Колючки
4 мая 2023 г., 10:50
Рабочие дни приносят что-то новое каждый день. Дети – удивительные создания, которые умеют шокировать тебя всё больше каждый час, и Кавех правда думает, что что-то упустил в своей жизни, раз у этой мелкотни столько интересного, что может заставить его раскрыть рот и чуть ли не краснеть от их обсуждений. Тем не менее, он постепенно учится ладить с ними, приберегая ту самую плохую сторону своего характера для коллег. В частности, для одного конкретного коллеги.
– Да ты сволочь, - злится, опираясь на ствол толстого дерева, встреченного по дороге, и стараясь отдышаться, - какого хрена я должен этим заниматься вместе с тобой? Я устал, мне жарко и хочется есть.
Аль-Хайтам незаметно вздыхает, потирая пальцами закрытые веки. Да, мало кто любит проводить марафоны спортивного ориентирования. Тут вам и надоедливые насекомые, и ноющие ноги. Но даже это нытье крайне далеко от нытья напарника, который не прошёл ещё и половины пути, а уже раз шесть остановился пожаловаться на свою тяжёлую жизнь какому-нибудь безмолвному кусту.
Вот и сейчас он меняет угол опоры, разворачиваясь и обнимая берёзоньку, шуршащую листьями в такт причитаниям незнакомого путника. Старший вожатый на это кривит губы, и его ладонь встречается со лбом. Ей богу, он будто ребёнка отдельно ведёт, а не прокладывает маршрут с помощником.
– Принцесса, мне тебя понести что ли? - обращается, складывая руки на груди.
Обращение, которое стало использоваться слишком уж часто, заставляет названного сжать зубы и недовольно зыркнуть на собеседника. Кто вообще так разговаривает с коллегами, это же полнейшее неуважение! Не будем задумываться о речи самого возмущающегося, ему можно.
– Нахуй прогуляться не хочешь? - фыркает раздражённо, отпуская своего найденного лесного друга, - давай, топай быстрее, нахождение с тобой наедине плохо влияет на моё ментальное состояние.
Хайтам пожимает плечами, празднуя безмолвно свою победу, и действительно продолжает путь, шагая вперёд по предоставленной карте и оставляя на ней очередную метку. После повязывает яркую ленту на иссохшей ветке, что вот-вот дойдёт до земли, и запрокидывает голову вверх, щурясь от пробивающихся сквозь плотную зелёную завесу солнцечных лучей.
Эта активность, имеющая опасность потерять одного или двух из воспитанников в лесу, направлена только на старшие отряды. Так сказать, вместо «детских» развлечений вроде мастер класса по созданию украшений из макарон. Хотя в этом не отказался бы поучаствовать и младший вожатый, однако его желания тут никем не учитываются.
Так, продолжая бубнить себе под нос и периодически страдальчески вздыхать, парень и добирается до выхода из царства флоры. Его радостные визги, кажется, слышны и на территории лагеря. Опускается обессиленно на лавочку, расположившуюся здесь, кажется, специально для него, и вытягивает ноги вперёд, прикрывая с улыбкой глаза. Вот-вот заплачет от счастья, не иначе.
Нет, может он в целом и достаточно спортивный, но долгие нагрузки на жаре, даже если это простая ходьба на свежем воздухе, никогда особого восторга не вызывали. Тем более, в такой «восхитительной» компании.
– Поднимайся, надо к Анне Константиновне зайти с отчётом, - разбивает всё его улучшивееся настроение Аль, подходя ближе на пару шагов.
– А сам никак? - щурится, сползая всем телом на лавочку.
– Пошли, - коротко откликается, выжидающе смотря на развалившегося удобно напарника.
Кавех поджимает губы, мотая головой и не собираясь никуда двигаться. Ему и тут прекрасно, а директрисе хватит и личной встречи со сволочью, его участие в этом мероприятии явно не обязательно. Ну серьёзно, придти только чтобы постоять? Нет, спасибо, лежится намного лучше.
Хайтам некоторое время сверлит парня взглядом, ожидая, пока тот наконец соизволит принять вертикальное положение. Однако, у того явно этого в планах нет.
– Считаю до трёх, - оповещает, постукивая пальцами по спинке сидения, на котором устроился вожатый, - раз.
Никакой реакции. Ну да, кто бы сомневался, Кавеху глубоко плевать на угрозы наставника. Что он сделает? Уйдёт один? Скатертью дорожка.
