15. Иллюзия
20 ноября 2023 г., 08:47
Следующую неделю Нанами разрывалась между учëбой, подработкой и новообретëнными божественными обязанностями. Время на постижение тайн талисманов утекало сквозь пальцы, как вода. Уволиться с работы девушка пока не могла, а еë попытки создать хоть что-то вразумительное в магии амулетов скорее напоминали детские каракули. Но Нанами упорно боролась с отчаянием, раз за разом пробуя снова. В школу ходила вместе с Ари. Подруга была искренне изумлена, узнав о том, что та жила в храме, считая подобное место совершенно неподходящим для жизни. Рыжевласка настойчиво предлагала переехать к ней, но Нанами, по понятным причинам, вежливо отказалась.
В остальном жизнь текла своим чередом. Томоэ словно растворился в воздухе: больше не появлялся в школе, не писал сообщений, не наведывался в храм. Сначала сердце Нанами тоскливо ныло, но вскоре груз свалившихся обязанностей вытеснил всякие мысли о лисе. Временами еë посещало странное чувство, будто Томоэ никогда и не существовало вовсе, будто он был лишь плодом еë разыгравшегося воображения. Однако она гнала эти мысли прочь, постепенно свыкаясь с его отсутствием.
— Ты уже решила, что наденешь на бал? — прозвучал тоненький голосок Ари, вырвав Нанами из водоворота мыслей.
Сегодня выпал первый снег, но, едва коснувшись земли, тут же таял. Пушистые хлопья кружились в причудливом танце, исчезая в объятиях земли. На улице стало теплее. Девушки неспешно шли по тротуару, возвращаясь домой после уроков. Накама была в приподнятом настроении.
— Что? Какой бал? — переспросила Нанами, недоуменно глядя на подругу.
Рыжевласка покачала головой и, уперев руки в бока, укоризненно посмотрела на подругу. В зелёных глазах плясали лукавые огоньки.
— Ежегодный осенний бал, — напомнила, закатив глаза. — Ты что, совсем забыла?
И как тут не забыть? Нанами совсем не думала о таких мелочах. Она пожала плечами и виновато улыбнулась.
— Прости, вылетело из головы. Да и подходящего платья у меня нет.
— Я помогу тебе с этим! У меня столько роскошных платьев на любой случай… Или… Или мы можем пойти по магазинам! Шопинг ещё никому не вредил! — воскликнула Ари, улыбаясь скорее себе, чем Нанами. В такие моменты подругу было не остановить, поэтому Момозоно молча кивала. — До бала ещё две недели, мы всё успеем. Ах, в атласном платье с лёгким вырезом ты будешь просто неотразима…
Накама продолжала восторженно перебирать в уме варианты нарядов, в которых Нанами смогла бы покорить всех парней в школе. От беззаботной болтовни подруги девушка впервые за долгое время почувствовала себя хорошо. Она робко улыбалась, соглашаясь с еë выбором.
— Нанами! — послышался знакомый голос за спиной.
Обе обернулись и увидели Соту, машущего им рукой на другом конце улицы. Девушки переглянулись и направились к нему.
— Привет, — сказала Нанами. — Разве у тебя не дневная смена?
— Не-а, сегодня выходной. Решил подышать свежим воздухом, — объяснил Сота, проводя рукой по волосам, слегка влажным от снега. — А потом увидел тебя и решил поздороваться. Как дела?
Все трое двинулись дальше. Ари шла рядом, устремив взгляд вперёд, слушая их разговор, но не принимая в нём активного участия. Нанами почувствовала, как хорошее настроение и энтузиазм подруги угасли. Она бросила на неё короткий взгляд, пытаясь понять, что происходит, но Ари лишь пожала плечами. И чем дальше они шли, тем мрачнее становилось еë настроение. Сота не заметил перемен и продолжал говорить с Нанами о работе, школе и других мелочах.
— Ты в порядке? — спросил парень, заметив задумчивое выражение на еë лице. В глазах цвета морской волны отражалось беспокойство.
— Да, всё хорошо.
