Смена планов

Эндрю должен был общаться с «Покорителями улиц — Лисами», как они стали себя называть, но вместо этого он смотрел на Нила. Все было настолько нормально, насколько может быть нормальным обед с Лисами, когда Нил внезапно втянул воздух и напрягся рядом с Эндрю — конечно, Эндрю это почувствовал. И когда он тихо спросил об этом, Нил просто сказал ему, что он в порядке. Что снова вышло ему в двадцать долларов. Так что теперь Эндрю начал пристально смотреть на Нила, пока не получит достойный ответ. — Мы что-то пропустили? — спросил Мэтт. — Эндрю выглядит готовым убить Нила. — Все в порядке, — сказал Нил. — Двадцать долларов, чувак. Нил проигнорировал это. — Джозефина только что сильно пнула меня. Эндрю не поверил в это, Нил выглядел так, будто ему было больно. Конечно, некоторые удары Джозефины и раньше были сильными, но что-то в Эндрю подсказывало, что дело не только в этом. Возможно, он был параноиком, но чем ближе они приближались к дате родов Нила, тем сильнее становилось его беспокойство. — Возможно, она двигается, чтобы подготовиться к родам, — сказал Аарон. — Это может произойти за несколько дней, я думаю, даже недель до родов. У Эндрю было ощущение, что последняя часть была призвана успокоить Эндрю, но это не помогло. Однако мысль была оценена по достоинству. — Да, видишь? Я в порядке, — сказал Нил. — Еще двадцать, чувак, — напомнил Мэтт. — Сейчас он скажет, что все нормально, — вздохнула Дэн. — Она перевернулась, — Элисон показала на Нила. — Это больно. Перестань быть тупицей. — Но я в порядке! — возразил Нил. — Двадцать долларов, — сказал Ники. — Тебе действительно нужно остановиться — ты тратишь деньги, которые могут пойти на колледж для Джозефины. — Она может просто играть в экси и получать стипендию, — сказал Кевин. — Да, именно то, что сказал Кевин, — согласился Нил. — Экси-идиоты, — пробормотал Аарон. Эндрю кивнул в знак согласия. Он был влюблен и имел ребенка от экси-фанатика. Нилу чертовски повезло, что он был горяч. — По крайней мере, Кевин и Нил, будучи такими предсказуемыми, сблизили близнецов и принесут мне деньги, — сказал Ники со вздохом. — Я поставил пятьдесят на то, что Нил и Кевин заставят Эндрю согласиться на то, чтобы Джозефина вступит в младшую лигу. — Я верю в то, что Эндрю будет стоять на своем, — сказал Аарон. Он посмотрел на Эндрю с раздражающей долей отчаяния в глазах. — Не дай им превратить ее в еще одного из них. — Заткнись, Аарон, — сказал Эндрю. — О, я полностью ожидаю, что Нилу придется попросить только один раз, — сказала Элисон. — Я уверена, что он уговорит маленькую Джози присоединиться к нему. Эндрю не стал отвечать. В основном потому, что это была правда, он знал, что не сможет отказать ни Нилу, ни Джозефине — а она еще даже не родилась. Но остальным не нужно было этого знать.

