С чистого листа

- Ну, допустим, у меня тоже не получалось поначалу. Но я блондинка, мне можно. А ты-то чего?! - недоумевала Ира, глядя на мои мучения. - Да нафига мне этот пистолет вообще сдался! - За оружием надо уметь следить! Вот как бы ты научился собирать и разбирать автоматический пистолет, если бы не я? - Револьвер бы себе купил при необходимости! - буркнул я, пытаясь совладать с возвратной пружиной, которая каждый раз становилась как угодно, только не так, как надо. Майор в отставке вздохнула, забрала у меня оружие, в момент его собрала и передала обратно. Я приступил к разборке, но тут же прищемил себе кожу на руке затворной рамой и решил отложить обучение до лучших времён. Положив пистолет на стол, я обратился к подруге: - Послушай, если один раз в жизни пистолет пригодился, то это не значит, что мне теперь надо с ним породниться. - Один раз в жизни нам повезло, что одного лишь вида оружия хватило. А если бы тот псих понял, что ты его даже с предохранителя не снял, то всё могло бы закончиться не так хорошо. Ну, пожалуй, да, тут она была права. Однажды эта Беретта нас очень выручила. Мы возвращались с вечеринки, на которую нас пригласили наши новые бизнес-партнёры. В вечернее платье моей подруги некуда было прятать увесистый пистолет, да и нехорошо идти в гости с огнестрелом... Так что оружие осталось в машине. А на обратном пути Ира захотела проверить, как идут дела по ночному исчезновению. Одна женщина хотела начать новую жизнь вдали от мужа-тирана, и этой ночью наши ребята помогали ей собрать и перевезти всё, что она забирала с собой из дома. На нашу беду, психованный муж нашей клиентки неожиданно завалился домой. Увидев у себя дома кучу людей в униформе грузчиков и незнакомую женщину в вечернем платье, он не придумал ничего лучше, чем взять эту самую женщину в заложники, выкрутив ей руку и приставив к горлу нож. Вполне возможно, бывший майор КГБ что-то бы и придумала, но в условиях тесного дома и неадекватного психа за спиной результаты могли быть непредсказуемыми. Я же в это время сидел на пассажирском месте в машине, пребывая в приятном состоянии подпития. Но крики и вопли из дома не числились в наших планах на вечер, так что я взял пистолет из бардачка и пошёл принять участие в бедламе. Тихонько зайдя в дом, я увидел всю мизансцену разом. Террорист-неудачник очень нервничал и был на взводе. Ему разве что пены у рта не хватало. Он вопил, требуя немедленно всем покинуть его дом и не сметь двигаться с места. Все наперебой пытались его хоть немного образумить, но результат это приносило противоположный. Он только ещё больше заводился от общего хора голосов. Зато он моментально затих, как только холодный металл пистолета ткнулся ему в ухо. - Это девятимиллиметровый пистолет. Твои мозги будут по всей комнате, если ты дёрнешься. Ну же... Дай мне повод! - проворковал я. Парень резко приуныл. С его точки зрения, вполне возможно, сейчас рядом с ним стоял ещё более безумный человек, чем он сам. Он не мог знать, что такого эффекта я добивался сознательно. - Я зарежу её! - неуверенно начал он и тут же скис, понимая, что потерял инициативу. - БРОСЬ НОЖ! - крикнул я на него, не давая собраться с мыслями. Он инстинктивно выронил нож, отпустил Иру и отступил на шаг. Настал момент возмездия. Била она его недолго, но профессионально. А после нашего отъезда ему ещё и наши ребята объяснили, что так делать нехорошо. После того, как помогли погрузить вещи его жены в машину, и перед тем, как оттащить уже изрядно помятого психопата в полицию. А когда его передали представителям власти, то там ему ещё добавили. На этот раз непрофессионально, но зато от всей души. Как оказалось, он уже давно всех вокруг достал, да всё хорошего повода не было. А мне по дороге домой пришлось выслушать лекцию на тему того, что если я берусь за оружие, то должен уметь им пользоваться. Я не спорил со своей взбешённой валькирией. Во-первых, она была права. И во-вторых, она и так слишком мало внимания сейчас уделяла тому, куда и как ведёт машину. Если я ещё начну выступать с оправданиями, то шансы не доехать