С чистого листа

Осень промелькнула незаметно и следом за ней пришла зима. Дни стали короче, а погоды - холоднее. Иногда по ночам даже случались заморозки. Умные синоптики доказывали, что средняя температура февраля - в районе восьми градусов тепла. Только это было как анекдоте, где депутат ест стейки, а я ем капусту, но в среднем мы едим голубцы. Вот это были те самые "средние" восемь тепла. И когда рано утром было сыро и холодно, то старая машина капризничала и отказывалась ехать, пока не прогреется. Так что сейчас я счищал подмёрзшую росу со стёкол, в ожидании, пока моя писикака прогреется хоть немного. БМВ я так и не продал, и можно было бы поехать на ней. Но я редко на ней ездил, считая её чемоданом без ручек. Продать дёшево - если об этом узнает Нобунага-сама, то может обидеться. Не столько на то, что я сконвертировал машину в деньги, сколько на то, что другие теперь знают, что я его подарок втулил за бесценок. А продать дорого кабриолет в разгар зимы было нетривиальной задачей. Так что я ждал весну... И шкрябал пока подмёрзшую росу с лобового стекла своего крошечного минивэнчика. - Молодой человек, а можно вас попросить помочь девушке? - раздался у меня за спиной голос из прошлого. По моей спине промаршировала рота мурашек, волосы на загривке встали дыбом, и я непроизвольно дернул рукой, порезавшись о край топорщившегося молдинга стекла. Посасывая порез на пальце, я повернулся. Что ж, память меня не обманула. Это была Ирина, собственной персоной. Она сменила строгий костюм на джинсы и ветровку, а через плечо у неё была перекинута объёмистая спортивная сумка. Я не знал, что и сказать. Она тоже молчала, похоже, забавляясь ситуацией. - Не подкинешь? - наконец спросила она, не уточняя, куда именно ей надо. - Садись, - согласился я, тоже обойдясь без наводящих вопросов. Мы выехали со стоянки на дорогу, и я повернул в сторону выезда на "косоку доро" - скоростную дорогу. Я совершенно не представлял, куда ехать, так что просто выбрал такое направление, где я не упрусь в тупик, уйдя в свои мысли. Мы в молчании выехали на автостраду и заняли своё скромное место в крайнем ряду, среди самых медленных участников движения. - И что надо моей исторической родине от меня на этот раз? - наконец спросил я. - Историческая родина тут ни при чём, - ответила мне Ира. - Да быть этого не может. Товарищ майор, это что же, получается, ваша личная инициатива? Она вздохнула, порылась в кармане ветровки и извлекла на свет божий известную любому советскому человеку вещь: Красную Книжечку. - Я знала, что она мне ещё пригодится. Посмотри. Убедись, что она настоящая, - сказала она мне, передав документ. Если бы я ещё знал, как выглядит настоящее удостоверение сотрудника КГБ! Но в целом документ вид имел вполне подлинный. Я его повертел в руках, внимательно посмотрел на фотку. Там моя пассажирка была в форме и выглядела старше, чем сейчас. Да и даже в своём строгом костюме она смотрелась взрослее, чем сейчас. Пожалуй, если бы нас кто-то увидел вместе, то решил бы, что старший из нас двоих как раз я. - У меня нет никаких причин считать этот документ поддельным, - аккуратно сказал я, передавая книжечку ей обратно. - Ага, - сказала она, после чего стала отрывать от него части и выкидывать их в окно. Когда осталась одна только корочка, она её попыталась разорвать на две половины, но, так и не сумев, выкинула в окно целиком. Я смотрел на это в некотором шоке. - Теперь веришь? - спросила раскрасневшаяся от усилий по уничтожению удостоверения Ира. - Ну, теперь у меня чуть меньше сомнений, - неуверенно ответил я. Она фыркнула и отвернулась к окну. - А что, собственно, произошло, расскажешь? У тебя было высокое звание, работа при посольстве в Японии. А теперь вдруг от ворот поворот. - Ты что, правда не знаешь? - удивилась она и снова повернулась ко мне, глядя на меня глазами по пять копеек. - Наверно, не знаю... - Ты вообще за новостями следишь? Слышал, что происходило после того, как