Игра судьбы 2: Испытание чувств на прочность

Дорогие читатели, автора, то бишь меня, настигла депрессия, поэтому, эта глава, на мой взгляд, немного скомканная. Не знаю, когда будет следующая, ибо это долбанная депрессия длиться у меня уже вторую неделю… Зайдя в зал суда, Алекс сразу огляделась вокруг. Стены, сложенные из тёмного камня, были тускло подсвечены факелами. Справа и слева от них с Гарри вздымались ряды пустых скамей, но впереди, где скамьи стояли на возвышении, на них темнело много человеческих фигур. Сидящие вполголоса переговаривались, но как только за Александрой закрылась массивная дверь, в зале воцарилась зловещая тишина. - Вы заставили нас ждать, — проговорил холодный мужской голос. - Прошу прощения, — нервно сказал Гарри. — Мы... мы были не в курсе, что время изменили. - Визенгамот в этом не виноват, — возразил голос. — Утром к вам была послана сова. Садитесь. Александра легонько подтолкнула Гарри вперёд, а сама пошла и села на скамейку которая была ближе всего к выходу, сам же парень сел на кресло, которое стояло посреди зала. Народу было человек пятьдесят, и на всех, насколько она могла видеть, были мантии сливового цвета с искусно вышитой серебряной буквой «В» на левой стороне груди. Все смотрели на Гарри сверху вниз — одни чрезвычайно сурово, другие с откровенным любопытством. «Бедный Гарри, что-то не внушают мне все эти люди шанса на победу...». Посреди переднего ряда сидел Корнелиус Фадж, министр магии. Этот упитанный мужчина сегодня расстался со светло-зелёным котелком, который частенько носил. Слева от Фаджа сидела дородная волшебницу с квадратным подбородком и очень короткими седыми волосами. В глазу у неё поблёскивал монокль, и выглядела она довольно-таки устрашающе. По правую руку от Фаджа сидела другая колдунья, но она так далеко откинулась на спинку скамьи, что лица не было видно. - Очень хорошо, — сказал Фадж. — Обвиняемый явился — наконец-то. Можно начинать. Вы готовы? — крикнул он кому-то из сидящих. - Да, сэр, — откликнулся сбоку услужливый голос, который Алекс слышала с детства. Перси, брат Рона, сидел на самом краю переднего ряда. Александра метнула в него взгляд полный презрения, но было ощущение, что её ВООБЩЕ никто не замечает. «Я что, пустое место?» - Дисциплинарное слушание от двенадцатого августа объявляю открытым, — звучно провозгласил Фадж, и Перси тотчас начал вести протокол. — Разбирается дело о нарушении Указа о разумном ограничении волшебства несовершеннолетних и Международного статута о секретности Гарри Джеймсом Поттером, проживающим по адресу: графство Суррей, город Литтл-Уингинг, Тисовая улица, дом номер четыре. Допрос ведут: Корнелиус Освальд Фадж, министр магии; Амелия Сьюзен Боунс, глава Отдела обеспечения магического правопорядка; Долорес Джейн Амбридж, первый заместитель министра. Секретарь суда — Перси Игнациус Уизли… - Свидетель защиты — Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор, — произнёс сзади негромкий голос. Александра повернула голову влево и увидела, как мимо неё пронеся Дамблдор и подошёл к креслу Гарри. На нём была длинная тёмно-синяя мантия, и лицо его выражало непоколебимое спокойствие. Седина волос и длинной бороды серебрилась в свете факелов. Поравнявшись с Гарри, он посмотрел на Фаджа сквозь полукружья очков, сидевших на середине крючковатого носа. Члены Визенгамота зашептались между собой. Все глаза были устремлены на вошедшего. Одни судьи выглядели раздосадованными, другие — слегка напуганными, но две пожилые волшебницы в заднем ряду приветственно помахали Дамблдору. - А... Дамблдор, — проговорил министр, пришедший, судя по всему, в полное замешательство. — Да. Значит, вы... э... получили наше... э... сообщение о том, что время и... э... место