К черту планы!

      Все произошедшее ранее свалилось на Тэхена ушатом холодной воды и послужило триггером к тому, чтобы что-то сделать с собой и своей жизнью. Было время, когда он был ярким, счастливым, довольным жизнью омегой, когда любил посещать различные места с друзьями, выходные проводил на вечеринках, отрываясь и наслаждаясь каждым прожитым днем. А потом… потом появился Дживон, и Ким почему-то решил, что одни неудачные отношения определяют всю его дальнейшую жизнь. Почему позволил бывшему так сильно на себя повлиять он не понимал, но после вчерашнего… после того, что сказал ему Чонгук… Надо что-то менять! Надо возвращаться к жизни! Если не к прежней, ведь ему уже не двадцать, то, как минимум, к адекватной, в которой он – обычный омега Ким Тэхен, имеющий право быть счастливым. Возможно даже быть счастливым с таким же обычным альфой Чон Чонгуком, которому, к слову, сегодня лучше на глаза не попадаться… И завтра тоже. И до конца отпуска. А то что-то стыдно за свое поведение вчерашнее, ой-ой…       Как только часы показали восемь утра, Ким решил, что Чимину уже хватит спать, а потому уверенно начал трясти его за плечо, пытаясь разбудить. – Чимин, просыпайся, ты должен мне помочь, – неуверенно, будто пробуя на вкус произносимые слова, начал Тэ. – Должен помочь мне вернуть прежнего Тэхена… – Он потерян безвозвратно, – сонно пробормотал Пак, переворачиваясь на другой бок и натягивая на себя повыше одеяло. Он вообще-то только недавно уснул после классной дискотеки со своим альфой, а его уже будят. Это что за непорядок такой?! – Ну, Чимин, – протянул парень, активнее тряся друга и стаскивая с него одеяло, – я хочу стать прежним. – Да-да, вперед… – вновь отозвался Чим, лавируя на грани прерванного сна в надежде урвать еще хотя бы немного приятных картинок за закрытыми веками. Тэхен уже думал обидеться на него и послать к чертям вместе с самой затеей, если даже лучший друг в нее не верит, но тот заворочался и резко подскочил на кровати, пялясь на Кима огромными глазами. – Повтори, что ты сказал?! – Сказал, что хочу стать прежним… – намного тише чем прежде ответил Ким, пугаясь загорающихся в глазах напротив опасных огоньков. – Ну… цвет волос поменять… одежду нормальную купить… ну и там, косметику всякую… – Чон Чонгук! – заорал Чимин, подскакивая с кровати и пулей вылетая из комнаты. – Чимин, стой! – попытался остановить того Тэхен, но… вы когда-либо пробовали остановить несущийся поезд? Вот и Ким пробовал, а потому знает, что это бессмысленно. – Чон Чонгук, не знаю, что ты сделал с моим Тэхеном, но спасибо тебе за это! Я тебя люблю! – вновь прокричал тот в глубину дома, свешиваясь через перила второго этажа. – Эй! – возмутился темноволосый омега, выбегая следом из спальни. – Ты весь дом сейчас перебудишь! – Плевать! Вперед в душ, нас ждет целый день шоппинга и процедур красоты, чтобы вернуть моего Тэхен-и! – Чимин буквально затолкал друга в ванную, захлопывая за ним дверь, и понесся в спальню на первом этаже, сразу запрыгивая на кровать к спящему альфе. – Хён! – Малыш… – протянул Юнги, зарываясь лицом в подушку. – Либо свали и не мешай спать, либо ляг рядом и все равно не мешай мне спать. – Нет, хён, ты должен проснуться, – Чимин как маленький прыгал на коленях на большой кровати, не давая своему альфе досмотреть сладкие сны с ним же в главной роли. – Мы с Тэхеном едем по магазинам. Не знаю, что с ним вчера сделал Чонгук, но он хочет снять свои мешки и стать нормальным человеком! – Ага, здорово… – зевнул Мин и, все еще не открывая глаз, вытянул руку и похлопал ею по прикроватной тумбочке. Он дотянулся до телефона, на ощупь достав из чехла банковскую карту, и протянул ее омеге. – Повеселитесь. А теперь свали. – Я могу потратить твои деньги? – на губах младшего расцвела широкая улыбка, когда он двумя ручками сжал кредитку, на которой, он был уверен, лежал не один десяток тысяч долларов. – А сколько? – Сколько хочешь, только дай поспать. Я устал после нашей инспекции кабинок в клубе. И после пляжа тоже. – А говорил, что не старик, – засмеялся Чимин, игнорируя ворчания старшего и целуя его куда-то между лопаток, а затем соскочил с кровати, принимаясь рыться в шкафу среди своих вещей, выбирая, что надеть. Вообще, если они с альфой не хотят спалиться, то надо бы перетащить все это барахлишко в свою комнату, но… потом как-нибудь. Если Тэхен всю эту неделю не замечал запаха альфы на Паке, хотя тот пах как чертова бочка, под завязку наполненная алкогольным коктейлем, и засосов на теле, что пестрели ярче Чоновых татуировок, то вещей тем более не заметит.       