Под светом тысячи свёзд

— Прекрасно выглядишь, — Ким Сокджин пристально разглядывал молодого мужчину, вальяжно развалившегося на кожаном диване в его кабинете. — Ты не сильно изменился с нашей первой встречи. Что ты пьёшь? Признавайся! Кровь девственников? Сколько тебе тогда было? Двадцать? — Угу, — мужчина широко зевнул, ни капли не стесняясь. — Но ты выглядел намного моложе. Твой восторженный блеск в глазах покорил меня. Ты был воплощением юности. Смелый, беззаботный, горячий. Я не мог удержаться и пригласил вас с матерью на обед, помню ты без остановки рассказывал о своей поездке на Чеджу и был чудесно-милым. Я был совершенно очарован тобой. — Джин, может в другой раз придадимся воспоминаниям? Сейчас вообще не то настроение. Ким встал из-за стола и присел на диван, осторожно положив руку рядом с бедром мужчины, еле сдерживая желание коснуться его. — Наконец-то ты приехал. Мы так давно не виделись. — Перестань, мы постоянно на связи. Разве этого мало? Я приехал только забрать фото. — Дело похоже сдвинулось с мёртвой точки, — Ким придвинул руку к ноге и слегка потёр пальцем о грубую ткань джинсы. — Не пизди, ты его сдвинул. Если бы ты не аккредитовал меня на эту пресс-конференцию, Чон так и оставался бы в неведении. Я предупреждал, что твой план — полная хуйня. Он давно забыл обо мне. — Не может этого быть. После того, как ты уехал, у него никого не было. Ни одной шлюхи. — Занят был человечек. Не до секса. Вкалывает на благо родины и избирателей. Да и репутацию бережёт. Джин сузил глаза, как будто стараясь разгадать истинные мысли гостя, равнодушно разглядывающего потолок. — Мы вернули тебя в Сеул не для того, чтобы ты обозревал вечеринки звёзд и копался в их грязном белье. Я уверен, Ким Намджун специально утаивал от него информацию. Ему пришлось рассказать о тебе Чонгуку, когда он узнал, что ты появишься на конференции. У него просто не было другого выбора, поэтому теперь за тобой постоянно следят его люди. — Они и раньше следили, как только я открыто появился здесь, но на отъебись, скорее даже из-за тебя. Мужчина закинул руки за голову и потянулся. Поймав недовольный взгляд Джина, он закатил глаза и встал с дивана. — Что так смотришь? Ты знаешь, мне всё это не нравится. Ещё раз прошу, откажись от этого идиотского плана. Джин сложил руки на груди и подозрительно буравил мужчину глазами, пытаясь заставить отвести взгляд. — Ты всё еще влюблён в него? — спросил он прямо. Юнги недовольно поморщился: — Ты несёшь бред. Мин нервно взъерошил волосы, отошёл к окну, достал электронную сигарету, затянулся и молча уставился в стекло, делая вид, что любуется видом мегаполиса. В кабинете повисло тяжёлое молчание, каждый думал о своём. Джин прикрыл глаза, вновь вспоминая их первую встречу. *** Он уже не помнил, зачем приехал в тот день в Тэгу, какое-то очередное совещание в череде бесконечной вереницы дел. Стоя в большом помещении, в окружении сотрудников, он давал последние указания редактору и уже собирался уезжать, когда услышал восхищенное: — Охереть! Все присутствующие резко обернулись к двери, в которой, как ни в чём не бывало, широко распахнув глаза, стоял рыжеволосый парень, с восторгом рассматривающий всё вокруг. За ним краснела хорошенькая женщина, в которой Ким узнал ведущую на одном из популярных местных каналов. Она сильно смутилась, осторожно задвинула мальчишку себе за спину и низко поклонилась. — Прошу прощения за сына, — прошептала она, — он первый раз в редакции. — Мам, ну чего ты? Я сам. Джина восхитило то, что он ни капли не смутился. Мальчишка был потрясающе наглым и замечательно открытым. Необычным. Он задавал бесконечное количество вопросов и постоянно улыбался. Ким захотел узнать его. Сокджину повезло родиться в богатой семье, деньги никогда не были для него проблемой, он умел их зарабатывать и любил тратить на то, что