– Два, - всё ещё игнор, - три.
Младший сотрудник удивлённо вскрикивает, когда теряет опору под собой. Что только что произошло? До него даже не сразу доходит.
– Ты охренел? - круглыми глазами смотрит на Аля, дёргаясь.
Тот ничего не отвечает, удобнее перехватывая чужое тело. У него нет времени на препирания – в комнате ждёт недочитанная книга, которую нужно успеть закончить до вечера. Так что проще банально донести сопротивляющегося напарника, отличная идея, верно? Тем более, тот оказался на удивление лёгким, хотя внешне, казалось бы, не сильно уступает в массе самому Хайтаму.
– Отпусти! Поставь, сволочь! - вырваться оказалось труднее, чем кажется, - я понял! Понял я! Сам пойду, отпусти!
Наставник смотрит на извивающегося парня, выгибая бровь. Это было настолько просто? Почему он раньше не пользовался таким способом? Жить давно стало бы проще. Подхватываешь на руки, и вожатый уже на всё согласен... Надо запомнить, определённо полезная информация.
Резко расслабляет руки, практически позволяя своей ношу свалиться на землю, однако, заставив того схватить микро-инсульт, всё же опускает по-нормальному, не желая доставить травм.
Кавех быстрым шагом движется к воротам, недоверчиво оглядываясь на старшего коллегу. К такому жизнь его определённо не готовила... Не сказать, что ему совсем уж не это понравилось короткое путешествие, но нельзя же так делать, мать вашу!
К счастью, начальство надолго их не задерживает, благодаря за работу, которую не хотел брать никто, и отпуская на заслуженный отдых до ужина – Дороти пока что следит за их отрядом, так что можно спокойно отлежаться в удобной кроватке.
Только сейчас до парня доходит, почему Аль добровольно вызвался на утренней планёрки. На часах всего двенадцать, а значит впереди у них почти полностью свободный день. Пожалуй, три часа страданий того вполне стоили. В целом-то всё было не так плохо: свежий воздух, тишина. Ладно, может сволочь действительно хорошо разбирается в лагерных законах и лазейках в них.
Кавех удовлетворённо прикрывает глаза, потягиваясь, а после утыкаясь в зеркало. Масочки-пеночки, как же вас не хватает! После подъема заняться ими просто не успеваешь никак, а перед отбоем нет сил. Там дай боже до душа доползти и не отрубиться, не до ухода как-то.
Хайтам ожидаемо утыкается в свои горячо обожаемые буковки, надевая наушники. Младший вожатый давно выяснил, что те обладают удивительным шумоподавлением, избавляя мужчину от всех окружающих звуков. Полное погружение в выдуманные миры или что там у него? Статьи о мошках, рецепты пирогов? Парень никогда не интересовался, чем таким зачитывается его наставник. Может он вообще сказки Андерсена впитывает, кто его знает?
Насладившись тонной продуктов, рекомендуемых девятью косметологами из десяти, и наконец почувствовав себя чистым, Кавех укутывается в пододеяльник, из которого вытянул плед, ибо жарко, и ныряет в ленту твиттера. Боже, сколько тут нового! Кажется, будто пропустил абсолютно все события в этом мире, хотя не заходил всего ничего.
Обнимает подушку, предпочитая опустить голову на матрац, и периодически поглядывает на второго человека в помещении. Всё никак не может понять, как тот до сих пор не расстелил нормально кровать... Ему вообще нормально спать на покрывале? Ни подушечки, ни одеялка. Что за странный человек?
Вообще, парня удивляет, как Аль, весь из себя ответственный на работе, умудряется быть таким ленивым и необязательным в повседневных делах. Он давно замечает за ним это: проходит мимо тапочек, не разбирает вещи в шкаф, всё оставляя их в чемодане, не надевает постельное бельё, оставляет зубную щетку лежать на раковине вместо того, чтобы поставить в стаканчик, да и в целом, кажется, интересуется только своими книжками и музыкой. Прям руки чешутся ткнуть в брошенную на стул футболку.
Нет, не то чтобы наставник был совсем неаккуратным, но тому, кажется, просто всё равно на окружающую среду. Убрано там, нет, холодно, жарко... Всё сидит на своём месте, лишний раз не поднимаясь даже чтобы попить воды.
