silent spring

война — это зеркало, где даже твоя собственная тень может стать врагом, если смотреть на неё под правильным углом.

      Прайс ударил костяшками по карте, сдвинув пластиковое покрывало. Под ним проступили пятна бордового оттенка — то ли вино, то ли кровь, въевшиеся в металл. Со стола чуть не сползла банка энергетика, служившая подставкой для керосиновой лампы. Оранжевый свет захлебнулся, затрепыхался по обоям с облезлыми кроликами — когда-то там скакали кролики, но чёрные пятна плесени давно съели их уши и лапки.        «Каждый раз одно и то же. Эти пятна на потолке похожи на контур Австралии. Или это из-за того, что я уже долго не сплю?..» — Элис прикусила язык. Надрывистый скрежет железа вернул её в реальность — Газ, сидя на подоконнике с выбитым стеклом, собирал винтовку с механической точностью: три удара щёткой по затвору, два круговых движения тряпкой.       — Грейвз должен был жариться в том танке в Мексике, как крыса на сковороде, — Прайс стиснул челюсть, и жилка на его щеке дёрнулась. — Теперь он ползёт к нам с оливковой ветвью и тяжёлыми пулемётами. Филантроп. Весь вопрос — на чьи деньги весь этот шикарный цирк?       — Знакомый урок, капитан. Глава первая: доверяешь Грейвзу — получаешь свинец в почки, — бросил Кайл, щурясь на отполированную поверхность. — Глава вторая…       Элисон, сидящая на перевёрнутом ящике из-под патронов, подняла глаза и скользнула взглядом по коллажу на стене напротив: расплывчатые фото с воздуха — доки в красных кружках; кадры наблюдения — анонимные силуэты у ангара; посередине — обугленный, оплавленный паспорт Карлоса, до недавнего времени мирно лежавший в его поясной сумке среди жвачек и мелочи.       — Глава вторая — у нас нет выбора, — красная фишка с белым крестом хрустнула в её пальцах. — Ласвелл не отвечает, помощь от ЦРУ займёт минимум сутки. Контейнер уже в городе. Если мы не успеем…       — Кто-то отбросит коньки. Классика, — Соуп с силой швырнул пустую гильзу в металлическое ведро у двери. Гулкий звон металла вспугнул голубей под крышей, и где-то под карнизом в ответ встревоженно захлопали крылья. Он с досадой потёр ладонь о грубую ткань камуфляжных штанов — чёрная, как смоль, отметина от пороховой гари осталась на бедре. — Но я не уверен, что доверять Теням лучше, чем просто наломать дров самим.       Хуан, прислонившийся к холодильнику с вырванной дверцей, где внутри валялись старые газеты и разбитая лампочка, медленно поднял голову от рации и машинально потрогал шею — пластырь отвалился ещё во время гонки на катере через гавань, обнажив сочащуюся розовую полосу свежего ожога от горячего дыма выхлопа. Он поймал взгляд Элисон и слегка мотнул головой: ничего нового.       — Мои парни уже прошерстили три сербских притона. Но… — он обвёл взглядом комнату, остановившись на треснувшем зеркале возле комода, где отражались их силуэты, — нас всего семеро. Даже с моими ребятами мы не сможем обыскать весь порт до завтра.       — Попросить помощь? — раздался из захламлённой ванной голос Чики. Было слышно, как он с остервенением тёр руки о грязное тряпьё, но чёрные разводы от смазки только размазывались по ладоням и пальцам в уродливые узоры. — Тот мексиканец, с которым вы работать…       — Алехандро? Он сейчас в тысячах километров. Даже если сорвётся сейчас, мы получим подкрепление через одиннадцать часов. У нас их нет.       Прайс щёлкнул зажигалкой, и оранжевый язычок пламени упал на разложенную карту, испещрённую пометками: красные — Шэдоу Компани с аккуратными надписями «Graves?», синие — сербы с пометками о связи с Соколом, чёрные — неизвестная группа наёмников и людей Феликса с тревожными «???»       Фонарь коптил, наполняя комнату терпким запахом горелого пластика. Элис проследила, как капитан медленно проводит ладонью по щетине. Прайс взвешивал все неприятные варианты, что у них остались.       — Раньше Шепард использовал Теней как пушечное мясо, — продолжил он. — Вопрос: он всё ещё дергает за нитки, или Грейвз теперь сам кукловод?       — Это неважно, — Газ с силой захлопнул затвор. — От обоих пахнет порохом.       Внезапный гудок парома заставил Элис вздрогнуть. Она потянулась к кружке с остывшим кофе, но остановилась, заметив лёгкую дрожь в пальцах, и вместо этого ткнула ногтем в точку на карте.              — Необязательно пулю. Если сербы и правда работают на русских, то кому-то очень хотелось, чтобы мы с Тенями устроили перестрелку. А теперь… — она перевела взгляд на Прайса, — теперь они хотят повторить трюк. Натравить нас друг на друга. Сербы — промежуточное звено.       — Они будут сталкивать нас как баранов на арене. Опять, — Прайс сдвинул брови, скользнул взглядом по карте, затем резко взял маркер и начертил жирную линию к одному из причалов.       — Быков на бойне хотя бы кормят перед убоем, — пробурчал Газ, прицеливаясь в трещину на штукатурке. — Нам же предлагают голыми руками подставляться под нож.       — Тогда пусть приготовят арену побольше. Элис, Соуп — встряхните Грейвза. Выслушайте его сказки. Но если почувствуете даже запах ловушки…       — Признаться, мне уже не нравится этот запах, — проворчал Соуп, поправляя нашивку на рукаве. — Держу пари, у Теней миллион способов нас подставить.       — …отступайте без стрельбы. Мы не можем позволить себе войну на два фронта. Хуан, твои люди продолжают наблюдение. Газ — готовь вторую точку отхода. Если Грейвз и правда хочет сотрудничать… — Прайс запрокинул голову, и свет из окна упал на его шею, высветив старый шрам, — я поговорю с ним. Но не здесь.       Внезапно за окном, со стороны соседнего района, завыла полицейская сирена. Прайс разжал кулак — половинка чёрного маркера упала в ведро со звонким стуком к гильзам и осколкам стекла.       — И если это снова Шепард… на этот раз я задам вопросы ему лично.       

