О спасении утопающих

      — Почему ты не убил его?       Я посмотрела на спящего «монолитовца», связанного по рукам и ногам на тот случай, если его крепкий организм решит проснуться до нашего ухода. Во сне он нахмурился и поёжился от холода, и я, поддавшись внезапному приступу сочувствия, накрыла его тем самым плащом.       Стрелок промолчал, даже не выдал очередную колкость. Засунув руки в карманы, он задумчиво смотрел на спящего, как будто пытаясь что-то понять и подобрать нужные слова.       — Просто… Не хочу убивать, — наконец, выдавил он из себя.       Я кивнула. Видимо, он ещё не готов рассказать всю правду. А может, и не будет готов, в конце концов, я ему не подруга и даже не хорошая знакомая, чтобы он вдруг захотел делиться чем-то личным.       Остаток ночи мы решили провести в том же доме, в этой же комнате. Здесь водятся снорки, и одной Зоне известно, сколько ещё этих тварей может бродить в окрестностях. В лучших традициях бывалых сталкеров мы развели костёр прямо в помещении — стёкол в окнах всё равно нет, так что удавиться дымом не получится, хотя «дрова» из отсыревших деревьев и старых дверных косяков знатно воняли, выделяя больше гари, чем тепла. Но даже такой огонь лучше, чем ничего.       Я взглянула на свои руки — одна обожжена, на второй содрана кожа. Такие мелочи, но как же больно! На левой щеке отпечаталась ладонь уже мёртвого монолитовца, на лбу вскочил жирный прыщ. Безумно хотелось в душ, сменить бельё и почистить зубы. Оказывается, простые вещи могут стать настолько ценными, если они недоступны. Я расплела косу, которая от грязи и влажности начала превращаться в мочалку, и окончательно почувствовала себя чучелом. Стрелок, сидевший напротив, выглядел не лучше – разбитое лицо, бледная, как будто восковая кожа. Ну, у него хотя бы волосяной покров стремится к лысине, уже чуть легче.       — И всё-таки, чем ты его вырубила? — внезапно спросил он.       — Феназепамом. Не спрашивай.       — Бессонница? Эпилепсия? — он проигнорировал мою просьбу.       — Проблемы с психикой... Небольшие, — коротко ответила я, про себя отметив, что он «в теме». Откуда?       — А ты знала, что в НИИЧАЗ не берут… ну, с диагнозами?       — Знала, конечно! — я начинала раздражаться. — Сдашь меня Соколовой?       — Нет, что ты. Я не о том... Просто напоминаю, чтоб ты не рассказала кому-нибудь лишнего. А для Соколовой мы напишем отчёт, опустив этот момент.       — Ладно, — я улыбнулась, поняв, что зря психанула. — Спасибо.       До утра оставалось несколько часов, так что выспаться никто из нас не успеет. Зато получилось выпить воды и съесть банку тушёнки, чтоб хоть немного восстановить силы. Завтра опять предстоит тяжёлый день, хотя лёгких дней в Зоне и не бывает — нам нужно как можно быстрее добраться до Бармена и попытаться добыть информацию про Тараса, чтобы найти Профессора. Я вспомнила дом Доктора, работу с аудиозаписями, нашу идиотскую пьянку… Казалось, что это было сто лет назад, а не вчера. Стрелок взглянул на часы и сообщил, что каждый из нас может поспать примерно по полтора часа, если ляжет прямо сейчас, поэтому я с радостью забралась в спальник.       Паша остался нести дежурство. То ли от переутомления, то ли от холода я опять не могла заснуть, поэтому просто лежала с закрытыми глазами, периодически открывая их и глядя на своего напарника. Напарник… Могу ли я так назвать человека, которому моё общество, возможно, в тягость? Не знаю.       В очередной раз приоткрыв глаза, я увидела, что Стрелок встал с насиженного места и сел на корточки перед Шрамом. В голове вихрем пронеслись самые страшные мысли, но я их разом отбросила, увидев выражение лица Стрелецкого — абсолютно спокойное, задумчивое. Он смотрел на спящего почти не моргая, с какой-то невыразимой тоской или сожалением. Я вновь почувствовала, что просто сгораю от любопытства, но задавать вопросы утром я точно не буду. Возможно, я увидела то, что не должна была. Как только Стрелок шевельнулся, я немедленно закрыла глаза и притворилась глубоко спящей.

