Причина остаться
23 июня 2023 г., 21:09
Вспышка анемо привела Сяо на постоялый двор Ваншу. Адепт очутился на балконе, крепко держа в руках коробку с лекарством. Он боялся разбить колбы и лишиться снадобья, которые делал для него Моракс.
«Милорд тратит своё время на то, чтобы сделать это для меня. Нельзя его подвести». — Подумав об этом, Сяо вошёл в комнату и оставил коробку на одной из полок в шкафу.
Охотник на демонов призвал копье и снова исчез. На этот раз он появился в Заоблачном пределе, чтобы пополнить запас адептальной энергии.
Сяо медитировал несколько часов, прежде чем начать ежедневный патруль. Весь день Алатус думал о приглашении Чжун Ли и том, стоит ли ему вообще приходить. Ведь наверняка у бывшего архонта много дел, а позвал Сяо он только ради приличия.
«Чай? Миндальный тофу? Это не то, что заставит меня прийти, — подумал Алатус. — Если это не приказ…»
Адепт резко остановился после очередного удара в прыжке, склонив голову. Его окружило облако пыли.
«Могло ли приглашение быть приказом? — Сяо поднялся с земли, уперевшись на копье. — Тогда я обязан прийти? — Эта мысль загнала его в тупик. — Должен ли я тоже что-то купить или принести?»
Адепт не заметил, как очутился возле постоялого двора. Он поднял голову, чтобы увидеть балкон, на котором иногда встречал Чжун Ли. Сяо никто не ждал.
Он перенёс себя на крышу Ваншу и устроился на ветке дерева, там, где яркий солнечный свет не касался его кожи и не щипал глаза. Так Сяо снова погрузился в размышления.
Вечер наступил незаметно. Адепт открыл глаза на закате, когда на долину Гуйли упал свет луны.
Сяо потер глаза. Он был зол на то, что уснул в неподходящий момент и пропустил весь день. Его раздражение передавали столкнувшиеся на переносице брови и несколько морщин на лбу.
Адепт поднялся с места, вздохнул. Прохладный ветер коснулся кожи, но Сяо не дрогнул. Он перебрался на другую ветку: там был виден закат. Для этого он не использовал телепортацию: посчитал нужным размять конечности после долгого сна.
Проводив последние лучи солнца, Сяо спустился на балкон, по привычке встал на одно колено, но тут же поднялся, не обнаружив фигуры Чжун Ли.
Алатус вспомнил о приглашении… о приказе… Он еще сам не решил, что же это всё-таки было. Адепт беспомощно огляделся и пропал во вспышке анемо.
В Заоблачном пределе Сяо набрал букет стеклянных колокольчиков. Он потратил на их сбор пару часов, потому что тщательно отбирал каждый цветок. По пути он также избавился от демонов.
Вернувшись на постоялый двор, адепт принял лекарство. Он сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем появиться перед домом Чжун Ли.
Уже стояла глубокая ночь, но Сяо не привык следить за временем. Он постучал в дверь как ни в чем не бывало и даже немного удивился, когда ее никто не открыл.
Тогда адепт все-таки перенес себя в темный коридор дома и неуверенно двинулся в сторону гостиной, сжимая в руке букет колокольчиков.
Из гостиной струился свет. Слабый. Он задевал лишь края арки, отделяющей зал от коридора.
Алатус почувствовал едва уловимый запах чая. Чжун Ли ждал. Это был запах чая из цинсиня. Он готовил его только для Сяо.
Адепт выдохнул и сделал неуверенный шаг в гостиную. Настольная лампа излучала свет, освещая только стол, на котором стояла, и диван, где сидел бывший архонт. Он никак не отреагировал на приход Сяо, даже не повернул головы.
Алатус почувствовал вину. Он еще не понимал за что, но ощутил явно. Проглотив комок в горле, сделал еще несколько шагов. Сяо упал на одно колено возле дивана, склонив голову.
— Добрый вечер, — едва слышно сказал адепт. Чжун Ли не ответил, заставив адепта волноваться еще больше. — Простите, я не знаю, что… — Алатус поднял взгляд.