до дома резко возрастут. И уж тем более я не стал говорить о том, что надо быть внимательнее, и с её-то навыками позволить себя взять в заложники какому-то аматору... В общем, я промолчал, а после того дня мы приступили к освоению оружия. - Я не понимаю! Ну почему у тебя настолько не получается? Ну ты же играл на гитаре, неужели сборка-разборка пистолета сложнее? - Я не играл на гитаре. Она у меня просто была. - И ты хочешь сказать, что совсем ничего не освоил? - Ну, полторы композиции мог кое-как исполнить. - Ну вот! Значит, ты не безнадёжен! Давай заново. Она могла быть очень настойчивой, так что я лишь вздохнул и снова приступил к упражнениям по уходу за оружием. Вообще наша совместная жизнь стала сюрпризом для нас обоих. Изначально у нас никаких глобальных планов не было. Просто после первой ночи Ира осталась у меня, до тех пор, пока не найдёт себе жилье. Но оказалось, что мы вполне комфортно чувствуем себя вместе днём и не слишком-то хотим проводить ночи порознь. Постепенно я стал менее эмоционально зажатым, впервые с момента моей не сложившейся смерти. А Ира смогла реализовать свой талант управленца. Там, где я лишь старался быть "своим парнем", чтоб зарабатывать себе на хлеб с маслом - она видела самосвал нереализованных возможностей. И хотя без недостатков не обходилось (пусть даже грязные носки по квартире раскидывала как раз она), но большую их часть мы использовали с пользой для себя. Например, я теперь боялся что-либо говорить не подумав или не досчитав до десяти, если чувствовал поднимающуюся волну негодования. Чем заслужил себе репутацию человека, принимающего взвешенные и хладнокровные решения. У Иры же было неуёмное стремление что-то доказать. Кому? Да всем! Поэтому она и оказалась во внешней разведке. Поэтому так стремилась к победам и успешным операциям. Поэтому и костюмы себе выбирала достаточно броские, как для деловой одежды. После увольнения из КГБ и лишения гражданства СССР её желание доказать, что она по-прежнему не сдалась, стало ещё более сильным. Именно это было её стимулом денно и нощно развивать всё то, что мы делали. Чтоб всем показать: смотрите, я всё равно добилась успеха! В самую первую очередь эти самые "все" включали в себя её родных и знакомых, оставшихся в СССР. Но, пусть и в меньшей степени, это распространялось вообще на всех вокруг. К счастью, отсутствием мозгов Ира при этом не страдала. Так что мы брали огромные кредиты - но всё на развитие многочисленных направлений бизнеса. А атрибуты красивой жизни покупались с чистой прибыли. В этом отношении каждый из нас шёл своим путём. Я испытывал слабость к электронным игрушкам. Дома и в офисе у меня были лучшие компьютеры, которые можно было купить за деньги. Я покупал новые модели телефонов, приставок и фотоаппаратов, как только они появлялись. А дома у нас стоял телевизор с жидкокристаллическим экраном! Но из остальных проявлений богатства я пользовался, в основном, разве что возможностью ездить с личным водителем. Ира же была полной моей противоположностью. Она обожала дорогую одежду и яркие автомобили, но была почти абсолютно безразлична к достижениям электронной промышленности. Всё началось через несколько дней после начала нашей совместной жизни, когда она узнала, что стоящая во дворе красная БМВ принадлежит мне. Моя битва за машину была проиграна в течение получаса. И даже аргумент "она стоит прорву денег, если её продать" не сработал. Ира вызвалась заплатить мне за машину с тех денег, что мы сможем вместе заработать. Ну не буду же я в самом деле брать деньги с женщины, с которой живу? Так что оставалось лишь махнуть рукой и отдать ей ключи. Очень быстро мы стали обладателями внушительной кипы фотографий: Ира у БМВ, Ира в БМВ, БМВ у нашего нового офиса, мы и БМВ на фоне Фудзиямы и прочее-прочее-прочее в таком же духе... Самые удачные из фотографий заказывались в фотоателье сразу десятком копий и она их потом рассылала с письмами всем, с кем общалась раньше в СССР. А почти всё свободное от рассылки спама время Ира тратила на увеличение наших прибылей. Хотя иногда блондинка и девочка