ты исчез? - Мне тогда было как-то не до этого. - Ну так был большой международный скандал! Нас роскошно подставили. - Кто? - ЦРУ с японской контрразведкой. - И как же им это удалось? - Ты что, действительно совсем ничего об этом не знаешь? - она всё никак не могла поверить, что можно быть настолько далёким от политических дрязг. - Ничего. И не появись ты сегодня у меня на пороге, то я бы и дальше не знал. - Мне бы так... - мечтательно протянула она и снова отвернулась к окну. Какое-то время мы ехали молча, а потом она продолжила: - Нам скормили туфту. Те документы, которые якобы у тебя были - это была коллективная подстава. Уж не знаю, кому первым пришла в голову эта идея, но замешаны были все. Кобаяши, японцы, американцы... В общем, им надо было кого-то поймать за руку при передаче "секретных" документов этим противным русским. Ты подходил идеально. - И как же они это провернули, если я испарился? - После того, как ты исчез, на некоторое время наступило затишье. А потом на нас вышел твой американский приятель Майкл. Он сообщил, что должен передать от тебя документы и личное письмо. Мы согласились на встречу. Это оказалось подставой. Формально нас поймали за руку, но и они здорово сели в лужу при этом. - Это каким же образом? - Когда ты исчез, им надо было прекращать эту возню. Но они не хотели терять такой прекрасный и почти выполненный план. Поэтому подписали на это дело Майкла. Но его показаниям недоставало убедительности. И взяли наших сотрудников при передаче документов, а надо было - при попытке выезда из страны с этими документами. Или хотя бы чтоб документы оказались уже в посольстве. А у них какие-то свои сроки поджимали и надо было избавиться от нашего присутствия буквально вот уже. Так что в итоге избавиться-то избавились, да в глазах международного сообщества оказались интриганами-неудачниками. За километр видно было, что всё дело шито белыми нитками. Так что они там в итоге между собой переругались, пытаясь свалить вину друг на друга. Но нам насолили тоже прилично. - И как же это связано с показательным уничтожением удостоверения? - Ну я хоть и не участвовала в передаче документов, но они знали, что я сотрудник КГБ. Так что меня задержали и планировали выдворить из страны. - А что им помешало? - Волосатая рука! Я хмыкнул. Приятно было слышать знакомые идиомы и выражения на родном языке, пусть русский и стал подзабываться за последнее время. Не дождавшись от меня другой реакции, она продолжила: - Возвращаться в СССР было бы очень плохо для моих родных. Собственно, они мне и помогали всё это время. И они же и отправили меня как можно дальше от СССР. А если я буду в Союзе, то можно будет манипулировать ими через меня. И моё высокое, как ты говоришь, звание ничего бы не решало. На Лубянке майоры за кофе бегают. А если бы попыталась выступать и действовать с той же свободой, что и здесь, то подходящая статья найдётся очень быстро. И даже если буду сидеть тише воды и ниже травы, то есть вероятность попасть в немилость. Меня перспектива валить лес на Колыме не привлекает, уж извини. Так что когда стало понятно, что мне лучше остаться здесь, то наша сторона стала истерически требовать моей немедленной выдачи. А японцы хотели доставить нам как можно больше неудобств, поэтому они наотрез отказались меня выдавать в СССР. - Только не бросай меня в терновый куст... - Да-да, вот именно эта ситуация и получилась. Пользуясь моментом, я запросила политического убежища, которое мне радостно предоставили, лишь бы только ещё больше насолить русским. И вот я теперь здесь, - развела руками она. - Вот прямо к самому моему дому подвезли, как только тебе одобрили вид на жительство? - спросил я. - Нет, конечно же! - хихикнула Ира. - Меня просто отпустили на все четыре стороны. Я перебивалась работой переводчика последние полгода. А недавно мне позвонили мои друзья из СССР и рассказали, что им рассказали их друзья, а они в свою очередь это слышали от самих