silent spring

в прицеле все кажутся одинаковыми — и герои, и палачи.

      Шум вертолёта Грейвза, зависшего снаружи, ввинчивался в уши. Вакерос уже грузили снаряжение, но ОТГ замерли в центре ангара. Соуп и Газ переглянулись — в их глазах читалось плохо скрытое недоумение.       — Кэп, — Газ первым нарушил тишину, кивнув в сторону запертой комнаты, где держали Феликса. — Тени на взводе. Почему мы не отдаём Феликса прямо сейчас? Мы отдали Хуана, сделка закрыта.       Прайс, проверяя затвор своей винтовки, даже не поднял головы.       — Феликс знает структуру Сокола и его гнезда изнутри. Мне нужно время, чтобы вытрясти из него логистику, прежде чем Тени увезут его в штаты.       — Прайс, это не по протоколу, — подал голос Соуп, нахмурившись. — Грейвз нервничает. Он забирает Хуана так, будто боится, что тот успеет чихнуть в нашу сторону. Отдать ему Феликса сейчас — значит снять мишень с наших спин.       Элисон стояла чуть поодаль, прислонившись к бетонной опоре. Слова Хуана пульсировали в висках. Она смотрела на капитана, и ей казалось, что она наблюдает за расколом в команде. Или сама она переставала доверять всему происходящему и видела в каждом слове намёк на сомнения.       — Вы видели, как Хуан сопротивлялся? — подала она голос. — Он сказал, что Грейвз убьёт его в первом же овраге.       — Это слова преступника, Элис. Он пытается манипулировать нами, — выдохнул Прайс.       — А если нет? — она сделала шаг вперёд, ловя взгляд Гоуста, который до этого хранил молчание. — Если Грейвзу нужен Хуан не для правосудия? И если Феликс остаётся у нас не для допроса, а потому что вы, сэр, боитесь, что Грейвз «зачистит» и его раньше, чем мы узнаем правду?       В ангаре стало неестественно тихо. Даже шум лопастей снаружи будто отошёл на второй план.       — Что ты хочешь этим сказать? — Гоуст медленно повернулся к ней.       — Я хочу сказать, — Элисон не отвела глаз, глядя прямо на Прайса, — что мы только что отдали человека на бойню. И если мы оставляем Феликса себе, то либо мы не доверяем Грейвзу… либо Грейвз не доверяет нам. Капитан, чего именно мы ждём эти двенадцать часов?       Прайс наконец поднял глаза.       — Мы ждём подтверждения, — коротко бросил он. — Газ, Соуп — в машину. Элис, если хочешь выжить — прекрати слушать кого попало. У вас есть приказ. Мы уходим, — он спешно прошёл мимо них, не оборачиваясь.       — Он что-то недоговаривает, — тихо шепнул Соуп, поправляя разгрузку.       Гоуст задержался на секунду рядом с Элис.       — Зря ты это затеяла, — бросил он, направляясь к выходу. — В этих горах правда умрёт быстрее, чем люди.       Элис осталась стоять одна. Она точно знала: Прайс не просто недоговаривает.       Гул вертолёта снаружи стал невыносимым, а его вибрация пробирала до костей, заставляя пыль танцевать в лучах прожекторов. Хуана уже забросили в отсек, и птичка Грейвза начала медленно отрываться от земли. Но вместо того чтобы взять курс на север, вертолёт завис над площадкой, заливая ангар ослепительным светом.       В наушниках раздался голос Грейвза — на этот раз в нём не было и следа дружелюбия:       — Браво-6, я вижу, вы не торопитесь выводить второго гостя. Мои ребята доложили, что Феликс всё еще внутри. Мы договаривались на двоих, кэп.       — Условия изменились, Грейвз, — Прайс нажал кнопку рации. — Феликс — ценный источник по делу Сокола. Мы забираем его в безопасную зону Вакерос. Получишь его через двенадцать часов.       Тишина в эфире длилась несколько секунд. Элис видела, как Газ и Соуп непроизвольно проверили предохранители на своих винтовках. Алехандро подал знак своим людям, и Вакерос начали рассредоточиваться за укрытиями.       — Двенадцать часов — это долго, Джон, — обиженно протянул Грейвз. — За это время люди могут… передумать. Или начать говорить то, чего им говорить не следует. Не заставляй меня сомневаться в нашей… дружбе.       — Мы выдвигаемся, Грейвз. Конец связи, — Прайс обернулся к группе: — В машины. Быстро!       Элисон потянули к внедорожнику, и она оказалась на заднем сиденье рядом с Гоустом. Машины сорвались с места, вылетая из ангара и уходя в темноту горных серпантинов. Сзади, как хищная птица, за ними следовал вертолёт Теней, не выключая поисковый прожектор.       — Он не отпустит нас, — тихо сказала Элисон, глядя в заднее стекло на слепящий свет. — Саймон, Грейвз забирает Хуана не ради суда. Он зачищает концы.       Гоуст не ответил сразу. Он сидел, положив руки на винтовку, и внимательно следил за дорогой через прибор ночного видения.       — Прайс знает, что делает, — наконец бросил он. — Но Грейвз становится нервным. Это плохо для всех.       Машина подпрыгивала на ухабах, уходя всё выше в горы. В салоне царил полумрак, прерываемый лишь зелёным свечением приборов. Элис сидела неподвижно, глядя на свои руки. Слова Хуана о сейфе эхом отдавались в голове. Он не сказал, где именно, но Элис уже знала его привычки — она найдёт это место, если выживет. Что случилось с Чики?.. Его тоже нашли?       Она чувствовала на себе взгляд Гоуста. Тот сидел рядом, и его массивное плечо почти касалось её. Присутствие, которое раньше дарило ложное чувство безопасности, теперь вызывало у неё жгучее чувство вины. Он открылся ей — пусть немного, пусть в своей манере, — а она прямо сейчас возводила между ними новую стену лжи. Но правда была слишком опасной. Если я скажу правду о Тени в плену Феликса сейчас, это прозвучит как жалкое оправдание.       — О чём думаешь? — негромко спросил Гоуст. Его голос едва пробивался сквозь гул мотора.       — О том, что Хуан был прав. Грейвз не оставит свидетелей. Мы для него — лишние переменные.       Она промолчала о сейфе. Промолчала о том, что Хуан доверил ей ключ к тайне, которая может уничтожить репутацию Теней.       Она будет владеть этим одна.       В этот момент вертолёт Грейвза, висевший над ними, внезапно заложил крутой вираж и резко ушёл в сторону, выключая прожектор. В эфире воцарилась почти вакуумная тишина. Прайс несколько раз щёлкнул тангентой рации.       — Грейвз, ты на связи? Тень-1, ответь, это Браво-6.       Ответом был лишь статический треск. Прайс выругался и обернулся к Алехандро, который сидел на переднем сиденье.       — Канал Грейвза мёртв. Он отключил нас от сети.       — Hijo de puta… — прошипел Варгас, проверяя затвор своей винтовки. — Это значит только одно.       Машины начали замедляться перед крутым поворотом, где дорога сужалась, зажатая между скалой и обрывом. Внезапно тьму впереди разрезали ослепительные вспышки стробоскопов. Два тяжёлых броневика Теней перегородили путь, выставив стволы пулемётов прямо на колонну Вакерос.       — Всем стоять! — голос Грейвза ворвался в общую частоту, но теперь он звучал через громкоговорители броневиков, усиленный эхом гор. — Выходите из машин с поднятыми руками! Прайс, это официальный приказ. Передайте нам Феликса, и, возможно, мы забудем о вашем неподчинении.       — Ты переходишь черту, Филлип! — крикнул Прайс, открывая дверь джипа и используя её как укрытие.       — Черта была пройдена в Испании, Джон! — Грейвз стоял на люке головного броневика, подсвеченный фарами. — Ваша гостья слишком много знает, а ваш испанец слишком много болтает. Моя работа — зачищать мусор.       Элис почувствовала, как Гоуст схватил её за воротник куртки, пригибая к полу машины.       — Вниз! Сейчас начнётся!       В ту же секунду пулемёт на броневике Грейвза ожил, выплёвывая длинную струю свинца. Пули начали рвать обшивку внедорожника, выбивая стёкла. Мир превратился в хаос из криков, звона гильз и вспышек выстрелов.       — Уходим в зелёнку! К лесу! — скомандовал Прайс.       Элисон вывалилась из машины вслед за Гоустом, чувствуя, как адреналин снова выключает боль и лишние мысли. Она ползла по каменистой почве, слыша, как пули свистят над головой. Грейвз не просто хотел забрать Феликса — он пришёл уничтожить всех, кто видел изнанку его сделки с испанцем. Кажется, теперь всё зависит не только от ОТГ, но и от того, смогу ли я когда-нибудь добраться до того сейфа в Испании.       Камни под подошвой ботинок крошились с сухим треском. Элис чувствовала, как пыль забивается в горло, смешиваясь с привкусом железа — то ли от разбитой губы, то ли от запаха пороховых газов, стоящего в воздухе плотной стеной.       Сзади что-то оглушительно ухнуло — сдетонировал бензобак одного из пикапов Вакерос. Вспышка на секунду вырвала из темноты силуэты сосен и перекошенное лицо Алехандро, который что-то орал в рацию, пытаясь перекричать стрекот пулемёта.       — Двигай! — Гоуст почти физически вжал Элис в склон, когда над их головами прошла очередь, выбивая каменную крошку. — Не замирай, Элисон!       Она прижалась щекой к колючей траве, чувствуя, как плечо горит огнем. Боль была такой чёткой, будто кто-то вбивал в мышцы раскалённый гвоздь.       — Грейвз не остановится, — выдохнула она, пытаясь поймать ритм дыхания. — Он выставил блоки на трассе. Он ждёт, что мы побежим вниз.       — Мы и не побежим вниз, — Саймон на секунду обернулся. — Мы пойдём через хребет. Там территория Фары. Если дотянем до рассвета — будем жить.       В наушниках сквозь статический треск прорвался голос Прайса, спокойный до жути:       — Всем группам. Уходим в расселину. Газ, прикрывай хвост. Элис, если отстанешь — я тебя здесь и закопаю, поняла?       — Поняла. Старая школа мотивации.       Элисон поправила ремень винтовки, который больно врезался в плечо. Где-то там, в одной из машин Теней, увозили Хуана. Она рванулась вперёд, игнорируя протестующий стон в ноге.       Впереди, в густой тени деревьев, мелькнул лазерный целеуказатель. Тени уже начали охоту.

