В сто сорок солнц пылающий закат

      Какое-то время шли в тишине, Ник своим голосом развеял ее.       — Ты работаешь на Мерифти?       Кристиан ответил мгновенно.       — Да. Но скорее «в», а не «на».       — Не стал увиливать, — кивнул сам себе парень, делая пометки в голове. — Но ты сказал, что Мерифти охотятся за мной. Почему тогда мы с тобой так спокойно разговариваем? По закону жанра, я должен быть уже в чужих лапах.       Крис усмехнулся, кажется ему понравилась такая формулировка.       — Скажем так, у меня нет никакого желания помогать Организации в твоей поимке. Зачем им упрощать задачу?       — У тебя есть какая-то личная выгода в том, чтобы меня не поймали?       — Можно сказать и так.       Ник выдохнул. Он был более склонен верить человеку, который преследует собственные цели, нежели тому, что страдает «общим благом».       — Я хочу показать тебе кое-что, — внезапно предложил Кристиан, поднимая свою руку в пригласительном жесте. — В этом тумане легко потеряться, — говорит он, как бы объясняя свои намерения.       Ник немного с опаской поглядывает на протянутую ладонь, но все же, в конечном итоге, вкладывают свою руку в чужую. У обоих нет перчаток, поэтому от соприкосновения голой кожи у Ника начинает сосать под ложечкой. Он чувствует все так остро, что с легкостью может определить массивное кольцо на среднем пальце у Криса. Инкуб улыбается, наблюдая за чужой мнительностью.       — Если ты так пытаешь отвлечь меня от разговора, то у тебя ничего не получится, — фыркает Ник, но послушно идет за Крисом. Тот смеется.       — И в мыслях не было.       — Так значит ты признаешь, что являешься главой Мерифти.       — Вторым главой из трех, — поправляет демон.       — Отлично.       — Это довольно удобно. Развязывает руки.       — Для каких-то незаконных делишек?       — Сложно быть бунтарем по натуре и не нарушать закон, ты так не считаешь?       — Это в природе всех демонов?       — Однажды Королева сказала: «Правила нужны, чтобы их нарушать». И выпустила самый мудреный закон, в котором черным по белому было написано, как его обойти. Демоны не любят правила, но они важны и нужны. Хороший демон тот, что знает какие законы можно нарушать, а какие не стоит.       — Даже если ты так говоришь, Мерифти судя по всему «зло во плоти». Кто-то из ваших уже убил невиновного.       Кристиан замолчал на какое-то время, но потом все-таки сказал:       — Ты прав. Мне не нравится такое, однако я ничего не могу с этим поделать.       — Раз не нравится, то почему ты состоишь в этой организации? Да еще и главным.       Инкуб вздохнул:       — У каждого свои мотивы и своя история, не так ли? Раз я делаю что-то, то это зачем-то нужно.       — Как глупо состоять в организации, чьих интересов не разделяешь, — фыркнул Ник.       Кристиан тепло улыбнулся, но не ответил.       «Как же они похожи», — подумал он.       — Впрочем, поступай как знаешь, кто я такой, чтобы вмешиваться? — пожимает плечами Ник.       — И даже ничего не расскажешь своим друзьям-федералам?       — Это работа полиции. Или федералов, смотря у кого в этом компетенции больше. Я человек со стороны, зачем мне выполнять за них их же работу?       — Так… по-слизерински.       — Мне просто лень, слишком много мороки, которая меня не привлекает.       — То есть будь что-то, что было бы достаточно сложным, но для тебя интересным, ты бы взялся за это, несмотря на свою лень?       — Естественно. Обычно по такой схеме находят свое призвание, — озорно захихикал Ник.       — Я бы не назвал это «призванием». Просто есть кое-что, делающее нас всех «вне закона». Демонам, которые нарушают законы Geeny легче прятаться, когда они вместе, наверное, поэтому наша Организация такая… — Крис задумался, подбирая слово. — Вместительная. Мы принимаем любых «беженцев». Этим обычно занимаюсь я или третий глава, из-за чего большая часть членов Организации не в курсе настоящих наших планов.       Кристиан развел руками в бессилии и понизил голос до заговорщицкого шепота:       — Я даже не уверен в курсе ли те, кто приближен к первому главе.       Ник злорадно похихикал, а Крис продолжал паясничать.       — У него такой ветер в голове. Понятия не имею, как это чувырло до сих пор живо. Он ведь совершенно не приспособлен к обычной жизни.       — Нехорошо так отзываться о своем начальнике, — сквозь еле сдерживаемый смех прокомментировал Ник.       — Если бы ты увидел эту чувырлу, у тебя бы не осталось вопросов. К тому же я не считаю его своим начальником. У нас взаимовыгодная сделка на одинаковом уровне.       — Весело у вас.       — Очень. Не хочешь перекусить? Пойдем, я куплю тебе то, что ты точно еще не пробовал.       Заинтригованный предложением (скорее не имея возможности отказаться, потому что его конвоировали за руку насильно) Ник поспешил за Крисом.       Это был магазин сладостей. Парень сразу понял это, когда увидел весь этот ужасно-вырвиглазный розовый интерьер. Полки ломились от количества печенья и конфет, стояли автоматы с газировкой и рядом уже запечатанные банки с ней же, по помещению были расставлены открытые островки с невозможными мармеладками, маршмеллоу. Посередине был даже небольшой шоколадный фонтанчик. Словом: ничего не выдавала этот магазин за какой-то «особенный». Точно такой же мог быть в любом ТЦ на Земле и не выделяться среди прочих.       Только девушка-кицунэ за прилавком напоминала, где именно находится этот магазинчик.       — Здравствуйте, — тут же поздоровалась она, приподняв хвост и вильнув им раз-другой.       — Добрый вечер, нам «Настрой-печенье» две пачки, — мило улыбнулся Крис, и только сейчас Никита заметил его хвост. Честное слово, когда они заходили в магазин, его не было.       — Одну секундочку, — расплывшись в блаженной улыбке, лисица развернулась и достала с ближайшей полки две небольшие пачки круглого песочного печенья.       — Вот. С вас 4 золотых и 6 серебряных монет.       Когда парни расплатились, пачку вскрыли уже на улице. Это оказалось с виду обычное песочное печенье с одним только исключением: некоторые печеньки выглядели как грустные рожицы, кто-то как веселые, а кто-то как злые.       Ник поднял глаза, чтобы спросить, что такого в этом лакомстве, когда заметил, что хвост инкуба — черный и тонкий с сердцеобразной незаконченной кисточкой на конце — снова пропал.       — А где…? — растерянно пробормотал Никита.       — Что где? — невинно поинтересовался Крис.       — Хвост. Там в магазине он был.       — А это, — Кристиан гаденько улыбнулся. — Благодаря ему мы получили скидку. Оборотни все так же сильно продолжают вестись на наше очарование, это даже забавно.       — Ты в курсе, какой ты гавнюк? — фыркая, ответил на это парень.       Инкуб пакостно хихикнул.       — И почему ты сказал «оборотень»? Разве она не зверочеловек?       — Оборотень — это оками, кицунэ и инугами. То есть волк, лисица и собака. Все остальные: кролики, коты и тому подобные — это зверолюди. Перевертыши — собаки, рыси, медведи и такие же. Оборотни, в отличие от последних, могут принимать три формы: полная форма животного, полуформа и человеческая. У зворолюдей есть только полуформа с ушами и хвостом. Кстати, у перевертышей есть только полная форма животная и человеческая. Полуформы нет. Понял разницу?       — А… — глубокомысленно изрек Ник и откусил печенье. — Сладкое! Но и только. Что в нем особенного? Я уже миллион таких съел.       — Я рад, что тебе нравится, — просто сказал Крис.       — А еще оно совсем нешоколадное, а я ем только шоколадное, запомни это на будущее, — бурчал парень, походя на недовольного деда.       — Да-да, — повздыхал для проформы инкуб, но пытаясь сдержать улыбку.       — Кста-а-ати, — затянул Ник, когда они двинулись вниз по улице, просто прогуливаясь. — Ты говорил «все мы», то есть и ты тоже сделал что-то «вне закона». Что именно? Ел людей? Похищал и насиловал? Страдал многоженством?       — Какой у тебя обширный список интересов, — ухмыльнулся Кристиан, явно издеваясь.       — Эй!       — Однако если даже первые два пункта хоть отдаленно похожи на возможную правду, то вот последний явный пролет мимо кассы. А вот многомужество уже мой профиль.       — Ты по парням?       — Что-то смущает?       Кристиан хитро сверкнул глазами, гаденько улыбаясь, а Ник почувствовал, как у него запекло щеки. Он, конечно, предполагал, но это не то же самое, когда говорят в лоб.       — Толерантность? — высказал предположение парень.       — Да нет, скорее изменение профиля деятельности у целого поколения. Инкубы — мужчины, суккубы — женщины, выглядит справедливо. Но знаешь… — Крис нагнулся к самому уху Ника и прошептал: — Мы заставляем мужчин рожать.       Непонятно от чего Ник испугался больше: от интимного шепота или оттого, что именно было сказано. Однако его буквально передернуло. Он такими испуганными глазами посмотрел на инкуба, что тот не смог сдержать смеха.       — Э… — вместо слов Ник испустил какое-то невнятное блеяние.       — Не бойся, все с согласия партнера, — пояснил Крис, не переставая смеяться.       — Да ну тебя так пугать! — немного обиделся парень, пихнув в бок ржущего инкуба свободной рукой.       Когда демон вдоволь просмеялся, Ник робко уточнил:       — И часто у вас так?       — Если ты хочешь знать об инкубах, то в таких парах обычно вынашивают потомство только инкубы-пассивы, если ты понимаешь, о чем я, — на этих словах Кристиан загадочно улыбнулся. — Люди в таких отношениях соглашаются крайне редко, другие демоны уже более охотно.       — Так-так-так, — внезапно резко помотал головой Ник, отгоняя всякие разные непристойные мысли. — Ты, кажется, мне пытаешься мозги запудрить. Ты уклонился от темы! Что ты сделал незаконного?       Крис тяжко вздохнул, похоже, у него действительно был план отвлечь Никиту от этой темы, но ничего не вышло.       — Инкубы обычно довольно слабые создания, когда дело доходит до магии. В детстве меня часто задевал этот факт. Я хотел стать сильнее, это очевидно для кого-то моего положения, поэтому я стал искать способы.       — И нашел?       — И нашел… — предаваясь воспоминаниям, протянул Кристиан. — Я получил магию, с которой смог стать сильнее и превзойти многих. Вот только магия эта запрещена для использования в Geeny. Таким образом, я, обладатель этой магии, становлюсь «вне закона».       — И что будет, если тебя поймают?       Крис задумался.       — Сложный вопрос, — он ухмыльнулся, как будто вспомнил что-то забавное, — однако думаю, что Келлан определенно захочет меня подвергнуть казни.       Никита удивленно прочистил горло. Кроме слова «пиздец» у него в голове больше ничего не было.       — Ах, точно, ты ведь получил свою магию? — заискивающе улыбнулся инкуб, перепрыгивая на другую тему словно профессиональный паркурист.       — Ну да… — как-то неопределенно ответил парень. У него из головы еще не успел выветриться шок от полученной информации.       — Я могу дать тебе пару советов, как начать ею пользоваться.       Кристиан понял, что ответ явно положительный по тому, как загорелись любопытством чужие глаза.       — Вся магия, или по крайней мере большинство заклинаний, исходит от воображения. И, конечно же, от маны, что струится по твоим венам. Если хочешь сотворить свое первое заклинание, то тебе стоит хорошо представить конечный результат задуманного.       Никита согласно кивает, слушая чужой рассказ всеми клеточками своего тела, и вытягивает свою руку вперед, ладонью вверх.       — Теперь, когда ты представил свое заклинание, тебе следует представить свою магию. Молекулы маны струятся по кровеносным сосудам точно эритроциты и выходят на кончиках пальцев или ладони.       И Ник представил. Он вспомнил пары по биологии, вспомнил картинку кровеносной системы человека. Яро, как наяву, увидел, как малюсенький шарик маны быстро бежит от сердца по артериям сначала к нему в руку, потом переходит в ладонь и там останавливается, пытаясь просочиться сквозь кожу. С первого раза ничего не происходит, но это и не удивительно: у Ника всегда были проблемы с четким представлением чего бы то ни было. Всегда это были какие-то неясные очертания, никогда у него не получалось опуститься на дно моря, он всегда плавал над ним сколько не пытался нырнуть.       — Хм… — нахмурился Кристиан, видя, что у парня не выходит.       «Кажется, из меня дурной учитель», — вздыхает он про себя.       — Давай помогу.       Инкуб берет в ладонь чужую вытянутую руку и вливает в нее немного маны. Он видит своими глазами, что в руке Никиты его собственной маны достаточно для сотворения заклинания, но что-то словно мешает ей выйти наружу.       Внезапная идея в голове Криса исполняется тут же: он легонько щиплет чужой бок. Ник ойкает и смотрит глазами полными ужаса, как будто инкуб только что предал его, растоптал все его нежные чувства. Крис этого почти не замечает, с интересом смотря на все еще не дрогнувшую ладонь, в которой клубится маленький вихрь.       — Это сработало, — и столько удивления в чужом голосе, как будто данная диверсия была совершенно незапланированной. Как будто не он планировал это покушение на чужой бок, который, к слову, побаливал.       — О… — глубокомысленно выдает Ник, поглядывая на совершенное чудо.       — Теперь можешь рассеять его?       Никита неуверенно мычит и вихрь тут же рассеивается по его хотению. Кажется, уничтожать легче, чем создавать для него.       Парень пытается проделать тот же путь, только уже быстрее, чтобы снова создать вихрь. Он не появляется. Тогда Ник принимает решение закрыть глаза и сделать неопределенный жест рукой, как бы «открывающийся цветок», больше расслабить пальцы и руку, представляя, что появление чего-то не такое уж сложное дело.       К удивлению обоих, вихрь появляется незамедлительно и не только появляется, а становится в разы больше предыдущего. Ник с радостной улыбкой, как у ребенка, которому впервые купили киндер-сюрприз, оборачивается на Криса.       — Умничка, — хвалит его инкуб. Ник тушуется от удовольствия, которое пришло вместе с этой похвалой и мигом отворачивается, чтобы демон не заметил смущение.       Крис его все равно видит.       Ник во всю хрустит оставшимся печеньем, когда они продолжают прогулку. Разговоры идут обо всем подряд, но в основном Кристиан умничает, рассказывая о многих аспектах демонической жизни. Парень просвещается на тему разделения демонов на классы и виды, узнает о системе политического управления и форме образования. Об университетах и разновидностях обучения у демонов. Узнает так же, что на Земле есть один из топовых демонических университетов и уже хочет поступить туда, пока не узнает, что тот находится полностью под водой. Крис успокаивает, говоря, что там спокойно все пользуются заклинаниями для дыхания и другими похожими для полноценной жизни, но Никиту уже не переубедишь. Он лишь качает головой и решает такие приключения оставить русалкам и прочим. Он, пожалуй, поучиться на суше. Так ему более привычней.       