Пылающий лёд

      Больше двух недель ничего экстраординарного не происходит. Феликс практически не пересекается с хоккейной командой, а если встречи случаются, они предпочитают друг друга не замечать. Изредка он ощущает на себе чей-то пристальный взгляд, но даже не оборачивается, делая вид, что ничего не чувствует.       В пятницу вечером у них финальный прогон перед небольшим городским турниром для подтверждения квалификации, но это все равно важно, Феликс готовит свою программу два месяца, потому что ему надоело топтаться на месте. Они с тренером подготовили сюрприз для всех, и он должен будет исполнить серию тройных прыжков, это волнительно и даже тревожно. Поэтому он выкладывается на все сто процентов, вся их команда тренируется в два раза усердней, но он — особенно. Команда спешит в раздевалку, чтобы переодеться и выйти на лед, но проходя мимо площадки, они видят, что ее не привели в порядок после хоккейной команды.       — Какого черта? — ругается Минхо, — тут уже не лед, а снег, невозможно будет кататься.       Он практически с ноги открывает дверь в раздевалку, и когда Феликс забегает вместе с ним, все хоккеисты смотрят на них негодующе.       — Мы договаривались с вами, что будем следить за уборщиком льда, контролировать, чтобы он не уходил домой раньше времени, — кричит Минхо, осматривая каждого игрока, — вы испортили лед и теперь его некому убрать.       — Успокойся, милашка, мы не обязаны это делать, — отвечает Марк, расплываясь в довольной усмешке.       — Но мы себе такого не позволяем, — вмешивается Хёнджин, он тоже зол, потому что сегодня действительно важная тренировка.       — Это ваши проблемы, у девчонок в крови быть хозяйственными, — теперь уже большая часть команды посмеивается над ними.       — Где ваш капитан? — спокойно спрашивает Феликс, ему совершенно не хочется скандалов.       — Он ушел раньше, принцесса, — отвечает Марк, складывая руки на груди, — сегодня я за него.       — Плохой из тебя заместитель, раз ты не выполняешь договоренности, которые мы с ним закрепили, — отвечает Феликс, наблюдая за тем, как хоккеист багровеет от злости.       — Заткни свой рот, блять, — он подходит быстро и толкает Феликса в грудь, от чего он пятится назад и врезается в металлический шкафчик.       Ликс даже не успевает ничего сказать, наблюдая за тем, как Минхо ударяет Марка кулаком по скуле. Через несколько секунд к потасовке присоединяются еще несколько хоккеистов, и вся команда Феликса из девяти стройных, хрупких мальчиков уже дерутся с хоккейной командой. Феликс смотрит на все это с широко распахнутыми глазами, он кричит, чтобы они остановились, но никто не слушает, продолжая толкаться и бить друг друга. Он старается растащить их, пытается прекратить драку, но его толкают так сильно, что он падает, больно ударяясь головой об лавку. Кажется это единственное, что останавливает всех от продолжения потасовки. Он растерянно моргает, ощупывая ушиб, чувствуя, как его команда склоняется над ним.       — Что тут, черт возьми, происходит? — Чан стоит в дверях, пребывая в замешательстве, он выглядит так разъяренно, словно лично сейчас на всех набросится, — кто зачинщик? — рявкает он, глядя на каждого своего игрока, Чан точно уверен, что это кто-то из них.       — Чан, мы… мы просто, — Марк заикается так сильно, что практически невозможно разобрать его речь, — он нагрубил мне, — хоккеист указывает на Феликса пальцем, и глаза Чана сужаются.       — Он нагрубил тебе и ты решил устроить массовую драку? Ты такой сахарный, что тебя разозлила чья-то грубость?       — Феликс ему даже не грубил, он просто указал на то, что твоя команда не проконтролировала уборку льда, — вмешивается Хенджин, обращая на себя внимание Чана.       Он делает шаг внутрь раздевалки, протягивая Феликсу руку, чтобы помочь подняться. Ликс долго смотрит на широкую ладонь, но помощь не принимает, он не хочет ничего общего иметь ни с одним из этих людей. Поэтому он самостоятельно встает на ноги, слегка покачиваясь. Их с Чаном взгляды на секунду сталкиваются, и Феликс не может распознать ни одну эмоцию, хоккеист смотрит внимательно и немного встревоженно, однако, через мгновение отворачивается, снова глядя на своих игроков.       — Я говорил вам, что у нас с тренером разбор тактики? Я просил проконтролировать уборщика льда? — его команда кивает, словно болванчики, — так какого черта лёд похож на заснеженное озеро? Как я могу вам доверять, если вы с элементарными вещами не справляетесь?       