▲▲▲▲▲△▲△▲

      Элис рванулась вперёд: в лесу было темнее, чем в аду, и только зелёные сполохи ПНВ давали хоть какую-то картинку. Воздух здесь был другим — пах хвоей и сырой землей, но этот запах перебивала вонь жжёной резины, тянущийся снизу, с дороги.       — Двое слева, сорок метров! — прошипела она в гарнитуру, заметив неестественное колебание кустов. Тени использовали камуфляж, который отлично работал против электроники, но человеческий глаз обмануть было сложнее.       Гоуст среагировал мгновенно. Две короткие очереди, глухие хлопки подавителя — и в кустах стало тихо.       — Чисто, — бросил он, не замедляя шага.       Они пробирались сквозь густой подлесок, уходя всё выше. Элис чувствовала, как лёгкие начинают гореть. Горный воздух был разреженным, а каждое движение отзывалось вспышкой боли в мышцах тут и там, от которой темнело в глазах. Но таблетки остались в рюкзаке, который сейчас лежал в изрешечённом джипе.       Внезапно Гоуст резко остановился и дёрнул её за плечо назад, за толстый ствол сосны. В ту же секунду над их головами, ломая ветки, пронёсся поисковый луч прожектора. Вертолёт Грейвза вернулся.       — Элис, это Тень-1, — голос Грейвза из внешних динамиков вертолёта звучал искаженно. — Я знаю, ты меня слышишь. Ты ведь умная девочка. Ты понимаешь, что Прайс тебя не вытянет. Твой номер уже в архиве списанных. Выходи, отдай мне то, что шепнул испанец, и мы закончим это красиво.       Элисон затаила дыхание, прижавшись спиной к коре дерева. Сердце колотилось о рёбра, как пойманная птица.       — О чём он говорит? — Гоуст повернул к ней голову. В темноте его маска казалась неподвижной, но Элисон чувствовала его тяжёлый взгляд. — Что тебе сказал Хуан?       — Сказал, что я следующая, — ложь, которая уже начала оседать на языке горьким осадком. — Он просто тянул время, Саймон. Пытался заставить Грейвза нервничать.       Гоуст молчал слишком долго. Достаточно долго, чтобы Элис поняла: он не верит. Но сейчас вокруг них были Тени, и выяснение отношений пришлось отложить.       — Видишь тот скальный выступ? — он указал стволом винтовки вверх по склону. — Там узкая тропа. Если мы разделимся, один сможет отвлечь внимание на себя, пока второй выйдет к точке сбора Фары.       — Нет, — отрезала Элис. — Мы не в фильме, Саймон. Разделимся — и Тени перещёлкают нас поодиночке, как блядские орехи. У них тепловизоры. Нам нужно сбить их с толку.       Она огляделась: в паре метров от них лежал поваленный ствол старого дерева, наполовину засыпанный сухой листвой. Под ним была небольшая промоина, оставшаяся после дождей.       — Там дренажная канава, — быстро зашептала Элис. — Она ведёт к ручью. Вода скроет наш тепловой след. Если мы спустимся в воду и пройдём по руслу метров двести, мы выйдем из их кольца окружения.       — Нога выдержит?       — Плевать на ногу. Идём.       Они скользнули в овраг. Ледяная вода мгновенно промочила ботинки, и Элис едва не вскрикнула от резкого температурного шока. Нога занемела, и на секунду ей показалось, что она теряет сознание.

Молись, Элисон. Молись, чтобы вода была глубже.

      Они двигались по руслу, пригибаясь под нависающими корнями деревьев. Над ними, совсем рядом, слышались тяжёлые шаги наёмников и треск раций — Тени методично прочёсывали лес. В какой-то момент Элис поскользнулась на мокром камне. Гоуст подхватил её под локоть, почти волоча на себе. В этот момент она увидела его руку — перчатка была в крови.       — Ты ранен?       — Царапина. Двигайся.       Через десять минут, которые показались часами, ручей вывел их к небольшому плато, скрытому за плотной стеной колючего кустарника. Гоуст первым выбрался на берег, помогая Элисон. Они оба тяжело дышали, а пар изо рта вырывался густыми облаками.       — Вышли, — прошептала она, оглядываясь.       — Ещё нет, — Гоуст достал сигнальный маячок, но не спешил его активировать. — Элис. Посмотри на меня.       Она подняла голову. В слабом свете луны Саймон казался ей сейчас совершенно чужим.       — Феликс сказал правду про того парня из Теней? Ты действительно видела его?       Элис почувствовала, как внутри всё сжалось. Ложь Хуану была стратегией. Но ложь Саймону сейчас, в этом тёмном лесу, ощущалась как предательство… почти самой себя.       — В том здании было три подвальных этажа, Саймон, — начала она. — Феликс держал меня на верхнем. Я слышала крики… иногда. Но я думала, это люди Хуана. Или конкуренты. Если бы я знала, что там…       — Он был девятнадцатилетним пацаном из Огайо, — сказал Гоуст с какой-то странной интонацией. — Грейвз прислал его нам на усиление. Его звали Сэм. И если он умер, зная, что за стеной сидит офицер SAS и ничего не делает…       Он не договорил. В лесу впереди мелькнул оранжевый огонек — кто-то курил.       — Замри, — скомандовал Гоуст, вскидывая винтовку.       Из тени деревьев вышла фигура — это была не Тень в тактическом шлеме. На женщине была куфия , небрежно намотанная на шею, и потёртая, видавшая виды разгрузка поверх тёмной тактической куртки. Тёмные волосы были плотно стянуты назад, открывая внимательные, почти чёрные глаза, остроту взгляда которым придавали густые брови. Свет луны подчеркнул тонкий шрам на её скуле. За её спиной показались ещё несколько человек — невысокие, жилистые, с автоматами наперевес.       — Браво-0-7? — негромко спросила женщина на английском с характерным акцентом.       — Фара, — выдохнул Гоуст, опуская ствол. — Вовремя ты.       Она подошла ближе, окинув их быстрым, оценивающим взглядом, и её глаза остановились на Элис.       — Твоя новая? — спросила она Гоуста.       — Временная.       — Идёмте, — Фара жестом позвала своих людей. — Грейвз поднял на уши весь сектор. У нас есть убежище в шахтах, но нужно спешить. Мои люди видели, как Тени везли пленного к карьеру.       Элис вскинула голову. Хуан.       — Мы должны его вытащить, — сказала она, глядя на Фару.       Гоуст коротко усмехнулся — сухо и безрадостно.       — Мы должны выжить, Элисон. А Хуан… У Грейвза нет привычки оставлять свидетелей в живых дольше часа.       В этот момент Элис поняла: если она хочет добраться до сейфа и узнать правду, ей придётся действовать самостоятельно. Даже если для этого придётся пойти против Саймона.

