К звёздам.

26 июня 2024, 18:27 Елизавета Туктамышева создала новую беседу Елизавета Туктамышева добавила Евгения Семененко Елизавета Туктамышева добавила Petr_og Gum Елизавета Туктамышева добавила Masha V. Елизавета Туктамышева добавила Ilia Malinin Елизавета Туктамышева изменила название беседы на «ДР Маши» Евгений Семененко изменил название беседы на «Гуляночка!!!» Masha V изменила название беседы на «Гуляночка???» Елизавета: Так. В восемь вечера — боевая готовность. За всеми заеду. Подтвердите присутствие. Евгений: Да, капитан 🫡 Ilia: Yessss Masha: естественно Petr_og: *гифка с котом* Masha: Лиз… а куда мы вообще едем? Masha: игноришь? Masha: мне надо знать!!!!!!!!! Petr_og: Кто-то не любит сюрпризы Masha: ребята Masha: РЕБЯТА Masha: срочно!!! Елизавета: Что??? Что случилось? Masha: а вы что наденете сегодня? Елизавета: Тфу ты, не пугай! Евгений: А ты что наденешь? Masha: я как раз думаю. но вы мне, блин, ничего не рассказываете! Елизавета: Давай так, ты решай, а мы под тебя подстроимся Masha: ну… Masha: у меня есть серебряное платье Masha: такое… может помните? Ilia: Помню, красивое :) Женя: Опа…………. Елизавета: 😉 Petr_og: *еще одна гифка с котом* Masha: как исключиться из беседы? Елизавета: Не исключайся, давай лучше я Малинина исключу Ilia: Эй, за что? Ilia: Кто-то не согласен, что платье красивое? Petr_og: Все согласны, просто не все умеют так явно палиться Masha: я вас поняла. иду в спортивках. Евгений: А чё, так можно было??? Елизавета: Тебе точно нельзя! Ilia: А если спортивки Адидас? Мне сказали это в России модно Masha: Лиз, исключай Елизавета: КТО тебе такое сказал? Евгений: Ну я;))) Елизавета Туктамышева исключила Евгения Семененко Елизавета Туктамышева исключила Ilia Mainin Елизавета: Всё. Со мной шутки плохи Masha: и всё? вечером ты их тоже не берёшь? Елизавета: Посмотрим по поведению 😉 Petr_og: *гифка с весёлым котом* Masha: Лииииизаааааааааааааааааааа Masha: куда мы едем????????? Что мне надеть? Елизавета Туктамышева исключила Masha V Petr_og: *гифка с грустным котом* Елизавета Туктамышева исключила Petr_og Gum *** 17:41 Евгений Семененко создал новую беседу. Евгений Семененко добавил Masha V. Евгений Семененко добавил Petr_og Gum Евгений Семененко добавил Ilia Malinin Евгений Семененко добавил Елизавету Туктамышеву Евгений Семененко изменил название беседы на «Долой имперскую диктатуру» Елизавета: Это что такое??? Евгений Семененко удалил Елизавету Туктамышеву Евгений Семененко добавил Елизавету Туктамышеву Евгений: А это чтоб неповадно было ;) Елизавета: Ты сейчас доиграешься и пойдёшь пешком Masha: оооо, а куда ему пешком идти? скинь адрес!!! Елизавета: 🤦‍♀️ Елизавета: Слово «сюрприз» тебе вообще не знакомо? Masha: :( Евгений: Петр Первый, что катаем на ЧР? Petr_og: А тебе какая разница? Евгений: А такая, что станешь ты Петром Вторым. Я тебя победю. Petr_og: «Победю…» Masha: я тебе словарь подарю, доктор Елизавета: Женюш, пожалуйста, не позорься Евгений: Вы че??? Я специально неправильно написал Евгений: Это ирония Petr_og: Ирония будет, когда я второй раз подряд стану чемпионом России Petr_og: А если по-хорошему считать и 2023, то в третий Евгений: Хах, ну попробуй. Ты когда увидишь мои новые программы, а главное их компоненты… Petr_og: Во-первых, компоненты и я поднимать умею Petr_og: Во-вторых, сколько у тебя там квадов? Полтора? Два с половиной? Ilia: Кто сказал квады? Елизавета: ХАХХАХАХАХХА, сейчас будет мясо Евгений: Бл… я забыл, кого я сюда добавил Елизавета: Всё, считаю ваши споры неуместными Masha: ахахапххахп, это будет лучшее шоу в мире Ilia: Жек, параллельный 4А когда? Евгений: Ой, когда ты его базовую стоимость поднимешь Masha: ага, вот такие у тебя