▲▲▲△▲△▲△▲

      Хрипы ветра в ржавых ребрах фабрики сливались с шумом дождя, хлеставшего по разбитым окнам. Элис прижалась спиной к холодной металлической стене, чувствуя, как конденсат просачивается сквозь ткань бронежилета и смешивается с потом. Кислотный запах старой краски въелся в бетон, пропитав воздух химической горечью, которую не мог перебить даже солёный бриз с моря. Где-то над головой со скрипом болтался оторванный лист железа, готовый в любой момент сорваться.        «Тени действительно любят брошенные места», — промелькнуло у неё, когда взгляд скользнул по ржавым иглам от швейных машин, торчавшим из груды мусора. Свежие следы берцев у въездных ворот успел размыть дождь, но чёрные окурки «Marlboro» между лужами говорили о частой смене караулов.              — Вижу три выхода, — приглушённым голосом доложил Соуп по рации. — Северный — два грузовика, двигатели холодные, но капоты ещё тёплые. Западный — пеший патруль, двое, интервал пять минут, обходят по маршруту альфа-два-бета, — он сделал паузу, прижав бинокль, где в правом стекле мерцала цифровая сетка. — Восточный… Балкон с пожарной лестницей. Один часовой, стоит спиной, курит.       Тени патрулировали территорию с монотонностью метронома: двое у ворот с автоматами на грудной перевязи — оружие было чистым, с характерным масляным блеском; третий на крыше с винтовкой, прикрывающей периметр. Все в идентичных чёрных тактических жилетах, но без нашивок и значков — только серийные номера. Даже фонарики на стволах были заклеены чёрной изолентой — стандартная форма Теней для серых зон, как пояснял Прайс.       — Камеры на каждом углу, — Элис опустила бинокль, шумно выдохнув. — Вижу восемь штук. Все проводные — глушить сигнал бесполезно, они на изолированной линии.       — ¿Y la luz? — Чики поправил чёрную балаклаву, съезжавшую на глаза.       — Генератор за зданием, — она провела пальцем по планшету с картой. — Старый, но мощный. Можно отключить, но у них наверняка есть резервный аккумулятор на камерах. Это сразу поднимет тревогу.       Чики кивнул и непроизвольно сжал приклад автомата.       — Шесть горячих точек внутри, — Соуп повернулся к ним, — плюс двое в грузовике у ворот. Похоже, обычная охрана.       — Газ держит крышу. Как видимость? — рация хрипнула, и через помехи раздался голос Прайса.       — Хуже, чем у слепого кота, — Джон убрал прибор в рюкзак. — Но проход возможен.       — ¿Crees que Graves está ahí dentro? — прошептал Чики и наклонился к Элис.       — Если там штаб… да, — она пожала плечами, показывая на восточный угол фабрики — открытую дверь в подсобку с висячим замком, который явно не закрывали последние пару часов. — Видишь? Нити паутины на дверной ручке порваны, но ещё не успели восстановиться. Кто-то прошёл не больше часа назад.       Чики поправил мешковатый рукав куртки, проверил крепление ножа на бедре, затем потянулся поправить шнуровку на бронике Элисон, но она махнула рукой.       — ¿Necesitas más munición? — он достал из кармана запасной магазин с красной маркировкой — бронебойные.       — Tengo suficiente.       — Вы двое закончите свой тайный кружок испанского? — Соуп хмыкнул, поправляя страховочную стропу на своей винтовке. — У этих уродов такие же пули и для романтиков.       — Мы не… как сказать… «романтик», — Чики нахмурился, переходя на английский. — Я спросить — патроны.       Элис пронаблюдала за периметром, чувствуя, как пот стекает по спине. Чики резко вдохнул, когда где-то вдалеке хлопнула дверь, и сжал кисти на бронежилете.       — Расслабься, — резко прошипела она, хватая его за запястье, и почувствовала под пальцами пульс — частый, но ровный. — Дёргаешься как новобранец.       — Но если они…       — Если они что-то заподозрят, ты умрёшь раньше, чем успеешь это осознать, — Элис ткнула пальцем в его пистолет, висящий на разгрузке. — Это не игрушка для мексиканских карнавалов. Стрелять только по команде, entiendes?       Газ, наблюдавший со здания напротив, вклинился в эфир:       — Один на крыше переходит на южную сторону. У вас девяносто секунд до следующего круга.       — Чики — прикрываешь сзади, Элис — ведёшь к генератору. Я беру восточный вход, — Соуп жестами разделил группу.       Они двинулись вдоль стены, стараясь не хрустеть битым стеклом под ногами. Чики остановился у проезда, резко подняв кулак — в двух шагах из здания вышел Тень, закуривая сигарету. Пламя зажигалки на миг высветило шрам на его щеке. Элис присела за бочками, чувствуя, как сердце бьётся в горле.       — Не Грейвз, — прошептал Соуп и прицелился из самозарядного пистолета с глушителем.       — No dispares. Yo, — испанец покачал головой.       Он незаметно шагнул в тень: два быстрых движения — удар ладонью в солнечное сплетение, затем захват головы с зажимом сонной артерии. Тень осел без звука.              — Sigamos, — Чики перетащил тело за мусорные баки.       Площадь у генератора была залита пятнами мазута и осколками разбитых изоляторов. Элис опустилась на корточки, вытирая потные ладони о брюки — подушечки пальцев уже начинали слипаться. Провода, на которых цветная изоляция потрескалась от времени, торчали из разобранного щитка. Она провела пальцем по изоляции — слегка липкой от влаги — и нашла нужный пучок.       — Три фазы, резервная линия… — мультитул щёлкнул, перекусывая медь с глухим хрустом. Где-то сверху, на втором этаже, раздался приглушённый крик, затем послышался тяжёлый топот берцев по металлическим ступеням пожарной лестницы.       — Поторопись, пока ублюдки не подняли всю свору, — Соуп прикрыл её спиной, уперев пистолет в угол здания.       Чики кивнул, когда она вытащила запасной провод с клеммами:       — ¿Necesita ayuda?       — Ya casi, — Элисон соединила концы, создав ложную цепь. Генератор завибрировал, но не запустился.       Свет в окнах фабрики погас полностью. Где-то внутри зазвенела аварийная сирена, но через секунду стихла — видимо, тоже была на резервном питании.       — Камеры теперь на батареях. У нас минут пять, пока не перейдут на мобильную сеть, — Элис спешно встала, пряча инструмент в карман.       — Entramos, — Чики двинулся первым, на ходу проверяя затвор.       Они пробрались к восточному входу через груду ржавых каркасов от швейных машин. Дверь в подсобку висела на одной петле.       — Открывали не больше получаса назад, — Соуп прикоснулся тыльной стороной ладони к металлу.       Внутри пахло плесенью, затхлостью десятилетней заброшенности, и… резкой нотой дезодоранта. Элис достала тепловизор — на экране плясали пять оранжевых пятен этажом выше.       — Комната охраны там, — она указала на лестницу с обломанными ступенями. — Двое спят, третий у окна. Курит.       Чики первым начал подъём, избегая скрипящих досок. На площадке валялись смятые банки «Red Bull» с португальскими текстами и пачка «Camel» с мелким мексиканским гербом на акцизе. Они прижались к стене возле двери с табличкой «Supervisor», откуда доносились голоса:       — …а потом он говорит: «Это не мой пёс!», — послышался мужской смех и звон стекла — кто-то чокался бутылками. Соуп поднял два пальца — сигнал «два спереди», затем указал на Чики.       — Пошли.       Элис ударила ногой под замок. Дверь с грохотом распахнулась, ударившись о стену и сорвав табличку. Трое Теней за столом замерли: двое с бутылками в руках и сигаретой в зубах, третий — с разобранным стволом на столе. Светом в помещении служила генераторная электронная лампа.       — Стой! — рявкнул Соуп, целясь в ближайшего.       Всё произошло быстро. Чики сбил Тень с ног ударом колена в солнечное сплетение и зажал его сонную артерию — тот осел на пол, выронив зажжённую сигарету. Третий потянулся к рации на столе, но Элис ударила его подошвой в запястье — кость хрустнула с влажным звуком. Пистолет упал, а её приклад опустился на висок.       — Заткни их, — она бросила Соупу пластиковые стяжки из кармана.       Пока Чики обыскивал шкафы, вытряхивая пачки документов, Элисон села за мониторы: шесть камер показывали двор у генератора, грузовики у ворот и пустой склад на третьем этаже с чёрным минивэном «Mercedes» у задней двери. На одном из экранов промелькнули тени — не меньше десяти вооружённых фигур спускались по лестнице с северной стороны.       — Грейвза не вижу, — она увеличила изображение склада на третьем этаже. — Грузовик с затемнёнными стёклами.       Соуп подошёл к Тени, приставив нож к его горлу:       — Где Грейвз?       — Вас уже ждут, — мужчина усмехнулся, обнажая зубы.       На экране камера поймала момент — группа Теней разворачивалась к их коридору.       — Так себе приём, — Соуп ударил его рукоятью по виску — ровно настолько, чтобы вырубить. Чики уже стоял у выхода, скользя пальцами по схеме эвакуации на стене:              — Salida de emergencia .       Элис воткнула флешку в порт системы — экраны затрещали, заполнившись зелёным цифровым мусором.       — Пять минут до перезагрузки.       Они выскочили в коридор, когда сзади раздались первые выстрелы. Пули впились в дверной косяк в сантиметре от головы.       — ¡Vamos, rápido! — Чики подхватил её за руку выше локтя, таща за собой.       Трое взлетали по ступеням, когда сверху послышался знакомый голос, усиленный эхом бетонных стен:       — Ну что, Соуп, сам пришёл или прислал щенков?       Красный свет аварийных ламп мерцал на лестничной клетке, бросая кровавые блики на стены. Грейвз стоял на пролёте выше, облокотившись на перила. Его пистолет висел в расслабленной руке стволом вниз — демонстративное пренебрежение опасностью. Он спустился по лестнице, неторопливо переступая ступени. Соуп напрягся, автоматически подняв ствол, но Элис резко опустила его руку локтем.       — Не двигайся, — прошипела она. — Он не стреляет.              — Опусти оружие, Джонни-бой, — наёмник остановился в пяти метрах, покачав головой. — Мне сегодня уже стреляли в спину. Не хочу добавлять пулю от старых друзей.       За его спиной сгрудились Тени в идентичной экипировке, прикрывавшие лестницу. Шесть пар холодных глаз и шесть стволов, направленных в их сторону. Пальцы лежали на цевьях, а не на спусковых крючках — стрелять не спешили. Соуп резко выдохнул через нос, сжимая винтовку так, что пальцы побелели. Чики стоял чуть позади, переводя взгляд между Элисон и Грейвзом, словно ожидая команды.       — Ты хотел переговоров? — она сделала шаг вперёд, заслонив Соупа плечом. — У нас нет времени на кошки-мышки.       — Интересно, — взгляд Грейвза скользнул по Соупу, задержался на напряжённом лице Чики, затем остановился на Элисон. — Вырубили свет, устроили цирк… Я ожидал более тихого визита. Я предлагал сотрудничество через Прайса. А он прислал… кого? Взвинченного старого друга, пацана с ковбойским акцентом и… тебя, — он улыбнулся Элис, обнажая белые зубы.       — Мы не назначали визитов. Вы нас заманили. И вы не нашли контейнер. Вместе у нас шансы выше.       Грейвз мягко усмехнулся.       — Заманивают кроликов в капканы — я передал приглашение. Просто хотел поговорить. Без лишних глаз, — он сделал паузу, склонив голову вбок. — Капитан Прайс, я полагаю, предпочёл остаться в тени? Как всегда. Пока другие делают грязную работу.       За спиной Элисон Соуп напрягся, будто собирался возразить, но промолчал. Прайс отправил нас одних. Знал ли он? Или ему всё равно, что с нами будет?       — Прайс принимает решения, исходя из ситуации. А текущая говорит, что у нас общие интересы.       — Контейнер. Да. Вопрос в том, что мы будем делать, когда найдём его. Делиться — не в моём стиле. И не в вашем уж точно.       — После Мексики ты предлагаешь нам какое-то сотрудничество? Ублюдок, — не выдержал Соуп и рванул вперёд, но на этот раз вмешался Чики. Он слабо кивнул Элисон, удерживая его за плечо.       — Мексика была… бизнесом. Неприятным, но необходимым. Сейчас обстоятельства изменились. Появились новые игроки. Сокол, например. Или сербы, которые экипированы слишком хорошо для обычных наёмников, — Грейвз слегка наклонил голову. — Мы можем рвать друг другу глотки, пока кто-то третий забирает приз. Или можем временно объединить усилия. Найти контейнер. А потом… решить, кому он достанется. Цивилизованно. Он говорит гладко. Слишком гладко. Но он не лжёт насчёт общего врага. И у него есть ресурсы, которых нет у нас. Люди, информация. Возможность быстро накрыть точку. Убил бы его Прайс? Но капитана здесь нет. И решение приходится… принимать мне.       Элисон глубоко вздохнула, отставив свой автомат в сторону, к стене.       — «Цивилизованно» — это не про нас, Грейвз. Но вариант есть. Мы работаем вместе до момента передачи груза. Вы предоставляете всю разведку по порту, схемы подземных коммуникаций и прикрытие с воздуха. Мы — координацию на месте и, если понадобится, штурм. Груз делится пополам. Любые попытки двойной игры — и мы взрываем всё к чертям. Включая себя и вас.       Она чувствовала, как Соуп замер рядом, и услышала его сдавленный вздох. Чики переводил взгляд с неё на Грейвза, пытаясь понять, не шутка ли это. Наёмник поднял бровь — заинтересованно, но не удивлённо.       — А что потом?       — Потом вы убираетесь из Испании. А мы забудем, кто нанял вас подставить… Прайса и его парней в Мексике.       — Смелое предложение. Особенно учитывая, что вы в меньшинстве и в моей крепости. Что заставило тебя думать, что я вообще стану это обсуждать?       — Потому что вы уже проиграли, — Элис сделала ещё шаг вперёд. — Кто-то вас переиграл. Кто-то, кто натравил нас друг на друга в том ангаре. Кто-то, кто знал маршруты сербов. Ты не контролируешь ситуацию, Грейвз. Ты просто пытаешься в ней удержаться. Мы предлагаем шанс её перехватить. На наших условиях.       — Половина груза, — наконец произнёс он, прищурившись. — И полный доступ ко всей вашей информации по русским и этому Соколу. С момента передачи.       — С момента, когда груз будет физически разделён. Не раньше.       — Договорились, — Грейвз медленно кивнул. — Капитан Прайс будет присутствовать при передаче?       — Прайс будет принимать окончательное решение о дальнейших действиях после выполнения основной задачи. Пусть сам разбирается со своим старым знакомым. Моя работа — купить нам время и ресурсы.       — Как скажешь, — Грейвз с лёгкой усмешкой опустил пистолет в кобуру. — Тогда предлагаю вашей маленькой группе проследовать за мной. Обсудим детали там, где не придётся стрелять. И… ты. Неплохая работа. Для временного солдата.       Грейвз поднялся наверх, и его Тени расступились, пропуская его. Элисон взяла свой автомат, чувствуя, как холод наконец отступает от кончиков пальцев.       — Ты совсем ебанулась? — сдавленно прошипел Соуп, хватая её за локоть, когда они пошли за Грейвзом. — Половину груза? И делиться инфой? Прайс тебя прибьёт к кресту!       — Он отправил нас сюда, чтобы мы добились результата, — тихо ответила Элис, не глядя на него. — Результат будет. А что потом — это уже проблема Прайса. Наша задача — выжить и найти этот чёртов контейнер. А ещё — вернуться в Валенсию. Живыми. И если для этого нужно плясать с дьяволом… устроим Грейвзу такое танго, от которого у него слетят ботинки.              

