Ты совсем как во сне

      Кажется, последнее он произнес вслух и довольно громко, отчего совершенно невероятного карамельного с рыжинкой оттенка глаза ещё больше расширились, прежде чем сузиться в огненной ярости. Как только Рыжий пришел в себя, Тяню смачно прилетело в челюсть, и последние сомнения в реальности происходящего рассеялись. Вот это уже точно было больно! Волей-неволей пришлось поставить парня на место, потирая ушибленное место. А неплохо бьёт!       — Прости, я не представился. Хэ…       — Да похуй мне, как тебя зовут! — Рыжий, отступивший было на пару шагов, снова шагнул ближе, выпрямляясь во весь рост, как бойцовский петух, толкая грудью и вскидывая средний палец. Тянь вздрогнул оттого, как знакомо это выглядело. — Съе-бал отсюда!       Назревающий конфликт пришлось срочно сворачивать — в класс вошел учитель.              — Что здесь творится?! Вы звонок слышали?!              Извинившись с почтительным поклоном, Хэ Тянь поспешно ретировался. Только в опустевшем коридоре он прислонился лбом к холодному стеклу. Вот и нашел свою зазнобу. В голове всё ещё шумело, слишком уж неожиданно всё вышло, и похоже, первое впечатление он произвел мягко говоря не самое радужное… или наоборот, слишком радужное, это как посмотреть…              Цзянь И с Чжанем Чженси возникли рядом одновременно, как черти из табакерки.       — Ну ты, блин, отжигаешь! — голос И звучал восхищенно. — Я такого кордебалета в жизни не видел! А как народ в классе офигел — я видел, даже на телефоны снимали. Жалею, что сам пробакланил. Ладно, попрошу у кого-нибудь, на память.       — Тянь, ты как вообще, в порядке? — Чжань смотрел с беспокойством.       — Ребята. Достаньте мне номер Рыжего. Всё, что угодно.       — А почему Рыжего-то? Нет, ну то есть, это очевидно. Но у него имя есть. — уточнил Цзянь, гаденько потирая руки. — Но я его тебе не скажу! Посмотрю, как ты сам крутиться будешь. Как вообще можно не знать имени того, по кому сохнешь уже сколько? Два месяца? Три?       Видимо, оценив тяжелый взгляд Тяня, Чженси поспешил сгладить углы.       — Да это не секрет — можно ж у любого одноклассника узнать, или в учительской. Мо Гуань Шань.       Хэ только благодарно похлопал Чженси по плечу под разочарованным взглядом Цзяня. Мо. Гуань. Шань. Хотя Рыжий ему тоже нравилось. А ещё — малыш Мо. Да, так, пожалуй, лучше всего! Имя ощущалось на языке толи сладким, толи жгучим. Как перец с сахаром. Тянь облизнулся.              Ломиться в жизнь внезапно оказавшегося реальным героя своих фантазий было по меньшей мере неразумно, особенно учитывая их более чем неловкое знакомство, благодаря которому в классе, а то и по школе, нескоро ещё стихнут пересуды. Всё это Хэ Тянь понимал, но с трудом удержался, чтобы не метнуться после уроков караулить малыша Мо на выходе из школы.              Вместо этого пришлось довольно долго упрашивать от души веселящегося и ломающегося Цзяня помочь ему хотя бы с номером телефона. Почему-то показалось, что начать общение сначала, с заочного, будет хорошей идеей. Самому соваться в класс и рисковать нарваться на скандал с Гуань Шанем не хотелось. Наконец под обещание закатить грандиозную вечеринку и купить И любые леденцы и сладости на выбор, тот обещал достать заветный номерок.              