиться от неё только больше возрастало.       — Левая нога? — уточнила Гермиона, на что Розали лишь кивнула.       Грейнджер справилась меньше, чем за пару минут. Она быстро обработала щиколотку Розали зельем, так что девушка смогла лишь почувствовать её едва ощутимые прикосновения и приятный холод на коже после них.       — Через пару часов пройдёт и будет как новенькая, — искусно забинтовав ногу Розье, сказала Гермиона. Она выпрямилась, проверяя волшебную палочку во внутреннем кармане своей мантии, и спешно стала застегивать маленькие пуговицы. — И, пожалуйста, постарайся хотя бы пару ближайших дней не травмировать себя. Я буду вынуждена уехать из города, так что помочь вряд ли смогу.       — Я постараюсь, — виновато улыбнулась в ответ Розали.       — Вот и замечательно.       Гермиона ушла, оставив Розали наедине с самой собой. Девушка бросила печальный взгляд на стоящие на столе склянки, уже забыв, что для чего предназначалось. Но одна вещь достаточно отчётливо врезалась в её память. Пятнадцать капель — мучительно долгая, но неизбежная смерть. А что, если её рука случайно дрогнет над стаканом Регулуса? Подобная идея была ей вполне по нраву.       Схватив склянки рукой, девушка поднялась со стула и направилась к выходу. Но не успела она коснуться железной ручки, как дверь распахнулась, из-за чего Розали пришлось мгновенно шагнуть в сторону, чтобы её не задело.       — Oh, je suis désolé, — виновато залепетала Мишель, едва заметив Розье. — Я ударила тебя?       — Нет, — мотнула головой девушка.       — А Гермиона уже ушла? — спросила Бернар, заглядывая внутрь. — Oh, merde. А она не говорила, когда вернётся?       — Через несколько дней, — пожала плечами Розали, аккуратно пройдя мимо Мишель, и вышла в коридор.       Босиком на цыпочках по красному жёсткому ковру девушка засеменила к лестнице, ведущей на первый этаж, чтобы вернуться в общую спальню. Опустив голову, она миновала шумный зал с клиентами, коридор и скрылась за дверью комнаты. Девушка тут же подошла к своей кровати, кинув таблетки на покрывало, а сама села рядом, уткнувшись лицом в ладони.       Мысль о том, чтобы отравить Блэка оказалась слишком навязчивой и вмиг стала единственным возможно-правильным выходом из сложившейся ситуации. Но неожиданно пришедшая в голову до жути абсурдная идея на некоторое время заставила забыть про этот прекрасный план по собственному спасению.       Она не желала знать, что ждёт её сегодня вечером. Но до полуночи было ещё время. Выглянув в окно, Розали примерно прикинула, сколько ей будет нужно пройти до выхода, над которым была вывеска бар. И она не простит себе, если так просто сдастся.       Подскочив с кровати, Розье быстро вышла в коридор, осторожно выглянула из-за угла в зал и осмотрелась вокруг. Возле барной стойки стоял Эдвард, о чём-то переговариваясь с барменом, привычно натирающим до блеска один и тот же стакан. Но Розали нужно было каким-то волшебным образом пройти мимо в другой зал. Идти просто так не было никакого смысла, незаметно пройти позади Эдварда было невозможно, учитывая, что он заметил бы её даже с закрытыми глазами.       Но возможно, теперь удача была на её стороне. Оттолкнувшись от барной стойки, Маккиннон направился в другое помещение, как раз туда, куда девушке нужно было пройти. Терять время было нельзя. Окинув быстрым взглядом зал и убедившись, что за ней никто не следил, девушка уверенно направилась следом за Эдвардом.       Дыхание перехватывало, а сердце испуганно билось в груди, словно трепыхающаяся в клетке птичка в попытках выбраться на свободу. Она попала в большое, но такое же весьма мрачное помещение с кучей людей, мгновенно теряя охранника из виду. Здесь было много столиков, огромный бар, в несколько раз больше того, что она видела до этого, танцевальная площадка по центру и выход. Тот самый выход, который был ей нужен.       Розали не пыталась искать взглядом Маккиннона, уповая на то, чтобы сам он её не заметил. Она моментально направилась к двери, стараясь не обращать внимание ни на что вокруг. Несколько шагов и конец. Несколько шагов и проблемы исчезнут. Она оказалась прямо напротив двери и никто не держал её. Девушка вышла за порог, чуть было не столкнувшись с амбалом, стоявшим прямо у выхода с наружи, но даже он словно и не заметил её, более тщательно следя за теми, кто входил внутрь.       