▲▲▲△▲△▲△▲

      Порт погрузился в липкую мглу — в воздухе висела смесь морского тумана и выхлопов грузовиков. Элис прижалась щекой к холодному прикладу, чувствуя, как капли влаги скатываются по стволу винтовки. С крыши заброшенного портового склада она видела всё как на ладони: освещённые прожекторами ряды разноцветных контейнеров, тёмную воду у причала и одинокий замерший кран. В её наушниках царила почти полная тишина, нарушаемая лишь редкими, лаконичными докладами.              — Тень-6 на позиции. Южные ворота чисты. Одна тепловая сигнатура у грузовика «Volvo». Сторожевой пёс, — рапортовал один из Теней.       — Подтверждаю. Северный периметр под контролем, — отозвался Газ. Он и Хуан с его людьми блокировали подъезды, готовые в любой момент перекрыть пути отхода.       — Ведите подсчёт. У вас шесть минут до смены охраны, — раздался в эфире голос Прайса. Он координировал операцию из мобильного командного пункта, замаскированного под коммунальную машину фургона в двух кварталах от порта. Рядом с ним, без сомнения, сидел Грейвз. Два старых хищника в одной клетке, временно соблюдающие перемирие… Что будет с нами, когда всё закончится? Что будет с теми, кто остался в Валенсии?..       — Ведём, — коротко бросила Элис в микрофон, прильнув к прицелу своей винтовки. Она лежала на грубой рубероидной кровле рядом с Соупом. Их задача была проста: прикрывать группу захвата и следить за неожиданностями. А неожиданности, как знала Элисон, были гарантированы.       — Тень-7, цель в зоне. Контейнер. Голубая полоса, три пера, — второй снайпер обозначил цель. — Подход свободен. Одна единица у двери.       — Ждём сигнала, — в эфире появился новый спокойный голос. Это был оперативник Теней, возглавляющий группу захвата.       Элисон почувствовала, как по спине пробежал колючий холодок.       — Спектр-03, следи за восточным флангом. Спектр-04 — западным. Любое движение — доклад, — приказал Прайс.       — Понял, — пробурчал Соуп, не отрываясь от прицела. — Спокойно как на кладбище. Аж мурашки по спине.       Он был прав. Патрулировали только самые необходимые посты, не было обычной для ночного порта суеты, перекуров, разговоров. Как будто сцену подготовили специально для них. Внизу, из тени между двумя штабелями контейнеров, бесшумно вышли три фигуры в чёрном. Тени двигались плавно, синхронно и перекрывая друг другу сектора. Один присел на корточки, прикрывая подход, двое других двинулись к заветному контейнеру с голубой полосой.       — У цели. Начинаем вскрытие, — доложил лидер группы. Раздался тихий шипящий звук — болгарка с алмазным диском, работающая на низких оборотах.       Элис водила прицелом по восточной части терминала. Тёмные окна административных зданий, груды пустых поддонов, лужи масла, отражающие луну. Ничего. Слишком чисто. Как будто…       — Спектр, это Тень-4. Движение. Две единицы. Второй этаж, синее здание с вывеской «Oficinas». Двигаются вдоль коридора. Не охрана — движутся целенаправленно.       — Ускоряйтесь, — немедленно скомандовал Прайс.       Шипение болгарки стало громче, и из щели в контейнере посыпались оранжевые искры.       — Тень-4, вижу их. Вышли на крышу. Экипировка… не портовая. Тактическая. С длинными стволами, — Элисон поймала в прицел первую фигуру на крыше: камуфляж, укороченная винтовка, наглухо затянутый капюшон. Чужой.       — Все группы, готовность к контакту! — рявкнул Прайс. В эфире послышался щелчок взведённого затвора. — Спектр, подавите огневые точки на крыше!       Соуп выстрелил первым — глухой хлопок его винтовки с глушителем почти потерялся в шуме порта. Одна из фигур на крыше дёрнулась и рухнула за парапет.       — Попал!       Элис выстрелила следом, и вторая фигура отпрыгнула назад — её пуля прошла мимо. Внизу Тени рванули от контейнера. Щелчок замка — они его вскрыли. И в этот момент из-за угла соседнего склада выехал чёрный внедорожник с затемнёнными стёклами. Он резко затормозил, и из него не спеша вышел человек — высокий, в идеально сидящем тёмном пальто поверх костюма. Его светлые волосы были аккуратно зачёсаны назад, а на лице играла лёгкая, почти скучающая улыбка. Феликс.              Он поднял руку, и стрельба с крыши мгновенно прекратилась, посмотрел прямо в сторону укрытия Теней, словно точно знал, где они находятся.       — Ну что, друзья, — его голос, усиленный портативным громкоговорителем, прокатился по терминалу. — Нашли то, что искали? Надеюсь, оно стоило всех этих… стараний. Капитан Прайс? Мистер Грейвз? — он сделал несколько неспешных шагов вперёд. — Я знаю, вы меня слышите. Вы действительно думали, что я просто отдам вам свой маленький секрет? После всего, что вы устроили в Валенсии?       В наушниках Элисон Прайс лишь резко выдохнул. Грейвз промолчал.       — Тени, что в контейнере? — тихо спросил капитан.       Последовала пауза, показавшаяся ей вечностью.       — Здесь… здесь не оружие. И не наркотики. Здесь… блядь, здесь люди!       Слова повисли в эфире. Элис на мгновение отвела глаз от прицела, пытаясь переварить услышанное. Люди? Мысль не укладывалась в голове. Все их усилия, вся эта чёртова погоня, риск, на который они пошли, договорившись с Грейвзом…       — Тень, повтори.       — Я говорю — люди! — голос оперативника сорвался на крик, заглушаемый фоновым шумом. — Связаны, с кляпами. Человек двадцать, не меньше! Это… это ловушка!       — Браво! Наконец-то до вас дошло! Не какой-то там секретный груз, увы. Всего лишь… живой товар. Очередная партия для аукционов в Марокко. Скучно, банально, но прибыльно. И идеальная приманка для слишком любопытных солдатиков.       Элис почувствовала, как её тошнит. Они играли в его игру с самого начала. С самого первого провала на Айлее.       — Все группы, отход! Немедленно!       Свет прожекторов на терминале погас разом, погрузив всё в густую тьму. Одновременно с разных сторон — с крыш, из-за углов складов — ударили пули. Не слепая, паническая стрельба, а точные, короткие очереди.       — Засада! На крышах! — закричал Соуп, давая очередь в сторону вспышек.       Элисон инстинктивно прижалась к грубой поверхности кровли, чувствуя, как над головой со свистом проносятся пули. Она снова прильнула к прицелу, но в темноте цели были почти невидимы.       — Тени, доложите обстановку! — в эфире раздался наконец голос Грейвза. Его тоже обвели вокруг пальца.       — Под шквальным огнём! Не можем отойти! Они зажали нас у контейнера!       — Хуан, нужен выход!       Где-то внизу, у ворот, уже слышались новые выстрелы — группа испанца вступила в бой. Элис выстрелила почти наугад в сторону дульного всполоха, в ответ пуля ударила в рубероид в сантиметре от её головы, осыпав мелкими гранулами.       — Нам тоже не здоровится! — крикнула она в рацию. — Они знают наши позиции!       — Конечно знают, — раздался в наушниках голос Феликса. Он нашёл частоту их переговоров. — Вы же не думали, что я позволю вам бегать по моему порту без присмотра? У меня на каждого из вас есть досье. Особенно на тебя, мелкая охотница. Твоя… известная принципиальность сделала тебя идеальной мишенью для такой приманки. Он знает меня?..       Элис сжала зубы так, что заболела челюсть.       — Прайс! — прокричала она в рацию. — Приказ!       Последовала короткая пауза, заполненная лишь свистом пуль и хриплым дыханием в эфире.       — Все группы, отход любой ценой. Контейнер оставить. Задание провалено. Повторяю, отход любой ценой. Возвращайтесь живыми.       Связь на мгновение прервалась — Грейвз или кто-то из его людей подал сигнал к глушению. В наушниках воцарилась оглушительная тишина, и только тогда Элис по-настоящему услышала звуки боя вокруг: треск автоматных очередей, крики на испанском и глухие удары пуль по металлу контейнеров.       — Элис, вниз! Через окно! — Соуп схватил её за разгрузку, стаскивая с крыши. — Пока они нас не накрыли!       Она позволила ему стащить себя в тёмный люк. Последнее, что Элис увидела перед тем, как погрузиться в темноту, — силуэт Феликса, всё так же стоящего нетронутым под градом пуль.       