Он натянул на себя короткие джинсовые шорты с высокой посадкой, что прекрасно подчеркивали тонкую талию, округлую попу и красивые бедра, наверх надел обычную белую футболку Мина, заправив ее в шорты, и выскочил из спальни, направляясь наверх, с надеждой, что ванна уже свободна.       Просьба Тэхена повергла его в шок, мигом разогнав остатки сна и заставив забыть об усталости после ночи, которая в самом деле у них с Юнги была очень активной. Но ему было плевать на это с высокой колокольни, ведь если Тэхену наконец в голову стукнула адекватность, то он с радостью поддержит любую его идею и поможет ему стать нормальным омегой, на которого альфы заглядываются, пуская слюни, а не задаваясь вопросом "что в голове у этого чокнутого?"       За время, что омеги собирались и вели себя довольно шумно, в частности из-за Чимина, который все продолжал пищать и радоваться, что лучший друг-таки опомнился, Чонгук с Юнги выползли из своих спален, расположившись в гостиной на большом диване и наблюдая за метаниями младших. Чимин по всему дому почему-то собирал свою косметичку, заканчивая макияж, а Тэхен расхаживал по комнатам, то и дело дергая на себе свободную футболку, от которой хотелось избавиться, да так, что аж руки чесались. Вчера на его талии так правильно лежали большие ладони Чонгука, наглаживая ее и сжимая, что скрывать ее больше не хотелось. Авось, если он будет чаще демонстрировать свои формы, хоть и не идеальные, то и Чонгук будет чаще на него засматриваться? От таких мыслей уши омеги краской заливались и в трубочку сворачивались, но сделать с этим Ким ничего не мог, ведь хотелось этих ласк, черт возьми. – Я готов, – объявил Пак, спускаясь, наконец, со второго этажа при полном параде. – Отлично, поехали? – оживился Тэхен, выплывая из кухни с бутылкой холодной воды в руках. – А вы куда? – подал голос Чонгук, которого подобная утренняя активность весьма удивляла, а в курс дела его все еще не ввели. – Тэ, я хотел поговорить с тобой… – Все потом, у нас важное дело, – отрезал Ким, стараясь не пересекаться взглядами с альфой. Перед глазами все еще стояли картинки произошедшего ночью, а внизу живота при каждом воспоминании начинал затягиваться узел. – Мы идем по магазинам, – улыбнулся Чимин, плюхаясь на диванчик. – Тэ, усядься, все торговые центры начинают работать с десяти, так что нет смысла ехать так рано. И плюс, я голодный. Пока не поем, ты из дома меня не вытащишь. – Поешь в торговом центре! – серьезно заявил Тэхен, подходя ближе и хватая друга за руку в попытке поднять с места. – Ты и так поправился, что я тебя поднять не могу, куда тебе еще есть? – Ахренел? – зло прошипел Пак, устремляя на смертника, рискнувшего что-то ляпнуть о его прекрасной фигуре, свой пронзительно-строгий взгляд. – Я ни на грамм не поправился! Лучше бы сам в качалку пошел, а то дряблый как не знаю что. Как на тебя только Чонгук внимание обратил, – фыркнул он, закатив глаза. – Эй, а я тут причем? Как всегда из меня крайнего сделать пытаетесь? – возмутился альфа, несколько обиженно заламывая брови. Он тут тихонько себе лежал на диванчике, внутренне умирал от ярких воспоминаний, никого не трогал, а его уже в чужую ссору втянули. – Так, ничего не знаю, пока не поем, не пойду! – упрямо заявил Чимин, складывая руки на груди. – Хочу рамена! Точно! – Отлично, поехали в город, там найдем корейский ресторанчик в каком-то торговом центре и ты поешь своего рамена, – ухватился за мысль Тэхен, надеясь, что в следующую секунду они покинут дом.       