Fate Is A Meddling Bitch

Нил | Три дня спустя

По большому телевизору с плоским экраном транслировался прошлогодний финал НАСС I Класса Экси. В зале царило тяжёлое настроение и было меньше болтовни, чем обычно: это были Вороны против Троянцев, и все они знали, их команда не уехала домой с трофеем. Это второй титул, который они когда-либо теряли, после проигрыша Лисам в году, когда Кевин начинал играть с ними, и Рико совершил суицид, но эта потеря ранила сильнее: Они проиграли не из-за всей драмы вокруг наследника и сына экси, они проиграли просто потому, что Троянцы играли лучше. После того, как команда Южной Калифорнии проиграли Лисам с уменьшенным составом, они весомо повысили свою игру. Большинство из них теперь могли сыграть по крайней мере целый тайм, если даже не всю игру, но их состав был достаточно велик, чтобы им не пришлось этого делать. Они и раньше были силой, с которой приходилось считаться, и после того, как Лисы преподали им урок выносливости и кардио, они значительно улучшились - и победили Воронов в прошлом году. Они не допустят того, чтобы это снова произошло. Вся команда (кроме их бывшего вице-капитана) была собрана с закусками и блокнотами. Хелен и Нил назначили каждому Ворону по игроку Троянцев для наблюдения и записи заметок, делая предположения о стартовой линии и распределяя лучших Троянцев между их лучшими игроками. Первокурсники делали заметки о Троянцах, закончивших учёбу с тех пор и также Троянцах-первокурсниках. Прозвучал зуммер, завершающий первый тайм со счётом 5:6 в пользу Троянцев. Хелен кивнула Нилу и он встал, всё ещё не… совсем нервничая, когда давал указания своей команде, но и не очень чувствуя себя при этом комфортно. Жан толкнул его локтем в плечо. — У нас есть много материалов, что не были использованы для официальных игровых кадров. Разберитесь с заметками и возьмите еще что-нибудь перекусить, мы сделаем перерыв и начнём с остальной части отснятого материала. Завтра мы займёмся вторым таймом. Увидимся через 15 минут. Облегчение нахлынуло на Нила, когда Вороны разбрелись, чтобы взять закуски и обсудить свои заметки без какого-либо неповиновения. Прошедшие дни были тяжёлыми, но комбинация Хелен, безоговорочно поддерживающей своего нового вице-капитана и Нила, изо всех сил старающегося помочь команде стать лучше, принесло свои плоды: большинство его товарищей по команде приняли его новую должность, даже если некоторые из них были недовольны этим. Те немногие, кто всё ещё пытался спорить, не осмеливались этого делать, если только они не находились в менее публичной ситуации. Он захватил немного черники для себя, морковь для Жана и банан для Хелен, прежде чем вернулся в их угол и опустился рядом с Жаном. Хелен была занята тем, что просматривала собственные заметки, а Жан уставился в свой телефон, как будто он лично его оскорбил (в течение дня он взаимодействовал со многими объектами, поэтому Нил решил не комментировать это). Они молча съели свои закуски, и Нил вытащил свой телефон, который жужжал у его ноги в течение первой четверти. Психованный Миньярд: твои сокомандники знают о твоих связях с М? Они обменялись несколькими сообщениями за последние несколько дней, но Эндрю так и не спросил те две истины, которые Нил всё ещё был должен ему. Нил впился зубами в нижнюю губу и уставился на вопрос, прежде чем напечатать ответ.

Только Жан. Некоторые из них подозревают, что за этим нечто бо́льшее.

Он ещё не рассказал Эндрю, что был вице-капитаном, это всё ещё держится в секрете. Но почему-то он почувствовал порыв сделать это. На самом деле он не говорил об этом ни с кем, кроме Жана и Хелен (и заверил их тренера, что с ним всё в порядке), и они оба были… предвзяты. Эндрю он не нравился, и ему не нравилась его команда. Нил чувствовал, что он держит себя в пузыре уверенности, только рассказывая своему партнёру и капитану о том, как он относится к должности вице-капитана. Это было на два человека больше, чем его мать одобрила бы в отношении любых его чувств (не то чтобы она всё равно не избила бы его до полусмерти за то, что он побежал к Стюарту и сдался на милость Морияма), и он чувствовал, что это затуманило его взгляд. Нил начал печатать, а после снова остановился. Мог ли он доверять Эндрю? Кевин дружил с Джереми Ноксом, капитаном Троянцев. Нил был бы вице-капитаном только полторы недели, когда они, наконец, сыграли бы с Троянцами, но если Нокс получит информацию заранее, Троянцы всё равно использовали бы это, чтобы понять, как Вороны вели бы себя на корте. Психованный Миньярд: ты не договариваешь чего-то Нил снова закусил нижнюю губу, скрывая улыбку, которую Жан заметил бы и стал бы расспрашивать его.

Неужели у тебя нет дел получше, чем пялиться в свой телефон и ждать моего ответа?

Психованный Миньярд: отклоняешься Нил фыркнул и схватил ещё одну ягоду. Он чувствовал взгляд Жана на себе, но проигнорировал его.