▲▲▲△▲△▲△▲

      Тёмный люк проглотил их, захлопнувшись с глухим, окончательным стуком. Элисон кубарем скатилась по грубой деревянной лестнице, ударившись плечом о бетонный пол. Воздух внизу был спёртым и пыльным, пах старым деревом и крысиным помётом.       — Активируй ПНВ, — прошептал Соуп прямо над её ухом, стряхивая с лица щепки.       Она с трудом отстегнула очки ночного видения и надвинула их на лицо — мир вспыхнул ядовито-зелёным светом. Они были в узком служебном помещении, заваленном сломанными ящиками и рулонами старой ткани. Где-то сверху, сквозь перекрытия, доносился приглушённый грохот боя.       — Блядь, — выругался Джон уже у двери, прислушиваясь. — Они всё знали с самого начала.       Элис молча вскочила на ноги, проверяя оружие. Он знает меня. Как он мог узнать?       Мысли непрерывно жужжали в голове, как надоедливые осы, и она мотнула головой, прикрыв глаза. Дверь наружу была заперта на тяжёлый болт. Соуп бесшумно отодвинул его и приоткрыл створку на сантиметр — с улицы донёсся запах гари и крики на испанском.       — Газ и Хуан отступают к южным воротам. Вижу их, — доложил он, вжимаясь в щель. — Их прессуют. Много ублюдков.              — Нам нужно к ним, — сказала Элис, уже чувствуя знакомый холодок под кожей.              — Не прорвёмся, — Соуп резко захлопнул дверь, пригнувшись под очередью, прошившей стену над головой. Ошмётки штукатурки посыпались ему на плечи. — Они ждут. Феликс перекрыл все выходы.       В наушниках снова зашипело — голоса пробивались сквозь помехи.       — …прорываемся через западный склад! Тени, прикройте! — кричал Газ явно на бегу.       — Грейвз! Где твоё воздушное прикрытие, чёрт возьми?! — яростно закричал капитан.       Ответа не последовало. Либо Грейвз не слышал, либо ему было не до них.       — Спектр, доложите положение, — вновь заговорил Прайс.       — Заблокированы в здании A-4, первый этаж, — быстро ответила Элис. — Выход на улицу под контролем противника.       Короткая пауза. Было чётко слышно, как Прайс тяжело дышит.       — Оставайтесь на месте. Не ввязывайтесь в бой. Ждите дальнейших указаний.       — Ждать? Пока они нас тут найдут и… — начал было Соуп, но его перебили.       — Я знать выход, — заговорил Чики хриплым шёпотом. — Старый причал. Там тоннель. Для контрабанды.       — Координаты, — приказал Прайс.       Чики продиктовал набор цифр, и Элис тут же ввела их в свой планшет. На карте замигал маркер — в трёхстах метрах к востоку, у разрушенного причала, где вода подмыла старые сваи.       — Пробиваемся туда, — немедленно сказал капитан. — Все группы, отход на точку «Дельта-2!» Газ, Хуан, отвлекайте их! Тени, прикрывайте отход!       Приказ был отдан. Путь — указан. Теперь нужно было его пройти. Соуп снова выглянул в щель.       — Нам повезло. Они рванули за Газом. Улица пустая. Но ненадолго.       — Тогда пошли, — Элис дёрнула затвор автомата. — Бегом. Желательно без стрельбы.       Они выскочили из укрытия в узкий переулок между складами и побежали, прижимаясь к стенам. Воздух был горьким от дыма — где-то вдали горел грузовик, отбрасывая оранжевые блики на асфальт. Элисон на секунду резко обернулась, почти остановившись, и вгляделась в непроглядную темноту, чувствуя, как волосы встают дыбом на затылке. Он всё ещё наблюдает. Позволяет нам бежать. Почему?       Они миновали очередной поворот, и старый причал открылся перед ними — покосившиеся деревянные сваи, ржавые цепи и тёмный провал в основании каменной кладки, почти скрытый свисающими водорослями. Вход в тоннель. Но рядом, прислонившись к ржавой балке, стояла фигура с зажжённой в руке сигаретой.       Он не целился в них. Просто ждал.       Соуп резко поднял винтовку, но Элис снова остановила его жестом. Феликс улыбнулся, медленно выпустив струйку дыма.       — Отойди, Феликс.       — Бежите так быстро. И даже не попрощались. Невежливо. О, не беспокойтесь. Я не буду вас задерживать. Просто хотел передать кое-что капитану Прайсу, — он сделал ещё затяжку. — Скажи ему, что это был всего лишь… первый акт. Разминка. Настоящее представление ещё впереди. И билеты уже раскуплены.       Он отступил на шаг, делая широкий, гостеприимный жест рукой в сторону тёмного провала тоннеля.       — Твой выход. Беги. И живи.       Феликс повернулся и медленно пошёл прочь, растворяясь в тенях. Он не просто позволил им уйти. Он подарил им побег. И от этого было в тысячу раз хуже.       — Входим, — прошипел Соуп, толкая Элисон вперёд, к тёмной пасти тоннеля. — Быстро!       Она бросила последний взгляд на то место, где исчез Феликс, и нырнула в холодную темноту.       

▲▲▲△▲△▲△▲

      Ледяная вода хлестнула в лицо, заставляя Элис судорожно вдохнуть. Тоннель оказался полузатопленным — ржавая вода по колено пахла морской солью и разлагающимися водорослями. Фонарь Соупа выхватывал из темноты покосившиеся деревянные подпорки, грозящие обрушиться при первом же выстреле.              — Смотри под ноги, — он указал на всплывшие в луче бочки с треснувшими бирками. — Контрабанда девяностых. Может ёбнуть в любой момент.       Элисон шла первой, ведя стволом вдоль стен: по каменной кладке струилась вода, оставляя солевые наплывы, где-то впереди падали капли, эхом разносясь по подземелью.       — Спектр, докладываем обстановку, — Соуп прижал ладонь к рации, шагая через ржавую цепь, свисающую с потолка. — В тоннеле. Вас слышно через помехи.       — …держите курс на маяк. Команда в сборе… ранены…       Прайс прервался, заглушённый пронзительным воем где-то сверху — наверняка Тени пустили в ход дымовые гранаты.       — Наверное, Газу повезло меньше всех, — пробурчал Соуп, спотыкаясь о ящик с рассыпавшимися сигаретами.       Элис молча кивнула. Её плечо ныло от удара о бетон, а в правом ухе звенело так, будто там застрял осколок.       — Ты уверен в этих координатах, Чики? — пробормотала она, включая рацию.       В наушниках шипело — связь едва пробивалась сквозь толщу земли и бетона.       — Sí… Использовать… раньше.       Они двигались вперёд, согнувшись и ведя стволами вдоль стен. Шаги отдавались гулким эхом в узком пространстве, слишком громким для чувствительного слуха.       — Придержи коней, — резко сказала она Соупу, заставляя его замедлиться.       Он что-то пробормотал в ответ, но послушался. Они шли ещё минут пять, метр за метром, глубже в сырую тьму. Вода постепенно спадала, сменившись липкой грязью под ногами. Впереди что-то мелькнуло — слабый мерцающий огонёк.       — Стоп, — Элисон подняла руку, замирая на месте. — Свет.       Соуп мгновенно прижался к стене, подняв винтовку.       — Чики? — тихо спросила она в микрофон.       Ответа не было. Только тихое, прерывистое дыхание.       — …ранен, — его голос наконец пробился сквозь помехи. — Пройти… дальше. Ждать… у выхода.       Элис переглянулась с Соупом в зелёном свете ПНВ, и тот настороженно мотнул головой.       — Прикрой, — приказала она и, сменив позицию, медленно двинулась вперёд.       Он оказался щелью в своде тоннеля — старым решётчатым люком, ведущим на поверхность. Сквозь ржавые прутья пробивался тусклый лунный свет и доносились звуки ночного города — отдалённый гул машин и сирена где-то вдали. И прямо под люком, прислонившись к стене, сидел человек в тактическом чёрном. Один из Теней. Его нога была неестественно вывернута, одной рукой он сжимал рацию, другой — прижимал к животу повязку с тёмным, расплывающимся пятном. Увидев их, Тень медленно поднял голову.       — Вы… — он с трудом выдохнул. — Остальные?..       — Идут, — коротко сказала Элис, опускаясь на корточки рядом с ним. Она быстро осмотрела ранение — пулевое, сквозное, вероятно, в область кишечника. Плохо. — Где выход?       — Сто метров… железная дверь. Не заперта, — он сглотнул, и на его губах выступила розовая пена. — Босс… ждёт координаты…       — Мы передадим, — пообещала Элис, уже вставая. Её взгляд встретился с взглядом Соупа, и тот молча покачал головой. Оставляем. Его не вынести. И времени нет.              Тень, словно прочитав их мысли, слабо ухмыльнулся.       — Бегите. Я задержу их… если что.       Он с трудом перевёл ствол своего автомата в сторону, откуда они пришли. Элисон кивнула, не в силах найти слов, и рванула вперёд, в темноту, оставив его умирать. Одного. Горечь подкатила к горлу. Ещё один. Ради чего?       Через сто метров, как и предполагалось, они упёрлись в массивную железную дверь, покрытую ржавчиной. Она была приоткрыта. Соуп плечом двинул её, и та со скрипом поддалась. Свежий ночной воздух, пахнущий морем и пылью, ударил в лицо. Они оказались в узком глухом переулке где-то на окраине портового района. В метрах пятидесяти от них, у тротуара, стояли два невзрачных серых фургона с потушенными фарами. Возле одного из них, опираясь на капот, стояли две фигуры: Прайс и Грейвз. Увидев их, капитан сделал два резких шага вперёд. Наёмник же остался на месте, скрестив руки на груди, но выдохнул как-то слишком облегчённо.       — Где остальные? — спросил он, кивнув за их спины.       — Чики ранен, но идёт сюда. Хуан и Газ отступают с боем. Тени… — Элис запнулась, глядя на Грейвза. — Не все вышли.       Филлип молча ударил кулаком по крыше фургона.       — Контейнер? — спросил Прайс.       — Люди, — выдохнула она, всё ещё не веря в это. — Живой груз. Приманка. Феликс… Он знал, что мы придём.       Капитан закрыл на секунду глаза, чуть ссутулив плечи и проведя ладонью по челюсти.       — Прыгайте в машину, — приказал он. — Сейчас не время для разборок.       Грейвз фыркнул, отходя к своему фургону.       — Разборки только начинаются, Прайс. Вы привели нас в ловушку. Мои люди заплатили за вашу слепоту.       — Нашу слепоту, Грейвз, — парировал Прайс, не повышая голоса. — Или ты забыл, кто так рвался первым войти в этот порт? Мы все попались. Теперь вопрос в том, что мы делаем дальше.       Грейвз лишь бросил через плечо, уже садясь за руль своей машины:       — Мы ещё поговорим. После того как я пересчитаю потери.       Его фургон рванул с места с визгом шин, оставив их в облаке пыли. Дверь их минивэна захлопнулась с глухим стуком. Прайс молча запустил двигатель, и они тронулись, сливаясь с ночным потоком машин.        «Как вообще дошло до этого?» — вертелась мысль, пока Элисон наблюдала, как Кайл в уголке перевязывает руку Чики. Испанец морщился, но не издавал ни звука — только сжимал зубами ремень, когда антисептик касался раны.       Никто не говорил несколько минут. Слышалось только дыхание, прерываемое сдавленным стоном Чики, когда фургон встряхнуло на кочках. Воздух внутри был спёртым и густым — пахло потом, кровью, порохом.       — Все живы? — наконец нарушил тишину Прайс, переводя взгляд на Элис в зеркале заднего вида.       — Чики ранен в плечо, — доложил Газ, уже накладывая давящую повязку испанцу. — Остальные целы. Контузии, царапины.       — Хуан? — спросил Прайс.       — Его люди отвели Чистильщиков в сторону. Вышли по другому маршруту. На связь выйдут позже.       Прайс кивнул, сосредоточенно глядя на дорогу.       — Он знал, капитан, — тихо сказала Элис, глядя в запотевшее стекло. — Феликс. Знает наши позывные, наши методы…       — У него были досье, — хрипло проговорил Чики, откинув голову на сиденье.       — Значит, утечка, — резюмировал Кайл, затягивая последний узел на повязке. — Или кто-то очень хорошо поработал с анализом.       — Или и то и другое, — мрачно добавил Соуп. — Этот ублюдок не настолько умён, чтобы самому всё это провернуть.       Фургон резко затормозил на светофоре, и Прайс обернулся, осмотрев всех в фургоне.       — Они сыграли на нашем самом слабом месте. На том, что мы пытаемся исправить свои ошибки и спасти людей, — он посмотрел прямо на Элис.       — Это моя ошибка, сэр, — сказала она мысли вслух.       — Мы все повелись на это, — он повернулся обратно к рулю, когда светофор сменился на зелёный. — Грейвз рвался в бой, чтобы вернуть утраченное лицо. Я позволил этому случиться, потому что хотел получить преимущество. Мы все хотели своего. Целый порт, уставленный бочками с порохом. И мы ринулись туда как слепые котята.       — Что теперь, капитан? — спросил Газ, откинувшись на сиденье.       — Теперь мы делаем то, что должны были сделать с самого начала, — Прайс свернул в тёмный переулок и заглушил двигатель. — Мы перестаём реагировать. Мы начинаем действовать. Находим того, кто дёргает за ниточки. Неважно, кто это.

