Заклинатель

Во время обеда в Большом зале Дамблдор сделал объявление для учащихся, как ему и рекомендовал председатель Попечительского совета. Ослушаться было бы опрометчиво, учитывая, что все еще в силе оставались санкции, наложенные на директора за весеннее происшествие, когда пострадали студенты и появился дух Темного Лорда, угрожавший убить Поттера. — Попечительским советом принято решение ограничить встречи школьных привидений со студентами, так как они при непосредственном контакте могут в некоторой степени отбирать магию у людей. Отныне привидениям позволено появляться в любом месте замка днем только в праздники, а также в начале и конце учебного года, поддерживая традицию. Остальное время они будут обитать в восточном крыле замка, куда людям больше нет хода — его запечатали особыми чарами, — заметив, как бурно отреагировали на последнее сообщение некоторые старшекурсники и близнецы Уизли, Дамблдор строгим тоном предупредил: — Не вздумайте пытаться туда пройти, если не хотите заработать пару болезненных проклятий! — он, конечно же, знал, что на наколдованной стене МакГонагалл закрепила всего лишь особые крапивные чары, которые заставят хорошенько почесаться и обратиться к мадам Помфри с зудящей сыпью, если кто-то попытается сломать преграду, но для острастки сгустил краски. — Найдите себе другое место для вечерних прогулок, — смягчившись, со всезнающей улыбкой на лице предложил он студентам, — и позвольте привидениям спокойно существовать на выделенной им территории. Мы же должны уважать всех разумных магических созданий. Привидения не относятся к нам агрессивно и не стремятся нам вредить намеренно. Дамблдор также рассказал, какие обязанности появились у привидений, но, как ни странно, сообщение о патрулировании ими коридоров по ночам в поиске нарушителей правил не впечатлило студентов, посчитавших, что это не причинит им неприятностей, мол, можно успеть сбежать, пока те позовут дежурного преподавателя. — Ну и что, что они меня увидят? Схватить все равно не смогут, директор ведь сказал, что им вообще запрещено прикасаться к нам. И что они мне сделают? — распинался какой-то умник с Гриффиндора так громко, что товарищам пришлось одернуть его. Но он все равно не успокоился, пока не высказал свою мысль до конца: — Пускай потом докажут, что видели меня! Обсуждение новости продолжалось до конца обеда, но студенты так и не решили, повлияет ли нововведение на их жизнь в Хогвартсе. Большинство все же было согласно с тем парнем, который первым засомневался в способности привидений помешать им совершать ночные прогулки по школе.

***

Однако уже через несколько дней студентам пришлось изменить свое мнение. Парочка старшекурсников-гриффиндорцев, явившаяся ко входу в факультетские апартаменты через полчаса после прозвучавшего вечернего колокола, попалась Почти Безголовому Нику, который приказал Полной даме, охранявшей вход, не впускать тех, пока не придет профессор МакГонагалл, за которой немедля и отправился. Аналогичная ситуация произошла и с рейвенкловцами, которым, кроме всего, еще и пришлось выслушать нудное внушение Серой Дамы перед тем, как та позвала профессора Флитвика. Кто-то попался Плаксе Миртл, устроившей настоящую истерику со слезами и криками, что привлекло внимание дежурного педагога. А близнецы Уизли, решившие проверить, не исчезает ли защита на проходе в восточное крыло ночью, когда привидениям позволено передвигаться по школе, попались Черному рыцарю, который тут же загремел своими призрачными доспехами так громко, что едва не моментально рядом появился завхоз Филч и схватил нарушителей дисциплины. Одним словом, некоторые привидения, ограниченные территорией обитания, вовсю пользовались возможностью развлечься доступным им способом, а четверка факультетских привидений еще и опасалась получить наказание за недобросовестно выполненные обязанности, предусмотренные договором. Разумеется, все студенты-нарушители получили взыскания и тут же поделились своим неприятным опытом с друзьями. Так что скептиков и любителей гулять ночами по школе вскоре поубавилось, что и было отмечено преподавателями как несомненная польза от заключенного с привидениями договора.