▲▲▲▲▲△▲△▲

      Путь к шахтам казался бесконечным подъёмом по битому стеклу. Элисон шла, прикусив губу до крови, стараясь попадать след в след за бойцом Фары.       — Почти пришли, — бросила Фара, не оборачиваясь.       Они вышли к выступу, с которого открывался вид на заброшенный известняковый карьер. Сверху он напоминал огромную белую рану на теле горы. Там, внизу, под светом мощных переносных прожекторов, стояли броневики Теней. Гул вертолёта, висящего в стороне, отражался от стен карьера, создавая невыносимую вибрацию. Элис прильнула к окуляру прицела. Внизу, в центре светового круга, на коленях сидел человек. Мешок с головы сняли. Это был Хуан.       Рядом с ним стоял Грейвз. Он снял шлем, и его грязно-светлые волосы поблёскивали в лучах прожекторов. Филлип что-то говорил, жестикулируя рукой, в которой была зажата сигарета. Это выглядело как обычный деловой разговор, если бы не дуло пистолета, прижатое к затылку Хуана одним из наёмников.       — Мы можем их достать, — прошептала Элис, чувствуя, как пальцы судорожно сжимают цевьё винтовки. — Саймон, если ты снимешь того, что с пистолетом, а я возьму Грейвза…       — Дистанция шестьсот метров, Элис, — Гоуст лежал рядом, наблюдая за карьером в бинокль. — Ветер боковой, порывистый. У нас нет пристрелочных. Если промахнёмся — они добьют его мгновенно. И нас следом.       — Мы не можем просто смотреть… — она почти вскрикнула, но Гоуст накрыл её ладонь своей, придавливая ствол винтовки к камням.       — Смотри.       Внизу Грейвз сделал шаг назад. Он картинно развёл руки, как будто извиняясь. Хуан поднял голову, посмотрел прямо в небо — туда, где за краем обрыва прятались они, — и что-то выкрикнул. Слова не долетели, поглощённые гулом вертолёта.       Грейвз кивнул.       Раздался одиночный сухой хлопок. Тело Хуана дёрнулось и завалилось вперёд, на белую пыль карьера. Филлип даже не вздрогнул. Он спокойно докурил сигарету, бросил бычок на тело и что-то скомандовал своим людям. Через минуту Тени начали сворачиваться. Прожекторы погасли один за другим, погружая дно карьера в серую, безжизненную мглу.       Элисон уткнулась лбом в холодный металл винтовки. Внутри всё выгорело, и осталась только едкая, чёрная пустота. — Сегодня я. Завтра… завтра это будешь ты.       — Он убил его как мусор. Просто потому что мог.       — Добро пожаловать в мир Грейвза, — Гоуст поднялся, отряхивая колени от белой пыли. — Он не злодей из комиксов, Элисон. Он бизнесмен. А Хуан стал убыточной статьёй расходов.       — Мы не успели бы, — Фара подошла к ним. — Мои люди нашли тела Вакерос на дороге. Алехандро и Руди отступили к южным тоннелям, они живы, но отряд почти вырезали.       — Где Прайс и остальные? — спросил Гоуст.       — В шахтах. Ждут нас.       Они начали спуск к скрытому входу в старые выработки. Элис шла как в тумане. Перед глазами стоял Хуан и багровая лужа крови под его телом.       Внутри шахты было сыро и пахло застоявшейся водой. Стены были укреплены старыми гнилыми балками, а пол устилали ржавые рельсы для вагонеток. Прайс сидел на ящике у входа, Газ стоял рядом, перевязывая предплечье. Когда они вошли, Прайс поднял глаза. По его взгляду стало ясно — он уже всё знает.       — Хуан мёртв, — констатировал он. — Грейвз официально объявил нам войну на уничтожение.       — И он её получит, — Газ затянул узел на бинте зубами. — Мы не можем вернуться на базу. Ласвелл успела передать: мы отрезаны. Тени заблокировали наши счета и аннулировали допуски. Для Лондона мы сейчас — банда наёмников, сошедшая с ума в Мексике. И, что хуже всего, он забрал Феликса. Пока мы ползли по склону, его ребята вытащили испанца из разбитого джипа Алехандро. Теперь у Филиппа обе карты на руках.       — Грейвз подготовился, — Прайс посмотрел на Элис. — Он пустил по каналам связи дезинформацию об «утечке данных» во время нашей операции в Испании. Согласно его рапорту, ты была перевербована Феликсом ещё год назад. Он утверждает, что все наши провалы в Валенсии — твоя работа, и что ты сливала испанцам наши частоты.       Элис усмехнулась, но почувствовала, как внутри всё похолодело.       — Конечно. Идеальный план. Кому поверят — герою войны Грейвзу или левой девчонке?       — Ты теперь официально враждебный элемент, а мы — твои сообщники, которые напали на Теней, чтобы защитить тебя. Грейвз сделал нас вне закона одним нажатием клавиши.       — Мы найдём выход, — Гоуст подошёл к ней. — Но сначала нам нужно выбраться из Мексики. Фара, у тебя есть связь с контрабандистами в Лас-Альмас?       — Есть, — Фара кивнула. — Но это займёт время. И это будет опасно.       — У нас нет времени, — Элис сделала шаг вперёд. — Вам нужно уходить в подполье, но мне нужно вернуться в Испанию. Сейчас же.       Все обернулись к ней. В полумраке шахты это выглядело жутковато: несколько пар усталых, недоверчивых глаз, зафиксированных на ней одной.       — Зачем? — Прайс прищурился. — Феликс здесь. Сокол, скорее всего, тоже. Что ты забыла там?       Элисон на секунду замешкалась. Сердце глухо ударило о рёбра. Сказать правду про сейф? Сейчас, когда Грейвз сделал меня главной подозреваемой? Если я скажу, что там компромат на Теней, Прайс заберёт его себе. Или, что хуже, уничтожит, если он сам замешан.       — Перед тем как Грейвз затолкнул его в вертолёт, Хуан успел мне кое-что сказать, — она понизила голос. — Он сказал, что в его старом офисе спрятана страховка. Физический архив. То, что он не доверял цифровым сетям.       — Какая страховка?       — Он не уточнил. Но сказал, что если Грейвз придёт за ним — значит, пора открывать сейф. Ещё… Там Клаудия, Прайс. Я уверена. Хуан использовал её, чтобы спрятать концы. Она была единственной, кто знал график поставок «металлолома» из Гданьска, в которых замешана Сокол. Если она заговорит под пытками Феликса или людей Грейвза — нам конец.       Прайс долго молчал, выпуская густой дым.       — Элис, — он тихо выдохнул. — Прошло почти два месяца. Клаудия — не оперативник, она гражданская девчонка, которая его предала. Феликс не держит таких в гостях так долго. Её кости уже давно стали частью фундамента какого-нибудь нового склада «PetroVal».       Элис почувствовала, как по затылку пробежал холодок, но она не отвела глаз.       — Феликс — садист, Прайс. Но он ещё и делец. Он знает, что Клаудия успела сделать копии файлов с той флешки. Он будет держать её в живых до последнего, пока не вытрясет адрес тайника. И если Грейвз так отчаянно зачищает свидетелей, значит, в этом тайнике есть то, что может похоронить его карьеру. Или вашу репутацию, если вы позволите Теням добраться туда первыми.       — Или она уже мертва, и ты идёшь за призраком, — подал голос Газ, поморщившись от боли в плече. — Это слишком большой риск ради одной зацепки.       — Это не зацепка, это наш единственный рычаг. Грейвз заблокировал ваши каналы. Вы для него — мишени, которых видно со спутника. Но я в его рапорте — предательница. Он уверен, что я погибну в очередной перестрелке или вообще затерялась в лесу. В базах я всё еще мелкий винтик. Если я появлюсь в Испании одна, система не выкинет флажок, пока Грейвз не даст на меня персональную наводку. А он не даст, потому что официально я ликвидирована. Он уверен, что живой из этих гор я уже не выберусь.       — Отпускать тебя одну — безумие, — тихо сказал Саймон. Он вышел из тени, и его массивная фигура почти перекрыла свет от фонаря. — Если Грейвз узнает, что ты жива, он пришлёт за тобой не полицию, а карательный отряд.       Она перевела на него взгляд — он стоял в тени, и его неподвижность пугала.       — Он не узнает. Он ждёт, что 141-я нанесет ответный удар здесь, в Мексике. Он ждёт, что Прайс придёт за его головой. Но он не ждёт, что рядовой техник вернётся в Валенсию за забытыми вещами Хуана. Я смогу достать Клаудию, если она жива. Или достать то, что она спрятала, если её нет.       Прайс долго молчал, глядя куда-то сквозь стены шахты.       — Хуан верил мне не потому, что я хороший солдат, Прайс, — тихо добавила она. — А потому, что я была единственной, кто не задавал лишних вопросов. Дайте мне шанс сделать это по-своему. Если я найду сейф — у нас будет доказательство его измены. Если найду Клаудию — у нас будет живой свидетель.       Прайс медленно кивнул, туша сигару о выступающий камень.       — Хорошо, — наконец выдохнул он. — Но если это ловушка… если ты идёшь туда только ради призрака этой девчонки, ты подставишь нас всех. Или если ты решишь играть в героя — я тебя не вытащу. У тебя сорок восемь часов. Потом я считаю тебя пропавшей без вести. Поняла?       Элисон посмотрела на свои руки. Пальцы были в копоти, ногти обломаны, а под кожей всё еще перекатывался остаточный адреналин после обстрела в карьере.       — Если это ловушка, капитан, я захлопну её изнутри, — тихо ответила она.       Прайс долго смотрел на неё, прежде чем коротко кивнуть.       В шахте воцарилась тяжёлая тишина. Прайс курил, глядя на карту, а Газ пытался поймать хоть какой-то сигнал на рации, пока Гоуст стоял у входа.       Шорох в глубине одного из боковых туннелей заставил всех мгновенно вскинуть оружие.       — Выходи медленно! — первым рявкнул Газ, снимая винтовку с предохранителя.       Из темноты, спотыкаясь о ржавые рельсы, показалась маленькая фигурка. Парень выглядел как привидение: лицо было серым от известняковой пыли, куртка порвалась на плече, а в слабом свете его глаза лихорадочно поблёскивали. В руках он прижимал к груди спутниковый телефон.       — Не стреляйте… — прохрипел он, едва переводя дыхание. — Это я.       — Чики? — Элис сделала шаг вперёд, опуская пистолет. — Как ты нас нашёл?       — Я спрятаться… там, в ангаре, — он сглотнул, вытирая лицо грязным рукавом. — Когда Грейвз приказать грузить Хуана в вертолёт, начаться свалка. Тени думать только о пленных, им плевать на местную шестёрку. Шеф… он увидеть меня. Уронить телефон в мусорный бак и кивнуть. Я понять. Я запрыгнуть в кузов последнего пикапа ваших люди, когда вы уходить.       Он протянул телефон Элис, и она нахмурилась, увидев, как его пальцы мелко дрожат.       — Шеф сказать… он успеть, когда его вести мимо: «Encuentra a la inglesa» . У него план, если Феликс или кто-то ещё прижать его к стене. В пригороде Лас-Альмас спрятана «Cessna» . Пилот — его человек, он должен ему жизнь. Он отвезти вас в Испанию. Но самолёт маленький, — Чики посмотрел на Прайса с опаской. — Больше двоих — и радары Теней накрыть нас над океаном.       Прайс переглянулся с Гоустом. Вариант был рискованный.       — Он выведет тебя, — Прайс кивнул Элис. — Грейвз ищет нас. Для него Чики — пустое место, а ты погибла при обстреле колонны. Это твой шанс.       Гоуст подошёл к ней, когда она уже проверяла снаряжение перед выходом. Он не произнёс ни слова, просто протянул ей свой складной нож с костяной рукояткой.       — Возьми. Пистолет в аэропорту придётся сбросить, а это… это сувенир. И помни: 48 часов. Потом я приду за тобой сам.       Элисон приняла его, чувствуя холод металла сквозь перчатку.       — Если я не выйду на связь…       — Выйдешь. Ты слишком упряма, чтобы просто исчезнуть.