слушания изменены? - Мы с вашим посланием, должно быть, разминулись, — дружелюбно сказал Дамблдор. — Но по счастливой случайности я прибыл в Министерство на три часа раньше, так что всё в порядке. - Хорошо. Итак, обвинение. Да. Фадж извлёк из лежащей перед ним стопки нужный лист, набрал побольше воздуха и стал читать: - «Подсудимому вменяется в вину нижеследующее: то, что он сознательно, намеренно и с полным пониманием незаконности своих действий, получив ранее по сходному поводу письменное предупреждение от Министерства магии, второго августа нынешнего года в шесть часов двадцать три минуты вечера произнёс заклинание Патронуса в населённом маглами районе и в присутствии магла, что нарушает статью «С» Указа о разумном ограничении волшебства несовершеннолетних от тысяча восемьсот семьдесят пятого года и раздел тринадцатый Статута о секретности, принятого Международной конфедерацией магов». - Вы — Гарри Джеймс Поттер, проживающий по адресу: графство Суррей, город Литтл-Уингинг, Тисовая улица, дом номер четыре? — спросил Фадж, глядя на Гарри поверх пергамента. - Да, — сказал Гарри. - Вы получили три года назад предупреждение от Министерства по поводу незаконного применения волшебства? - Да, но... - И тем не менее вечером второго августа вы заклинанием вызвали Патронуса? — спросил Фадж. - Да, — сказал Гарри, — но... - Понимая, что вам воспрещено применять волшебство вне школы, пока вам не исполнилось семнадцать лет? - Да, но... - Понимая, что вы находитесь в районе, изобилующем маглами? - Да, но... - Вполне понимая, что в данный момент в непосредственной близости от вас находится магл? - Я сделал это, чтобы прогнать дементоров! — громко сказал Гарри, никому теперь уже не дав себя перебить. Повисла тишина. - Дементоров? — переспросила после паузы мадам Боунс, вскинув густые брови и едва не уронив монокль. — Что вы хотите этим сказать, молодой человек? - Я хочу сказать, что в том проулке на меня, мою сестру и моего двоюродного брата напали трое дементоров! - А... — снова протянул Фадж, на этот раз язвительно улыбаясь и оглядывая Визенгамот, словно побуждая судей повеселиться с ним вместе. — Ну конечно. Я был уверен, что мы услышим нечто в подобном роде. - Дементоры в Литтл-Уингинге? — спросила мадам Боунс с великим изумлением. — Ничего не понимаю... - Не понимаете, Амелия? — Фадж по-прежнему улыбался. — А я вам объясню. Дементоры — отличная выдумка для того, чтобы вывернуться. Ведь маглы дементоров видеть не могут, не так ли, юноша? - Я не вру! — громко заявил Гарри, перекрыв очередную волну шёпота на скамьях. — Их было трое, один приближался с одного конца переулка, два остальных с другого, вдруг стало очень темно и холодно, мой двоюродный брат почувствовал их и побежал... - Довольно, довольно! — воскликнул Фадж с чрезвычайно презрительным видом. — Увы, я вынужден прервать этот, без сомнения, хорошо отрепетированный рассказ... Дамблдор кашлянул. В зале суда опять стало очень тихо. - Дадли Дурсль был не единственным свидетелем присутствия дементоров в этом проулке, — сказал он. «Ну, наконец, вспомнили о моём существовании!» Надутое лицо Фаджа вмиг сделалось дряблым, точно из него выпустили воздух. - Боюсь, Дамблдор, нам некогда слушать новые байки. Я хочу решить вопрос быстро… - Я могу ошибаться, — произнёс Дамблдор любезным тоном, — но мне кажется, что согласно Хартии о правах подсудимому даётся возможность представлять свидетелей в свою защиту. Не предусмотрено ли это, мадам Боунс, — он обратился к волшебнице с моноклем, — нормами, принятыми в Отделе обеспечения магического правопорядка? - Предусмотрено, — пробасила мадам Боунс. — Вы совершенно правы. - Ну ладно, ладно, — сухо согласился Фадж. — Где же свидетель? - Я здесь, - сказала