***

Как-то ближе к концу февраля близнецы разыскали Гарри в библиотеке, где тот в привычной компании делал домашнее задание, и предупредили, что Перси получил письмо от матери, которая сообщила о возвращении в понедельник в школу Рона, до этого проходившего лечение на дому. — Мама просит, чтобы мы присмотрели за ним. А как это сделать, если мы на разных курсах учимся? Не можем же мы бросить учебу и ходить за ним целыми днями? — жаловался Фред вполголоса, чтобы мадам Пинс не выгнала их из библиотеки. — Ты же знаешь, что мадам Помфри вылечила ему руки еще до каникул, а вот разговаривать более-менее внятно и почти не заикаясь он смог только когда был уже дома. Но стоит ему рассердиться или разволноваться, как снова начинает плохо говорить, — принялся рассказывать Джордж, хотя Гарри ни разу не спрашивал про Рона после начала семестра. — Но магия к нему все еще возвращается очень медленно. Он, наверное, не сможет сдать практические зачеты в этом году. И все же ему разрешили учить теорию вместе со всеми. — Зачем вы это нам рассказываете? — спросил Драко, заметив, что и Гарри не очень приятно слушать про Рона, хотя он и не делал замечаний, видимо, не желая обижать близнецов. — Ну… Его там лечили, и Рон вроде стал спокойнее, но мы не имеем представления, как он поведет себя в школе. Ему нельзя нервничать, но вы же знаете его… — казалось, что Фред не может сформулировать то, что собирался сказать. — Если вы переживаете, что мы будем его доставать или мстить, то не переживайте, — снова вместо Гарри отозвался Драко. — Пусть просто держится подальше от нас. Отец решил не подавать жалобу на него только потому, что Рон получил наказание от Магии. Но если ваш тупой брат продолжит нападать на нас, то я больше не стану молча разворачиваться и уходить. — У него совсем слабая магия, ядро плохо восстанавливается. Ему нельзя колдовать, — снова зачем-то начал уточнять Джордж, отводя взгляд. Ему было жаль брата-дурака, поэтому он хотел заручиться обещанием, что к нему не станут применять магию, но не знал, как об этом сказать, ведь тот и впрямь поступил скверно. — Вот пускай и лечится, а нас не трогает, — бросил Гарри, решив все же высказаться и обозначить свою позицию. — Как вы этого добьетесь — ваше дело. Проклятия кидать в него мы не будем, но и спуску не дадим, если он продолжит свои нападки. — Спасибо, — Джордж неловко улыбнулся. Они с Фредом прекрасно заметили, что Гарри несколько отдалился, хоть и оставался приветливым, когда им хотелось обсудить какую-нибудь тему. — Нам теперь негде варить свои зелья для развлечений, так что мы постараемся присмотреть за Роном, — сказал он, намекая на то, что их «подпольная лаборатория» вместе с ингредиентами и оборудованием осталась в закрытом восточном крыле, что стало катастрофическим ударом по их бизнесу со всякими шуточками. — Я не хочу вмешиваться в дела Рона, но могу вам рассказывать, если случайно узнаю о том, что он задумал хулиганить, — подала голос Гермиона. Она, вернувшись с каникул, не фонтанировала любопытством и не лезла в чужие дела, как раньше, после того как узнала о таком феномене, как наказание от Магии, и даже от учителей не смогла получить понятного ей объяснения, почему такое случается. Оставаясь прилежной ученицей, Гермиона, казалось, теперь что-то постоянно усиленно обдумывает и никак не может решить, как себя вести, за что Гарри иногда ее поддразнивал. — Было бы неплохо, если бы ты хоть так присмотрела за ним, — заверил ее Джордж, тоже заметивший, что Гермиона притихла в последнее время и даже редко высказывала свое мнение, когда они о чем-то дискутировали с Гарри. — Мы пойдем и не будем вам мешать, — сказал он, кивнув на стопку книг на столе. — И что они хотели сказать? — спросил Финниган, проводив близнецов слегка удивленным взглядом. — Думают, что Рон изменится? Никогда в такое не поверю. — Переживают, что мы отомстим ему. Да кто же калеку станет трогать? Главное, пускай сам не нарывается, — пробурчал Драко, подтягивая к себе очередную книгу, чтобы поискать в ней нужную информацию для эссе по истории магии — уроки с новым преподавателем стали намного интереснее, но и домашнего задания прибавилось, ведь профессор-привидение не задавал письменных работ по той простой причине, что не мог даже свиток развернуть, чтобы проверить эссе. — Рон не калека, он просто болен, — сделала замечание Гермиона. — И не смотри на меня так, я не одобряю его поступки. Но и калекой называть его неправильно. — Он моральный калека и урод, — скривившись, стоял на своем Драко. Вроде и времени прошло после инцидента много, но полностью простить Рона он не мог. — Даже наказавшая его Магия со мной согласна. — Перестаньте, — попросил Гарри, пытаясь сосредоточиться на прерванной приходом близнецов работе. — Что вы раньше времени устроили разборки? Вот придет этот в школу, и посмотрим, как он будет себя вести.