— Кстати, — внезапно сказал, — я поговорил с руководством и всё уладил. Ты можешь работать до конца ноября, а потом быть свободна.
— Ох, спасибо тебе! — просияла Нанами. — Ты меня очень выручил.
— Пустяки, я рад помочь. К сожалению, мне пора идти. До встречи.
— Конечно, спасибо ещё раз. Пока.
Бросив на девушек последний взгляд, Сота поспешил вперёд. Нанами смотрела на его удаляющуюся спину.
— У тебя нет странного и давящего ощущения рядом с ним? — прошептала подруга, положив руку на плечо Момозоно.
— А что с ним не так? — спросила Нанами, поймав её таинственный взгляд.
— Я не могу это объяснить, — призналась рыжевласка, убирая руку. — Просто он так смотрит на тебя…
Нанами пожала плечами. Они продолжили путь. Неужели с Сотой и вправду что-то не так? Он был так внимателен: расспрашивал о делах, искренне беспокоился, дважды помог с работой… Почему же тогда Ари и Томоэ так настойчиво подозревали его в чём-то недобром? Момозоно глубоко вздохнула, прокручивая в голове все моменты их встреч, пытаясь уловить хоть какую-то тревожную нотку. Но воспоминания о Соте не вызывали ни малейшего негатива. Он был неизменно приветлив, участлив и готов прийти на помощь. Чем же парень заслужил такое недоверие со стороны подруги?
Томоэ, конечно, заподозрил неладное, ведь Сота знал некоторые нюансы в его магии, которыми лис не делился ни с кем без крайней необходимости. Но, может, это и вовсе и не такая уж тайна? Впрочем, от Томоэ и не стоило ждать особого доверия к кому-либо. Но почему Ари так отзывалась о Соте? Особенно если вспомнить, что при первой встрече он произвёл на неё самое благоприятное впечатление. Нанами снова и снова прокручивала в голове их слова, пока не сдалась. Временами в душе и вправду закрадывались сомнения, но девушка тут же отгоняла их, списывая всё на дурное влияние лиса. В самом деле не могла же она подозревать человека, основываясь на чужом мнении и ощущениях?
— И он тебе абсолютно не подходит.
Нанами удивлённо моргнула, вынырнув из омута собственных мыслей.
— Да? А кто же мне тогда подходит?
— Я думаю, что Томоэ, — выпалила Ари, сверкнув зелёными глазами.
К собственному изумлению, Момозоно рассмеялась. Ирония заключалась в том, что ещё пару недель назад рыжевласка сама сходила с ума по Томоэ. Но тот отверг её чувства, предпочтя попросту стереть их из памяти. Нанами не одобряла такого решения, считая, что лис поступил эгоистично, не поинтересовавшись мнением самой Ари. Впрочем, сейчас это уже не имело никакого значения, ведь его магия не оказала на подругу негативного воздействия. Та просто забыла о своей влюблённости в одно мгновение. В голове Нанами промелькнула мысль: а стало бы легче, если бы и она могла вот так просто забыть обо всём? И каково это — забыть?
— Не думаю, что мы подходим друг другу, — слова прозвучали в промозглом воздухе, подобно хрупкому льду, готовому разлететься на осколки.
Ари украдкой взглянула на подругу, лицо которой скрывал надвинутый капюшон.
— Неужели тебе совсем не хочется найти парня? — спросила она, лукаво изогнув бровь.
В ответ Момозоно лишь одарила её вялой улыбкой, за которой скрывалась целая вселенная несбыточных желаний. Нанами не могла позволить себе легкомысленных радостей — поскольку ей предстояло стать богиней. Ари смотрела на неё с сочувствием и больше не развивала эту тему.
