Кровь Феникса (Blood of the Phoenix)

      Четыре дня и примерно шесть часов сна — вряд ли лучший способ начать столь важный бой, но у них не было выбора. Все всегда идет не так, как планируешь, то одно, то другое, а спать было просто невозможно. В этот раз они надеялись, что все пойдет по плану, и тогда, возможно, им удастся поймать эту глупую крысу и покончить с ней.       После нескольких дней, проведенных, выслеживая его в лесах, городах, а иногда и в море, Эбби действительно была сыта по горло Питером Петтигрю. Каким-то образом, и она не была уверена, каким именно, Петтигрю сбежал через несколько часов после того, как они его выследили. С тех пор он вел их за собой, пытаясь оторваться от них и уйти достаточно далеко вперед, чтобы скрыться.       По крайней мере, тот факт, что они постоянно двигались, означал, что Петтигрю был так же лишен сна, как и они. Пока он не обратится за помощью, они будут в равных условиях.       Несколько часов назад они пропустили его вперед, точнее, на два шага, пытаясь заставить его прекратить бег. Оставалось надеяться, что он не пытался ни с кем связаться. Если бы он пытался, им пришлось бы смириться. Так или иначе, Питер Петтигрю должен был быть схвачен.       — Он ранен, — прошипела Эмми, появляясь из-под плаща-невидимки Гарри рядом с Эбби. — Мы должны двигаться сейчас, пока он спит.       Очевидно, нескольких часов свободы ему хватило, чтобы устроиться поудобнее — или достаточно отчаяться, чтобы попытаться заснуть. Обе девушки завидовали ему в этом, но были благодарны, что все это скоро закончится.       — Всё на месте? — прошептала Эбби, приседая рядом с дверью в комнату Петтигрю.       Это была маленькая и грязная комната в мотеле в каком-то маггловском здании; на двери висело несколько защитных чар, которые Петтигрю поспешно установил перед тем, как попытаться уснуть. Обойти их было достаточно легко, усталость и средний уровень владения магией позволяли проскользнуть сквозь них. Им потребовалось всего несколько мгновений, чтобы поставить свои собственные, а совместная работа сделала их вдвое сильнее.       Эбби посмотрела через закрытую дверь на Эмми, которая присела, повторяя ее позу. Эмми резко кивнула, и Эбби двинулась вперед, разнеся дверь в щепки и ворвавшись в комнату. Петтигрю был быстр: как только дверь взорвалась, он скатился с кровати, трансформируясь по пути вниз. В виде крысы он был быстрее и представлял собой меньшую мишень.       Они предвидели его превращение и запечатали комнату в магический пузырь из заслонов и ловушек. Даже малейшая щель была закрыта чарами. Петтигрю проскочил в одну из таких щелей и тут же был выплюнут обратно. Он громко завизжал и побежал к другой, но когда это не удалось, он попытался попасть в дверь.       Эбби тщательно прицелилась и выстрелила в крысу самым мощным оглушающим, которое только знала. В последний момент он метнулся влево, и заклятие разнесло часть пола. Это удивило Петтигрю, и он с резким визгом прибавил скорость и понесся быстрее к своей единственной надежде на выход.       Он врезался головой в доску, которую Эмми магическим образом переместила на его пути. Пока он отряхивался от головокружения, Эбби успела его оглушить.       — Мило, — сказала она Эмми с весельем.       Эмми достала из сумки коробку и увеличила ее до обычного размера. Коробка была размером с коробку для обуви и сделана из дерева, которое Гермиона тщательно обработала заклинаниями, чтобы оно было неразрушимым и устойчивым к любым заклинаниям, которые только можно было в него бросить. Эбби подняла Петтигрю за длинный хвост и бесцеремонно опустила его в коробку. Эмми захлопнула крышку и дважды постучала по коробке своей палочкой.       — Итак...       — Министерство?       — Министерство, — согласилась Эмми.

