Косвенные улики

— Ты был на месте преступления, Джувон. Хон Гёнтхэк позвонил в девять утра, Хан Джувон только приступил к завтраку. — Каком месте преступления? — Не отмазывайся. — Я делаю сэндвич себе на завтрак. В чем ты меня подозреваешь, Гёнтхэк? — На месте убийства Син Наён пару дней назад! — на сдавался его бывший напарник. — Я долго думал, но пришел к выводу, что кроме тебя некому. — С чего ты это взял? Хон Гёнтхэк никогда не отличался сообразительностью, но это было чересчур даже для его недалекого напарника. — Ты не отрицаешь, что знаком с Син Наён? — Допустим, — Хан Джувон откусил сэндвич. — Допустим, я впервые от тебя услышал ее имя. Могу я узнать, кто это? — Джувон, врешь ты все так же плохо. Син Наён — проститутка, которая приставала к тебе у клуба и дружила с Пак Дауль. Мы вместе осматривали ее тело в доках. Не хочешь ничего мне рассказать? — Из доков я сразу поехал домой. Тебе прислать запись с моего домофона в тот день, раз не веришь? На записи было бы прекрасно видно, во сколько вернулся Ли Донсик, но Хан Джувон об этом умолчал. Да и не стал бы посылать ее целиком. — Странно. Инспектор Лим клялся, что видел удаляющуюся фигуру. — Вместо того, чтобы посмотреть по камерам наблюдения, ты спустя два дня звонишь и обвиняешь своего бывшего напарника? Чего сразу не позвонил? Или не арестовал, раз уверен? Впервые Хан Джувон задумался, выглядели ли его теории в Маняне несколько лет назад настолько бестолковыми. Или Хон Гёнтхэк был неисправимым идиотом? — Мы рассматривали версию с ограблением, но зашли в тупик. А камеры наблюдения не охватывают пожарную лестницу. — Мы же решили, что это твое расследование. С чего ты обо мне вспомнил? — В ее комнате мы на нескольких фотографиях нашли твое дорогой Пак Дауль, — забросил удочку Хон Гёнтхэк. — Подумал, тебе будет интересно приехать в участок и на них взглянуть. — Если убийства Пак Дауль и Син Наён связаны, уверен, ты успешно их раскроешь. Это твой шанс проявить себя! — Ты их уже видел? — восторжествовал Хон Гёнтхэк. — Иначе бы точно согласился приехать! Джувон, мы ведь были напарниками. — В том, что мертвая девушка из доков и Пак Дауль дружили нет ничего удивительного. Она сама мне рассказывала при жизни. Если хочешь совет, то пробей всех, кто изображен на фотографиях, клиентов и друзей Син Наён. — Мы могли бы поймать его вместе. Как раньше. Почему ты отказываешься? Настойчивое желание Хон Гёнтхэка втянуть Хан Джувона в свое расследование поражало. Неужели он действительно настолько низко оценивал свои способности раскрыть дело? — Ты всегда пытался от меня избавиться, — напомнил Хан Джувон. — Тебе не нравилось во мне абсолютно ничего, кроме премий за успешно раскрытые дела. Что за ностальгия? — Ты ведь поручился за меня перед шефом Кимом. Я хотел тебе помочь вернуться в полицию Сеула! — Я не буду с тобой больше работать, Хон Гёнтхэк. Наш тандем сразу был обречен на провал. Ищи убийцу Син Наён сам. Вышло неожиданно резко. Вероятно, из-за того, что Хон Гёнтхэк начал разговор с нелепых обвинений. Жаль. В прошлый раз расстались они неплохо. — Надеюсь твой напарник хотя бы хорошо тебя трахает, Джувон! — ядовито выплюнул Хон Гёнтхэк. — В его-то возрасте! Хан Джувон услышал позади шаги и обернулся. Ли Донсик стоял рядом в полотенце — только вышел из душа. — Какая жалость, что он повесил трубку раньше, чем я из ванной дошел до кухни, — поцокал языком Ли Донсик. — Я столько интересного мог ему рассказать. — Хон Гёнтхэк компенсирует низкие аналитические навыки подколками. — Но тут он прав. Мы спали с тобой, — Ли Донсик сделал шаг и положил руку на спинку стула, на котором сидел Хан Джувон. Лицо он не вытер, на ресницах и на подбородке остались мелкие капельки воды. — И как тебе? Хотел бы повторить? Из-за того, что Хан Джувон сидел на стуле, Ли Донсик впервые был намного выше. — Не буду обсуждать это, когда ты в одном полотенце. — Мне его снять? — на губах Ли Донсика играла хитрая улыбка. Руки, как фокусник, он скрестил на груди. — Или в моем возрасте, если сразу после душа разложить кого-то на столе, и удар может хватить? — Это самый ужасный подкат в истории, — Хан Джувон руками закрыл лицо. — Никто не ебется в девять утра, Донсик. Люди обычно в это время работают, а не выходят в полотенце из душа. — Помню, как-то раз ты приставал ко мне еще до будильника, Джувон. И восьми-то не было. Из-за тебя я опоздал на работу. Что изменилось? — Кто-то из полиции видел тебя в квартире Син Наён. Хон Гёнтхэк решил, что это был я. Ли Донсик наклонил голову набок и непроизвольно тряхнул волосами. Чистая футболка Хан Джувона теперь вся была в мокрых пятнах. — Если они перепутали меня с тобой, то либо пора проводить у сеульских полицейских проверку зрения, либо ни черта они не видели. — Из-за этого