в ней брала верх над майором и прагматиком. Так случилось в один из наших приездов к нашему знакомому автодилеру. Мацумото-сан занимался дорогими элитными автомобилями, и у него был роскошный салон в центре Осаки. Это было солидное предприятие, не опускавшееся до торговли с какими-то там бандитами, пусть хоть даже дважды якудза. Но вот мы - другое дело. Пара приличных и обеспеченных европейцев. А у нас, в свою очередь, была небольшая площадка по торговле подержанными автомобилями. Так что мы вполне могли купить у наших друзей из организованной преступности что-то редкое и дорогое, не слишком придираясь к тому, что договор купли-продажи несколько помятый и иероглифы там выведены дрожащей рукой. А потом перепродать машину в респектабельную компанию, где ей быстрее, чем в нашем недорогом салоне, найдут респектабельного же конечного покупателя. Мы уже не раз проводили подобную перепродажу, и всегда всё проходило без эксцессов. Но в этот раз в шоу-руме была ОНА... - Уии... - пискнула Ира и потащила меня за руку к тому, что привлекло её внимание. Это была Феррари Спайдер цвета морской волны, с кремовым кожаным салоном. К моменту, как Мацумото-сан вышел к нам, моя подруга уже облазила всю машину и сейчас сидела на водительском сиденье, с наслаждением переключая туда-сюда передачи. - Мацумото-сан, а зачем вам такая машина и в таком неликвидном цвете? - начал я издалека. Это было правдой, Феррари в Японии обязана была быть красной. Другие цвета не котировались среди тех, кто мог и хотел купить такую машину. Но владелец этой компании в автобизнесе провёл всю свою жизнь, в отличие от нас - новичков. И он прекрасно видел, что я сейчас изображаю вежливый интерес просто ради возможности поторговаться. Потому что то, каким взглядом Ира смотрела на это чудо итальянской автопромышленности, не оставляло никаких сомнений, что мы это купим. - Уилсон-сан, эта модель только совсем недавно пошла в серию и сейчас на всю Японию только одна машина в продаже. В этом конкретном случае я её продам даже если она будет в фиолетовую полоску, - вежливо поклонился он. Я не менее вежливо улыбнулся. Торг начался... В целом наша позиция была проигрышной. В случае с Ирой, которая чем-то загорелась, даже моя страсть к стяжательству отступала на второй-третий план. А то, как она сейчас смотрела на эту машину - я бы ей её купил даже на последние. К счастью, мы вполне можем себе такое позволить, так что торговался я больше по инерции. Всё, о чём удалось договориться - это что мы отдаем нашу БМВ в зачёт части стоимости (пятилетний немецкий кабриолет ещё имел неплохую ценность здесь) и что в довесок к машине получаем год бесплатного сервиса. Пожалуй, это было нашей единственной неожиданной победой. Мацумото-сан рассчитывал увидеть нас максимум один раз, на замену масла. И никак не ожидал, что Ира будет ездить каждый день абсолютно по всем делам на этой машине. От ежедневного маршрута по нескольким нашим офисам, до поездки на отдых в Кагосиму, почти за тысячу километров в одну сторону. Так что к третьему нашему заезду на сервис у него уже немного глаз дёргался. Вполне возможно, мы бы успели и в четвёртый раз обслужить машину бесплатно, но неожиданно стало не до этого. Кризис... О приближающихся проблемах говорили все финансовые аналитики. И те, что работали на нас. И те, чьи отчёты для глав их компаний перехватывала наша коммерческая разведка. Ни я, ни Ира не разбирались в экономике такого уровня. Но мы разбирались в людях. И когда все прогнозы от людей, в чьей компетенции мы были уверены, плюс-минус сходились в одном - что будет буря - то мы не делали вид, что плохих новостей нет, как главы многих крупных японских корпораций. Ни в коем случае! Мы не могли себе этого позволить. Наше положение было слишком шатким для такого беспечного отношения к подобным вещам. У нас в штате было несколько людей, достаточно разбирающихся в вопросе. Но лучшим был Киносита-сан. До нас он был ведущим финансовым аналитиком крупной корпорации. Но его руководство не желало видеть его негативные прогнозы. Для них они были особенно