Словно судьба злодейка постаралась или это было просто совпадение, но в тумане Крис и Ник натыкаются на Келлана. Рядом с пышущим гневом капитаном нашелся удрученный Габриэль.       — Чтоб тебя метеором уебало, — тихо вздохнул ведьмак, но его услышали, кажется, все, кроме кэпа. — Ник! А мы тебя ищем, — уже громче сказал Габриэль, выдавливая из себя улыбку.       — Вот именно блять, где ты..! Опа, — кривит лицо Келлан, поглядывая на довольно улыбающегося Кристиана, который явно рад этой встрече.       Ник посмотрел на все это и выдал, откусывая глаза у сахарного лица:       — Сейчас будет мило.       — Ты что тут забыл, а? Это ты Ника похитил? Я так и знал! — выдал гневную тираду капитан федералов.       — Представь себе — нет, — не прекращал улыбаться Кристиан, его данная ситуация крайне и крайне забавляла.       — Правильно говорил Ник, что ты тут свои темные делишки проворачиваешь! Надо было тебя сразу повязать еще тогда в Сеселе.       Кристиан немного удивленно скосил глаза на Ника. Тот пожал плечами, как бы говоря: «Ну сказал и сказал, что ты мне сделаешь, я в другом городе». Мужчина только ухмыльнулся и снова перевел взгляд к Келлану.       — Да ты что? А где доказательства?       — Да какие угодно доказательства! Мне они не нужны, чтобы повести тебя под трибунал.       — А судьи кто? В моем случае там точно судьей выступит кто-то из Дворца, а значит, что и меня выпустят как невиновного.       Келлан сделал невероятно шокированное лицо, словно бы узнал тайну десятилетия, а то и столетия.       — Ты! Вот ты крыса! Ты как-то подкупил Дворец!       Мел все распалялся и распалялся, чуть не ловя инфаркт от громкости своего голоса, что наверняка слышала вся улица. И Ника это стало сильно раздражать, данную сцену он видел уже второй раз и ничем хорошим, кроме трепания его нервов и ушей, она не заканчивалась.       — А ну тихо! Только у меня есть основания называть этого крысюка крысой! — не выдержал парень. — У меня хоть аргументы есть! И поводы. А у тебя, кэп, что? Все! Прекратили эти сотрясания воздуха! Либо отойдите и потрахайтесь, либо подеритесь, но меня избавьте от этих воплей.       От неожиданности, вызванной такой тирадой от этого тихого парня, Келлан замолчал. А потом получил в лицо мощным потоком ветра, который сбил его с ног и заставил Габриэля покачнуться. Ник сам удивился тому, что сейчас сделал. Это было довольно неожиданная магия с его стороны, потому все четверо прибывали в молчаливом шоке, кто-то в большей степени, кто-то в меньшей.       Никита, все еще прибывая немного не на месте, закинул в рот последнюю часть печенья. Проживал ее и закашлялся.       — Черт возьми, остро! — вдруг воскликнул он, высовывая язык и открывая рот, махая рукой на манер веера, чтобы хоть чуть-чуть остудить все внутри. — Что за приколы? — с предъявой уставился он на Кристиана, который давил пакостную улыбку.       — Я же тебе говорил, что это необычное печенье?       — Ты ему дал попробовать Настрой-печенье? — уточнил Габриэль. Крис кивнул, а Ник непонимающе уставился на ведьмака. Тому пришлось пояснить. — Настрой-печенье сладкое, когда ты спокоен, и острое, когда ты в гневе.       — Надеюсь других вкусов у него нет?       — Насколько я помню — нет, однако есть специальные виды, которые могут распознавать больше эмоций, чем оригинальная пачка.       — Ты что мне за бомбу замедленного действия дал?       Кристиан не ответил, сорвавшись все-таки на смех. Ник был просто в ауте.       — Ваш инкубский род я шатал, ребят, — возмущенно бросил он.       