В тот день расцветала вишня

      Курсед был в Польше уже больше месяца.Совместная жизнь с Юлей его не удручала, наоборот, помогала пережить столь болезненный разрыв, помогая немного забыть об этом.       — Ты опять нихуя не ел, че готовила то тогда, –слегка расстроенно произнесла девушка, пока Кир в очередной раз водил вилкой по завтраку. Ему и правда было стыдно, что он не может нормально есть то, что подруга готовит для него, но он просто привык к еде Серёжи, из-за чего вся остальная казалась пресной и невкусной. Да, он мог бы заставить себя снова есть чужую домашнюю стряпню, но он попросту не хотел.       — Да я всегда мало ем, чё ты, – попытался оправдаться парень, но Юля лишь одарила его неодобрительным взглядом.       — Пиздабол, мы в кафешке ужинаем каждый день и начинается, скупаешь каждую позицию в меню и вафельки на десерт, – фыркнула она, забирая тарелку.       Он лишь тяжело вздохнул. Кухонный стул скрипнул, как на плечи девушки упали руки, вскоре обнявшие её. Юля выдохнула, откидываясь на широкую грудь парня, она была значительно меньше него, что выглядело довольно привлекательно.       — Как будто с медведем обнимаюсь, – хмыкнула Шинджи, поднимая голову вверх, встречаясь с взглядом карих глаз.       Сердца обоих начали стучать чуть быстрее и громче, а она, перевернувшись, уложила на шею Кира руки, притягивая к себе. Они понимали, к чему всё идёт, да и все эти намёки, что подруга давала. Она прикрыла глаза, ожидая, как через несколько секунд её губы наконец накроют столь долго желанные, но тот остановился в последний момент, чуть сильнее сжав тонкую талию в своих руках. Внутри всё сжалось, наверное, он пока был не готов к новым отношениям в своей жизни, ведь где-то в глубине души он всё ещё питал тёплые чувства к Серёже, продолжая любить его больше жизни, но ощущения, что ему нужен был кто-то, кто поможет окончательно похоронить их и забыть о столь крепких и страстных отношениях продолжали заполнять его мысли. Готов ли он впустить в своё сердце кого-то, точно зная, что оно целиком и полностью принадлежит Акуме?       — Давай сегодня по городу прокатимся, а то заебалось дома сидеть, – предложила девушка, пока её талию отпустили, сжав кухонный гарнитур в своих пальцах, всё ещё ощущая как горят те места, где секунду назад касался Кир и как бьётся её сердце. Чувство лёгкого возбуждения вперемешку с приятным запахом от парня пересилили злость от того, что её лишили поцелуя.       Курсед был не сторонником куда-то выходить надолго, потому что был шанс что их заметят или сфотографируют вдвоём, из-за чего могут поползти слухи, но Юля была права, им стоило развеяться.       — Без б, но мне кажется там народу будет дохуя, – как-то обеспокоенно проговорил , провожая её взглядом в ванную. Стоило двери закрыться, как он сразу же упёрся руками в гарнитур, тяжело выдыхая. – Было близко... Очень.       Вызывать такси было бы глупо и дорого, поэтому ребята остановились на прокате машины.       — Всегда мечтала увидеть тебя за рулём, – улыбнулась девушка, осматривая сидящего на водительском кресле Курседа. От взгляда становилось как-то не по себе, а воспоминания то и дело возвращались к Акуме, который делал точно также, прожигая парня взглядом только увидев его на водительском сиденье.       — Ну, польская принцесса, куда бы ты хотела отправиться? – Кир подмигнул, смутив.       Худые пальцы ловко управлялись с рулём, поглаживая гладкую поверхность на каждом повороте. Юля то и дело кидала взгляд на чужие руки, чувствуя, как внутри разливается лёгкое чувство возбуждения, а в салоне авто становится чуть жарче. Они о чём-то болтали, но похоже уже давно потеряли нить разговора.       — Вот уёбок, – фыркнул Кир, резко переключая передачу и выводя машину в правую сторону, сжимая и выкручивая руль чуть ли не до упора. За пределами салона раздался долгий гудок, а остановившись на светофоре, парень опустил стекло, вступая в конфликт с поляком. Несмотря на то, что поляк не знал русского, а парень польского, они продолжали.       — Блять, понакупают прав, а потом с первого ряда в третий лезут, ты же, долбоёб, не мог на повороте додуматься, что тебе направо поворачивать, а мне прямо, ёбнутый ты, – он активно жестикулировал, продолжая объяснять подрезавшему его мужчине правила на русском, но громкие гудки сзади заставили отвлечься.       Рычаг коробки скоростей сразу же издал звук переключения передач, как машина сорвалась с места в ту же секунду, но гудки не прекратились       — В очко себе эти гудки запихайте! – рыкнул Кир, несколько раз надавив на руль, из-за чего от его машины тоже послышался громкий звук. Скорость на спидометре постепенно увеличивалась, пока автомобиль дрейфовал по полпустой трассе. Курсед уложил две руки на руль, продолжая давить на педаль газа.       — Кир, давай без хуйни, – слегка обеспокоенно проговорила Шинджи, вцепившись в ручку двери.       Она была полной противоположностью Акумы, который любил скорость. В голове всплывали моменты, когда они катались по ночному городу, а Серёжа высовывался из окна мустанга, который Кир тогда ещё не продал, что-то крича и ловя прохладный ветер длинными волосами, растрёпывающий и без того спутанные пряди. Тогда они не знали, куда на высокой скорости летит автомобиль, лишь слыша приятный рёв мотора и громкую любимую музыку. Стоило ненадолго отвлекаться от дороги, он ловил на себе взгляд безумно красивых карих глаз, в которых так и плескалась перемешанная с радостью любовь, а после, переключая передачу, машина разгонялась ещё сильнее под громкий радостный голос Акумы.       — Не ссы, не разобьёмся , – хмыкнул он, неожиданно выкручивая руль, слыша, как колёса издают неприятный скрипящий звук, оставляя на дороге чёрные полосы от протектора. На лице играла довольная улыбка, пока Юля, дрожа от страха, цеплялась за любые выступы салона, чувствуя, как ладони уже намокли.       Остальная часть поездки прошла более спокойно, Курсед разгонялся лишь для того, чтобы поиздеваться над девушкой, после выслушивая недовольства с её стороны. Они наслаждались приятными видами заснеженной Варшавы, когда в очередной раз посыпали большие хлопья снегопада. Шинджи открыла окна , вытягивая руки в длинных перчатках, пока на ткань ладони приземлялись снежинки, сразу же тая от тепла. Кир обратил на это внимание, засмотревшись на неё, почему-то сейчас она казалась ему довольной милой и он улыбнулся, что заставило Юлю обернуться. Карие глаза встретились с голубыми, пока за окном продолжал сыпать снег. Небольшая ладонь коснулась мужской на рычаге передач, проталкивая нежные пальцы под ту. Продолжая вглядываться в девушку, тяжело выдохнул, чувствуя, как сердце буквально замирает, а в памяти начинают яркими вспышками появляться воспоминания о Серёже. В голове что-то щёлкнуло и парень, резко схватив девушку за шею, прижал её к себе, запуская руку в её кудри с явным намерением поцеловать, но громкие гудки позади автомобиля привели его в чувства. В сердце неожиданно отдалась неприятно тянущая боль, а руки в ту же секунду вернулись на руль, пока колёса скрипнули, заставляя машину сорваться с места.       