Вот она, свобода. И никакой духоты, о которой говорила Гермиона. Только свобода и лёгкий ветер счастья, в одно мгновение взметнувший вверх её волосы.       Хотелось задержаться здесь. Остановиться хотя бы на несколько секунд и замедлить это мгновение эйфории, заставившее трепетать сердце. Она вырвалась из клетки, и оказывается, это было даже легче, чем она предполагала. На глаза едва ли не навернулись слёзы от того, как резко на душе стало легко.       Розали на секунду обернулась, смерив взглядом, полным ненависти, кирпичное здание, после чего спешно зашагала вдоль улицы. Ступать босиком по горячему асфальту было больно, но несмотря на это она улыбалась. Широко и счастливо, как никогда прежде.       Вдыхая воздух полной грудью, Розали подняла голову к небу, заливающемуся алыми красками летнего заката. Всё кончилось. Она свободна. Теперь её жизнь в её руках и никто этого больше не изменит.       Навстречу шли прохожие, с шумом по дороге проехали несколько машин. Нужно было убираться отсюда, причём как можно скорее. Неизвестно, как быстро они заметят пропажу. Вот только куда теперь стоило идти, она не представляла. К дяде она не вернётся ни за что в жизни. Близких друзей, способных защитить её от Регулуса, у неё не было. Тем более она сама прекрасно видела, что для него стоило играть с чужими жизнями и с какой лёгкостью отбирать их. Можно было бы спрятаться в Хогвартсе под защитой профессоров и древней магии, вот только школа была закрыта до конца лета. Как попасть в Министерство Магии напрямую, она не знала. Единственным вариантом было найти камин и через него переместиться в аврорат, чтобы рассказать всё, как есть. Вот только Джеймс Поттер, глава аврората, был как-то связан с Блэком и девушка не могла исключить того, что оба вполне могли быть заодно. Да и племянница Регулуса также была одним из мракоборцев, что могло стать фатальной ошибкой для Розали, если она вдруг наткнётся на неё.       Она не представляла, кому можно теперь доверять, но нужно было делать хоть что-то. Как скоро в борделе обнаружат её пропажу и как скоро начнут поиски? Сколько у неё было времени, чтобы спастись?       Обернувшись назад и внимательным взглядом осмотрев улицу, где вдалеке виднелась ненавистная вывеска, девушка с облегчением выдохнула, не обнаружив никакой погони. Свернув за угол, стараясь затеряться в толпе, она замедлила шаг. Боль в ноге отзывалась слабыми судорогами, периодически простреливающими не до конца зажившие мышцы.       Ей нужно было где-то найти деньги. Бросив взгляд на руку, где блестело новое кольцо, девушка подумала о том, что в ломбарде за него могли бы дать неплохие деньги, вот только в магловском её могли легко и просто обмануть, а значит стоило обратиться к кому-то из волшебных коллекционеров. Это было слишком трудно, а деньги нужны были сейчас. Вспомнив про серебряную подвеску, подаренную ей дядей, Розали быстро стянула её с шеи и подбросила в ладони. Немного получится, но на первое время должно хватить.       — Не подскажите, где здесь ближайший ломбард? — спросила Розали у первого попавшегося прохожего.       — Хм, — задумчиво протянул мужчина, остановившись, и обернулся несколько раз по сторонам. Махнув в противоположную сторону улицы, он торопливо добавил: — Там за углом, примерно через четверть мили.       — Спасибо, — благодарно улыбнулась Розали, а после вновь скрылась в толпе, заспешив в указанную сторону.       Страх не отступал. Каждые десять шагов оборачиваясь, Розали готова была поклясться, что чувствовала, как за ней кто-то следил и даже звал, но каждый раз за спиной оказывалась лишь толпа маглов, которым было абсолютно на всё плевать. Девушка быстро добралась до ломбарда, осторожно спустившись в маленькое подвальное помещение.       По ту сторону прилавка сидел неприятный на вид старик. Едва заметив девушку, он сразу же улыбнулся своими дряхлыми губами, за которыми прятались жёлтые зубы. Розали нехотя приблизилась к нему, положив на деревянный стол свою подвеску.       — Сколько вы за неё дадите?       Девушка брезгливо скривилась, когда оценщик забрал её серебряное украшение сморщенными пальцами и приблизил к своему лицу.       — Восемь. Хотя нет. Семь, — прохрипел старик, поднеся подвеску к тусклому свету лампы.       — Семь фунтов? Да вы с ума сошли! — задохнувшись от возмущения, воскликнула Розали. — Она фунтов пятьдесят стоит, не меньше!       — Либо семь, либо проваливай, — небрежно бросив украшение перед Розали на стол, раздражённо выплюнул он. — Ну?       Прекрасно понимая, что выбора у неё всё равно нет, девушка обречённо на выдохе сказала: — Хорошо, давайте семь.       Старик ехидно улыбнулся, скрывая своё лицо в тени, и быстро выложил на стол несколько монет, тут же сгребая себе в ящик подвеску. Розали вышла из ломбарда, не попрощавшись, лишь, склоня голову, пересчитывая монеты на ладони. Семь. Что сейчас вообще можно купить на семь фунтов? Она не знала, но очень надеялась, что ей хватит хотя бы на то, чтобы переодеться во что-то нормальное и поесть.       Спрятав монеты под вырез платья на груди, девушка снова вышла на многолюдную улицу. И снова никакой погони. Внутри всё больше укоренялась уверенность в собственной безопасности. Она смогла. Она выбралась. Она выиграла этот бой с жестокой злодейкой судьбой и теперь может дышать спокойно.       На противоположной стороне улицы тускло светилась вывеска бутика одежды. Перебежав пустую дорогу, Розали поднялась в магазин. Она обошла охранника, стоявшего возле входа, и быстро стала осматривать вещи, стараясь найти подходящие. Что-то простое, в чём можно было не слишком выделяться в толпе.       — Здравствуйте, вам чем-нибудь помочь? — за спиной неожиданно раздался звонкий голос консультанта, из-за которого Розали едва ли не подпрыгнула. Обернувшись на миловидную женщину с чересчур широкой улыбкой на губах, девушка натянуто улыбнулась в ответ.       — Нет, спасибо, я просто смотрю, — торопливо сказала Розали, надеясь избавиться от лишнего внимания консультанта.       — Если понадобится помощь с выбором, просто позовите, — мягко продолжила она, нехотя скрывшись среди полок.       Увидев стеллаж с джинсами, а рядом — с обычными футболками, Розали сразу направилась к ним. Но стоило ей взглянуть на цены, как осознание того, что ей точно не хватит денег, заставило с разочарованием простонать сквозь зубы. А если...       Аккуратно взяв несколько вещей и повесив их на своё предплечье, Розье обернулась по сторонам и, не заметив продавщицы, уверенно направилась к выходу из магазина. Оставалось буквально несколько шагов до двери, и она станет самой настоящей воровкой. Но разве в данных обстоятельствах у неё был иной выбор?       — Вы заплатили за это, мисс? — спросил охранник магазина, буквально из ниоткуда появившийся за её спиной. Девушка замерла на месте, не зная, что делать. — Мисс?       Не отвечая ничего, Розали рванула с места вперёд, на улицу, бегом пытаясь оторваться от охранника, мгновенно бросившегося за ней. Бежать босиком по горячему асфальту было просто невыносимо, но остановиться Розали уже не могла. Толпа прекрасно позволяла скрываться на короткие мгновения от преследователя, но это не могло продолжаться бесконечно.       Свернув за ближайший угол здания, девушка врезалась в чью-то спину, невольно отступив назад. Мужчина, стоявший прямо перед ней, обернулся, с подозрением уставившись на Розали.       — Чёрт, — обречённо выдохнула девушка, ведь секунда промедления дала возможность охраннику магазина наконец догнать её.       — Держи воровку! — крикнул он, но Розали больше никуда не бежала.       Человек, в которого врезалась девушка, оказался полицейским, что она сразу поняла по его форме и по служебной машине, стоящей в паре ярдов от них. Его напарник выписывал штраф молодому парню, чью машину они загнали в этот самый переулок.       — Что случилось? — переводя взгляд между Розали и охранником, спросил полицейский.       — Эта девушка украла вещи из магазина и пыталась убежать! — возмущённо проговорил охранник, с трудом стараясь отдышаться.       — Не кричите, пожалуйста, — недовольно нахмурившись, попросил мужчина.       — Я просто... мне... — начала было оправдываться девушка, но полицейский тут же перебил её: — Выясним в отделении. Пожалуйста, отдайте украденные вещи этому человеку.       Розали развернулась, брезгливо скривившись, и, бросив одежду прямо в охранника, прошипела сквозь зубы: — Да подавись ты ими.       