Стакан

Шиганшина встретила их ярким солнцем. Оно начало слепить ещё в небе, стоило открыть шторку, а через пару минут и вовсе вынудило закатать рукава. Леви щурился, но всё равно высунул нос к стеклу, позабыв о последствиях. Воздушные облака расступались, открывая вид на горы и океан, которые были так далеко внизу, так, блять, далеко, что его затошнило. Хреновая была идея, но даже в таком состоянии он не мог отрицать красоты этого вида. Если бы только не грёбаное солнце и ебанутая высота… Правда, на посадке это перестало его волновать: самолёт снова затрясло. Леви ожидаемо зажмурился, готовый к приступу, но уже привычное ощущение страха было словно чужим. Организм сдавался перед знакомым триггером, каждая клетка вопила о нужде оказаться в безопасности, Леви раз за разом проверял, достаточно ли затянул ремень, находя успокоение в этом ритуале, но самым главным успокоением стал Эрен. Он оставался рядом, наполнял теплом и проделывал все эти фокусы с отвлечением внимания, благодаря чему паники удалось избежать. С одной стороны, Леви было даже стыдно, что он так его использовал, а с другой он был рад, что воздушное пространство не доводило его до истерики. В конце концов, Эрена никто не заставлял, он сам проявлял поразительную эмпатию, которой Леви был несколько обделён. Стоило самолёту замереть на земле, и Леви шумно выдохнул, чувствуя, как отпускает зажатое тело. Эрен сбоку даже не шелохнулся, став каким-то тихим, и лишь по инерции поглаживал его по предплечью длинными пальцами, а Леви пялился на них, ослеплённый не то красотой, не то тем, как блестели многочисленные кольца на солнечных лучах. А может, всё никак не мог отпустить мысль о том, что и как именно делали эти пальцы немногим ранее… Сможет ли он когда-нибудь об этом забыть? Забыть самого Эрена? И о том, как уютно по итогу оказалось с ним болтать? Стоило спрятать свои иголки, и его рассказы про Шиганшину утянули Леви с головой. Он и не думал, что правда сможет заинтересоваться этим местом, но Эрен с такой теплотой рассказывал о родных краях, что время пролетело незаметно. Леви безумно сильно хотелось продлить эти мгновения, но оставалось только готовиться к выходу. Народ постепенно начал выстраиваться в плотную колонну, едва успел затормозить самолёт, и пришедший в себя Леви презрительно фыркнул. Какое удовольствие стоять в душном пространстве? Будто от этого двери откроются быстрее. Эрен, похоже, был того же мнения, потому что неспеша начал собирать свой телефон и наушники, но встать не порывался, только завис над экраном смартфона и, судя по звукам, уже что-то кому-то писал. К счастью, высадка на землю обошлась без автобусного кошмара. Вторая вещь, после самого перелёта, которую Леви ненавидел больше всего. Толпа медленно рассасывалась, стоило покинуть рукав, а Леви едва передвигал ногами, чувствуя себя таким уставшим, будто не пару часов летел, а пару суток. Нервы от перелёта и неожиданный сексуальный контакт разболтали его состояние окончательно. Вялое от стресса тело мечтало о том, чтобы свалиться в кровать, но он знал, что мечта исполнится нескоро. В помещении было душно, поэтому пальто осталось висеть на предплечье бесполезной тряпкой. Как Эрену было не жарко в его собственном, которое он напялил, учитывая ещё и тёплый свитер, и температуру его тела — оставалось загадкой. Леви подозревал, что на улице холоднее, но нещадное солнце даже здесь слепило глаза, проникая сквозь огромные окна, и он пожалел, что не захватил солнцезащитные очки. В целом, жалел Леви не только об этом. А, например, о том, что не поговорил с Эреном больше, когда у них была такая возможность. «Я даже номера его не знаю, только имя», — с поразительной досадой думал Леви, понимая, что этот факт пугает сильнее, чем вероятность вляпаться в чувства. В общем-то, ничего не мешало спросить номер теперь, но это будет слишком в лоб. Леви не представлял, как выглядит со стороны, но подозревал, что не настолько отчаянно. Да и сейчас это вряд ли к месту, только… когда, если не сейчас? Леви впивался немым вопросом Эрену в спину, а тот мотал башкой, видимо, пытаясь определить, в какой стороне будет выдача багажа. Его пучок совсем