▲▲▲▲▲△▲△▲

      Валенсия плавилась от зноя. Элис стояла в тени старой арки, в двух кварталах от офиса Хуана. Плечо ныло, а колено, стянутое тугим неопреновым фиксатором, казалось чужим и тяжёлым. Она была не одна. Рядом, нервно терзая край своей выцветшей куртки, стоял Чики, а чуть поодаль, у старого фургона для перевозки овощей, Тереза — та самая, чьё кафе в центре города крышевал Хуан, — негромко переговаривалась с тремя мужчинами в простых рабочих комбинезонах. У одного из них под курткой отчётливо угадывался обрез.       — Это люди Хуана? — тихо спросила Элис, кивнув на группу.       — Это те, кому Феликс перекрыл кислород, — хмуро ответила Тереза, подходя к ним. Она променяла своё обычно цветастое платье на невзрачный джинсовый комбинезон, а тёмные волосы затянула в тугой низкий хвост. — Грузчики, водители. Хуан давал им работу и защиту. Теперь Тени Грейвза вышвыривают их из порта. Они не солдаты, Элис, но они знают каждый подвал в этом районе. И они явно не в настроении.       Тереза развернула на капоте фургона помятую карту квартала.       — У парадного входа Тени. Минимум четверо снаружи, ещё столько же внутри в вестибюле. Но есть проблема хуже. По нашим данным, с чёрного входа уже зашли люди этой блядской русской. Они маневрируют тише американцев, они уже на этажах.       Чики протянул Элис тяжёлую сумку.       — Ствол, пара магазинов и портативная рация. Элис, мы не пробить тебе дорогу силой. Мы устроить шум.       — Какой шум? — Элис проверила затвор пистолета.       — Рабочий протест, — криво усмехнулся Чики и пожал плечами.       — Через пять минут парни подгонят к парадному два мусоровоза и заблокируют проезд. Начнется свалка, крики, потасовка с полицией. Тени отвлекутся на толпу. В это время ты и двое этих парней зайдёте через вентиляцию прачечной. Они доведут тебя до третьего этажа, но внутрь офиса не пойдут — у них приказ прикрывать твой отход, — объяснила Тереза, подкуривая тонкую сигарету. Она прищурилась от лучей слепящего солнца, и мелкие морщинки собрались в уголках тёмных глаз.       Уже через десять минут они двигались по узким, влажным коридорам техэтажа. Запах гладильных прессов и дешёвого порошка забивал лёгкие. Когда снаружи раздались первые гудки, крики и звон разбитого стекла — план Терезы сработал — Элисон почувствовала, как по спине пробежал холод.       Она прижалась спиной к шершавой стене коридора, стараясь не опираться на правую ногу. Плечо горело, а пот заливал глаза. Маноло и второй парень, Хосе, стояли чуть поодаль у поворота, сжимая в руках старые Беретты — такие же, как у Элисон. Они были напуганы. Это не их война, но они всё ещё верны Хуану.       — Внутри минимум четверо Теней, — прошептала Элис, проверяя индикатор на своём планшете. — И Сокол со своими. Если мы просто зайдём — мы трупы.       Снаружи, с улицы, донёсся тяжёлый гул и скрежет металла — люди Терезы заблокировали перекрёсток мусоровозами. Послышались крики, удары по железу и сухие щелчки полицейских карабинов. Внимание Теней внутри здания неизбежно сместилось к окнам.       Элисон не смотрела на дверь. Она смотрела на потолок.       В старых офисах Валенсии системы пожаротушения часто обновляли, накладывая новые трубы поверх старых. Прямо над головой проходила магистраль газового пожаротушения, которая должна была защищать архив Хуана.       — Маноло, дай мне зажигалку.       Она не стала вскрывать замок, вместо этого вскрыла сервисный люк датчика задымления в коридоре. Если датчик в коридоре зафиксирует «пожар», а Элис вручную перемкнёт контакты в щитке, система решит, что огонь отрезал пути отхода, и заполнит кабинет Хуана плотным облаком углекислого газа или галлона. Это не убивает, но вызывает мгновенную панику, кашель и полную потерю видимости.       Пальцы быстро соединили нужные провода.       По всему этажу завыла сирена.       Белый, холодный туман системы газового пожаротушения заполнил кабинет Хуана за считанные секунды. Элисон немедля ворвалась внутрь, прижав к лицу мокрую бандану, взятую у Хосе. Глаза моментально защипало от химического состава газа, а лёгкие обожгло холодом — инертный газ вытеснял кислород, и дышать становилось всё труднее.       Она не знала планировки. Всё, что у неё было — это визуальная вспышка из того момента, когда она заглядывала в щель двери: сейф справа, где-то за сорванной картой.       Элис рухнула на четвереньки. Здесь, у самого пола, видимость была чуть лучше — около тридцати сантиметров пространства, где газ ещё не успел перемешаться с воздухом. Она двигалась вдоль стены, нащупывая ладонью холодную штукатурку и ворс дорогого ковра. Лодыжка отозвалась резкой болью, когда она задела ножку перевёрнутого стула.       — Где?! — раздался приглушённый крик наёмника где-то слева. — Я ничего не вижу!       Послышалась беспорядочная очередь. Пули щёлкали над головой, выбивая щепки из мебели и заставляя вжиматься в пол. Элисон ползла, ориентируясь только на стену. Ладонь скользнула по гладкому дереву, затем по тяжёлой раме картины и наконец — по холодному, шероховатому металлу.       Это был он. Сейф.       Элис подняла голову выше, в самую гущу тумана, и её глаза тут же наполнились слезами. Прямо перед лицом, буквально в десяти сантиметрах, мигал ярко-алый светодиод. На маленьком ЖК-экране, встроенном в панель, горели цифры обратного отсчёта: 0:08… 0:07…       Рядом кто-то надсадно кашлял. Элисон протянула руку и наткнулась на чьё-то плечо. Наёмник Теней, отвечавший за взлом, сидел на коленях прямо у сейфа, ослепший и задыхающийся. Он инстинктивно попытался оттолкнуть её, но Элис, не видя его лица, просто ударила наотмашь рукояткой пистолета в ту сторону, где должен был быть висок. Тот обмяк и повалился на бок.       Пальцы судорожно нащупали кабель, идущий от планшета наёмника к порту сейфа. Планшет валялся на полу, а его экран был залит белым светом помех.       — Блядь… — прохрипела Элисон, чувствуя, как сознание начинает мутиться от нехватки кислорода.       В этот момент с другой стороны сейфа из тумана появилась рука. Тонкая, с дорогими часами на запястье, но испачканная в саже. Сокол. Она была здесь, она тоже нашла сейф по звуку и свету индикатора, но не пыталась стрелять в Элис — в этом облаке газа это было бы самоубийством для обеих. Сокол просто вцепилась в край стальной дверцы, ожидая разблокировки.       Элисон не стала бороться за планшет. Она вытащила из кармана свой дешифратор, который всё это время был у неё наготове, и буквально на ощупь выдернула кабель Теней, воткнув свой. 0:03… 0:02…       Раздался тяжёлый, утробный щелчок механизма. Внутренняя блокировка снялась.       Дверца сейфа под давлением газа внутри чуть приоткрылась. Элис и Сокол одновременно рванули её на себя. В узком пространстве между ними, в тусклом свете аварийных ламп, Элисон увидела то, за чем пришла: увесистую папку из плотной кожи и металлическую флешку на шнурке.       Элис схватила флешку. Сокол вцепилась в папку.       — Отпусти… — прохрипела Сокол, пытаясь ударить Элисон локтем в лицо. — Тебе это… не нужно…       В коридоре послышались тяжёлые шаги — Тени использовали дыхательные маски и теперь входили в кабинет, планомерно зачищая пространство.       — Контакт! — крикнул один из них, увидев в тепловизоре два силуэта у стены.       Газ выходил из труб под потолком с утробным, свистящим рёвом, превращая кабинет в ледяную белую пустоту. Температура в комнате стремительно падала, и Элис чувствовала, как инертный газ вытесняет кислород из лёгких, оставляя лишь саднящую сухость в горле. В паре метров от неё, в густой завесе пара, Сокол судорожно прижимала к лицу платок. Её светлые глаза были широко распахнуты и полны слёз от химического раздражения, но пальцы по-прежнему мёртвой хваткой вцепились в кожаный пакет. Тени уже входили в комнату; Элисон не видела их, но слышала характерный электронный гул их активных наушников и мерный, тяжёлый шаг.       — Они… видят нас… — прохрипела Элис, едва ворочая языком. Она понимала: через пять секунд Тени просто дадут две очереди на звук кашля, и на этом всё закончится.       Сокол бросила быстрый взгляд на дверной проём, где уже начали вырисовываться в инее очертания первой маски Тени. Она посмотрела на Элис, затем на сейф.       Элисон, превозмогая тошноту и ватную слабость в мышцах, нащупала под панелью сейфа рычаг ручного сброса системы пожаротушения — массивную красную рукоять, которую она заметила секундой ранее.       — Дыши… глубже… — выдохнула она и со всей силы дёрнула рычаг на себя.       Раздался оглушительный, металлический скрежет, и из магистрали над сейфом вырвался мощный столб криогенного тумана. Воздух в кабинете мгновенно превратился в ледяную крошку, а температура упала настолько резко, что тепловизоры наёмников ослепли, превратившись в бесполезные экраны, залитые сплошным белым шумом от температурного контраста. Тени, привыкшие доверять технике, на мгновение замешкались, спотыкаясь в полной темноте и тумане.       Элис рванулась к Соколу, не пытаясь отобрать папку, а просто толкая её в плечо в сторону балкона.       — Уходим! Сейчас!       Они вывалились через разбитую стеклянную дверь на узкий каменный балкон, и горячий, влажный воздух Валенсии ударил в лицо, заставляя лёгкие гореть от резкой смены давления. Элисон жадно хватала ртом кислород, чувствуя, как мир перед глазами перестаёт вращаться. Сокол, пошатываясь, прислонилась к перилам; её лицо было мертвенно-бледным, а на губе выступила кровь. Она всё еще держала пакет, но пистолет в её другой руке теперь смотрел в пол — у неё просто не было сил его поднять.       Снизу, из переулка, послышался резкий свист. Чики уже разворачивал машину, а из окон первого этажа валил дым — люди Терезы начали закидывать здание коктейлями Молотова, отвлекая основные силы Грейвза.       — Отдай… пакет, — прошептала Сокол и сорвалась на кашель. — Ты не донесешь его до своих. Тени… они повсюду.       — У меня флешка, — Элис выпрямилась, преодолевая дикую боль в лодыжке. — В пакете бумаги. Если Грейвз найдёт нас вместе, он убьёт нас. Бери своих людей и уходи через крыши.       Сокол посмотрела на неё с горькой, вымученной усмешкой.       — Ты проживёшь дольше, чем я думала, — бросила она, вытирая лицо платком. — Но если эти данные всплывут раньше, чем я покину Испанию… я найду тебя.       Она свистнула своим людям, которые уже показались на пожарной лестнице выше, и, не оглядываясь, начала подъём.       Элисон не стала смотреть ей вслед. Она буквально скатилась по лестнице вниз, чувствуя, как сустав в колене протестует против каждого движения. На последнем пролёте её подхватил Маноло.       — Быстрее, сеньорита! Машина здесь!       Она ввалилась на заднее сиденье «Сеата», и Чики тут же вдавил педаль в пол, уходя в узкие лабиринты старого города за секунду до того, как на балкон офиса Хуана высыпались первые оперативники Теней. Элис прижала флешку к груди, чувствуя, как тело бьёт крупная дрожь. Она выжила, но в руках у неё была лишь половина правды.