***

      Гарри был одет в столько слоёв одежды, что миссис Уизли понадобилось мгновение, чтобы понять, кого она видит. Она была разбужена от страшного кошмара, в котором она потеряла всех членов своей семьи в борьбе с Волдемортом самым ужасным способом, который только можно себе представить. Ее сердце все еще колотилось в груди, и она знала, что шансов заснуть снова нет.       Поэтому она встала, оделась и направилась на кухню, чтобы приступить к завтраку, а может быть, даже испечь свежий хлеб. Она остановилась на лестнице, когда увидела темную фигуру на улице. В один ужасный момент она подумала, что их нашли Пожиратели Смерти, но потом прищурилась и поняла, что это Гарри.       Он стоял под уличным фонарем, глядя на небо, и стоял совершенно неподвижно. Она поспешно спустилась по оставшейся лестнице и распахнула входную дверь, готовая крикнуть ему, чтобы он возвращался в дом. По двум причинам она этого не сделала. Во-первых, крик привлек бы внимание Пожирателей Смерти, которых она не заметила и которые могли находиться поблизости в поисках своего убежища, а во-вторых, он был уже не один.       За то время, которое потребовалось ей, чтобы спуститься по последней лестнице и выйти из дома, к Гарри присоединилась еще одна, явно женская, фигура. Она тоже была одета для утренней прохлады, но в то время как у Гарри шляпа была низко надвинута на уши, чтобы сохранить их в тепле, у девушки был надвинут капюшон магловского пальто. Миссис Уизли смогла разглядеть кончик белокурого хвостика, выглядывающего из угла капюшона.       Цвета волос и фигуры было достаточно, чтобы миссис Уизли опознала в ней Элли Мартин. Она посвятила большую часть Рождества и Дня Подарков изучению странной молодой женщины, которая так изменила Гарри. Миссис Уизли могла бы, наверное, за милю вычленить ее из вереницы закутанных магглов.       Спрятавшись в дверном проеме, миссис Уизли могла видеть все без посторонних глаз, а утро было таким тихим, что она могла слышать, о чем говорят.       — Опять сны про Волдеморта? — тихо спросила Элли, протягивая к нему руку.       Он крепко сжал ее руку, и миссис Уизли нахмурилась. В этом не было ничего необычного, было много причин держать кого-то за руку, и, если Гарри действительно снился Волдеморт, миссис Уизли была рада, что у него есть кто-то, кто держит его за руку. Но это не значит, что ей не было неловко.       — Кажется, зелье действует. Когда оно начинает действовать, я застреваю в его снах, пока меня не разбудят. Ему снилось, как он убивает меня и наблюдает за падением Дамблдора.       — Этого не случится, — заверила она его, наполняя свои слова уверенностью. Миссис Уизли хотела ей поверить, но ей было трудно после собственного ужасного кошмара. — Пойдем, я отведу тебя на завтрак, прежде чем мне нужно будет встретиться с Тонкс и Руби.       Она повела его за руку по улице, и они уже почти скрылись из виду, когда Гарри догнал ее и обнял, притянув к себе. Должно быть, он пошутил или что-то в этом роде — миссис Уизли не расслышала, — потому что Элли оттолкнула его, и он разразился смехом.       Они не успели дойти до угла улицы, как в двух шагах от того места, где они стояли под фонарем, посреди улицы появились две темные фигуры. У миссис Уизли чуть не случился сердечный приступ, когда фигуры переместились дальше к свету, и она поняла, что высокий крепыш — это Рон, а более короткая фигура — молодая женщина.       — Идут! — рявкнул Рон, и Гарри с Элли тут же обернулись.       Прежде чем миссис Уизли успела сообразить, что происходит, полдюжины Пожирателей Смерти появились на улице с многочисленными хлопками. Она была в безопасности на пороге дома номер двенадцать, но Рон и Гарри были на открытом месте. Она хотела двинуться, сделать что-нибудь, чтобы помочь, но застыла на месте. Так много вопросов рвалось наружу.       Где был Рон? Почему он не в постели, как она думала? Что это была за девушка, с которой он был? В основном ее мысли были заняты ужасным повторением кошмара. Не в силах пошевелиться от страха, она лишь с ужасом наблюдала за разворачивающейся перед ней сценой.       Спустя мгновение после появления Пожирателей смерти Рон и девушка бросились в бой. Рон бросился вперед, произнося заклинание за заклинанием и двигаясь с уверенностью, которой у него не должно было быть. Первые два заклинания вонзились в скорчившегося Пожирателя Смерти, и уже раненая ведьма с криком упала. Миссис Уизли задохнулась, прижав руку ко рту. Рон даже не оглянулся.       