***
Проводив подругу до дома и вернувшись в храм, Нанами переоделась и поспешила в кафе. Как и предсказывал Сота, начальство не задало лишних вопросов, когда та сообщила о своём уходе. Внутри расцвело чувство облегчения; девушка твёрдо решила посвятить оставшиеся несколько недель работе, вкладывая в неё всю душу. Когда возвращалась обратно, солнце уже утонуло в багровом закате, оставив после себя лишь призрачный отблеск на горизонте. Нанами неторопливо брела по тротуару, вдыхая прохладный воздух, наполненный ароматом прелых листьев. С каждой минутой горизонт затягивался свинцовыми тучами, предвещавшими ненастье. Почувствовав сильный порыв ветра, девушка ускорила шаг. Минуя освещённые городские улицы, постепенно приближалась к знакомой лесной тропинке. Лес, через который ей приходилось ходить почти каждый день, в это время суток казался особенно таинственным и мрачным. Хлынул ливень; мокрая трава вперемешку с листвой прилипала к сапогам. Вдали замерцали огоньки храма, как маяк надежды в этом тёмном царстве. Ещё пятнадцать минут — и она окажется дома. Проходя мимо поваленного дерева, девушка услышала подозрительный хруст и замерла. Страх сковал тело, заставив её испуганно озираться по сторонам. Вновь возникло ощущение, что за ней кто-то следил. Дождь усилился, превратившись в яростный ливень. Постояв немного, Нанами ещё раз внимательно осмотрелась. Ничего. Но едва сделала шаг, как до слуха донёсся новый, едва уловимый шелест. Дыхание перехватило, сердце бешено заколотилось в груди. «Это просто дождь», — пыталась успокоить себя, чувствуя, как волосы на затылке встали дыбом. Сглотнув ком в горле, девушка сделала несмелый шаг вперёд, откуда доносился звук. Что она надеялась там найти, и сама не знала, но продолжала идти. И чем ближе подходила, тем сильнее тревога сжимала горло. Хотелось развернуться и бежать со всех ног, но какая-то неведомая сила влекла её вперёд. Нанами сунула руку в карман и достала мобильник, чтобы осветить тропу. Бешеный стук сердца заглушал даже шум дождя и собственные шаги. Руки намокли, телефон чуть не выскользнул, но каким-то чудом она смогла его поймать. Включив фонарик, осветила местность, судорожно сжимая в руке устройство и водя им из стороны в сторону. Свет упал на поваленное дерево. Нанами заметила за большим стволом тёмный силуэт и вздрогнула. «Мне кажется», — лихорадочно пронеслось в голове. Сердце колотилось где-то в горле, инстинкт вопил об опасности, приказывая убираться, но любопытство взяло верх над разумом. В конце концов, это мог быть человек, нуждающийся в помощи, или раненый зверь. Игнорируя страх и здравый смысл, Нанами нетвёрдой походкой обошла дерево. Под ним действительно кто-то был! Девушка медленно направила свет фонаря на силуэт, который постепенно обретал человеческие очертания. Затем осторожно отступила на несколько шагов назад. Под деревом, полусидя, находился молодой человек. Светлые волосы, промокшие до нитки, свисали по сторонам, скрывая его лицо. Полурасстёгнутое пальто было изорвано и помято, на шее виднелись мелкие царапины и ссадины. Судя по его виду, он провёл здесь не один час. Что-то подсказывало девушке, что он жив, просто потерял сознание. Набрав в лёгкие побольше воздуха, Нанами шагнула к нему. Опустившись на колени, не выпуская телефон из руки, медленно протянула свободную руку к его лицу. Убрав мокрые пряди, девушка испуганно отдернула её назад и издала тихий вздох, не веря своим глазам. Перед ней был Томоэ! В глазах потемнело, сердце замерло, дыхание перехватило от шока. Она бы ни за что не поверила, если бы не увидела опущенные лисьи уши на голове. В сознании вихрем закружились вопросы: что с ним произошло? Почему он здесь? Всё ещё дезориентированная, Момозоно лихорадочно пыталась сообразить, что делать дальше. Кое-как