Сбежать хотелось по трем причинам: первая – Тэхен слабо верил в себя, а его уверенность в желании измениться таяла с каждой секундой под пронзительным взглядом альфы на себе; вторая – хотелось поскорее скрыться от этого пронзительного взгляда, причем не важно куда, хоть в ТЦ, хоть под землю, главное подальше, потому что… ну потому что все еще ой-ой; а третья – тот факт, что Чонгук хотел поговорить... этого тоже хотелось избежать. Хоть Тэхен, вроде как, и смущался произошедшего на пляже и хотел в какой-то степени забыть, но их близость ему понравилась, а потому услышать от Чона, что это все было ошибкой, ну как-то совсем не хотелось… и он ведь только ради этого и хочет с ним поговорить, правда?       Но Чимин идти на выход особо не спешил, предвкушающе потирая ладошки и облизываясь. – Ради рамена не нужно никуда ходить, я ведь привез его с собой из самого Сеула! – Но у тебя в чемодане не было рамена, – непонимающе нахмурился Тэ. В той косметичке, с которой Пак приехал, едва ли пижама поместилась, а этот модник изо дня в день то и дело в разных шмотках ходит. И откуда только берет их, если в его чемодан они бы не влезли, что уж говорить о рамене. Разве что он знает заклятие незримого расширения из Гарри Поттера, но это уже за гранью фантастики. Хотя… – У меня все есть! – вскрикнул Чимин и унесся в направлении… комнаты Мина? Он отсутствовал буквально полминуты, где-то копошась, а затем выскочил обратно с несколькими пачками лапши быстрого приготовления в руках и, виляя бедрами, продефилировал в сторону кухонного острова. Удивленные Тэхен с Чонгуком проследили за ним взглядами, а затем все же коротко переглянулись, впервые за это утро, кажется. Один только Юнги незаинтересованно разглядывал свои ногти будто ничего странного не произошло. – Чонгук… – растерянно обратился Ким к альфе, подойдя чуть ближе и не сводя взгляда с Пака, что суетился на кухне, заваривая рамен. – Что ты там вчера говорил? Мне уже тоже кажется, что нас где-то наё… – кашлянул Тэ, зажевывая мат. – Вот-вот, – кивнул Чон, а затем перевел взгляд на старшего. – Хён, тебя ничего не смущает? – А должно? – с искренним удивлением в голосе спросил Мин, бегая взглядом по младшим. – Что не так-то? Что я упустил, пока думал о своем милом и ненаглядном омежке? – Айщ, – махнул рукой Ким, падая на диван и доставая телефон, чтобы отвлечься хотя бы на что-то и постараться не думать о странностях, что витают вокруг него, а также, чтобы скоротать время, пока один неугомонный омега не наестся и не соизволит наконец выползти с ним из дома. Тэхен, конечно, мог бы в теории и сам заняться своим преображением, да вот только, зная себя, он бы быстро сдался и накупил себе все таких же безразмерных футболок и кофт, да и его познаний в английском вряд ли бы хватило на то, чтобы что-то сделать со своей внешностью. Так что друг Киму был крайне необходим, должен ведь кто-то направить его внезапный утренний порыв в правильное русло?       На то, чтобы приготовить поесть у Чимина ушло совсем немного времени, и уже спустя минут пятнадцать он сидел на диване, скрестив ноги по-турецки, держал в руках тарелку с ароматной лапшой и палочки и с аппетитом наминал его "прелесть", лишь чудом не запивая все это чем-то приторно сладким. Тэхен следил за тем, как друг вкусно облизывался и закатывал в удовольствии глаза, и из последних сил сдерживался, чтобы не отобрать у друга тарелку. Тарелку не отобрал, но вот палочки с фразой: "Дай попробовать" все же вырвал, подцепляя порцию лапши и отправляя ее в рот. Полосочки теста были слишком вкусными и слишком длинными, а потому Тэхен, не желая их перекусывать, жадно втягивал их в рот, то и дело наклоняясь над тарелкой и двигая головой вверх вниз в довольно неприличном жесте. Он втягивал щеки, вытягивая пухлые губы в форме буквы "о" и без задней мысли наслаждаясь вкусной едой, в то время как у Чонгука этих самых "задних" мыслей было хоть завались и подавись.       