Хон Гёнтхэк решил, что я в курсе, кто ее убил. — Жаль это признавать, но твой бывший напарник опять сделал верный вывод, — протянул Ли Донсик. — Не такой он и тупой, как ты говорил. Глядишь, и правда, найдет убийцу Син Наён, пока мы заняты расследованием дела Пак Дауль. — А мы заняты расследованием дела Пак Дауль? Хан Джувон больше бы занят завтраком и попытками смотреть Ли Донсике прямо в глаза. Больше никуда. — Хочешь отдохнуть и развеяться? Тогда пошли сегодня вечером в клуб. Напьемся, потанцуем, снимем кого-нибудь и развлечемся втроем? — Чего? — оторопел Хан Джувон. — Если тебе так хочется с кем-то поебаться, езжай без меня! — Ревнуешь? — спросил Ли Донсик. — Я вспомнил, что знаю один подходящий притон в Итэвоне. Сколько ты можешь выпить прежде, чем нажрешься? — Не пойду я с тобой в притон. И пить там не буду. — Джувон, — Ли Донсик пальцем провел по его скуле. — Я придумал, как нам выйти на адвоката Ли. — Вряд ли он проводит время в сомнительных ночных клубах. — В клубы ходят девушки, которые зовут на помощь, если их зажимают в приватной кабинке злые полицейские вроде нас с тобой. Ты забыл, как мы раньше с тобой развлекались в допросной? — Скорее, девушки зовут вышибалу, чем звонят адвокату. Или дают по яйцам нахалам вроде тебя. — Но ты ведь много занимался делами нелегальных мигранток проституток, — подмигнул Ли Донсик. — Выбери мне какую-нибудь покрасивее! Чтобы не походила на мою мертвую сестру. Ли Донсик явно издевался, но Хан Джувону давно настолько не хотелось его чем-нибудь треснуть. *** На этот раз Хан Джувон прекрасно подготовился: он придумал легенду и заставил Ли Донсика ее выучить, он специально подобрал им одежду — не слишком дешевую, но и не слишком вызывающую. Он нашел список и состав коктейлей, которые подавали в этом сомнительном клуб, чтобы не отравиться и не нажраться в хлам. Он запретил Ли Донсику пить что-либо, куда легко подсыпать наркотики. Он рассчитал бюджет — если сразу сорить деньгами, это привлечет излишнее внимание, а если экономить — к ним так за вечер никто не подойдет. Ли Донсик посмеивался, но со всем соглашался. Да, Джувон. Конечно, Джувон. Все, как ты скажешь, Джувон! Прекрасная идея! Их без единого вопроса пропустили на входе, когда слегка прихрамывавший Ли Донсик шепнул что-то охраннику, подмигнул и облапал задницу Хан Джувона в узких джинсах. — Говорил же, зря волновался, — безмятежно произнес Ли Донсик. Руку он убрал явно нехотя, когда они из гардероба дрейфовали к бару. — В охрану берут простых парней, сложные легенды все только портят. — И что ты ему сказал? — Важнее, что он увидел. — Это не гей-клуб, — возразил Хан Джувон. — Тебе не обязательно было распускать руки. — Ты не видел, как я распускаю руки! — хмыкнул Ли Донсик и приобнял его за шею. — Хотя… все ты видел. Помню, тебе нравилось! — Так ты всех девушек распугаешь, — увернулся Хан Джувон. — Мы на работе. — В этом заключалась твоя ошибка в прошлый раз. Ты выглядел не как обычный посетитель, а как большая проблема. Охранники не любят проблемы! Я не люблю проблемы! Никто не любит проблемы! Ли Донсик — ходячая проблема — стоял прямо перед ним и выпендривался тем, что Хан Джувон провалил внедрение в ночной клуб, а Ли Донсик легко в Итэвоне сошел за своего. — Меня шатало с похмелья. — Зачем ты совал им под нос свое удостоверение? — Это было ошибкой, — признал Хан Джувон. — Ты его знаешь? Охранника? — Нет, я выглядел, как человек, готовый пропить здесь последние деньги, а также совесть и стыд. — Если бы я работал охранником, то фейс-контроль ты бы не прошел. — Точно. Решил бы, что я серийный убийца, который знакомится с девушками в клубах и разрезает на части. Не сомневался в тебе, Джувон. На танцполе врубили музыку, они еще спускались по лестнице, но уже отсюда она била по ушам. Хан Джувон поморщился в предчувствии расплаты в виде головной боли. — Чего ты хмуришься? — пользуясь тем, что идет на пару ступенек позади, Ли Донсик протянул руку и растрепал ему волосы. — Мы же пришли ве-се-лить-ся! Давай классно оттянемся! — Сейчас никто не говорит “классно оттянемся”, — поправил Хан Джувон. — Тогда за тобой бар, а за мной — танцпол, — с этими словами Ли Донсик обогнул его и проворно исчез в полумраке. Темнота сменилась вспышками — слишком яркими В большинстве современных клубов отказались от имитаций дешевых фейерверков, здесь же все было придумано, чтобы спровоцировать эпилептический приступ. Обычно танцпол отделял от бара небольшой проход, где потоки людей разделялись, здесь стены были слишком тесными, а людей — слишком много. Музыка пыталась то ли взорвать мозг своей примитивной глупостью, то ли уничтожить барабанные перепонки. Пока Хан Джувон добрался до бара, то десять раз досчитал до десяти. Несколько раз его случайно толкали