Александра, и её голос громким эхом разнеся по залу. Алекс встала и поменялась местами с Гарри. Теперь он сидел на скамейке, а она села на стул, который был с цепями на подлокотниках. - Ваше имя и фамилия! — громко потребовал Фадж, когда Алекс поудобней села в кресле. - Орлова Александра Николаевна, — сказала Алекс ровным голосом. - И кто вы, собственно, такая? — спросил Фадж недовольным и высокомерным тоном. - Я так сама сестра Гарри Поттера, — ответила Александра. - Сестра? По нашим сведениям в Гарри Поттера нет ни сестёр, ни братьев! - А кто сказал, что я родная сестра? Моя мать была его крестной, а его отец мои крестным, следовательно, он мне брат. - Хорошо, — сказал Фадж отчуждённо. — Ну, и что вы хотите нам рассказать? - Я прилетела со своим братом в Англию ещё первого августа, - начала Алекс. Ещё на Гриммо, было обговорено, что она должна будет сказать, что приехала в Англию заранее. - Днём второго августа, я позвонила Гарри и договорилась с ним о встрече... - Насколько нам известно, вы остановились в доме своей бабушки, миссис Ивановой, которая живёт неподалёку от деревни Оттери-Сент-Кэчпоул. Как же вы добрались до Литтл-Уингинга? - Магловский транспорт передвижения вам ни о чём не говорит? – насмешливо спросила Алекс. - Хорошо, продолжайте. - Ну, в общем, когда я провожала Гарри до дома, это всё и случилось. В тот день пошёл дождь, и мы спрятались в туннеле. Вдруг я почувствовала прилив холода. Стало так тоскливо, как будто всю радость выкачали, и я больше никогда не буду счастлива. Обернувшись, я увидела дементоров, которые скользили, подбираясь всё ближе и ближе к нам, пока один из них не попытался поцеловать меня. - Как они выглядели? — спросила мадам Боунс. Она так сощурила глаза, что обод монокля глубоко ушёл в плоть. - Ну, это были высокие фигуры в плащах до пят с надвинутым на лицо капюшоном. Как они ещё по-вашему могут выглядеть?! Во втором ряду невысокий кряжистый волшебник с пышными чёрными усами, наклоняясь к самому уху кудрявой соседки, что-то ей прошептал. Она ухмыльнулась и кивнула. - Высокие, в плащах, — холодно повторила мадам Боунс. - Они напали на нас. Один налетел на меня, и я упала на землю. Второй занялся кузеном Гарри, ну а третий был занят Гарри. Я не могу точно сказать, как и что там было, но Гарри вызвал Патронус и прогнал их, тем самым спас мне и своему брату жизнь. Вот, как-то так, - закончила Александра, пожав плечами. Мадам Боунс молча глядела на неё сверху вниз. Фадж шуршал пергаментами и не смотрел на свидетельницу вовсе. В конце концов он поднял глаза и агрессивным тоном спросил: - Значит, вот это вы и видели? - Министр, я для кого только что распиналась? – не очень вежливо огрызнулась Алекс. – Да. - Очень хорошо, — сказал Фадж. - Можете сесть за своё место. Александра встала с кресла, пошла и села рядом с Гарри, взяв того за руку. Потом вызвали миссис Фигг, и она подала похожие показания. Теперь они обязаны оправдать Гарри. - Как мне кажется, им было приказано туда явиться, — ответил Дамблдор. - Если бы кто-нибудь приказал трём дементорам отправиться на прогулку по Литтл-Уингингу, мы, я думаю, знали бы об этом! — рявкнул Фадж. - Вовсе нет, если допустить, что дементоры исполняют теперь приказы не только Министерства магии, — спокойно возразил Дамблдор. - Дементоры находятся в Азкабане, где им и положено быть, и делают то, что мы от них требуем. «Вот из-за таких как он и рушиться страна. Да что там страна, весь мир!» Алекс сжала кулаки и мысленно ударила Фаджа по лицу. - Тогда, — проговорил Дамблдор тихо, но отчётливо, — мы должны спросить себя, почему кто-то в Министерстве послал второго августа трёх дементоров в тот проулок. В полной тишине, которая наступила вслед за этими словами, ведунья, сидевшая