Уроки Анимагии

Драко явился в Большой зал к середине ужина — надо было поменять рубашку. Ту, которую Гарри-олень порвал, он аккуратно сложил и убрал на дно своего сундука. — Поттер был? — спросил он Забини, как только сел за стол. — Мерлин, я за ним не слежу! — недовольно ответил тот. — Был или не был?! — Не был! Драко кивнул. Поттер, очевидно, расстроился гораздо сильнее, чем Драко предполагал. Ладно, он пойдёт туда — к грифиндорцам, он спросит, и будь что будет. Уизли ему не поможет, это понятно, но Лонгботтом, возможно, не откажет. — Лонгботтом, на два слова. Невилл Лонгботтом был явно удивлён, но всё же отошёл с ним к окну. — Где Поттер? — Он очень расстроен… — Я знаю! Где он? Невилл молчал. — Я должен поговорить с ним! Я должен объяснить, что он не виноват. — То есть ты не будешь издеваться над ним? — Что?! Нет, конечно!!! — Просто он порвал твою рубашку… — Плевать мне на рубашку! Пойдём! Невилл взял свою сумку, и они вышли из Большого Зала. — Так где он? — В нашей спальне. С ним Гермиона. — Это хорошо. — Ээээ… да. — Ты проведёшь меня туда? Мне очень надо с ним поговорить. — Если Гарри станет легче, то да… — Я не наврежу ему. — Да… полагаю, не навредишь. Понятно, Лонгботтом, по-видимому, всё правильно понял на первом практическом уроке по Анимагии. — Почему Уизли не с ним? Я видел его в Большом зале. — Гермиона не позволила никому войти. — Не позволила никому войти — в свою спальню? — Да, — усмехнулся Невилл. Несколько минут они шли в молчании. — Кстати, крутой лев, — сказать этот комплимент было просто, во-первых, потому что он был заслуженным, во-вторых, Лонгботтом — единственный друг Поттера, который никогда его не раздражал. — Спасибо… Драко! Бабушка сказала, что никогда не гордилась мной так. — Она что не видела, как ты убил Нагайну?! — Видела, но лев… она сказала, что я — воплощённый гриффиндорец, — Невилл покраснел. — Ну, наверное, так и есть. — Спасибо! Мы почти пришли. — Иди открывай, я подожду здесь, пока ты будешь говорить пароль. — А, ладно… Невилл открыл проход, который был за уродливой картиной с толстой женщиной, и Драко вошёл в гостиную гриффиндорцев. Он мельком заметил, что там уютно, и всё красное с золотым, студентов почти не было — все были на ужине. Он шёл за Невиллом по какой-то лестнице. Наконец, Невилл громко постучал в какую-то дверь. — Гермиона, это Невилл. Послышались приближающиеся шаги. — Невилл, прости, я пока не могу тебя впустить. — Драко пришёл. — Драко? — в замешательстве спросила Гермиона. — Невилл, передай ему, что сейчас Гарри не может к нему выйти. — Грейнджер, я никуда не уйду. Скажи ему, что я буду ждать сколько угодно. Гермиона молчала. — Грейнджер, я должен с ним поговорить. Пожалуйста. Дверь открылась. Гермиона явно сомневалась, правильно ли она сделала, что открыла, но Драко было уже всё равно, он прошёл мимо неё и быстро направился к Гарри, который сидел на своей постели, пряча лицо в ладонях. Он рыдал. Драко опустился перед ним на колени и, взяв его руки в свои, стал медленно отводить в стороны. — Гарри, прости меня, прости, это я виноват, не ты — я! Гарри! Гарри поднял голову и посмотрел покрасневшими и припухшими глазами на Драко. — Что? Что ты такое говоришь? — на заплаканном лице отразилось искреннее замешательство. — Понимаешь… — Драко посмотрел на Невилла и Гермиону, которые застыли в дверях. Те поняли, что лишние и быстро вышли. Гарри и Драко только услышали, как