Матильда

...море волнуется - два, море волнуется - три. время, пожалуйста, на минуту хотя бы замри. сегодня, я не слышу и не вижу вас. время замирает, будто море волнуется - раз. за стенами мне больше не увидеть света, и в тишине, я больше не вдыхаю воздуха. я закопалась так глубоко в землю, но мы всё ещё пытаемся со дна тянуться к звёздам. юный мечтатель, такой же, как я - в путь за идеей, планета Земля позади. и я, больше не вижу ухмылок, а лишь умножаю на семь слово "Я"...

Плотный удушающий запах гари смешивается с железными нотками крови, ударяя наковальней по голове и блокируя на доли секунд внешний шум бьющейся стали и грохота пушек. Темноволосая грузно кашляет, прикрывая рот запачканной алыми разводами ладонью, глаза прикрываются от большого количества дыма и слезятся в уголках, роняя тонкие хрустальные капли вниз. Пальцы другой руки цепляются за перила, полусогнутое тело медленно двигается в сторону грохота, легкие сотрясаются от непрекращающегося кашля. Дым рассеивается на мгновение, девушка поднимает взгляд на полуразрушенную лестницу к верхней палубе, откуда нескончаемым потоком доносятся душераздирающие вопли о помощи. Осознание опасности окончательно отрезвляет Лизу, и ослабленное ранее тело наливается холодным потом и оживает, переходя на шатающийся бег наверх. Сиротливый взгляд янтарных глаз пробегается по палубе в поисках родных, с леденящим ужасом осматривая окровавленные тела. Матушка, папенька, Шеля, где же вы? Но родных лиц не виднеется, что приносит не то надежду на спасение в нижних палубах, не то тоску по их мертвым телам в бездонном океане. Продолжая прятаться за деревянной балкой у входа, девушка чувствует подступающую тошноту от наблюдаемой резни буквально недавно улыбающихся людей. Шайка девушек, явно не приглашенных гостей медленно тонущей «Надежды», с быстротой и легкостью разделываются с королевской ратью и знатными господами, будто это веселый и озорной танец, а не открытая бойня. Почему вообще эти чертовы пираты ударили так внезапно, почему они напали так жестоко, почему не щадят даже женщин и пожилых, почему их клинки насквозь протыкают головы и сердца невинных людей, почему их светящиеся улыбки режут острее ножа, как скоро они дойдут до королевской читы? Или, быть может, уже дошли? Быть может, маменька с папенькой одни из первых ушли в объятья Всевышнего, может Мишелечка уже где-то с голубых небес и пушистых облаков наблюдает за Лизаветой, искренне молясь за ее сохранность, как раньше она молилась за здравие в крохотной церквушки, ожидая возвращение родного отца? - Боцман, хватай шкипера и двигайтесь в сторону бушприта, Лерка и Юлька закончат здесь и присоединяться к вам. Мы с Вилкой спускаемся на нижние, Рони пока перезаряжает пушки, - четкий низкий голос нарушает цепочку вопросов в раскалывающей от пульсирующего ужаса и паники голове Лизы. Черноволосая перебегает быстрым взглядом по пиратам, понимая, что шум бьющегося металла и протяжные стоны умирающих стихли, оставляя лишь тяжелое дыхание хладнокровных убийц и резкий запах медленно стекающей по палубе крови. Худощавый монстр, с платиновыми волосами и в окропленной алыми брызгами сероватой рубашке плавно двигается в сторону содрогающейся девушки. Та быстро отворачивается, испуганно ища безопасное и незаметное для пиратов место. Одна из десятков бежевых длинных штор, едва заметно покачивающаяся на ветру из-за плотной ткани выглядит просто идеальным укрытием. Спасительный занавес запахивается, окутывая дрожащую деву, скрывая от проходящих мимо возбужденных битвой воительниц. Тяжелые шаги эхом бьют по вискам, дыхание останавливается, глаза прикрываются, голова откидывается на деревянную стенку корабля. Значит, нижняя палуба. Они идут на