Моракс сидел неподвижно — руки его были сложены на груди, голова наклонилась в бок. Глаза закрыты, ресницы подрагивали. Только сейчас Сяо услышал тихое сопение. Чжун Ли спал. Снова.
Адепт выдохнул, поднялся с колена, не отрывая взгляда от архонта: боялся его разбудить. Он огляделся по сторонам, не зная куда себя деть. Алатус поймал взглядом настенные часы и только тогда понял свою ошибку. Время перевалило за полночь: не удивительно, что Чжун Ли заснул.
Сяо не решился шариться по шкафам, чтобы найти вазу, поэтому оставил букет на столе. Там же он заметил две кружки чая и тарелку с миндальным тофу. Дотронувшись пальцем до одной из кружек, обнаружил, что напиток давно остыл. Адепт разочарованно вздохнул, снова ощутив укол вины.
Уйти он тоже не решился, но и тревожить сон своего архонта показалось ужасным преступлением. Алатус сел на коврик у дивана, поджав колени к груди.
Обстановка клонила в сон. Сяо несколько раз ловил голову и быстро моргал.
«Я не должен спать».
Он просидел так добрый час, отгоняя сон, как назойливую муху. Алатус поднял взгляд на стол, где все ещё стоял чай из лепестков цинсиня. Тихо поднялся.
Стул отодвинулся с тихим скрипом. Сяо сел, взяв в руки кружку. Напиток был едва тёплым, но приятным на вкус. Он помог отогнать сон, хоть и играл успокаивающую роль.
Адепт вздрогнул, когда Чжун Ли издал тихое мычание, мотнув головой. Брови его сошлись на переносице, и он вытянул шею, повернув голову в другую сторону.
Сяо вернул кружку на блюдце и снова приковал взгляд к архонту, насторожившись.
Чжун Ли морщился и что-то бормотал, мотая головой из стороны в сторону.
«Снится кошмар?» — подумал Алатус.
Он встал и приблизился к архонту, наблюдая за его лицом, выражающим боль.
«Должен ли я… — Адепт протянул руку к Чжун Ли, но тут же отдернул ее. — Нет, нельзя…»
Контракт запрещал поглощать сны.
Сяо с нескрываемым ужасом продолжал смотреть на архонта, которому явно снилось что-то плохое. Плохое на столько, что даже пот проступил на лбу, скопившись бисеринками в складках морщин.
«Нет. Это не может продолжаться». — Алатус уверенно протянул руку, дотронувшись до головы Чжун Ли, и закрыл глаза.
Война архонтов. Конечно, что может быть хуже. Сяо знал все ее ужасы, потому что сам испытал их. Неудивительно, что Моракс видел ее в своих кошмарах.
Этот был ужасен на вкус. Пропитан пылью и грязью, болью и кровью. Смертью.
Алатус попал на поле боя. В гущу сражений. Он не мог точно определить, которая из битв происходила на его глазах, но отчетливо различал фигуры союзников, среди которых был Моракс… Он уверенно двигался куда-то и по движению его рук, Сяо сразу понял, что он намеревается использовать нефритовый щит.
Адепт перевел взгляд в ту сторону, куда спешил архонт, и с ужасом обнаружил, что там стоит он. Собственной персоной.
Сяо из кошмара перемещался по полю боя, зажатый несколькими врагами. Одежда его уже насквозь пропиталась кровью, лицо украсили шрамы, а на животе была ужасная рана. Это не мешало адепту свободно передвигаться, но Сяо из реальности прекрасно понимал, что он испытывает сильную боль. Охотник на демонов может упасть в любой момент…
Так и случилось. Моракс взмахнул рукой, пытаясь материализовать щит, но не успел… Сяо из кошмара упал на колени, в то время как вражеский боец проткнул копьем его грудь…
Алатус закашлялся, возвращаясь в реальность. Он поглотил кошмар целиком, но его мерзкий привкус остался на языке. Сяо рванулся к тарелке с миндальными тофу и большими кусками погружал в рот, пока не осталось ни кусочка. Привкус остался, но не такой явный. Появилась одышка, а живот болезненно заурчал.
Адепт переместился на балкон, схватился руками за перила, пытаясь отдышаться. Появилась икота. Сяо сделал несколько глубоких вдохов, избавляясь от спазма, и снова вернулся в гостиную.