успокоившись, бросила ещё один взгляд на лиса и широко распахнула глаза, не видя движение в его груди. «О господи, неужели он…?», — испуганно подумала Нанами и мгновенно нащупала его сонную артерию. Почувствовав слабый пульс, девушка облегчённо выдохнула. Нужно было действовать немедленно, иначе они оба застрянут в этом проклятом лесу. Собравшись с силами, она встала и, убрав телефон в карман куртки, попыталась привести его в чувство. Несколько раз легонько потрясла его за плечи, но лис не приходил в себя. Мелькнула мысль позвонить в скорую, но девушка тут же отбросила её. Томоэ — ёкай, и вряд ли обычный врач сможет ему помочь. Нанами обошла его и, подойдя со спины, взяла за подмышки, согнула его правую руку и прижала к груди. Тот оказался гораздо легче, чем она предполагала. Захватив предплечье и кисть согнутой руки, осторожно подняла его, потягивая за собой. Тело лиса обмякло, из-за чего приходилось дополнительно поддерживать его полусогнутым коленом. Положив его свободную руку себе на плечо, Нанами осторожно выпрямилась и двинулась вперёд. Ливень постепенно стихал, превратившись в изморось. К счастью, до храма оставалось совсем немного. Самым сложным было преодолеть лестницу. С видимым усилием девушка буквально волокла Томоэ за собой, проклиная себя на чём свет стоял. Ну почему она постоянно попадала в подобные ситуации? Украдкой поглядывая на лиса, чувствовала боль в груди. Молила бога, чтобы он оставался жив и тут же нервно рассмеялась. Она сама почти что бог, к кому она сейчас взывала? Впереди показались стены храма. Её дыхание участилось. Лишь бы добраться до него! Спустя несколько минут девушка пыталась открыть двери, придерживая Томоэ. Это оказалось совсем нелегко, но жаловаться было некогда. Собрав остатки сил, Нанами одним движением потянула одну из дверей на себя и проскользнула внутрь, чуть не свалившись вместе с лисом. Тяжело дыша, забегала глазами по гостиной, пытаясь сообразить, что делать дальше. Еле доковыляв до дивана и уложив на него Томоэ, тут же сбросила мокрую куртку, ботинки и включила свет. Мазнув ещё одним тревожным взглядом по его телу, девушка снова метнулась к нему и нащупала пульс. К счастью, тот был жив. Испустив вздох облегчения, Нанами принялась стягивать с него куртку и замерла. Томоэ всегда был бледным, но сейчас выглядел не просто бледным, а мёртвенно-белым. Она ощупала его тело. Лис был холодным как лёд. Одним богам было известно, сколько он просидел под этим деревом. — Господи, Томоэ, — не выдержала, — ты же ёкай, как ты можешь мёрзнуть?! Отчаянно пытаясь поднять его, она с трудом дотащила бесчувственное тело в ванную. С огромным усилием усадив в ванну, словно безвольную куклу, включила горячую воду. Отдышавшись, с тревогой наблюдала, как наполнялась ванна, украдкой поглядывая на лицо Томоэ. На нём не отражалось ничего, кроме болезненной бледности: покрасневшие, словно налитые свинцом, веки плотно сомкнуты, губы посинели, уши безжизненно повисли. Впервые увидев лиса в таком состоянии, почувствовала, как леденящий ужас охватывал её изнутри. Когда ванна наполнилась, девушка выключила воду и, помедлив, бросилась обратно в гостиную к куртке, валявшейся на полу. Выхватив мобильник из кармана, попыталась разблокировать его, но экран оставался чёрным. Аккумулятор оказался разряжен. Прошипев проклятие, Нанами ринулась в свою комнату и, схватив зарядку, лихорадочно принялась вставлять шнур в разъём, но непослушные пальцы отказывались повиноваться. Чёртова железяка! Через несколько минут ей удалось подключить телефон, и убедившись, что зарядка пошла, девушка со всех ног помчалась обратно к Томоэ. Собственное тело ныло от усталости, но она запрещала себе об этом думать. Сейчас главное — привести Томоэ в чувство. Снова ощупав его, Нанами похолодела — температура не