негативными, ведь многие из их фондов были вложены в самые раздутые области экономики. И вместо того, чтоб диверсифицировать риски и избавиться понемногу от потенциально проблемных активов - они с позором выгнали своего специалиста по аналитике. Возможно, теперь они были бы рады принять его обратно на работу, со всеми полагающимися извинениями. Но Киносита-сан решил, что он опозорен, и было бы неплохо исчезнуть и начать новую жизнь. И так сложилось, что теперь он работал на нас. Мы не один вечер провели с ним, обсуждая наши возможные действия. И вопрос был не "что делать, ЕСЛИ кризис случится". Вопрос был "что делать, КОГДА это случится". Так что мы были готовы к тому, что началось одним замечательным майским днём. Звонок от Иры не застал меня врасплох: - Привет. Киносита-сан говорит, что пора. Биржевые индексы со вчера посыпались. Надо начинать. - Он уверен? - Абсолютно. - Тогда приступаем. - Хорошо. Всё, целую! До связи! - сказала она и положила трубку. Я постоял немного с телефоном в руках, наблюдая через окно офиса за улицей. После чего перезвонил моей подруге: - Это опять я. Можно пригласить тебя на свидание? - Эм... Ник, ты чего? Сейчас будет полный бедлам в ближайшие недели и даже месяцы. Какое ещё свидание? - Если всё будет развиваться как в прогнозе, то в ближайшие дни для нас ничего не изменится. А вот потом действительно станет совсем не до этого. Так почему бы не провести этот вечер вместе? Пока затишье перед бурей. А? - Ммм... Ладно, я согласна, жди. Скоро буду! - обрадовалась Ира и положила трубку. Дело в том, что у нас был готов некий бизнес-план на "день Ч". И его сейчас наши финансовые спецы начнут воплощать в жизнь. Если коротко, то мы будем играть на понижение везде, где только можно. Если подробно, то этот план занимал больше двадцати страниц. И это была только финансовая его часть! Мы собирались в общем бедламе заработать прорву денег. А это обещало нам множество опасностей. До этого мы, в общем и целом, зарабатывали практически на любых легальных услугах, которые только существовали на рынке, но на фоне корпораций были не более чем мелкими лавочниками даже по сравнению с не самой крупной "Кобаяши", а уж про какой-то "Фуджи Хэви Индастриз" и речи не могло быть. Сейчас же в наших планах было в ближайшем будущем встать на одну доску с небольшими корпорациями. И как только это станет известно нашим новым конкурентам, то не только лишь все не обрадуются. Одно дело обойти по продажам магазин за углом - и совсем другое влезть на уровень национальных бизнесов. Против нас будут совсем другие люди, с совсем другими возможностями. И полагаться на наших друзей в якудза мы не могли. Тому было две причины. Первая - это недавняя смерть Рёдзи-сама, который возглавлял группировку якудза, с которой мы тесно сотрудничали. На его место пришёл новый человек, который тоже достаточно благосклонно относился к нам. И наш давний знакомый, Нобунага-сама, получил очередное повышение в иерархии. Но, пользуясь этой неразберихой с переходом власти, мы хотели выйти из-под их покровительства. Мы не собирались с ними ссориться, но хотели перейти от покровительства к сотрудничеству на равных. Для этого в предстоящих непростых событиях нам надо было полагаться только на себя. Мы готовились к этому. У нас была собственная служба безопасности, а в этой службе безопасности было отдельное подразделение людей, которые лично меня пугали, но под руководством бывшего майора они творили чудеса. Ира привлекла в наши ряды пятерых бывших коллег из КГБ, а также двух бывших сотрудников разведки Японии. Если наша рядовая служба безопасности занималась рутинными делами, то перед этим отделом бешеных хорьков мы ставили сложные и нетривиальные задачи. И сейчас у всех этих людей предстояли горячие деньки, связанные с обеспечением нашей личной безопасности и безопасности нашего бизнеса. Но в ближайшие дни нам ещё ничего не угрожало, поэтому я и пригласил сегодня свою любимую девушку на свидание. Пока у нас ещё есть возможность провести вечер-другой как простые люди. От мыслей меня отвлёк хриплый рык мотора, который