Кровь Феникса (Blood of the Phoenix)

      — Чёрт возьми, Гарри, мне вообще-то нравились мои брови!       Гарри засмеялся:       — Прости, дружище, сейчас всё исправлю.       Он поднял палочку, но Рон его остановил:       — Лучше подожди, пока мы закончим. Нет смысла восстанавливать мои брови, если ты их снова сожжёшь.       — Я не хотел их сжигать, — извинился Гарри, пытаясь сдержать смех. — Просто ты схватываешь все немного быстрее Джинни, я не ожидал, что ты уклонишься.       — Конечно я быстрее Джин. У меня пять старших братьев.       — А у неё шесть.       — Вообще да, — согласился Рон, — но с ней мы никогда не дрались.       Гарри пришлось признать, что он прав. С тем количеством мальчиков, которое было в доме Уизли, выжить было тяжело. Джинни, как единственная девочка и самая младшая в семье, скорее всего не видела всего. С ней больше всех нянчились, и пока мальчики играли снаружи, она проводила время с матерью. Гарри неоднократно слышал от Джинни, что ей не разрешали играть в Квиддич с братьями. Активное детство с кучей братьев явно должно было научить Рона уклоняться от летящих заклинаний и конечностей.       Джинни быстро училась, однако у Рона был опыт и желание доказать, что он так же хорош, как его сестричка, и даже лучше. Гарри надеялся, что Рон будет помогать ему, пока Джинни узнаёт, что она может делать, а что не может. В голове Гарри начала формироваться идея и он отошёл от Рона, плюхнувшись на один из стульев, что они отодвинули в угол. Пустой класс на седьмом этаже был не лучшим местом для занятий, но, по крайней мере, туда никто случайно не забредёт.       — Как думаешь, ты сможешь поработать с Джинни? Чтобы она научила тебя всему, чему я научил её?       Рон кивнул:       — Если у нас будет место, где мы это сможем делать.       — Я найду вам место. Близнецам тоже.       — О чём ты думаешь, Гарри?       Гарри объяснил Рону, что группа по Продвинутой ЗОТИ могла служить сразу нескольким целям. Как целая группа ПЗ могла предоставить Хогвартсу командиров, которые могли бы направлять студентов в случае нападения Волдеморта. Как он уже обсуждал с Элли, ПЗ также могла быть разбита на пары и быть использованной как ударная группа. С достаточной подготовкой и правильным разбиением каждый член ПЗ мог делать то же, что и он с Элли. Собирать информацию и выводить из игры определённых Пожирателей Смерти.       Рон был всецело за эту идею и не возражал, чтобы его учила его сестра.       — Хорошо, тогда нам нужно просто избегать Гермиону.       Рон неловко поёрзал.       — Она — просто кошмар, Гарри. Пока ты был на отработке прошлым вечером, она всё пыталась вытянуть из нас ответы.       — Ты знаешь её отношение ко всему этому.       — Знаю.       Гарри и Рон переглянулись. Они прекрасно понимали, что оставляют Гермиону за бортом, и чувствовали бы вину за это, не найди они Гермиону в библиотеке после ужина изучающей Элли.       — Она что-нибудь узнает? — спросил Рон, нарушая тишину.       У Гарри не было ответа. Гермиона была умнейшей из всех, кого он когда-либо встречал. Когда она фокусировалась на чём-то, она всегда добивалась своего. Именно она обнаружила, что за монстр прятался в Тайной Комнате. Гермиона больше всех исследовала третье задание, и она прикладывала к выполнению домашней работы больше усилий, чем кто-либо ещё, и уж точно гораздо больше, чем необходимо. Гарри был уверен, что при правильных условиях Гермиона дойдёт до всего сама. Он лишь надеялся, что это произойдёт, когда он будет готов.       Однако ему не стоило волноваться.       Пока Гарри и Рон тренировались в заброшенном классе на седьмом этаже, Гермиона с головой была закопана в дюжину книг, с помощью которых она надеялась узнать больше об Элли Мартин. За три часа, что она провела за этим занятием, она узнала только то, что полной имя профессора Мартин звучало как Александрия Лия Мартин. И то, узнала она это, лишь спросив саму женщину.       Гермиона пыталась определить возраст Мартин, основываясь на том, что она говорила на уроках. Она застала прошлую войну, и она была в Китае во время определённой игры по Квиддичу, но это не дало никаких результатов. Даже если она брала в запас десять лет, за последние тридцать лет не было ни одного свидетельства о рождении Элли Мартин. Ни одной не родилось и за прошедший век. Единственная Элли Мартин, которую Гермионе удалось найти, была сквибом, и ей было сто семь лет.       Расстроенная, Гермиона захлопнула книгу, которую читала, и кинула её на стол. Она с глухим шумом ударилась об него и подняла облако пыли. Гермиона чихнула и осторожно огляделась в поисках мадам Пинс. В раздражении, но не желая сдаваться, Гермиона потянулась за книгой о наградах, выданных Министерским работникам и начала её пролистывать.       