Тренер сделал меня вице-капитаном.

Психованный Миньярд: я бы поздравил тебя, но мне кажется, что выражение соболезнований так же было бы уместно

Это большая ответственность.

Почему он рассказывает Лису об этом? Психованный Миньярд: ты слишком одержим экси для неудачи

Играть — не то же самое, что и руководить.

Психованный Миньярд: ты удивлён, что они сделали тебя в-кэпом?

Это произошло раньше, чем я ожидал.

Психованный Миньярд: удобно, как и автомобильная авария Нил уставился на свой телефон. Неужели этот человек намекал на то, о чём он подумал? Это было абсурдно. Да, Ичиро хотел, чтобы его инвестиции в Жана и Нила окупились, но рисковать тем, что Вороны проиграют чемпионат, просто чтобы проверить их? Часть его команды, ушедшая в свои комнаты, чтобы взять снеки или сходить в туалет, вернулась, поэтому Нил опустил телефон в карман и сосредоточился на текущей задаче.

*

Эндрю | Один день спустя

Эндрю проснулся в тихом доме. Ники с Кевином придумали вчера глупую игру с выпивкой, и, конечно, Аарон присоединился, раздражённый тем, что Эндрю на этих выходных повёз их в Колумбию и, следовательно, лишая его драгоценного времяпровождения со своей чирлидершей. Робин не напивалась, но он видел, как она дважды за ночь бегала в туалет, чтобы её вырвало, так что она ещё некоторое время будет спать, теперь, когда её тело и разум измучены кошмарами. Эндрю втыкал в потолок его комнаты, слушая тихое дыхание Робин. Вчера вечером она спросила его, может ли она поспать в его комнате, а не на своём матрасе в гостиной, а в ответ он схватил её сумку, чтобы бросить её в угол своей комнаты. Через несколько минут он перевернулся на бок, с ужасом глядя на свою промокшую от пота рубашку, прилипшую к матрасу. Эта ночь тоже не была для него особенно хорошей. Он видел Робин, которая свернулась в крошечный клубочек, как она всегда делала. Она переросла детскую кровать у Стивена за много лет до того, как её спасли, и с тех пор она так и не отказалась от этой привычки. Её волосы были в беспорядке, а колени она прижимала к груди так сильно, что мышцы вздрагивали каждые несколько секунд. Через несколько секунд Эндрю узнал, что она прижимает к груди: Это был свитер, который он надевал вчера и бросил рядом со своей кроватью. После нескольких секунд пристального взгляда на свою подругу он решил оставить всё как есть. Она не была похожа на Кевина, ему не нужно было толкать её, чтобы она могла встать на ноги. Она была сильнее Кевина, она шла самостоятельно, снова и снова подталкивала себя к переломному моменту, чтобы стать лучше. Она схватила его свитер не потому, что боялась остаться одна и превратиться в жалкое ничтожество, а потому, что она разваливалась на части и нуждалась в чём-то, что могло бы её удержать. Эндрю тихо соскользнул с кровати. Он замер, когда Робин пошевелилась во сне, когда он собирал одежду, а она бормотала под нос, и вышел из комнаты, когда она снова успокоилась, беззвучно закрыв за собой дверь. После того, как они купили дом, он смазал маслом петли всех дверей, кроме той, что вела в его комнату. Конечно, у него был единственный ключ от своей комнаты, но он всё равно чувствовал себя в бо́льшей безопасности, когда невозможно было открыть дверь, не разбудив его. Когда Робин впервые спросила его, можно ли ей спать в его комнате, он также смазал эту петлю. Он притворялся спящим, когда она ночью бегала в туалет, чтобы она не чувствовала себя плохо из-за того, что разбудила его, и не впала из-за этого в очередную яму мыслей о самобичевании, и проигнорировал самодовольный взгляд Би, когда они говорили об этом. Он постоял секунду перед комнатой брата, пока не услышал ровный храп всё ещё пьяного человека, и спустился вниз. После короткого путешествия в ванную он приготовил завтрак (большую чашку кофе и сахарные хлопья с шоколадным молоком) и попытался сосредоточиться на своей книге. Это не очень-то получалось, его мысли кружились вокруг вчерашнего короткого разговора с чёртовым Вороном. Почему Джостен сказал ему, что он теперь вице-капитан? Эндрю не собирался говорить Кевину, потому что ему насрать на Экси, но Джостен не мог этого знать. Даже такая преданная честной игре команда, как Троянцы, использовала бы эти знания во время подготовки, а Кевин был известным фанатиком Троянцев. Эндрю не ожидал, что после ответов бывшего кролика у него появится ещё больше вопросов. Услышав шум наверху, он отогнал все мысли о Вороне и связанные с ним в сторону и сосредоточился на приготовлении панкейков. Робин зашла на кухню через несколько минут, с расчёсанными, но всё ещё жирными волосами, и остановилась в нескольких дюймах от его личного пространства, с вопросом в глазах. Эндрю отрывисто кивнул, и она подошла ближе, склонив голову на его плечо. — Насколько плохо было сегодня вечером? — Тихо спросила она. Эндрю напрягся, а затем схватил её за голову, когда она инстинктивно отпрянула назад и вышла из его пространства, заставив её снова прижаться к нему. Он не привык, чтобы кто-то замечал его кошмары, он спал в одной комнате с Аароном годами, и его близнец никогда не реагировал на его плохие ночи. — Кошмары. — Ответил он и перевернул панкейк. — Я знаю, ты не хочешь, но ты можешь разбудить меня в любое время. Эндрю подтолкнул её к шкафчику с тарелками. — Накрывай на стол, или я сожгу твой панкейк. Робин послушно достала всё, что им нужно было для завтрака. — Мне разбудить Кевина? — Он чуть не проблевался в моей машине прошлой ночью, он не заслуживает панкейков. Она усмехнулась и пошла за Ники и Аароном. Эндрю достал свой телефон и написал чёртову Ворону.