нижнюю палубу, закончить начатое. Чтобы убить остальных несчастных. Тех, кого не нашли на верхней. Они идут на нижнюю палубу убить твоих родных, дура. Черт, родителей не было наверху, точно не было, темно-синего платья Мишель тоже не было видно, в дальней части они бы не оказались так быстро. Они идут за ними, Лиза, и ты будешь следующая. Нет, ни за что, только через ее собственный труп они тронут ее семью. И плевать хочется на собственную сохранность, какая к черту собственная жизнь, когда в опасности ее близкие. Длинные пальцы резко отодвигают проклятую штору, девушка выступает вперед, следуя тихим шагом босых ног за разбойницами. Приближаясь к недавно разрушенной личной ею каюте, кареглазая цепляется взглядом за валяющееся ожерелье, стыд за устроенную истерику напоминает о себе где-то в глубине груди. Она точно должна спасти мать, она должна извиниться за содеянное, должна поговорить с ней, должна обнять ее и крепко поцеловать в бледную щеку. Она должна спасти ее, и пусть выдает ее замуж за кого угодно, лишь бы живая, со всеми ее морщинками и строгими правилами. А папенька, папенька должен жить, столько дел не сделано в государстве, столько добра он еще не сотворил, сколько планировал, столько советов не дал дочери, столько любимых турниров не посетил. Шеля, золото души ее, она должна жить еще долгую счастливую жизнь, с ней во дворце, бегая по пляжу и улыбаясь каждому приятному молодому пареньку по пути. Но надежды застать в светлом будущем сотню счастливых улыбок родных разбиваются в дребезги о суровую картину пред глазами. Пираты ушли вперед, оставляя за собой еще несколько трупов молодых господ и одно мертвенно-прекрасное тело женщины. Оно полусидит на полу, опираясь на стенку, тонкие руки, когда-то крепко обнимавшие маленькую Лизу, сложены в области сердца и охватывают чугунный острый наконечник, откуда тонкой струйкой стекает бордовая кровь. В стеклянных карих глазах, смотрящих перед собой, принцесса видит собственное лицо, по которому градом льются горькие слезы. Аккуратно опустив почившей матери веки, она опрокидывает голову на сложенные руки и легкий отчаянный скулеж проносится с тонких губ вперемешку с тихим шепотом прощальных слов. Матушка уже не вернется, ее чарующую душу и бренное тело не оживить, но уж точно можно лишить жизни тех морских чертей, сотворивших все это кровавое побоище. Елизавета поднимается, хватает офицерский короткий нож с лежащего неподалеку мужчины и уверенно направляется прямо. Подходя к арке, перетекающей в кубрик, она застает лишь одного пирата, стоявшей с оружием, направленным на золотистую макушку. Мишель. Подруга, с живым острым взглядом снизу вверх смотрит на дуло пистолета, готовая достойно встретить верную смерть, пока ярко-красные капли из раны на голове стекают по золотым локонам, пачкая легкое платье. Она что-то яростно шипит блондинке, нависающей над ней словно Фемида, раздумывающей оборвать ли юную жизнь прекрасной девушки. Злость накатывает мощными волнами, как цунами соленого океана накрывая с головы до ног, топя в горьком вкусе ненависти и мести. Сильнее сжимая рукоятку холодного оружия, Лиза быстрыми шагами добирается до чуть сгорбленной спины противницы, не обращая внимания на ноющую боль порезанных ступней от разбросанных на полу острых осколков. Одним резким движением девушка вонзает клинок в левое плечо сквозь ничтожно тонкую ткань рубахи, прорезая живую плоть с коротким рвущим звуком. - Сука! - громкий вскрик сопровождается резким поворотом раненого тела, широко распахнутые черно-карие глаза на короткий миг встречаются с прищуренными янтарно-зелеными. Следом мелькает взмах черного грифа пистолета, плотно сжатого в бледных ладонях, и все вокруг резко погружается во тьму.