Тот лишь самодовольно хмыкнул, сжав вещи в ладони, и гордо распрямился, задрав вверх подбородок. Он благодарно кивнул полицейскому, после чего, важно вышагивая, вернулся на многолюдную улицу, скрываясь в толпе. Розали хотела было последовать его примеру, но неожиданно раздавшийся голос вынудил её остановиться.       — Мисс, пройдёмте в машину, — указав рукой в сторону полицейской машины, попросил мужчина.       — Что..? — непонимающе нахмурившись, Розали развернулась лицом к полицейскому и, прежде чем она успела сказать ещё хоть что-то, два стальных браслета скрепили между собой её запястья. — Зачем, ведь я...       Но кажется, он её даже не слышал, молча взяв под локоть, и насильно повёл к машине, открыв дверь и бескомпромиссно усадив на заднее сиденье. Полицейский быстро сменился в лице, заметно расслабившись и сбросив маску официальности.       — Поедешь с нами в отделение, куколка, и там уже со всем разберёмся, — нахально подмигнув девушке, добавил он, а после громко захлопнул дверь.       — Вот же козёл, — выругалась Розали, дёрнув руками, но цепь не поддалась её натиску.       Выглянув в окно, девушка увидела, как полицейский подошёл к своему напарнику, который без тени сомнений взял у гонщика взятку, незаметно спрятав её в свой карман. С натянутыми улыбками отпустив нарушителя, оба полицейских вернулись к машине.       Что ж, может быть, так будет даже лучше. В отделении полиции Блэк её точно искать не станет, а так она выиграет себе время, чтобы хорошо подумать над тем, что делать дальше.       Мужчины сели в машину, вдвоём обернувшись на Розали.       — Ну что, куколка, поехали оформляться? — самодовольно оскалился второй, опустив руку на коленку Розали, но девушка тут же её сбросила с себя. — Такая красивая, в таком дорогом платье, да с таким колечком, и воруем? Что ж вам богатым дома не сидится? — хмыкнул он и, отвернувшись, завёл машину.       Они проехали не больше пары кварталов. Пока двое охранников о чём-то тихо разговаривали, Розали молча смотрела в окно. Синева ночи быстро накрывала Лондон с его серыми домами, включались жёлтые фонари и после жаркого дня вновь стал моросить дождь.       Что ей делать дальше? Как скоро её отпустят из полицейского участка и как скоро Блэк забудет про неё? Розали думала о том, что он уже должен был заметить её пропажу, но всё же очень сильно надеялась, что ошиблась.       Машина свернула на парковку, расположившуюся за высоким забором на заднем дворе, после чего резко остановилась. Мужчины вышли из машины, и первый из них вытащил молчаливую Розали. Разговаривать с этими людьми у неё не было никакого желания. Она полностью погрузилась в собственные мысли, стараясь не замечать ничего вокруг.       — Чего такая грустная, куколка? — усмехнулся он, ведя девушку под руку в сторону участка. — Сейчас посидишь пару суток в клетке, подумаешь над своим поведением и пойдёшь дальше по своим делам.       В клетке... Да разве же та клетка, что будет в полицейском участке, хуже того места, куда её проиграл дядя? Вовсе нет. Здесь она будет в безопасности, защищённая от ужасов внешнего мира. А главным ужасом Лондона был проклятый бордель Блэка. Вот что по-настоящему пугало её, а не пара дней здесь.       Полицейский завёл её внутрь участка через задний вход, провёл по бесконечным мрачным коридорам, пока не дошёл до нужной комнаты. Здесь не было окон, лишь три рядом расположенных пустых камеры, разделённых железными прутьями решётки, стол наблюдателя напротив них и дверь с противоположной стороны, ведущая в другое помещение.       — Документы есть при тебе? — спросил мужчина, повернув девушку лицом к себе и быстро сняв с неё наручники.       — Что?       — Документы, я спрашиваю, есть? — раздражённо повторил полицейский, подтолкнув Розали в открытую камеру. — Ты под чем-то? Алкоголь или наркотики не принимала последние сутки? — спросил он, захлопнув железную дверь камеры и несколько раз провернув ключ в замочной скважине.       Но Розье не ответила, даже не замечая мужчину, лишь молча потирая покрасневшую кожу на запястьях. Она окинула серую камеру безразличным взглядом. Что ж, это всё равно было лучше, чем угнетающие стены борделя.       Разместившись на лавочке, стоящей в углу камеры, Розали забилась в угол и поджала к груди ноги, обхватив их руками. Опершись головой о холодную стену, девушка прикрыла глаза. Да, так она действительно чувствовала себя лучше. Теперь на душе наконец стало спокойно.