Гермиона тихо сказала, что они будут в гостиной. — Гарри, все это случилось, потому что сегодня утром я попросил… ладно, я умолял Северуса, чтобы он трансформировал меня после тебя, потому что я боялся, что единорог опять выкинет что-то. Я не знал, Гарри, я не подумал, как подставляю тебя. Если бы я знал, я бы никогда… — поспешно объяснял Драко. Он знал, что если он хочет, чтобы Гарри был ему другом, то искренность — лучший способ. — Спасибо, что объяснил насчёт Снейпа, но… — Он не специально это сделал. Я спросил его, он сказал, что недооценил интенсивность твоих… В общем, он тоже не хотел. Но это не важно, ничего бы не было, если бы я его не попросил, понимаешь? Это я виноват. — Подожди, ты что не злишься на меня? — Мерлин, конечно, нет! — на самом деле, Драко больше всего хотел бы сейчас целовать и целовать его щёки, нос, глаза и… Он с силой зажмурился на секунду, стараясь прогнать наваждение. — Но я разорвал на тебе рубашку… на глазах у всех… — К чёрту рубашку! Она у меня не последняя. — Все видели… — К чёрту всех! Твои друзья не изменят о тебе мнение, если они — твои друзья… — Гермиона тоже так говорит, но… — Вот видишь… Чьё мнение тебя ещё волнует, когда друзья на твоей стороне? — Ты точно не злишься? — Нет, нет, конечно, нет! Как я могу злиться? Это всё из-за меня! — убеждённо говорил Драко и с горечью добавил: — Вы были правы насчёт меня — я эгоист, думал только о себе, даже не смог догадаться, в какое положение ты можешь попасть из-за меня… Я ненавижу себя за это. Драко встал, пересел на кровать рядом с Гарри и отвернулся, боясь встретиться с ним глазами. — Не говори так… — тихо сказал Гарри. — Но это правда. — Нет, не правда. Ты не… ты мог вообще ничего мне не рассказывать, не приходить сюда. И ещё ты пытался уговорить оленя подождать… Драко повернулся к Гарри, и они опять смотрели друг другу в глаза. «Надо что-то сказать, пока я сам не порвал на нём рубашку…» — думал Драко взволнованно. — Зато мы хорошо побегали… — сказал Драко примирительно. — Да… хорошо… — Ты пропустил ужин… и Грейнджер тоже. — Мерлин, я об этом не подумал. Надо сходить на кухню, принести ей что-то, — всполошился Гарри. — Не обязательно… Добби! Добби возник перед Драко с громким хлопком. — Добби, ты не мог бы принести что-то поесть для твоих друзей Гарри Поттера и Гермионы Грейнджер? — Конечно, молодой хозяин! — Добби, я больше не твой хозяин, ты же свободный эльф! Ты можешь звать меня просто Драко… — Оооо, мастер Драко! — бедный домовик, казалось, сейчас заплачет от счастья. — Так что, Добби? Поможешь? Гарри Поттер очень голоден. — О, конечно! Одну минуту! Всё что угодно для мастера Драко и его друзей! И Добби с громким хлопком исчез. — Умывайся, я позову Грейнджер, — мягко сказал Драко. Драко пошёл к двери, громко позвал Гермиону, игнорируя удивлённые взгляды гриффиндорцев, тем временем Гарри умылся, хотя всё ещё было видно, что он долго плакал. — Как он? — шепнула Гермиона, пока они с Драко шли к постели Гарри. — В порядке. Более или менее… Тут возник Добби с двумя подносами с ужином. — Вы не ужинали, — пояснил Драко. — А ты ужинал? — спросила Гермиона. — Нет. — Почему? — спросил уже Гарри. — Тебя искал… И опять они смотрели друг другу в глаза, слегка улыбаясь. — Добби, принеси, пожалуйста, ещё один поднос для Драко. Добби пропищал что-то насчёт того, что он всегда рад услужить молодому хозяину и через минуту появился с третьим