Путь до торгового центра прошёл в полной тишине. Им было неловко говорить друг с другом после всего случившегося за сегодня, а Кир был полностью погружён в свои мысли. Он устал постоянно сравнивать всех с Серёжей, но ни сердце, ни он сам не могли и дня прожить без него, что вызывало лишь стойкое ощущение привязанности и желание вернуться домой.       — Как бы я не пытался тебя заменить, ты незаменим, – вырвалось из чужих уст, но девушка всё равно не услышала, полностью завороженная видами из окна. Это и правда было отвратительное ощущение, да и то, что он впервые почувствовал к Юле что-то окончательно выбивало его из колеи. Правда ли это его чувства или всего лишь попытка навязать их себе, чтобы отказаться от любви к бывшему партнеру?       — Я с тобой в одну машину больше не сяду, слышишь? – возмущалась, пока они поднимались с подземного паркинга торгового центра. – Тебя Шумахер водить учил, или кто там из популярных гонщиков есть.       — Да лан, судя по виду тебе понравилось, просто выёбываешься, – хмыкнул парень, совсем забыв убрать волосы и надеть капюшон.       — Понравился мне только ты за рулём, а твой стиль вождения, да я его в гробу видала.       Похоже, она не совсем поняла, что сказала, но на первое Курсед промолчал, чувствуя, как внутри растекается какое-то приятное чувство.       — Ну, если бы я отпустил руль, то по факту в гробу, — послышался громкий смех, пока Юля, позлившись первые секунды, наконец поняла шутку.       Нужно было закупиться продуктами, да и девушка хотела забрать какие-то вещи. Они решили не разделяться, так как всё равно всё было по пути. Сейчас Кир стоял около брендового магазина женского нижнего белья, пока мимо него проходил огромный поток людей. В руках у него уже было пару пакетов с одеждой, а засмотревшись в телефон, он даже не заметил как в нескольких метрах от него остановилось несколько человек. Они, что-то пообсуждав, сделали пару фотографий, но подойти так и не решились, а вскоре и вовсе скрылись в огромной толпе.       — Ты бы патлы свои убрал, а то подумают , что мне великий дота рэпер трусы покупает, – хмыкнула Шинджи, легко коснувшись его волос, забирая пакеты, пока он быстро скрыл волосы под капюшоном, снова перехватывая вещи.       У Кира было стойкое ощущение, что его забывчивость точно к чему-то приведёт, но как только Юля чуть не упала на эскалаторе, зацепившись высоким каблуком за ступеньку, все мысли парня переключились на её состояние.       — Охуеть, они всё ещё существуют, — удивлённо проговорила девушка, заметив красивую фотобудку, сразу же потянув Курседа туда.       — Сори, Юль, я фоткаюсь только либо голый, либо за своими шторами, — он попытался отказаться, но Шинджи, неожиданно убрав волосы с его лица, подтянула к себе, целуя в щеку. На ней остался след от ярко-красной помады, а дальше фотографии пошли сами собой, из-за чего в конце на руках оказалась большая фотоплёнка с десятью фото в ряд.       — Ты тут такой смешной, — улыбнулась она, указывая длинным ногтем на довольно милую фотографию, где она как раз целует растерянного парня.       Он хотел послать её, но уголки губ неожиданно поднялись вверх, а после Кир прикрыл лицо ладонью, чувствуя небольшое смущение, пока с его стороны не послышались лишь сдержанные смешки.       Вечер был закончен удачно. Ребята провели очередной совместный стрим, девушка показывала свои покупки, пока Кир играл на фоне, а после, разделив бутылку белого вина, они пропустили как та самая фотография из торгового центра распространилась между фанатами не только Курседа, но и Акумы. Оставалось сложить только пару деталей, как ближе к ночи уже начали появляться первые видео о ссоре парней. Казалось бы, всего лишь одна фотография.