какая твоя любимая еда?

Кролик в костюме Ворона: Это твой второй вопрос?

угу

Кролик в костюме Ворона: Черника

просто черника?

Кролик в костюме Ворона: Большинство фруктов, но черника моя любимая.

если бы ты оказался в магазине, где есть всё, что угодно, и свободный выбор, ты бы пошёл за ёбанными фруктами?

Кролик в костюме Ворона: Осуждающий мудила

очень

Эндрю сунул телефон обратно в карман и продолжил печь панкейки, слушая, как дом оживает.

Позже

Кевин уже несколько дней был взвинчен, кидая на Эндрю, вероятно, как считал нападающий, подозрительные взгляды. Пока что он не открывал рот, а Эндрю не собирался спрашивать. Вместо этого он взял Робин на шопинг. Она понемногу начинала чувствовать себя более комфортно в своём теле и больше не пугалась до смерти, когда кто-то на публике смотрел на неё дольше, чем полсекунды, но как только кто-то комментировал это, она снова уходила в свою скорлупу, почти стыдясь того, что хочет чего-то ещё, не являющееся толстовками и джинсами из мужского отдела. Ники предложил помочь ей выбрать, но он был совершенно неподходящим человеком для этой работы - ей не нужны были ни успокаивающие монологи, ни радужные цвета. Эндрю стоял перед вешалкой с платьями, перебирая пальцами разные ткани. Робин не переносила ничего атласного, ибо её постельное белье в доме Стивена было атласным, поэтому о шелковистом не могло быть и речи. Он нашёл облегающее тёмно-фиолетовое хлопчатобумажное платье, в котором не было видно кожи, и более свободное зелёное летнее платье из похожей ткани. Робин только что вышла из примерочной, уставившись на приталенные тёмно-серые джинсы, которые она только что примерила, и отложила их в «да-стопку». Когда она увидела платья, которые Эндрю держал перед собой, она побледнела. — Эндрю- — Начала она и обняла себя. Стивен заставлял её носить платья почти всё время. Он ждал, всё ещё предлагая одежду. Прошло почти две минуты, после чего она разжала руки и вернулась в примерочную, забрав с собой платья. Эндрю просмотрел её кучку «да» (она делала успехи в поисках своего стиля) и аккуратно повесил одежду из нет-стопки на вешалку, чтобы сотрудники убрали её. Занавеска зашуршала, и Робин вышла в тёмно-фиолетовом платье. Её дыхание было хрупким, но ровным, и она повернулась к Эндрю, который кивнул. Они повторили это с зелёным. Оба хорошо сидели, и после ещё одной минуты, когда Робин боролась со своими демонами, а Эндрю ждал её победы, она бросила оба платья в стопку «да». Спустя двадцать минут они поедали огромные порции мороженого. Робин почти сравнялась со сладкоежкой Эндрю и вместо словесной благодарности пригласила его на «самое большое, которое есть в меню». Она всё ещё смотрела на пакет с платьями каждую вторую минуту, но сахарный шок помог ей успокоиться. — Кевин - идиот. — Заявила Робин, съев бо́льшую часть вафель, выпирающих из мороженого. Эндрю приподнял бровь. Да, Кевин был идиотом. Но не то чтобы это было новостью для кого-то, об этом редко стоило говорить. — Он вчера спросил меня как уговорить тебя сделать что-нибудь. Сначала я думала, что он про Экси, но речь о чём-то другом. Эндрю приподнял вторую бровь. — Я сказала ему, чтобы он спросил тебя после того, как мы вернёмся в общежитие. Могу я ездить впереди, если ты оторвёшь ему голову? Я менее раздражающая, чем Ники. — Усмехнулась она. Эндрю копался в куче шоколадного печенья, которое было пропитано шоколадным соусом. — Чего он хочет? — Поехать в Западную Вирджинию на следующей неделе, чтобы лично поболеть за Жана. Эндрю запихнул в рот ложку, полную печенья. Кевин действительно был идиотом. Он зачерпнул немного солёного карамельного мороженого, которое скрывалось за большим слоем крема. Затем он достал свой телефон, придвинул миску с мороженым Робин к своей, сделал снимок и отправил его Кевину. Робин пихнула ему меню. — Там указаны калории. Эндрю сделал и отправил ещё один снимок, после чего продолжил есть своё мороженое. — Присоединишься? — Задал он вопрос после пяти минут молчания (прерывающегося только агрессивным жужжанием