Альфа огромными глазами наблюдал за происходящим, даже, кажется, забывая моргать, и представлял, что эти самые губы могли делать с его собственным телом, и в частности, с одной конкретной его частью. Он сглотнул собравшуюся во рту слюну и чуть было ею не подавился, почувствовал болезненный тычок в бок от рядом сидящего хёна. – Чонгук, таким взглядом на человека обычно смотрят в двух случаях: его либо хотят убить, либо трахнуть, – негромко произнес он, ухмыляясь. – Тебе острый ножичек принести или презервативов с десяток подкинуть? – Второе… – на автомате выдал Чонгук, но затем резко спохватился, заливаясь краской и принимаясь отнекиваться. – То есть, ничего я не хочу. Я просто задумался. – Да-да, и я даже знаю о ком, – хмыкнул Юнги, переводя взгляд на двух омег, что уже спокойно сидели рядом, дожевывая лапшу, только один из них, тот, что еще секунду назад соблазнял бедного доходягу Чонгука, хитренько улыбался, бегая глазами по потолку, заметив на себе заинтересованные взгляды. Что же, их с Чимином план однозначно работал, так что, еще чуть-чуть и можно вскрывать карты. – Все, я наелся, можем идти, – довольно протянул Пак, оставляя на стол тарелку. – Ура, погнали! – радостно отозвался Тэ, подпрыгивая с места. Чимин поднялся, поправляя на себе короткие шортики, и уже было двинулся в сторону выхода, как услышал за спиной хриплый голос. – А не сильно ли короткие шортики для походов по магазинам, Чимина? – А что не так? – изогнув бровь в удивлении, отозвался Пак. – Отличные шортики, которые прекрасно подчеркивают все то, что должно быть подчеркнуто. – Кажется, сильно подчеркивают, – хмыкнул Юнги, окидывая омегу взглядом и задерживаясь на упомянутом предмете гардероба, который, в самом деле, был довольно откровенным. Мин знал, что его омега очень привлекательный, и никогда не был из тех, кто запрещал носить своей паре откровенные наряды, но сейчас от комментария почему-то не смог удержаться. Правда, практически сразу об этом пожалел, когда Чимин вспыхнул, внезапно выдавая: – Хочешь сказать, что я похож на шлюху? Знаешь что, Мин Юнги, приравнивать меня к проституткам только из-за того, что на мне короткие шорты во время отдыха в курортном городе, это низко с твоей стороны! – он резко развернулся и вылетел из дома, утянув за собой лучшего друга и не забыв при этом громко хлопнуть дверью. – Прошу, скажи, что ты тоже нихрена не понял, – растерянно проговорил альфа, глядя на только что закрывшуюся дверь. – Нет, ну… я думал, что к странностям с его стороны я уже привык, но… Может, у него недотрах? – предположил Чонгук первое, что пришло в голову. Ну а что, если тест на беременность отрицательный, то ему просто сперма по мозгам бьет из-за тоски по своему альфе, может же быть такое? – Ай, – махнул Мин рукой и направился в свою спальню, чтобы обдумать случившееся и понять, как теперь извиняться перед своим парнем за то, чего он, по сути, не совершал.       Его омежка всегда был слегка чокнутым, но с приездом на Корфу его чокнутость как-то усугубилась, начиная от внезапных перепадов настроения до странных гастрономических предпочтений. И если еда – это был еще весьма спорный момент, ведь каждый сходит с ума как хочет, а на вкус и цвет, как говорится, фломастеры разные, то вот с настроением… Это была одна сплошная загадка, которую вряд ли Юнги сможет сам разгадать. Спросить что ли у кого подсказки… и желательно у самого Чимина, а то кто знает, что ему еще в голову взбредет.

***

      Настроение Чимина буквально за секунду скакнуло куда-то под плинтус из-за фразы старшего, а потом, стоило двери за спиной громко хлопнуть, вновь прыгнуло куда-то к седьмому небу. С одной стороны, для него подобные перепады настроения не такая уж и большая новость, но, черт, не так стремительно же! Это уже и его самого настораживало… если то, что он сочетал несочетаемое в еде, его ни капли не смущало, то вот такая внезапная вспышка заставила задуматься… задуматься о том, что альфа явно ахренел! И об этом он всю дорогу трещал на ухо лучшему другу до самого торгового центра, сам не понимая своей реакции, ведь его неплохо так ПМСило, будто перед течкой, которой, к слову, уже пора бы наступить… – Какой нахал! Назвать меня шлюхой! Меня! И только из-за того, что у меня короткие шорты! – в который раз возмутился Чимин, когда они вошли в двери огромного торгового центра.       