алая кровь на тонком льду

Попов сам по себе был худым, но сильным. Операция конечно повлияла на его состояние, но Арс считал, что даже если что-то идет не так, то это не повод поддаваться панике. Надо идти вперед. Он тренировался. Да, нога иногда подводила, но брюнет шел вперед, поэтому, Попов мог легко встать на руки или сделать сальто. И в этот раз быстро подняв Антона, который упал на его колени без сознания отнес в медпункт. Положив мальчугана на койку, тренер его осмотрел, но сняв толстовку с его худого костлявого тела он ошеломел. Тело покрыто синяками и ссадинами. Ребра и ключицы в шрамах. А на руки было страшно взглянуть, все в крови и гематомах. — «Еще и анорексией страдает… Боже…» — в мыслях Арсения происходили ужасные мысли. Окончательно осмотрев парня старший сел за свой стол и стал анализировать вид мальчишки. Анорексик, гематомы, кровь, порезы, синяки под глазами, курение и еще эпилепсия, явно не врожденная, а травма из детства… — Блять! — Вдруг резко заорал Попов. — Его же дома избивают! Еще раз взглянув на парня, брюнет подошел к нему, сел на корточки и смотря мальчишке в закрытые глаза, начал гладить голову, поправляя мокрые, золотистые локоны волос. Антон же не хотел открывать глаза, ему было приятно чувствовать крепкую, мужскую руку у себя на голове. — «А может я влюбился?..» — Думал Тошка все еще лежа на белой койке с закрытыми глазами. — «Да нет, бред нахуй. Чтоб я влюбился в мужика… Фу! Антон, выкинь эту бредовую мысль из головы!» Но как бы юноша не хотел, он открыл глаза, перед ними все расплывалось. Еще в не таком хорошем состоянии, Антон все равно услышал более знакомый голос Арсения Сергеевича: — Ты как? — Как утром первого января… Дезориентирован и в полной растерянности… — как-то безэмоционально произнес парнишка приподнимаясь на локтях чтобы сесть. — Это плохо… — ответил Арсений садясь рядом с мальчиком на койку. — Слушай, Тош. — Мм? — За что тебя бьют? — Аа...— подросток был в шоке от такого вопроса. — С чего вы вообще это взяли? — Да хоть с того, что все твое тело покрыто синяками и порезами. — У меня все отлично, правда! — опять соврал Антон, и при этом еще выдал свою самую больную и фальшивую улыбку. — Я же вижу что ты врешь! — накричал тренер на Шастуна, на что тот дернулся. — Прости… — смягчив голос произнес брюнет. — А теперь давай правду. За что тебя бьют? — Арсений Сергеевич… Я не уверен что даже если я вам спиздану эту хуйню, то вы мне поможете. Я привык надеяться только на себя и. — но его перебил тренер: — Антон. Я не хочу слушать твои оправдания по поводу «вы мне не поможете и тд, тп». Я просто хочу чтобы ты мне все рассказал и перестал надеяться только на тебя! — Да что вы блять хотите услышать?! Я уже не к кому нечего не чувству! Меня уже убили полностью внутри. Я не хочу жить, мне жизнь нахуй не нужна уже. Зачем живу?! Я не понимаю! Сегодня ночью хочу сдохнуть нахуй. Мне в принципе уже и не нужна моя жизнь. Все стало слишком плохо. И уже слишком поздно чтоб меня кому то останавливать. Слишком поздно что-то менять в моей жизни. Я убиваю себя всем чем можно. Режусь везде где можно. Уже нечего не чувствую, ни боли, ничего! Меня очень сильно убили, чтоб я жил дальше… Уже просто хочется сдохнуть быстрее. Жизнь меня больше не радует, я никому даже в принципе не нужен! Все кому я был нужен, бросили меня одного наедине со своими мыслями и страхами… Вы такую правду хотели услышать?! Такую?! — сорвался подросток у которого без остановки текли слезы и дрожали руки. —Антон я… — Арсений Сергеевич, завалитесь! Я не хочу ничего слышать! Ничего говорить! Я блять просто морально и физически устал! — Хорошо… Тогда я тебе ничего буду говорить, а ты просто послушаешь меня. — С какой это кстати?! — начал язвить мальчик вытирая красные от слез глаза. — Да хоть с того, что здесь главный я! И я спокойно могу не взять тебя в команду. По причине того, что у тебя была плохая катка и по причине здоровья. Так что ты сейчас собираешься все свои шмотки и идешь со мной. Отказы не принимаются. — тренер встал и вышел из кабинета. Антон же сидел в шоке ахуе. Пока мальчик осозновать что происходило, тренер опять зашел палату. — Тебя еще долго ждать? Жопу поднял и пошли. Антон встал и пошел за Арсом. Забрав все свои вещи из раздевалки они вышли на улицу. — Ебать не встать у вас машина, — произен Шаст — Lexus нахуй! Я конечно думал что вы много зарабатывете,но не настолько же... — Ну нет блять, мы должны ездить на метро и автобусе. — Ого, вы матом регаетесь, я думал вы ну так сказать святой что-ли человек. Не, Димка что-то напиздел про вас конечно, но чтоб прям так, я вахуе. — Ну я же тоже человек, устал как собака. И еще, раз уж на то пошло, матом при мне не ругайся, я конечно все это понимаю, но все же. Пошли быстрее, ладно? — сказал Попов и приобняв парня слабо улыбнулся. Сев в машину они поехали. Но Антон решил задать вопрос. — А мы к вам домой едем? — Да. Домой что-ли хочешь? — начал язвить тренер видя на лице подростка слабую улыбку. — Ну не знаю... Может вы после такого в детдом меня отправите, кто знает... — Ну уж я не такой прям и изверг. Мы ко мне приедем и решим все с тобой. Хорошо? — сказал Попов и положив руку на ляшку парня начал поглаживать. — Напряженный ты такой... Все нормально? — Честно нет... Я блять к вам сука только сегодня пришел, а вы уже жилье обеспечили... И как-то даже не знаю, заботитесь обо мне что ли...