***

Пушечное ядро пробивает левый верхний борт отливающего золотом корабля, насквозь проходя деревянные препятствия и с булькающим звуком утопая в лазурной воде. Крики паники разносятся эхом по местности, люди тревожно мельтешат вдоль верхней палубы, сбивая друг друга на пути к мнимому спасению. Знатная рать, вечно выставляющая напоказ свои добродушие и безукоризненную любовь в придворных празднествах, при возникающей опасности забывают о всех ранее данных обещаниях верности во имя спасения собственной шкуры. Женщины в блистательных платьях и красиво уложенных прическах бегут по сторонам, словно тараканы при резком появлении яркого света лампы, локтями пихая соседок, мужчины, не державшие ранее оружия, прячутся по углам, словно полевые мышки, тряся животами и пухлыми щеками от страха. Смехотворное зрелище заставляет чувствовать праведность и справедливость в своих действиях, подстегивая раз за разом грабить и уничтожать подобных богатых выродков. Кира ухмыляется, покрепче сжимая в руке пистолет, перекидывает древесный бортик на враждебное судно, первой делая судьбоносный шаг к битве. Занося пушку на уровне собственного лица, она стреляет точно по головам храбрых королевских стражников, попадавшихся ей на пути. За ней уверенно бежит Вилка, катаной поперечно разрезая живот бедолаге, что даже не успел прицелится в ответ. Цепкий металлический вкус щекочет рецепторы, витающий аромат пороха смешивается с запахом пота и страха. Приятный привычный вкус оседает на кончике языка, заряжая адреналином и дофамином каждую клетку организма. Повторный залп пушечного ядра по уже правому борту оглушает охрану, давая раздолье для ловкого тандема Крис и Алисы, что точно и метко прорезают шейные артерии скрючившихся мужчин. Битва против подготовленных охранников проходит проще, чем ожидалось, что немного разочаровывает. Пистолет возвращается в кобуру, хочется более острого ощущения хождения по лезвию смерти, кинжал приятно холодит вспотевшую ладонь и прытко вскрывает горло нападавших, окропляя рубашку девушки алыми брызгами. Мужчины захлебываются собственной слюной и кровью, медленно оседая на колени и теряя связь с реальностью, отправляя свои грешные души на суд Всевышнему. Черные, из-за налившегося от переживаемых эмоций зрачка, глаза поднимаются с последнего убитого тела и цепляются за тощую фигуру юнги, что под руку с плотником направляется к всхлипывающим в углу благородным дамам. К расправе над ними с маниакальным удовольствием присоединяется интендант, попутно вытирая об коричневые штаны длинный меч от прилипшей бордовой жидкости. Виолетта, принимая активное участие против молодых девушек, всегда вспоминает тех зазнавшихся мадам из ее прошлой жизни, что вечно потешались и грубо обходились с молодой графиней, уверяя пиратов, что все они как под копирку алчные глупые суки. Слух улавливает знакомый грубый вскрик слева, боцмана прижимает к полу упавшей балкой, закрывая доступ к отлетевшему из рук оружию. Капитан быстро подбегает к Крис, сильными руками пытаясь сдвинуть преграду с тела пирата, когда замечает боковым зрением вдохновленного секундной замешкой солдата, бежавшего в их сторону с ножом. Не достигнув своей цели, человек замирает за метр до девушек, бордовое пятно растекается по груди, широко распахнутые глаза удивленно смотрят на сидящих впереди. Капитан направляет взгляд чуть выше, видя кивающего шкипера, переводящего прицел пистолета на следующие цели. Мужчина падает грузным мешком, балка катится в сторону, Крис и Кира бьют друг друга по плечам, поднимаясь и обозначая целое и живое состояние друг друга. Оглядываясь назад, блондинка наблюдает за кучей мертвых тел, тяжело дышащих членов своей семьи и кучу не задетых драгоценностей. Хищная улыбка от предвкушения очередной победы и богатого улова появляется на запачканном лице, находя взаимный отклик на лицах остальных пиратов. - Боцман, хватай шкипера