Мы невозможны…

Хоть сентябрь в Петербурге выдался теплым, я предпочитала закутываться в плотные рубашки. Я привыкла к чешскому климату, а там в это время года было потеплее, к тому же в городе на Неве были постоянные ветра и холод от реки. Правда, я не могла сказать, что этот холод мне не был по нраву. Я же вернулась сюда, а не осталась в более комфортной Праге. Ко всему можно приспособиться: надеть теплую куртку, если холодно, намазать руки кремом, если они сухие от ветра, нанести на волосы маску, если они не выдерживают жесткой воды, было бы желание. А у меня оно было, я здесь была дома. Прошло две недели, как я вернулась, и пока я наслаждалась городом. У меня даже не было времени на ремонт в квартире, так как я постоянно где-то гуляла, что-то интересное узнавала. В общем, наверстывала упущенное после трех лет отсутствия. Правда, сегодня после пар я решила все же заняться обустройством в квартире. Я забежала в кафе на территории университета, взяла себе свой любимый черный кофе и поспешила на лекцию. Но дойти спокойно было не суждено. Я почему-то пошла по той стороне коридора, на которой были расположены двери. И вот одна такая дверь чуть не врезалась в меня, я отпрыгнула и кофе пролился мне на рубашку. На мою любимую бежевую рубашку. А из-за двери выглянул, конечно же, Гречкин. — Блять, — тихо произнесла я, смотря на огромное пятно, потом быстро стянула с себя рубашку, оставшись в одной майке. — Прости, я не специально. — Забей, постираю, — отмахнулась я и хотела уже было пойти к аудитории, но блондин предложил угостить меня кофе. — Не, спасибо, кофе на сегодня достаточно. Можешь подвести меня после пар до дома? А то в одной майке все же холодно щеголять. — Да, конечно, — Кирилл приободрился, чем вызвал у меня улыбку на лице. Да вот именно на такую улыбку я и повелась когда-то три года назад. Но не сейчас. Мы зашли с ним в учебную аудиторию и парень пошел к своей компании, а я села на первый ряд к Катерине. — Чего моему братцу от тебя понадобилось? — Кофе пролил мой на меня же, вот хотел угостить, но договорились, что он меня подвезет до дома. — Ничего себе, — Катя аж присвистнула. — Просто подвезет, без приглашений на чай, кофе и так далее. Я на эти грабли больше не наступлю. — Это правильно, — я засмеялась. Хорошая сестра, ничего не скажешь. Но я её понимала, она, конечно, любила своего брата, но женская солидарность в ней была настолько сильно развита, что мама не горюй. И еще она очень переживала за то, что произошло три года назад. Хотя я каждый раз ей говорила, что она ни в чем не виновата. И это было правдой. Во-первых, девушка жила в Америке и очень редко приезжала в Петербург. Про спор Кирилл ей не сказал и слова. Онавообще была не в курсе всей этой истории. Так что Катерина — это последний человек, которого можно было хоть как-то приплести во всю эту грязь, которую устроил Кирилл. Сейчас мы с ней неплохо общались, были на одной волне, она хоть и Гречкина, но не была такой охреневшей как ее брат. Казалось бы, из одной семьи, одинаково воспитывались, но что-то пошло не так. После пар Катерина упорхала на свидание, сказав, что вечером мы с ней должны созвониться, а лучше встретиться и все обсудить, а меня у выхода из аудитории ждал её брат. — Кирилл, а ты не с нами? — спросила его какая-то девушка, когда мы пошли с ним на выход из института. — Нет, — он даже не посмотрел на эту девушку и не стал объяснять ей, почему так. Я, правда, заметила её недовольный взгляд в мою сторону. — Девушка твоя? Фанатка? — Типа того, ну, в плане фанатки, — я усмехнулась. Понятно, переспал с бедной девушкой, а она теперь за ним бегает. Ну, от Кирилла такого можно было ожидать. Скажем так, он меня не удивил — Я так и знала, что это твоя, — усмехнулась я, когда мы подошли к ярко-красной ламбе. — Дорогие понты потому что? — Вызывающе яркая потому что. Ну, ты всем своим видом привлекаешь к себе внимание: белые волосы, тату на лице, пестрые кофты, глупо было бы предполагать, что у тебя будет просто черный гелек. — Логично, — мы сели в машину и поехали в сторону моей квартиры. По дороге даже о чем-то разговаривали, прям как нормальные люди. Неужели мы действительно нейтрально общаемся? Даже удивительно… Повзрослели, получается. — Ну, спасибо тебе, что не бросил свою одногруппницу на растерзание петербургским ветрам, на чай не приглашаю, не убрано. — Это единственная причина? — парень чуть усмехнулся. — Естественно, бардак жуткий, — я подмигнула ему и вышла из автомобиля. Ну, бардак у меня, правда, был жуткий: неразобранные коробки с вещами, отсутствие кухни как таковой, потому что новую ещё не привезли, рулоны обоев в гостиной и все прочие красоты ремонта. Ладно, сегодня я наконец разберу всю свою одежду и обувь, завтра мне установят кухню и я поеду покупать туда все, чтобы создать уют в помещении. Заодно сегодня, пока буду разбирать вещи, выберу наряд на вечер. Мы с Катей договорились встретиться