участников тех событий... В общем, ты ничего не знаешь про неких учёных-океанологов, которым тут какой-то Коля помог выцарапать машины у злых японских таможенников в порту? - Впервые слышу! - с нескрываемым сарказмом сказал я. - Ну вот я и решила тебя проведать. Приехала в район порта вчера и начала интересоваться у всех подряд, не знают ли они симпатичного молодого гайдзина по имени Ник. На моё счастье, ты не стал менять имя, а в этом районе тебя каждая собака знает. Кстати, почему-то все, кто с тобой знаком, о тебе очень хорошо и уважительно отзываются, - она повернулась ко мне вполоборота и внимательно на меня посмотрела. - Кто ты такой и куда дел того Николая, которого я знала полтора года назад? Я только лишь криво усмехнулся и перевёл взгляд обратно на дорогу. Мне трудно было судить, насколько она изменилась и изменилась ли вообще. Я её и не знал по сути. Но то, что я изменился очень сильно, было бесспорно. Я действительно стал другим человеком. Сказать, что это случилось в один день, будет неправдой: это происходило постепенно. И я продолжал идти по этому пути. Но вот стимул встать на этот путь как можно быстрее у меня был чертовски убедительный. - И всё-таки... - наконец не выдержала Ира. - Что произошло? Ты наводил непонятную суету, с каждым днём дергался всё больше. А потом просто... Исчез. Как тебе это удалось? За тобой по пятам шла японская контрразведка, буквально дышали в затылок. А потом резко всё прекратилось. И когда пыль улеглась, то никто не знал, куда ты исчез. И сейчас никаких слухов о тебе нет, хотя ты и не особо прячешься. - Мне выпал шанс один на миллион, - сказал я. И свернул на съезд в центр. Моя история не на пять минут, а я уже подустал от сражения с дорогой. Может, просто машина неподходящая, а может, мне недоставало опыта. Но я предпочёл бы продолжить беседу в более спокойной обстановке. Поэтому вскоре мы заняли столик в модном кафе с видом на парк. - У меня так и не сложились отношения с Химицу. Вынужден признать, что в любовных делах я туп как пробка, - приступил я к рассказу, когда нам принесли наш заказ и дальше откладывать беседу было некуда. Она хмыкнула, я лишь развел руками, с извиняющейся улыбкой. - Дальше хуже. Химицу с Кэтрин цапались как две кошки при каждой встрече. Самое плохое, что невиновных тут не было. Действуя тогда на эмоциях, я пытался усидеть на двух стульях сразу. Наверно, если бы действовал сейчас, с холодной головой, то отшил бы сразу обеих. - Какой ты стал категоричный... - Прости, жизнь заставила. Мне почти каждый день приходится разбирать чужие переживания и отношения. Так что у меня уже иммунитет выработался. Мы немного помолчали, думая каждый о своём. С пятого этажа торгового центра открывался прекрасный вид, а за формально огороженной территорией кафе кипела жизнь. Но в самом кафе почти никого не было, и мы сидели как будто в стороне от всех волнений мира. Я же продолжил свой рассказ: - В итоге все мои метания так утомили отца Химицу, что даже сил меня пристрелить у него не осталось. Так что когда пришло время нажать на спуск, то он позволил мне уйти живым. Заодно не слишком афишируя этот факт. - А как ты догадался, что он никакой конкретной информации не предоставил о твоей судьбе? - Потому что призраки прошлого меня не беспокоили целых полтора года. - Ну я, допустим, не призрак. Я вполне себе тёплая и живая, - улыбнулась Ира. - Я в этом не сомневался. Ни тогда, ни сейчас. Ещё на какое-то время повисла тишина. Не то чтобы у меня были какие-то претензии к Ирине Молотовой лично и к КГБ в целом. И не то чтоб я встал на сторону советских гэбистов. Но из всех, кто на меня тогда давил, они были самыми нейтральными. Хотя тоже преследовали свои цели, не особо со мной считаясь. И, несмотря на это всё, я совершенно не был против её общества сейчас. Даже если она просто ломала комедию и сразу после нашей встречи отправит отчёт в главк, со всеми подробностями. Это было бы по-своему неплохо, потому