***

Рон Уизли, казалось, и впрямь изменился. Он больше не искал приключений, ходил понурым, похоже, чувствуя свою ущербность из-за невозможности колдовать, тогда как все остальные словно специально демонстрировали ему свои успехи. Рон пытался заниматься вместе с Дином и Невиллом, значительно улучшившими свою успеваемость, пока он отсутствовал в школе. Правда, лень зачастую мешала сосредоточиться на учебе, так что его иногда можно было застать в библиотеке спящим прямо на недописанном эссе. Рон демонстративно отворачивался от Поттера и Малфоя, если сталкивался с ними в коридоре, а на подколки других студентов, подстрекающих вернуться к прежнему поведению, в зависимости от настроения огрызался или заявлял, что еще не восстановил силы для этого. Трижды в неделю после занятий Рон ходил в Больничное крыло, чтобы целитель продиагностировала его и выдала очередную порцию зелий, прописанных ему специалистом из больницы Святого Мунго для улучшения работы магического ядра. Так продолжалось до мая месяца, когда Рону наконец-то позволили взять в руки волшебную палочку и начать понемногу отрабатывать простейшие заклинания, которые приходилось практически учить заново, потому что уровень его силы все еще оставался ничтожным. И тем не менее он сразу ожил, снова примерив на себя роль лидера в их небольшой команде. Не то чтобы Рон начал вести себя как раньше, но уверенность в себе к нему вернулась. А вместе с уверенностью возвратилось и желание доказать всем, что он пострадал не от какой-то непонятной Магии, а из-за Поттера. Началось все с мстительных взглядов, которые Рон бросал на Гарри и Драко на уроках. Само собой, ребята, как и Гермиона, сразу заметили изменения в его поведении, о чем тут же стало известно и старшим братьям Уизли, учившимся в школе. Критической отметки терпение Рона, планирующего добиться «справедливости», достигло за пару недель до экзаменов. После обеда он, практически на буксире волоча за собой Дина Томаса, догнал Гарри сразу за дверью в Большой зал и выкрикнул ему в спину: — Поттер, и не надейся, что я не выведу тебя на чистую воду! Это ты меня проклял! Я всем это докажу! Гарри переглянулся с Драко, вздохнул и повернулся к Рону лицом, — молча сбегать он не собирался, тем более, когда прозвучали угрозы. По большому счету Гарри понимал, что был, так сказать, инициатором полученного Роном наказания от Магии, но с другой — лично он не применял к нему колдовство, поэтому считал обвинение беспочвенным. — Решил испытать судьбу? Мало тебя Магия наказала за глупые и жестокие поступки? — Гарри говорил спокойно, наблюдая за тем, как вокруг них мгновенно начали собираться любопытные. — Это ты меня заколдовал! Дин, расскажи, как все было! Ты же все видел, — Рон дернул друга за руку, понукая встать на его сторону, но тот молчал. — Ну же! Ты же видел, как он злобно посмотрел на меня и махал своей дудкой, а потом как изогнется, как колданет! Мне сразу больно стало, — с жаром принялся описывать Рон. — У него дудка вместо волшебной палочки. Вот! Дин, подтвер… — договорить Рон не смог, потому что кто-то с силой приложил его по шее. — Да я сейчас тебе!.. — разворачиваясь выкрикнул он и умолк — позади стояла его младшая сестра и грозно сверкала глазами. — Что ты творишь? — Это ты что творишь? Снова нарываешься? Что ты мелешь? Мало уже полученного наказания от Магии? — уперев руки в боки и воинственно задрав подбородок, принялась за воспитание брата Джинни Уизли. — Я же сказал, что это не какая-то там Магия, а Поттер… — То есть мадам Помфри, целитель из больницы и, в конце концов, директор Дамблдор ошибаются? Один ты умный и все знаешь! Или ты считаешь, что все устроили заговор против тебя, особенного, и специально всех обманывают? Рон, прекрати жить в выдуманном мире, где ты герой, а все остальные ни на что не годные дураки! — щеки возмущенной Джинни зарумянились. Она, не обращая внимания на собравшуюся вокруг них толпу, продолжала сверлить потерявшего дар речи Рона недовольным взглядом. — Что, братишка, получил? Даже младшая сестра понимает, что ты заигрался в героя. — А мы-то думали, что ты повзрослел и взялся за ум. Подоспевшие Фред и Джордж, которых привела Гермиона, поддержали Джинни. — Да вы!.. Да я!.. Н-ничего вы н-не знаете! — Рон из-за волнения снова начал заикаться, чего в последние месяцы с ним практически не случалось. — Дин, н-ну скажи! Ты же видел, как Поттер заколдовал м-меня! — Не выдумывай! — вырвав руку из захвата Рона, хмуро произнес Дин, недовольный, что его втянули в разборки. — Ни он, ни кто-либо другой не проклинал тебя тогда. Это ты кинул