и двигайтесь в сторону бушприта, Лерка и Юлька закончат здесь и присоединяться к вам. Мы с Вилкой спускаемся на нижние, Рони пока перезаряжает пушки, - кареглазая кивает стоящей рядом русоволосой, направляясь в сторону нижних палуб и попутно разминая ноющие плечи. Ступая ботинками по валяющимся вокруг осколкам, они проходят через длинный коридор, периодически придерживаясь свободной рукой за балкончик при особо сильных толчках разбушевавшегося океана. Проходя мимо очередной светлой шторы, капитан чует легкий шлейф освежающей лаванды, что навеивает грустные воспоминания о далеком прошлом, так горячо ненавистном блондинкой. Немного вздрогнув, она откладывает текущие мысли в далекий ящик, идя вперед и минуя распахнутые от ударов ядер пушки двери в каюты. Трое мужчин выбегают будто из неоткуда, успевая царапнуть острым концом правую щеку блондинки в попытке вонзить оружие глубже, но умело вдарив ногой между ног несчастному, девушка вгоняет свой клинок в череп, устранив неожиданного противника. Вилка четко расправляется с остальными двумя одним сильным ровным взмахом меча, вынуждая темно-розовые кишки вылезти наружу из потрошенных тел. Взгляд девушек падает на уже мертвую даму, полусидящую в углу коридора. Безжизненный взгляд направлен перед собой, руки покрытые кровью сжимают чугунный штык, торчащий из груди. Богатые одеяния и крупные роскошные драгоценности кричат о высоком статусе почившей. Видимо, при очередном залпе Вероники, женщина не устояла на ногах и влетела спиной на открытый острый кончик сраного держателя новомодных зонтиков придворных дам, смысл нахождения на кораблях которого Кира никогда не поймет. Капитан последний раз осматривает труп, мысленно подмечая безукоризненную красоту женщины, и, подзывая Вилку за собой, следует дальше. - Опачки, какая красотушка, ты просто глянь, - озорной блеск в глазах шатенки возгорается при виде крохотной фарфоровой фигурки белоснежной птички, валяющейся в углу одной из разрушенных кают. - Моя же обожает птиц, думаю, как подарок на ближайшую годовщину сойдет, сечешь? Светлоглазая направляется во внутрь, внимательно рассматривая статуэтку, перебирая и подбрасывая в тонких пальцах. Светлая улыбка при мысли о радости своей жены от полученного сувенира растекается по лицу, желание поискать чего похожего прикольного задерживает ее ненадолго в комнате, отправляя капитана зачищать территорию в недолгом одиночестве. Кира лишь закатывает глаза, словно матушка над нашкодившем дитем, продолжает свой путь, прекрасно зная, что в любом случае явно справится одна. Болезненное мычание заставляет остановиться перед входом в кубрик, дыхание задерживается и лицо с округлым носиком аккуратно выглядывает за косяк в поиске источника звука. Миловидная золотоволосая девица, судя по простому наряду, одна из служанок, сидит на коленях, прижав руку к окровавленной ране на голове. Кира осторожно вытаскивает пистолет, выходя из укрытия и направляя его четко в лоб девушке. Та поднимает взгляд, одаряя стоявшую перед ней пирата злобой и ненавистью. - Вы, чертовы отродья дьявола, гореть вам в вечном пламени преисподнии, - сердитое шипение подобно змеи обволакивает разбойницу, вызывая ухмылку в ответ на подобные высказывания. Слышала и похлеще, люди вываливают множество различных эмоций, от горящей ненависти до отчаянных молитв, но неизменным остаются треплющие собственное эго нотки страха и трепетания, коими питается внутренний зверь капитана. Он довольно урчит, получая в свою сторону волны всепоглощающего ужаса будущих мертвецов, после каждой вылазки против проплывающих мимо кораблей сворачиваясь глубоко в груди в небольшую спячку, умеряя горячий пыл кареглазой. - Малышка, ты же из нищего отродья, могла бы выбрать свободную жизнь в морях или скитаниях в бесконечных землях вместо жалкого существования в качестве служанки тех, кто тебя и за человека не считает, - Кира знает, у