что тогда КГБ окончательно убедится, что у меня нет топора за пазухой. И секретных чертежей тоже нет. А если всё, что она сказала, правда, то ещё лучше. Тогда передо мной сидит просто красивая девушка, которая не против моего общества и с которой нам есть о чём поговорить. Она и в прошлой жизни демонстрировала некоторый интерес ко мне. Что-то такое было во взглядах, поведении, мелких моментах. Но было не до этого. А вот теперь между нами не стояла служба и интересы множества людей. - А чем ты занимаешься сейчас? Если это не секрет, конечно? - спросила наконец Ира. - Неужели соседи тебе не рассказали? - Ой, они все были такие мило-приветливые, так хорошо о тебе отзывались, но как вопрос касался того, чем же именно ты занимаешься, то они начинали ходить вокруг да около настолько ловко, что хоть записывайся к ним на курсы "как увильнуть от ответа". Я рассмеялся. Да, это было похоже на правду. Многие мои знакомые с удовольствием мне помогали. Но практически ни один из них никогда бы не признался, что он как-то связан с испарившимися людьми. - В основном я помогаю дзёхацу, - признался я. - Испарившиеся люди? Ты серьёзно? - она изучающе смотрела на меня. - Абсолютно. А что? - Николай, я и в самом деле тебя не узнаю. Даже если бы не знала тебя раньше, то решила бы, что ты слишком серьёзный молодой человек. Но зная твою прошлую жизнь, я просто в шоке... Она оставила многозначительную недосказанность висеть в воздухе. И хотя меня сейчас трудно было вывести из равновесия, но всё-таки меня это начинало подбешивать. Совсем чуточку. - Не надо меня идеализировать, - ответил я. - Всё это не от моей бесконечной доброты, а потому, что мне надо как-то жить. Я беру деньги вперёд и не делаю ничего такого, через что я не прошёл сам. - Что, и две недели в трюме с бананами доводилось провести? - А кто из моих клиентов так путешествовал? Ты что-то об этом знаешь? - спросил я, стараясь не повышать голос. Если такая ситуация действительно была, то я уж постараюсь, чтоб виновные понесли наказание. У меня сейчас хватит денег и связей, чтоб достать тех, кто меня подобным образом кинул. Последнее отдам, если понадобится, но не позволю так меня подставлять. - Не переживай так, я просто пошутила! - замахала руками Ира. - Я ничего не знаю о том, как делается твоя работа, но знаю, что в работе разведки даже такой вариант может иногда считаться очень удачным исходом. Знаю такие случаи. - К счастью, моим клиентам, как правило, не требуется инфильтрация любой ценой, так что если кто и отправляется морем куда-то, то хотя бы в относительном комфорте. - А ты сам не думал поступить точно так же? - А зачем? - ответил я вопросом на вопрос. - У меня тут всё неплохо. А ты не думала отправиться куда-то дальше? - Боюсь, этим я сделаю только хуже. Тут у меня легальные документы, мои знания востребованы и я в относительной безопасности. Наши отсюда меня не достанут, а японским спецслужбам я не интересна. - И много тут теперь гэбистов? - Коля... - Ник. Зови меня Ник. От Коли у меня не осталось совсем ничего. - Хорошо, Ник. Так вот... Тебе разве не говорили, что неприлично спрашивать у девушки её возраст и сколько оперативников было в её подчинении? - А ты руководила всей агентурной работой в Японии? - Нет... Но... Ладно! Всего тут было три десятка человек. Теперь всего пятеро, если мои источники мне не наврали. И не я ими руководила, были люди выше меня. Часть подробностей я не знаю, а часть не расскажу. - Государственная тайна? - И это тоже. К нам как раз подошла официантка, спросить, не желаем ли мы ещё чего-то. Мы обновили свои напитки, и Ира решила перехватить инициативу в разговоре: - А кроме работы, чем ещё занимаешься? - Читаю, играю в аркады, гуляю по городу... Не знаю даже, что ещё. Не слишком много у меня совсем свободного времени. Я много общаюсь, часто бываю в разных местах. Но это всё ради дела. Так что это можно считать продолжением работы. - Неужели никаких отношений не