и хватали за одежду, стремясь втянуть в танец. Помня о своей миссии, Хан Джувон сначала приглядывался к ним и только потом отказывал. — Повтори еще раз! — крикнула ему бариста. На третий раз Хан Джувон сдался и молча ткнул пальцем в меню. Не спрашивая его мнения, в коктейль бросили шесть кубиков льда. Это пришлось кстати. На задании Хан Джувон ничего не имел против разбавленного алкоголя — когда лед растает, легче будет растягивать его, не заказывая новый напиток. Он специально сел спиной к барной стойке, чтобы еще раз рассмотреть тех, кто тянул его на танцпол, но девушки уже нашли себе новых партнеров. Похоже, они не имели на него видов, а просто искали, с кем потанцевать. Публика у бара подобралась скучная — девушек было несколько, но все пришли со своей парой. Оживилась картина только, когда кто-то предложил сыграть в маджонг. Под него заняли дальний столик. Хан Джувон не стал к ним подходить. На мгновение среди игравших ему почудилась Ли Ганджа, но наваждение быстро развеялось. Та женщина была не сильно моложе и пришла с парнем лет двадцати: то ли сыном, то ли любовником. Ли Донсик явно знал, что так будет, поэтому сразу сбежал веселиться. Когда Хан Джувон последний раз получал удовольствие от клубов? В колледже он всегда ходил за компанию, в попытке поддерживать необязательные социальные связи, во время работы в отделе розыска пропавших женщин и детей — искал кого-то конкретного. Ли Донсик растворился в толпе. В ожидании время тянулось мучительно медленно. Хан Джувон цедил коктейль сквозь зубы, не чувствуя привкус алкоголя. Может, кто-нибудь из нелегалок подкатит к нему, видя, насколько ему одиноко? Или их напугала его холодность? Какая тогда стратегия была бы верной — прямо на входе кого-нибудь засосать? Когда свет прожектора попал на Ли Донсика, Хан Джувон подавился кусочком льда, который катал под языком. Он ждал, что Ли Донсик будет выпендриваться, провоцировать. Вести себя развязно и охранник выведет его из клуба. Ли Донсик плясал лихо, как немолодой щеголь на сельской свадьбе. Весело кружил незнакомую девушку, высоко вскидывал руки и ноги. Не думал о том, насколько это уместно не в Маняне, где все друг друга знали, а в большом городе. Танцевали ли так на сельских дискотеках, когда Ли Донсика еще пускали на танцы? Хан Джувон был взбудоражен. Озадачен. Заворожен тем, как легко небольшое движение передается по всему телу. Как человек, хромавший на входе, может так выгибаться. — Скучаешь? — ее голос Хан Джувон услышал не сразу, хотя столик был маленький и девушка подсела к нему почти вплотную. — Хочешь потанцевать? — Я не умею, — на автомате отмахнулся Хан Джувон и мысленно отвесил себе оплеуху. Она же проявила к нему интерес. Вдруг хотела что-нибудь предложить? — Хочешь присоединиться к своему другу? — она взглядом показала на Ли Донсика. — Он смешной. — Другу? — Я стояла за вами на очереди на входе. Решила, что вы парочка. — А, люди часто так думают. Мы давно работаем вместе, — легенда сейчас легко всплывала в голове. — У него шутки дурацкие. — Мне нравится, как твой друг танцует, — сказала девушка. — Познакомишь? Из всех женщин в баре к Хан Джувону пристала именно та, что хотела подкатить к Ли Донсику. Его не привлекали женщины, но это уязвило. — Я даже не знаю, как тебя зовут. — Пай Ин. Закажешь мне пока что-нибудь выпить? Знакомиться она желала с Ли Донсиком, но выпивку выпрашивала у Хан Джувона? Подозрительно. — Пай Ин — красивое имя. Я Нам Джувон, — представился Хан Джувон. — Откуда ты? — Отовсюду, — девушка носком туфель под столом задела его коленку. — Угостишь, молодой господин Нам? — Выбирай, что нравится, — сдался Хан Джувон и протянул кредитку. Эта кредитка прекрасно подходила для злачных мест — с большим лимитом на снятие. Потерять ее было не страшно. Заблокировать — легко. — Что обычно пьет твой друг? — Макколи. Он из деревни. — Неужели ты пытаешься переубедить меня с ним знакомиться? — она сначала потянула кредитку в рот, прикусила, а потом смутилась и вытащила. — Мне тоже, что у красивого молодого господина. Для барной разводилы в дешевой забегаловке Пай Ин была неплоха. — Когда в напиток кладут столько льда — всегда обманывают, — с таким укором предложила Пай Ин, словно не развела сама Хан Джувона на выпивку. — Будь аккуратнее, молодой господин Нам. И не доверяй чужим людям. Я тебе нравлюсь? — Мне скучно, — попробовал Хан Джувон. — Развлеки меня. Я заплачу. Пай Ин крепко задумалась. — Боюсь в одиночку у меня не выйдет, неулыбчивый молодой господин. Вот если бы… Если задержать сразу двух проституток-нелегалок, то шансы выйти на адвоката Ли вырастут. Вот только нуждалась ли Пай Ин в его помощи? Держалась она уверенно. Работала на заведение? Вон уже предлагала Хан Джувона позвать повеселиться еще