▲▲▲▲▲△▲△▲

      Машина Чики петляла по узким, забитым транспортом улочкам старого города, где каждый резкий поворот заставлял стискивать зубы. Адреналин медленно выветривался, оставляя после себя свинцовую тяжесть в мышцах и липкий страх. Элисон прижалась лбом к прохладному стеклу, наблюдая, как мимо проносятся патрульные машины с включёнными маячками — полиция Валенсии стягивалась к офису Хуана, но Тени наверняка уже взяли под контроль основные развязки.       — К Терезе нельзя, — хрипло произнёс Чики, не сводя глаз с зеркала заднего вида. — Мои парни передать: там уже чёрные джипы. Они перевернуть её кафе вверх дном. Если мы сунуться туда, нас принять прямо на парковке.       — Где Рамон? — Элис с трудом сфокусировала взгляд на его затылке. — Он жив?       Чики кивнул, резко перестраиваясь через два ряда, вызывая канонаду сигналов позади.       — Люди Хуана успеть вывезти его за десять минут до того, как Грейвз ударить по клинике. Доктор сейчас в Ла-Салюд, — обернулся он на секунду. — Маленькая частная квартира в районе Эль-Кармен. Шеф… держать её на крайний случай. Там есть медицинское оборудование и пара надёжных людей.       Они припарковались в тесном, плохо освещённом дворе-колодце, заставленном мусорными баками и старыми скутерами. Маноло помог Элис выбраться из машины, практически перенося её на себе. Подъём на четвёртый этаж без лифта стал для неё настоящим испытанием; каждый пролёт казался бесконечным, а перед глазами плыли серые, мутные пятна.       Квартира пахла старым деревом, антисептиками и крепким табаком. В гостиной, заваленной кипами газет и какими-то коробками, в обшарпанном кресле сидел Рамон. Он выглядел ещё более хрупким и бледным, чем на временной базе, но его глаза за линзами очков едва блеснули, когда он увидел Элисон. Рядом с ним стоял угрюмый мужчина с кобурой под мышкой.       — Вы… вы вернулись, — тихо произнёс Рамон, протягивая забинтованную руку. — Хуан… я слышал, что случилось.       — Его больше нет, — Элис опустилась на низкий табурет рядом с ним, чувствуя, как силы окончательно покидают тело. — Мне жаль.       Она достала из-за пояса серебристую флешку и положила её на кофейный столик, затем забрала из нагрудного кармана Рамона пачку сигарет и подкурила зажигалкой, лежащей на подоконнике сзади. Маленький кусочек металла казался неестественно ярким в тусклом свете настольной лампы.       — Тереза рисковала всем ради этого, — сказала Элисон, глядя на Чики. — И Сокол забрала документы. У меня только это. Он когда-нибудь говорил вам, что именно на этой флешке?       Рамон тяжело вздохнул и нервно затеребил край пледа, лежащий на его ногах.       — Хуан не доверял бумаге. Бумагу можно сжечь, подделать, залить кровью. На этой флешке не просто счета.       Чики запер дверь на три оборота и задёрнул плотные шторы. Элис, пошатываясь, дошла до стола и раскрыла подготовленный ноутбук. Серебристая флешка тускло блеснула в свете настольной лампы.       Элисон вошла в систему. Первое, на что она наткнулась, — это огромный массив данных по логистике Феликса: список портовых терминалов в Валенсии, Барселоне и Марселе, которые Феликс уже подмял под себя. Это была дорожная карта для Прайса — цели, по которым они могли ударить.       — Судя по переписке, Сокол не просто помогала Феликсу — она использовала его как ледокол, — пробормотала Элис, подпирая подбородок рукой. — Она хочет создать сеть филиалов по всей Европе, используя испанские порты как отправную точку. Но данные неполные, просто выкладки Хуана. Но масштаб угрозы поражает. Это сумасшедшая попытка построить криминальный Евросоюз.       Элисон нахмурилась, листая архив дальше. Она наткнулась на папку, датированную началом 2010-х. Рамон подался вперёд, вглядываясь в экран через линзы очков. На старых фотографиях и сканах договоров Хуан и Сокол стояли рядом на фоне порта. Сокол выглядела намного моложе.       — Они были партнёрами?.. — не веря в увиденное, выдохнула Элисон. Она посмотрела на Рамона, но решила отложить вопросы на потом.       Хуан начинал вместе с её синдикатом, помогая им закрепиться в Средиземноморье. Судя по логам, их пути разошлись, когда Сокол решила играть по-крупному, а Хуан предпочёл остаться хозяином города.       — Он скрывал это годами, держа компромат на Сокола как страховку, — Элис медленно склонила голову и перевела взгляд на Рамона, что застыл перед экраном. Рамон не знал?.. Или просто скрывал?       — Он ненавидел её, но всегда боялся… — прошептал мужчина. — Теперь я понимаю почему.       Элисон почувствовала, как по затылку пробежал знакомый холод, когда она открыла папку с маркировкой британского Министерства обороны.       По мере просмотра документов Элис всё меньше двигалась, а глаза её широко раскрылись в неверии. В файлах значились накладные фирмы по вывозу мусора «Green Way Logistics» — той самой, где она работала в юности, — и многих других, разбросанных по всей Англии. Но под слоем отчётов об утилизации скрывались другие списки: штурмовые винтовки L85, ПТРК и средства зашифрованной связи. Пунктом назначения значились фирмы-прокладки в Турции и Северной Африке. Но Хуан пошёл дальше — он отследил, куда оружие уходило после. Оно попадало в руки повстанческих группировок и террористических ячеек, с которыми официально воевала Британия.       Подписи на приказах о списании оружия как неисправного или уничтоженного в ходе учений принадлежали…       — Полковник… — прошептала Элис, и зажжённая сигарета выпала прямо из её руки на холодный пол. — Эванс?..       — Он не просто воровал, — негромко сказал Рамон, наклоняясь ближе. — Вооружал врагов своей страны ради прибыли, которую отмывал через…       — Те самые мусорные контракты, — закончила Элисон, всё ещё таращась в монитор. — Он зачистил фирму, когда полиция начала копать слишком близко к нему?.. А меня… Меня он спрятал в армии под своим крылом, чтобы я была под присмотром. Чтобы я была его инструментом, если ему понадобится тот, кто не задаёт вопросов. Когда всё это началось?.. Только ли из-за этого ты меня не убил, Эванс?       В комнате повисла тяжёлая тишина. Чики стоял у окна, сжимая рукоять пистолета. Рамон почему-то едва слышно всхлипнул и закрыл лицо ладонями, а Элис чувствовала, как внутри неё что-то надламывается.       — Элис, — тихо сказал Чики, прикусывая губу, и подошёл ближе. — Нам нужно уходить. Тени прочёсывать район. Мы не сможем сидеть здесь вечно.       Элисон медленно закрыла ноутбук. Флешка была в её руке — маленькая, холодная.       — Мне нужно связаться с Са… Гоустом, — сказала она. — Не через официальные каналы. Если я отправлю это в штаб, Эванс узнает об этом через пять минут.

▲▲▲▲▲△▲△▲

      Элис сидела на полу в квартире, прислонившись спиной к холодной стене под подоконником и куря сигарету. На коленях лежал ноутбук, экран которого освещал её бледное, испачканное сажей лицо. Чики курил в форточку, стараясь не шуметь, а Маноло пересчитывал патроны к Глоку.       — Двенадцать… — пробормотал он хмуро.       Она достала спутниковый телефон, который ей передал Гоуст перед отправкой в Валенсию, и начала устанавливать контакт. Это был канал связи последнего шанса, защищённый прыгающими частотами.       — У меня флешка. Но новости плохие, — прошептала она в трубку и затянулась.       У неё на мгновение перехватило дыхание, когда Саймон выдержал паузу.       — Докладывай, Элисон. Мы на временной базе. Тут жарко.       — Грейвз здесь, и он работает на зачистку. Но главное не это… — она сглотнула ком. — Эванс. Он по локоть в этом дерьме. Продавал списанное оружие через подставные фирмы ублюдкам на Ближнем Востоке. На флешке логи поставок.       — Блядь… — выдохнул Гоуст. Элис почти услышала, как он сжал челюсти. — Это объясняет, почему нас так быстро слили. Прайс рядом. Слушай внимательно: мы заблокированы в старом охотничьем домике в горах к северу от города. С нами Рико и Крус. У нас заканчиваются варианты.       — Вы… вы забрали их с собой? — неуверенно пробурчала Элисон и подалась вперёд, потушив сигарету в железной банке.       — Для подстраховки. Временное перемирие.       Элис слушала инструкции Гоуста, но её взгляд постоянно возвращался к файлу о Соколе. Она понимала: флешка — это только цифры. Чтобы уничтожить Эванса, нужны оригиналы документов, которые забрала Сокол.       — Слушай… — прервала она Гоуста. — Прайс хочет использовать данные по Феликсу, чтобы выманить Грейвза на склад в Альбуфере? Это хороший план — Тени проглотят наживку, если подумают, что Феликс там прячет архив.       — Именно, — ответил Гоуст. — Мы устроим им встречу, которой они не ждут.       — Тогда я сделаю вторую часть. Я найду Сокола. Она не ушла из города, я уверена. Ей нужно переждать облаву. Она знает меня. Она знает, что у меня флешка, а у неё — папка. Я попробую договориться о встрече.       — Это самоубийство, — выдохнул Гоуст спустя несколько секунд.       — Сокол ненавидит Грейвза так же, как и мы. Она не передумает, Саймон. Она видела, как горел офис Хуана. Видела, как Грейвз превратил Валенсию в тир. Она понимает: папка в её руках — это смертный приговор, если она не найдёт тех, кто сможет привести его в исполнение.       — Ты думаешь, она отдаст нам документы просто так? Она скорее выстрелит тебе в затылок.       — Нет. Без моей флешки её бумаги — это макулатура. А без её бумаг мы не достанем Эванса. Мы для неё — единственный шанс не закончить в таком же овраге, как Хуан. Она ненавидит нас, но она боится Грейвза.       — Страх — лучший клей для союзов, Элис, — выдохнул Гоуст, и она слегка усмехнулась. — Действуй.