растрепался, роняя больше прядей на шею, и в них до боли хотелось зарыться носом. Вдохнуть поглубже и сохранить в себе запах свежести и нахального юдзу. Прижаться губами к жилке под кожей и попробовать аромат на вкус. Леви чудилось, что он уже на его губах, но это была очередная иллюзия. От этого стало тоскливо. Леви не превращал выводы в слова даже мысленно, они плавали размытыми образами такого же размытого будущего, но всё равно нервировали. Хотя бы окружение не добавляло масла в огонь. Удивительно, но обстановка в здешнем аэропорту была куда более неспешной, чем в столице: люди не раздражали беготнёй, даже дети не орали, позволяя со спокойной душой дождаться свой чемодан. — Ты его забронировать пытался, что ли? — хохотнул Эрен, увидев толстенный слой плёнки. Леви громко цокнул, пытаясь откинуть грустные размышления. — Что бы ты понимал, — пробубнил он себе под нос и на автомате выловил уже знакомый голубой чемодан. Только поставив его на пол рядом со своим, он понял, что его так-то не просили помогать, но Эрен вроде не возражал. Чемодан его был слишком лёгким для человека, который переезжал. Да и сложно представить, как можно уместить целую жизнь в одном таком, но задавать вопросов Леви не стал. Он был рад хотя бы тому, что Эрен не спешил исчезать. А ещё боялся. Боялся идти к выходам, боялся расходиться и того, что они никогда больше не увидятся. Вероятно, не будет никакого неловкого прощания или обмена номерами, чтобы потом списаться, созвониться, перекинуться дикпиками и встретиться, а на самом деле ничего из перечисленного, потому что, чёрт возьми, Леви слишком стар для этого дерьма… Впрочем, он просто пытался себя успокоить. Оператор радушно поприветствовал его смской на новом месте, стоило включить телефон. Следом посыпались сообщения от Ханджи, и Леви не то чтобы не был рад их видеть, просто за эти два часа успел отдалиться от своей привычной жизни. Одно только его лицо, когда они оставляли испачканный плед, чего стоило. Ханджи бы все органы выложила за то, чтобы увидеть такое хоть однажды, Леви был уверен. А вот Эрен не впечатлился, — или тщательно скрывал? — потому как даже не подозревал, насколько странным Леви становился рядом с ним — всё-таки сравнивать ему было не с чем. А вот Леви было с чем. И он не узнавал себя. Улица встретила их легким ветром и свежим воздухом. Здесь было куда более шумно, чем внутри, но Леви не жаловался. Скоро он окажется в месте, где будет полный балаган, следовало наслаждаться теми крупицами покоя, которые у него были. На территории тут и там мелькали зелеными пятнами растения, что казалось непривычным после холодрыги столицы. Под ногами не чавкали лужи из льда и грязи, а небо было ослепительно синим, и если бы не температура воздуха, Леви бы подумал, что здесь давно вступило в права лето. Устроившись возле официально разрешённой курилки, где, на удивление, не было ни души, Леви накинул пальто — все-таки погода была далека от летней, — и, подставив лицо под солнечные лучи, медленно достал сигарету, едва не давясь слюной от одного аромата из пачки. — Не знал, что ты куришь, — удивился Эрен, присев на собственный чемодан. Колёсики жалобно скрипнули, но выдержали такую напасть. — Откуда бы? — зажав фильтр между губ, Леви щёлкнул зажигалкой, жадно втягивая ядовитый дым в лёгкие. В голову мгновенно ударило, заставляя прислониться к стене и прикрыть глаза. — От тебя не воняет, — пояснил Эрен и едва не шлёпнулся на землю вместе с накренившимся таки чемоданом, будто падения в аэропорту ему было мало. Леви не видел, но слышал неловкое «ой», и даже подорвался его ловить, но тот лишь рассмеялся, перекручивая телефон между пальцев. Глядя на них, Леви в который раз вспоминал, что они вытворяли в самолёте с его членом… — Потому что воняет только дерьмо, — пожал плечами он, выдыхая дым в сторону, а вместе с ним и прошедшиеся дрожью возбуждения мысли. — Я регулярно сдаю одежду в химчистку, никогда не курю в помещении и в целом щепетильно отношусь к гигиене. — Буду иметь в виду, — хмыкнул Эрен, и его ответ откинул Леви назад в прошлое, когда паршивец облил его кофе. Рукав давно высох, не напоминая о себе, а вот Эрен никуда не