подносом. Все трое залезли на кровать Гарри со своими подносами. Сначала было немного неловко, но когда Гермиона начала рассказывать, что делали другие анимаги, пока Гарри и Драко были слишком заняты друг другом, стало весело. — Ну что, Грейнджер, ты будешь становиться анимагом? — спросил Драко. Называть гриффиндорцев по именам было непривычно, но Драко справлялся. — Не знаю, не уверена, что у меня получится… — Конечно, получится! — хором ответили Гарри и Драко. Гермиона смущённо улыбнулась. — Вы правда так думаете? — Конечно, правда! — и снова хором ответили парни. Все трое весело рассмеялись. — Тем более, если Сириус, отец и Петтигрю смогли стать анимагами на пятом курсе, то ты и подавно… — Стой, что? — шокировано спросил Драко. И Гарри рассказал Драко эту историю, в конце добавив, что это секрет от всех остальных. Драко энергично кивнул. — Мы должны признать, что то, что трое пятнадцатилетних магов смогли стать анимагами без всякой помощи — это просто поразительно. — Ну, они почти два года готовились… — То есть они начали в тринадцать?! Мерлин… В этот момент в спальню вошли Рон и Невилл. — Малфой, пошёл вон из моей спальни! — сказал Рон, подходя к своей постели. Драко спокойно поставил стакан на поднос. «Не реагировать.» — Рон, успокойся! Он пришёл ко мне. Драко спокойно поставил поднос на кровать. «Не реагировать.» — Как ты вообще можешь разговаривать с ним после того, что случилось? Драко встал с постели, стал обуваться. «Не реагировать.» — То, что случилось — это только моё дело. И его. — Гарри, как ты не понимаешь, он подлил тебе что-то… чтоб ты… ну ты знаешь… Драко резко поднял на него холодный взгляд и едко процедил: — Может я подлил ему то же, что тебе подлила Лаванда Браун? Рон в гневе вскинул палочку. Гарри и Гермиона отреагировали мгновенно. — Экспеллиармус! — палочка Рона влетела в руку Гермионы. — Протего! — Рона откинуло на его постель — такой силы было защитное заклинание Гарри. Драко окинул задумчивым взглядом всю сцену и спокойно сказал: — Мне, пожалуй, пора. — Я тебя провожу, — вызвалась Гермиона. Драко наклонился к Гарри и тихо спросил: — Тут всё будет в порядке? Гарри кивнул и тихо сказал: — Спасибо. За всё. Драко подмигнул ему. — Лонгботтом. — Драко. Гермиона решительно взяла Драко за руку и повела из комнаты под разъярённым взглядом Рона. Когда дверь за ними закрылась, Драко услышал непривычно строгий голос Гарри: — Что ты, мать твою, пытался сделать только что?! Они спокойно шли через гостиную, тихо переговариваясь. Драко смог немного осмотреться и, конечно, заметил с каким недоумением все смотрят на него, как затихают при их приближении разговоры, заметил полный ненависти взгляд Джинни Уизли, как все пялились на руку Гермионы в его руке. — Ты сказал ему? — Нет. — А он тебе? — Ему нечего говорить. — Мерлин, почему ты продолжаешь этот глупый самообман? — Сейчас всё хорошо, не хочу ничего портить… — Пожалуй, так тоже хорошо, сначала получше узнать друг друга… — задумчиво сказала Гермиона. Драко не мог сдержать улыбку, казалось, для Гермионы их будущие отношения с Гарри — дело решенное, и Драко очень хотелось тоже в это верить. Перед портретным проходом Драко остановился и почти церемонным жестом поднёс руку Гермионы к лицу, слегка склонился и поцеловал, пожелал спокойной ночи и, высоко подняв голову, вышел, наслаждаясь произведённым эффектом. Только оказавшись на лестнице, он понял, что забыл свою сумку.