и свою подругу. Может, попробовать ее расспросить? Вдруг она сама все расскажет? — Если бы твой друг к нам присоединился, это бы тебя точно развеселило. — Он старый и у него нет денег, — сказал Хан Джувон. — Зачем он тебе сдался? — Деньги есть у тебя, — Пай Ин повела плечиком, у нее вдруг прорезался легкий акцент. — Мне неважно, кто платить. Главное, всем хорошо. — Мне еще и платить за то, что ты с ним переспишь? — Ты можешь смотреть, — Пай Ин сделала глоток через трубочку. — Или не только смотреть. Ты очень загадочный, господин Нам. Ты платить, Пай Ин делать, что хочешь. Возможно, Пай Ин изображала акцент — сначала-то она нормально разговаривала! Только речь зашла о сексе за деньги, она постаралась выглядеть проще, чем есть. — Я могу вернуть твоего друга с танцпола, — предложила Пай Ин. — Бесплатно! Ты пока думать. Забрать Ли Донсика с танцпола было равноценно тому, что пытаться на оживленном проспекте ловить сбежавшую курицу. Одна бестолковая возня. За крайним столиком азартно резались в маджонг. Не мог адвокат Ли любить играть в маджонг? Это упростило бы жизнь Хан Джувона! Никаких баров, девушек, танцев с близким контактом. Никакого Ли Донсика — короля сельского диско. Кто учил его танцевать? О Чжихва? Нет, у нее был стиль. Она не поднимала руки в нелепых движениях, а двигалась плавно, перетекая из стойки в стойку. Понадобилось три невероятно глупых песни, чтобы Пай Ин уломала Ли Донсика двинуться к бару. — Твой друг скучать! — укорила Ли Донсика Пай Ин. — Мы идем веселиться? — Красивая, — Ли Донсик похлопал Хан Джувона по плечу. — Хотя не такая, как Ли Юён. — Его жена? — спросила Пай Ин “понимающим” тоном. — Это его покойная сестра. — О. Больше по дороге до приватной комнаты Пай Ин ничего не спрашивала. Их пропустили туда без лишних вопросов. На лестнице Пай Ин взяла у другой девушки ключ. Не раздеваясь, Пай Ин плюхнулась на большую кровать и жестами поманила их обоих себе. — Как тебе нравится, молодой господин? — Ему нравится смотреть, — ответил за него Ли Донсик. Хан Джувон сел на стул на противоположном конце комнаты и скрестил демонстративно руки, словно наблюдатель на допросе. — О, я угадала! — Пай Ин выступила из платья. — Я ему предлагала, но он застеснялся признаться. А тебе, красавчик? — Мне нравится связывать девушек и резать их, — с маньячной улыбкой заявил Ли Донсик. — Чтобы они сопротивлялись. — Резать нельзя, — покачала головой Пай Ин и расстегнула бусы на шее. — Связывать можно. Быть грубый можно, но дорого. — Он платит. Его отец оставил ему миллионы, — небрежно бросил Ли Донсик. — Ты хорошая актриса? — Я притворяться, что сопротивляться, — заверила его Пай Ин. — Чего хочешь — все притворяться. Не по-настоящему! По-настоящему — кричать. Хан Джувон покачивался на стуле и старался на смотреть на то, как Ли Донсик расстегивает рубашку. Как назло, он медлил, словно это ему здесь платили за секс. К каким выводам пришел бы Хан Джувон, узрев подобную сцену в Маняне? Что Ли Донсик убил Ли Гымхва из-за сексуальных желаний? Что он представлял на ее месте свою мертвую сестру? Или Хан Джувон представлял бы на ее месте себя? Сейчас он был не уверен. Особенно в том, что они собираются дальше делать. Донсику ведь нравились женщины? Они не были официально на службе. Ничто не останавливало его от случайного секса в клубе. Ли Донсик был достаточно беспринципным, чтобы переспать с ней прямо на глазах Хан Джувона, а потом ее допрашивать. Они ведь ничем не были друг другу не обязаны. Даже не встречались. Просто спали в одной постели и морочили друг другу головы. Секс за деньги был гораздо проще и циничнее. Он не оставлял никаких иллюзий. Пока Хан Джувон терзался, Пай Ин успела раздеться до нижнего белья. Ли Донсик связал ее тем самым платьем, в котором она пришла, и ремнем для брюк. Вышло четко. Быстро. Рационально. Совсем не похоже на Ли Донсика. Когда он по-настоящему вовлекался в процесс, что-то всегда шло не по плану. Что не так? Не застеснялся же он вдруг Хан Джувона? — Что-то еще, мой господин? — Пока помолчи, — приказал Ли Донсик и добавил, когда поясом платья завязал ей глаза: — И не подглядывай. Ли Донсик поманил его к себе и Хан Джувон наклонился, решив, что Донсик хочет обсудить план допроса. Это было ошибкой. Ли Донсик схватил его за запястье, усадил к себе на колени и страстно поцеловал. В поисках равновесия Хан Джувону обхватил его ногами. Ли Донсик что-то восторженно и бессвязно промычал, не переставая целовать. Последний раз таким напористым он был, когда Хан Джувон нашел его тайник с тюремным порно. И все из-за связанной девицы? Из-за того, что они в клубе? Хан Джувон открыл глаза, чтобы понять следит за ней Ли Донсик или нет. Его заводил секс при свидетелях? Ли Донсик взял его голову в ладони, притянул к