его телефона). Вратарь удивлённо открыла рот, в её глазах было что-то мутное между тревогой и волнением. — Ты правда хочешь пойти туда с ним? Эндрю пожал плечами. У них есть время, Жан пока что не проявлял амбиций затащить Кевина обратно в Эвермор, а у Эндрю был бы шанс обменяться некоторыми истинами лично. Робин смешала искусственно розовое мороженое со взбитыми сливками, создав вихрь розовых оттенков. — Я не буду сидеть на заднем сиденье. Эндрю украл вафлю, которую она упустила. Когда они вернулись домой, остальные уже упаковали бо́льшую часть своих вещей. Эндрю поднялся, чтобы забрать и свои, и вещи Робин и предоставить Кевину возможность поговорить с ним. Он предпочёл бы, чтобы в машине Кевин спал, а нападающий не смог бы заснуть, когда он всё ещё был встревожен и на взводе. Это не заняло много времени. Кевин постучал и подождал, пока Эндрю не позвал его войти. Эндрю сидел, скрестив ноги, на матрасе Робин, складывая её одежду и запихивая её в сумку. Кевин прислонился к дверному проёму, наблюдая за ним. Эндрю взвесил варианты «раздражающий Кевин» и «Кевин уснёт в машине», и, наконец, спросил: — Что? Кевина передёрнуло. — Можем ли мы посмотреть финал? Жан сохранил бы нам места. Эндрю встал и указал на матрас на полу. Он уже снял простыни, но он всё ещё находился в гостиной. Кевин нахмурился, но послушно принялся за работу. Внизу Робин заставляли демонстрировать новую одежду, которую она купила. Эндрю отнёс сумку с платьями наверх, пока остальные не увидели; он был не в настроении убивать Ники сегодня. Сейчас Робин переодевалась в наряд для Райских Сумерек, а Ники болтал о том, как хорошо она выглядит. Робин не возражала против переодевания на глазах у Эндрю, она неофициально переехала в их общежитие после их разговора по душам на первом курсе и быстро отбросила всякое чувство скромности ради удобства. Этому способствовало то, что Кевин был верен своей ракетке, Аарон смотрел только на Кейтлин, а Ники был таким же геем, как и он. Робин спросила Эндрю, не против ли он, прежде чем впервые полностью раздеться перед ним. Эндрю уставился на неё, а потом два часа простоял на краю крыши, прежде чем позвонил Би, которая помогла ему разобраться с эмоциями, которые вызвала внимательность Робин. Несколько месяцев спустя Робин объяснила ему, что переодевание перед ним - это одна из тех вещей, которые «я заставляю себя делать это настолько, насколько возможно», но она не стала бы этого делать, если бы Эндрю это не устраивало, потому что не хотела, чтобы конфронтация с травмой причинила ему дискомфорт. После этого разговора Эндрю снова оказался на краю крыши. Эндрю встал позади неё и завязал шнурок фейкового корсажа, пока у его кузена не возникло никаких идей; сейчас Робин была в порядке, но он был уверен, что сегодня она не хочет, чтобы к ней прикасались. После того, как он аккуратно завязал корсет, не касаясь пальцами открытых участков кожи, она надела кожаную куртку, которую он выбрал, и откинула волосы назад в позе, в которой, вероятно, была виновата Эллисон. Ники вскрикнул. Аарон как раз заходил на кухню, подняв бровь на самого младшего члена их семьи. — Ты убираешься лучше, чем ожидалось. — Сухо прокомментировал он. Робин отмахнулась от него и аккуратно отошла в сторону, когда Ники попытался её обнять. Взгляд Эндрю остановил идиота от повторной попытки. — Мы вернёмся сюда на следующих выходных? — Спросил Аарон с безразличным выражением лица, заглядывая в холодильник. Эндрю на мгновение задумался о том, чтобы заставить его подождать ещё немного, но решил не делать этого ради спящего Кевина. — Нет. Робин, Кевин и я проведём следующую неделю в Западной Вирджинии. Ники и Аарон уставились на него. Стук из гостиной означал, что Кевин тоже его услышал. — Вы собираетесь посмотреть игру Воронов? — Спросил Ники. Робин занялась переодеванием в толстовку и мешковатые джинсы. Кевин появился в дверях, нетерпеливый, как щенок. — Это значит да? Эндрю подхватил сумку Робин, а также свою, и вышел через парадную дверь, покончив с глупыми вопросами.