делся и даже забрался к нему в штаны. Нелепо сидел здесь, на своем не менее нелепом чемодане, и выглядел, как ожившие кошмар и мечта Леви в одном лице. Кто бы мог подумать, куда это заведёт? Кто бы мог подумать, что этот щенок, облизывающий его одним взглядом, добьётся своего?.. Эрен, пожалуй, мог. Эта мысль казалась чужеродной, дикой и безумной. В общем-то, как и сам Эрен. Рациональная часть разума отрицала это предположение, но странное поведение Эрена после того происшествия и отсутствие любого раскаяния говорили о том, что не особо-то он и стыдился своей неуклюжести. Или же о том, что… — Ты ведь специально облил меня? — вдруг осенило Леви, хотя он лишь тыкнул пальцем в небо. Телефон в длинных пальцах замер. Эрен замер вместе с ним, лишь на мгновение, совсем крохотное, но этого было достаточно, чтобы всё понять. Блять. Отпираться Эрен даже не пытался. Открыл рот, потом закрыл, и опустил глаза, кусая губы. Видимо, совесть не позволила соврать, а может решил, что терять уже нечего. Леви стало как-то плевать — всем его телом завладел беспощадный ахуй. Почти подавившись возмущениями, он повернулся к нему всем телом так резко, что чуть не споткнулся, из-за чего Эрен подскочил на своём несчастном чемодане, то ли собираясь ловить, то ли от неожиданности. Встретив немного растерянный взгляд блестящих зелёных глаз, Леви вскинул брови и покачал головой в неверии. Попытался дать себе перезагрузку на пару секунд и… снова поражённо покачал головой. Что тут сказать? Пиздец. Отрицать что-либо Эрен перестал пытаться ещё даже не начав, и это грёбаное молчание между ними вынудило Леви сделать сразу несколько затяжек, будто это могло поставить раскисший мозг на место. Леви не мог определиться, что его трогает больше: сила грёбаной симпатии, толкнувшей на такое, или то, насколько Эрен ебанутый, если правда считал нормальным обливать людей кипятком. Впрочем, не стоило забывать, что для него и по полу валяться в норме вещей. — Я даже не знаю, что думать, — едва слышно проскрипел Леви, невольно сделав шаг назад. А потом ещё и ещё, снова упираясь в стену и, наверное, не упал лишь благодаря её поддержке. — Я не планировал этого, — быстро заверил Эрен, видимо, поняв по его лицу уровень грозящей катастрофы. — Я собирался просто подойти, но ты стоял там такой… — он неопределённо взмахнул рукой в воздухе, но понятнее не стало. — Такой, и я не смог с тобой заговорить. Хотел, но не смог, — сглотнув, он дёрнул плечом, явно не зная, куда себя деть, а затем устало вдохнул, откидывая со лба растрепавшиеся пряди волос. — Я… облил тебя быстрее, чем осознал, что это опасно и причинит тебе боль. Прости? — вопросительный тон делу не помогал, но виноватое лицо сглаживало углы. — Пиздец, — звучало почти истерично и Леви зажмурился на секунду, пытаясь убедить себя, что мстить за такое будет не лучше поступка Эрена. Ведь, если подумать, вероятность того, что их диалог закончился бы не начавшись, была почти стопроцентной. Хотя никто не мог знать, что, облив Леви, Эрен не получил бы по роже. Да и стоило ли об этом размышлять, если точка в их истории настанет быстрее, чем они успеют во всём разобраться? Эта мысль ощущалась ударом под дых, но бегать от неё вечно Леви не мог. Ему нужно принять тот факт, что между ними нет никакой истории, кроме навязчивости одного и слабости другого. Просто случайная встреча, а всё остальное — жалкая прихоть его разошедшегося сердца, которое вряд ли понимало, на что именно пыталось его толкнуть. Леви сотню раз видел на страницах книг, как такое превращается в нечто большее, но жизнь — не книга. Или, по крайней мере, не бульварный роман. И если рукопись можно переписать, то жизнь не прощает ошибок. Он уже допустил одну, с него было достаточно. И обманываться курортным романом было глупо. Леви не сможет остановиться. — Ты злишься? — невинно поинтересовался Эрен, потянув его за пояс пальто к себе, и Леви стряхнул его руку. — Это самый дерьмовый способ знакомства из всех, о которых я знаю. — Но всё-таки он сработал. И я знаю истории похуже этой. — Страшно представить, что ты успел натворить помимо этого и валяний по аэропорту, — покачал головой Леви, отворачиваясь