Чжун Ли все еще спал. На этот раз его не мучил кошмар. Алатус облегченно вздохнул, возвращаясь на коврик, на котором сидел ранее. На этот раз его не клонило в сон из-за сильной боли в животе, поэтому Сяо позволил себе наклонить голову и закрыть глаза. Сердце неугомонно билось, адепт тяжело дышал, вспоминая события кошмара.
«Моя смерть — страх Моракса?» — Алатус поднял взгляд на Чжун Ли и почувствовал аромат сладкого сна, но на этот раз не посмел поглотить его.
Когда боль в животе утихла, Сяо все-таки задремал, оставаясь начеку.
***
Адепт вздрогнул, когда чья-то рука коснулась его плеча, вырывая из дремы. Он резко поднял голову, поймав взглядом руку в черной перчатке. — Доброе утро, Сяо. — Чжун Ли грустно улыбался, глядя на еще немного сонного адепта. — Прости, что не дождался тебя. — Утро?.. — Алатус посмотрел в окно. Розовел рассвет. Сяо потер глаза, прогоняя остатки сна, и поспешил встать на одно колено, приветствуя Моракса. — Это я должен извиниться, милорд, потому что пришел слишком поздно. Чжун Ли поднялся с дивана и подал Сяо руку. — Глупости. Я понимаю, что ты был занят. — Милорд звал меня вечером — я пришёл ночью. Это моя вина. — Алатус покачал головой, не заметив протянутую руку. — Сяо, подними голову, — мягко сказал Чжун Ли. — Я не вижу здесь твоей вины. И я больше не архонт. Адепт поднял взгляд и вложил руку в ладонь Моракса. Он также поймал взгляд Чжун Ли, не в силах прервать зрительный контакт. Бывший архонт прочистил горло. — Я приготовлю чай. Присаживайся. Сяо кивнул. Он отодвинул стул и сел, придвинувшись вплотную к его спинке. Выглядело это по-детски и чертовски мило, потому что его ноги не касались пола. Чжун Ли взялся за приготовление чая, иногда поглядывая на адепта. — Директор Ху дала мне выходной сегодня, — подогревая воду, сказал Моракс. — Я по привычке проснулся довольно рано. Алатус не знал, что должен ответить на это, поэтому решил не говорить ничего. Чжун Ли хмыкнул. — Как прошёл твой день? — Он разлил воду по кружкам. Она окрасилась в ярко-коричневый цвет. Гостиную снова наполнил аромат цинсиня. — Патруль прошёл хорошо, — ответил Сяо. Моракс не стал говорить о том, что имел в виду совсем не это, задавая вопрос. Он поставил кружки на стол. — Я рад. Следом на столе появилась тарелка миндального тофу, а в руках Чжун Ли — лепешка с мясом. Сяо неуверенно отодвинул тарелку. — Спасибо, я буду только чай. Бывший архонт сложил руки на груди, улыбнулся. — Знаешь, не обязательно ограничиваться одной тарелкой. Ты можешь съесть столько, сколько хочешь. — Он безусловно подумал о том, что адепт отказался потому, что съел уже одну порцию несколькими часами ранее. Чжун Ли придвинул тарелку к Сяо обратно. Алатус нахмурился, но перечить не стал. Тогда Моракс со спокойной душой сел за стол и первым делом схватился за чай. Сяо, несмотря на то, что перед ним стояло его любимое блюдо, ел с большим трудом. Ночная трапеза давала о себе знать и еще не успела перевариться. Кошмар оказался очень тяжелым и вызвал колющие боли. Каждый маленький кусочек тофу адепт запивал большим глотком чая. — Алатус. Сяо поднял голову. Чжун Ли сразу понял, что что-то не так, но когда адепт поднял взгляд, убедился в этом. — Что случилось? На тебе лица нет. Алатус покачал головой. — Все в порядке, Чжун Ли-дарен. Моракс знал, что не все в порядке, но и давить тоже не хотел. Он смягчил взгляд. — Тогда хорошо. Вернувшись к лепёшке, бывший архонт продолжал искоса наблюдать за адептом. Дрожащая рука выдавала Сяо с головой, и то, с