—

— Эндрю, перестань уже как десять минут подряд пялиться на своего парня и послушай меня, — крикнул Кевин. Эндрю продолжал игнорировать его. Он был очень занят, глядя на Нила, наблюдая за любыми признаками дискомфорта. Это была тяжелая ночь, Нил никак не мог устроиться удобно и просыпался каждые пару часов. Это было тяжело для Эндрю, так как он не хотел спать, когда Нил не мог, поэтому он не отходил от Нила и вставал всякий раз, когда тот просыпался. — Эндрю! — крикнул Кевин. — Перестань! — Заткнись, Дэй, — сказал Эндрю и не сменил направление своего взгляда. — Такими темпами я вырву себе волосы. — Если ты сделаешь это, кто захочет встречаться с тобой? Твоя внешность — это все, что у тебя есть. — Не заставляй меня обращаться к Нилу, — предупредил Кевин. Эндрю вслепую протянул руку и схватил Кевина за майку. Он подтащил его ближе, оторвав взгляд от Нила, чтобы посмотреть на Кевина. — Ты не сделаешь этого. Не беспокой его сегодня. — Понял. Не буду его доставать, — сказал Кевин. Эндрю подождал мгновение, затем отпустил Кевина. — Уходи. — Ты действительно не собираешься блокировать ворота? — Нет, — сказал Эндрю, просто чтобы услышать череду проклятий, которые выпустил Кевин. Это того стоило. — Дэн, поставь Рене на ворота! Эндрю снова сложно ведет себя! — крикнул Кевин, возвращаясь к остальным. — Я даже не могу заставить Нила попросить его! Эндрю не стал больше тратить время на дурацкую игру в отбивания мяча и ушел с площадки, быстро направляясь в душ и переодеться. Приняв душ, он вернулся на площадку и сел рядом с Нилом на домашнюю скамейку. Нил выглядел полусонным, но заставлял себя бодрствовать. — Тебе нужно поспать, — сказал Эндрю, автоматически предлагая свою руку. Нил посмотрел на Эндрю, взяв его руку. — Я знаю, — сказал он. — Но скоро я застряну дома на некоторое время после рождения Джози, поэтому я пытаюсь получить каждую секунду, которую могу. — Наркоман, — сказал Эндрю, потирая большим пальцем тыльную сторону руки Нила. Дурацкие привычки. Нил слегка ухмыльнулся и прислонился к Эндрю. — Она становится нетерпеливой, — сказал он. — Я виню тебя в этом. Эндрю нахмурился и положил свободную руку на живот Нила. — Почему это моя вина? — Просто твоя и все, — сказал Нил. — Я устал, я объясню тебе причины, когда не буду уставшим. — Конечно, скажешь, — пробормотал Эндрю. — Как ты думаешь, она будет защитницей? — спросил Нил, его глаза были закрыты. — Вы с Кевином слишком много времени проводите вместе, — сказал Эндрю. — Но подумай об этом — Аарон и Ники — защитники, и я изначально играл защитником, и именно это помогло нам выиграть игру против Воронов, — объяснил Нил, его голос превратился в шепот, так как он изо всех сил старался не заснуть. — Или ты думаешь, что она будет величайшим в мире вратарем, как ее отец? Эндрю закатил глаза, игнорируя теплое чувство в груди. — Если она будет играть, она будет лучшей на любой позиции, — сказал он. Нил улыбнулся. — Ты присоединился к разговору об экси, я выиграл. — Просто спи, Нил.