Вечером Хэ Тянь только что по стенам и потолку не ходил в ожидании. Этот гад сто процентов давно достал, но не упустит шанса потравить ему душу ожиданием. Можно было конечно позвонить нажаловаться Чженси, но тот, скорее всего, выслушает, помолчит сочувственно, и делать ничего не станет — чертов Цзянь вертел своим верным другом, как хотел. Хотя, может быть и не совсем как хотел. Но это уже их дела, у него своих проблем по горло.              Время было около полуночи, когда несносный блондин наконец появился в чате. — Ну?! — не вытерпел Хэ. — Ну? — продолжал ломать комедию Цзянь. Как он ему ещё ничего не переломал — Тянь в душе не понимал, видимо, всё дело в мягком от рождения характере. — Цзянь. — Хэ! — У тебя сколько запасных жизней? — Разве так разговаривают с лучшими друзьями, которые, между прочим, помогают устроить твою личную жизнь, невзирая на! — Я передумал. Забудь про вечеринку и сладости. Узнаю всё сам. А ты — труп. — Воу, воу, Ромео! Эка тебе башню-то рвёт. Ладно, вот *вам направлен контакт* — Спасибо, Цзянь. — Всегда рад помочь. И не забывай, кто твой лучший друг и вообще красавчик! — С тобой забудешь.       Он ещё продолжал что-то набирать, но Тянь уже пялился только на цифры телефона, который добавил в контракты и решал суперважный вопрос: как его подписать. Солнышко — слишком сопливо, Рыжий — звучит как кличка, Мо Гуань Шань — чересчур официально, и просто скучно. Пусть будет «Момо». Идеально же!       Наконец удовлетворившись оформлением с установленной аватаркой в виде наглой рыжей кошачьей мордочки, Тянь торжественно нажал на вызов.       — Да… — хрипловатый голос звучал предельно сонно. Странно, время-то детское, ещё и часа ночи нет.       — Добрый вечер, — выдохнул Тянь. — Я что, разбудил тебя? Прости, Момо…       — Кто это? Какого хрена?       — Твой сонный голосок заставляет меня жалеть, что я не рядом. На твоей постели, малыш! — он задышал в трубку активнее.       — Блядь, да кто … — видимо, Гуань Шань-таки припомнил голос, заводясь с пол оборота. — Это ты что ли опять, мудак? Не звони мне, блядь, больше! Покоя от тебя нет нигде…       — Ты должен дать мне шанс. Не отвергай моих чувств вот так сходу! — возмутился Тянь.       — Нихера я тебе не должен. Откуда ты вообще на мою голову свалился?       — Ты мне снишься.       — Что… за чушь ты всё время несёшь?       — Сни-и-ишься… — голос Тяня звучал мечтательно. — Я и не надеялся, что увижу тебя, услышу твой голос, смогу сжать в объятьях… только позволь мне быть рядом, я покажу тебе всю силу моей негасимой любви…       И понял, что больше его никто не слушает. Абонент отключился. Похоже, тактика была выбрана немного неправильно. Что ж, у него бесконечное количество попыток и вся ночь впереди… предсказуемо, где-то на третьем звонке номер оказался заблокированным. Ничего, если что — можно узнать и адрес. Теперь, когда он убедился, что Рыжий, нет, Мо существует на самом деле, варианта отказаться от него Хэ просто не рассматривал. Ему не терпелось нарисовать его с натуры… причем, желательно, обнаженной.       Ночь прошла беспокойно, хотя кошмары в этот раз не досаждали, скорее наоборот… разница чувствовалась сразу, это точно не был «живой» сон, зато в нём Мо лихо избавился от одежды, а потом томно позировал, пока Тянь едва делал вид, что пытается рисовать… и проснулся в крайне приподнятом настроении. Ох уж эта юношеская влюбленность…       