Тэхен слушал Пака лишь в полуха, ведь его глаза уже вовсю разбегались, скользя по витринам магазинов и не зная, за что зацепиться. Конечно, с его доходом простого банковского сотрудника его ждут масс маркеты типа H&M, COLIN’S и прочей более-менее бюджетной ерунды, но все же и там можно найти что-то, чтобы зацепить Чонгука. Ну, вернее, чтобы просто приодеться, и Чонгук тут совсем не при чем! Ну, или почти не при чем… – Чим, еще раз повторяю, он не называл тебя шлюхой, он просто сказал, что у тебя короткие шорты, – все же отозвался Ким, подходя к карте торгового центра и стараясь запомнить, что где находится. – Но он подумал о том, что я шлюха. Сто процентов тебе говорю! Кстати, надо и тебе такие шорты прикупить, Чонгуку понравится, – моментально сменился в лице Чимин, расплываясь в улыбке и профессиональным взглядом окидывая карту. – Пойдем, нам на третий. – На второй, на третьем люксовые магазины. И при чем здесь Чонгук, не для него я измениться решил, – чуть надулся Ким, понимая, что о его заинтересованности в альфе уже, кажется, весь остров в курсе, кроме него самого. И не из-за Чонгука вовсе он все это делает, а из-за себя, точнее ради себя! Да, точно! Осталось самому в это поверить. – Ну да, ну да, рассказывай мне тут, – усмехнулся Пак, затягивая друга в лифт и смело нажимая цифру три. – Чем вы вчера занимались, когда из клуба свалили? От тебя альфой за километр разило, даже сейчас еще отголоски клюквы чувствуются. – Правда? Но я же был в душе! – спохватился Тэхен, поднося руку к носу и втягивая запах кожи, а затем внезапно зажмуриваясь и начиная мысленно материть Чимина. Его развели как мальчишку, черт возьми! – Твою мать… – А теперь я жду подробностей, причем самых детальных подробностей! – затребовал Чимин, обращая внимание на свое отражение в зеркале и пропуская через пальчики отросшие черные волосы. – Вернуть что ли снова красный, а то как-то скучно мне. – Зато с тобой никому не скучно, – буркнул Тэ, выныривая из лифта и оглядываясь на дорогие брендовые бутики, которые ему явно не по карману. – Пошли, пошли, – будто прочитав мысли, подтолкнул Чимин друга в нужном направлении. – Сегодня гуляем за мой счет, а вернее за счет моего альфы. У меня с собой его банковская карта и разрешение ни в чем себе не отказывать, да и провинился он, так что будет ему уроком. – Но… – Рассказывай! А я буду выбирать тебе тряпье, чтобы покорить не только Чона, но и весь остров. Пусть этот альфач слюной исходит и ревностью пыхтит, когда за тобой толпы бегать будут с желанием познакомиться.       Изначально Чимин не собирался тратить деньги Мина, так, купил бы себе какую-то футболочку от Гуччи и оплатил бы картой свой кофе, но только после утренней выходки планы поменялись. Теперь цель одна – устроить одному конкретному альфе инфаркт из-за наплыва сообщений из банка! Он сам разрешил тратить, сколько душа пожелает, а душа сегодня желает оторваться и привести друга в божеский вид, так что пусть он потом не жалуется, за язык его никто не тянул!       Пока Тэхен несмело рассматривал сидящие на манекенах и висящие на тремпелях брендовые кофточки, маечки и рубашечки, не решаясь их даже руками трогать, чтобы потом платить за это не пришлось, он-таки начал рассказывать другу о прошедшем вечере. Рассказал о том, как встретил бывшего, как спас Чонгука от непонятной дикой львицы в леопардовой шкуре, заставив Чимина ржать на весь торговый центр, а затем поведал и о разговоре с Чоном, правда умолчав о том, к чему этот разговор привел. Неуемную фантазию друга и без того было не остановить, а если бы он узнал, что Ким пустил альфу, еще и малознакомого, себе в трусы, то, уже по классике, было бы ой-ой…       Тратить деньги незнакомого человека Тэхену было очень неловко, но Чимин настойчиво отмахивался от друга, прикладывая карту к терминалу и ехидно при этом улыбаясь. Надо будет потом обязательно познакомиться с этим загадочным человеком и поблагодарить его за щедрость. Ну, или извиниться за отбитого друга, который спустил уже огромную сумму, тут уж как пойдет.       