каждого в жизни есть свой выбор, либо ты, либо тебя. Свой она сделала семь лет назад, вырвав растерзанную душу из ада на земле и вернув заслуженную свободу. Отвращение к низким рангам прислуги, отдавшим драгоценный дар жизни богатым чужакам, сидит плотно в голове, отгоняя какие-либо аргументы за добровольный выбор такого уклада. - Глупая девка, плескаешься в своих морях, не зная ничего о жизни мирских людей, убиваешь всех подряд, думая, что наводишь справедливость. Да вся твоя вонючая шайка вместе с гребанным кораблем не стоит и волоса моей принцессы, что всегда была ко мне добра и была спасительной искрой в этом страшном мире, - ком в горле перекрывает дыхание при упоминании любимой Елизаветы, что сейчас возможно уже нет в живых. Мишель громко сглатывает, отгоняя непрошенные слезы, гордо поднимая голову в сторону дула пистолета. О нет, она не опуститься перед этой бандиткой, она будет такой же сильной и смелой, как ее близкая подруга, что заменила ей всю семью. Оскал проскальзывает по пухлым губам, язык слизывает капли собственной крови, льющейся с запутанных локон, глаза смотрят четко, ни на грамм не выражая страха пред скоропостижной смертью, осанка выпрямляется, руки сжимают края платья до побеления. Она готова, готова покинуть мир живых и присоединиться к своей родной душе в загробной дороге, ведущей к вечному покою и бескрайнему океану в поднебесной обетованной. - Сука! - указательный палец не успевает зажать курок, прерываемый громким вскриком боли пирата. Мишель удивленно цепляется за знакомую макушку черных смольных волос, едва потухшая искра надежды возгорается огромным пожаром в сердце, ее Лиза жива, она сражается за жизнь своей названной сестры, она рядом. Но мимолетное счастье от осознания, что не все потеряно, исчезает, когда девушка падает на пол от мощного удара сморщившейся от острых ощущений блондинки. Крик имени в сторону своей госпожи вырывается из окровавленных губ неосознанно, будто прося молниеносно прийти в чувства и вернуться к своей Шели обратно. Капитан невесомо ощупывает рану костяшкой правой руки, чувствуя неприятное покалывание глубоко застрявшего лезвия в плече, бросая быстрый взгляд в сторону служанки и возвращая его обратно к темноволосой. - Лиза значит, та самая принцесса великого короля Андрея Доброго. Хм, забавно, - хмыкает девушка, внимательнее осматривая бессознательное тело. Худощавая, в разорванных одеждах она лежит неподвижно, налитые злостью янтарные глаза плотно закрыты, маленький аккуратный носик испускает тихое сопение, тонкие алые губы слегка приоткрыты, черные вьющиеся волосы разметались по грязному полу, раскинутые в стороны хрупкие руки покрыты бесконечным количеством царапин и кровоподтеков. Уже знакомый аромат лаванды цепляет нервные окончания, вынуждая темные брови пирата нахмурится. Красивая аристократичная внешность схожа с той мертвой богатой дамой в коридоре. Пазл сходится, принцесса Елизавета, старшая дочь уже определенно мертвой королевы Виктории и, вероятно, также мертвого короля Андрея, будет стоить при выкупе баснословные богатства. Такого улова они не встречали прежде, мало кто из королевских кровей в здравом уме отправится в океан с незамужней принцессой, зная о беспощадных пиратах корабля «Матильда», странствующих в соседних водах. Вырубив почти поднявшуюся позади златовласую девушку таким же быстрым движением, как и ее обожаемую Лизоньку, Кира задумчиво потирает ноющее плечо. Она наслышана о королевской чите судна «Надежда», благо ее паучки работают слажено и достоверно, такую красавицу можно сдать в любое соседнее королевство, получив огромные сундуки золота и, добавив награбленные с этого же корабля камни и металлы, можно обновить собственный дом с нуля, затарив трюм всеми возможными заморскими причудами. А учитывая такой агрессивный подход к нападению со спины, характер у девушки что надо, будет время повеселиться по пути к