себе еще ближе и прошептал на ухо: — Не могу переключиться. Крышу рвет от того, как ты ревнуешь. И эти узкие джинсы, ох, блядь! Лицо Хан Джувона выражало осуждение и недоумение. Ревнуют те, кто состоит в отношениях! А они ехали крышей и иногда спали вместе. Чисто чтобы скоротать время. Рука Ли Донсика легла на выпирающую ширинку. Джинсы по столичной моде сшили очень узкими. Возбуждение накатывало болезненной волной. Голова кружилась — Хан Джувон не успел восстановить дыхание после того, как они самозабвенно целовались. Ли Донсик повалил его на кровать и быстро расстегнул молнию на джинсах. Кончиками пальцев проследил выступающую тазовую косточку. Связанная Пай Ин смирно сидела на противоположном конце кровати и улыбалась. Вероятно, радовалась тому, как легко и без труда деньги идут в карман. Слава богу, что молчала — комментариев Хан Джувон бы не вынес. — Что-то подсказать? Слух у нее был хороший. Хотя трудно было не догадаться, что происходит. Пряжка ремня зазвенела, когда Ли Донсик ее с энтузиазмом вытаскивал. — Помолчать — хорошо выходило. М-м-м? Хан Джувона разрывало между тем, что ему ужасно хотелось, чтобы Ли Донсик продолжил ему отсасывать, и тем, что он не страдал эксгибиционизмом. Ему дико было устраивать шоу для посторонних. Безумием было то, что Хан Джувон в принципе попал в подобную ситуацию! Не мог Ли Донсик отсосать ему дома, в постели, никого при этом не принуждая и не связывая? И не ставя в неловкое положение! А если Пай Ин кому-то расскажет? А если в этой “приватной” комнате стоят камеры? Впрочем, об этом стоило подумать, когда они собрались допрашивать Пай Ин. — Дон-си-и-ик! — выдохнул Хан Джувон и рукой сжал простынь. — М… “Мы не за этим здесь”, — собирался напомнить Хан Джувон, но это было слишком сложно. Самые отвратительные картины, что он пытался себе представить — включая труп Син Наён в доках — не расхолаживали. — Давай по-быстрому, — Ли Донсик ненадолго перестал языком водить по стволу, посасывая. — Чтобы потом не отвлекаться. Хан Джувон воспользовался паузой, чтобы щелкнуть Ли Донсика по щеке и спихнуть на бок. Часто дыша, Хан Джувон сел на пятки, стояк при этом едва не упирался в живот. Джинсы еще сильнее впивались во вспотевшее тело. Особенно сзади — расстегнуть их не помогло. Ли Донсик выглядел обескураженным. Добившись желаемого, Хан Джувон не знал, что с этим делать. Возбуждение никуда не девалось. Ли Донсик был прав — проще разобраться по-быстрому и сделать вид, что ничего не было. — Давай сяду к тебе на колени? — предложил Хан Джувон. Этот вариант был самый простой. Почему Ли Донсик вечно отклонялся от первоначального плана? — Не целуй меня. Отвлекает. Поцелуи, как и минет, Хан Джувон не намерен был демонстрировать посторонним. Это было для спальни, а не сомнительных мест. — Если бы ты попросил сейчас, — на ухо пробормотал ему Ли Донсик. — Я бы тебя трахнул, Джувон! — Ты только обещаешь и никогда не делаешь, — прошептал Хан Джувон и взял в руку оба их члена. — Старикам это свойственно. Хоть кто-то из них должен был сохранять хладнокровие. Если не целоваться, не касаться друг друга каждое мгновение, легче было представить, что они познакомились или сблизились в клубе, под воздействием алкоголя и громкой музыки. Что это ни к чему не обязывает. Мимолетный секс, где не понадобилось доставать резинку. Монотонные движения рукой. Ничего интересного. Хан Джувон все это послушно себе представил, но несмотря на это, на спешку, на дурацкую обстановку и связанную постороннюю девушку, с Ли Донсиком было хорошо. Как бывает хорошо только с тем, в кого ты безумно влюблен. Под конец Хан Джувон быстро поцеловал Ли Донсика в губы, ребром ладони вытер их, достал влажные салфетки и принялся поправлять одежду. Пай Ин притихла не дыша. Хан Джувон обеспокоился. Может быть, они действительно ее убили? Или она сбежала? Он повернул голову. — И что теперь? — повязка у Пай Ин съехала и закрывала только один глаз. Она посмотрела на Хан Джувона. — Молодой господин, ты зря отказался от его предложения. Или правда не любишь, когда тебе отсасывают? Ли Донсик тоже успел поправить одежду и застегнул джинсы. — Теперь мы займемся твоими поддельным айди, — в голосе Ли Донсика звучало веселье. — Ты ведь в Корее незаконно. — Что? — захлопали ресницами Пай Ин. Если бы они устроили оргию до утра, она удивилась бы меньше. — Вы… вы совсем не похожи на офицеров при исполнении! — Мы не похожи? — с нарочитым удивлением переспросил Ли Донсик. — Никто мне такого раньше не говорил. Всегда считал себя образцом идеальной службы. У меня и грамота есть! — Мы с офицером Ли при исполнении, — поддержал его Хан Джувон. — Просто давно работаем вместе. — Ты спишь с ним, а притворялся, что драматично по нему сохнешь! Думаете, я не заметила, что вы явно