Но как бы там ни было, спустя не один час шоппинга и еще нескольких часов проведенных в салоне, Тэхен шел по торговому центру, в самом деле привлекая к себе внимание. И нет, дело было вовсе не в том, что его шатало из стороны в сторону от количества пакетов в руках, а из-за того, во что его превратил Чимин… Его черные длинные волосы, к которым он так привык за несколько лет, сейчас стали значительно короче, сменив цвет на русый. Очки валялись в одном из пакетов, сменившись линзами и давая наконец возможность окружающим увидеть красивые глаза с небольшой ассиметричностью век, а легкий макияж только подчеркивал эту красоту. А вот, что касалось одежды, то безразмерные вещи, в которых Тэхен приехал в ТЦ, были сразу выброшены в мусор, их Чимин даже на память сохранить не разрешил, пообещав еще по возвращении пересмотреть весь гардероб и значительно его проредить. Сейчас же на Киме была серая майка с широкими прорезями для рук и непонятным рваным дизайном на груди, а на ногах – расклешенные джинсы с довольно большими дырками в области коленей. Как сказал Чимин, он будто сошел с обложки какого-то модного журнала, и Тэхен даже не думал отнекиваться, ведь так, черт возьми, и было! Когда-то он был именно таким: смелым, развязным, открытым, и теперь, спустя нескольких лет теневого существования, он вновь стал прежним. Сходить что ли еще раз в клуб, чтобы с бывшим встретиться… – Вот теперь с тобой и в люди выйти не стыдно, – проговорил Чимин, устало улыбаясь и останавливаясь возле перил, чтобы опереться на них и перевести дух. – А то раньше я то и делал, что говорил всем, что ты не со мной и я тебя не знаю. – Ты в самом деле так делал? – выпучил глаза Тэхен, не веря своим ушам, но затем, окинув взглядом друга, нахмурился. – Ты в порядке? – Устал просто немного, да и в салоне душно было. Надо будет жалобу на них написать, чтобы кондиционер поставили, а то так и откинуться не долго, – ответил Чимин, принимаясь обмахивать свое бледное лицо маленькой ладошкой. Он тоже решил времени не терять и чуть преобразился, перекрасив волосы в пепельный, только уже успел об этом пожалеть, ведь духота ему явно не пошла на пользу. – Ты мне что-то совсем не нравишься. Вызывай такси и поехали домой, тебе отдохнуть надо и поесть чего-то, а то ты давно ничего странного не требовал, – попросил Тэ, подходя ближе. – Фу, не хочу есть, – скривился парень, чувствуя, как от одной мысли о еде к горлу подкатывает тошнота. Он достал телефон почему-то дрожащей рукой и попытался открыть приложение такси, только картинка перед глазами начинала плыть. – Тэ… мне что-то нехорошо… – Чим..? – Лови меня, кажется, я падаю в обморок, – решил пошутить Чимин, да только шутка превратилась в констатацию факта – перед глазами внезапно потемнело, а ставшее ватным тело стало опадать на пол, выронив из рук телефон и несколько пакетов.       Тэхен испугался, едва успев подхватить падающего друга, и судорожно пытался сообразить, что делать. Почему-то вечно рассудительный мозг, который в критических ситуациях работал на сто процентов, сейчас давал сбой в системе и требовал перезагрузить данные, которых для анализа почему-то было слишком мало. Ну да, упавший в обморок друг – это ведь недостаточно для того, чтобы сообразить, что неплохо было бы позвать на помощь. Но, к счастью, его растерянность заметили посетители торгового центра и среагировали быстрее, набрав 166 и вызвав бригаду врачей.       Скорая приехала быстро, также быстро привела Чимина в чувство, пихнув ему под нос ватку с нашатырем, и еще быстрее погрузила в машину, при чем и больного, и здорового, то есть Тэхена, еще и все их пакеты, которые заняли едва ли не половину машины. У Кима аж от сердца отлегло, ведь: а) друг, вроде как, жив, хоть и выглядит как труп ходячий (в данный момент лежачий, но не суть); б) кто-то теперь сможет общаться с врачами, ведь у Тэ это не особенно бы получилось без знаний английского. Вот говорили ему родители, чтобы английский в школе учил, а он…       Обстановка была напряженной, обоих омег изрядно потряхивало, кого от нервов, кого от слабости, а на улице еще и погода стремительно портилась, затягивая небо темными тяжелыми тучами. Вот только такой радости им не хватало… – Как вернемся, – негромко проговорил Чимин побледневшими губами, – сразу напишу жалобу на ту контору, что назвала себя салоном! – Шутишь, значит жить будешь, – слегка улыбнулся Тэ, все еще переживая за друга. Этот придурок даже на смертном одре шутить будет, но сейчас от его фразы все же немного полегчало. – Я не шучу! Серьезно тебе говорю! Мало того, что там дышать нечем, так еще и пироженки, которыми нас угощали, просроченные! Иначе какого хрена меня так мутит, – скривился Чимин, вспоминая вкус тех бисквитов с большим слоем масляного