Через пару дней Ник уже во всю тренировался со своей магией. Это было для него новым опытом, чем-то неизвестным и по-настоящему волшебным, поэтому он тратил всего себя на изучение и практику. Магия ветра, что теперь была у него, была потрясающей: универсальное оружие, которое и в быту поможет, и в бою, а если еще и использовать ее с умом, то цены ей нет. Однако для всего этого нужна практика, знания, а это хромало. Усложняло все еще тот факт, что Ник был уже большим мальчиком, который постигает основы магии только-только, когда другие демоны и дьяволы изучали это с раннего детства, если не с младенчества.       Разумеется, федералы в свои перерывы помогали парню освоиться. Конечно, кто-то, например Люк, не особо горел желанием набиваться в учителя. Максимум его усилий было в притаскивании парочки интересных книг, но не более того. Габриэль, как негласно самый умный среди всей команды, смотрел за Ником пристальнее остальных, ведь кто как не ведьмак разбирается в магии. Никон тоже подсобил, чем смог и накидал Никите ссылок на всякие тренажеры в инете, примешивая туда статьи с медитациями и прочим. Парень оценил такой порыв, но решил данный перфоманс отложить на потом. Келлан, и хорошо что не, вообще никак не участвовал, пропадая где-то либо по заданию, либо разнюхивая информацию. Очевидно, что этим занимались и все остальные, но как объяснили Никите — работы не было от слова совсем. А если что-то и было, то это вешали на остальные отряды, пока первый был полностью поглощен проблемой Мерифти.       И, пожалуй, на скромный взгляд Ника, только Кассандра дала дельный совет.       — Учи, как чувствуешь, — сказала она. — И больше практики с простыми, но действенными заклинаниями, которые помогут тебе в бою. Бери не количеством, а качеством. Лучше безупречно выучить один пас, чем заморочиться со множеством и профукать все.       Никита прочно зафиксировал в своей памяти ее слова и продолжил тренировки. Ему нравился результат, но он понимал, что без наставника ему точно не сдвинуться с мертвой точки неопытного новичка.

***

      — Так вот я и говорю ему, — Келлан что-то рассказывает Люку. Тот только понимающе кивает и отворяет дверь в главный офис. Вся компания только недавно из кафешки, где решили пообедать, раз целая неделя выдалась такой спокойной.       Внезапно все резко останавливаются на месте и даже перестают разговаривать. Ник непонимающе взирает на это.       — Вы чего?       — Тут кто-то есть, — говорит Кассандра, выходя вперед.       — Что же вы застыли? Проходите, присаживаетесь, — звучит высокий голос, который немного растягивает слова.       Федералы дружно сглатывают, но садятся за большой стол. Ник следует их примеру.       — Давайте, давайте, — поторапливает их голос, переходя резко с быстрой интонации на медленную.       Когда все расселись, на какой-то момент наступила тишина. Ник заозирался по сторонам, пытаясь в эмоциях своих товарищей увидеть хоть каплю понимания.       — Как поживаете, ребятки?       Вдруг, словно из неоткуда, на столе появляется мальчишка. Ник бы описал его именно так: мальчишка, на вид лет пятнадцати с растрепанной прической, как у подсолнуха. Он живо улыбается и даже, кажется, подхихикивает, глядя на растерянные лица членов ДФВ.       — Работа наша тяжела и неказиста, но Вы это и сами должны знать, Ваше Высочество, — говорит Келлан и даже если эта фраза была шуткой, сказана она была не шутливым тоном, что для капитана было не свойственно.       — Ах, ну да, ну да, я понимаю. Миссии тяжелые выпадают, да? Но вы ведь лучшие из федералов, должны выполнить все на отлично.       Парнишка заливисто и, вроде как, совсем не зло смеется, но Нику почему-то кажется, что говорит он с сарказмом.       Блондин разворачивается на своих коротеньких ботинках, совсем без каблука, поворачиваясь лицом к капитану. Его голос перестает быть веселым в мгновение ока.       — Хреново работаете.       — Постойте, Ваше Высочество… — пытается тут же оправдаться Келлан, но его перебивают.       — Оставь другим эти отговорки, я здесь не появился бы просто так. Дома сильно недовольны вашими скудными «успехами», — принц делает кавычки в воздухе довольно яркой пантомимой. — Поэтому прислали лично меня сюда, а не послали гневное письмо. Радуйтесь, что это всего лишь я, а не кто похуже, кто был бы не так добр и точно бы по головке погладил бензопилой. Вам очень повезло, что наш кронпринц со своим мужем в командировке, иначе бы Сатана бы натравил их по ваши души.       Парень играет строго дяденьку. Получается очень хорошо, федералы трясутся, а Ника пробивает на смешок. Он считает чужое поведение милым. Видно, что это легкое «полоскание» федералов у принца уже не впервые, он мастерски давит на них, возможно, даже не замечая это за своим приподнятым настроением. По смыслу чужих слов кажется, что принц ругается, однако он делает это с такой озорной интонацией, что Ник, на которого это возмущение не направлено, чувствует себя прекрасно.       — Мы рады, — натянуто улыбается Келлан. Все остальные продолжают молчать. И лучше так, пусть переговоры с явно недовольным принцем демонов ведет капитан.       Однако это дает время, чтобы рассмотреть блондина поближе. Ник не берется утверждать сколько тому лет, потому что внешность демонов может быть очень обманчива. Но он может подумать о другом. Интересно, какого он вида? Вампир? Не похоже, Ник совсем не видит клыков, когда принц открывает рот. Оборотень? Тоже нет, по причине все того же отсутствия клыков. Эльфы и дроу отпадают из-за ушей, а непохожие на человеческие виды как наги, гномы тут явно не прослеживаются. Никите нечем заняться, к разговору он совсем не прислушивается, поэтому можно и отдохнуть.       «Из всего перечисленного остались только инкубы, ведьмаки, фениксы и, наверное, подводный народ. Он вполне может быть обратившимся в человека тритоном или сиреной. Интересно у них же должны быть сирены мужского пола? Хотя, чего это я думаю, он может быть просто обычным демоном. Кэс упоминала, что такие есть, но таких тотальное меньшинство».       — Вы не только упустили демона, причастного к убийству ложного ангела на площади, так еще и не заметили второе убийство прямо у себя под носом!       Голос принца врывается в голову Ника как сирена. Вероятно, парень прослушал добрую часть полоскания капитана за его безобразное поведение. А что вы другого хотели от этого школьника?       — Что? Где?       — Ох… ё… — тяжко вздыхает принц и скрещивает руки на груди, наклоняясь почти под девяносто градусов к лицу Келлана. — Ты даже не знаешь, где? Теперь я понимаю, почему вы первый отряд ДФВ, а не второй. Хотя в уровне раздолбанности и халатности второму отряду до вас еще далеко.       — Но, Ваше Высочество, — ноет капитан, но принц его даже не слушает. Он отмахивается от него, как от назойливой мухи, с выражением бесконечной усталости на лице, и спрыгивает со стола.       — Даже слушать не желаю.       Принц проходит мимо стула Никиты и вдруг останавливается. Он пристально смотрит на него, а затем улыбается. Уровень его искренней радости на лице настолько явен, что еще чуть-чуть и начнет излучать свет.       — Хоть один нормальный человек здесь есть! — Блондин хлопает в ладоши. — Я сейчас иду на прогулку с Ником, а вы за это время успеваете подчистить все за собой в Калиге. Понятно? — И не дожидаясь согласия, принц тащит за рукав Ника в сторону двери.       — Бай-бай! — хлопает дверь, и парни остаются одни в коридоре. — Какие они ужасные, — фыркает тут же принц. — Как ты с ними общаешься?       — Ну вот как-то… — разводит руками Ник. Его продолжают тянуть за рукав в сторону выхода в город, пока принц бубнит себе под нос.       — Это все потому, что я оказался рядом не в то время, не в том месте? — вопрошает он, говоря сам с собой. — Или потому, что люстра эта снова свалилась? Наверняка она, ведь раз меня не могут наказать за это, то Сатана решил меня послать по такому странному поручению. С другой стороны, — принц резко останавливается и смотрит на Ника. — Здесь ты, Ник, а значит, что все в порядке.       — У меня много вопросов.       — Я знаю. У меня их тоже в свое время было куча. Ужасно странно осваиваться в Geeny в первый раз, не так ли? Я тоже прошел через это, так что пойдем, я тебе все покажу.       — Но мне уже показывали город.       — Нет-нет-нет, — запротестовал принц. — Эти ленивые люди явно показывали тебе совершенно не то. Я же поведу тебя туда, где самый колорит.       — Ха-ха, ведите меня, куда хотите, — хохотнул Ник.       — Можно на ты, и я ведь забыл представиться, да? — вдруг ужаснулся блондин. Никита кивнул. — Меня зовут Оскар, друзья зовут Осси или просто Ос. А тебя я уже знаю, что зовут Никита.       — Но откуда?       Оскар хитро прищурился.       — Во Дворце все тебя знают, — расплывчато сказал он и захихикал.       Ник понял, что понятного ответа тут ждать не стоит: не скажет даже под пытками.       — Так ты получается — принц? — решил тогда спросить парень.       — Да, хотя у меня нет никаких обязанностей, как у настоящего принца.       — «Настоящего»?       — Если, например, кронпринц откажется от титула, то корона не перейдет ко мне, а пройдет мимо, законному наследнику. Хотя такое точно не произойдет, наш милашка кронпринц, точно не откажется, не с его любовью всем помогать.       — Ты не объяснил, почему ты «ненастоящий»?       Оскар закусил губу, раздумывая отвечать ли. Ник уже понял, что спросил лишнего и слишком передавил.       — Если не хочешь, то можешь не отвечать, это не так важно.       — В этом нет ничего такого, это общедоступная информация. Я не испытывают дискомфорта из-за этого. Я все так же член королевской семьи. Семьи, которая меня любит, несмотря на то, кто я.       Эти слова показались Нику очень грустными, хотя в тоне чужого голоса не было и капельки печали.       — Я не родной сын Королевы, — произносит Ос. — Приемный. Поэтому мой титул принца просто красивая обертка, не несущая за собой ничего особенного. Разве что иногда минимальную ответственность. Хотя она нередко помогает моим словам иметь значительный вес в обществе, но я не так часто с ним контактирую, чтобы использовать это. Забавно то, что я один из самых старших принцев, ну если не считать тех двух дебилов, из «высочеств» я самый старший, меня мало кто из простого народа или даже дворян знает в лицо. Я живу почти обыкновенной жизнью.       — И ты рад этому?       — Конечно. Я счастлив. Почти все аспекты моей жизни прекрасны.       — Почти? Значит все-таки есть что-то?       Оскар оглядывает вокруг, как будто кто-то из проходящих мимо людей может подслушивать их разговор.       — На личном фронте слишком тихо.       Никита смеется, а Оскар дуется на такое откровенное издевательство.       — Бро, жиза, — поднимает парень руку вверх. Принц легонько дает тому пять, но фыркает.       — У тебя то с этим точно все окей.       — В смысле? — все еще хихикая, спрашивает Ник, но Оскар пропускает вопрос мимо ушей.       — Пойдем скорее, я покажу тебе магазин, где продаются все возможные милые штучки. А потом обязательно заскочим в «тот самый» книжный, где можно заплутать на неделю. Были случаи, кстати. Как там сотрудники не теряются, я не представляю.       — Пойдем, — улыбается Никита и спешит за своим новым другом.