Кавех так не может. Он скорее будет разгильдяйничать всюду и игнорировать рабочие обязанности, но избавится от каждой пылинки рядом с собой. Ну просто некомфортно по-другому, что тут сделаешь?
– Отведёшь всех в столовую? - спустя несколько часов подаёт голос Хайтам, заставляя вожатого чуть дёрнуться от неожиданности.
– С хера ли? - хлопает глазами, не понимая.
Вообще, они всегда занимаются делами отряда вместе. То ли наставник ему детей не доверяет, то ли слишком ответственен, но в любом случае в одиночестве что-то делать никогда парня не отправлял. И это, признаться, достаточно удобно – всё таки четыре пары глаз и два голоса лучше, чем всё это в меньшем количестве.
– Ладно, - вздыхает, соглашаясь и поднимаясь с кровати и двигаясь в сторону ванной.
Кавех замечает, как тот почти невидимо морщится и старается не опираться на одну ногу. Моргает несколько раз, понимая, что что-то не так. Дожидается, пока напарник вернётся в комнату, а после в привычной манере интересуется, что с ним случилось. Как оказывается, тот сам не особо знает – то ли потянул, то ли подвернул лодыжку. Неприятно.
Младший вожатый внимательно наблюдает за пострадавшим, что собирается уже выходить в коридор, и, вздохнув, окликивает того.
– Ляг, - поднимается, откидывая смартфон к стенке, - сам схожу. Давай, вперёд, не развалюсь.
Аль-Хайтам чуть удивлённо приковывает рот, однако лишь кивает, присаживаясь на свое место. Следит за тем, как младший сотрудник покидает комнату, а после наблюдает за ним в окно – честно ведёт детей в столовую, даже отказавшись от помощи знакомой девушки.
Дети несколько расстраиваются по поводу отсутствия главного секс-символа всея комплекса, но ничего не спрашивают, принимаясь скорее за еду. Сегодня у них дискотека, так что нужно собираться, а макароны с котлетой как-нибудь сами пусть в рот прыгают.
Музыкой сегодня заведует какой-то ещё не замеченный ранее парень, и вкус у него далеко не огонь. Даже ребятня начинает зевать, стоя у стенок, ибо под такое особо не потанцуешь. Кто-то по-тихому сваливает за здание, и вожатые предпочитают не интересоваться, зачем. Пусть развлекаются, пока все живы – их не волнует.
Кавех устал. Пришлось вести долгую беседу с отрядом, выслушивая их недовольства сегодняшним вечером. Какая-то девочка умудрилась словить истерику, из-за чего младшему вожатому пришлось задержаться и успокаивать её, сидя на лестнице, а потом ещё и выгонять из комнаты своих подопечных ночных гостей из соседнего корпуса. Одному работать сложно.
Возвращается в свои апартаменты позже обычного и хочет сразу упасть на кровать, но останавливается, замечая, что напарника нет. Вопросительно вскидывает брови и оглядывается по сторонам, будто тот может слиться с мебелью.
Дверь сзади скрипит, оповещая о появлении мужчины. В руках у того пустая кружка, а на лице выражение вселенского разочарования. Как выясняется, желая заварить чай, он потерпел неудачу, так как горячая вода будет только через двадцать минут, а стоять в холле возможности особо не предоставляется – нога разболелась еще сильнее. Благо, хоть отёка нет.
– Долбанутый? - шипит на наставника вожатый, чуть ли не толкая того на постель, - принесу я тебе твой чай, сволочь, только лежи, не подохни.
Сегодня какой-то необычный день, это точно. Хайтам даже не знает, что сказать, повинуясь и опускаясь. Обещанный напиток оказывается у него ровно в указанный срок. Конечно, на тумбочку его ставят не особо аккуратно, но и на том спасибо.
Аль почти давится, когда на его бёдра что-то приземляется. Общая привычка, похожа: кидаться предметами друг в друга.
– Я просто не хочу работать один, - фыркает Кавех, отводя взгляд и спеша улечься, отвернувшись от мужчины.
Тот невольно улыбается, разглядывая полученные предметы. Напарник может и шипит, кусается, царапается, чуть ли ядом в него не брызжет, но за колючками скрывается до умопомрачения милое и заботливое создание. Иначе слишком уж щедро было бы с его стороны поделиться обезболивающей мазью и эластичным бинтом.
– Спокойной ночи, - негромко произносит старший вожатый, закатывая штанину.
– Сволочь, - тихо бубнит в подушку парень, закрывая глаза.
