День Хорька

      На улице уже сгустились сумерки, свет в редких окнах ещё горел, но тайный, тихий, нагоняющий сон. Посреди небольшой комнаты, которая по совместительству была покоями Лже-Грюма, стояли несколько волшебников, но им точно было не до сна. Все из них — с выражением ужаса на лице, а некоторые ещё и злости.       В этой комнате Гарри уже с десяток раз беседовал с профессором о грядущем испытании, но сегодня они говорили о другом, да и вместо того Грюма, что он знал — лишь горстка пепла. Поттер неприятно поморщился и перевёл взгляд. На месте второго профессора (на этот раз настоящего) — было тоже не лучшее зрелище — лишь сломанная израненная кукла.       Гарри смотрел на Грюма, стоящего перед ним (перед Ноттом!) на коленях, пока Драко вдруг не дёрнул за рукав мантии.       — Что будем делать?       — Я не знаю… — тихо, едва слышно.       Грюм ещё ниже припал к земле, теперь почти касаясь лбом пола:       — Простите, мой господин, я… я не хотел, — наконец прошептал он и протянул Гарри свою палочку на раскрытых подрагивающих ладонях.       Поттер быстро взял её и спрятал меж складок мантии. Судорожно соображая он пытался понять, что делать дальше, а ещё почему Крауч-младший превратился в пепел. Использование Авады вместе с Тоталусом привело к этому? Или же Пожиратель успел аппарировать, оставив вместо себя лишь горстку пепла, чтобы привести их в замешательство? Но как он смог аппарировать из Хогвартса и куда? А, что важнее, как надолго?       — Позовите Крама, — скомандовал Гарри сухим голосом. Он просто не мог отвести взгляда от Грюма. Всё его тело, а он сейчас был в одних штанах, больше похожих на сшитые между собой тряпки, было исполосано шрамами. Некоторые из них совсем старые и почти незаметные на фоне других, более тёмных и выпуклых.       Гермиона метнулась за Виктором, а Поттер опустился на корточки. Что-то на шее Грюма зацепило взгляд, и потому он отвёл дрожащими руками отросшие грязные пряди и обнаружил символ, что красовался и на его собственной груди.       — Вот же чёрт, — он отпрянул и едва не повалился назад. — Нам нужно смываться отсюда. Срочно.       Драко непонимающе переглянулся с только что вошедшими Грейнджер и Крамом, но согласно кивнул.       — Встань, — приказал Гарри Грюму. — Сейчас ты набросишь на себя вот эту мантию и пойдёшь за мной, ясно? Ни шагу в сторону и ни звука.       Профессор кивнул, и Поттер протянул ему мантию-невидимку.       — Виктор, Гермиона, вы пойдёте вперёд. Драко, ты со мной. Встретимся на балконе.       Возражений не было. Не ясно, просто они решили не спорить с ним или же испытывали интуитивный страх перед фигурой Нотта. Сейчас и не важно.       В ещё большем потрясении они добрались до места. Гарри не знал, успела ли Гермиона рассказать Краму про то, что случилось с Краучем-младшим, но он никак не отреагировал на отсутствие в кабинете Пожирателя и кучку пепла в центре комнаты. А может он и сам всё понял — напряжение и безысходность так и висели в воздухе.       Да, они спасли Грюма, но тот убил их единственное доказательство. И что с этим делать, было непонятно. А ещё добавилась проблема, к которой никто из них не был готов — на балконе Грюм снова опустился на пол, встал на свои красно-фиолетовые колени, не боясь холода и твёрдости каменных плит.       Гарри с совершенно несвойственным Нотту выражением лица, полного сожаления и боли, посмотрел на Драко. Тот кивнул, кажется читая его мысли.       — Грюм, — обратился к нему Поттер более мягко. — Скажи, ты получал приказ убить Гарри Поттера или кого-либо из его друзей?       — Нет, господин, этого достойны только Тёмный Лорд или вы.       — Хорошо, — Гарри покоробило от такого обращения, но он смолчал.       Малфой взмахнул палочкой и вот уже на месте Нотта… стоял Гарри Поттер. Обычный подросток, которому точно шли тёплый взгляд и сочувствие.       — Профессор, — начал он своим голосом. — Мы с вами незнакомы, но…       Грюм поднял голову, в его глазах стояло непонимание, словно он пытался вспомнить что-то, но разум никак не подчинялся. Гарри нащупал у себя в кармане его палочку и выдохнул.       — Мы вас освободили. Мы знаем, что вы были в плену у Крауча-младшего. Он притворялся вами несколько последних недель.       В глазах Грюма появилось чуть больше осознанности. Теперь он рассматривал Гермиону, Драко и Крама, но не спешил подниматься с колен.       — Что это с ним? — шепнул Малфой ему на ухо. — Последствия Империо?       — Нет, — твёрдо сказал Гарри. — Это всё Нотт… — в горле встал ком, не давая договорить.       — Где Нотт? Куда он делся? — подал наконец голос Грюм.       — Нотта здесь не было, профессор, это был я под оборотным зельем.       — Что значит «это всё Нотт»? — Драко нахмурился и снова дёрнул Гарри за рукав.       Поттер обвёл взглядом друзей, спрашивая сам себя, готовы ли они к ответу, и в итоге сделал шаг навстречу к Грюму и протянул ладонь к шее.       — Можно? — дождавшись кивка, он отвёл его волосы назад, открывая пульсирующий голубым светом символ. — Это знак Нотта, тот же, что у меня на груди.       Повисла тишина.       Грейнджер тронула Гарри за плечо и серьёзно посмотрела в глаза:       — О чём ты говоришь?       Все уставились на него, даже Грюм приподнял голову. Тишину разрезал удивлённый и одновременно радостный крик профессора:       — Вы видите его? — воскликнул он и тут же попытался подняться. — Вы видите?!       Сильные пальцы вцепились в его плечо, но Поттер жестом остановил друзей, в руках которых вмиг оказались палочки. И тут в их глазах начало появляться понимание. Они уставились на шею профессора, что ещё секунду назад была для них чиста.       — Как такое может быть? — ошарашенно произнесла Гермиона.       