ни с чем не спутать. Ира приехала! Я вышел из офиса, по-ковбойски запрыгнул в машину, не открывая дверь - и мы рванули навстречу приключениям, переложив все дела на сегодня на своих помощников и заместителей. Вообще показушность и пафос не приветствуются в японском обществе. Но нам это было довольно безразлично всегда, а уж сегодня - тем более. Адреналин, кураж и чувство надвигающейся опасности пьянили нас не хуже бутылки виски. У нормальных людей сначала возникают чувства, а потом начинаются отношения. У нас же сначала начались отношения - от отсутствия выбора и к взаимной выгоде. А потом, постепенно, стали возникать чувства. И сегодня эти чувства получили выход. Мы гуляли по парку, не замечая никого вокруг. Мы кушали мороженое, сидя на парапете и болтая ногами. Мы катались по центру города и стартовали с перекрёстков, наслаждаясь пробирающим до мурашек по коже звуком итальянского мотора. Мы пошли в кино, просто потому что нам захотелось. А потом сбежали с середины фильма, потому что он оказался слишком нудным. И теперь мы забрались в горы и наблюдали со смотровой площадки за городом, океаном и величавым закатом. Вдвоём мы молча смотрели на величие природы, взявшись за руки и наслаждаясь моментом. - Ира, - наконец нарушил молчание я. - Ммм? - Выходи за меня. Она аж подпрыгнула на сиденье от неожиданности: - Ник... Но... Но... Почему именно сейчас? - Потому что буквально на днях начнётся сложный период в нашей жизни. Нам станет совершенно не до таких мелочей. А я собираюсь пройти через это бок о бок с тобой. И хотел бы, чтоб наш союз был закреплён официально. Ты согласна? Возможно, у бывшего майора КГБ были различные соображения на этот счёт. Как и у меня, собственно. Но она ответила согласием. И её твёрдое "да" вкупе с изучающим взглядом было для меня куда приятнее радостно-придурковатых восторгов. - Но как мы это сделаем? - перешла она к практической части вопроса. - Ты иногда забываешь, что сейчас мы довольно обеспеченные люди, - сказал я и достал из кармана телефон. Позвонив моему личному помощнику, я объяснил, что от него требуется. - Ник, ты... Ты ненормальный! - со смехом сказала Ира, слышавшая все мои инструкции. Пожалуй, и мой помощник был такого же мнения, но ему субординация и немаленькая зарплата не позволяли прямо сказать мне об этом. Дело в том, что мы хоть и являлись резидентами Японии, но в глубине души оставались гайдзинами. И не просто гайдзинами, а людьми, пришедшими сюда с бескрайних просторов СССР. Поэтому срочное получение официальных документов о заключении брака меня волновало только в общем порядке. И этим я моего помощника не удивил. А вот задача найти нам православного священника (и желательно, чтоб к нему прилагалась церковь) для проведения положенной для нашей веры церемонии - вот этим я моего помощника наверняка озадачил. И уж точно он не понимал, какая необходимость сделать это немедленно и сегодня. В принципе, это действительно было необязательным, но мне нравилось, чтоб между принятием решения и его исполнением лежало как можно меньше времени. Возможно, я всегда был таким. А возможно, это всё ещё были отголоски моей не сложившейся смерти от рук отца Химицу. Я спешил жить и категорически не хотел откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. Пока мы ждали звонка от моего помощника, настало время слёз радости, поцелуев и прочей романтики. Но через полчаса вновь сосредоточенная майор в отставке гнала машину на полной скорости в аэропорт Яо. Там нас уже ждала маленькая реактивная Цессна. Подходящий нам священнослужитель нашелся только в Хакодате, аж на Хоккайдо. У него был не только какой-никакой приход и официальный сан, но он ещё и был готов на ночь глядя поставить на уши всех своих служителей, чтоб организовать парочке чокнутых гайдзинов церемонию по всем правилам. Для бизнес-авиации действовали свои правила, так что мы подъехали прямиком к мигающему всеми огоньками самолёту, а не пробирались через все круги ада общего терминала. И ждать других пассажиров нам не было необходимости - как только мы были на борту, самолёт сразу же