к мусорке, в которую стряхнул пепел. Раздражение плавало по венам, но Леви понимал, что нихрена не из-за того, что выяснилось только что, а из-за грядущего. И из-за собственной слабости, преодолеть которую он не мог ни в одну из сторон. Может, ему не нужно было останавливаться? Признать поражение и сделать первый шаг — глупо? Стоять на своём и потерять шанс — тоже глупо? А что тогда не глупо? — У тебя всё время мира, чтобы узнать об этом, — улыбнулся вдруг Эрен, загоняя кол ему в сердце в виде осознания лживости этой фразы. Потому что Эрен не пытался ничего сделать, как и он сам. Что ж, Леви сыграет по этим правилам. — А вот сбил тебя я случайно, честно, — помявшись, добавил он, заставив Леви фыркнуть. — Я стоял там и думал, что ты псих, — за всем этим он пытался отринуть мысли о том, что, стоит закончиться сигарете — и они поедут каждый в свою сторону. — Ещё удивлялся, что никто к тебе не подошёл. А если бы ты умирал? — Я думал, ты хочешь меня придушить, — рассмеялся Эрен, несмело цепляя его руку пальцами, будто снова проверяя границы. — А ты, получается, переживал за меня? Как мило. — Не переживал, а удивлялся как тебя выпустили в люди, — пробубнил Леви, на что заработал ещё один смешок, но уже более тихий. Подняв глаза, он отчётливо ощутил, что всё веселье — фарс, потому как улыбку Эрена — настоящую, искреннюю, — он успел изучить за это короткое время вдоль и поперёк. Сейчас Эрен всем своим существом пытался казаться расслабленным, но нервное шевеление ногой и поправление волос были слишком частыми. А взгляд слишком пронзительным, пускающим иглы под кожу сквозь напускную беззаботность. — И не зря, ты реально ненормальный, — закончил свою мысль Леви, в который раз разбрасываясь оскорблениями. Они будто вернулись на десять шагов назад, только теперь это казалось… неправильным. — Спасибо, что кофе облил, а не кислотой, что ли. — Я уже говорил, психиатр — не моя тема, — картинно вздохнув, Эрен слегка закатил глаза. — А что тогда твоя? — новая попытка вывести на что-нибудь, что поможет определиться. Леви и сам не знал, каких слов ждал, но пылко надеялся, что они будут железными даже для его непробиваемых аргументов против. Эрен поднялся на ноги, забив на откатившийся чемодан, и заглянул то ли в глаза, то ли в самую душу. Солнце блестело золотом в его радужке, и Леви в который раз потерялся в ней, рискуя позабыть обо всём и наброситься на Эрена снова. Почему не может быть просто похер на его проблемы с головой и на собственные? И на их общие, только бы продолжать испытывать эти эмоции. Пугающие, но такие притягательные. Как же хотелось, чтобы это не заканчивалось. — Сводить с ума тебя, — ответил он с улыбкой в голосе, в этот раз настоящей, но Леви это смешным не показалось. Какой там смех, когда так всё и было: он сходил с ума, танцуя под дудку этого демона-искусителя. И если пару часов назад он готов был только брыкаться, то сейчас был согласен упасть в его руки по собственной воле, даже несмотря на количество вещей, не дающих покоя. — У тебя неплохо получается, — с лёгкой горечью согласился Леви, готовый вновь потерять голову, и вздрогнул, услышав, как в кармане Эрена заорал смартфон. К сожалению или к счастью, это отрезвило их обоих. Эрен нахмурился и с явной неохотой отступил в сторону. — Я отвечу? — спросил он, будто Леви мог ему запретить, что было просто комично. Леви пожал плечами, и он выудил телефон из кармана, со вздохом приняв звонок. Из уважения к чужому личному пространству и для приватности разговора, Леви отвернулся, делая последнюю затяжку перед тем, как выбросить окурок. Взгляд упёрся в пустоту, но Леви всё равно улавливал и голос Эрена, и слова. Немного против своей воли, но и любопытство, то самое, прежде неведомое, вновь дало о себе знать. — Да, уже… Ох, только не начинай… ладно-ладно. Сейчас посмотрю, — Эрен вдруг прошёлся в сторону и обратно, выглядывая что-то. — Двадцать четвёртый. Понимание пришло сразу же. Номер столба. Ну да, они же не могут находиться здесь вечность. Леви порадовался, что выбросил окурок, иначе рисковал попросту его проглотить, лишь бы поднявшийся в горло ком вернулся обратно в желудок. Разговор длился ещё