Часть 3
21 марта 2023 г., 11:20
Утром за завтраком Гарри получил неприятный сюрприз в виде статьи Риты Скитер в «Ежедневном Пророке». Официально статья посвящалась Турниру Трёх Волшебников. Только вот большую ее часть составляло красочное жизнеописание самого Гарри. Едва ли не половину первой страницы занимала его фотография. Фактически вся статья, продолжавшаяся на второй, шестой и седьмой страницах, была посвящена только ему, имена чемпионов Шармбатона и Дурмстранга перевраны, о них сказано несколько слов в самом конце статьи, а имя Седрика вовсе не упоминалось. И ладно бы Скитер ограничилась просто пересказом биографии Поттера! Нет, её фантазия ушла в свободный полёт, выдав нечто несуразное и оттого воистину ужасающее.
— Моя сила — это дар, унаследованный от родителей, — сообщала статья. — Если бы мама с папой увидели меня сейчас, они бы очень мною гордились. Да, по ночам я все еще плачу, вспоминая о них, и не стыжусь в этом признаться. Я знаю, на Турнире ничего со мной не случится, потому что родители смотрят на меня с небес…
Ничего подобного Гарри никому, — тем более чокнутой репортёрше, — не сказал бы и под угрозой Авада Кедавры!
Однако на перевирании слов самого Поттера Рита Скитер не остановилась и опросила других студентов, желая узнать их мнение о нём.
— В Хогвартсе Гарри встретил свою любовь. Его близкий друг Колин Криви говорит, что Гарри всюду появляется в обществе Гермионы Грейнджер, сногсшибательной красавицы-магглы, которая, как и Гарри, одна из самых блестящих студентов школы.
— Ужас просто, — раздражённо швырнув газету на стол, в сердцах бросил Гарри. — Гермиона, ты это видела?
— Видела, — та как раз закончила читать свой выпуск «Пророка». — Неприятно, конечно, но не смертельно.
— Эта Скитер выставила меня каким-то позёром и одновременно слюнтяем! — понизив голос до шёпота, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, продолжил бушевать Гарри.
— И? — Гермиона прямо посмотрела в глаза другу. — Что ты собираешься в связи с этим сделать? Напишешь жалобу в газету с требованием опровержения? Или подашь на Скитер в суд за клевету?
Гарри растерянно моргнул.
— А что, можно такое сделать? — всё раздражение мгновенно исчезло, сменившись заинтересованностью.
— Написать жалобу в редакцию — хоть сейчас, — Гермиона, как всегда, не разменивалась на лишние эмоции и подошла к вопросу прагматично. — Что касается заявления в суд… Я не настолько хорошо разбираюсь в законодательстве Магической Британии. Тут лучше бы нанять толкового юриста. Только вот где его взять?
Взгляд Гарри непроизвольно скользнул к слизеринскому столу, где Драко в компании своих подпевал со смешками зачитывал отрывки из статьи Скитер. Гермиона проследила за взглядом Гарри и нахмурилась.
— У Малфоев наверняка есть связи среди юристов, — заметила Грейнджер. — Только вот захотят ли они тебе помогать? Может, стоит сначала посоветоваться с Бродягой? Возможно, он сможет что-то подсказать.
«Или Снейп», — всплыла в голове Поттера ещё одна личность на роль советчика.
— Я напишу Бродяге ещё одно письмо, — кивнул Гарри. — Малфоя оставлю как запасной вариант.
Естественно, Драко, как истинный засранец, не мог упустить возможности поглумиться и вальяжно подошёл к Поттеру с Грейнджер перед уроком трансфигурации, который у Гриффиндора и Слизерина снова был совместный.
— Тебе дать, Поттер, носовой платок? — ядовито поинтересовался Малфой, привычно растягивая слова. — Вдруг на уроке разревешься.
— Что, и даже не побрезгуешь? — легко парировал Гарри, наградив Драко насмешливым взглядом, а затем протяну к нему руку ладонью вверх. — Ну, давай свой платок. Возьму его, как талисман на удачу в лучших традициях средневекового рыцарства.
На бледном лице Драко расцвёл восхитительный румянец — слизеринец явно оценил намёк на то, что он — «прекрасная дама» Поттера.
— На самом деле, в статье Скитер нет ни единого слова правды, — перейдя на серьёзный тон и опустив руку, заметил Гарри. — Я ничего подобного ей не говорил.
— Журналисты любят насочинять с три короба, — согласно кивнул стоявший рядом с Малфоем Забини.
— Придумывать сенсации на пустом месте — их хлеб, — поддержал его Нотт, и слизеринцы переключились на обсуждение журналистской братии, оставив Поттера в покое.