ближайшему порту. - Еб твою за ногу, Кира, че за хуйня? - негодование вперемешку с беспокойством сочатся из голоса Вилки, что в конкретном ахуе наблюдает за представшей картиной. Капитан выдает извиняющуюся улыбку, поворачиваясь спиной и закусывая до появления пару мелких капель крови губу, когда торчащий нож покидает выдохшееся тело. Виолетта брезгливо отбрасывает запачканный нож в сторону. - Меня, блять, не было несколько минут, кто тебя так шарахнул? - Местная принцесса, которую мы забираем с собой, сдадим как дорогую игрушку в порту и обогатимся раз в десять больше, чем со всех побрякушек этой посудины, - уверенно хрипит Кира, как пушинку поднимая медленно дышащую Лизу, со свистом сквозь сжатые зубы закидывая на здоровое плечо. Чувствуя не шибко тяжелый вес черноволосой на одном плече и вновь хлынувшую теплую вязкую кровь от напряжения на втором, она пыхтя двигается в сторону выхода, ощущая под ногам скопившуюся воду. «Надежда» медленно и верно идет ко дну, пора поторапливаться. - А с этой че? - шатенка кивает на лежащую Мишель, чьи волосы и платье уже намокают от подступающего соленого океана. Капитан небрежно покачивает головой в отрицательном движении, выходит из кубрика. Вилка, пожав плечами, следует за ней, поправляя закатанную в ножны катану и ощущая греющее тепло оригинального подгона для Рони в кармане. Ночь вступает в полные права своего владения над природой, тусклой мглой накрывая все небо, оставляя лишь легкий блеск далеких звезд, полностью спрятав госпожу луну в объятья серых облаков. Пираты перекочевали на свой дом, опустошив до максимума медленно тонувшее судно с десятками обездушенных тел. Лера довольно осматривает мешки и сундуки с золотом, серебром, камнями и различной утварью, пригодной для использования в их доме, награждая легкой улыбкой стоящую рядом юнгу. Юля хорошо постаралась в этой схватке, успев как и поглумиться над рыдающими барышнями, так и набрать действительно качественного добра. Алиса, после поднятия черных парусов, уместилась подле штурвала, сейчас мирно направляет судно к следующим берегам, отдаляя от места сражения с каждой милей дальше и дальше. Голубые глаза задумчиво смотрят на отражение мелких бликов в темной глади океана, раздумывая над дальнейшими планами семейства. Рони с плавной методичностью прочищает пушки, решая, что надо бы как-нибудь отправиться на поле битвы вместе с девушками, если противник будет небольшим кораблем, не требующим стрельбы из массивного оружия. Давненько она не сражалась один на один, пора бы исправлять оплошности канонира. У бушприта в то время бурно восклицает шатенка, рассказывая во всех подробностях и с легкими преувеличениями о нападении сосредоточенной над колотой раной Пчелке. Геля в пол уха слушает привычные истории, стараясь аккуратно наложить швы на плечо полураздетого капитана. Блондинка сидит отрешенно, опираясь на спинку сидения, неспеша раскуривает сверток с табаком, добытым у одного из присутствующих мужчин на уже почти затонувшем судне. Сигарета почти затлела, оставляя горький вкус жженого пепла во рту, плечо почти зашито тихо матерящейся от беспокойства врачом, внизу греет тепло похрапывающей Крис, уместившейся с ногами на лавке и головой с запачкавшейся русой гривой на бедрах капитана. Боцман по щелчку вырубается после каждого кровопролитного действия, вымещая всю энергию и силу в драке, отправляя утихомирившееся сознание на недолгие часы сна в безопасном месте. Ловким движением пальцев скинув бычок в бездну океана, блондинка не отрывает пронзительного взгляда темно-карих глаз от неприметной с виду дверцы, ведущую в отдельную комнатку их судна. В своеобразной темнице, редко используемой пиратами за ненадобностью, мирно сопит темноволосая, прикованная железными оковами к столбу и не догадывающаяся еще о всех трудностях и испытаниях, заготовленной суровой матушкой-судьбой для маленькой и храброй души принцессы.