делало его жизнь интересной. Собственно, покупка небольшого местечкового новостного портала для него было очередным развлечением. Ему стало интересно попробовать себя в этой сфере, которая с появлением Юнги превратилась в дело всей жизни. В тот день Ким решил задержаться в Тэгу на пару дней, но остался почти на месяц. Объяснив своё присутствие главному редактору тем, что хочет изнутри узнать, как работают журналисты в его компании, он присоединился к Юнги в его стажировке и уже через неделю понял, что безнадёжно влюбился. Красивый мальчишка, больше, чем на десять лет младше, завладел всеми его мыслями. Юнги невозможно было не восхищаться. Он схватывал всё на лету и, несмотря на молодость, обладал широким кругозором, острым языком, чувством юмора и удивительной памятью — всё это гарантировало ему успех в выбранной профессии. Юнги было всё интересно, его неуёмный энтузиазм и жажда нового заражала. Рядом с ним Ким почувствовал новый вкус жизни. Он изо всех сил пытался скрывать свой интерес, но то и дело залипал на пухлые губы, которые до боли хотелось поцеловать. — Хён, я вам нравлюсь что ли? — беззаботно спросил Мин, громко засасывая горячую лапшу в небольшой забегаловке, куда они заскочили поужинать после тяжёлого дня. — Это так заметно? — ответил Джин, с трудом заталкивая подскочившее к горлу сердце на его законное место. — Ну, есть определённые признаки. Только, хён, ничего не получится, — Мин вкусно облизал губы. — Я не в твоём вкусе? Слишком взрослый? — печально спросил Ким. — Не, дело не в этом. Вы не подумайте, вы офигенный мужик, я очень польщён, честно. — Юнги отставил тарелку и прямо посмотрел ему в глаза. — Просто я не свободен. Не сказать, что Джина удивила эта информация, он несколько раз замечал, как лицо Юнги меняется, когда он читает сообщения, как он прикусывает нижнюю губу, а белоснежные скулы покрываются румянцем. В такие минуты ревность больно колола, но лишь подстёгивала его. Так было только интересней. Джин был игроком, а больше всего ему нравилось играть с чувствами людей. Мин Юнги обещал увлекательную и захватывающую игру. — Мы всю неделю почти не расставались, я каждый вечер отвожу тебя домой, почему твой парень ни разу не показался? Это странно. — Он в Сеуле. — Вот как. Отношения на расстоянии значит? Это довольно сложно, — Джин налил им в рюмки соджу. — Я ему почти так же сказал. Но он — упёртый сукин сын и уговорил меня попробовать. — Давно вы знакомы? — Чуть больше недели, — Мин фыркнул, поймав недоумённый взгляд мужчины. — Хм, значит у вас только начало… Что ж, я подожду. — Вы уверены, что мы обречены? — с губ Юнги сползла улыбка. — У меня просто есть некоторый опыт. Ты и правда очень мне нравишься и мне действительно жаль, что ты встретил этого парня чуть раньше меня, но с этим уже ничего не поделаешь. Скажи, ты же не против, если мы продолжим общаться? — Почему нет? Вы интересный человек, хён. Мне кажется, я могу многому у вас научиться. — Я бы хотел, чтобы наедине ты называл меня Джин, — они чокнулись и осушили рюмки. — Без проблем, — Юнги вернулся к своей тарелке. — Ещё одна просьба. Мин застыл со свисающей изо рта лапшой и высоко поднятыми бровями. — Не рассказывай обо мне своему парню. Я всё-таки довольно известный в определённых кругах человек и стараюсь держать свою ориентацию в секрете. — Он не такой и никогда… Джин ласково улыбнулся и осторожно погладил Юнги по руке, останавливая. — Сам же сказал, что знаешь его неделю, а я не хочу рисковать своей репутацией. Ты прекрасно понимаешь, в каком обществе мы живем. Просто ничего не говори обо мне. Пусть наша дружба останется секретом. Хорошо? — Ким таинственно подмигнул. — Ок, только и ты ничего не спрашивай про него. Спустя пару месяцев Ким с удивлением обнаружил, что фактически переехал в Тэгу. Они много общались и часто ужинали вместе, кроме