***

      В дверь раздался громкий и противный звонок, что заставило Серёжу вздрогнуть, а после сонно подняться, выходя к двери. Время было около десяти утра и спросонья он не вспомнил, чтобы кого-то сегодня ждал, но стоило ключу провернуться в замке, в нос сразу же ударил до боли знакомый запах, а глаза распахнулись в удивлении.       — Блять, я совсем забыл, что ты... – он не успел договорить, как в помещении шагнула высокая фигура, затащив парня в крепкие объятия. От парфюма голова немного закружилась, напоминая о том, что он пытался забыть.       Крепкие руки осторожно сомкнулись на чужой талии, а стоило ему окончательно проснуться, уткнулся носом в чёрный лонг через расстёгнутую куртку, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее, а почувствовав на макушке лёгкий поцелуй, лишь ещё крепче обнял стоящую перед собой фигуру.       — Я думал, ты меня даже на порог не пустишь, – улыбнулся парень, поправив длинные крашенные волосы.       — Совсем мозги проиграл, раз такую хуйню городишь, – хмыкнул Акума, наконец выбравшись из объятий, цепляясь взглядом за красные пряди. — Есть будешь? Не думаю, что в самолёте покормили хоть чем-то, кроме хлебных крошек.       — Говоришь, как моя мама. Буду, как я могу отказаться от тех шикарных блюд, что ты готовишь? Даже завидую Киру, который ест их каждое утро, —улыбнулся он, осмотрев как-то странно опустевшую квартиру.       — Мог просто сказать «да, буду», нет, опять распинаться начал, – довольно резко отреагировал Серёжа, стоило только гостю упомянуть Кира. В сердце сразу же его слова отдались тянущей болью, а руки сжали потрёпанное худи, отводя взгляд от красных длинных волос. — Никит, блять, мне тебя ещё долго ждать, пока ты там свои говнодавы снимешь? – недовольно протянул Акума, разогревая сковороду. Он и правда совсем забыл о том, что назначил Хоше встречу.       Никита, в свою очередь, лишь приподнял брови, не найдя в прихожей ни одной пары обуви Курседа. Это показалось ему странным, но где-то глубоко внутри поселилась надежда, что они наконец-то разъехались. Недовольный крик с кухни заставил его отвлечься, отправляясь мыть руки.       Ощущения от наполненной, будто бы родным голосом, кухни были довольно приятными, позволяя Серёже немного расслабиться и потерять то чувство давящего одиночества. Он был окружён до боли знакомым запахом и чужим теплом, пока парень нахваливал его еду, также, как это когда-то делал Кир.       — Ты всё ещё пользуешься его духами? – неожиданно поинтересовался Акума, чувствуя, как аромат проникает в каждый из его органов чувств, растекаясь внутри неприятным ощущением. — Мне нравится этот парфюм, – пожал плечами Хоше, видя, как друг стушевался. Он давно не был у парней, с тех самых пор как окончательно поссорился с Курседом и под это попал Акума, но отлично помнил большое количество фотографий и разбросанных чужих вещей, которых сейчас вообще не было. Это наталкивало его на мысль, что они и правда разъехались, но спрашивать об этом не хотелось, всё таки он прилетел именно к Серёже, а не к Курседу, так что его отсутствие в столь маленькой квартире было только на руку.       Парень по привычке потянулся за чужой тарелкой, но его тонких пальцев неожиданно коснулись чужие, что заставило его вздрогнуть. Акума почти никому не позволял касаться себя так, кроме Кира, но сейчас остался стоять на месте, лишь отводя взгляд. Никита погладил их, нежно ведя дальше, уверенно проникая под длинный рукав худи. Тело покрылось небольшими мурашками из-за прохладных рук парня, но он не стал его останавливать. Касания были так похожи на те, которые он жаждал каждую ночь и от которых его сердце начинало стучать в несколько сотен раз быстрее.       — Хватит страдать хуйнёй, – резко и довольно грубо оборвал Акума, вырвав свои руки из чужих. Несмотря на то, что всё здесь напоминало Кира и даже сама внешность Никиты, но это всё ещё был не тот, которого парень желает видеть и которому позволяет касаться себя так, как тому только взбредёт в голову. Он не понимал, почему он не может принять кого-то, кроме него, даже несмотря на то, что тело с горем пополам всё же отзывается. – Ты же стримить приехал, а не меня трахать, поэтому съеби с кухни и вали за комп, включать всю эту лабуду.       