начал руление и вскоре набрал скорость по полосе и взмыл в небо. Мы любовались на проплывающие под нами яркие жемчужины городов и городков, молчали и думали о своём. Честно признаться, мы оба слегка волновались. Казалось бы, ну что такого? Мы уже долго живём вместе. Ни для кого это не секрет. Подумаешь: решились поставить государство в известность, кто с кем спит. Но, возможно, этот мой импульсивный шаг, с церемонией по обычаям нашей родины, был виноват в том, что мы оба себя чувствовали как провинившиеся школьники. А может, дело в тех событиях, которые предстоят нам в ближайшее время. Не знаю, что скрывалось за оценивающим взглядом моей светловолосой будущей жены, когда она говорила "да". Но и у меня имелся как минимум один не озвученный мотив оформить наши отношения по всем правилам. Дело в том, что большинство наших бизнесов принадлежало мне. Целиком или по большей части. И весь доход с них тоже шёл мне. Руководствовалась Ира при этом какими-то прагматичными целями или, наоборот, просто была воспитана в духе того, что добытчиком в доме должен быть мужчина - но факт в том, что почти всё было завязано на меня. И в предстоящих событиях у меня не было стопроцентной уверенности в том, что мы оба выйдем из этого живыми. И в случае моей смерти, если Ира будет моей официальной женой, то и мои активы автоматически перейдут ей. О таких вещах не говорят, когда делают девушке предложение. Будь она хоть трижды майором конторы глубинного бурения. Но я держал в уме и этот фактор тоже. Наконец наш самолётик зашел на посадку. После недолгой рулёжки мы смогли выйти в прохладный ночной воздух Хоккайдо. Нас уже встречал наш священнослужитель. Отец Евгений был мужчиной в возрасте где-то от тридцати до сорока, с окладистой бородой и широкой весёлой улыбкой. Ну да, понятное дело, что не склонный к авантюрам и веселью человек не согласился бы на проведение церемонии бракосочетания таким образом и в такое время, как мы хотели. Но, думаю, вид двух молодых людей, замотанных в пледы из самолёта, его сейчас тоже здорово позабавил. - Ирина, Николай. Добро пожаловать в Хакодате. Боюсь, тут не так тепло, как у вас в Осаке... Но кажется, вы и без меня это заметили, - весело поприветствовал он нас. После чего усадил в машину и повёз в церковь, которая выступала по совместительству и его домом. - Ещё не все собрались, мы не ждали, что вы так быстро будете, - объяснил он извиняющимся тоном, после чего повёл нас на кухню, где познакомил со своей женой и тремя детьми, а также напоил чаем с пряниками. - Из Владивостока друзья привезли! Наши, настоящие! - с гордостью объяснил он происхождение этих самых пряников. Потом мы сидели на кухне и рассказывали истории из жизни в Токио и Осаке. И слушали про жизнь на Хоккайдо. Евгений время от времени отлучался, чтоб встретить кого-то из своих сотрудников и проконтролировать приготовления. Уж не знаю, как конкретно это работает, но уверен, что (как для любого другого хорошо сделанного дела) требовались специфические знания и подготовка. - Николай, у нас почти всё готово, пойдёмте покажу, - через некоторое время тронул меня за плечо Евгений и позвал пройти в помещение, выступавшее основным залом его церкви. Оставив Иру и дальше рассказывать весело хохочущим детям, каким я был балбесом в школе, я пошёл за священнослужителем. Мы прошлись по помещению, он объяснил, где мы будем должны стоять и что от нас будет требоваться. После чего негромко обратился ко мне: - Когда мне позвонил ваш сотрудник, то я удивился его просьбе. Он, похоже, и сам толком не понимал, что конкретно надо, но был очень настойчив и готов был оплатить любую цену, которую я захочу за свою помощь. Как видите, мы живём тут небогато, так что подобными предложениями не брезгуем. Но только если речь о помощи в хорошем деле. А если с каким недостойным умыслом это всё было задумано, то я бы отказал даже за все деньги мира, - он замолчал, ожидая мою реакцию на его слова. - Уважаю ваши убеждения и принципы. Смею заверить, что никаких нехороших умыслов у нас нет. - Спасибо, Николай. Я и сам понял, что никакого