Нил | Вечером

Нил в ужасе ждал следующую неделю. Особенно игру против Троянцев. В этом году Вороны сплотились, по сравнению с прошлым годом их состав был лучше: На год меньше травмированных игроков, на год больше молодых Воронов, чтобы улучшить свою игру. Тем не менее, он знал, что Ичиро будет присутствовать на игре и припишет каждый промах вице-капитану. Ему нужно было, чтобы его команда играла так, будто от этого зависела их жизнь, потому что от этого зависела жизнь Жана, а также, Нил не собирался сдаваться без боя. Однажды во время их пребывания в Британии Нил допустил несколько ошибок, слишком сильно разозлив Воронов на интервью с британским репортёром, который был женат на американской фанатке Экси, и поэтому задавал много вопросов, которые выводили Нила из себя. Через день Стюарт обнаружил, что встречает непрошеного гостя в своём доме, а Ичиро поговорил с Нилом наедине. Он показал ему записи о повседневной жизни Жана и видеозапись какого-то бедняги, который не выполнил свою часть сделки с Морияма. Нил просмотрел весь ролик, никак не отреагировав на это - новый головорез Ичиро был не так хорош, как его отец, но отчаянные крики и мольбы по-прежнему преследовали его в кошмарах, где голос превращался в голос Жана. Ичиро дал ясно понять, что Нил не умрёт первым, что у него есть один предупреждающий удар. Проигрывать не было вариантом, но он также не знал, как сделать так, чтобы они победили. Жан вышел из комнаты, чтобы поговорить с Кевином, а Нил сидел за своим столом, надев одну из толстовок Жана и пытаясь сосредоточиться на эссе по японскому языку, которое он завтра должен был сдать. Судя по тому, как сильно болела его шея от сгорбленной позы, когда Жан вернулся, он уже довольно долго пялился на пустой лист бумаги. — Болван. — Констатировал Жан. Нил поднял глаза от домашнего задания и скривился от резкой боли, обжегшей шею, и развернул стул, вместо того чтобы смотреть на своего партнёра через плечо. Жан подошел к нему, его руки нависли над шеей Нила, пока тот не дал разрешение отрывистым кивком. — Глупый росбиф. — Отругал его Жан, когда Нил тихо застонал под массажем. Защитник прорабатывал узлы Нила, не обращая внимания на болезненные звуки, которые он издавал, пока Нил не почувствовал головокружение от боли и облегчения. — Как Кевин? — Спросил он, надеясь хоть как-то отвлечься. Жан удивил его тем, что не сразу воспользовался этой возможностью, вместо этого он надавил большим пальцем на одну из ещё не ослабленных частей шеи Нила. Нил взвизгнул. — Он придёт посмотреть на игру. Кросс и твой карлик тоже будут здесь. У Нила перехватило дыхание, когда он уставился на более высокого защитника. Жан сжал губы в ровную линию, выражение, которое большинство людей истолковало бы как презрение, но Нил принял его за неуверенность. Через несколько секунд его партнёр подтвердил его суждение. — Ты не против? Нил наклонился вперед, упёрся лбом в живот Жана и вздохнул. Технически это не должно его беспокоить, он сделает всё возможное на корте, независимо от того, кто будет в списке гостей, потому что Ичиро так или иначе будет смотреть. И не важно, как закончится игра, последствия будут происходить за закрытыми шторами. Нил уже некоторое время задавался вопросом, как Морияма в конце концов убьют его. Прецедентов самоубийства, как в случае с Рико, было не так уж много, Нил враждовал с большинством других команд, но у него не было трещин в рассудке, как у Рико в последние месяцы его жизни, если сказать больше, он становился более уверенным в общении с прессой в стиле Ворона. Несмотря на то, что Нил был (почти) уверен, что автокатастрофа была не более, чем несчастным случаем, вторая автокатастрофа привлекла бы нежелательное внимание. Может, он отправился бы в отпуск, доска для сёрфинга раздробила бы ему руки и лишила возможности когда-либо снова сыграть в Экси; если бы Рико не был так ослеплён своей яростью, он бы лучше справился с Кевином, и история для прикрытия была бы хороша. Люди Ичиро не повторят его ошибок. Нил закрыл глаза. Рука Жана грубо провела по его волосам. — Окей. — Тихо ответил Нил. Жан издал прерывистый вздох, который заставил Нила поднять на него глаза. — Как дела с Кевином? — Не убивай его. Он ублюдок, но… — Жан отвернулся от Нила и посмотрел на единственную фотографию в их комнате общежития, на которой был изображён Рико. Рико, Кевину и Жану тогда было около 13 лет, нападающие уже получили шрамы от того, что показали им Морияма, уже пытались справиться с легкостью, с которой Мясник разделал человека, а Натаниэль наблюдал за этим несколько лет назад, но ещё не были так сломлены, как могли бы. Руки Жана обхватили плечи его друзей, он улыбался в камеру с такой беззаботностью, которую Нил видел реже, чем мог сосчитать на пальцах. — По-настоящему он ещё не извинился. Он спросил меня, хочу ли я извинений, и я сказал нет, потому что это ничего не изменит. Он сказал, что всё равно извинится в какой-то момент, но только тогда, когда я захочу это услышать. Что-то в груди Нила напряглось, пока он слушал своего напарника. Он отчаянно хотел, чтобы Жан помирился с Кевином, но не знал, как поступить теперь, когда это произошло. До этого всё было просто - держать всё, связанное с Кевином, подальше от Жана, потому что это ранило Жана. Теперь же всё было запутано. Он обхватил рукой нижнюю часть туловища своего партнёра и намеренно не смотрел на него, чтобы Жан мог сосредоточиться на их разговоре, вместо выражения его лица. — Как думаешь, ты когда-нибудь захочешь услышать это? — Ответить на этот вопрос было и так достаточно сложно, но они оба знали, что за ним кроется нечто большее: Хочешь ли ты когда-нибудь простить Кевина? Хочешь ли ты сделать новые воспоминания с ним? Хочешь ли ты дать ему ещё один шанс? Хочешь ли ты распаковать эту часть своей травмы, несмотря на то, что нашёл способ жить с неровными краями? Нил ждал. Жан вздохнул. — Возможно, в какой-то момент. Я не узнаю, если не дам ему попробовать, не так ли? — Жан был неуверен в себе, и Нил не мог его винить. Первым и единственным настоящим другом Нила был Жан, он никогда не подпускал никого настолько близко, чтобы причинить ему такую боль. Нил честно не представлял, как он справится с этим, он не мог представить, чтобы Жан сделал с ним то, что сделал Кевин, даже зная, что Жан когда-то думал о Кевине точно так же. — Он не мой карлик. — Запоздало отреагировал Нил на обвинение и локтем ударил Жана в живот. Защитник вскрикнул и начал десятиминутную тираду о том, как сильно существование Нила лично его оскорбляет и как он с нетерпением ждёт, как Троянцы разорвут его на части и, возможно, после этого скормят его куски Лисам. Нил мягко улыбнулся и позволил всему этому захлестнуть его, после чего его партнёр окончательно признал его недостойным собеседником и отправился спать. Нил отказался от идеи закончить эссе по японскому и вместо этого залип в свой телефон.