завёл? - удивлённо посмотрела на меня моя собеседница. - Всё как-то не до этого было, - смутился я. - Даже в этом ты изменился. В школе к тебе очередь девушек стояла... Я громко рассмеялся, чем вызвал неодобрительные взгляды от других посетителей кафе. - Ира, ты чего? - отсмеявшись, спросил я. - У меня на всю огромную школу было буквально несколько девушек, кому я был интересен. И то... Если копнуть поглубже, то всё окажется как с Кэтрин или Химицу. Кому-то я был нужен за отсутствием лучших вариантов, кому-то только ради личных выгод или чтоб позлить кого-нибудь ещё. Я просто тогда на это не обращал внимания, слишком был зациклен на своих переживаниях. А когда ты одной ногой в могиле и на завтра есть нечего - то все любовные переживания отходят на второй план. И начинаешь видеть не только милый фасад. - А по тебе не скажешь, что ты настолько безразличен. И вообще незаметно, что ты живёшь сам. - В каком плане? - удивился я. - Ты опрятно одет, подстрижен, гладко выбрит. У тебя чистая обувь и аккуратные ногти. Как девушка, я замечаю такие вещи. Ты не похож на отшельника. - Можно вывести человека из КГБ, но нельзя вывести КГБ из человека... - хмыкнул я. - Да ладно тебе! - слегка засмущалась моя собеседница. - Это ж абсолютно очевидно для любой девушки! - Ну не знаю, как-то не проводил опросы, возможно, ты и права. Просто на самом деле я боюсь. Боюсь, что если перестану двигаться вперёд, то снова скачусь в то овощное существование, что было у меня в школе. У меня есть деньги, есть жильё, есть возможности по-лёгкому зарабатывать. И я вполне могу расслабиться и ничего не делать. Но я очень не хочу опять оказаться в глубокой жопе. Так что приходится заставлять себя... Заставлять вставать каждый день рано утром, бриться, следить за одеждой. Для меня это всё требует усилий, но я надеюсь, что привыкну. Может, к тебе на курсы запишусь. Ты всегда подтянутая, всегда аккуратная. Причёска эффектная. За такими волосами надо постоянно ухаживать. Не то что мне: раз в месяц в парикмахерскую зайти. - Да что ты знаешь об уходе за волосами! - улыбнулась Ира, посмотрев на кончик своей косички, который она крутила в руках. - Вот раньше у меня вообще две длинных косы было! Вот это было тяжело! - И ты решила, что это слишком утомительно? - Нет, мне просто стало казаться, что это как-то слишком по-детски. И да: действительно утомительно! Так что как в свою первую командировку за границу поехала, то на следующий же день после прилёта нашла салон красоты и сменила имидж! - Тебе идёт. - Спасибо... - засмущалась бывшая разведчица. После кафе мы решили прогуляться по центру. Ира взяла меня под руку, и мы не спеша прогуливались вдоль кафе и магазинов. Раньше мне казалось, что она выше меня. Но то ли я вытянулся, то ли дело в её спортивной обуви без каблуков, но теперь я даже был немного выше. А может, всё дело было банально в той ауре властности, которую она раньше распространяла вокруг себя. Мы обсуждали всякие мелочи и перемывали кости особо колоритным прохожим. Мне давно ни с кем не было так комфортно. Один раз меня отвлёк звонок телефона, но ничего срочного: знакомые моряки просили завтра с ними походить по магазинам, помочь выбрать сувениры из Японии для их близких. - А ты не думал расширять бизнес? - спросила Ира, когда я поговорил и спрятал телефон в карман. - Не слишком об этом задумывался, если честно. Мне хватает и так. - По твоей машине не скажешь... - фыркнула блондинка. Временами она напоминала Кэтрин на минималках. Не слишком нервировала и не пыталась изображать стерву, но без подколов не обходилось. - Ну ездит же... Чтоб пыль в глаза пускать, у меня другая есть. Просто не думал, что тебе такое важно, - в эту игру могут играть двое. К тому же отношения с Кэти дали мне бесценный опыт. - Да я так, пошутила. Снова зазвонил мой телефон. Незнакомый человек просил о встрече. Кажется, отдых на сегодня окончен. Во всяком случае, на сейчас. - Я могу тебя подвезти к станции