оправдания? Елизавета: А серьезно, Жень, ты ж вообще ничего не делаешь. Скорее уж Илья с Марком, или даже с Машкой 4А сделает, чем с тобой Masha: ребят, мы только с тренировки вернулись… можно о фк хотя бы час не говорить? Евгений: Золотые слова Евгений: Петь? Petr_og: А? Евгений: Го в Майнкрафт? Елизавета: Вы нормальные? Через час я уже заеду за вами. Masha: мальчики, реально, если вы опоздаете, и потом это непонятно что надолго затянется и я не высплюсь… Елизавета: Маш, серьёзно? Мы твоё восемнадцатилетие празднуем Masha: ну и что? завтра же на тренировку Евгений: Откройте форточку, душно Евгений: И вообще, это кто просил о фк не говорить в свой-то день рождения??? Masha: ладно, ладно… ухожу собираться … … … Ilia: Minecraft? Погнали. *** Уже без трёх минут восемь я увидела из окна знакомый ярко-оранжевый джип. Даже не дождавшись звонка, надеваю туфли и устремляюсь вниз по лестнице. В душе клокочет знакомое волнение, перемешенная с радостью. День рождения. Давно уже прошло то время детства, когда я готовилась к этому дню заранее, планируя всё в мельчайших деталях. Но всё равно и сейчас это был не просто день. Это было что-то новое. Новая глава. Как изменится моя жизнь? Стала взрослой я уже давно, ещё лет пять назад. Но теперь это всё — официально. Я бы могла хоть весь вечер сидеть у окна и обдумывать смысл моей новой жизни. Но у Лизы были другие планы. Какие? Я уже догадывалась, и эти догадки меня пугали. Выйдя на улицу, чувствую, как вечерний бриз обдувает открытые плечи. Всё-таки серебряное платье. Тянусь открыть переднюю дверь машины, но тут окно медленно ползёт вниз. И я вижу, что пассажирское сидение уже занято Женей. Важный такой — в чёрном костюме, белой отглаженной рубашке и почему-то в солнцезащитных очках. Телохранитель. Или герой из «Люди в Чёрном». Вдруг замечаю у него на коленях букет белых роз. Не проявив ни единой эмоции, Женя протягивает его мне через окно. — Ох, Женька! Спасибо. Какие красивые… Вижу, как за ним сверкает озорной взгляд Лизы, а сам Женя с пуленепробиваемым выражением лица указывает большим пальцем на заднее сидение. — Это от всех. А теперь назад. — Эй! — Назад. Впереди всё занято. — Он даже меня вперёд не пустил! — слышу голос Ильи с заднего сидения. — Что значит «даже меня»? — я всё-таки открываю заднюю дверь Лизиного джипа, — Не у тебя же день рождения. Устроившись сзади, положив букет на сидение, я наконец-то перевожу взгляд на Илью. А он смотрит на меня так… Как будто бы никогда не видел до этого. В рубашке, как и Женя. И ещё более глаза горят. И что-то в этом взгляде меня покраснеть. — Ты… выглядишь потрясающе. Умеет он смутить. Как будто бы мы одни, а рядом нет ни Жени, ни Лизы. Я ловлю озорной взгляд старшей подруги в зеркале заднего вида. — Ещё бы, она готовилась, пока вы в Майнкрафт рубились, — она ударяет рукой по рулю, — Так, четыре из пяти покемонов собраны. Едем за последним. *** Когда через несколько минут мы остановились у дома Пети, Женя уже набрал его номер. — Алло, красавчик? Выходи! Как когда? Сейчас. Мы уже подъехали. Да не шучу я! Через сколько?! Ты офигел? Быстро дуй на улицу! Женя отрубает телефон и оборачивается к нам. — Сейчас пойдем в его окна камни кидать. Мы все выходим на улицу, к счастью, без камней. Несмотря на поздний час, на улице всё ещё светло. Тёплый воздух наполнен ароматом цветения и свежести. Мягкие облака разливаются по небу, залитые золотистыми лучами наступающего заката. А ведь когда-то, восемнадцать лет назад, под этим небом родилась я. А оно так и встречало рассветы, так и провожало закаты, ещё задолго до моего появления. И также будет светиться праздничными лучами и через тысячи лет. Просто смотреть на это небо — вот самый главный подарок судьбы. Выдыхаю. Вот это философия в день рождения… — Маша. Обернувшись, я вижу Илью. Немножко щурится на закатном солнце. От этого света он как будто бы весь сияет. Какой же он всё-таки красивый. Я вдруг замечаю, что за спиной он что-то держит. — Слушай, я долго думал… ну как долго, сегодня весь вечер… и вообще, мне так неловко, что я забыл… Я делаю шаг ближе, склоняя голову на бок. — Ты не забыл, а только узнал. — Ну, все равно… в общем, это тебе. С днём рождения. Неловко улыбаясь, достаёт из-за спины небольшой свёрток. Я с сомнением всматриваюсь в его глаза. Осторожно отодвигаю обёртку… И вижу внутри продолговатую чёрную коробку с буквами JW, знакомую ещё с детства. — Да ладно… Илья только улыбается и кивает. — Ну, открывай скорее. Два тонких кусочка металла сверкают в закатном солнце. Лезвия. Такие же, как и у меня сейчас. Только самая новая модель. И ещё и золотые. — Ты… как узнал? Я на них давно смотрела, всё не решалась купить. — А вот. Смотрит на меня, и так искренне радуется, что я на секунду совсем забываюсь. — Ты с ума сошел? Они же дорогие. Еще и золотые, на заказ? Илья кивает. — Я на таких аксель приземлил. Ну вот. Нервно сглатываю, сжимая коробку крепче. — Я-то не приземлила. — Ну, это вопрос времени. Перевожу взгляд на Илью и понимаю, что он абсолютно серьёзен. Вот откуда в нём столько бескомпромиссной уверенности? Провожу пальцем по острым граням стали. — Спасибо. За подарок. И за веру. Илья тепло улыбается и хочет что-то ответить, но вдруг громкий шум двери парадной заставляет нас обернуться. — Машенька, с днём рождения! На крыльце материализуется Петя с большим букетом роз. Одет он тоже с иголочки. Невероятно довольный, он приближается к нам. Я радостно смеюсь, принимая и цветы, и его объятия. Слышу голос Жени откуда-то сзади. — Ты дурак? Мы же договаривались — один от всех. Илья наклоняется ко мне. — Прячь подарок. А то и мне прилетит. *** Лиза паркуется, и я сразу узнаю знакомый пейзаж центра. Думская улица. А значит, мои опасения подтверждаются. Я тяжело выдыхаю и скрещиваю руки: — Мы приехали в бар? — Нет, в Макдональдс. — Маш, как будто бы ты не догадывалась, как мы будем отмечать твой восемнадцатый день рождения, — Лиза оборачивается ко мне, сжимая мою ладонь, — Пойдём. Все смотрят на меня. Я только обвожу взглядом эти четыре хитрые мордашки. И тяжело выдыхаю. — Пойдём. *** — Это что такое? Мой паспорт тучный охранник на входе просмотрел достаточно быстро, даже пробурчав что-то похожее на «с днём рождения», и пропустил внутрь вслед за Лизой, Петей и Женей. А вот с Ильёй проблем оказалось больше. На протянутую тёмно-синюю обложку мужчина отреагировал с большим недоверием. — Ещё раз говорю. Это паспорт. Мой. Настоящий. — Настоящий? — охранник снова повертел в руках книжку, — А почему тут всё на английском? — Потому что я из Америки. — Ты? Из Америки? Охранник, усмехаясь, несколько раз переводит взгляд с документа на Илью. И я замечаю, что как тот начинает терять терпение. — Так, спокойно, — Лиза, расталкивая нас, проходит в гущу событий, — Добрый вечер, молодой человек, а в чём, собственно, вопрос? Ну бывает, гражданство, как говорится, не выбирают. Но ему 19, даже почти 20, это на вид он… Ну, в общем, у нас большой праздник сегодня. Разве не угодно будет пропустить? Я пытаюсь не смеяться, гладя, как Лиза очаровательно хлопает ресницами, наматывая прядь волос на палец прямо около открытого декольте. И последнее, видимо, и производит нужный эффект. Охранник сопит носом. — Проходите, — он всё-таки возвращает Илье документ и освобождает проход, кивая Лизе, — Но только под твою ответственность. — Разумеется! — Лиза быстро хватает нас с