▲▲▲▲▲△▲△▲

      Элисон сидела за обшарпанным столом, вглядываясь в строки кода и таблицы на экране. Она чувствовала себя так, словно её выпотрошили: дела Эванса, смерть Хуана, бесконечная охота. Но по мере того, как она углублялась в файлы на флешке, в её голове начал складываться пазл, объясняющий, почему Сокол так отчаянно рисковала своими людьми в офисе.       На флешке была не просто история или компромат. Там лежало то, что Хуан называл «Скелетом». Это были цифровые сертификаты и ключи доступа к автоматизированным системам управления портов Испании.       Хуан за последние десять лет полностью оцифровал свой бизнес. Все его нелегальные маршруты были вшиты в официальные протоколы таможни как белые грузы через бэкдоры в системе. Без этих ключей любая попытка Сокола воспользоваться портами превратилась бы в кошмар: её контейнеры застревали бы на досмотре, а счета блокировались. Это не вписывалось в её план по созданию своих филиалов в Европе.       — Она не сможет запустить свою сеть без этой флешки, — прошептала Элис, потирая виски. — Бумаги Сокола — это карта сокровищ, а эта флешка — ключ от сундука.       Чики подошёл ближе, вглядываясь в экран.       — Шеф как-то сказать, что больше никогда не заговорить с «esa perra rusa» . Но он слишком умён, чтобы сжигать мосты. У него остаться протокол.       — Что за протокол? — Элис подняла глаза на него. — И откуда тебе знать такие подробности? Десять лет назад ты ещё в школу ходил, Чики.       Чики затянулся сигаретой, глядя в окно на пустую улицу.       — Мой отец, — коротко бросил он. — Он был для Хуана кем-то вроде тени. Чинить электронику, ставить жучки, копаться в серверах. Шеф не доверять чужакам, он верить только тем, кто жил с ним в одном квартале много лет. Когда отец ослеп и отошёл от дел, он передать мне все схемы и частоты. Сказать: «Чики, это твоя пенсия. Если Хуан когда-нибудь упадёт, эти цифры спасти тебе жизнь».              Он кивнул на старый передатчик.       — Десять лет назад отец паять ту антенну на крыше офиса. Я тогда только помогать ему держать провода, но я помнить, как Хуан орать на всё здание. Он тогда разругаться с Птичкой в пух и прах. Он заставить отца создать выделенный канал, который не видеть ни один провайдер. Сказать: «Si esta mujer alguna vez quiere rendirse o vendernos a todos, tengo que escucharla primero» .       — И ты знаешь, как его активировать? — Элис подалась вперёд.       — Отец заставить меня выучить код доступа наизусть, — Чики коснулся своего виска. — Это спящий частота. Каждый первый понедельник месяца система посылать короткий сигнал, «пульс». Если на другом конце кто-то вводить код — канал открываться. Сегодня как раз понедельник, сеньорита. Нам не нужно ждать месяц, нам нужно просто послать «SOS» на этой частоте. Сокол понять, что это сигнал от Хуана. Или от того, кто выжить после его смерти.       Рамон кивнул из своего угла:       — Она не из тех, кто выбрасывает рации. Она параноик. А параноики живут долго именно потому, что хранят ключи от всех дверей, даже от тех, что давно заперты.       Элис кивнула, обдумывая информацию. Её размышления прервал треск спутникового телефона. Она быстро прижала трубку к уху.       — Слушай внимательно, — голос Гоуста был приглушён из-за ветра. — Мы выдвигаемся к точке в Альбуфере. С нами Рико и Крус. Переобулись. Прайс пообещал им закрыть долги и помочь семьям. Они знают все обходные пути Феликса, и сейчас они — наша единственная надежда проскочить мимо патрулей Теней. Мы будем на месте через четыре часа.       — Ты уверен, что им можно верить?       — Ровно настолько, насколько они верят в наличные. Крус беспокоится за мать, Рико — за сына. Грейвз для них — чужак, который пришёл забрать их кусок хлеба. Они помогут нам, пока мы платим. Встретимся на складе Эль-Салер. Это старая база Феликса, о которой Грейвз ещё не знает. Мы подготовим там ловушку для Теней, используя данные о местонахождении Феликса как приманку. Мы сольём Грейвзу фальшивые координаты, чтобы он стянул туда все силы, а сами тем временем выберемся из города.       Элисон замолчала, глядя на флешку.       — Есть план получше. Если мы просто сбежим, Эванс и Грейвз останутся безнаказанными. У Сокола оригиналы документов. Если я передам ей ключи доступа с этой флешки, она даст нам бумаги. Мы можем объединить усилия. Грейвз охотится за нами всеми. Соколу нужны порты, нам — Эванс.       — Ты хочешь встретиться с ней? Она тебя не пощадит, если решит, что может просто забрать флешку.       — Она знает, что я полезна. Если она убьет меня, то не разберётся в шифровании Хуана. Я ей нужна живой. Я собираюсь активировать протокол Хуана для связи с ней.       — Протокол? Хуан был связан с Соколом?       — Позже. Не сейчас. Расскажу при встрече.       Элис чувствовала, как внутри всё сжимается от напряжения. Она понимала, что ступает на очень тонкий лед. С одной стороны — ОТГ с их новыми, сомнительными союзниками в лице Рико и Круса. С другой — ледяная Птичка мафии. А где-то в тени за всем этим стоит Эванс, который, как она теперь понимала, был связан с Тенями гораздо теснее, чем казалось.       Просматривая ранее файлы о Грейвзе, Элисон наткнулась на имя, от которого у неё пересохло в горле. В списках поставщиков «Шэдоу Компани» значилась логистическая фирма, которой Эванс лично покровительствовал в Лондоне. Это не было совпадением. Грейвз не просто консультировался с полковником; он был его силовым инструментом, подчищавшим следы за Эвансом по всей Европе.       Но самым страшным был короткий отчет о передаче данных. Там значилось, что координаты Феликса в Испании были переданы Прайсу напрямую из офиса Эванса.       Элис застыла. Прайс сказал им, что информацию добыла Ласвелл. Он знал, что наводку дал Эванс, но скрыл это от группы. Для него это была лишь помощь от, возможно, старого друга, но для Элисон это означало одно: её капитан пожимал руку человеку, который превратил её жизнь в прикрытие для торговли оружием.              Доказать это было невозможно, но доверие рассыпалось в прах. Прайс не был предателем, он просто играл по правилам системы. Но в этой системе Элис была лишь расходным материалом. В очередной раз. Но показывать этого она не собиралась, пока они не разберутся с Соколом и не доберутся до чёртового Филлипа.       — Чики, — она закрыла ноутбук. — Включай радио. Скажи им, что у «наследницы» Хуана есть ключи от его королевства. И что мы готовы говорить о цене.       Маноло и Чики переглянулись.       — Ты уверена, Элис? Если Сокол прийти, она прийти не одна.       — Мы тоже, — Элисон проверила затвор пистолета. — У нас есть Прайс, Гоуст и двое злых парней Феликса, которым нечего терять.