Вся команда молчит, и Феликсу даже немного неловко, что они являются свидетелями этой словесной порки. Ему тоже есть что обсудить со своими парнями, но он не стал бы так с ними разговаривать в присутствии чужаков. Он убежден, что Чан делает это публично, чтобы хоккеистам было больше неповадно.       — Вещи в зубы и по домам, — говорит Чан, наблюдая за тем, как быстро его команда выскакивает из раздевалки.       Это даже комично, Феликс обязательно посмеется над этим немного позже.       — Я прошу прощения за эту ситуацию, — говорит Чан, повернувшись к фигуристам, он обращается ко всем, но смотрит исключительно на Феликса, — что я могу сделать? Может, я поговорю с вашим тренером и мы как-то поменяемся тренировками?       — Мы сегодня без тренера, — отвечает Феликс, — у нас послезавтра квалификационный турнир, поэтому сегодня должен был быть финальный прогон. Лёд в негодности, мои ребята там расшибутся, а завтра площадка весь день занята.       — Мне очень жаль. Феликс, верно? — Чан неуверенно переминается с ноги на ногу.       — Спасибо, что извинился.       Чан снова возвращается в тренерский кабинет, когда все расходятся. Он последний раз окидывает доску с тактической схемой и тяжело вздыхает. Он не может выбросить из головы то, что произошло ранее, сколько бы он не разговаривал со своими игроками, они все равно остаются вспыльчивыми задирами. Ему бы хотелось посадить Марка на скамейку запасных, чтобы проучить, потому что его поведение — ненормально, но он один из сильнейших игроков, а им просто необходимо взять кубок сезона. Он знает, что на финальной игре будут присутствовать скауты, это отличный способ пробиться в высшую лигу, но необходимо себя проявить. В этом году у них есть все шансы забрать кубок, и Чан сделает все, чтобы его команда стала лучшей.       Но для этого, конечно, важна дисциплина. Он не может выбросить из головы картину, когда вошел в раздевалку и увидел массовую драку, казалось, все обезумели, и только один человек пытался это остановить.       Все, что Чану удалось узнать о Феликсе за те две недели, что они были знакомы — это то, что он вечно мерзнет и этот холод просачивается во всю его натуру. Он внешне выглядит ледяным, его взгляд острый и колкий, как мороз, а голос хрипловатый, как будто он постоянно немного простужен. Феликс немногословен и насторожен со всеми, он остерегается незнакомцев, но со своими друзьями ведет себя раскованно и даже игриво. Чан немного завидует тем двум мальчикам, которые могут его обнимать, хватать за руки, делать легкий массаж или растирать ладошки, когда Ликсу особенно холодно. Чан догадывается, что Феликс тоже температурный соулмейт, полностью противоположный ему самому. И если Ликс постоянно дрожит и кутается в свитера, Чан мечтает раздеться и ходить везде в чем мать родила, пытаясь получить хоть немного прохлады.       Ему нравится смотреть на полную свою противоположность, Феликс отличается от Чана во всех аспектах: он сдержанный, спокойный и маленький. Это даже смешно, как Чан зациклился на том, насколько они разные, поставь их рядом и не найдешь ни одной схожей черты. Крупные глаза, тонкий, вздернутый нос, россыпь веснушек по всему лицу, как будто художник взял кисть и неосторожно махнул ею, разбрызгав краски. Высветленные волосы, длинная шея, узкие плечи, маленькие ладошки, малюсенькая, хрупкая талия, мягкие бедра и низкий голос. В этом весь Феликс, а если отзеркалить все это, без сомнения, получится Чан. И он удивляется, почему его так тянет к этому человеку, который никогда не сможет подарить ему то, чего Чан так жаждет. Наверное, Феликс скоро встретит такого же холодного человека и они вдвоем смогут растопить этот лед, почувствовав, наконец, тепло, ведь только по-настоящему похожие люди могут сделать друг друга счастливыми. Просто кто-то получает две идентичные татуировки на теле, а кто-то, неспособность согреться.       Но есть одна черта, которая объединяет их и делает похожими, — это упёртость. Чан видел Феликса на льду и он восхищается, насколько мальчик отдает всего себя, выполняя сложные элементы. Он в эти моменты как будто находится не в этом мире, черпая энергию и мастерство где-то извне. Он потрясающе грациозен даже когда неловко падает, больно ударяясь об лед. В такие моменты он встает и продолжает работать, идет к своей цели несмотря ни на что. Чан точно такой же, он хоть и играет в команде, но благодаря его заслугам они поднялись со дна. Тренер не раз говорил, что Чан не просто талантливый игрок, но и лидер, который умеет мотивировать, держать всю команду в тонусе и дарить веру в победу. Они с Феликсом два профессионала, два фанатика своего дела, два совершенно разных человека, которые обожают лёд.       