несколько минут, но больше Леви не слушал. Вылавливал тон голоса, — то весёлый, то раздражённый, — краем глаза замечал жестикуляцию, удивляясь, как Эрен ещё не задел никого из проходящих мимо людей, но так и продолжал пялиться в никуда, запрещая себе думать. А думать очень хотелось. Но он уже знал, что в его случае это приводит к непоправимому. — Фух, у меня ужасно доставучий брат, — шутливо пожаловался Эрен, закончив разговор, и Леви, отмерев, невольно сохранил эту информацию в своём разуме: у Эрена есть брат. Это было так же легко, как «Эрен любит конфеты», «Эрен вырос в Шиганшине» и прочие малочисленные факты, которые Леви успел выудить. Только нахрена было их запоминать? — Бывает, — дёрнул плечом он, продолжая пялиться куда-то в небеса. Напряжение между ними росло и росло, и Леви не представлял, что с этим делать. Вернее, немного представлял, но… — Он должен забрать меня, — продолжил Эрен на той же волне, словно его ничего не беспокоило. Ну да, легко быть ветреным и молодым, и вытворять непотребства в общественных местах… — Хочешь, подбросим тебя? От внезапного предложения Леви едва не накинулся на него с согласными кивками. Оно было притягательным, но мысль о том, какой неловкой может стать поездка, запустила когти в сердце. Леви так боялся неудачи, что сам её провоцировал. «Блять, почему я просто не могу согласиться?» — мысленно вскипел он, вспоминая и обещание Эрена, и то, как они были близки там, в воздухе, но вслух сказал другое: — Нет. Я доберусь сам, — отрезал он, да так уверенно, что сам был готов поверить в то, что не желает иметь с Эреном ничего общего. Ведь именно так звучали его слова: они обрубали любые надежды, которым не было между ними места. Если бы речь шла просто о сексе — всё было бы иначе. Эрен сам определил их итог, сделав это чем-то большим. Да, Леви был готов поверить, что Эрен ему не нужен. Но не верил. Эрен, похоже, тоже. Он задумчиво пялился на его лицо пару секунд, а потом подхватил свой чемодан за ручку, болтая его из стороны в сторону. Оно могло бы бесить, если бы Леви не был так сфокусирован на более глобальных для его микромира проблемах. — Какие планы на сегодня? — спросил вдруг Эрен, звуча взросло, словно договаривался о бизнес-встрече в зале собраний как минимум. Ядовитая часть Леви закатила глаза, а та, которой до недавнего времени не было названия, с тревогой ждала приглашения, намёка, подсказки — чего, блять, угодно. — Добраться живым, — хмыкнул Леви, чувствуя, как потеют ладони, а сердце пытается пробить грудную клетку. — Самолёт не упал, буду надеяться, такси тоже не разочарует, — взгляд Эрена подначивал продолжить, но конкретных планов у Леви не было. Он мог бы сказать, что свободен вечером — и этим, и сотней вечеров после, — и что хотел бы посмотреть город или ещё какую-нибудь чепуху, но продолжал разыгрывать цирк: — Наверное, подруга заставит меня терпеть общество всех своих знакомых, так что я начну жалеть о том, что самолёт не разбился. — Разве ты не можешь отказаться? — удивился Эрен. Он мог бы задать этот вопрос иначе, и диалог ушёл бы в другое русло. Мог бы. Но он не стал. — Проще согласиться, — вздохнул Леви и мысленно усмехнулся. Жаль, что это не всегда проще. — Надеюсь, со мной ты общаешься не по тому же принципу… — новое сомнение между строк. И только. — Я не просил твоей компании, — напомнил Леви, и это было правдой. Было. — Точно, — хмыкнул Эрен. Леви хотелось добавить, что теперь всё иначе, но граница, та самая, последняя, переступить через которую он хотел чертовски сильно, но боялся, помешала снова. Как же легко было, когда они были заперты рядом на высоте: ничего не нужно решать, достаточно просто наломать дров, а то, что будет дальше — проблема будущего. Казалось бы, далекого в масштабах интимного уединения, но на самом деле такого близкого, что переключиться оказалось слишком тяжело. А не переключаться выбора у Леви не было: Эрен не пытался, а себе он связал руки. В груди снова что-то болезненно умирало. Вокруг гудела жизнь, люди торопились внутрь и наружу, кто-то курил неподалёку, но Леви ничего не слышал. Даже собственные пульс и дыхание. Он запихнул руки в карманы пальто, не зная, куда