***

      На удивление, до бара «100 рентген» мы дошли без приключений, если не считать небольшого расстройства желудка из-за просроченной консервы. Оказалось, Стрелок стащил её у монолитовцев, а я была слишком уставшая, чтобы проверять срок годности. Иногда мужчинам нельзя доверять даже в самых банальных вопросах.       Наступил очередной осенний вечер в Зоне. Я сидела за стойкой, блаженно потягивая дешёвый, но при этом восхитительно вкусный растворимый кофе, пока Стрелок по другую сторону тихо общался с Барменом. Я не слышала разговор, но всё и так понятно — один пытается выведать информацию о некоем сталкере, а другой пытается понять, какую выгоду можно с этого заиметь. Стрелок всё равно расскажет мне суть разговора.       В баре почти никого не было, небольшое подвальное помещение тускло освещалось несколькими лампами. Я рассматривала плакаты на стенах и нехитрый интерьер — в целом, здесь достаточно уютно, и, главное, безопасно. Это очень хорошо. Мои чистые и ещё влажные волосы рассыпались по плечам, и я то и дело ловила на себе мужские взгляды — заинтересованные, восхищённые, а то и просто похотливые. К счастью, ещё при заходе в бар Стрелок чётко обозначил, что я с ним, и соваться не стоит, поэтому никто не нарушал мой покой. Бармен организовал для нас настоящий душ с тёплой водой из ржавого бойлера (за не очень умеренную оплату), но в нынешних условиях это казалось настоящей роскошью. Я смыла с себя грязь и пот всех прошедших дней куском обычного хозяйственного мыла, и теперь, казалось, кожа скрипела и сияла от чистоты. Конечно, расчёсывание моей гривы превратится в настоящую пытку, но это ерунда.       Стрелецкий вышел из-за стойки и уселся рядом со мной, попросив Бармена начислить ему 50 грамм.       — Ну что? — спросила я его.       — Всё отлично. Тарас действительно работает на Бармена, сейчас он на задании где-то в районе Свалки, должен вернуться завтра.       — А если не вернётся? — засомневалась я, вспомнив, что Зона — дама переменчивая.       — Да навряд ли, он должен принести какой-то артефакт, который ждут на большой земле, завтра крайний срок. Если не придёт… Пойдём на поиски тела, — резюмировал Паша, отхлебнув горькой.       — Понятно. И сколько стоила эта информация?       — Лучше тебе не знать, — пробурчал он, опрокидывая в себя остатки водки.       Решив последовать примеру Стрелка, я попросила Бармена налить немного и мне. Не то, чтобы я была любителем дешёвой водки, но других напитков здесь просто не водилось, а мне, кажется, сейчас нужно что-то покрепче кофе. Я сделала глоток и поморщилась — отвратительно. Стрелок усмехнулся и чокнулся со мной рюмкой, после чего я — была не была! — выпила до дна эту гадость, как будто горькое лекарство. Спустя несколько минут мы ещё немного «полечились», а потом ещё и ещё, и мир стал приобретать более тёплые тона, а душа захотела долгих бесед.       — Слушай, — первым начал разговор Паша. — А тебе правда ренегаты дали ПМ?       — Ну, да… Сказали, что у меня миссия такая — тебя спасти, — улыбнулась я.       Паша хмыкнул и задумчиво покрутил в руках рюмку. Впервые за всё время я увидела на его худых щеках румянец. Должно быть, водка и ему дала в голову.       — Когда мы уже почти подошли к посёлку, я услышал выстрел на отдалении, позади нас. Это была ты?       — Ага, — немногословно ответила я.       — Ну и? От кого отбивалась?       — Да ни от кого, в общем-то. Там был зомби, он сам попросил.       — Эх, Александра. Когда-нибудь твоя жажда всем помочь тебя погубит. Зомбаки, которые ещё соображают, часто просят их убить… Ну, чтоб не мучиться. Я предпочитаю не тратить патроны. И не палиться, потому что именно в этот момент Шрам заподозрил, что ты таки пошла за нами, — наставническим тоном сказал он, влив в себя ещё жидкости.       — Паш, — начала я, вздохнув. — Я понимаю, что ты в Зоне не первый год и знаешь многое, и в плане выживания в полной жопе тебе нет равных и всё такое, но… Можно я сама буду принимать решения? Ведь по итогу всё хорошо.       — Да, прости. Ты права, — пьяно улыбнулся он, подвигаясь ближе ко мне.       В следующую секунду Стрелок панибратски закинул руку мне на плечо, ткнулся в меня лбом и тихо сказал:       — Ты странная и ни хрена не знаешь про жизнь в Зоне, но… ты молодец. Спасибо, что не бросила.       Я ничего не ответила, просто взяла его руку, которую он уже убрал с моего плеча, сплела пальцы и сжала тёплую, жёсткую ладонь. Вроде как, не положено, но я не придумала ничего лучше для такого трогательного момента.       Так мы просидели ещё некоторое время, пока Бармен тактично не намекнул нам, что такими темпами можно проспать приход нужного нам сталкера, ведь дешёвая водка явно не располагает к раннему подъёму и хорошему самочувствию. Мы поднялись по лестнице и вдохнули свежий, отрезвляющий воздух, задрали головы и увидели над собой звёздное небо, не засвеченное фонарями города. Сейчас мы отправимся спать в комнаты, которые Стрелок снял для нас — не пятизвёздочный отель, но кинуть кости на матрас всяко приятнее, чем спать по очереди чёрт знает где и как. Завтра мы проснёмся отдохнувшими и полными сил, и я попрошу Бармена сделать мне ещё того вкусного растворимого кофе. Всё-таки, жизнь иногда прекрасна.