      ▲▲▲△▲△▲△▲

      В съёмной квартире пахло пылью, старым линолеумом и свежезаваренным кофе — Газ, уже с новой повязкой на предплечье, разливал его по металлическим кружкам. Соуп сидел на подоконнике, чистя затвор своего пистолета с напряжённым лицом. Чики, бледный, но уже перевязанный, дремал на единственном диване, подложив под голову свёрток с оружием. Элис стояла у карты города, прикреплённой к стене, и водила пальцем по линиям улиц, пытаясь найти закономерность, намёк, любую зацепку. В ушах всё ещё звенело от выстрелов, а в голове крутилась одна и та же мысль. Кто дал ему моё досье?       Дверь со скрипом открылась, и в комнату вошёл Прайс. Он сбросил на стол связку ключей и портативный жёсткий диск.       — Данные с камер наблюдения порта и перехваченные радиопереговоры Чистильщиков, — он посмотрел на каждого из них. — Мы проанализируем всё. Каждый пиксель и каждое грёбаное слово, чёрт возьми.       — И что это даст? — мрачно спросил Соуп, не отрываясь от пистолета. — Мы уже знаем, что этот говнюк нас надул. Я вообще считаю, что либо он и есть Сокол, либо его правая рука. Выдумал красивую легенду и думает, что мы поведёмся. Мы уже повелись.       — Нет, — покачал головой Прайс. — Феликс — исполнитель. Манипулятор, но не стратег. Кто-то другой отдаёт приказы. Кто-то, кто знает наши протоколы, наши слабости. Кто-то, кто имеет доступ к данным спецслужб.       — У нас есть один козырь, — тихо сказала Элис, отходя от карты. — Они думают, что мы в шоке и отступаем, чтобы зализывать раны.              — Именно, — Прайс кивнул. — Поэтому мы меняем тактику. Мы больше не охотимся за призраками. Заставим их охотиться за нами, — он подключил жёсткий диск к ноутбуку. — Газ, займись расшифровкой переговоров. Ищи любые упоминания Сокола, кодовые слова, частоты. Соуп, просмотри записи с камер. Найди все точки, где появлялся Феликс, все его контакты, все его передвижения до сегодняшней ночи. Чики… отдыхай. Ты нам ещё понадобишься.       — А я? — спросила Элис, подавшись вперёд.       — Со мной. Мы займёмся самым важным — мотивом, — Прайс откинулся на стуле и запустил на ноутбуке программу-сканер. — Зачем было устраивать весь этот спектакль? Чтобы захватить или убить нас? Сомневаюсь. У них были возможности проще. Чтобы унизить? Возможно, но это слишком мелко для такого уровня планирования. Они отработали на нас новую тактику. Протестировали нашу реакцию, наши слабые места, наше взаимодействие с Тенями. Собирали данные.              — Значит, это была разведка боем, — заключила она.       — Да, — кивнул Прайс. — И это наше преимущество. Они ждут, что мы будем действовать предсказуемо. Что бросимся в погоню, будем искать возмездия. Поэтому мы сделаем наоборот. Они изучили нас, — он посмотрел на Элисон. — Теперь мы изучим их. Мы найдём их следующую цель, опередим их и превратим их же западню в нашу.              — С чего начнём, капитан? — спросила она, сложив руки на груди и подходя к столу.       — С самого начала, — Прайс ткнул пальцем в экран. — С первого упоминания о Соколе. Мы проследим каждую ниточку. Рано или поздно они приведут нас к пауку в центре паутины.

▲▲▲△▲△▲△▲

      Тишину в комнате нарушал только монотонный гул кулера ноутбука и прерывистое дыхание Чики. Соуп, не отрываясь, пялился в экран, время от времени резко щёлкая пальцами по клавишам и прокручивая записи камер наблюдения. Газ, нахмурившись, водил пальцем по распечатке радиоперехватов, бормоча под нос обрывки кодовых фраз.       — Ни хера, — вдруг выдохнул Соуп, откидываясь на спинку стула. — Ни одной знакомой рожи. Появились, отстрелялись, испарились.       — Невозможно, — не глядя на него, пробурчал Кайл. — У них должна быть точка сбора. Хотя бы на время. Для отчёта и передачи данных.       Элисон подошла к столешнице, где были разложены в хронологическом порядке скриншоты с камер.       — Подожди, — она ткнула пальцем в два разных снимка: на одном — вид на северные ворота порта за час до их проникновения, на другом — тот же ракурс, но уже во время боя. — Вот здесь. Грузовик справа, у штабеля контейнеров.       — Он был там и до, и после, — пожал плечами Соуп. — Никуда не двигался.       — Именно. Все вокруг бегут. А этот стоит.       Прайс медленно повернул голову в их сторону.       — Увеличь номер.              Соуп щёлкнул клавишами, изображение задрожало и увеличилось — номерной знак был испанским, но…       — Краска слишком новая, — тут же сказала Элисон, прищурившись. — Буквы и цифры… Слишком ровные. Как будто только что из типографии.       — Подделка, — заключил Прайс. — Маскировка. Он не уехал, потому что не было нужды. Он был их мобильным командным пунктом. Сканируй все эфиры вокруг этого сектора в тот временной промежуток.       — Вот. Здесь, — Газ уже пролистал распечатки. — Сразу после того, как Феликс вышел из внедорожника. Короткая вспышка на зашифрованной частоте. Не их обычный канал. Сигнал шёл… — он провёл пальцем по схеме, — да, точно в направлении этого грузовика.              — Координаты передачи?       — Сейчас посмотрим, — он схватил карандаш и начал набрасывать расчёты на чистом листе. — Это недалеко. Промзона к востоку от порта. Старые доки.       — Хорошая работа, — кивнул Прайс. — Оставили дверь приоткрытой, — он повернулся к остальным. — Газ, получи точные координаты. Соуп, найди все подъезды и пути отхода к этой точке на карте. Чики, — он слегка дотронулся до плеча испанца, и тот мгновенно открыл глаза, — нам нужна информация по этому району. Кто владеет доками, какое движение, охрана. Элис, со мной. Мы не будем ждать, пока они передадут все данные и сменят позицию.       В соседней комнате на столе лежала тактическая карта города. Прайс положил на неё руку точно в районе старых доков.       — Они уверены, что полностью контролируют ситуацию. Это их главная ошибка, — он посмотрел на Элисон. — Мы проведём точечную операцию. Тихая разведка. Только мы.       — Что будем искать?       — Их уши. Серверы, коммутаторы, жёсткие диски. Всё, на что шли данные сегодня ночью. Всё, что может рассказать нам тот, кого они на самом деле слушают и кто отдаёт приказы.