каким трудом он проглатывал тофу, говорило о том, что что-то не так. Когда чай закончился, Алатус, казалось, стал есть ещё медленнее. Чжун Ли спас положение: — Может, еще чаю? Адепт без колебаний согласился, но когда и вторая кружка опустела, а тофу остался, Моракс не выдержал: — Я знаю, что ты можешь съесть больше одной порции. Утверждение заставило Сяо вообще прекратить есть. Он осторожно положил вилку в тарелку, опустив взгляд. — Алатус, что случилось? — снова спросил Чжун Ли. — Может, с тофу что-то не так? Я знаю, насколько ты привередлив в еде. — Нет, с тофу все хорошо. — Адепт покачал головой. — Один из лучших, что я когда-либо ел. Просто… — Сяо поднял взгляд, посмотрел страху в лицо, но прежде, чем успел что-либо сказать, закашлялся. Комок чёрной энергии вылетел изо рта и растворился в воздухе. Последовало еще несколько таких комков, пока кашель не прекратился. Чжун Ли встал из-за стола. — Алатус, это… Сяо, пытаясь отдышаться, схватился за голову. — Простите, милорд, но я не мог… Да, я поглотил ваш кошмар… Моракс приблизился к адепту и сел на колени рядом с его стулом, пытаясь заглянуть в лицо Сяо. — Почему ты не сказал сразу? — Потому что знаю, что не должен был этого делать. Но я не мог смотреть, как вы… — Алатус поднял голову, когда рука Чжун Ли коснулась его колена. — Я не знаю, о чем был мой кошмар, но надеюсь, что это стоило твоих мук. Сяо ущипнул себя за переносицу. — Что?.. — Кошмары ужасны на вкус и вызывают сильные боли, ты сам это говорил. Ты терпишь эту боль не просто так? — Это ваш кошмар, Чжун Ли-дарен, не мне его судить. — Я хотя бы могу узнать, о чем он был? — спросил Моракс. Сяо покачал головой. — Я не думаю, что стоит… — Нет-нет, я не настаиваю. — Чжун Ли улыбнулся. — Мне часто снятся кошмары. Разные и они повторяются. Наверняка это был один из тех, что я уже видел. — В любом случае я нарушил контракт. — Сяо склонил голову. — Я не должен был… — Кажется, контракт не упоминал о том, что ты не должен поглощать кошмары, — перебил Чжун Ли. — Но я прошу тебя не делать это, если они приносят боль. — Я бы поглотил любой ваш кошмар, милорд, — голос Сяо дрожал, — но это может свести вас с ума. Так же, если бы я поглощал сны. — Неужели поглощение кошмаров тоже приводит к этому? — спросил Чжун Ли. — Не хочу проверять и рисковать вашей жизнью. Моракс отвел взгляд. Это был тот случай, когда он не знал, что сказать. На удивление именно Сяо прервал тишину: — Кошмары связаны с вашими страхами? Чжун Ли вздохнул, пересел на диван, обдумывая вопрос. — Да. С моими самыми большими страхами. Сяо хмыкнул и заметно погрустнел. — Тебя что-то беспокоит? Это связано с тем, что ты увидел, когда поглощал мой кошмар? — Чжун Ли задал наводящий вопрос, чтобы адепт не мучился, подбирая ответ. — Я всё еще думаю о том, что не должен был этого делать. Мне кажется, это… личное. — Алатус снова закашлялся, и изо рта вырвался сгусток энергии. Чжун Ли задумался. — В любом случае ты уже видел мой кошмар, и я это знаю. Сяо вздохнул, сгорбившись на стуле. — Война архонтов. Очередная битва. Кровавая, судьбоносная. И… В вашем кошмаре я видел себя. К Чжун Ли пришло осознание. Он поднял руку, и адепт замолчал. Моракс особенно часто видел этот кошмар. Кошмар, в котором Сяо умирал по его вине. Менялись только обстоятельства. Алатус снова скрючился от боли в животе. — Я могу как-то помочь? — спросил Чжун Ли. — Нет, — адепт покачал головой, — это пройдёт. Просто нужно немного времени. — С этими словами Сяо выкашлял еще один сгусток.***