не в первый раз ломаете эту комедию? — Я с ним сплю, — согласился Хан Джувон. После секса он до сих пор пребывал в легкой эйфории. — Знаешь, что мы еще хорошо делаем вместе? Арестовываем нелегальных мигранток вроде тебя! — Не пугай ее, — решил сыграть роль доброго полицейского Ли Донсик. — Хорошо же потрахались. — И в чем тут ее заслуга? — Хан Джувон приподнял бровь. — Сидела и не отсвечивала? — Вы решили съехать и мне не платить? — догадалась Пай Ин. — Охранник — мой друг. Он вас так отделает, что мама не узнает! — Если нам не удастся установить твою настоящую личность и у тебя нет легальных документов, подтверждающих право пребывания в Корее… — Хан Джувон сделал паузу. — У нас для тебя плохие новости. — В изоляторе тебе придется ждать завтрака, — кивнул Ли Донсик. — Ночью не кормят. Я проверял. — На твоем месте я бы позвонил кому-нибудь, кто поможет тебе с документами. Маме, подруге, адвокату, — закончил Хан Джувон. — Кому-нибудь, кто войдет в твое положение. Одолжить телефон? *** — Если вы искали со мной встречи, необязательно было запугивать мою клиентку, — покачал головой адвокат Ли. — Тем более, раздевать и связывать ее! — Она рьяно предлагала нам свои услуги, и мой напарник предложил ее связать до вашего прихода, — соврал Ли Донсик. — Для ее же безопасности! Чтобы к нам потом не возникало вопросов. — Вы интересный человек, адвокат Ли, — улыбнулся Хан Джувон. — Когда я последний раз по наводке товарища пытался вас найти, то угодил в больницу. — Молодежь часто не следит за здоровьем и перерабатывает, — кивнул адвокат Ли. — Вам следовало беречь себя, детектив. — Наркоман в переулке бросился на меня с ножом. Потом он извинился и заявил, что ошибся, но сейчас… я не уверен. — После того, что мы узнали о связах и образе жизни вашей дочери, — безжалостно подыграл ему Ли Донсик. — Такой уважаемый человек и такая некрасивая история, ай-ай-ай. Ли Донсик способен был привести в ярость святого. — Как вы смеете такое говорить?! Чтоб собаки сожрали твой поганый язык. Я бы никогда не стал связываться с этими подонками или помогать им! Не после того, что они сделали с Мэй-Мэй. Адвокат Ли был плюгавым старичком в очках. Гораздо ниже Ли Донсика. Сейчас его глаза покраснели, а на лбу вздулись вены, словно у бога боевых искусств. — Разве ваша дочь не умерла от передозировки? — с удивлением в голосе спросил Ли Донсик. — Что же вы совсем ее не воспитывали? — Прекратите оскорблять ее память! — Вы стыдитесь ее? Наверное, она пошла в вашу покойную жену. Или мать бросила ее сразу после роддома? Если бы Хан Джувону было с кем спорить, он бы поставил на то, что Донсику сейчас врежут. — Ее мать на моих глазах сбила машина, когда Мэй-Мэй была малышкой! Как вам не стыдно! Адвокат Ли был слишком интеллигентным человеком, чтобы опускаться до мордобоя. Хан Джувон позавидовал его выдержке. Если бы кто-то в таком тоне рассуждал про его умершую в психушке мать, которой он почти не знал, он бы точно ему врезал. — Так как умерла ваша дочь, адвокат Ли? — спросил Хан Джувон. — Если вы знаете, кто это сделал, возможно, мы можем помочь. — Пять лет с тех пор прошло. Даже я понимаю, что никто не станет переоткрывать старое дело. Чего вы от меня хотите? — Я переоткрыл и успешно расследовал дело двадцатилетней давности, — похвастался Хан Джувон. — Почему вы не доверяете полиции? — Если бы у вас было действующее удостоверение или ордер, вы бы мне его уже показали. Так понимаю, это неофициальное расследование? — Инспектор Хан дело говорит, — кивнул Ли Донсик. — Пять лет. Десять лет. Если копать достаточно глубоко, можно добиться справедливости. — А, я вас знаю. Мой коллега защищал вас в суде. Вы тот самый сельский полицейский, что подбросил на место преступления отрезанные пальцы. Неудивительно, что в вас нет ни капли уважения к мертвым! Господин Ли был прекрасным адвокатом обвинения. Этот раунд, очевидно, выиграл не Донсик. — То дело давно закрыто, — сказал Хан Джувон. — Вы встречались с подругами вашей дочери? — Что бы обо мне подумали клиенты, если бы встречался с девушкой, годящейся мне в дочери?! — адвокат Ли неодобрительно посмотрел на Ли Донсика. Хан Джувон задумался, сколько Пай Ин ему рассказала. — Тем более, вы явно в курсе, чем моя дочь занималась. — Вы не помогли ей тогда, — хмыкнул Ли Донсик, который никогда легко не сдавался. — И теперь пытаетесь загладить вину? Вытаскиваете девиц из притонов, делаете им документы, приезжаете, когда они зовут на помощь. Хан Джувон подумал, что адвокат Ли и Ли Донсик еще долго могут состязаться в том, кто больнее ударит, а клуб закроется через пару часов. Он пошарил в кармане и достал фотографию. — Возможно, вашей дочери мы не поможем, но ее нашли мертвой в доках на прошлой неделе. — Хан Джувон показал на Син Наён. —Вы