▲▲▲▲▲△▲△▲

      Элис провалилась в тяжёлый, липкий сон прямо за столом, положив голову на сложенные руки. Ей снился гул стиральных машин в прачечной, переходящий в свист летящих пуль, и холодный взгляд Сокола. Проснулась она через три часа от того, что Хосе случайно задел стул, проходя мимо с чашкой крепкого, пахнущего гарью кофе.       — Ешь, — коротко бросил он, ставя перед ней тарелку с хлебом и сыром. — Чики сказал, выдвигаемся через сорок минут.       Элисон кивнула, чувствуя, как затекло всё тело. Она сделала глоток кофе и снова открыла ноутбук. До встречи с Прайсом оставалось время, и она хотела копнуть глубже.       Работая со строчками кода, Элис обнаружила зашифрованный канал связи. Это не были аудиозаписи, скорее, протоколы передачи данных. Она увидела, что «Шэдоу Компани» получала ежемесячные отчёты о передвижении грузов через порты Хуана ещё до того, как Грейвз официально появился в Испании. В этих документах мелькала британская логистическая компания-прокладка, через которую шли платежи. Элисон знала этот адрес — он находился в паре миль от штаба Эванса.       «Связь есть. Грейвз не просто наёмник, он инструмент, который оплачивали через те же счета, что и мой «мусорный бизнес», — подумала она, сохраняя данные. Личность того, кто отдавал приказы в Британии, была скрыта за многослойным шифрованием, но почерк был слишком знаком.       Дорога до Альбуферы заняла больше времени, чем они планировали. Чики вёл машину осторожно, избегая главных магистралей. Маноло и Хосе сидели на заднем сиденье, напряжённо вглядываясь в каждое проезжающее мимо авто.       Склад Эль-Салер представлял собой длинное бетонное здание, зажатое между солёными озерами и заброшенными рисовыми полями. Когда «Сеат» Чики въехал внутрь, Элисон сразу увидела знакомую фигуру в маске. Гоуст стоял у колонны, сжимая в руках винтовку. Рядом, у старого внедорожника, Прайс о чём-то негромко говорил с двумя мужчинами.       Элис вышла из машины. Рико и Крус тут же подобрались, непроизвольно опустив руки к поясам, но Прайс остановил их коротким жестом.       — Спокойно, — бросил капитан. — Теперь мы в одной лодке.       — Ты как? — Гоуст подошёл к ней, осматривая её лицо.       — Бывало и лучше, — она вытащила флешку. — Здесь всё. Логи, счета и ключи к портам. Но этого мало. У Сокола — оригиналы с подписями. Без них мы — просто кучка наёмников с украденными данными.       Она перевела взгляд на Рико и Круса. Те выглядели хмурыми и измотанными.       — Они знают, где Сокол? — спросила она Прайса.       — Они знают её привычки, — ответил Прайс. — Сокол не доверяет отелям. Она всегда останавливается в старом поместье у побережья, которое принадлежит подставной фирме её мафии. Рико говорит, что там есть защищённый бункер.       — Крус, — Элис сделала шаг к нему. Тот посмотрел на неё исподлобья. — Твоей матери нужны лекарства. Я видела счета на флешке Хуана. Если мы возьмём Эванса и Грейвза, я помогу тебе получить доступ к тем активам, которые Феликс от тебя скрывал. У него были миллионы, о которых вы даже не догадывались.       Крус промолчал, но его челюсть заметно расслабилась. Рико лишь коротко кивнул и сказал:       — Нам нужно топливо и боеприпасы. Если вы дадите их нам, мы проведём вас к Соколу через дренажные каналы. Тени патрулируют дороги, но в болотах они утонут.       Прайс разложил карту на капоте.       — План такой: мы используем «Протокол» Хуана, о котором говорил Чики. Элис выйдет на связь и предложит Соколу встречу. Место — заброшенный причал Пинедо. Там открытая местность, спрятать засаду трудно, что даст Соколу ложное чувство безопасности.       — Я пойду одна. Она не станет говорить, если увидит за моей спиной всех вас.       — Ты пойдёшь под моим прицелом, — подал голос Саймон. — Я займу позицию на маяке в пятистах метрах. Маноло и Хосе прикроют периметр вместе с Чики. Прайс, Рико и Крус будут в резерве в километре от нас.       Элисон посмотрела на Чики. Тот уже настраивал старую рацию, найденную на складе, но выглядел крайне неуверенным. Внезапная гибель Хуана означала не только то, что синдикат практически развалился, но и то, что теперь место Чики во всей Испании стало ненадёжным. Куда он пойдёт, когда всё закончится? Хуан был для него всем. Что теперь? Он слишком молод, чтобы погибнуть в этой войне.       — Начинай, — сказала она и, подойдя к нему, ободряюще хлопнула по плечу. — Скажи им, что ключ от портов Испании ждёт свою владелицу. И что время Грейвза истекает.       Спустя десять минут из динамика раздалось сухое потрескивание, а затем — знакомый, слишком знакомый женский голос, от которого Элис нахмурилась:       — Слишком долго ты думала, девочка. Причал Пинедо. Через два часа. Придёшь с хвостом — папка Хуана сгорит вместе с тобой.       Элис закрыла глаза, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Она знала, что идёт на сделку с дьяволом, но у неё не было другого способа достать Эванса.

▲▲▲▲▲△▲△▲

      Склад «Эль-Салер» тонул в сизых сумерках. В дальнем углу ангара, за штабелями проржавевших бочек, было почти темно — лишь узкий луч лунного света пробивался сквозь дыру в крыше, высвечивая пылинки, танцующие в холодном воздухе.       Элисон сидела на перевёрнутом ящике, вытянув правую ногу. Она пыталась затянуть фиксатор на колене, но пальцы, испачканные в масле и пороховой гари, совсем не слушались. Ткань зацепилась за липучку, и Элис, окончательно потеряв и так шаткое терпение, судорожно дёрнула её, подавляя готовый вырваться стон боли.       — Сука…       — Оставь. Сделаешь только хуже.       Она не слышала, как он подошёл. Саймон возник из тени, словно её часть, бесшумный и массивный. Он не стал спрашивать разрешения — просто опустился на одно колено перед ней. Элисон замерла, глядя на его руки в тактических перчатках, которые сейчас аккуратно расправляли складки ткани на её суставе.       — Ты едва стоишь на ногах, — не поднимая головы, произнёс он.       — У меня нет выбора, — Элис откинула голову назад, прижимаясь затылком к холодной бетонной колонне. — Эванс… он давал мне пистолет, зная, что я никогда не выстрелю ему в спину.       Гоуст затянул ремень фиксатора. Он не отпустил её ногу сразу, и его ладонь на мгновение задержалась на её колене — тяжёлая, заземляющая. Возвращающая в реальность. Элисон долго смотрела на него сверху вниз. В прорезях маски-черепа его глаза казались двумя тёмными провалами, но в них не было привычного безразличия. Когда всё так изменилось?..       — Предательство не лечится, Элисон, — сказал он, наконец поднимая взгляд на неё. — Тебе больше нечего терять. Не думай, что уязвима.       Элис медленно протянула руку, её пальцы на мгновение зависли в воздухе, прежде чем коснуться края его маски у самого подбородка. Она не пыталась её снять — это было бы нарушением единственной границы, которая удерживала Саймона в реальности. Она просто хотела почувствовать тепло живой кожи сквозь грубую ткань. Убедиться.       — Тебе тоже нечего терять? — прошептала она.       Саймон не шелохнулся. Его дыхание стало чуть тяжелее, едва заметно коснувшись её пальцев.       Два сломанных механизма, которые на секунду соприкоснулись шестерёнками.       — У меня есть задание. И моё задание — убедиться, что ты вернёшься с этого причала.       Он резко встал, разрывая контакт, оставив после себя лишь холодный воздух и колючее покалывание на кончиках пальцев.       — Иди к машине, — бросил он. — Чики готов. Прайс уже распределил сектора.       Элисон поднялась, опираясь на колонну. Колено держалось крепко. Она посмотрела на его спину, уходящую в глубь ангара к остальным.       — Саймон, — позвала она.       Он замер, но не обернулся, и негромко сказал:       — Если всё пойдёт к черту… не жди приказа Прайса. Стреляй первой.