      ***

      В школьных коридорах Тянь то и дело искал глазами рыжую макушку, но как назло, он на глаза не попадался. Видимо, их ежедневные маршруты по школе не пересекались категорически. Как-то так и вышло, что за все годы обучения они ни разу друг друга не видели. И могли бы и дальше разминуться, если бы не Цзянь с Чжанем, потащившиеся к Сяо Хой — девчонке из параллельного класса, которая как-то однажды призналась Чжаню. Хотя он и не смог ответить на её чувства, между ними образовалось что-то вроде дружбы, и они периодически общались. Впервые зайдя за ней в класс, глазастый Цзянь ухитрился узнать Гуань Шаня, которого видел до этого только на портретах, нарисованных Тянем.       Сам Хэ свой альбом хранил, как коршун, но И был довольно бесцеремонен, когда его что-то интересовало и однажды ненадолго стащил его из школьного рюкзака, оставленного на скамейке под его присмотром, пока Тянь и Чженси скакали по площадке, играя в баскетбол.       Цзяня до крайности забавляло происходящее — смотреть, как утомленный жизнью уже в свои семнадцать, циник Хэ Тянь на ходу превращается во влюбленного дурачка было до жути увлекательно. Во всей этой истории определенно было нечто странное, и ему хотелось докопаться до истины. Почему Тянь сказал те слова? Как будто действительно не знал этого рыжего гопника раньше. Но как тогда он месяцами его вырисовывал во всех видах и ракурсах? Что-то не сходилось… в рассказы о сновидениях и подобной ерунде Цзянь не верил вовсе. Всё это даже отвлекло его немного от страданий по Чженси, с которым они тысячу лет назад застряли в состоянии между дружбой и чем-то большим, и ни тпру, ни ну. В общем, Цзянь был преисполнен энтузиазма поучаствовать в этой темной истории — даже если рыжик окажется неподходящей парой для Тяня, хоть поугарают. Ну а если у них и впрямь что-то срастется — это обеспечит его развлечением на ещё более долгий срок. В том, что с этими ребятами не соскучишься, Цзянь был уверен. В конце концов, почему бы не добавить в их компанию Мо Гуань Шаня, который не подозревал пока о таких коварных планах в отношении своей скромной персоны.              Утром Хэ появился, щуря глаза, под которыми залегли тени. Цзянь тут же закинул руку на плечо:       — Не выспался? Разговорчики до утра, м? После школы идём в кондитерскую, я собираюсь разорить семью Хэ подчистую.       Тянь вяло скинул его руку.       — Он меня заблокировал. Мне нужен его адрес. Или новая симка. Или и то и другое сразу.       Цзянь едва сдержался, чтобы не заржать.       — Хэ, твои аппетиты растут. Гляди, придется кредит брать. Я в долг не работаю!       — Твои попытки звучать круто напоминают лай пекинеса: мило, но бесполезно. Если у тебя жопа слипнется от сладкого — мне не звони.       — Ты — последний, кому я бы позвонил по поводу своей жопы, — слегка надулся Цзянь.       — Это да, если б я тянул руки к твоей жопе, Чженси мне бы их точно сломал.       — Вот умеешь ты приятные вещи говорить. И как Рыжик не повелся?       — Да он вообще дикий какой-то. Как мне это нравится! Дикий камышовый кот… — Хэ аж зажмурился. — Всегда хотел завести такого.       — Ты то звучишь как влюбленный маньяк, то как мудак обыкновенный. Определись уже! — посетовал И, снова закидывая руку. — Ладно, так и быть, побуду снова твоей феей-крёстной. Поговорю насчет тебя с твоей золушкой.

***

      Цзянь нашел Мо по наводке от знакомых девчонок в закутке, где школьники периодически курили вдали от глаз дежурных и преподавателей. Мо задумчиво подпирал стену, иногда поднося к губам сигарету и выдыхая дым.       — Привет, как жизнь? Поболтаем?       — Не о чем мне с тобой болтать, — проворчал Гуань Шань, отворачиваясь. — Я вас не звал, идите нахуй.       — Ну нельзя же быть таким букой! — разулыбался И, подбираясь ближе. Чжаня он оставил на выходе из закутка на стрёме, чтобы их беседе никто не мешал. — Там человек страдает, ты должен проявить сочувствие.       — Да что вы заладили? Кому я чо должен? — устало возмутился Рыжий. — Что это ебанутый тебе обещал, что ты так распинаешься?       — Гору конфет, но это не имеет отношения к делу. Слушай: Хэ Тянь — конечно мудень редкостный, но есть в нём и положительные стороны. Например, бабла у него куры не клюют… и по большинству предметов шарит. Правда дать списать периодически жмётся…       — Вот это да! Не, так ты слона не продашь, — неожиданно усмехнулся Мо. — Нет бы сказать: ангельский характер, богатый внутренний мир, переводит бабушек через дорогу…       — Зато честно! — развел руками Цзянь, ещё шире улыбаясь в ответ. — Я ж тебе не на свиданье с ним идти предлагаю — просто пообщайся для начала — вдруг зайдет.       — Ладно, — Гуань Шань затушил окурок и кинул в урну. — Передай ему — если без разговоров про его неземную любовь и тупых подкатов — пусть звонит завтра в девять. Но проебётся — в бан, а при попытке приблизиться — в бубен.       — Ого, я не рассчитывал, что ты вот так сразу согласишься.       — А что мне остается? Ты ж не отстанешь, не морду же тебе бить — я… детей, баб и эльфов не бью.       — Тебе уже говорили, что ты — прелесть?       — Ни разу, — Мо смотрел без тени улыбки. — И не стоит начинать.