выходных, когда к Юнги приезжал любовник. В остальные дни они прекрасно ладили. Ким был интересным собеседником, начитанным, образованным, при этом умеющим слушать. Они часто засиживались допоздна, обсуждая всё на свете. Мин, широко раскрыв глаза, слушал его рассказы о заграничных поездках и встречах с известными людьми. Джин легко делился с ним своими взглядами на жизнь, опытом и знаниями. Юнги, в свою очередь, рассказывал о своих планах и мечтах. Джину безумно нравились его юношеский максимализм, принципиальность и вера в то, что он реально сможет сделать мир лучше. Спустя год, благодаря предпринимательскому таланту, Джин превратил незаметную газетёнку в крупное сетевое издание, на которое ориентировались и ссылались. Юнги перевёлся на заочное обучение, практически полностью посвятив своё время работе. Ему были неинтересны банальные репортажи о звёздах, цветущей вишне или родах выдры в зоопарке. Всё его внимание было направлено на освещение политических событий в стране. Ким поддерживал его и помогал всеми возможными способами, поражаясь его бесшабашной смелости. Мало кто отваживался критиковать власть, а у Юнги же, казалось, просто было атрофировано чувство страха. Со временем Ким заметил, что особый интерес Юнги вызывает лидер партии Справедливости. Он не пропускал ни одного его выступления, много писал о нём и критиковал действия партии. Джина это настораживало, так как Чон Хон Вон был влиятельным и опасным человеком. Несколько раз ему пришлось отказаться публиковать материал Юнги, он был слишком рискованным. Он пытался переключить внимание парня в другие сферы, но тот упёрто отказывался. Спустя пару лет Ким заметил, что Мин стал меняться — в его словах всё чаще стала появляться злость, граничащая с ненавистью. — Я хочу тебе предложить поехать со мной в Лондон на пару недель. Как ты на это смотришь? В это время там будут проходить несколько интересных культурных мероприятий, сделаешь репортажи. Мин, почти час просидевший молча уставившись в стол, равнодушно поднял глаза на Джина. — Прекращай это. Я уже говорил, что международная журналистика меня не интересует. Джин закусил губу и побарабанил пальцами по столу. — А если я скажу, что нашёл человека, у которого возможно есть интересная информация о Чон Хон Вон и живет он как раз в пригороде Лондона. В одну секунду с лица Юнги смыло задумчивую тоску. — Хм, всегда мечтал посмотреть на Биг-Бен. Что за человек? — Сначала скажи, почему ты такой мрачный последнее время. — Просто устал. — Ты только вчера вернулся из Сеула, почему же такой злой? Твой парень, похоже, хреново выполняет свои обязанности. Может, пора его бросить? — А ты всё ещё не оставляешь надежды? Четыре года прошло с нашей встречи, — Юнги откинулся на спинку стула и обвёл уставшими глазами знакомую обстановку квартиры Сокджина. — Я люблю тебя, Мин Юнги. Мин отрицательно покачал головой и встал из-за стола. — Прости, Джин, но — нет. Ким тяжело вздохнул и встал напротив Юнги, тот нахмурился, но решительно поднял голову и посмотрел прямо в глаза. — Я же ничего не требую, — Джин ласково провёл по гладкой щеке. — Ты повзрослел. Давай поговорим откровенно. — Я всегда был с тобой честен, — Мин отошёл на шаг назад. Рука Джина безвольно упала и тут же сжалась в кулак. — Это не совсем так. Ты кое-что скрывал от меня, — Джин вытащил из внутреннего кармана пиджака несколько фотографий и протянул их Юнги. Взглянув на них, Мин зло поджал губы и вызывающе посмотрел на Джина. — Почему такой взгляд? — спокойно спросил Ким. — Не знаю, чего ждать. Ты признаёшься мне в любви, а потом показываешь фото, где мы целуемся с Гуком. — Разве я хоть раз дал тебе повод усомниться во мне? — Ким кинул на Юнги укоряющий взгляд. — Блять, Джин! Какого хера происходит? Откуда эти фото? — Детектив Ли Гом. — Сука! Почему он не связался со мной? Какого