Я обычно по улицам скитаюсь... — вздохнул парень и видя как останавливаться машина немного прихуел. — Ебать райончик у вас. — Ахах, самый пристижный район Питера. Пошли. Они вышли из автомобиля и направились к подъезду, открыв входную дверь мальчик опять прихуел, он никогда не видел таких красивых домов, что снаружи, что внутри. Всё что он замечал и знал, это серые многоэтажки, покрытые старым слоем шпаклевки, в которых было страшно входить. На крышах же эти серых непримечательных домов, Антон любил проводить время. А кто не любит ходить по краю или сидеть на краю смотря вниз и покуривая сигаретку. Так и Шаст не исключение. Попов жил на 9 этаже, поднялись они на лифте. — Реально пристижный район... — произнес Тоха выходя из лифта и направляясь в квартиру. — Тебя так лифт удивил что-ли? — не понял тренер, открывая квартиру и смотря на подростка. — Даже не лифт, а насколько здесь приличные люди живут. У нас подъезд и лифт изресован всем же чем можно и нельзя. Под лестницей иногда алкаши сидят и пугают детей. Я же блять как только зайду туда, все эти люди просят что бы я их прогнал, и мне влетает. — Ну знаешь, я в твоем возрасте тоже так думал, тип не могли они позвать кого-то другого и все такое. А теперь понимаю что мне самому нравится помогать. Ты же взамен ничего не просишь, а так сказать даришь. Вот это мне и нравится. — Ну не знаю, по-моему они психи какие-то.. — Ну, как говорил мой знакомый, и я с ним полностью солидарен, «мир захватили психи, а в психушке сидят те, кто спалился» — Итересная фраза. Надо взять на заметку. — сказал мальчик и зашел в квартиру. — Ну что ты на пороге стоишь, разувайся и пошли на кухню. Буду тебя кормить. — сказал Арс проходя в гостинную. Квартира классная, светлая и чистая. Самое главное большая. Стен почти нет, как зазодшь сразу Гостинная, а от туда идет барная стойка и кухонный стол. Антон прошел и сел за стол. Попов же в это время растирал диван парнишке, чтобы тот поспал. Он понимал что состояние Шастуна аварийка. Он может выдержать, а может и нет. —«Блять, почему я так хочу ему помочь...» — думал Арс уже разливая чай по кружкам и доставая из холодильника трубочки со сгущенкой. —«А может... Нет Фу блять. Чтоб я влюбился в парня который младше меня... Но блин, он мне нравится... И это моя генетика... » Но тут мысли Арса прорвал Тошка. — Арсений Сергеевич, вы сейчас чай прольете. — Ой блять, прости. Я задумался... — Ничего, ого... Трубочки со сгущенкой... Правда можно? Я просто, ну не знаю.. — Бери конечно, ты их любишь что-ли? — Да, больфе всефо но свете, — жуя произнес мальчик. — Хах, кушай. Не стесняйся. Если тебе в душ надо, я провожу. — А да, было бы не плохо. — Прямо по коридору. И еще, прости конечно, но мне это точно надо сделать... — Что именно? — Обработать все твои раны, так что можешь впринципе не стесняться, выйдешь в шортах там или в чем ты дома спишь, и я тебе все обработаю. — Арсений Сергеевич, я шорты забыл.. Я в штанах хотел поспать... А в трусах знаете ли к вам выходить... — Я тебе могу свои дать. — О, давайте. Я только за. — радостно произнес юноша беря шорты и заходя в душ. Открыв кран горячей воды ну как горячей, кипяточной. Антон приступил мыться. Облокотившись на стенку душевой кабины, он начал поливать себя этой водой. Телу было приятно. Говорят горячий душ лечит все душевные раны, Антон считал что это хуйня, но после того как попробовал, понял что это даже здорово, вроде и приносишь физическую боль, а вроде и нет. Но как только он нанес мыло на участок поврежденной кожи, тело застонало, было больно. Но делать нечего, это приятная боль по сравнению с той, что причинял отчим и другие люди. Сходив в душ, парнишка переоделся и вышел из ванной. — Я не могу, с меня шорты ваши падают. Я вроде такой же как и вы, но они большие. — Так ты их затяни, шнурки для чего нужны? — Да у меня не получается, думал что итак норм будет, а оказалось хуйня какая-то...— бормотал Шастун пытаясь завязать шнурки на шортах. — Эх ты, чодо юдо. Давай помогу. — сказал Арс подходя к парню и завязывая шнурки. — Все, теперь не спадут, пошли раны обработаю и спать пойдем. — Хорошо. Арсений обработал Шастуну все ссадины и ушел спать, оставляя мальчика на диване. — Спокойной ночи, Тош. — сказал Попов накрывая его одеялом и немного поглаживая его плечо. — Спокойной ночи, Арсений Сергеевич. И спасибо вам.. — Не за что Тош, не за что... — ответил Арсений ложась уже в своей комнате на кровать.