метро. Куда тебе надо попасть? - Да в общем-то никуда... - глядя в сторону, сказала Ира. - Меня в Токио ничего не держало, я собрала все вещи и приехала сюда. Вчера в гостинице останавливалась и планировала тебя найти. А других планов пока не было. - Что? Вот та вот сумка в машине это ВСЕ твои вещи? - Ну не то чтобы совсем все, но большая часть, да. Почти всё я сдала в Токио на хранение. Я снимала скромное жилье и не заключала долгосрочных контрактов. Так что хранить все свои пожитки мне особо негде было. - Понятно. Если хочешь, поехали со мной. - отпускать мою старую-новую знакомую не очень-то и хотелось, так что её отсутствие планов было мне на руку. Я уже и забыл, как приятно, когда где-то рядом есть человек, с которым легко и комфортно. Не то чтоб мы были так близко знакомы, как с Химицу, например. Но всё же... Обратно в район порта мы вернулись так же вместе, как и уезжали. С человеком, который мне звонил, я встретился на стоянке у автостанции. Я коротко пообщался с ним и вернулся в тепло салона автомобиля. У моря было куда более сыро и холодно, чем в центре, так что в моём районе погода не располагала к прогулкам или долгим беседам на свежем воздухе. К тому же в данной ситуации я ничем не мог помочь. - Ты так быстро с ним обо всём договорился? - удивилась Ира. - Мне с ним не о чем договариваться. - Почему? - Он наркоман. Кому из моих знакомых я могу подбросить эту бомбу замедленного действия? - А ты уверен? - Абсолютно. Я их вижу достаточно. И к тому же я спросил прямо. Он не ответил, но по его поведению я убедился окончательно. - И что же ему теперь делать? - А это уже его проблемы. Я не министерство добрых дел, да и вряд ли вообще в моих силах ему помочь. Раз ему не стыдно покупать дозу, то пусть будет так же не стыдно самому уговаривать кого-то взять его на работу. Я вырулил со стоянки и ехал куда глаза глядят. - Послушай... А чем ты питаешься дома? - неожиданно спросила Ира. - Что-то простое сам готовлю. А когда хочу что-нибудь заковыристое, то или заказываю доставку, или кушаю в кафе. А что? - Уверена, что ты ни разу не готовил борщ, например! - Эм... Ты права, ни разу не готовил. Мысль такая была, но как представлю, что мне потом три дня только им и питаться... Не буду же я его готовить на один раз? В общем, так ни разу и не приготовил. - А давай я тебе приготовлю! Спорим, у меня получится лучше, чем у твоей рыжей подруги? Все мои дни не похожи один на другой. Вот и таких предложений мне, до этого, ещё ни разу не поступало. Может в другой день я бы и поупирался для приличия, но сегодня нормально кушал только рано утром (пирожные в кафе не считаются) и нагулял за день солидный аппетит. Сейчас время обеда уже прошло, а пока мы купим всё необходимое и Ира приготовит что-либо - будет уже время ужина. Но ради борща я готов потерпеть. К тому же придумывать, как бы её пригласить домой, теперь не нужно. Мы отправились закупать всё необходимое. Буквально всё. Потому что у меня из ингредиентов в наличии были разве что вода и соль. Ира не спорила ни с какими моими капризами по поводу того, что конкретно нам требуется. Пойти на другой конец рынка за чесноком? Без проблем! Поехать в магазин на отшибе за одной только сметаной? Легко! Возможно, это была демо-версия возможных отношений, но хотя бы пока я был абсолютно доволен проведённым вместе временем. Дома, пока Ира переодевалась, я быстро разложил продукты - и ретировался с небольшой кухни в такую же небольшую гостиную, расположенную за перегородкой. Взяв с полки книгу, я развалился на диване. - Ты даже телевизор не смотришь? - удивилась она, когда вышла из спальни в домашней одежде. - Иногда смотрю. Но предпочитаю читать. - И что читаешь? - Научную фантастику. В этом плане мои вкусы не изменились в новой жизни. Несколько минут была тишина, пока бывшая майор КГБ осваивалась на кухне и гремела посудой. - А другие жанры не пробовал читать? - наконец спросила она. - Пробовал. Помимо фантастики, инструкции