▲▲▲△▲△▲△▲

      Свет раннего утра пробивался сквозь щели в ставнях, рассекая пыльный воздух и ложась на разложенное на столе оружие. Прайс методично, с привычной сноровкой, снаряжал магазины патронами.              — Координаты подтверждены, — Газ отодвинул от себя планшет, на экране которого виднелась схема старого дока. — Здание заброшено, но есть признаки активности: свежие следы шин, генератор на крыше, активный тепловой контур на втором этаже. Похоже на полевой узел связи.       — Охрана? — не отрываясь от работы, спросил Прайс.       — Два на входе. Ещё один или два внутри, судя по тепловым сигнатурам. Не больше.       — Хорошо, — капитан вставил последний магазин в разгрузку. — Значит, будем тихими. Соуп, ты на крыше напротив с винтовкой. Дальнее прикрытие и наблюдение. Ничего не пропускаешь.       — Понял, — кивнул тот, уже проверяя крепление глушителя.       — Газ, ты обеспечиваешь отход у главного входа. Никто не входит и не выходит после нашего проникновения. Чики, — Прайс повернулся к испанцу, — ты наше ухо снаружи. Следи за эфиром. Если они заподозрят неладное и попытаются передать сигнал или вызвать подкрепление — глуши их.       — Sí, jefe. Будет тихо.       В этот момент его рация тихо щёлкнула.       — Принял. Держите дистанцию и ждите моего сигнала, — Прайс опустил рацию и посмотрел на команду. — Грейвз. Тени уже в районе доков. Они горят желанием поквитаться и лезут напролом.       — И что теперь? — Соуп безрадостно хмыкнул.       — Мы используем их. Грейвз хочет громкой драки — он её получит. Его люди создадут идеальную диверсию на восточном подъезде. Пока Чистильщики будут отвлекаться на Теней, мы войдём с запада. Тихо и незаметно. Хуан и его люди обеспечивают нам тыл. Они блокируют все подходы к докам, кроме нужного нам. Никакое подкрепление не пройдёт, а полиция получит анонимный звонок о стрельбе в другом конце района. Ты со мной внутрь, — он взглянул на Элисон. — Твоя задача — найти их железо, скачать всё что можно и по возможности установить на их сервер вот это, — он протянул ей небольшое устройство, похожее на флешку с набором микроантенн. — Трассирующий маячок. Он активируется при следующем сеансе связи и выведет нас на конечного получателя. По машинам. На связь выходим только в случае крайней необходимости.       Через десять минут два невзрачных автомобиля разъехались в утренних сумерках. Элис сидела на пассажирском сиденье рядом с Прайсом, наблюдая, как просыпается город. Никто бы не подумал, что всего пару часов назад здесь гремели выстрелы и гибли люди.       — Ты готова? — негромко спросил Прайс, не отрывая глаз от дороги.       — Всегда, — ответила Элис, проверяя крепление на предплечье.       — Они будут защищать свои данные. Не сомневайся в этом.       — Я и не сомневаюсь.       — Тогда давайте напомним им, что за игрой в кошки-мышки всегда следует коготки.       — Доверяете Грейвзу? — тихо спросила она.       — Нет. Но я доверяю его ярости. Она делает его предсказуемым. А предсказуемого противника — или союзника — всегда можно использовать. Сегодня Тени — наш таран. Наша работа — успеть проскользнуть в образовавшуюся ими брешь.

▲▲▲△▲△▲△▲

      Серые облупленные стены доков вставали из предрассветной мглы, когда два автомобиля замерли в тени полуразрушенного склада в пятистах метрах от цели. Прайс заглушил двигатель.       — Спектр-03 на связи, — тихий голос Соупа прозвучал в наушниках. — Занял позицию. Вижу двух часовых у главных ворот. Спят на ходу. Тепловой контур внутри, на втором этаже. Один активен, вероятно, дежурный.       — Спектр-05 на месте, — доложил Газ. — Вижу подъездные пути. Ничего не движется.       — Альфа-2, эфир чист. Готов глушить, — слабо отозвался Чики.       — Тень-1 на связи, — внезапно в эфире раздался сдавленный голос Грейвза. — Мы на восточном периметре. Ждём сигнала.       Прайс ответил не сразу, выждав несколько секунд.       — Держите позицию. Ваша цель — шум. Максимальный. По моей команде.       — Понял. Мои парни жаждут компенсации.       Капитан опустил бинокль и посмотрел на Элис.       — Готовься. Они начнут, и мы двинемся. Пока вся охрана будет смотреть на восток, мы войдём через западный аварийный выход.       Тишина снова стала давящей. Элисон чувствовала каждый удар своего сердца. Она проверила крепление тактического планшета и устройство для скачивания данных. Мысленно прогоняла план: войти, найти серверную, подключиться, установить маячок, выйти. Никаких контактов. Никаких задержек.       С восточной стороны дока ударили автоматные очереди — громкие, без глушителей. Послышались крики, рёв двигателей внедорожников Теней, затем — оглушительный взрыв светошумовой гранаты.       — Часовые сняты, — доложил Соуп. — У входа чисто.       — Движемся, — скомандовал Прайс, и они бесшумно выскользнули из машины.       Они спешно бежали, используя укрытия, пока со стороны восточного входа гремел настоящий ад: Грейвз и его люди не скрывались, ведя яростный огонь по доку и приковывая к себе всё внимание. Прайс и Элисон достигли массивной металлической двери с надписью «EXIT» — та была заварена снаружи, но не на совесть. Капитан кивнул, и она достала небольшой заряд, закрепила его на петлях и отошла. Послышался глухой хлопок, больше похожий на удар кувалды, чем на взрыв. Петли срезало. Прайс плечом двинул дверь, и они вскользнули внутрь. Там их встретили темнота, запах пыли и масла. Где-то в отдалении слышались крики и беготня — весь гарнизон бросился на восток навстречу Грейвзу.       — Лестница на второй этаж, в конец коридора, — тихо сказала Элисон.       Капитан шёл первым, описывая стволом короткие, чёткие дуги, пока она прикрывала тыл. Из-за угла впереди выскочил человек с автоматом. Он не успел даже поднять оружие — Прайс двумя точными выстрелами в голову уложил его на пол, не сбавляя шага. Через пару минут они нашли лестницу и поднялись на второй этаж. Здесь было тише — грохот боя доносился приглушённо.       — Там, — Элис указала на дверь с знаком сервера — та была приоткрыта, но из-за неё доносилось чьё-то бормотание.       — …да, говорю вам, атака на востоке! Все туда! Нет, я не могу… данные должны…       Прайс жестом приказал ей ждать, бесшумно подошёл к двери, заглянул в щель и резко ввалился внутрь. Прогремело два приглушённых хлопка. Затем — тишина.       — Чисто.       Элисон зашла внутрь: небольшая комната, заставленная стойками с оборудованием, на полу лежал мужчина в наушниках, рядом валялся пистолет. На мониторах бежали строки кода.       — Начинай, — приказал Прайс, встав у двери.       Она подключила свой планшет к главному серверу — процесс пошёл, и данные начали копироваться. Элис тем временем достала устройство-маячок, ища порт для подключения.       — Быстрее, — тихо пробормотал капитан. — Грейвз не будет держать их вечно.       — Ещё секунда… Готово. Маячок установлен. Данные скачаны.       — Уходим.              Грохот боя на востоке начал стихать. Тени, вероятно, отходили. Они уже спускались по лестнице, когда внизу послышались шаги и окрик на испанском, и мгновенно прижались к стене.       — Придётся пробиваться, — тихо сказал Прайс. — На счёт три. Готовься.       Элис кивнула, переведя оружие на огонь очередями.