Девушка набросилась на волшебника, нанеся ему мощный удар кулаком в лицо, удивив его, прежде чем попасть ему в лицо Ударным Заклятием, которое стёрло все черты его лица. Он упал на землю, а девушке в спину ударило тошнотворное желтое заклинание. Оно безвредно отскочило от какого-то щита и ударилось в стену сада одного из домов. В воздух полетели комья грязи и куски кирпича, но девушка уже повернулась и начала отстреливаться проклятиями.       Миссис Уизли смотрела, как Гарри вступает в схватку. Его движения были слишком быстрыми, чтобы она могла их понять. Одним и тем же заклинанием он сразил сразу двух Пожирателей смерти. Элли подкралась к другому и резким движением сломала ему шею. Это была кровавая бойня, летали заклинания, тела падали на дорогу, и всё это время Рон и Гарри танцевали среди разрушений, как будто это было совершенно естественно.       Всё произошло в мгновение ока, а потом так же внезапно улица затихла, и они вчетвером стояли среди павших тел всех шести Пожирателей смерти. Миссис Уизли хотелось закричать, хотелось броситься к Рону, проверить, все ли с ним в порядке, а потом запереть его, чтобы он больше никогда не выходил из дома. Но она не двигалась, ее ноги были прикованы к ступенькам не только от страха.       — Это было весело, — объявил Рон, нарушив тишину тяжелым сарказмом.       — Мы собирались завтракать, — сообщил Гарри своему другу, перешагивая через изрядно помятое тело ведьмы. — Хочешь пойти с нами?       Рон, казалось, на мгновение задумался, а миссис Уизли добавила еще кое-что в свой постоянно расширяющийся список беспокойств.       — Не-а, кто-то должен дождаться Министерства. Иди, мы с Даф разберемся с этим.       Возможно, они обменялись еще несколькими словами, прежде чем Гарри и Элли ушли, но миссис Уизли не слышала их из-за стука крови в ушах. За все время ее испуганных размышлений ей и в голову не приходило, что Гарри, возможно, не единственный, кто изменился. Она была настолько сосредоточена на беспокойстве о Гарри, что ей и в голову не приходило, что еще она видела в последнее время.       Она не стала смотреть, как Рон и девушка встречаются с представителями Министерства: у неё было слишком много забот.

***

      В отличие от сентября, платформа девять и три четверти показывала, что назревает война. В сентябре мало кто был готов поверить, что Волдеморт снова восстал, что скоро война охватит их мир. Воздух был наполнен смехом и играми, яркими красками и хихиканьем. Теперь, хотя большинство волшебников по-прежнему решительно отрицали это, появились маленькие признаки, которые нельзя было игнорировать.       Люди пропадали без вести, нападения на магловские деревни, знаки, легко узнаваемые теми, кто уже однажды пережил этот ужас. Над платформой висело зловещее чувство, и атмосфера была напряженной, даже когда студенты смеялись, шутили и прощались со своими семьями.       Гарри наблюдал за всем этим из-за колонны. Вдали от посторонних глаз он мог наблюдать за тонкими изменениями, над которыми он так усердно работал. Как Невилл Лонгботтом настороженно оглядывал платформу, как его бабушка неоднократно спрашивала его тихим тоном, взял ли он с собой палочку. Это было заметно по тому, как крепко держались большинство родителей, когда обнимали своих детей на прощание.       Миссис Уизли чуть не задушила каждого из своих детей, когда прощалась с ними на весь семестр. До сих пор Гарри избегал подобных проявлений, прячась в тени и просто наблюдая, но скоро настанет время садиться на поезд, и ему не удастся избежать этого.       Скоро его план приведет в действие, и, возможно, она больше никогда не захочет его обнимать.       Элли подкралась к нему сзади и положила подбородок на его плечо. Ей пришлось встать на носочки, чтобы сделать это, и в итоге, пытаясь удержать равновесие, она навалилась на Гарри всем своим весом.       — Они начинают обращать внимание, — заметила она. — Больше не будем жить в темноте.       — Это хорошо, да? Заставляет их смотреть в лицо происходящему?       Элли пожала плечами, это движение было странным для его спины.       — Какой у нас выбор? Они не могут сражаться, если не видят.       — Они не должны сражаться.       Гарри почувствовал, как Элли закатила глаза. Это было чувство недовольства, которое распространялось по нему, как тепло. Это была любовь, это было маленькое чувство его собственной глупости, и это была полностью Элли.       — Ты не можешь сделать это сам, Гарри.       — Я знаю.       Он знал, но это не означало, что он не мог желать нести это бремя в одиночку. Что он не хотел бы покончить со всем этим как можно быстрее и избавить их от боли, страданий и смерти.       — Ты меня угнетаешь, и мне это не нравится, — сообщила она ему. — Это все равно, что снова оказаться на Тисовой улице. У меня нет времени говорить с тобой часами, чтобы развеселить тебя сегодня, но я готова зацеловать тебя до одури.       Он повернулся к ней лицом, слегка усмехаясь, и она победно улыбнулась ему. Она заняла пространство, которое он создал между ними, когда повернулся, и прижалась к нему вплотную. Между ними едва хватило места для листа пергамента, и она продолжала двигаться, пока его спина не ударилась о колонну с мягким стуком.       Она нежно поцеловала его в нижнюю часть челюсти, а затем двинулась вверх, нанося легкие поцелуи по всей челюсти, пока не встала на носочки и не стала дразнить его легкими поцелуями в губы. Его руки прижались к ней, схватив тяжелый материал ее куртки, и он взял поцелуй под контроль. Она почти прильнула к нему, схватившись руками за его воротник.       Они расстались только тогда, когда раздался свисток поезда, и они услышали, как миссис Уизли неистово выкрикивает его имя.       — Я люблю тебя, Гарри Джеймс Поттер, что бы ни случилось сегодня вечером.       — О, мы теперь используем полные имена, да? — пошутил он.       Она грубо толкнула его к колонне, но при этом улыбалась. Он притянул ее обратно и усмехнулся.       — Я тоже люблю тебя, Александрия Лия Поттер, — сообщил он ей, наклоняясь, чтобы еще раз захватить ее губы.       Раздался звук, словно кто-то подавился языком после того, как попробовал одну из ирисок "Гиперъязычки" близнецов, и Гарри в тревоге поднял голову. Он почувствовал, как кровь отхлынула от его лица, а Элли застыла рядом с ним. Он никогда, никогда за все годы своей жизни не видел миссис Уизли такого кипяще-красного цвета. Она прямо-таки кипела от ярости, и Гарри сделал бы шаг назад, не будь он уже так крепко прижат к кирпичной стене.       Бежать было некуда.       Свисток дал последнее предупреждение, и Гарри услышал, как Рон крикнул, чтобы он поторопился. Они все еще были скрыты от глаз людей в поезде, но Гарри мог видеть, как волшебники в форме идут вдоль поезда и закрывают двери вагонов.       Это было трусливо и позорно, но это был легкий выход, который не привел к тому, что он чуть не умер, когда у него были важные планы. Он двинулся в тот самый момент, когда это сделала Элли, — синхронность, которую он, вероятно, мог бы проявить со своим злейшим врагом, учитывая облик миссис Уизли.       — Пока! — крикнул он, проскользнув к поезду прежде, чем миссис Уизли успела пошевелиться.       Позади себя он услышал, как Элли исчезла в пламени, но он был не настолько азартен, чтобы оглянуться. Он просто очень надеялся, что миссис Уизли не успела вытащить свою палочку. Он схватил протянутую руку Рона и заскочил в вагон как раз в тот момент, когда поезд начал движение. Дверь захлопнулась за ним, и от нее отскочило Оглушающее.       Рон встревоженно посмотрел на него.       — Я думаю, — задыхался Гарри. — Я думаю, твоя мать знает обо мне и Элли.       — Если Волдеморт не убьет тебя сегодня, мама убьет.       Гарри ничего не оставалось делать, как простонать и последовать за Роном в купе, в которое каким-то образом втиснулась ПЗ. Там было немного тесновато, но это было временно. Гарри оглядывался по сторонам с порога в некотором оцепенении, и потребовалось не очень мягкое подталкивание Рона, чтобы вернуть его к вещам куда менее страшным, чем выражение лица миссис Уизли.       — Так, — сказал Рон, предпочитая не замечать, как его голос слегка дрогнул. — Все на месте?       Это был вопрос, который ему не нужно было задавать. Элли так хорошо их всех натренировала, что они, скорее всего, могли бы идти вперед, вообще не собираясь в купе. В основном, это было просто удобство, быстрое собрание перед тем, как мир полетит к чертям.       — Мы готовы, — подтвердила Сьюзен.       — Тогда вы знаете, что делать.       Гарри оглядел каждого из своих друзей, за исключением Стивена, который все еще был в Хогвартсе. Выражения их лиц варьировались от слегка нервного до откровенно испуганного, но сказать об этом было трудно. Они хорошо это скрывали, и он почувствовал гордость за то, чего добились они с Элли, за то, чего добились эти студенты.       — Сегодня вечером, — заявил он, — мы нападём на Министерство Магии.