Адепту полегчало только через несколько часов и восемь кружек чая из лепестков цинсиня. Он промыл желудок и избавил от мерзкого привкуса во рту. Чжун Ли все эти часы следил за состоянием Сяо, периодически принося чай. Когда боль унялась, Алатус уснул на диване в гостиной, чуть не выронив из рук очередную кружку. Чжун Ли подхватил ее у самого пола и тихо поставил на стол. Сяо проспал до самого обеда. К его пробуждению Моракс приготовил бамбуковый суп. За обедом адепт не проронил ни слова и, когда Чжун Ли собрался нарушить нагнетающую тишину, он все-таки заговорил: — Я хотел еще раз извиниться. — Алатус, я не в обиде, — положив руку поверх ладони адепта, сказал Моракс. — Но всё-таки, я прошу тебя больше так не делать. И не потому, что это может мне навредить. Сяо поднял голову. Чжун Ли грустно улыбнулся. — Я беспокоюсь о тебе. Ты знаешь это: увидел своими глазами. Не хочу, чтобы тебе было больно. Ты несешь тяжёлый груз в виде кармы, я не допущу, чтобы тебя еще что-то тревожило. — Я не понимаю… — Адепт покачал головой. — Чем я заслужил это? Вашу заботу обо мне… Я не достоин ее. Чжун Ли вздохнул — улыбка пропала с лица. — Сяо. Ты больше, чем достоин. Ты днями напролёт защищаешь Ли Юэ, даже когда я разрешил этого не делать. Даже после моей отставки… — Я хочу, чтобы жители гавани жили спокойно, это не перестанет быть моим долгом. Только так я смогу оплатить вам за все, что вы сделали для меня. — Но ты совсем не заботишься о себе. — Вам не нужно переживать обо мне, Чжун Ли-дарен. — Сяо повысил голос. Он встал из-за стола, чтобы почувствовать себя уверенней. Моракс вздрогнул. — Я могу защитить себя. То, что происходит в вашем кошмаре, — всего лишь страх. — Ах, Сяо… Как же я боюсь, что это может стать реальностью. Я потерял многих, не могу потерять еще и тебя. — Я всегда буду рядом, милорд. — Алатус обогнул стол, приблизился к Чжун Ли. — Я не смог… Не смог защитить никого. Индариас, Меногиас, Бонанас, Босациус… Гуй Чжун. Все они погибли по моей вине. — Нет, — Сяо нахмурился, — в смерти кого-либо из них нет вашей вины. Они сами выбрали этот путь, и мой конец рано или поздно тоже придет. — Сяо… — Быть может, я сойду с ума или меня убьет карма, но я умру. В этом не будет вашей вины, потому что это давно предначертано. — Сяо… — Я приму это, и вы должны принять… — Алатус, послушай!.. — Чжун Ли повысил голос и встал из-за стола. Сяо пришлось поднять голову. — Если бы я погиб, ты винил бы себя в моей смерти? Не отвечай, я знаю ответ. — Милорд, вы сравниваете то, что сравнивать нельзя, — процедил Сяо. — Защищать вас — мой долг. Вы — житель Ли Юэ, а я поклялся защищать каждого из них. — Так же, как и я поклялся защищать каждого из вас… — Чжун Ли снова рухнул на стул и закрыл руками лицо. — Но я не смог… — Не бывает войны без потерь. — Теперь же Алатус встал на одно колено возле бывшего архонта. — На ваших плечах и так лежал непосильный груз, который вы несли с ровной спиной и высоко поднятой головой. Все погибшие отдали жизни, чтобы помочь вам построить мир, в котором мы живём сейчас. Сяо опустил голову, замерев в молчании, и не заметил, как Чжун Ли оказался на полу рядом с ним, заключив в объятия. — Спасибо, Сяо, — прошептал он, прижав голову адепта к своему плечу. — Мне нужны были эти слова. Спасибо, что всегда остаёшься рядом. Ты правда очень важен для меня. Алатус замер. Он не мог больше подобрать слов. Поэтому просто позволил себе расслабиться в объятиях и на несколько мгновений забыть о том, что Чжун Ли не его отец.