крема сверху. – Может, они просто не были политы соевым соусом, поэтому так тебе не понравились? – А вот от соевого соуса я бы не отказался. Желательно с какой-то шоколадной конфетой… Твою мать, сейчас стошнит, – Чимин вновь скривился, но теперь уже прикрывая ладошкой рот. – Мину ни слова о том, что я тут умираю! – А он тут при чем? – не понял Тэхен, вновь хмуря аккуратно выщипанные и подкрашенные брови. Было бы понятно, если бы он попросил своему альфе не говорить, или родителям, хотя если он умирать собрался, то лучше бы конечно дать им возможность попрощаться, но не говорить чужим людям… странно. – Просто не говори, – вновь попросил Пак, отдаваясь в руки врачей и позволяя вытащить себя из кареты скорой помощи.       Чимина долго мурыжили в больнице, возя из кабинета в кабинет, делая разные анализы, снимки и расспрашивая до мельчайших подробностей о его состоянии. Тэхен ждал в палате, в которую после всех этих мучений должны были привести больного, и крутил в руках телефон, мучаясь от сомнений. Позвонить альфам все же стоит, они ведь, наверное, переживать будут, да и Тэхену так спокойнее будет, если кто-то приедет и поддержит его. Да, поддержка сейчас, конечно, больше нужна Чимину, но Тэхен тоже испугался! У него тоже нервы и волнения, ему нужен Чонгук вместе со своим успокаивающим запахом клюквы! Да и Чон – не Юнги, ему ведь можно сообщить, верно?       Решившись, омега все же написал старшему сообщение, в котором без подробностей сообщил, что они в больнице, потому что Чимину стало плохо, и скинул геолокацию, чтобы их быстро смогли найти, да и так было гораздо проще, ведь Тэхен знать не знал, где они находятся, а бегать по госпиталю и пытаться на ломанном английском узнать адрес, это не самая лучшая идея.       Практически сразу телефон разразился входящим звонком от альфы, но Ким его сбросил, так как в палату, поддерживаемый медбратом, вошел Чимин, ругаясь и шикая. – У меня альфа есть! Не смей трогать меня, извращенец! – ругался он на корейском, так что можно было не переживать, что мужчина что-то поймет, но все же было немного за друга стыдно, а еще и боязно, ведь он явно сегодня с головой чуток поссорился. – Чимин, он бета – это раз, он выполняет свою работу – два, и он тебя не понимает – три, – перечислил Тэхен, помогая другу улечься на больничную койку. – Потому я и возмущаюсь. Знал бы он корейский – я бы молчал в тряпочку, – фыркнул парень, протягивая руку и позволяя вставить себе в вену катетер, а затем подключить к нему капельницу. – Оставь бедного человека в покое, скажи лучше, что с тобой? – Тэхен присел рядом и уставился на друга, который попытался удобнее умоститься на койке. – А они мне сказали, думаешь? Врач сказал, что подозревает, в чем проблема, но ему нужно дождаться результатов анализов. А пока попросил полежать и витаминчики попринимать, – он кивнул на свою руку, а потом перевел взгляд на все еще крутящегося рядом медбрата. – Я не дам тебе свой номер, я занят, все, точка! А продолжишь настаивать, то приедет мой альфа и ты вылетишь как пуля из бутылки из этой больницы! – Ну, в таком случае, как пробка, – на чистом корейском проговорил мужчина, усмехнувшись. – И да, тут не только витамины, но еще и успокоительное, а то что-то Вы слишком буйный. Поправляйтесь.       Две пары глаз уставились на него шокированным взглядом, а Чимин при этом еще и залился краской до самых кончиков ушей, не оставляя и намека на бледность, что была на его лице минутами ранее. Он пискнул едва слышное "извините" и тут же захотел провалиться сквозь землю или хотя бы снова грохнуться в обморок, когда бета покачал головой и с улыбкой покинул палату. – Я придурок? – заломив брови и поджав пухлые губки поинтересовался Пак, переводя взгляд на друга. – Ну, есть немного, – пожал плечами Тэхен, отходя от шока. Такого поворота событий он точно не ожидал, и уже начинал сомневаться, что они вообще покидали пределы Кореи. Сначала их приютили у себя на вилле их земляки, теперь вот медбрат, свободно говорящий на корейском… Ау, Корея, ты когда успела весь мир поглотить?       