Слышал, ты хочешь посмотреть, как мы победим Троянцев.

Это заняло всего несколько минут. Психованный Миньярд: кое-кто обрёл уверенность, в-кэп Нил нахмурился, глядя на свой телефон. Он не объяснил Миньярду подробности своего имущественного положения, но если тот был настолько умён, насколько казался до сих пор, он знал, что проигранный сезон не просто заденет гордость Нила. Его мысли вернулись к предположению, что автокатастрофа была не просто несчастным случаем.

Я думал, тебя не волнует экси

Что Кевин обещал тебе?

Три точки появились и исчезли. Нил грыз большой палец, уставившись на экран. Психованный Миньярд: френчи хорошо себя ведёт. робин выходит из дома. кевин затыкается, когда я угрожаю ему отменить это. Это было не совсем то, чего ожидал Нил, но он также не знал, чего ожидал вместо этого. Возможно, не такой честности, так как не его очередь.

А ты? Ты хочешь посмотреть игру?

Психованный Миньярд: я ничего не хочу Нил обдумал эти четыре слова. Это был странный выбор слов. Большинство людей выбрали бы мне ничего не нужно (игнорируя тот факт, что большинство людей, как правило, не говорят ничего подобного). Нил свободно говорил на пяти языках, работал ещё над двумя и мог понимать ещё дюжину. Изучение сходств и различий между столькими языками означало, что он довольно глубоко понимал сложную природу человеческого общения, как люди используют определённые слова или фразы на разных языках, как рамки, которые предоставляют языки, формируют мысли тех, кто их использует - самым распространённым примером были десятки слов для обозначения снега в группе языков инуитов, по сравнению с двумя-пятью словами в более южных районах мира. Большинство людей не задумываются о том, как они используют язык, в то время как Нил был вынужден тщательно подбирать слова: С каждым новым городом, в котором оказывались его мать и он, ему приходилось изучать специфический сленг, идиомы, диалект. Не имело большого значения, что он говорит, пока он говорил это в правильной манере, вписаться в которую означало копировать поведение других людей. Всё в Миньярде было преднамеренным и умышленным. Значит, и этот выбор слов тоже. Нил просто понятия не имел, что оно означает, и ещё меньше знал, как об этом спросить.

Я хочу взять свою очередь

Что за сделка с Робин?

Нил сильно сомневался, что они были лучшими друзьями, потому что оба были вратарями. То, как Робин вела себя в баре, как не отступила после того, как Миньярд сказал своим людям не вмешиваться в его разговор с Нилом (и Жаном), и то, что она подошла к Нилу и с такой легкостью изложила намерения Миньярда в нескольких словах, означало, что она что-то значит для него. Она не могла быть его соулмейтом, но его как-то… удивила мысль о том, что у человека, который вёл себя как Миньярд, есть настоящие друзья. Не то чтобы у других Лисов не было такого же дерьмового детства, она бы нашла кого-нибудь другого, чтобы сблизиться. Психованный Миньярд: у меня нет с ней сделки

Что ты имеешь в виду?