Она увлечённо читала о приключениях Грозного Глаза, когда тот был ещё молодым Аврором, и не услышала, как вошла Джинни. Гермиона подняла глаза, когда Джинни плюхнулась на стул рядом с ней и отодвинула в сторону несколько её книг, чтобы поместить свою. Гермиона вопросительно подняла бровь, но Джинни не отреагировала. Она была занята чтением названий Гермиониных книг.       — Гермиона, какого чёрта ты делаешь?       — Я изучаю профессора Мартин.       — Эм, зачем?       На самом деле Джинни вполне понимала, зачем кто-то стал бы изучать Мартин; она просто не ожидала, что Гермиона докопается до чего-то стоящего изучения. Прошло только пять недель с начала семестра. Джинни не могла представить, что нужно было сделать Мартин, чтобы настолько заинтересовать Гермиону. Она не использовала своих сил перед людьми, не флиртовала открыто с Гарри (во всяком случае, не больше, чем с остальными мальчиками пятых-седьмых курсов) и не говорила ничего подозрительного. Так что изучала Гермиона?       — В смысле зачем?       Джинни посмотрела на Гермиону так, что та быстро поняла, что она считает её глупой.       — Зачем ты изучаешь профессора?       Гермиона открыла рот, но тут же его закрыла. Зачем она изучала профессора Мартин? Как она могла объяснить Джинни, что молодая профессор просто ей не нравилась? Что она считала некоторые вещи, что Мартин делала, странными? Как она могла объяснить, что всё, что было известно о профессоре, противоречила тому, как она себя представляла?       Однако Гермиона нашла способ передать свои подозрения Джинни.       — Она говорит о событиях, произошедших десятки лет назад, так, будто присутствовала при них, но выглядит так, будто ей всего двадцать. Она говорит о своей работе в Министерстве в трёх разных департаментах на протяжении такого количества времени, что либо Мартин работала во всех трёх одновременно, либо она лжёт. Она говорит со студентами так, будто совсем недавно сама училась в школе, но обсуждает достижения трансфигурации пятидесятилетней давности с МакГонагалл.       — Она обсуждала достижения трансфигурации с МакГонагалл? — Джинни покачала головой. — Ладно, не важно. — Джинни понимала, что может очень пожалеть о своём вопросе, но всё равно должна была это сделать. — Что, как ты думаешь, ты собираешься найти?       — Я не знаю, — призналась Гермиона. — Я просто думаю, что со всей нашей историей с профессорами ЗОТИ, которые оказывались либо просто некомпетентными, либо Пожирателями Смерти, это стоит изучения.       Джинни не могла поспорить. У Гермионы была основательная мотивация, и она была права обо всём, что говорила профессор Мартин. Джинни лишь надеялась, что у Гарри будет шанс рассказать всё своей подруге, прежде чем Гермиона сама всё узнает.       — Ты слышала, что произошло на её уроке с четверокурсниками в понедельник?       — Ты имеешь в виду ту историю с пантерой?       Гермиона покачала головой и сморщила носик.       — Не могу поверить, что Дамблдор разрешил ей оставить пантеру в классе. — Гермиона выглядела так, будто была в ужасе от одной только мысли. — Но я не об этом. Она наградила Полумну Лавгуд сотней очков за вопрос о том как фениксы становятся пантерами.       — Полумна — самый проницательный человек, которого я встречала, — пробормотала Джинни. — Это потрясающий вопрос.       Гермиона с открытым ртом посмотрела на Джинни, и у неё из рук выпала книга о наградах Министерства.       — Джинни! Это не потрясающий вопрос. Фениксы не могут принимать формы других существ, я проверяла. Я даже спрашивала профессора МакГонагалл, и она сказала, что без магического вмешательства это невозможно, и даже тогда потребуется невероятно одарённый волшебник или ведьма, чтобы преодолеть естественную магическую натуру фениксов. Полумна получила сто очков без причины.       Джинни пожала плечами:       — А ты не думала, что Полумна может знать что-то, чего не знает никто другой? Что, может быть, профессор Мартин — мощная ведьма, сумевшая превратить своего феникса в пантеру? Тогда Полумну наградили сотней очков за то, что она смогла разглядеть магическую трансформацию.       Гермиона безмолвно шевелила губами; она не могла ничего возразить.       — Полумна довольно странная, но она видит то, чего не видят многие люди. Я думаю, что она просто одинока, у неё не очень много друзей в Рейвенкло.       — Это ужасно.       Джинни пожала плечами:       — Скоро это изменится. Гарри она нравится.       Гермиона уронила тяжёлую книгу, которую только что подобрала, на стол и на свой палец. Тряся пальцем в попытке унять боль, Гермиона с отвисшей челюстью смотрела на Джинни.       — Гарри нравится Полумна?       Джинни фыркнула, но решила не поправлять Гермиону. Иначе где веселье?