что-то о ней знаете? — Я не помню всех подруг Мэй-Мэй. Впервые ее вижу. — Ну да, она страшненькая, — кивнул Ли Донсик и ткнул пальцем в Пак Дауль. — Я бы на вашем месте, адвокат Ли, с этой встречался. Не стоит стесняться. Я тоже люблю помоложе! Теперь Хан Джувону хотелось ему врезать — настолько похабная была у Ли Донсика рожа. — Ее зовут Пак Дауль, — сказал Хан Джувон, следя за реакции. — Вы обещали ей, что заберете ее дочь, Пак Ёнсук, из Маняна. — Не слышал о ней. — Если бы ваша дочь, Ли Мэй, залетела от своего первого наркомана-ухажера, сколько бы сейчас было вашей внучке? — спросил Ли Донсик. — Наверное, столько же, как Пак Ёнсук. Адвокат Ли нахмурился. — Меня, что, сдал этот мерзавец, О Сонхван? Рука Хан Джувона потянулась к пистолету, но из-за того, что они пошли в ночной клуб, то не взяли с собой оружие. Ли Донсик взял со стола нож для нарезания фруктов и задумчиво покрутил его в руке. — Я спас О Сонхвану жизнь в тюрьме. Как думаете, адвокат Ли, много мне он о вас рассказал? — Я видел Пак Ёнсук только один раз — на фотографии. — Не смотрите телевизор, не читаете новости? — спросил Ли Донсик. — Думал, в вашей профессии без этого никуда. — Так вы знали Пак Дауль? — Хан Джувон смотрел ему прямо в глаза, надеясь понять, о чем он думает. — Винили ее в том, что ваша дочь попала в плохую компанию? Адвокат Ли снял, протер краем рубашки очки, а потом тихо рассмеялся. — Это моя дочь всегда была плохой компанией. Она с Пак Дауль и третьей девушкой, работала эскортом в клубе. Дряная, но более честная работа, чем продавать наркотики. Платили там не так много, как Мэй-Мэй хотелось. Разумеется, она стала искать другие варианты. Моя дочь была предприимчивой. — Снова связалась с наркотиками? — Убийца поджог квартиру, которую она снимала. Эксперты списали все на неблагополучный район, плохую проводку, не выключенный кондиционер. Кто-то надавил на О Сонхвана и он предпочел не портить статистику, закрыть это дело. — Вы под него копали, чтобы отомстить за дочь? — напрямую спросил Ли Донсик. — Мне он говорил, что уже сидел в то время, когда Ли Мэй умерла. — Разве стоит верить мошеннику? Он получил по заслугам. Смерть Мэй-Мэй сильно по мне ударила. Я действительно не желал никому ее участи, поэтому сказал ее лучшей подруге — единственной, кто пришел на похороны, — что помогу ей, если будет нужен совет или помощь. — Вы помогли Пак Дауль умереть? — Я помог ей имитировать свою смерть. Точнее подвел к тому, что это наилучший вариант, раз у нее такие серьезные неприятности. Новые документы, новая страна, новая жизнь. Я бы хотел чего-то такого для Мэй-Мэй. — И где она? — не выдержал Хан Джувон. — Где вы ее спрятали? — Это было несложно. Я посоветовал ей написать завещание, застраховать жизнь на крупную сумму, спрятать ценности у проверенных друзей. Мой давний клиент после выхода из тюрьмы работал в морге, — погрузившись в воспоминания, продолжил адвокат Ли. — Он помог достать мне два тела — мужчины и молодой женщины подходящего роста. По моей легенде их машина попала в аварию в безлюдной местности и загорелась. Никто не спасся. — Но она не сгорела в той машине! — возразил Хан Джувон. — Не было никакой аварии! — Что вы сделали с теми трупами? — спросил Ли Донсик. — Просто интересно. — Имитировал аварию. Раз они мне не пригодились. Не возвращать же их было обратно в морг? Трупы были неопознанные, родственников найти не удалось. Это не то, чем я горжусь, но я сделал все, что было в моих силах, чтобы ей помочь. Мне жаль. Я хотел поехать в Манян, но не смог себя заставить. — Я не понимаю, — встряхнул головой Хан Джувон. — Что случилось с Пак Дауль? Она не доверяла вам и придумала другой вариант побега? — Она умерла, — тихо и терпеливо объяснил Ли Донсик. — По-настоящему умерла, Джувон. — Но… но… — Хан Джувон почувствовал, как в груди перестает хватать воздуха, и запаниковал. Ли Донсик подхватил его под руку и крепко, до боли, сжал запястье. — Но она… она не… — Когда она в условленное время не вышла на связь, я забеспокоился, — сказал адвокат Ли. — Поехал на запасную квартиру, что она снимала. — Вы нашли ее сразу после смерти. Когда еще можно было по горячим следам и камерам наблюдения вычислить убийцу, — холодно произнес Ли Донсик. — В то время, когда патрули искали ее по всему Сеулу, вы избавлялись от ставших ненужными подставных трупов. — Адвокаты помогают живым. Чем помочь мертвой? — Вы скрыли важные улики, позволили закрыть дело Пак Дауль и еще осуждаете О Сонхвана за халатность? Да вы с ним одного поля ягоды! В полицейской академии Хан Джувона учили, что улики, как и первые свидетельства с места преступления священны, словно реликвии. В реальном мире все — депутат До, его отец, Ли Донсик, адвокат Ли — только и мечтали, как побыстрее от них