Ильёй, увлекая вглубь темного помещения. Малинин недовольно фыркает, убирая паспорт в карман пиджака. — И что ему не понравилось? И, Лиза? Какой я там на вид? — Не суть, Илюш… Так, а куда те двое делись? Громкая музыка внезапно оглушила меня, а неоновый свет ослепил. Остро ощущается нереальность происходящего. Хотелось смеяться. Обрывки голосов, ритм, буквально пробирающий до костей, и вспышки прожекторов. Как будто бы я оказалась в каком-то клипе. Мне оставалось только идти следом за друзьями и не отставать. Лиза смело проталкивалась через толпу, то и дело теряясь в мерцающем свете. Илья шёл за ней и постоянно оглядывался на меня — не потерялась ли? Когда мы протискиваемся сквозь особо оживлённый участок танцпола, Илья вдруг берёт меня за руку. Я удивлённо поднимаю брови. Но он не смотрит, а просто продолжает следовать дальше, в темноту. Хорошо. Очень хорошо. Чуть сжимаю его пальцы. И тут же чувствую, как он сжимает мою ладонь в ответ, всё также пробираясь сквозь толпу. — А, вот и они! Лиза кивает, оборачиваясь к нам, и я действительно замечаю Женю и Петю на противоположном конце холла, около барной стойки. Семененко энергично машет нам рукой. — Так, ну наконец-то соизволили дойти, — когда мы приближаемся, Женя указывает на стойку, где стоят пять одинаковых стаканов, наполненных… чем-то. — Разбираем! Я хмурюсь. — Это что? — Волшебное зелье, сам сварил, — Женя быстро вручает мне бокал, а сам берёт ещё один, — Так, у меня есть тост… Он открывает телефон и всматривается в какое-то стихотворение. — Лет до ста живи и здравствуй. Посылай все беды на… — Так, отлично, мы поняли, — Лиза ловким манёвром забирает у Жени телефон и высоко поднимает свой бокал, — Маша! С днём рождения! — За тебя! — Ура! Мы дружно чокаемся у барной стойки. Вся ситуация вообще кажется комичной — заходят как-то в бар пять фигуристов… Ещё мы одеты, конечно, как на красную дорожку, отчего постоянно ловим косые взгляды. Некомфортно. Я осторожно подношу бокал к носу, и, недоверчиво насупившись, отпиваю маленький глоток. Рот тут же обжигает непривычный вкус. — Ух… и это надо пить? Петя обнимает меня за плечи, сурово оглядывая все компанию. — Эх, ребят, не стыдно вам? Спаивать ребёнка? Лиза цокает языком. — Во-первых, с сегодняшнего дня — уже не ребёнок. А во-вторых, Маш, если не хочешь — не пей. И смотрит на меня исподлобья, говоря абсолютно серьезно. Я оглядываю свих верных попечителей и тяжело выдыхаю. — Да ну вас. Снова подношу бокал к губам и отпиваю почти половину, разом. Женя довольно хлопает в ладоши. — О! Наш человек. Дело сразу оживает. Петя начинает рассказывать историю про свой университетский посвят. Женя успевает познакомиться с какой-то девушкой у бара (от фразы «А ты не смотрела Олимпиаду? Нет? А я там был» мы дружно взрываемся смехом). Лиза то и дело куда-то исчезает, но раз за разом возникает за моей спиной, вручая новый бокал, когда первый уже почти пустой. В какой-то момент я вдруг начинаю ощущать, что на голосах и силуэтах друзей становится концентрироваться всё сложнее. Голова начинает медленно кружиться, и становится не на шутку страшно. Отодвигаю барный стул и медленно опускаюсь, адаптируясь к смене высоты. Иронично хмурюсь. Сейчас бы напиться. Вот чего точно в жизни не хватало. Ну, опыт. Чтобы знать, как вообще с алкоголем общаться. Но одного раза мне точно хватит на всю жизнь, кажется. Я задумчиво смотрю в своё отражение в бокале, а потом всё-таки отпиваю ещё один глоток. Лучше не становится. — Невкусно, да? Илья отодвигает второй стул и присаживается рядом. — Очень. Отвратительно. — Согласен, — он тоже медленно крутит свой бокал в руках, а потом отодвигает его, глядя на меня, — Представляешь, а в Америке