***

      Через час они уже сидели на полу балкона, застеленном одеялами, и пили горячий чай. Грейнджер от безысходности ушла спать, всё равно Гарри не позволял ей изводить Грюма вопросами, а Крам привычно пошёл её провожать и по пути где-то потерялся.       Первый шок прошёл, и сейчас они могли рассуждать более-менее здраво. За этот час они выяснили сколько можно про Нотта и символ на шее Грюма. Оказалось, Маркус действительно пытал его и действительно подчинил себе с помощью родового ритуала… Как и Гарри.       Профессор не стал рассказывать, какие поручения заставлял выполнять его Нотт, но Поттер понял — связь Грюма с Ноттом точно отличается от его. И судя по тому, что его символ был виден всем без дополнительных условий — ему очень повезло.       Грюм рассказал, что Гарри первый, кто увидел этот знак, хотя Нотт поставил его ещё в начале лета, задолго до того, как он был схвачен Краучем-младшим. Грюм не один месяц пытался предупредить кого-то о том, что время от времени теряет волю, но слова так и застревали в горле. И хоть в библиотеке Хогвартса о таких подробностях этого ритуала Поттер не читал, — они поняли, что увидеть символы друг друга могут только те, кто несут это клеймо, ну или те, кто пронесли заклятие через Временную петлю.       Стоило Гарри сказать вслух о магическом символе, как его увидели и остальные. Это дарило надежду, хоть и слабую.       Поттер неприятно потёр грудь, чувствуя, как метка горит под пальцами, и понял, что прослушал большую часть рассказа Грюма. Профессор заметно повеселел, хотя они и отказали ему в алкоголе, и последние полчаса делился историями из жизни. Это было интересно — бесспорно, но сейчас Гарри просто хотел, чтобы день поскорее закончился.       — Гарри? — позвал его профессор.       — Да? Простите, я задумался.       — Ничего. Решил уже, что делать завтра?       Поттер тяжело вздохнул. С языка так и срывались горькие слова, но он удержал их и просто ответил:       — Нет.       — Мы уже многое продумали, — кивнул Малфой и сжал на секунду ладонь Гарри в своей. — Осталось всего лишь решить, как оставить в живых Крауча-младшего и разомкнуть Временную петлю.       Поттер скривился. «Всего лишь», — ну конечно…       Грюм ничего не ответил и снова прихлебнул из чашки, рассматривая горизонт. В небе ярко горели звёзды, луна, словно ночник в детской комнате, освещала и успокаивала. Кажется вечность назад Гарри впервые оказался здесь с Драко.       Эти мысли немного утешили, и он не желая думать о Грюме, прилёг к Малфою на колени. Неожиданно чья-то ладонь коснулась его волос. Он сначала дёрнулся, но потом всё же заставил себя расслабиться. Шумно выдохнул.       — Вы, смотрю, подружились? — мягко произнёс Грюм. — Рад, что младший Малфой не такой как старший.       Драко, кажется, улыбнулся и продолжил гладить волосы Гарри. Они молчали, в тишине прощаясь с этим днём. Малфой прикоснулся к его щеке и их взгляды на миг встретились. Тонкие белые пальцы прошлись вдоль скул, подмечая едва заметные синяки, опустились ниже, к слегка деформированному уху, и опасливо остановились на шее, которую будто только недавно освободили из пут.       Поттер лежал и тревожился о том, что Гермиона думала о нём после увиденного в спальне Крауча-старшего, переживал о подозрениях Драко. «Кажется, мне нравятся психопаты», — так вроде пошутил он вчера. Гарри оставалось лишь надеяться, что когда (если) он избавится от метки, то станет прежним. Хотя часть его уже не была готова отпускать новую сущность.