по эксплуатации ещё хорошо идут. Она высунулась из-за перегородки на кухню и серьёзно на меня посмотрела: - Ник, ты же понял, о чём я? - Ну знаешь... Разнообразного художественного реализма у меня и в жизни хватает. Поэзия вообще страшно далека от меня. Разве что матерные частушки... Но боюсь, кроме тебя и меня, их оценить сможет горстка людей на всю Японию. - Да уж, высокоинтеллектуальные у тебя интересы... - ехидничала с кухни Ира, вернувшись к готовке. - А может, ты сможешь продекламировать что-то из раннего Тютчева? - ответил я аналогичным тоном. Аргументов предсказуемо не нашлось, так что воцарилась блаженная тишина, прерываемая только звуками, сопровождающими процесс приготовления еды. Мне даже удалось на какое-то время сосредоточиться на книге, пока запахи с кухни не разрушили окончательно ту хрупкую сосредоточенность на тексте, которой мне удалось достичь после суматошного дня. Но я тренировал в себе силу воли и выдержку, делая вид, что по-прежнему увлечён книгой, и не позволяя себе крутиться на кухне, как бесполезный кот: заглядывая через плечо и "ну когда же мы уже будем кушать?". Наконец-то всё было готово и подано. Мы сели за стол. Этот мой стол как нельзя лучше подходил для сближения людей, решившихся на совместный приём пищи. Хотя квартира и не была микроскопической, но всё же до простора моего старого токийского дома ей было очень далеко, и обеденный стол был достаточно небольшим даже по меркам японцев. А уж пара куда более рослых гайдзинов за таким столом по-любому будет находиться в личном пространстве друг друга. Я не возражал. И, судя по количеству случайных (и не случайных) касаний, не я один. Борщ действительно был выше всяких похвал. А может, просто голод творит чудеса. Первые десять минут мы оба поглощали национальное блюдо в полном молчании. И только когда уже даже добавка подходила к концу, я смог достаточно внятно высказать свои восторги по поводу кулинарных способностей Иры. А после еды я встал и полез в недра местного аналога советских "антресолей". В подвесном ящике под потолком у меня хранился солидный запас вина. Его регулярно мне дарили, тут это популярный подарок, который ни к чему не обязывает. Я его регулярно передаривал дальше, но каким-то непостижимым образом мои запасы всё равно постоянно росли. - Ну что же, за встречу... Опять! - предложил я первый тост, и мы приступили к дегустации первой из бутылок. - Ммм, сладкое... - констатировала факт Ира. - А тут других и нет почти, разве что в магазинах с закосом под Запад, - с видом сомелье сказал я, разглядывая вино в бокале на свет. - Это вот из сливы, а ещё у нас есть... Дай гляну... Ага... Ещё одно сливовое, а также абрикосовое, из чёрной смородины и какие-то совсем с загадочными вкусами, не вижу отсюда. Но зуб даю, что тоже фруктовые. Под светскую беседу о погоде и архитектуре мы продолжали дегустацию. Постепенно шутки становились всё более пошлыми, а атмосфера всё более раскрепощённой. Потом я решил продемонстрировать Ире новую модную опцию: свет с регулируемой яркостью. Уютный полумрак и полторы бутылки вина, которые мы выпили к этому моменту, располагали к быстрому переходу к более интересным занятиям... Так что мы не стали откладывать. Через некоторое время, выложившись по полной, мы устало лежали рядом. - Ну теперь-то тебе по-любому надо выкурить сигаретку? - решил подколоть я. Мне почему-то смутно помнилось, что Ира раньше курила. Хотя мы провели вместе абсолютно весь день и я бы заметил, если бы она убегала на перекуры. - Знаешь, несколько месяцев в тюрьме не располагают к курению. А когда всё утряслось, то я решила не возвращаться к этой привычке. Я не стал ничего отвечать. Не было настроения. Да и необходимости особой не было. По большому счёту мне плевать. Мы просто хорошо проводили время, и я сейчас не строил никаких долгосрочных планов. - Ну что, теперь будем спать, или как? - через какое-то время спросила Ира. - Хм... Пожалуй, выберу "или как".