хера он пошёл к тебе? — Ли справедливо решил, что у меня больше денег. Я выкупил их, а заказчику он сказал, что ничего не нарыл. Правда, это влетело мне в крупную сумму. — Тварь, в очередной раз убеждаюсь, что никому нельзя доверять. Я же постоянно подкидывал ему работу. Кто заказчик? — Какой-то подставной человечек. Концов не найти. Юнги, это всё мелочи, ты хоть понимаешь, как тебе повезло, что они наняли Ли? Публикация этих фото поставила бы крест на твоей карьере, я уже не говорю по твоего партнёра. Кстати, реально? Сын Чон Хон Вона? Что ещё ты от меня скрываешь? — Какая разница, кто он? — Никакой, если бы это был Noname, — Джин возмущённо покачал головой, — мне пришлось навести справки. Какого хера твой Чонгук изо всех сил пытался пробиться самостоятельно, имея такого отца? — Потому что он не такой, как этот ублюдок, — выкрикнул Юнги ему в лицо и тут же сник. — Был. Джин тяжело вздохнул и обнял его за плечи: — Расскажи мне всё. Спустя час Сокджин в очередной раз мысленно похвалил себя за умело разложенные карты. Узнать, кто же всё-таки любовник Юнги было правильным решением. Поначалу Ким был абсолютно уверен, что эти странные отношения не продляться и полгода. К его удивлению, их история затянулась. Джин не особо интересовался персоной пассии Юнги, представляя себе его как обыкновенного смазливого студента, тем более, что приезжать в Тэгу он стал всё реже, а работать Мин стал в разы больше. Ким был уверен, что они на грани и ждал, что Юнги вот-вот бросит этого неудачника, чтобы подставить своё широкое плечо. Но время шло, а желанная новость всё не слетала с губ Юнги. Ким даже осторожно попытался через Пак Чимина узнать, что же происходит, но тот молчал, как партизан, намекнув только, что там всё сложно. В какой-то момент Джину просто надоело. Он сам проследил за Юнги, благо в разговоре он мельком сказал ему, что на выходные будет занят. Сфотографировать их на стоянке аэропорта не составило никакого труда. Но это было неприятно. Даже больно. Видеть, как смазливый накачанный придурок по-хозяйски притягивает к себе Юнги и жадно целует. Хотя это того стоило. Мин, чувствуя благодарность за что, что Ким «спас» его, как на духу рассказал ему обо всём. К радости Джина, их отношения действительно были на грани, но почему-то они до последнего цеплялись друг за друга. Нужно было только подтолкнуть. — Замёрз? Осень — не лучшее время для прогулки по Лондону, — Джин поднёс длинные пальцы Юнги к тёплым губам и согрел дыханием. — Джин, спасибо тебе за всё, — Юнги осторожно забрал ладони. — Ты про эту встречу? Она дала нам лишь наводку. Скажи, Юнги, как далеко ты готов зайти? Я имею в виду, какова твоя конечная цель? Ты хочешь разоблачить Чон Хон Вона? Упечь его за решётку? Но ты же понимаешь, что это больно отразится и на его сыне? Я узнал, что он всё-таки вступил в ряды его партии. С каждым годом они набирают всё меньше голосов, популярность партии падает. Им нужна новая кровь и стратегия. Чонгук идеально подходит на роль главы партии. — Я понимаю. Джин, это глупо, но я всё ещё пытаюсь отговорить его. Я ненавижу его отца, он воплощает всё, против чего я всегда хотел бороться, но у меня нет прямых доказательств. Я точно знаю, что его поддерживает преступный синдикат и абсолютно уверен, что он является одним из его главных участников. Такие люди не должны входить в парламент. Гук считает, что есть только один способ лишить его власти — заменить в роли лидера. Он упёртый жертвенный придурок, я устал с ним спорить. — Послушай, я уже несколько месяцев разрабатываю один план. Открыто мы не можем выступать против них. Это опасно для нас обоих. Но есть люди, которые тоже заинтересованы в том, чтобы уничтожить Чон. — Зачем тебе это? — Мин остановился и внимательно всмотрелся в лицо Джина. — Зачем задавать вопрос, на который ты и так знаешь ответ?