поднималась. К горлу подступил новая волна паники. Неужели он… мёртв? Глаза защипало от подступающих слёз, но девушка грубо вытерла их тыльной стороной ладони и вернулась в комнату. Телефон включился. Дрожащими руками набрав знакомый номер, Нанами прижала его к уху. Долгие гудки терзали слух и нервы, заставляя её грызть ногти. После бесконечных секунд в трубке раздался голос: — Алло? Нанами? — Шизука! — закричала сквозь слёзы. — Томоэ… Он болен, я не знаю, что с ним! Я нашла его в лесу… Объяснять некогда! Приезжай скорее, я не понимаю, что происходит! — Что? О чём ты говоришь? — в голосе прозвучало недоверие. — Я серьёзно! Я нашла Томоэ, он… — она запнулась, — умирает, Шизука! Наступила долгая пауза. Девушка молчала, а Нанами чувствовала, как изнеможение разливалось по всему телу. Она прислонилась к стене, чтобы не упасть. Наконец, Шизука произнесла: — Это не может быть Томоэ. Сегодня он был в порядке. Когда ты его нашла? Неважно, просто не трогай его. Возможно, это не он! — Я ничего не понимаю… — Просто делай, как я говорю. Я скоро буду! — приказала девушка, повысив голос. — Нанами, ты слышишь меня? — Д-да, — пробормотала Момозоно, нервно сглотнув, — я поняла***
Нанами, словно загнанный зверь, металась по гостиной, в отчаянии грызя губы и скручивая пальцы. Вихрь тревожных мыслей терзал сознание, рисуя картины одна мрачнее другой. Кто посмел сотворить такое с Томоэ? За что? И, словно змея, крадущаяся в сердце, проникала мысль: что, если он не выживет? При одном воспоминании о его мёртвенно-бледном лице по спине пробегал мороз. Нанами, свято верившая в силу, в ту нерушимую мощь лиса, которую он так часто демонстрировал, не могла поверить в происходящее. Каким-то немыслимым кошмаром казалось его нынешнее состояние. Она побелела как мел, осознавая, что тот, кто осмелился поднять руку на Томоэ, обладал невообразимой силой, превосходящей даже его, могущественного и опасного ёкая. Впрочем, опыт её встреч с ёкаями был столь невелик, что любые выводы казались шаткими. Она отбросила тягостные раздумья, но ожидание сжимало сердце в тиски, заставляя бесцельно бродить по комнате и тщетно пытаясь удержаться от самых страшных предчувствий. Решив вновь навестить Томоэ, она направилась было к ванной, но двери храма распахнулись. На пороге возникла Шизука. Её лицо было непроницаемым, словно высеченным из камня, а серые глаза смотрели на Нанами с едва уловимой тенью подозрения. — Где он? — резко спросила Шизука, не отрывая от неё взгляда. Нанами молча развернулась, и вместе они направились в ванную. Войдя, Момозоно почувствовала, как сердце болезненно сжалось. Его лицо по-прежнему было бледным, пугающе чужим. Шизука замерла на пороге. Нанами ощутила, как её тело напряглось, осознав критическое состояние хозяина. Лишь через несколько мгновений та сумела взять себя в руки и приблизиться к нему. Едва заметная надежда шевельнулась в душе: а вдруг это не Томоэ? Шизука тщательно, скрупул1зно осматривала каждый миллиметр его тела. Время тянулось мучительно медленно. — Это определённо не Томоэ, — прошептала девушка, отступая на несколько шагов, её голос дрожал. — Это не его запах. Нанами в изумлении открыла рот, не веря своим ушам. — Ты уверена? — Да, я не могу ошибаться. Нужно бежать в… Она не успела договорить, как в воздухе сверкнуло что-то огромное и острое, целясь прямо в неё. Шизука среагировала молниеносно, парировав удар. Лишь срезанная прядь пепельных волос медленно опустилась на кафельный пол. Девушка оттолкнула Нанами назад, заставив её пошатнуться, но не потерять равновесие. Обе в панике озирались, пытаясь понять, что произошло. Неожиданно их окутало густое, непроницаемое облако дыма. В тот же миг раздался кокетливый, мелодичный смех. Нанами вздрогнула, медленно выходя в гостиную. Шизука последовала за