Психованный Миньярд: вороны тупее, чем я думал Психованный Миньярд: помог ей найти хребет Психованный Миньярд: по словам би (мой терапевт) мы друзья Нил открыл рот в беззвучном о. Ещё больше неожиданной откровенности. Да, он свернул с пути, и до сих пор Миньярд отвечал на все его вопросы, но это чувствовалось по-другому. Это было больше, чем он догадался бы попросить.

А по-твоему?

Нил наблюдал, как три точки появлялись и исчезали, снова и снова. Через несколько минут он изменил контактное имя Миньярда, и незадолго до этого на экране появился ответ. Эндрю Миньярд: би хороша Нил подавил улыбку, он чувствовал, что взгляд Жана задерживается на нём с кровати. Ему не терпелось снова увидеть Миньярда — Эндрю — и было любопытно, что за молодая женщина была достаточно важной, чтобы стать темой его терапевтических сеансов.

Спасибо за честность.

Меня вынудили на терапию в Британии, а здесь у меня есть обязательная сессия каждый семестр, но я только рассказываю экси статистику.

— Не делай такое лицо. — Голос Жана напугал Нила. — Какое лицо? — Спросил Нил, ошеломлённый. — Твоё проблемное лицо, болван. Не делай его. Я не хочу неприятностей. — У меня нет проблемного лица. — Иди посмотри в зеркало. Нил отмахнулся от своего партнёра и отвлёкся на ответ Эндрю. Эндрю Миньярд: почему Эндрю Миньярд: это не считается как моя очередь Нил прикусил нижнюю губу. Это ощущалось как тест. Он мог отвертеться от него, не дав вразумительного ответа, мог солгать, мог вообще не отвечать - и всё это без нарушения их договора. Но он уже добровольно предложил эту информацию о себе.

Не люблю, когда люди копаются в моих мыслях.

Эндрю Миньярд: все эти "лечь на диван и позволить им выведать твои секреты" — не то, как это работает

Я не нуждаюсь в терапии.

Эндрю Миньярд: конечно Нил боролся с желанием откинуть телефон. Ему не нужна терапия. Что случилось, то случилось, он уже ничего не мог изменить, а выплакать душу кому-то, кто зарабатывал на жизнь тем, что разбирался в других людях - только создаст проблемы. Особенно потому, что он не мог говорить о Морияма, о своём дяде и его мафии, о том, что обществу не было известно о его отце, о том, что Рико и его люди сделали с ним на первом курсе, и вообще обо всём том дерьме, из которого состояла его жизнь.

Психолог по образованию обратил внимание на то, что моя мать была жестокой, когда я не долго ходил в школу.