деться, и бессмысленно теребил пачку сигарет, чуть покачиваясь на месте. Взгляд застыл где-то на уровне загорелой шеи Эрена и отслеживал каждый раз, когда острый кадык гулял под кожей, ожидая каких-то слов, но была только тишина. Оглушающая тишина. Она всасывала отголоски реальности. Нарушить её казалось важнее всего на свете, но, желая выдавить хоть слово, Леви не мог даже вздохнуть. — Брат приехал, — простая констатация, заставившая Леви сжать до боли кулаки в карманах. — Ты не передумал? — почти беззвучно спросил Эрен, оказавшись так близко к его лицу, и Леви хотелось вцепиться в него намертво. Но в голосе не звучало даже отблеска надежды. — Здесь парковка платная, он меня убьёт, если задержусь. Леви кивнул невпопад и попытался набрать воздуха. Голова почему-то кружилась, и взгляд сполз на поношенные белые кроссовки Эрена. Зацепившись за них, он отслеживал росчерки грязи на подошве, только бы не свихнуться. Смотреть Эрену в глаза не было никаких сил. — Вот и всё? — почти с болью спросил тот, разъедая душу своим невыносимым голосом. Но Леви уже проходил такое. Тебя не ударят в спину, если ты ударишь первым. Разве могло быть иначе? — Всё. Смотреть, как Эрен уезжает, было бы невыносимо, поэтому Леви не стал дожидаться. Он даже отойти ему не позволил, оставив это право за собой. Не стал и смотреть в последний раз на его лицо, откровенно струсив. Да и прощаться нормально — кому оно было надо, учитывая ненормальность их знакомства? Явно не Эрену, который вёл себя совсем не как тот Эрен, которого он успел узнать. Только успел ли? Если Эрену ничего не стоило уйти от него в аэропорту, то удивляться сейчас было нечему. Подхватив свой чемодан и портфель, Леви поспешно развернулся, желая убраться поскорее и ни в коем случае не оглядываться, пока мысленный скулёж не превратился в реальный. Он слышал, как Эрен вздохнул, и ожидание, что сейчас произойдет что-то, хоть что-нибудь, кипело в груди. От жажды ощутить его прикосновение или услышать оклик, Леви невольно замедлился. Но как будто непонятно, что его ожидания — только его проблемы, потому что случилось… абсолютное ничего. С каждым шагом внутри заворачивался противный ком, отдающий горечью, но он только сглотнул несколько раз и достал новую сигарету, даже не пытаясь определить, куда направляется. Зачем это всё было? Обещания и взгляды, забота и внимание… Наверное, Леви не понимает людей. Куда ему — он и себя понять не в состоянии. Его наполовину пустой стакан опустел окончательно. Ещё недавно он был полон яда и желчи на окружающий мир, пенился злобой, а теперь Леви не мог найти там ничего, кроме звона от хрупкого стекла. Всё-таки стекла. Он так и не прикурил. Запихнул сигарету обратно в пачку, остановившись посреди тротуара и загораживая проход, но даже не осознал этого. Пальцы пропахли табаком, но желания исправить это не появилось. Зато появилось желание обернуться. И Леви не смог ему противостоять, пусть и приказывал себе этого не делать. Но ни бесявого голубого чемодана, ни такого же бесявого Эрена возле курилки не было. Растаял, словно несбыточный сон по утру. Так быстро. Минута — и будто ничего не было. Винить оставалось лишь себя — Леви сам пожелал проснуться. После пары толчков от людей, он вынырнул в реальность, будто правда спал, и не глядя добрался до ближайшего такси. Наверное, надо было спросить, свободно ли оно, но он просто сел на заднее сиденье и лишь спустя десяток секунд услышал начавшего нервничать водителя, который без конца спрашивал, куда ехать. Поднял на него глаза, пиная коротящий мозг, и в этот момент осознал, что забыл на улице чемодан. «Куда делась вся твоя собранность? Придурок, распустил сопли из-за какого-то пацана!» — почти с ненавистью думал Леви, пока водитель закидывал его чемодан в багажник. — Куда едем? — снова спросил мужчина, вернувшись в салон, и Леви нахмурился, не в силах вспомнить точный адрес. Усталость и потрясения сегодняшнего дня скорости мышления не помогали. К счастью, адрес нашёлся в заметках. Но ехать никуда не хотелось. Леви отдал бы весь свой отпуск за возможность вернуться обратно в проклятый самолёт… И даже здесь наглая ложь. Ведь он отдал бы большее.