Хоше лишь хмыкнул, посчитав реакцию друга довольно забавной.       — Так легко подпускаешь меня к компу, а вдруг я там что-то найду и солью в сеть, – послышался тихий смешок из комнаты, пока Никита рассматривал её, до сих пор не находя многих вещей неприятеля, да и диван был сложен.       — Ага, мои фотки «Геленджик две тысячи пятнадцать» , это максимум, который ты можешь там найти, – в ответ посмеялся Акума. Несмотря на то, что ему было весело и хорошо от того, что ему больше не придётся проводить пару ночей в одиночестве лучше всё равно не становилось. Он отчётливо видел в Хоше лишь Курседа, что только доставляло проблем.       — Слышь, Аки, – стоило только Никите произнести это, на кухне сразу же послышался звук разбитого стекла. – Серёж?       Акуму никто так не называл, кроме Кира, поэтому услышать это от друга было неожиданно и очень неприятно, ведь в голове сейчас начал проскальзывать родной голос, то и дело повторяющий «Аки».       — Ещё раз меня так назовёшь, я тебя нахер из хаты вышвырну, «Акума» для кого придумано было? Для долбоёбов? – продолжил парень, сжимая дрожащими пальцами кухонный гарнитур. – Ты стрим запускаешь или хуйнёй опять занимаешься?       Из комнаты послышался лишь какой-то странный звук, а после и голос, сообщающий о начале стрима. Акума привёл себя в порядок, не замечая схватив под Курседа. Парень плюхнулся рядом с Хоше в большое компьютерное кресло, сразу переводя взгляд на камеру. Реакция на появление их вдвоём была неоднозначной, особенно после того, как он запустил трансляцию с Никитой в самый разгар расследования отношений между ним и Киром.       — Ребят, сами же совму хотели, а теперь спрашиваете, где Курсед,– хмыкнул Хоше, протягивая руку к поду, легко забирая его из чужих. Он снова специально коснулся пальцев парня, слегка сжав их, чувствуя, как дрогнула ладонь.       — Да бля, отпусти ты, – как-то смущённо протянул, забрав свою руку из сильной хватки.       Никита лишь улыбнулся, откидываясь на спинку второго кресла, которое раньше принадлежало Киру. Сейчас, в разгар всех событий с фотографией и тем, что парни больше не стримят вместе, у фанатов сложился пазл, из-за чего в чате была огромная куча вопросов об их ссоре, а Хоше начали сравнивать с Курседом, что раздражало обоих стримеров, но они пока что молчали, отвлекая зрителей.       — Бля, вы че как попугайчики, про какую ссору вы всё говорите? – похоже, Серёжа всё же не выдержал, решив ответить. —Если я не стримлю с ним, это значит что просто нет желания, или там, просто нет возможности. Не обязательно же сразу поссорились. Хуёрились, честно, ещё парочка таких вопросов и будете в бан отлетать, – он сделал пару затяжек, выдыхая большое количество пара, а после, когда Хоше неожиданно потянул его к себе, обняв за плечи, вздрогнул. — Ты че творишь?       — Успокаиваю твою подгоревшую задницу, а то покупка нового стула может влететь в копеечку, –хмыкнул он, незаметно вдыхая запах чужих волос.       Часть стрима прошла вполне хорошо. Зрителям нравились их совместные трансляции, потому что на них всегда происходило что-то смешное, что после можно было разобрать на нарезки или какие-то милые моменты. В голову Хоше неожиданна пришла идея, которую он сразу же претворил в жизнь, чем напугал Акуму. Тонкие пальцы с большим количеством колец резко оказались на щеке парня, а после плавно спустились на шею, слегка задевая ключицы из-за сильно открытого ворота худи.       — Ну, скриньте быстрее, пока мне руку не отгрызли, обещаю, все видосы под грустные песни с этим моментом пролайкаю, –даже после того, как огромное количество скринов и записей экрана было сделано, Хоше не убрал руку, дождавшись, пока Акума выйдет из ступора и сам отстраниться. – Вы там напишите ещё че-нить грустное, типа воссоединились там или Хошакумы канон. Или как это у вас там называется?       — Я же говорил вам, с этим ебанатом все стримы превращаются вот в это, – несмотря на то, что он так сказал, парень лишь натянул худи повыше, погладив места, где касался Никита. Они приятно покалывали и горели, пока он чувствовал, как щёки покрываются несильным румянцем, из-за чего он снова поспешил скрыться за густым паром.       