▲▲△▲▲▲▲△▲

      Сознание вернулось не вспышкой, а тягучим, мучительным всплытием со дна тёмной, вязкой смолой. Первым пришло ощущение боли — глухой и разлитой по всему телу. Голова раскалывалась, будто по ней били молотком изнутри, а горло пересохло до спазмов. Элисон попыталась открыть глаза, но веки слипались, словно песком засыпанные. Моргание казалось маленьким, болезненным подвигом. Свет резал сетчатку, расплываясь в мутные, желтоватые пятна, и боль, пульсирующая в висках, стреляла в челюсть от сжатых зубов.       Память возвращалась обрывками, нелинейными и пугающими кадрами.       Бег по коридору. Рёв двигателей. Резкий толчок в грудь — не пуля, что-то другое. Искры перед глазами. Грубые руки, рвущие разгрузку. Голос Прайса где-то позади, заглушённый автоматной очередью…       Элис лежала на чём-то жёстком и холодном — бетоне или металле. Воздух пах пылью, потом и сладковатым, тошнотворным запахом. Свет шёл от одной-единственной лампочки под потолком, затянутой металлической сеткой. Она попыталась пошевелиться, и по телу пронзительной волной прокатилась новая боль. Руки были грубо стянуты за спиной пластиковыми хомутами, впивающимися в запястья. Ноги тоже были скованы.       Так она провела… сколько? Сутки? Двое? Время расплывалось, терялось между приступами боли, редкими глотками воды и кусками чёрствого хлеба, которые ей грубо засовывали в рот, и периодами забытья, когда снова кололи что-то, уводящее обратно в небытие. Элисон слышала обрывки разговоров за дверью на испанском и ломаном английском и лязг оружия, но ничего конкретного понять не удавалось.       Однажды дверь её камеры открылась, и на пороге появился… кто-то. Светлые волосы были аккуратно убраны, на нём была чистая, дорогая тактическая куртка, а не заляпанная копотью униформа. Он выглядел довольным.       — Проснулась. Как самочувствие? Извини за столь… спартанские условия. Но твои друзья оставили нам мало выбора, — он сделал несколько шагов по камере. — Они, кстати, устроили… своего рода шоу. Капитан Прайс и эти… Тени. Дрались как черти. Но, увы, — он покачал головой, нарочито опуская уголки губ. — Вы все стали слишком шумными. Слишком заметными.       Феликс присел на корточки перед ней. Элис попыталась отодвинуть ноги, но обнаружила их прикованными к столу цепью. Звон металла заставил Феликса улыбнуться.       — Ваше милое подразделение… Его больше нет. Официально. Всё, что вы сделали в Барселоне и Валенсии, все ваши подвиги — теперь на вас же и вешают. Международный розыск. Терроризм, убийства… Очень некрасиво, — он слабо улыбнулся. — Так что не ждите, что кавалерия придёт на помощь. Её послали за вами же.       Сердце Элис упало где-то глубоко в желудок. Она пыталась не показывать страха, но её пересохшие губы дрогнули.       — Зачем… я?.. — хрипло пробормотала она.       — О! — Феликс резко оживился и вскинул руки. — По двум причинам. Во-первых, ты — идеальная приманка. Прайс не оставит свою. Он придёт за тобой. И мы будем ждать. Ну, наверное. Тебе наверняка хотелось бы, чтобы они погнались за тобой как доблестные рыцари. И мне — тоже. Посмотрим, так ли ты ценна для своего любимого отряда. Если нет — ничего страшного, всегда можно перейти к плану Б.       Он встал, снова глядя на неё сверху вниз.       — А во-вторых… есть кое-кто, кто очень, очень хочет познакомиться с человеком, который ликвидировал столько его бойцов. С тем, кого вы называете… Гоустом. За него мой босс обещал особый приз. И я лично прослежу, чтобы он получил всё, что заслуживает.       Затем, спустя неизвестное количество времени, сознание стало её единственным врагом и единственным союзником. Оно предательски ускользало в забытье, подколотое химикатами, и возвращалось мучительными всплесками реальности. Элисон потеряла счёт времени. Сутки распадались на отрезки между грубым кормлением, редкими унизительными посещениями под дулом автомата и визитами Феликса. Его посещения стали ритуалом. Он приходил не каждый день, но с пугающей регулярностью, всегда чистый, пахнущий мылом и свежим воздухом, которого ей так не хватало.       — Ваши друзья оказались… призраками в прямом смысле слова, — сказал он как-то раз, с наслаждением растягивая слова, сидя на принесённом стуле, пока она лежала на голом бетоне. — Испарились. Ни одного следа. Ни одной утечки. Обидно. Я ведь приготовил для них такой тёплый приём.       Он рассказывал ей всё методично, по крупицам. Как ОТГ официально распустили. Как их имена всплыли в связи с «террористической атакой» в Валенсии и Барселоне. Как международный ордер на их арест разослали по всем каналам Интерпола.       — Изгои, — улыбался Феликс. — Никто не придёт. Вы все просто исчезнете, и мир вздохнёт с облегчением.       Элисон молчала, отводила глаза, глядя на трещину в стене, видя, как по ней ползёт муравей. Маленькая, свободная жизнь. Иллюзия.       Однажды Феликс пришёл с газетой — международное издание. Он бросил её перед Элис на пол, и она с трудом перевела мутный взгляд — на первой полосе было размытое фото Прайса, сделанное камерой наблюдения, и заголовок: «Розыск: спецназовцы, причастные к расправе в Барселоне».       — Читай, наслаждайся, — мягко произнёс Феликс. — Ты в истории. Правда, не с той стороны.       Элисон не пошевелилась — боялась, что если увидит это своими глазами, её стена сопротивления рухнет. Феликс рассмеялся.       — Вот это мне и нравится в тебе. Тем веселее нам будет.       Он щёлкнул выключателем. Когда свет погас, Элис застыла, услышав, как по бетону заскреблись крошечные лапки. Муравей дополз до её пальца и замер.

▲▲△▲▲▲▲△▲

      Визиты Феликса не всегда были насмешливыми. Иногда его злость прорывалась наружу. Особенно когда он говорил о Гоусте.       — Он убил восемь моих лучших людей в тот вечер. Восемь. Не в бою. Подкрадывался к ним из теней и резал глотки, как скот. Думал, что может безнаказанно охотиться на нас? — Феликс внезапно пнул стол, заставив Элисон вздрогнуть. — За него я потребую особую цену. Я сниму с него кожу лично. И заставлю вашего дорогого капитана смотреть на это. И тебя, девочка, — он резко навис над ней, заставив прикрыть глаза. Меньше всего Элисон хотела смотреть на его довольную улыбку и быть не в состоянии хоть как-то реагировать.       В эти моменты она верила ему безоговорочно. И это было страшнее всего.       Её тело медленно слабело. Мускулы атрофировались от неподвижности, раны от хомутов на запястьях воспалились и гноились. Кормили достаточно, чтобы не умереть с голоду, но недостаточно, чтобы сохранить силы. Они методично превращали её в беспомощную, сломленную вещь. Идеальную приманку.       Но в воспалённом сознании, где-то в самой глубине, туда, куда Элисон не хотела даже заглядывать, что-то… что-то происходило. Каждый насмешливый взгляд Феликса, каждое упоминание Саймона, каждое воспоминание о Прайсе и команде, которые где-то там, в подполье, продолжали бороться, — всё это ковало внутри… что-то знакомое, но давно забытое.       В один из дней её отвели в другую комнату — чище, белее и ярче. Здесь пахло хлоркой и чем-то металлическим, а в центре стоял простой стул, прикрученный к полу. Свет бил с потолка безжалостными люминесцентными лампами, не оставляя теней, не давая глазам спрятаться.              Элисон поставили на колени перед стулом. Она чувствовала холод бетона сквозь тонкую ткань формы, которую на неё надели. Руки всё так же были скованы за спиной. Феликс был не один — с ним был человек в белом халате, кативший тележку с оборудованием: на ней лежали провода с присосками, портативный генератор, ёмкость с водой и простой металлический поднос.       — Знаешь, в чём главная проблема физической боли? — начал Феликс, расхаживая перед ней. Он говорил спокойно, почти задушевно. — Она конечна. Тело привыкает. Отключается. А мне нужно, чтобы ты оставалась с нами. Всей своей прекрасной, острой головой.       Он остановился и достал пачку сигарет, выудил одну, прикурил от зажигалки с монограммой и выпустил густой дым в сторону.       — Мы будем скромны. Я ведь не монстр, помнишь?       Мужчина в халате подошёл к ней и разрезал ножницами рукав робы от плеча до запястья, обнажив кожу. Элисон покрылась мурашками от холода с головы до пят. Феликс подошёл ближе. Он курил, глядя на неё поверх дыма.       — Где Прайс? Какие у него планы? Где его новые укрытия?       Элисон молчала, смотря в пол, на свои босые ноги, и концентрировалась на узоре трещин в бетоне. В какой-то момент ей показалось, что оттуда снова выползает тонкая нить муравьёв. Феликс протяжно вздохнул и покачал головой, опустив взгляд.       — Как же ты упряма.       Он сделал ещё одну затяжку, затем медленно, почти нежно приложил раскалённый кончик сигареты к её обнажённому предплечью. Раздался шипящий звук, ноздри защекотал запах, похожий на жареное мясо. В воздухе повеяло сладковатым, тошнотворным ароматом палёной кожи. Боль была острой, жгучей, точечной. Элис дёрнулась всем телом, стиснув зубы. Горловой крик застрял где-то внутри, превратившись в хриплый стон. Непрошеные слёзы выступили на глазах. На её коже осталось аккуратное, круглое пятно — красное по краям и чёрное в центре.       — Следующий вопрос. Кто из старых связей Эванса ещё в игре? Кто помогает Прайсу?       Элисон закусила губу до крови. Боль пульсировала огненной точкой на руке, но это было ничто по сравнению с холодным ужасом, пронзившим её при упоминании Эванса. Он знает. Он знает всё.       — Я… я не знаю, — выдохнула она.       — Неправда, — мягко сказал Феликс. — Ты знаешь. Ты ведь его правая рука.       Он кивнул человеку в халате, и тот взял с тележки металлический ковш, затем зачерпнул воду из ёмкости.       — Современные методы скучны, — продолжил Феликс. — Электричество, наркотики… Это стирает личность. А мне нужна именно ты. Со всеми твоими воспоминаниями, страхами, привязанностями. Понимаешь?       Ледяная вода резко выплеснулась ей в лицо. Элисон захлебнулась, закашлялась, пытаясь вдохнуть, но лёгкие сжало нестерпимым спазмом. Вода хлынула в нос, в рот, залила глаза. Она задыхалась, трясясь всем телом, пока вода стекала с волос на пол, образовывая мелкие блестящие лужицы.       — Вот видишь, — сказал Феликс, наблюдая. — И даже не больно. Просто… неприятно. Унизительно. Как тебя сейчас трясёт. Как ты пытаешься вдохнуть. Как слёзы смешиваются с водой. Это гораздо интереснее, чем крики под током, — он снова присел перед ней на корточки, изучая её лицо. — Я могу делать это снова и снова. Пока ты не простудишься. Пока у тебя не начнётся пневмония. Или я могу принести ведро льда. Или оставить тебя мокрой в этом холодном помещении на всю ночь.       Элис дрожала. Каждый мускул её тела била дрожь. Вода затекала за воротник — холодная и липкая. Боль от ожога пульсировала в такт стучащим зубам. Но это унижение… Оно жгло изнутри сильнее любой пытки и любого ожога. Но она молчала. Смотрела сквозь мокрые пряди волос на начищенные ботинки Феликса и молчала.       Она не даст ему этого. Не даст ему удовольствия, которого он так жаждал.       Феликс выдержал паузу, затем разочарованно вздохнул.       — Ничего? Жаль. Ну что ж, — он медленно встал, отряхивая брюки. — У нас много времени. И много… творческих идей. Отведи её обратно. Пусть обсохнет. Подумает.       Её грубо подняли и поволокли обратно в камеру. Она шла, спотыкаясь, вся мокрая, дрожащая, с обожжённой рукой. Когда дверь захлопнулась, Элисон рухнула на пол, свернувшись калачиком, пытаясь хотя бы немного согреться.