***
Выходные Гарри провёл в библиотеке вместе с Гермионой, впервые серьёзно подойдя к вопросу выполнения домашнего задания. Рон всё ещё дулся и не предпринимал никаких шагов к примирению, а общаться с остальными однофакультетниками Поттер не горел желанием. В библиотеке царила тишина и покой: большинство предпочитало забирать книги с собой, а не мучиться на неудобных деревянных стульях в читальном зале. Впрочем, Гарри с Гермионой всё устраивало. Да и Виктора Крама, видимо, тоже — дурмстранговец оккупировал стол наискосок от гриффиндорцев и упорно изучал какие-то книги. Видимо, готовился к предстоящему испытанию, о котором никому не было известно ровным счётом ничего. В воскресенье утром Сириус вместе с очередной неприметной совой прислал ответ, в котором согласился с предложением Гарри и назначил встречу в одиннадцать часов в субботу, накануне первого испытания, в баре с поэтичным названием «Хромой Дракон». А в понедельник Гарри в очередной раз убедился в том, что Снейп слова на ветер не бросает. — Поттер, один за первую парту, — едва только войдя в класс, коротко бросил зельевар, изящным взмахом руки указав на место перед собой. — Посмотрим, на что вы способны без подсказок своей подружки. Среди слизеринцев пробежали одобрительные смешки, которые, впрочем, моментально стихли под суровым взглядом преподавателя. Гарри же, постаравшись придать лицу несчастное выражение, а в душе ликуя, что может наконец-то доказать, что и сам кое на что годен в зельеварении, уселся на указанное Снейпом место. — Сегодня вы будете варить Сонное зелье, — удостоверившись, что Поттер выполнил его распоряжение, Снейп перешёл к теме занятия. — Кто из вас может рассказать о применении данного снадобья? Впервые за всё время обучения Гарри поднял руку. — Мистер Поттер? — в голосе зельевара отчётливо звучал скепсис. — Желаете ответить на вопрос? — Да, сэр. — Подтвердил Поттер. — Сонное зелье используется в колдемедицине для погружения пациента в неглубокий сон. Применяется чаще всего при нервном и физическом истощении. — Чем отличается от «Глотка сна» и «Напитка живой смерти»? — «Глоток сна» погружает пациента в глубокий сон, напоминающий маггловский наркоз, — без заминки ответил Гарри. На этот раз он потрудился заранее прочитать параграф, поэтому был готов к подобным вопросам. — Это зелье используется при проведении операций. «Напиток живой смерти» же погружает пациента в очень глубокий сон, полностью замедляя все жизненные процессы, отчего возникает впечатление, что человек умер. Используется в качестве своеобразного яда или при необходимости симулировать смерть. — Оказывается, вы всё-таки умеете читать, мистер Поттер, — скривившись, сказал Снейп, однако Гарри заметил тень одобрения, отразившуюся на мгновение в чёрных глазах мужчины. — Ответ верный. Пять баллов Гриффиндору. По классу пробежал изумлённый вздох — ни разу до этого Снейп не присуждал баллов алознамённому факультету. Даже блестящие ответы Гермионы никогда не заслуживали большего, чем презрительный кивок. Зельевар взмахнул волшебной палочкой, и на доске появился рецепт зелья. — У вас есть полтора часа, — сухо сообщил он, возвращаясь к своему столу. — Ингредиенты в кладовой. Можете приступать. Воодушевлённый присуждёнными баллами, Гарри вознамерился не останавливаться на достигнутом, поэтому всецело сосредоточился на зелье. Абстрагировавшись от окружающего мира, точь-в-точь как в пятницу во время отработки, Поттер аккуратно нарезал ингредиенты, один за другим добавляя в кипящую воду, не забывая время от времени помешивать получившееся снадобье, пока то не приобрело бледно-фиолетовый цвет. — Запоздали на две секунды с добавлением листьев валерианы, мистер Поттер, — прокомментировал его результат Снейп, всё занятие просидевший за столом, пристально наблюдая за действиями студентов. Особенно того, что сидел фактически перед его носом. — Можно было компенсировать это дополнительным десятком помешиваний, но вам об этом, разумеется, неизвестно. Гарри, уже успевший погасить огонь под своим котлом, моментально вскинулся и с удивлением уставился на преподавателя. — Нет, сэр, — подтвердил гриффиндорец. — А где об этом написано? — В учебнике по зельеварению за первый курс, — усмехнувшись, ответил Снейп. — В конце есть три параграфа, посвящённых самым распространённым ошибкам и способам их исправления. Свой учебник за первый курс Гарри открывал лишь летом накануне поступления в Хогвартс да и то лишь пролистал его, не углубляясь в написанное. На уроках же в учебнике особой необходимости не было, Снейп всегда писал рецепты на доске. — Спасибо, сэр, — Гарри искренне поблагодарил зельевара за подсказку. — Я непременно восстановлю