Чан выходит из тренерской, чтобы, наконец, пойти домой. Он слышит приглушенную музыку и настораживается, потому что все давно должны были покинуть арену. По мере приближения к ледовой площадке, музыка становится громче и Чан видит, что Феликс остался, чтобы прогнать свою программу, у него сердце замирает, потому что на таком истерзанном льду кататься нельзя.       — Феликс, — кричит Чан, ускоряя шаг, практически срываясь на бег, — лёд в негодности, ты упадешь.       Он останавливается возле бортиков, тяжело дыша, глядя на то, как Феликс замедляется и вопросительно смотрит на него.       — Мне нужно прогнать программу, — он отвечает неуверенно, как будто вовсе не ожидал кого-то увидеть, — у меня больше не будет такой возможности.       — Ты можешь получить травму, посмотри, лёд весь в ямах и буграх, — Чан действительно беспокоится, этот лёд требует уборки специальной машиной.       — Не думаю, что ты можешь меня остановить, — Феликс хмыкает и разворачивается, чтобы продолжить с того места, где закончил.       Чан тяжело вздыхает, узнавая собственную упертость. Возможно, он поступил бы точно так же, рискнул, чтобы добиться своего, но сейчас он не может этого допустить, поэтому заходит на лёд прямо в кроссовках и идет в сторону Феликса. В голове нет никакого плана, он же не может просто его схватить и вынести с площадки, но, возможно, Чан именно так и поступит.       Феликс делает тройной прыжок и останавливается, глядя на то, как неуклюже Чан идет по льду прямо к нему. Он явно старается не упасть из-за скользкой подошвы, это выглядело бы забавным, если бы Феликс не был так взбешен.       — Уйди со льда, ты мне мешаешь, — говорит он, подкатываясь к Чану ближе. Феликс все еще старается сохранять спокойствие, но это скоро прекратится, — это твоя команда испортила нам тренировку, а сейчас ты подливаешь масло в огонь?       — Ты упадешь и будешь жалеть, что не послушал меня. Если ты получишь травму, то не сможешь выступить вообще, что для тебя лучше?       — Я тут уже полчаса, и пока ты не пришел, я ни разу не упал, — Феликс возвышается над Чаном, сложив руки на груди. Благодаря конькам он выше, но все равно не чувствует, что способен противостоять.       Он хочет закончить этот бессмысленный разговор, поэтому подъезжает практически вплотную. Чан инстинктивно отступает назад и поскальзывается, забыв, что он не на коньках, а в скользких кроссовках. Феликс пытается его удержать, хватая за футболку, но падает следом, оказываясь сверху. Они практически ударяются лбами, но этого не происходит только потому, что Феликс успевает подставить руки, которые упираются по обе стороны от головы Чана. Если бы он не был в перчатках, лёд обжег бы холодом его ладони. Они смотрят друг другу в глаза непозволительно долго, Феликс чувствует, как теплое дыхание Чана обжигает его лицо, и мальчик замирает, прислушиваясь к ощущениям. Через секунду он вскакивает, встряхивая головой, конечно, ему все показалось, он не может чувствовать тепло, просто его разум не ожидал такой нелепой ситуации. Чан встает следом за ним, его щеки пылают и он выглядит растерянно.       — Пожалуйста, не катайся сегодня, — тихо говорит он и всего на секунду ему кажется, что взгляд Феликса становится немного теплее и мягче, пока не возвращается к своему прежнему состоянию.       — Ты не отстанешь от меня, да? — недовольно спрашивает Феликс и Чан отрицательно машет головой.       Они стоят так еще несколько секунд, прежде чем Феликс покидает лед, хлопнув дверкой, в ограде ледовой площадки. Чан спешит за ним, чтобы догнать, он сам не знает, что хочет сказать, но когда до Феликса остается несколько метров, он окликает его.       — Феликс, ты выпьешь со мной кофе? Я угощаю, — кажется, это удивляет не только Ликса, но и самого Чана, он точно от себя такого не ожидал.       — Я не пью кофе, но… горячий шоколад подойдет, — отвечает Феликс, все еще повернутый к Чану спиной.       Он уходит в сторону раздевалки, оставляя Чана стоять там, бессмысленно хватая воздух ртом, словно рыба, выброшенная на берег.