Нас почти убили, потому что он сообщил полиции

Нил всё ещё чувствовал, как внутри него поднимается гнев, когда он думал об этом грёбаном уроде. Бегство всегда было беспорядком, люди его отца настигали их десятки раз, и их побеги почти никогда не были чистыми, но это была самая хреновая катастрофа. А всё потому, что один парень увидел один из шрамов Нила и решил устроить из-за них ад. Он был почти уверен и в том, что кровь была под его ногтями, и в том, что он вдохнул солёный воздух. Нил потёр грудь, над шрамом от ожога, и сосредоточился на дыхании. — Болван. — Голос прозвучал где-то за сотнями миль отсюда, Нил едва различал, что говорит его партнёр. Всё, что он слышал, было отвратительным скрипучим звуком, издаваемым трупом его матери, когда он пытался вытащить её труп из машины. Нил понятия не имел, как он оказался на их кровати, но он лежал на спине, Жан обнимал его, нежно поглаживая по волосам. Тёплый вес защитника вдавил его в матрас, удерживая Нила на месте, подальше от горящих машин и костей в рюкзаках. Нил вдохнул и закрыл глаза. Он больше не стыдился этого, не перед Жаном, но он всё ещё ненавидел это. Он доверял своему напарнику свою жизнь, но ненавидел, когда он разваливался на части, когда куски, которые он разложил по коробкам и засунул подальше, выливались наружу, как яд, сжигая его изнутри. Он ненавидел, когда Жан должен был держать его вместе, чтобы не дать ему распасться. — Как думаешь, я смогу уместить твоего карлика в детский гроб? Они дешевле. — Голос Жана был специально подстроен под нейтральный, но Нил всё равно вздрогнул. — Что? — В одну секунду ты пишешь ему, в следующую ты, скорчившись на полу, задыхаешься. — Прорычал его партнёр. Нил обхватил руками более высокого мужчину. — Он ничего не сделал. Я рассказал ему о психологе из Швейцарии. Напряжение не покинуло тело Жана, но он опустился рядом с Нилом, всё ещё возясь с его волосами. — Почему? Нил закусил нижнюю губу. — Он спросил меня, почему я не люблю терапевтов. — И ты решил излить свою душу. — Ощетинился Жан. — Жан. — Сказал Нил. Это были просьба, утверждение и вопрос, заключённые в одном слове, переведённом так, как они могли безошибочно читать друг друга. Я хочу поговорить с ним. Я в порядке. Если ты скажешь, что мне не стоит, я прекращу, без вопросов, без колебаний, без упрёков. Я доверяю тебе. Ты хочешь, чтобы я перестал разговаривать с ним? И без того кислое лицо Жана перетекло в ярость. — Если хоть один волос упадёт с твоей головы. — Пригрозил Жан. Ему не нужно было заканчивать фразу. Они оба знали более чем достаточно людей, которым они не хотели бы оказывать услугу, но готовы были бы заключить сделку, дабы защитить другого. Нил расплылся в улыбке и приподнялся на локте. — Я хочу, чтобы у тебя был шанс разобраться с Кевином, поэтому я позабочусь о том, чтобы Миньярд оставался на месте столько, сколько вам, ребята, нужно. Жан не выглядел особенно счастливым. — Ты всё ещё должен мне объяснение. — Это не было требованием. Они никогда не заходили слишком далеко, не друг с другом. Нил сел, схватив подушку Жана и стал играть с тёмно-красными швами, прижимая её к груди. Он знал, что Жан в итоге спросит его, и был готов к ответу, как никогда. — Двадцать две личности. Иногда мы не задерживались достаточно долго, чтобы по-настоящему познакомиться с кем-то. Иногда мы оставались на несколько недель, и когда моя мать считала это достаточно безопасным, мне разрешалось играть с другими детьми или гулять с собакой нашего соседа. А потом мы снова исчезали. Пострадали люди. Мы спали с пистолетами под подушками, а стены в квартирах были дерьмовыми. Иногда, недели спустя, я читал в новостях, что кого-то в соседней с нами квартире зацепила случайная пуля и он не выжил. Моя мать пыталась ранить только людей моего отца, но у нас не раз случались автомобильные аварии, в которые попадали и другие. Жан слушал, не сводя серых глаз с лица Нила. Нил сглотнул, но не смог вытащить комок из горла, горе и слабый намёк на вину, которые он научился чувствовать за последние несколько лет, захлестнули его. — Некоторое время я собирал заявления о пропаже человека о себе. Когда моя мать нашла их, она избила меня до полусмерти, потому что это был самый глупый и опасный поступок, который я совершал за последнее время. Но они были доказательством того, что я настоящий. Что во мне есть что-то большее, чем бег. Что люди помнят меня. След, который я оставил после себя, более кровавый, чем след Кевина. Иногда я всё ещё боюсь, что ты уйдёшь, оставив меня позади, или, что ещё хуже, я оставлю тебя. Что я буду бежать без оглядки, не дожидаясь, пока ты меня догонишь - не сказал Нил — Я бы никогда не попросил тебя поговорить с ним по этой причине. Но… — Пять языков, но Нил всё ещё не мог найти слов для того, чтобы описать, что он думает. Что-то изменилось на лице Жана, когда он понял, что Нил пытается объяснить. Он понимал Нила на уровне, выходящем за рамки языков, на которых Нил говорил. — Болван. — Произнёс Жан и схватил Нила за подбородок, чтобы заставить его вернуть взгляд. Нил снова сглотнул, так же без успеха. — Ты был ребёнком и бежал от Мясника. Твоя мать отдавала приказы. Ты не мог послать письмо с вопросом, как прошел День благодарения у твоего соседа, владеющего собакой, потому что ты был занят тем, что выпрыгивал из машин, получал пули или резал кого-то. Ты включил меня в свою сделку с Ичиро, чтобы вытащить меня из Гнезда и подальше от Рико. Нил открыл рот, чтобы поспорить, за что получил щелчок по носу. Он фыркнул, но не попытался снова перебить Жана. — Кевин был цел, невредим и защищён, даже до смерти Рико. Он мог послать письмо Стюарту, Тея дала бы ему наш адрес. Он мог хоть что-то сделать, но ничего не сделал. Не смей сравнивать себя с Кевином. Нил слегка кивнул и вытер лицо рукавом. В детстве он разучился плакать, слёзы появлялись только в ответ на сильную физическую боль, но всё же казалось, что эмоции струятся по его лицу. — Иди, пожелай своему карлику доброй ночи и перестань мешать мне спать. — Указал Жан и столкнул Нила с кровати. — Лягушка. — Пробормотал себе под нос Нил и с легкостью избежал удара подушкой, когда Жан кинул её. Его телефон лежал рядом со столом на полу. Нил поднял его и просмотрел сообщения. Хелен написала сообщение, отправляя его спать. Несмотря на себя, Нил улыбнулся и пожелал ей спокойной ночи, прежде чем открыть сообщение Эндрю. Эндрю Миньярд: он был прав? Нил усмехнулся.

Нет.

Его мать избивала его, но не потому, что была абьюзивной. Они не могли позволить себе облажаться, ошибки были смертельно опасны. Поэтому она должна была убедиться, понимает ли и следует ли он её указаниям - это то, в чём Нил никогда не был хорош. После того, как он поставил телефон на зарядку, он скользнул под одеяло в постель Жана, прижавшись к широкой спине партнёра. Нил был значительно ниже Жана, но они уже давно нашли способ приспособиться, и теперь их тела прижимались друг к другу, пока не оставалось свободного пространства. Он прижался носом к шее Жана и заснул через несколько минут.