справа от Фаджа, наклонилась вперёд, и Гарри наконец-то смог рассмотреть её получше. Это была низенькая и довольно толстая женщина. Она выглядела как большая бледная жаба. Лицо широкое и рыхлое, шея короткая, как у гарриного дяди, рот широченный, дряблый. Глаза крупные, круглые и немного навыкате. Даже маленький чёрный бархатный бантик на коротко стриженной курчавой макушке и тот наводил на мысль о большой мухе, которую жаба вот-вот поймает, высунув длинный клейкий язык. - Слово предоставляется Долорес Джейн Амбридж, первому заместителю министра, — объявил Фадж. У неё был тоненький, девичий голос. Но Александра подумала, что сейчас было бы приятней слышать звук мела по доске. - Я уверена, что неправильно вас поняла, профессор Дамблдор, — сказала она с жеманной улыбкой, не сделавшей, однако, её большие круглые глаза менее холодными. — Но на одну маленькую секундочку мне почудилось, будто вы предполагаете, что Министерство магии приказало кому-то напасть на этого подростка! Дементоры подчиняются только приказам, исходящим из Министерства магии. - Неделю назад трое дементоров напали на Гарри, его сестру и двоюродного брата. Отсюда логически вытекает, что кто-то в Министерстве приказал им совершить это нападение, — вежливо сказал Дамблдор. — Можно, конечно, допустить, что эти трое дементоров вышли из-под контроля Министерства… - Все дементоры до единого находятся под контролем Министерства! — прогремел Фадж, сделавшийся красным, как рак. Дамблдор чуть наклонил голову и вновь поднял. - Тогда, несомненно, Министерство проведёт полное расследование того обстоятельства, что трое дементоров оказались очень далеко от Азкабана и совершили нападение без приказа. - Не вам решать, Дамблдор, чем должно заниматься Министерство магии! — рявкнул Фадж, теперь уже пурпурный. – Я хотел бы напомнить всем присутствующим, что поведение этих дементоров — пусть даже они не плод воображения подсудимого — не рассматривается нами сегодня! — сказал Фадж. — Мы собрались, чтобы установить, нарушил ли Гарри Поттер Указ о разумном ограничении волшебства несовершеннолетних! «Только такой идиот как вы, решит, что это не так». Чуть не сказала вслух Алекс, но вовремя закрыла рот рукой, но тут же убрала её, чтобы никто не подумал, что она чокнутая. - Совершенно верно, — отозвался Дамблдор, — но вопрос о присутствии дементоров в этом проулке имеет прямое отношение к делу. В статье седьмой Указа говорится, что в исключительных обстоятельствах применение волшебства допускается. Под понятие исключительных обстоятельств подпадают, в частности, ситуации, когда имеется прямая угроза либо жизни применяющего волшебство лица, либо жизни других присутствующих волшебников, волшебниц или маглов... - Мы знакомы с седьмой статьёй, спасибо! — крикнул Фадж. - Конечно знакомы, — учтиво сказал Дамблдор. — И тогда мы все должны согласиться с тем, что использование Гарри Поттером в тот момент заклинания Патронуса сполна оправдывается исключительными обстоятельствами, о которых идёт речь в данной статье. - Если там были дементоры, в чём я сомневаюсь! - Вы слышали об этом от очевидцев, — перебил Фаджа Дамблдор. — Если вы по-прежнему сомневаетесь в их правдивости, вызовите мисс Орлову и миссис Фигг ещё раз, задайте им новые вопросы. Я уверен, они охотно на них ответят. - Это... я... никак! — взбеленился Фадж, нервно шелестя пергаментами. — Мне... Я хочу покончить с этим сегодня, Дамблдор! - Но вам ведь, разумеется, безразлично, сколько раз слушать свидетелей, если в противном случае суд рискует совершить серьёзную ошибку, — сказал Дамблдор. - Серьёзную ошибку, ну надо же! — заорал Фадж. — Чем оправдывать вопиющее злоупотребление магией вне школы, вы бы лучше, Дамблдор, хоть раз