Оба продолжали наблюдать в чате продолжающиеся вопросы про Курседа, но Акума старался не обращать внимания, пытаясь отвлечься на друга. Парни смотрели некоторые видео из своих рекомендаций ТикТока, что вызывало довольно бурную реакцию у зрителей, особенно когда им уже начали попадаться нарезки с их же стрима. Атмосфера постепенно начала налаживаться, становясь более весёлой. Многие из тех, кто сейчас сидят в онлайне замечали, что Акума часто улыбается и смеётся, что на последних стримах было очень редко.       — Захвати чего-нибудь попить, – крикнул Серёжа уходящему из комнаты Хоше, а взгляд упал на опустевшее кресло рядом, пока в памяти сразу же появились воспоминания о том, как тут раньше сидел Кир. Этот стул был его любимым, поэтому как-то на совместном стриме они даже в шутку поссорились из-за него, ведь Акума его занял, а сама проблема решилась тем, что парень просто сел к нему на колени, заставляя всё таки уступить место. Прохладная ладонь погладила мягкую обивку, аккуратно ведя пальцами ниже по спинке. Так задумался, что даже забыл о включённой камере.       — Совсем ёбнулся, – посмеялся Хоше, поставив еду на стол, обойдя Акуму сзади, неожиданно запуская пальцы в густые чёрные волосы, вытаскивая его из мыслей.       — А чё, кроме воды больше ничего не было что ли? – возмущённо протянул парень, но всё равно схватил бутылку, пока Никита продолжал играться с его волосами. Он делал это довольно аккуратно, поэтому Акума не стал препятствовать, но стоило ему неожиданно растрепать их, как по телу пробежались мурашки, вспоминая столь родные и нежные касания. —Ладно, всё, хватит там вшей искать, – дёрнулся, заставляя убрать руки.       — Но я ещё не всех нашёл, – расстроенно протянул Хоше, но всё равно вернулся на своё место, кинув быстрый взгляд на задумавшегося и какого-то слегка растерянного Серёжу.       Это состояние быстро прошло, стоило только Никите переключить его внимание. Трансляция продолжалась в хорошем темпе, с чатом состоялся довольно душевный разговор , пока у Акумы запускалась очередная игра для фона, а Хоше частенько перекидывался с ними какими-то шутками, подкалывая ими парня. Ему нравилось видеть улыбку на его лице и он делал всё, чтобы она не сходила на протяжении всего стрима, даже если для этого применялись максимально глупые способы.       «Дешёвая копия Курседа с алика, папа верни ориг» –пришёл довольно громкий донат на крупную сумму, который нельзя было проигнорировать.       Честно, парни даже не поняли, как на это нужно было реагировать. Стоило Акуме кинуть взгляд на сидящего рядом Никиту, он заметил, как тот сначала удивился, а после явно расстроился. Вся душевная атмосфера стрима разрушилась буквально одним донатом. Чат стал более пассивным, как и сами ребята.       — Спасибо, конечно, – неожиданно начал Акума, – Но я бы посоветовал купить тебе на эти деньги немного мозга, чтобы можно было думать.       Ответ был вполне логичный, да и зрители его поддержали, но кинув взгляд на Хоше, в парне ничего не поменялось. Трансляция оборвалась очень резко для всех, фанаты увидели лишь то, что Никита ушёл из кадра, а в глазах Акумы появилась паника после чего эфир был завершён.       — Эй, ты не останешься? – обеспокоенно спросил парень, бегая взглядом по быстро обувающемуся Хоше.       — Нет, сори, не хочу занимать место столь ахуенного Кира, – было видно, что тот донат очень сильно его задел, поэтому он и психанул сейчас.       — Не неси хуйни, давай щас из-за таких вот уходить ночью в мороз, у тебя тут ни хаты, нихера нет, – слова звучали неубедительно, ведь Хоше продолжил одеваться. Больше всего Акума не хотел оставаться один, особенно после такой неприятной ситуации, поэтому , схватившись пальцами за чужой лонгслив, Серёжа крепко обнял Никиту. – Если я скажу, что хочу, чтобы ты остался? Сегодня, завтра...       Договорить он не успел. Его сжали в крепких объятиях, запуская ладонь в волосы. Он был окружён запахом Курседа, что сыграло ключевую роль. Акума прижался сильнее, чувствуя, как от его макушку нежно трётся чужая щека. «Прости, Никит, прости, но... Я не смогу его забыть. Я такой долбоёб» – проносилось в голове, пока мягкие губы медленно начинали касаться его лица, оставляя лёгкие поцелуи, а руки на талии продолжали сжиматься. Серёжа утопал в этом до боли родном запахе, отбрасывая все свои мысли, поддаваясь секундному желанию.