подвоха нет, когда увидел вас у самолёта. Скажу честно: я опасался, что кого-то могут хотеть выдать замуж против воли. Или, может, что-то не так с возрастом. Например, кто-то слишком стар или слишком молод. Или и то и другое. Никто не будет просто так лететь на частном самолёте через всю страну в нашу глухомань ради того, чтоб выгадать день или два. Хотя, как оказывается, всё же есть такие люди. Но, может быть, вы хотя бы удовлетворите моё любопытство? Почему такая срочность и интрига? - Пожалуй, это можно назвать сочетанием факторов, - подумав, начал я. - Мы давно к этому шли, но сейчас мы ожидаем большое количество самых разных событий. И не все они могут быть хорошими для нас. В любом случае, буквально в ближайшие дни нам станет совсем не до романтических порывов и церемоний. Поэтому такая спешка. К тому же мы, хоть и не скрываемся, но не слишком хотели бы афишировать все эти события. Так что если у вас есть возможность, то я бы попросил не указывать в ваших отчётах наши фамилии. Ни советские, ни те, что будут в официальных японских документах о заключении брака. Копии вам завтра перешлёт факсом мой сотрудник. - Что же, я так и думал, что жизнь людей, летающих бизнес-джетами, полна сложностей и загадок. Без проблем, Николай, всё сделаем, как вы просите. Я - всего лишь посредник между вами и... - он показал пальцем вверх, - так что не мне решать, как ваш союз должен выглядеть в документах. Мне главное, чтоб ваши намерения были искренними. Пусть даже я и не понимаю причин. - Спасибо вам, отец Евгений. А насчёт причин... Могу посоветовать вам ожидать притока людей в ваш приход. В ближайшие недели и месяцы. Когда человек теряет всё, то часто именно тогда его последней надеждой становится вера. - Вот как... - протянул священнослужитель, поглаживая бороду. - Не в обиду вам, но очень надеюсь, что вы ошибаетесь и людям не придётся терять всё. Но за совет я вам благодарен и буду готов. Как говорится, на Бога надейся, но сам не плошай. Я кивнул ему, и мы приступили к официальной части. А менее чем через час Евгений уже доставил нас к трапу ожидающего самолёта, вручив нам официальную церковную бумагу о том, что Николай и Ирина теперь муж и жена. Мы тепло попрощались, и Цессна снова взмыла в небо, ложась на обратный курс. Ира, измотанная целым днём событий, спала на моём плече. Я же просто смотрел в иллюминатор, не думая ни о чём. Сейчас мой мозг был перегружен всеми событиями сегодняшнего дня, весь полёт домой он просто работал вхолостую. В аэропорту нас встречали сотрудники нашей охраны со служебной машиной. Нашу яркую итальянскую красавицу они ещё в начале вечера перегнали домой, так что я усадил сонную Иру на заднее сидение серой тонированной Тойоты с крякающим названием, и сам сел рядом с ней. В уютном салоне автомобиля наконец и меня догнала усталость этого дня, поэтому всю дорогу до дома я проспал. А рано утром мы уже вступали в новый этап нашей жизни. К счастью, переезд в большой дом, с закрытой территорией и кучей прислуги, мы сделали некоторое время назад. Так что теперь нам не надо было готовить в полусонном состоянии завтрак или срочно переезжать туда, где наша СБ сможет обеспечить нам хотя бы видимость безопасности. За завтраком мы обсудили планы на день и вышли во двор. Там нас ждали три Тойоты, аналогичных той, которая нас вчера забирала из аэропорта. Мы купили их сразу партию, решив сделать ставку в безопасности не на неприступность, а на неуловимость. Ни у кого не было никаких закреплённых машин. Все они были одинаковыми. И все ездили по разным маршрутам, а использовали мы их для самых разных заданий. Вот и сейчас я сел в одну машину, направляясь в наш головной офис, Ира - в другую, направляясь на встречу со своей командой бешеных хорьков. Обе машины выехали из ворот в разные стороны. Следом выехала и третья машина, поехав по какому-то своему маршруту, о котором я даже не догадывался. Через некоторое время надо будет внедрить что-то ещё, кроме игры в напёрстки при помощи десятка одинаковых автомобилей, но для начала и этот метод сгодится для усложнения слежки за нами.