ней, не сводя глаз с пелены дыма, заполнявшей собой всё пространство. Через несколько томительных мгновений дым начал рассеиваться, являя взору лишь смутный силуэт, отдалённо напоминающий человеческую фигуру. Сердце Нанами бешено колотилось, она судорожно сглотнула. Одно дело слушать предупреждения Томоэ об опасности, и совсем другое — столкнуться с ней лицом к лицу. Страх сковывал, не давая пошевелиться. Когда дым рассеялся окончательно, в гостиной стояла девушка. На вид ей было не больше двадцати, хотя истинный возраст, несомненно, был гораздо больше. Высокая, с иссиня-чёрными волосами, струящимися по идеально сложенному телу, она источала утончённую грацию. На ней был минимум одежды: кожаная мини-юбка, едва прикрывавшая широкие бёдра, и белая рубашка с расстёгнутыми пуговицами, открывающая вызывающее декольте. Бледное лицо расплылось в фальшивой улыбке. Ярко-зелёные глаза с нескрываемым интересом изучали Нанами, а затем переключились на Шизуку. От этого взгляда по коже пробегали холодные мурашки. Момозоно сразу поняла, кто перед ней стоял. Демоница перекинула тёмную прядь с одного плеча на другое и, сладко потянувшись, произнесла: — Ты, — кивнула в сторону Нанами, сверкнув зелёными глазами, — такая хорошенькая! Давненько я не лакомилась людьми! Даже не знаю, кого из вас убить первой! Она хищно облизнулась, и в следующее мгновение её лицо отделяли от лица Момозоно лишь считанные сантиметры. Демоница двигалась с пугающей скоростью, опережая даже реакцию Шизуки. Секунду назад она маячила в дверном проёме ванной, а теперь её ледяные пальцы сжимали горло Нанами, лишая ту возможности даже вскрикнуть. Воздух стремительно покидал лёгкие, в голове начинало мутиться, а сознание медленно угасало. Заметив это, демоница ослабила хватку. Её губы расплылись в кровожадной ухмылке. — Ах, вот оно что, — проворковала девушка. — Какая досада, я ведь не могу тебя убить… И тут произошло то, чего демоница не ожидала. Рядом, словно тень, возникла Шизука, вцепившись в её руку, удерживающую Нанами. Пусть ей и не доставало той сверхъестественной скорости, но нескольких секунд оказалось достаточно, чтобы застать врага врасплох. Шизука с такой силой сжала тонкое запястье, что в тишине отчётливо хрустнули кости. Нанами показалось, что она сломала ей руку! Демоница издала некое подобие сухого смешка и, резко разжав пальцы на шее Момозоно, отбросила её в сторону. Нанами не удержалась на ногах и рухнула на пол. Шизука, ошеломлённая, уставилась на демоницу, за что та наградила её хищной, плотоядной улыбкой. Вырвав руку из хватки, демоница швырнула Шизуку через всю гостиную. Та с глухим стуком врезалась в стену. Острая, пронзительная боль волной прокатилась от затылка по всему телу. Нанами наблюдала за ней из-под полуопущенных ресниц, всё ещё дезориентированная, и безмолвно молилась, чтобы Шизука была жива. Демоница потёрла ушибленное запястье и, словно танцовщица, медленно, грациозно направилась к лежащей Шизуке. Та почти пришла в себя и попыталась подняться, но тело не слушалось. — Как ты смеешь, ничтожный дух какой-то шавки, прикасаться ко мне? — в зелёных глазах вспыхнули ярость и жестокость. — Я собиралась проявить милосердие и избавить тебя от страданий одним ударом, но теперь… Остановившись возле Шизуки, демоница грубо схватила её и, словно куклу, вздёрнула над полом. Лицо той оставалось бесстрастным, словно она покорилась своей судьбе. Демоница была во много раз сильнее и быстрее, бессмысленность борьбы была очевидна. Тем временем Нанами почти полностью пришла в себя. Девушка попыталась встать, лёгкое головокружение заставило её пошатнуться. Собравшись с силами, лихорадочно пыталась придумать, как помочь Шизуке. Казалось, демоница совершенно не обращала на неё внимания. Момозоно окинула взглядом комнату, ища