Сборник: Сиён и Рейнольд

– Сиён? – нерешительно позвал Рейнольд, откладывая книгу, будучи не в силах продолжать чтение. Мучавшие его вопросы не желали отступать, и волей-неволей придётся утолить их любопытство. – Можно вопрос? – Да? – девушка посмотрела на него. Не так давно она раскрыла ему всю правду. Что на самом деле она не Пенелопа, а совершенно другой человек из другого мира, который оказался в теле злодейки. Упомянула, что её история была похожа на историю самой Пенелопы, и поэтому она очень сочувствует владелице этого тела. Младший Эккарт был ошеломлён рассказом. Что уж точно не укладывалось в его голове – почему она не осталась с родной семьёй? Неужели там было настолько невыносимо? – Почему ты… Ну, не осталась с отцом и тем старшим братом? Жить в тесной... Квартире, ты сказала? Неужели вам с братом жить в ней было лучше, чем с семьёй в комфортных условиях? – «В комфортных условиях»? – медленно повторила за ним Сиён, нервно сжимая в руках ткань темно-фиолетового платья. – Это совсем не было похоже на «комфортные условия». В голове вихрем проносились воспоминания, как её отец, Ча Иль Сон, сперва делал вид, что её не существует. Он вспомнил о ней, лишь когда ему доложили о смерти матери Сиён. Только после этого он забрал её к себе. Но и там было не сладко. Старшие братья ненавидели её за сам факт её существования. Как будто это она виновата, что отец завёл роман на стороне. – Но всё же? – настаивал Рейнольд. – Отец привёл меня к себе домой и оставил, очевидно рассчитывая, что этого достаточно. Ровно также, как и герцог забрал Пенелопу, ничего не объяснив вам, – Сиён злобно стиснула кулаки. Только в отличие от герцога, Иль Сон никак не вмешивался в жизнь дочери. Словно забыл о девочке, которая тогда ещё верила и надеялась, что кому-то в этом мире на неё не плевать. – Братья ненавидели сам факт моего существования. Как будто я была рада, что родилась. – Второй старший брат, Сон У, позже смог признать свои ошибки и наладить со мной отношения. Он, кстати, очень похож на тебя, – Сиён улыбнулась своим воспоминаниям. – С ним единственным из семьи я могу общаться без обиды, снедающей душу. Он поддерживал меня и защищал перед отцом и… Другим старшим братом. Девушка помрачнела, тяжело дыша. Даже просто вспоминать было больно. « – Ча Сиён! – на хрупкое тело девушки обрушивались удары. Она лишь всхлипывала, сжимаясь в комок, стараясь защитить жизненно важные органы. – Ты не должна забывать, кто ты! Ты порочишь нашу фамилию! – Я ничего не делала… – Ты ещё смеешь мне возражать, мерзавка?! – удар ногой по рёбрам заставил Сиён закричать…» « – Брат, подожди меня! – С чего бы это? – холодный тон Дэ Хёна выбивал землю из-под ног. – Я не собираюсь сидеть с тобой в одной машине. Сама дойдёшь, всего час ходу. – Но у меня нет даже зонтика или куртки… – Твои проблемы, дура, – наследник семьи Ча сел в машину, игнорируя умоляющий взгляд единокровной сестры. – Поехали! Машина уехала, оставляя насквозь мокрую и продрогшую Сиён одну…» – Ча Дэ Хён. Он копия Деррека, только даже хуже. Деррек, по крайней мере, не опускался до того, чтобы избивать свою сестру, – от этих слов Рейнольд даже как-то побледнел. Для него это было уже перебором по всем фронтам. А ведь Сиён их родная сестра… – Он считал нормальным заставлять меня голодать, оставлять меня одну под дождём, избивать и издеваться надо мной в школе. А теперь скажи мне, Рейнольд… Как думаешь, какого было маленькой девочке, потерявшей мать, терпеть всё это, понимая, что единственное, в чём она виновата – что она появилась на свет из-за интрижки отца? Бирюзовые глаза были полны боли и отчаяния. По щеке прокатилась слеза. – Как думаешь, насколько сильно страдала эта девочка? Она всего лишь любила свою семью, и хотела стать её частью. Но её безжалостно оттолкнули, – Рейнольду начало казаться, что Сиён сейчас говорила не только о себе, но и о Пенелопе, чьё тело она заняла. – Она пыталась подружиться, но её смешали с грязью. Пыталась понравиться, но её облили дерьмом. Пыталась наладить отношения хотя бы подарками, но они оказались растоптаны у неё на глазах. Со щёк девушки уже потоком лились слёзы горечи и обиды. Она опустила голову, запоздало пытаясь скрыть их, хотя уже и не было смысла. – Как думаешь, они… Они думали, что эта девочка… Очень одинока… И… И сама не хочет жить?.. Этого Рейнольд уже не выдержал. Сиён вздрогнула от неожиданности, когда брат резко притянул её за руку и прижал к себе. Его тоже трясло от злости, тоски и дикой несправедливости. Действительно, почему они так обращались с Пенелопой? Она же не была виновата в том, что герцог её забрал, не была виновата в том, что Ивонн исчезла. Почему с Сиён так обращалась её собственная семья? Словно было мало обуревавших его чувств, девушка в его объятиях расплакалась, цепляясь пальцами на его рубашку. – Почему, брат?.. Что я сделала не так?.. Почему я?.. Если бы я знала, что меня ждёт, я бы… Я бы никогда не пошла за ним… Уж лучше сдохнуть в на улице… – Не говори так! – нервно кричит Рейнольд и тут же сбавляет громкость, почувствовав, как дёрнулась Сиён. – Ты сильная, ты сможешь справиться. В твоём мире у тебя был брат, который тебя поддерживал, здесь у тебя есть я. Мне неважно, Сиён ты или Пенелопа, ты всегда можешь ко мне обратиться за помощью. Правда. – Я… Я не знаю… Мне кажется, что да, я смогу выжить здесь и вернуться в свой мир… И в то же время я боюсь, что меня сломали… Я не знаю, что мне делать, Рей… Я… Я не хочу умирать. Я хочу домой, к Сон У. Эккарт просто прижал её к себе покрепче, укрывая её плечи одеялом, стараясь согреть и дать то самое чувство защищённости, хоть какой-то. Неважно, что это не совсем его сестра, лишь тело сводной. Но он просто не мог бросить почти захлёбывающуюся слезами девушку. – Ты здесь не одна, Сиён. Я буду рядом.