задались вопросом, сколько этот подросток уже выдал всяких выдумок и небылиц! Вы, видимо, забыли, как он три года назад применил заклинание Левитации... - Это был не я, это был эльф-домовик! — вмешался Гарри. - ВОТ ВИДИТЕ! — взревел Фадж, картинным жестом показывая на Гарри. — Эльф-домовик! В доме магла! Чего вам ещё надо? - Домовый эльф, о котором идёт речь, в настоящее время работает в школе «Хогвартс», — сказал Дамблдор. — Если хотите, я могу сию же минуту вызвать его сюда для дачи показаний. - Я... не... у меня нет времени выслушивать эльфов-домовиков! Как бы то ни было, это не единственное… Кто раздул свою тётю?! — завопил Фадж и хряснул кулаком по судейскому столу, да так, что опрокинул чернильницу. «Я точно подкараулю его в тёмном переулке». - И вы по доброте душевной не проявили в данном случае строгости — видимо, приняли во внимание, что даже лучшие из волшебников не всегда способны владеть собой, — спокойно проговорил Дамблдор, глядя, как Фадж пытается стереть чернила со своих пергаментов. - А о том, что он вытворяет в школе, я и не начинал ещё говорить. - Министерство не имеет права наказывать учеников Хогвартса за проступки, совершённые в школе, и поэтому поведение Гарри в её стенах не подлежит разбору на данном слушании, — сказал Дамблдор так же вежливо, как и раньше, но с неким новым прохладным оттенком. - Ого! — воскликнул Фадж. — Как он ведёт себя в школе — не наше дело? Вы всерьёз так думаете? - Министерство не имеет права исключать учеников Хогвартса, и я напомнил вам об этом, Корнелиус, вечером второго августа, — сказал Дамблдор. — Оно не имеет также права отбирать волшебные палочки, пока обвинение не доказано. Мне и об этом пришлось вам напомнить вечером того же дня. Быстрота, с какой вы взялись обеспечить соблюдение закона, достойна восхищения, но второпях вы сами — без сомнения, непреднамеренно — чуть было его не нарушили. - Законы можно и поменять! — свирепо заявил Фадж. - Конечно, — кивнул Дамблдор. — И создаётся впечатление, что вы, Корнелиус, меняете их на каждом шагу. Почему за те несколько недель, что прошли после моего вынужденного ухода из Визенгамота, суд начал разбирать такие мелкие вопросы, как использование волшебства несовершеннолетним, полным составом? Некоторые волшебники заёрзали, как будто им стало неудобно сидеть. Лицо Фаджа приобрело цвет тёмного кирпича. Но похожая на жабу колдунья справа от него просто глазела на Дамблдора без всякого выражения на лице. - Насколько мне известно, — продолжил Дамблдор, — нет пока такого закона, который предписывал бы этому суду карать Гарри за всякое волшебство, что он когда-либо совершал. Ему предъявили конкретное обвинение, и он привёл доводы в свою защиту. Всё, что он и я можем теперь делать, — это ждать вашего вердикта. Дамблдор умолк и снова свёл кончики пальцев воедино. Взбешённый Фадж пялился на него волком. Все судьи торопливо, шёпотом обменивались мнениями. Потом шёпот умолк. - Кто за то, чтобы оправдать подсудимого по всем пунктам? — прогудел голос мадам Боунс. В воздухе были руки, много рук... больше половины! Не прошло и нескольких секунд, как мадам Боунс спросила: - Кто за то, чтобы признать подсудимого виновным? - Фадж поднял руку, с ним ещё полдюжины человек, в том числе колдунья справа от него, усатый волшебник во втором ряду и его кудрявая соседка. Фадж оглядел всех судей, потом опустил руку. Два раза глубоко вздохнул и голосом, полным сдавленной ярости, произнёс: - Так, хорошо, очень хорошо... Оправдан по всем пунктам. - Отлично, — бодро сказал Дамблдор. Поднявшись на ноги, вынул волшебную палочку и заставил оба обитых ситцем кресла исчезнуть. — Признаться, мне пора. Всего вам доброго. И, только подмигнув Алекс, он стремительно вышел из зала.