избавиться. Какова была тогда реальная цена человеческой жизни? В чем был смысл их работы? — Я попытался помочь ей, но не учел все обстоятельства. И в суде, и в жизни такое бывает! Было бы проще, если бы она честно рассказала мне, что именно у нее за неприятности! Кто ее преследовал и почему? Я до сих пор этого не знаю. — Вы согласились помочь ей вслепую, — удивился Ли Донсик. — Не знаю о ней ничего, кроме того, что она подруга вашей мертвой дочери? — Она пришла на похороны Мэй-Мэй. Единственная, кому хватило смелости это сделать. Остальные ее подружки разбежались или сделали вид, что знать ее не знали! Конечно, я хотел ей помочь! — Вы же адвокат! Никто не будет защищать человека, из которого слова не вытянуть. — Единственное, что мне удалось разузнать, что она «разозлила кого-то влиятельного» и «совершила большую ошибку». Она начинала плакать и причитать, что они убьют ее ребенка, если она расскажет, когда я пытался ее разговорить. — Если вас вызовут в участок, вы повторите свои слова? — спросил Ли Донсик, хотя они прекрасно знали ответ. — Чтобы меня наказали за сокрытие давних улик и надругательство над трупами? — адвокат Ли прищурился за стеклами очков. — Даже если не дойдет до суда, это повредит моей деловой репутации. Вот только я планирую завтра утром уехать заграницу. У моей сестры родились внуки. Ни разу их не видел. С ордером они могли бы арестовать его и допрашивать, сколько влезет. Точнее, пока адвокат Ли не подал бы жалобу, но это было гораздо лучше, чем ничего. — Не буду вам мешать. — Ли Донсик достал из кармана мятую бумажку. — Но если что-нибудь еще вспомните, вот мой номер. Адвокат Ли, на поимку которого они потратили столько усилий, исчез легко, словно призрак. Просто вышел за дверь. — И ты так просто его отпустил?! — Хан Джувон не знал, на кого злиться, поэтому злился на Ли Донсика. — Не попытался арестовать? — Пак Дауль мертва, — повторил Ли Донсик. — Зачем убивать ее и врать о том, как он неудачно подстроил ее убийство? — Он скрыть настоящую причину ее смерти! — Он рассказал гораздо больше, чем я ожидал. Главное, что она мертва, Джувон. Мертва уже несколько месяцев. Это важное уточнение. — И что теперь делать? — все расследование Хан Джувон построил на маниакальной идее, что Пак Дауль чудесным образом спаслась. Его теории рухнули и сложились внутрь, как карточный домик. Гораздо больше, чем злость, он ощущал внутри пустоту. Сам того не заметив, он угодил в сингулярность и она засасывала его. — Искать Пак Ёнсук. Мы ведь с этого с тобой начали? — А если она тоже мертва? Если в день пропажи похититель сразу убил ее и закопал тело где-то в лесу в Маняне? Если ее смерть никак не связана со смертью ее матери? — Тогда мы найдем тело, — Хан Джувон не понимал, как Ли Донсик после всего мог оставаться таким спокойным. — Сделаем экспертизу останков и вычислим ублюдка. А пока… Думаешь сумеешь напиться за час? Бар скоро закроется, поспешим. Остаток утра Хан Джувон помнил смутно. Вроде он назвал Ли Донсика бесчувственной скотиной, раз ему хочется напиваться в подобной ситуации. Он отказался пить, тогда Ли Донсик взял его за подбородок и влил ему в рот алкоголь. Ладонью запечатал ему рот, как будто Хан Джувон собирался выплюнуть дорогое лекарство. У алкоголя был мерзкий привкус. Он туманил голову с пары глотков. Хан Джувон не понимал, чего не выплюнул, когда Донсик убрал руку. Почему продолжал пить? Что Донсик ему заказал? Или сам туда намешал какую-то гадость? Вот обязательно было весь вечер Хан Джувона прилюдно унижать? Донсик с его покровительствованным тоном, привычкой класть руку на плечо, с его издевками невероятно бесил! Мало ему было того, что он не справился с делом и полгода убил на бесплотные поиски покойницы, уверяя всех вокруг, что она жива! Какой позор! Выставил себя на посмешище. Что подумал бы отец? Будь алкоголь менее крепким, у Хан Джувона появились бы силы подраться. Они ведь были в клубе? Почему бы не подраться? Выяснить наконец до конца отношения! Сам Ли Донсик выглядел отвратительно трезвым. Подливал ему и мерзко ухмылялся. Если не искал собутыльника, зачем было его поить? Опять поиздеваться, приосаниться на его фоне? Показать ему его место? Наказать за то, что сотворил его отец? Возможно, Хан Джувон сказал это все вслух. Или подумал? Последнее, что четко всплывало в голове — дверь квартиры. Когда Хан Джувон повернул ручку и завалился внутрь, то начал плакать. Внутри поднялась огромная волна беспомощности. Каждый раз, когда он пытался собраться, скрытое течение уносило обратно в море отчаяния. Если бы Хан Джувон не был настолько пьян, то, наверное, понял бы, что с ним не так. Что надо сделать, чтобы череда его неудач и ошибок наконец прекратилась. Ли Донсик поднял его на руки и донес до кровати.