в него заклинание. И в Малфоя тоже. Я говорил, чтобы ты прекратил, но тебе было смешно, как Малфой упал. А Поттер вообще спиной к нам стоял, когда ты в него запустил Флиппендо. — Т-ты… Т-ты решил м-меня предать? — глаза Рона стали огромными от возмущения и удивления, что Дин открыто и при свидетелях выступил против него. А он ведь надеялся на его полную поддержку. — Т-тоже решил подлизаться к Поттеру, как они? — он кивнул на братьев-близнецов. — Н-ну и ладно! Т-ты м-мне больше не друг! — голос разозленного до крайности Рона дал петуха. — Не очень и хотелось, — если Дину было и обидно из-за таких слов, он постарался этого не показывать. — Идем, Невилл, — Дин повернулся к Лонгботтому, пришедшему следом за ним и Роном. — Нам надо к проверочной работе готовиться. А Рон пускай геройствует, ему знания не нужны для того, чтобы ковыряться в носу и мечтать, как он станет лучше всех, — Дин тоже умел бить по больному месту, припомнив неприятную привычку Рона. — Н-ну и идите. Умники отыскались! Один бабку боится до усрачки, весь т-трясется, как кисель, стоит вспомнить о н-ней, а другой вообще пустоголовый — лишь поддакивает и кивает, как болван, что бы ему н-ни сказали! Когда поймете, что н-ни н-на что н-не годитесь, н-не приходите ко м-мне плакаться. Я предателей н-не прощаю! Только и умеете трусливо оглядываться, как бы чего н-не случилось! Какие из вас гриффиндорцы?! — казалось, Рон уже и забыл, с чего начался скандал, и теперь нападал на Дина, впервые не подыгравшего ему, а, напротив, практически выступившего с обвинениями, и на Невилла, который вообще ничего ему не говорил. — То есть все гриффиндорцы должны быть дураками, как ты? — не утерпел Драко и подлил масла в огонь. Он ни за кого не заступался, а просто дразнил Рона, получая удовольствие от его бессильной злости. — Сам т-ты дурак! М-мало т-тебе было? Так я м-могу… Джордж схватил Рона за плечи и хорошенько встряхнул, не дав продолжить бросаться угрозами. — Слушай меня внимательно, герой! — сказал он, повысив голос. — Ты уже всех достал своей глупостью! Нам стыдно быть твоими братьями. Если не успокоишься и не возьмешься за ум, попрошу маму, чтобы прислала розги и разрешила нам высечь тебя прямо в Большом зале. Может, тогда успокоишься, перестанешь выдумывать всякую чушь и нападать на Гарри. Хватит ему завидовать. Запомни, тебе никогда не стать лучше него, пока не поумнеешь. — А это никогда не случится, потому что у него нет мозгов! — выкрикнул кто-то из толпы, развлекающейся бесплатным «представлением». — Герою мозги не нужны, — засмеялась какая-то девчонка-старшекурсница, сама того не зная, что своей репликой подала идею для клички «безмозглый герой», которая надолго закрепится за Роном Уизли. — Оставьте м-меня в покое! — выкрикнул Рон и, расталкивая окруживших их студентов локтями, поспешил сбежать, забыв и про Поттера, которого собирался вывести на чистую воду, и про отвернувшихся от него друзей. Он так долго фантазировал, как станет героем, а теперь все знали о его надеждах и смеялись над ним и его мечтой. — Да никто тебя и не трогал, ты сам какие-то претензии выставлял, — пробормотал Гарри, благодарно кивнув близнецам и Джинни, и потянул Драко за руку, намекая что им нечего здесь делать. — Думаешь, он больше не будет устраивать тебе «концерты»? — охотно последовав за Поттером, с сомнением в тоне вполне серьезно поинтересовался Драко. — Откуда мне знать, что у него в голове творится? Но поддержки от Томаса и Лонгботтома в ближайшее время у него не будет, он их здорово обидел своими откровениями. Так что, надеюсь, до конца учебного года он поумерит свой пыл. Без компании Рон не такой храбрый. Вспомни, он ни разу не пытался приставать к нам, когда оставался один, — Гарри было неприятно из-за того, что только что произошло, потому что он не любил оказываться в центре внимания, тем более, если это что-то скандальное. Но, с другой стороны, он наконец-то получил существенную поддержку именно от семьи Уизли, особенно его поразила Джинни, которую он еще помнил застенчивой девочкой, прятавшейся за юбку матери.

***

А тем временем Рон Уизли уселся прямо на пол за постаментом с доспехами неподалеку от входа в апартаменты факультета Гриффиндор и дал волю слезам, мысленно желая всем обидчикам лишиться магии и стать изгоями в их мире. Уж он-то испытал на себе, насколько это унизительно, не иметь возможности колдовать, когда все вокруг без проблем пользуются волшебством. «Все из-за Поттера. Все из-за Поттера», — словно мантру повторял он, не желая принять реальность, в которой сам в ответе за собственные поступки.