▲▲△▲▲▲▲△▲

      Церковь. Не та светлая, уютная обитель, что рисуют на открытках, а та, что была её тюрьмой. Высокие, тёмные своды, пропахшие воском и пылью, лики святых на витражах — она, маленькая, стоящая у алтаря в слишком большом платье, пытающаяся петь ломаным от страха голосом.       Запах меняется. Смешивается с потом, дешёвым виски и чужим дыханием. Тяжёлая рука на её затылке, прижимающая к фолианту Священного Писания.       — Читай. Глас вопиющего в пустыне…       Таким он стал. До того как мог смеяться и качать её на плечах. После — тень, изрыгающая проклятия и требующая абсолютного повиновения.       — …приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему, — выдыхает она немеющими губами.       Сцена снова меняется. Элисон в камуфляже, стоит над связанным человеком в пыльном подвале где-то на Ближнем Востоке. В руках у неё — пара плоскогубцев. Эванс стоит за её спиной, ободряюще уложив руку на плечо.       — Добудь информацию. Любыми средствами. Для победы иногда нужно запачкать руки. Господь простит, Элис.       Элисон смотрит на свои руки. Они в крови. Но не её.       

▲▲△▲▲▲▲△▲

      Она проснулась от толчка ботинка в бок. Резкая боль в рёбрах заставила хрипло вздохнуть и с трудом открыть глаза. Над ней стоял Феликс, держа в руках толстую чёрную папку.       — Доброе утро, — произнёс он навеселе. — Видела хорошие сны? Об овцах заблудших и пастырях добрых?       Он сел на свой стул, откинулся, закинув ногу на ногу, и открыл папку.       — У меня для тебя есть кое-что поинтереснее газет. Твоё личное дело. Вернее, то, что от него осталось после того, как полковник Эванс решил поиграться.       Элис попыталась отползти и прижать спину к холодной стене. Сердце бешено колотилось. Он знает. Он держит это в руках.       — О, не пугайся, — усмехнулся Феликс, листая страницы. — Это же твоя история. Твоя слава. Вот, смотри, — он кинул ей распечатку фотографии прямо на пол. На ней — Элисон, около двух лет назад, стоит на фоне горящего укрепления где-то в Мексике. Рядом — её бывший отряд. Она в центре, с винтовкой в руках, лицо грязное, с мутным взглядом. — «Операция «Красный клевер». Ликвидация наркокартеля. Отряд под командованием офицера…». А вот и история твоего позывного.       Феликс нарочито медленно начал искать другую страницу, поглядывая на Элис.       — «…после трёх дней преследования в джунглях Юкатана офицер в одиночку выследила и ликвидировала главу картеля. Цель была обнаружена по следу на влажной почве и сломанной ветке, которую не заметили остальные».       Он отложил папку и посмотрел на неё.       — Хантер. Очень мило. Эванс любит давать пафосные прозвища. Сразу видно, кто у него на хорошем счету. А те, кто на плохом… — Феликс выдержал долгую паузу. — Их просто стирали. Как твоего друга. Майкла.       Элисон замерла, прижимая к груди дрожащие руки.              — Да-да, — кивнул Феликс, наслаждаясь её реакцией. — Сержант Майкл Шоу. Твой первый инструктор. Твой… как бы это сказать… тайный поклонник? Тот, кто научил тебя стрелять. И тот, кто чуть не отстрелил тебе ногу, когда ты раскрыла его связь с террористами.       Память взорвалась болезненной, яркой вспышкой. Пыльный склад в Афганистане, лицо Майкла. Его странные улыбки и фразочки, которые она всегда отвергала. И потом — его глаза, полные ненависти, когда он понял, что Элисон его раскрыла. Выстрел. Острая, разрывающая боль в колене. Пуля, прошедшая навылет, раздробившая кость. И… его изуродованное лицо, которое она била прикладом снова и снова, пока не убедилась, что Майкла никто и никогда не опознает. Затем — неглубокая могила, припорошенная землёй.       Майкла не нашли.       Правая нога непроизвольно дёрнулась, и по ней прошла знакомая фантомная боль. Напоминание о том, как близко Элисон была к собственной смерти и как далеко зашла в чужой.       — После этого всё поменялось, да? — продолжил Феликс. — Лучший солдат в отряде, которого перевели на бумажную работу. Скрыть позор. А потом… потом он просто списал тебя капитану Прайсу, как списывают отработанный материал. И знаешь почему? — он снова взял в руки папку и потряс ею. — Потому что твой дорогой полковник Эванс оказался не таким уж и патриотом. Он годами воровал и перепродавал оружие через подставные фирмы. Одна из них, кстати, занималась… вывозом мусора. Забавное совпадение, да? — Феликс улыбнулся, видя, как Элис дёргает головой. — Да, мы знаем и про твою юность. Про кафе, где ты работала, про Джеймса, который предложил тебе «логистическую» работу. Эванс вышел на эту схему, но вместо того чтобы передать тебя властям, он решил сделать тебя своим инструментом. Он дал тебе шанс. А потом, когда его махинации начали всплывать, он избавился от всех, кто мог быть свидетелем. В том числе и от тебя. Просто стёр вас. И теперь твой капитан Прайс и его призраки — единственные, кто верит, что вы всё ещё на правильной стороне. Хотя правильной стороны больше нет.       Феликс неторопливо встал и подошёл ближе, аккуратно опуская папку ей на колени.       — Твои герои — предатели, Элис. Эванс продал тебя. Твой напарник предал тебя. А твой новый капитан? — он наклонился, переходя на шёпот. — Где он? Где твой благородный Прайс? Прошла уже неделя. Он даже не попытался тебя найти. Он бросил тебя здесь гнить, как бросил бы мусор в корзину. Потому что ты для него — всего лишь ещё одна сломанная игрушка.       Элисон сидела, не двигаясь, после того как Феликс молча оставил её и вышел из камеры. …приготовьте путь Господу…       Он прав? Неужели Эванс… продал их? И Прайс… правда не придёт? Может, они все уже мертвы? Может, Элисон осталась совсем одна, и всё, что ей остаётся, — это сдаться и признать, что её жизнь, её служба, её борьба — всё это было ложью?       Она посмотрела на свою дрожащую руку, на свежий ожог. Боль была реальной. Плен был реальным. А всё остальное… Вера, долг, доверие — всё это рассыпалось в прах.       Впервые за долгие годы по её грязным, исцарапанным щекам потекли настоящие слёзы. Горячие и обжигающие. Бессильные. Где ты?..

▲▲△▲▲▲▲△▲

      Феликс не появлялся весь день. Это было почти хуже, чем его визиты. Ожидание, растянутое в тишине, давило сильнее любого крика. Каждый скрип за дверью, каждый отдалённый шаг заставлял сердце биться чаще, а желудок — сжиматься в плотный комок. Готова ли была Элисон к новой порции его слов-иголок? Или, что хуже, он просто оставит её здесь умирать в забвении?       Но когда дверь наконец открылась, Феликс вошёл не один, а с двумя охранниками. Он выглядел сосредоточенным, даже немного усталым. В руках он нёс небольшой прозрачный пакет с чем-то внутри.              — Нашёл кое-что интересное, — начал он без предисловий, останавливаясь перед ней. — Твои друзья не сидят сложа руки. Они активны. Совершили налёт на один из наших логистических центров. Быстро и жёстко. Как и любит твой капитан. Хотя… твой ли он теперь?       Он протянул пакет. Элис замерла — внутри лежал обломок тактического планшета. Оплавленный, с обгоревшими краями, но на уцелевшем уголке можно было разглядеть часть серийного номера и знакомый логотип производителя. Того самого, что поставлял технику на их базу.       — Они пытались уничтожить серверы. Почти преуспели, — продолжил Феликс. — Но один из моих людей успел бросить термитную шашку. Это было в мусоре после боя, — он отпустил пакет, и тот с лёгким стуком упал на пол перед ней. — Они были там, Элис. Всего в трёх часах езды отсюда. Они знают, что ты где-то здесь. И они… не пришли за тобой. Они провели операцию. Добыли какие-то данные. Уничтожили часть наших запасов. И ушли. Чисто. Без потерь. Без задержек. Без… поисковых операций в радиусе ста километров. Они знали, что этот центр связан со мной. Знали, что там могут быть ключи к тебе. Капитан Прайс сделал выбор. И ты не была в приоритете. Они выбрали миссию. Данные. Оборудование. Не тебя.       Элисон смотрела на обгоревший обломок планшета. Она узнавала его. Это была модель, которую она сама настраивала. Дрожащие, грязные пальцы непроизвольно потянулись к нему, но хомуты впились в запястья, останавливая её. Они были так близко.       Феликс не кричал и не угрожал. Он просто показывал ей доказательства. И они были ужасающе убедительными.       — Возможно, они считают тебя мёртвой, — размышлял он вслух, расхаживая по камере. — Возможно, твой капитан решил, что цена за спасение одного солдата слишком высока для его беглой команды. Или, может быть… — он остановился и посмотрел на неё, — он просто понял, что ты не стоишь риска. Что сломанная игрушка Эванса, у которой к тому же проблемы с головой, — не тот актив, ради которого стоит подставлять всю операцию.       Затем Феликс повернулся к охранникам и махнул рукой на дверь.       — Оставьте нас.       Когда дверь закрылась, он присел на корточки на безопасном расстоянии, склонив голову вбок.       — Я не буду сегодня мучить тебя, Элис. Зачем? Реальность делает это за меня, она лучше любого инструмента. Ты здесь. Они — там. Двигаются дальше. А ты… просто разменная монета, которая не отыгралась, — Феликс наконец встал, отряхивая брюки. — Подумай об этом. Подумай, кому ты на самом деле нужна. Тому, кто продал тебя? Тому, кто бросил? Или тому, кто предлагает тебе шанс?       — Какой шанс? — Элисон возненавидела себя за эту слабость, но вопрос вырвался сам.       Феликс мягко улыбнулся, приглаживая светлые волосы.       — Шанс выжить. Шанс стать нужной снова. Я знаю всё о тебе. О твоих навыках. О твоей… уникальной мотивации. Сокол ценит таких специалистов. Даже бывших. Особенно бывших. Подумай. Вместо того чтобы быть проблемой, которую все хотят забыть, ты можешь стать решением. Для меня. И для себя.              Он вышел, оставив её наедине с обгоревшим обломком. С ядовитым семенем, посеянным в самом сердце. В гниющем сердце, что билось из последних сил. Маленькая, чёрная точка сомнения, которую Феликс поселил в неё ранее, теперь разрослась до всепоглощающей пустоты.       Элисон начинала верить ему.              И это было самой страшной пыткой из всех.