Трилогия «Омега»: книга первая

Ирука медленно пробирался сквозь мутный туман. Воспоминания о том, как он отчаянно пытался избавить тело Омеги от смертельной инфекции, постепенно всплывали в сознании. Он слегка пошевелился. Боль тут же пронзила его позвоночник и отдалась в плечах, заставив его резко выдохнуть. — Тише, сенсей, — тихо произнес знакомый голос, и Ирука почувствовал, как теплая ткань прижалась к его лбу. Он моргнул и открыл затуманенные глаза, увидев леди Чоу, стоящую у его постели. — Что… что случилось? — он поморщился, чувствуя, как боль пронзает его мышцы. Женщина убрала ткань ото лба. — Вы упали в обморок. Вам нужно отдохнуть. Ирука сглотнул; его слюна была похожа на осколки стекла. Он поморщился… никогда раньше он не испытывал ничего подобного. — Я попросила самого лучшего врача Дворца осмотреть вас, — продолжила Чоу, — и она сказала, что вы страдаете от крайнего истощения, — морщины на ее лбу разгладились. — Боюсь, она прописала постельный режим на следующие три дня и сказала, что вам нужно немного отдохнуть, чтобы дать телу восстановиться. Ирука облизнул губы. Истощение чакры. К нему возвращалось сознание. Он работал… ну, сложно было сказать, сколько это заняло времени… а потом он вдруг увидел в потолок. Надеюсь, это хотя бы было не зря? Ужас сковал его душу. — Мой Омега, — выдохнул он. — Где он? Болезненный стон достиг его ушей. Он повернул голову и увидел, что Омега стоит на коленях у края кровати, обхватив руками высокий столбик. Он обеспокоенно смотрел на Ируку. Сердце альфы сделало кульбит. Он жив! — Я уже шла обратно к вам, когда увидела вашего Омегу в коридоре. Это было полное нарушение протокола, но он хотел как можно быстрее позвать на помощь. При ее словах «полное нарушение протокола» Ирука заметил, что Омега нервно задрожал. Желудок скрутило от паники. — Ты же не… наказала его, не так ли? Чоу слегка улыбнулась. — Нет. На мой взгляд, верный Омега — это хороший Омега. А этот очень беспокоился за вас… вы были без сознания несколько часов. Ирука с трудом протянул руку, заметив, что она дрожит. — Иди сюда. Омега потерся головой о руку Ируки, прежде чем уткнуться щекой в его ладонь. Он мяукнул, его серые глаза расширились. — Я в порядке, — устало сказал Ирука. — Пожалуйста, не волнуйся. Он прищурил глаза, изо всех сил пытаясь сосредоточиться. Что-то было не так с кожей Омеги. На его плечах и руках были красные пятна, в некоторых местах уже превращавшиеся в синяки. — Что… с тобой случилось? Омега прикусил губу. И тогда Ирука вспомнил, что омегам не разрешалось оставаться одним в коридорах, потому что иначе охранники могли… Ирука дернулся, его тело закричало в агонии от этого движения. Но он проигнорировал боль, его сердце бешено колотилось от мучений, которые, должно быть, испытывал Омега. Он почувствовал, как леди Чоу коснулась его плеча. — Расслабьтесь, сенсей, — успокоила она его. — Я отогнала их от него. С ним не произошло ничего ужасного. Ирука вздохнул с облегчением. — Это хорошо. — Ваш Омега, кажется, чувствует себя намного лучше. Он рассказал мне, что вы сделали. — Но ты и так знала, — промолвил Ирука. — Вот почему ты решила вернуться. Она весело фыркнула. — Верно. Но я не ожидала, что ваш Омега будет таким… расстроенным. При ее словах Омега истошно взвыл. Ирука посмотрел в его разноцветные глаза. — Со мной все будет в порядке, — прошептал он. — Обещаю. — Так странно, — размышляла Чоу. — Я никогда не видела, чтобы омега и альфа были так преданы друг другу. Ирука улыбнулся, проведя большим пальцем по щеке Омеги. — Он особенный. — Допустим, — медленно произнесла она, а затем вздохнула. — Обычно я бы посоветовала Омеге с таким маленьким щенком покинуть комнату, чтобы вы могли как следует отдохнуть… Омега пискнул и посмотрел на Ируку почти с отчаянием. — …но не думаю, что сейчас это хорошая идея. Лишать альфу присутствия такого преданного существа было бы в высшей степени жестоко. Ирука вздрогнул, пораженный внезапным ознобом. Это не редкость при истощении чакры, однако Ирука никогда не доводил себя до настолько ужасного состояния. Увидев его дрожь, Чоу нахмурилась, а Омега заскулил. — Мы должны согреть вас. Я распоряжусь, чтобы принесли горячего чая, — она двинулась, чтобы позвать горничную, которая почти сразу вошла в комнату. Омега скользнул назад и опустился на пол. Мгновение спустя он появился снова, покачиваясь на коленях с одеялом в руках. Ирука улыбнулся ему. — Нет, это твое. Омега прикусил нижнюю губу и захныкал. — Тебе не нужно дарить своему хозяину подарок, которым он одарил тебя, — сказала леди Чоу, оборачиваясь, когда служанка вышла из комнаты. — У нас много одеял. Она подошла к высокому платяному шкафу и выдвинула нижний ящик, доставая толстый плед. Затем она накинула