хоть что-нибудь острое или колющее, но ничего подходящего не было. Да и если бы нашла, вряд ли смогла бы воспользоваться. Её взгляд остановился на демонице, которая прижимала Шизуку к стене. «Что делать?» — вопрос пульсировал в голове, но страх и шок сковывали девичью волю. Она так и стояла, словно парализованная, молча наблюдая за происходящим. Губы демоницы скривились в злобной усмешке. Она вонзила острые, как бритвы, ногти в шею Шизуки и разразилась громким, зловещим хохотом, с наслаждением разрывая плоть. Алая кровь хлынула по шее, окрашивая их одежду и заливая пол. Нанами вздрогнула от ужаса и отчаяния, осознавая, что у них нет ни единого шанса выбраться из этой западни живыми. Но должно быть что-то, что Момозоно могла сделать? Она обязана попытаться, даже если потерпит неудачу, даже если погибнет. Нанами ещё раз окинула взглядом комнату. Её взгляд упал на стол, на котором стоял полупустой кувшин с водой. Это было единственное, что находилось в пределах досягаемости, а каждая секунда промедления приближала Шизуку к смерти. Кувшин, конечно, не был смертельным оружием, но его было достаточно, чтобы привлечь внимание ёкая. Без малейших колебаний она подбежала к столу, схватила кувшин обеими руками и, прицелившись, бросила его в демоницу. Бросок достиг цели. Та удивлённо вскинула брови. Нанами была уверена, что брошенный кувшин не нанёс ёкаю существенного вреда, но, наблюдая за тем, как бешено извивалась и шипела демоница, задумалась. Что-то здесь было не так. И внезапно её осенило. Вода! Должно быть, демоница боялась воды! Шок и восторг от этого открытия наполнили её, но она не успела порадоваться своей изобретательности. С выражением безумной ярости демоница неслась на неё с поразительной скоростью. Мгновенно до Нанами дошла вся глупость её затеи. Отвлечь-то отвлекла, а что делать дальше, не имела ни малейшего представления. Лицо демоницы и до этого внушало ужас, но сейчас она выглядела по-настоящему чудовищно. По спине и рукам ползли мурашки от ужаса. Без всяких церемоний она схватила Нанами за волосы и, дёрнув их вниз, ударила лицом об пол. Девушка вскрикнула от острой, нестерпимой боли. — А ты бесстрашная, да? — взгляд зелёных глаз был прикован к Нанами. — Какая досадная неприятность! Хозяин будет очень недоволен, если я убью тебя, но кто же знал, что всё так обернётся… В глазах Момозоно потемнело, в горле пересохло. Она не предпринимала никаких попыток сопротивления — честно говоря, у неё и сил-то не осталось. Демонице это явно не нравилось. Вздёрнув Нанами за волосы, она подняла её так, чтобы их лица оказались на одном уровне. Зрачки ёкая сузились, став похожими на кошачьи, на лице застыло выражение холодной, расчётливой жестокости. — Знаешь что? — задумчиво произнесла она. — Тебя я убить не могу, однако на этого ёкая-инугами такой запрет не распространяется. И я великодушно предоставлю тебе выбор, как именно она умрёт, если ты будешь хорошо себя вести. От этих слов Нанами пронзил озноб. Хотелось закричать, что есть силы, но девушка не могла даже пошевелиться. Она была абсолютно слаба и беспомощна — в точности, как всегда говорил Томоэ. Слёзы брызнули из карих глаз, струясь по щекам. Сейчас было не страшно и не больно, Момозоно плакала от огорчения и собственного бессилия. По-видимому, демонице наскучило её молчание, и она откинула девушку в сторону, как надоедливую муху. — Что же мне с вами делать? — задумчиво произнесла, принявшись ходить из стороны в сторону и внимательно рассматривая свои ногти. — Поступим вот как… И тут её тело объяло пламя. Демоница издала булькающий, полный ужаса визг, извиваясь и пытаясь стряхнуть огонь, но безуспешно. Собрав последние остатки сил, Нанами подняла голову. Единственное, что она успела увидеть — аметистовые глаза. А потом разум заволокла тьма.