Еще спустя где-то полчаса в кабинет вошел врач с планшетом, просматривая полученные анализы, и подошел к койке, где Чимин уже закончил прием витаминов и скулил, желая поскорее отсюда свалить. Тэхен отошел чуть в сторону, чтобы не мешать, и попытался вслушаться в английскую речь, которую вещал врач. Понимал он мало, но надеялся, что частое повторение слов "гуд" и "окей" все же говорит о чем-то хорошем, но вот от последней фразы, которую сказал врач, в осадок выпали все: Чимин, неверяще глядящий на мужчину в белом халате, Тэхен, который эту фразу чудом понял, и даже Чонгук с Юнги, которые внезапно появились в палате. Тэ часто слышал теорию от европейцев, что все корейцы на одно лицо, так вот сейчас он был с ними даже отчасти согласен, ведь выражение, застывшее на лицах четырех, было буквально воплощением комбинаций: Ctrl C - Ctrl V… Врач удивленно осматривал присутствующих, явно не догоняя, что только что случилось и не решаясь нарушить тишину, и только Юнги не выдержал, таки подавая признаки жизни хриплым голосом: – К-как беременный..?       Он уставился сначала на врача, а потом и на шокировано-испуганного, вновь побледневше-позеленевшего Чимина, который заметно сглотнул вставший в горле ком. Врач еще что-то сказал и поспешил смыться из палаты, не выдерживая воцарившегося напряжения и оставляя четверку переглядываться друг с другом. Чонгук, что все это время стоял за спиной Мина, тенью скользнул в помещение, подходя к Тэхену, которого, к слову, не сразу узнал, и встал рядом с ним, чтобы наблюдать за тем, что будет происходить дальше – с его ракурса было лучше видно эту странную парочку, что не сводила друг с друга взглядов. – Так это… поздравляю что ли, – попытался разрядить обстановку Тэхен, – только… А что происходит? – Хён, я все объясню… – начал было Чимин, все еще смотря на старшего и поднимаясь на ноги. – Ну, если получится… – А при чем тут Юнги-хён? – задал вполне закономерный вопрос Чон, продолжая ничего не понимать. У него в этом отпуске, кажется, появилось новое хобби – быть не в курсе происходящего. А вот Тэхен, сложив дважды два, успел сделать собственные выводы, внезапно вскрикивая: – Ты от него что ли залетел?! А как же твой альфа, который ждет тебя в Сеуле?! Ты же говорил, что любишь его! – Любишь? – переспросил оживший наконец Юнги, делая шаг вперед. – Люблю… – подтвердил Пак, впервые за время их отношений, произнося эти слова и все еще не понимая, что ему делать. Пытаться убедить альфу, что вместе они справятся с малышом, или сразу говорить, что поймет, если тот его бросит, и сам воспитает ребенка… Хотя, какой ребенок, он сам еще ребенок!       Юнги еще пару мгновений смотрел на омегу, обрабатывая полученную информацию, а затем, медленно расплываясь в счастливой улыбке, произнес: – И я тебя люблю, – он быстро сократил между ними расстояние, обнимая младшего и сразу прикасаясь к его губам в трепетном и благодарном поцелуе. – Так тебя люблю, малыш, ты даже представить себе не можешь! – И я тебя люблю, Юнги-я, – вновь произнес Чимин, распробовав эти слова на вкус и расслабляясь, ведь его, черт возьми, любят! – Как только вернемся в Сеул, ты переезжаешь ко мне! И свадьба, нам обязательно нужна свадьба, чтобы наш малыш родился в полной семье! Устроим что-то пышное, но нестандартное, все, как ты любишь, милый! – тараторил Мин, строя планы на будущее и не переставая обнимать своего омегу, который уже вовсю смеялся, болванчиком кивая на любое предложение.       Чонгук с Тэхеном наблюдали за всем происходящим в палате с открытыми ртами и изредка переглядывались. В их головах сейчас вставала огромная куча событий, которые были довольно странными и не находили адекватного объяснения: и вещи Чимина, которые почему-то были в комнате Мина, и их теплое к друг другу отношение, и переглядки, граничащие с флиртом, и смешанный запах кокоса с ананасом, и познания альфы в предпочтениях Пака… И внезапная встреча на Корфу земляков и предложение пожить с ними на вилле… – Какого хрена?! – в один голос вскрикнули Чон с Кимом, заставив влюбленную парочку замереть, медленно перевести свои взгляды на возмущенно сопящих друзей и поджать губы, понимая, что они спалились.       В палате вновь повисло напряжение, а за окном наконец полил дождь под аккомпанемент ярких раскатов грома. Все, приплыли, чья-то песенка спета.