его на Ируку. — Я… прошу прощения за беспокойство. — Не стоит, — сказала она ему. — Мы обязательно позаботимся, чтобы вам было тепло и комфортно, пока вы поправляетесь. И ваш Омега тоже может лечь с вами. Омеге дважды повторять не пришлось. Он бросил одеяло, запрыгнул на кровать и прижался к Ируке, положив верхнюю часть тела ему на грудь. Чоу тихо засмеялась. — До чего чудный. Ирука обнял его и нахмурился, когда его рука коснулась холодной кожи. — Ты тоже замерз. — И он был готов отдать вам свое одеяло без колебаний или подсказок? Вы действительно хорошо его натренировали. — Я ничего подобного не делал, — тихо ответил Ирука. — Он просто очень добрый. — Я вижу, — Чоу, казалось, задумалась на мгновение. Затем, к удивлению Ируки, она обошла кровать, подняла одеяло Омеги и накинула его на обнаженные плечи. — Вот так, — тихо сказала она, легонько похлопав Омегу, а затем перевела взгляд на Ируку. — Пойду проверю, как там чай. — На самом деле, — сказал Ирука, — думаю, что мне стоит сейчас поспать. Сон был лучшим средством для исцеления от истощения чакры. Он знал, что ему нужно пить побольше жидкости, но его веки стали совсем тяжелыми. Чоу мягко улыбнулась. — Как пожелаете. Оставлю вас отдыхать. — Спасибо. После того, как женщина ушла, Омега разразился рыданиями, сотрясаясь в объятиях Ируки. — О… — выдохнул он. — Что случилось, аната? — Н-не у-умирайте, Альфа-сама! Пожалуйста! Ирука попытался двинуть рукой, чтобы успокаивающие погладить спину Омеги, но передумал, когда боль пронзила всю мышцу. Вместо этого он успокаивающе промурлыкал. — Я и не собираюсь, — прошептал он. Если бы что-то пошло не так, я был бы уже мертв. — Так что вытри глазки. Как ты себя чувствуешь? — Это не… — Омега прикусил губу, обрывая себя. Он собирался сказать, что это не имеет значения. Он, наконец, осознает, насколько он на самом деле важен? Омега сглотнул. — Я… здоров, Альфа-сама. Это было музыкой для ушей Ируки. Нежно поглаживая большим пальцем бархатную кожу, альфа довольно заурчал. — Это хорошо. Но все равно не стоит перенапрягаться. Тебе нужно отдохнуть. Медицинское ниндзюцу могло обеспечить ускоренное заживление, но оно было тяжелым для организма получателя. Поскольку оно изменяло процессы в его собственном теле, оно также требовало его собственной энергии. Вот почему, даже когда медицинское ниндзюцу использовалось в хирургии, оно не сокращало время восстановления. — Где… Хисаши? Омега принюхался. — Спит. — Хорошо. Тебе тоже стоит. Омега слегка отстранился. — Но… Мне нужно помочь вам! — Я сейчас сам усну… и, вероятно, надолго. Все в порядке. Мы отдохнем, и скоро всё наладится. Ирука слышал, что его слова стали невнятными от усталости. Его глаза закрылись, и он погрузился в сон. Он не знал, как долго проспал, но через какое-то время его разбудило мягкое шуршание бумаги. Он чувствовал, что Омега больше не прижимается к нему, и старался не испытывать укола сожаления по этому поводу. Ирука повернул голову и увидел, что Омега взял лист бумаги и чернильницу, тщательно что-то записывая. Ирука увидел, как он откинулся назад и сглотнул, явно нервничая. Что он задумал? Ирука ничего не сказал, так как не хотел пугать его. Он только наблюдал, как тот осторожно поставил чернильницу обратно на стол и подул на чернила. Затем он сложил бумагу пополам. Омега поднял голову, поймав карий взгляд. Ирука улыбнулся ему. — Я не против, если ты вдруг хочешь попрактиковаться в письме. Омега подполз и сел на колени. Ирука видел, что он дрожит. — Это… подарок для вас, Альфа-сама, — прошептал он. Ирука удивленно поднял брови. — М? Тебе не нужно было этого делать. Он нервно облизнул губы. — Я… хочу. Ирука мягко улыбнулся и хмыкнул. — Ладно, — он заставил себя приподняться немного выше на подушках, сдерживая стон боли. Даже от этого легкого движения у него перехватило дыхание, и на висках выступил пот. — Должен сказать, это довольно неожиданно, — сказал альфа, изо всех сил стараясь, чтобы его голос звучал нормально. — Вы… спасли мне жизнь, — прошептал Омега. — Рисковали своей собственной жизнью… ради меня. Вот это — неожиданно. Я бы сделал для тебя все, что угодно. Омегу трясло так сильно, что сложенный лист бумаги, который он держал в руках, дрожал, будто трава на ветру. Мужчина прикусил губу, его дыхание было немного прерывистым. Ирука чувствовал, насколько острой была его нервозность. — Все в порядке, — успокоил он. Омега склонил голову, затем протянул бумагу двумя руками. Ирука принял ее таким же образом и развернул. На ней было написано только одно слово, выведенное элегантной хираганой. かかし Он склонил голову. — Прости, я не понимаю. Что… это такое? Дрожь Омеги усилилась. Он посмотрел на Ируку, в этих пленительных разноцветных глазах появились слезы. — Это… мое имя.