в восемь вечера в центре и просто культурно посидеть. Так что наряд нужно выбрать соотвествующий: спокойный, но интересный. В итоге, на разбор гардероба ушло почти два часа, и ещё час ушел на выбор наряда. Темные, но не слишком плотные колготки, черная короткая юбка-колокольчик, черный бадлон… и коричневая вязаная жилетка. Что-то меня к вечеру с бежевого настроения конкретно так на «цвет настроения черный» перекинуло. Ботинки, к слову сказать, тоже были черные. — Ну что за красота? — улыбнулась мне Катя, когда я зашла в ресторан. — Я нам вина заказала, ты же не за рулем? — Нет, на такси приехала, сама бы я не опоздала, — я села за столик. — Катя, как свидание? — опередила я с вопросом девушку. — Ой, очередной мимо проходящий, такую дичь мне затирал, ты бы знала. Эмоциональная привязка у девушки — это хорошо, а у парня плохо. Ну и все в таком духе. Феминистка во мне проснулась, и я ушла, сказав, что ему нужно пересмотреть его мировосприятие. Что там мой брат? — Подвез, расстроился, что я его в гости не позвала. Ты мне можешь рассказать про него, ну, что с ним было после школы, что с ним сейчас. — Ой, угандошит он меня, если узнает, но слушай… когда ты уехала в Чехию, я вскоре вернулась в Россию, чтобы поступать в университет, узнала всю вашу историю и выпала в осадок. Я от Кирилла такого не ожидала, честно. Я с ним первый раз в жизни так крупно поругалась, что дело до пощечины дошло, — я присвистнула. Катя и Кирилл были очень дружны и были друг за друга горой. — Он ждал, что ты вернешься из Праги и он сможет хоть как-то объясниться. Он мне сказал, что спор был, но когда он поспорил он был в умат пьяный, а наутро было «нельзя давать заднюю». Это было на первой вечеринки, ну, после первой вечеринки, когда вы только познакомились. Это его, конечно, никак не оправдывает, но все же. Потом, когда ты не вернулась в Петербург, Кирилл начал тебе звонить и писать, и очень быстро ты его заблокировала. И тогда у братца моего снесло крышу. — В загул ушел? — Смотря, что считать загулом. Он в запой ушел — это да. Сперва он пил дома, пил много, один. Отец хотел его уже закодировать и в клинику сдать, но пронесло, отвлекся на работу. Потом брат стал выходить с друзьями в бары, опять же пил до потери памяти, но его будто воротило от всех девчонок, которые с ним там пытались флиртовать и знакомиться. Он все время сидел в телефоне и смотрел ваши фотки, перечитывал переписки, пытался до тебя дозвониться, но все мимо. Он очень нравился одной девушке в группе, ты её видела, скорее всего, Соня, шатенка с длинными волосами и большими глазами, — я кивнула, та самая «фанатка» Кирилла, как я успела уже её окрестить. — Ну, короче, она периодами бывает хитрой и умной даже, Соня просекла, что парень переживает из-за тебя и ей надо было как-то отвернуть его от тебя. И она стала пристально смотреть за твоими соц сетями, но ты же не любитель выставлять жизнь на показ, да, ты выставляла путешествия, какие-то вечеринки, танцы, но ей-то нужно было что-то вызывающее на тебя. Короче, на какой-то вашей вечеринке в Праге, твой друг выложил в сторис момент, когда все танцевали медленный танец и ты целовалась со своим, я так понимаю, парнем, — я кивнула. Я помнила ту вечеринку, мы с Давидом на тот момент встречались полгода и были близки к тому, чтобы съехаться, но я не выставляла с ним ни одной фотографии просто потому, что мне не хотелось афишировать свои отношения. И, когда наш общий друг, будучи под воздействием зеленого змея, выложил тот ролик к себе, многие на утро мне стали писать про моего парня, почему раньше не говорила про это, и так далее. — В общем и целом, Соня случайно зашла к нему в профиль, когда та сторис была активна и увидела это. Тут же побежала к Кириллу, мы тогда где-то тусили загородом, и показала все ему. И он съехал с тормоза. Он тогда с Соней и переспал на той вечеринке, правда, потом уже сто раз пожалел, так как ему-то нужно было пар выпустить, а девчонка на отношения надеялась, он ей хоть все потом сказал, как есть, но она в него вцепилась мертвой хваткой. А Кирилл… во все тяжкие пустился, никак остановиться не может. Как-то так. — Я даже не знаю, что сказать… — я сделала глоток вина и поставила бокал на стол. — Сам виноват, вот, что я могу сказать, — девушка позвала официанта и заказала нам вина. Но не по бокалу. А бутылку. — Культурный вечер только начинается. — Мне твой настрой нравится. Ну, а касаемо Кирилла, ну, наверное, ты права… Вообще, я не думала, что он так долго держался после моего отъезда. — Ну, его действительно торкнуло и ты действительно ему нравилась, — я усмехнулась. Так нравилась, что аж поспорил на меня. — Давай не про мужиков, достали, все сволочи, — Катя махнула рукой и ловко перевела тему на мою жизнь в Чехии, так как понимала, что про нее я рассказываю с удовольствием и, несмотря на то, что я себя там чувствовала несколько чужой, вспоминала я те моменты с теплом на душе.