мне бы даже и не продали. Там с двадцати одного года. Я перевожу на него недоверчивый взгляд: — Ты тоже никогда не пил? Что ж ты тогда притворяешься таким умудрённым опытом? — Я? Нет, конечно. Ты что, сомневаюсь, что и у остальных имеется бурное прошлое. Мы как по команде оборачиваемся на Петю, Лизу и Женю, уже танцующих в центре. — Про мальчиков не скажу. Но Лиза… На Лизу можно положиться. Мы смеёмся. Я чувствую, что в голове становится ещё легче. Медленно скрещиваю руки, отклоняясь назад. — Илья… Можно задать тебе один вопрос? Он садится ровнее. — Всё, что угодно. В его голосе — столько заботы и участия. Я на секунду собираюсь с мыслями. — Эти лезвия. Эти тренировки. Ты же не серьёзно? Ты же не думаешь, что у меня правда может получиться? — Аксель? — он тоже вертит стакан в руках, задумчиво разглядывая содержимое. А потом медленно переводит взгляд на меня, — Да. И я сейчас серьёзно. — И это ты где такой уверенности набрался? — Возможно, я не знаю всей теории. Но я знаю, как нужно прыгать. И я вижу, как ты прыгаешь. Увидел ещё тогда, во Франции. И жалею, что не видел раньше. Я усмехаюсь. — Для тебя это такой новый челлендж? Выучил сам — передай другому? Он не отвечает. Только многозначительно вскидывает брови и улыбается. Я продолжаю. — Раньше бы и не увидел. Мне до сих пор порой кажется, что такая стабильность быстро начинается, и быстро закончится. Единоразовая акция. — Что ты имеешь ввиду? — Ну… Реально приземлять сложнейшие элементы у меня начало получаться совсем недавно. В детстве этого не было. — Поэтому ты не каталась в юниорах? — Ну, не только. Мне было тринадцать, когда я выбила колени. По идее, я не должна была вернуться в спорт. — Но вернулась. Я медленно киваю. — Не могла по-другому. Столько всего произошло тогда. И фигурное катание осталось единственным, что меня спасало. До сих пор остаётся. Я уже не смотрю на него. Сердце тяжело стучит в ушах. Но мне вдруг надо этим поделиться. С ним. — Ты знаешь… У меня же есть младший брат. Рома. Я так часто думаю о нём. Ему сейчас, получается, почти пять лет. Я его не видела с самого рождения. И, знаешь, он постоянно в моей голове… а он, наверное, и не знает моего имени. Не вижу, а, скорее, чувствую, как Илья хмурится. — А где он сейчас? — С отцом… наверное. Я не знаю. У меня как будто бы и нет права знать. — В любом случае, — я несколько раз верчу бокал в руке, а потом допиваю последние капли, — Сегодня такой день. Мне восемнадцать лет. А рядом нет никого их семьи. Но есть вот эта святая троица… Я гляжу на Лизу, Петю и Женю, которые теперь что-то бурно обсуждают посреди танцпола. Илья тоже с улыбкой переводит взгляд на них. А я смотрю на него. — … и ты. Не это ли — настоящая семья? Илья смотрит. Смотрит долго и внимательно. Как будто бы хочет увидеть меня насквозь. С такой невероятной теплотой. — Когда-нибудь расскажешь мне эту историю? — Это будет целая трагикомедия часа на три с антрактом, — я медленно поднимаюсь, оставляя пустой стакан на стойке. Даю голове пару секунд, чтобы перестать кружиться, и протягиваю Илье руку, — А теперь — пойдём. Танцевать! Я уже сама не понимаю, что со мной. Голова плывёт, мысли путаются. Хочется и плакать, и смеяться. А больше всего хочется танцевать. Именно здесь и сейчас. Я тяну Илью за собой, в центр зала, где музыка ещё громче, а неоновые вспышки ослепляют. Трое друзей встречают нас громкими криками. Я помню, как Лиза отжигает, её волосы развеваются волнами, а силуэт мерцает в неоновом свечении. Помню, как Петя расчищает центр танцпола и устраивает брейк-данс битву. Помню, как кто-то подхватывает меня, когда я теряю баланс. Помню шум. Помню музыку. Помню яркий свет. А потом уже ничего не помню.