пробелы в знаниях по вашему предмету. Снейп ничего на это не ответил, дожидаясь, пока остальные студенты перельют свои зелья в фиалы и сдадут ему на проверку. — Похоже, у профессора сегодня было хорошее настроение, — заметила Гермиона после занятия, вместе с Гарри направляясь в сторону кабинета Чар. — Похоже на то, — согласился Поттер. — Ты, кстати, оказалась права. — Я всегда права, — насмешливо ответила Грейнджер, а затем уточнила: — В чём на этот раз я была права? — На первом курсе ты как-то сказала, что Снейп не такой уж и плохой преподаватель, только надо найти к нему подход. Так вот, ты оказалась права. Оказывается, достаточно хорошенько подготовиться к занятию, не хамить и не отвлекаться, и Снейп из Ужаса Подземелий превращается в нормального учителя. Гермиона неопределённо пожала плечами. — У профессора Снейпа тяжёлый характер, и порой он перегибает палку, — заметила она. — Однако он ничем не хуже других преподавателей. Хотя в отношении тебя он иногда бывает чересчур предвзят. Гарри вспомнилась прошлогодняя фееричная встреча Снейпа с Сириусом, их взаимные оскорбления, а также слова Люпина о том, что Снейп в школе не ладил со всей их компанией. Да и сам зельевар регулярно обвинял Джеймса Поттера во всех смертных грехах. До недавнего времени Гарри закрывал на слова профессора глаза, считая, что тот просто осознанно пятнает память его отца. Но сейчас юноше пришла в голову мысль, что он понятия не имеет, каким был его отец в школьные годы. Тот же Хагрид как-то вскользь упомянул, что Фред с Джорджем напоминают ему Джеймса с друзьями. Близнецы, конечно, замечательные ребята, но их шутки порой бывают далеко не безобидными, особенно по отношению к слизеринцам. Так могло ли быть так, что во время своей учёбы Джеймс настолько достал Снейпа своими розыгрышами, что зельевар до сих пор ненавидит его, вымещая злость на его сыне? «Зная сволочной характер Снейпа, такое вполне может быть, — пришёл к выводу Гарри. — Интересно, а можно как-то улучшить отношение профессора ко мне?» — Гермиона, если бы тебе нужно было заручиться лояльностью кого-то со Слизерина, как бы ты это сделала? — Подкуп, — безапелляционно ответила Грейнджер. — Не обязательно деньгами. Слизеринцы ценят личную выгоду и уважают договоры. Поэтому проще всего получить их поддержку, обставив всё как взаимовыгодный обмен. — Гермиона, ты — гений! — Гарри стиснул подругу в благодарных объятиях. Теперь он точно знал, что нужно делать.***
Незадолго до отбоя Гарри, скрывшись под мантией-невидимкой, спустился в подземелья, добрался до личных апартаментов Снейпа и вежливо постучался в дверь. — Добрый вечер, профессор, — едва только дверь распахнулась, Гарри скинул с головы капюшон мантии и дружелюбно улыбнулся. — Прошу прощения, если отвлекаю, но я хотел бы попросить вас сходить вместе со мной в одно место. — Поттер, — зельевар вперил в лицо юноши недовольный взгляд. Без привычного сюртука и мантии, лишь в брюках, белой рубашке и жилете мужчина выглядел крайне непривычно. — Я смотрю, наглости вам не занимать. До отбоя осталось десять минут, и вы смеете… — Я хотел показать вам вход в Тайную комнату, — перебил Гарри, понимая, что стоит прояснить ситуацию, чтобы не накалять обстановку. — Я на днях читал учебник Ньюта Саламандера и узнал, что, оказывается, тела василисков очень плохо поддаются разложению, и даже через несколько лет после смерти змея в его железах остаётся яд. Во взгляде Снейпа зажёгся зловещий огонёк, который Гарри интерпретировал как фанатичный интерес учёного к чрезвычайно редким ингредиентам. — Что мешает вам, мистер Поттер, самому спуститься в Тайную комнату и забрать трофей? — старательно поддерживая маску незаинтересованности, спросил зельевар. — Ничего, — заверил его Гарри. — Просто мне самому этот василиск совершенно не нужен. Но вот вы, профессор, наверняка найдёте ему применение.– Гарри улыбнулся. — В маггловском мире, если преподаватель занимается с учеником дополнительно, ему за это платят. Вот я и подумал, что древний василиск — вполне приемлемая плата за вашу помощь в подготовке к Турниру. А вы как считаете, профессор? Снейп наградил Поттера недоверчивым взглядом. — Вы собираетесь заплатить мне за дополнительные занятия тушей василиска? — Снейп укоризненно покачал головой. — Мистер Поттер, да будет вам известно, что яд василиска — чрезвычайно редкий и ценный ингредиент, стоящий целое состояние. И это я ещё не говорю о шкуре, клыках и костях. — То есть, вы согласны? Снейп как-то обречённо вздохнул и скрылся за дверью, чтобы спустя пару минут выйти к Поттеру уже в привычном сюртуке, застёгнутом на все пуговицы, и мантии. — Идёмте, Поттер. Посмотрим на вашего василиска.