—

— Ладно, учитывая, что вы, идиоты, не занимаетесь предродовым планированием, я помогу вам собрать больничную сумку, — сказал Аарон вместо того, чтобы ответить на вопрос Эндрю о том, почему он ворвался к ним в квартиру. Эндрю начинал раздражать тот факт, что он дал Аарону запасной ключ от квартиры. Он должен был быть для экстренных случаев, а мешать ему и Нилу не было экстренным случаем. — Что? — спросил Нил. — Вот почему я пришел. Аарон протиснулся мимо Эндрю и прошел в гостиную, чтобы бросить сумку на журнальный столик. — У тебя все еще есть твоя спортивная сумка? — спросил он Нила. — Да? Что это? — спросил Нил, заглядывая в эту сумку. На лице Аарона появилось легкое отвращение. — Средства послеродового ухода, потом поблагодаришь меня. — Когда это я тебя благодарил? — Заткнись, Нил. Эндрю встал рядом с Аароном и решил, что не хочет заглядывать в сумку. — Почему? — спросил он. — Потому что ты мой глупый младший брат, который не планирует наперед, когда дело касается Нила. — Я старше. — Заткнись. — Зачем тебе нужна моя сумка? — спросил Нил, прерывая спор. Он шел к тому, что они начнут пинать друг друга. — Нужна, мы с Эндрю пойдем собирать вещи, потому что я сомневаюсь, что он хочет, чтобы ты вставал с дивана, — проворчал Аарон. — Верно. Нил пожал плечами и откинулся на спинку дивана. Его ноги распухли до невозможности, так что он, вероятно, был благодарен за то, что не встает. — Только Эндрю может рыться в моих вещах. Аарон кивнул и повернулся к Эндрю. — Ладно, сначала ты должен собрать ему удобную одежду. Близнецы провели следующие полчаса, собирая сумку Нила с вещами, которые понадобятся ему и Эндрю: треники, свободная футболка, тапочки, которые Нил одолжил у Элисон, а потом забыл отдать, туалетные принадлежности, куча закусок и книга, несмотря на жалобы Эндрю, что она ему не нужна. — Итак, тебе понадобится автокресло. И я не думаю, что Мазерати будет безопасно для младенца, — сказал Аарон, как только они упаковали сумку и дважды все проверили. — Я воспользуюсь машиной Ваймака, — сказал Эндрю. Если быть честным, он отложил задачу с машиной на задний план. Ему придется купить новую, более подходящую для семьи, но он не хотел избавляться от Мазерати. Временным решением было использовать машину Ваймака до тех пор, пока он не найдет что-то постоянное. — Как я и говорил, вы, идиоты, не умеете планировать, — пробормотал Аарон. Эндрю пожал плечами. По крайней мере, у него было автокресло. И он был не единственным, Ваймак уже купил и установил его в своей машине. Он все время ворчал, говоря, что они с Нилом идиоты и что ему нужно повысить зарплату. Но он сделал это по собственной воле. Похоже, Ваймак был рад стать дедушкой. — Только не забудьте взять подушки и одеяла. В вещевом мешке Нила места мало, а те, что в больнице, отстой, Нилу и тебе будет удобнее, если ты принесешь несколько из дома, — сказал Аарон. Он действительно играл роль старшего брата. Это раздражало. — Нам нужно решить, кто из нас старший, — сказал Эндрю. Аарон посмотрел на Эндрю и кивнул. — Так и есть. Потом, когда мы докажем, что я старше, ты, блядь, будешь меня слушать. — Или когда я докажу, что я старше, и ты будешь меня слушать. — Иди к черту. — Что вы делаете? — спросил Нил, стоя на пороге. Эндрю понятия не имел, когда тот появился, но он почувствовал, как его раздражение исчезает. — Ничего, — сказал он. — Простое разногласие, — сказал Аарон. — Ага, — сказал Нил, явно не впечатленный. — Так вы двое опять не просто спорили о том, кто из вас старше? — Заткнись, Нил, — одновременно сказали близнецы, и, черт возьми, им действительно нужно было прекратить делать это. Это действовало Эндрю на нервы. Нил ухмыльнулся и подошел к Эндрю. — Так что вы собрали? — спросил он, меняя тему. Эндрю позволил ему, потому что он был милым или все в этом духе. — Кое-какую одежду, — сказал он, открывая сумку, чтобы Нил мог видеть, что он собрал. — Я вижу, ты совершил набег на мой тайник с закусками, — сказал Нил, взяв пакет с «Золотой рыбкой». — Я рад, что ты больше не крадешь мои закуски, — сказал Аарон. — Я всегда могу пойти в общежитие и украсть их. Мэтт меня впустит, — пригрозил Нил. — Я ненавижу тебя. Эндрю положил руку на спину Нила. — Ты закончил? — спросил он. Аарон закатил глаза и скрестил руки на груди. — Думаю, да, — сказал он. — Хорошо. — Хорошо. — Эй, ребята, вы не убили друг друга, — сказал Нил. — Это прогресс. — Вы будете использовать бутылочки для кормления, верно? Вам надо взять с собой несколько, — сказал Аарон, игнорируя Нила. Эндрю кивнул. Нил ясно дал понять, что не хочет кормить грудью, он сказал, что мысль о кормлении вызывает у него адскую дисфорию. Он также хотел как можно скорее вернуться к тестостерону и не думал, что сможет это сделать, если будет кормить грудью. — Ладно, с меня хватит быть ответственным братом, — сказал Аарон, кивнув. — Мне не нравится, что ты встречаешься с Нилом, но не могу дождаться встречи с племянницей, увидимся в среду на терапии, — Аарон закруглялся. — Не возвращайся, — сказал Эндрю, совсем не имея в виду этого. Аарон отмахнулся от Эндрю, прежде чем уйти. Нил посмотрел на Эндрю и улыбнулся. — Я бы спросил тебя, так ли работают братья и сестры, но ты тоже не знаешь. Эндрю пожал плечами. Он понятия не имел, как ведут себя нормальные братья и сестры, и его вполне устраивали их отношения. Они и не должны были быть нормальными. — Просто для ясности, если мы никого не усыновим, Джози будет единственным ребенком. Я больше никогда этого не сделаю, — сказал Нил. Эндрю кивнул. — Я знаю. Мы все равно переживем только одну избалованную принцессу.

—

Эндрю непонятно от чего проснулся посреди ночи. Он не знал, почему так произошло, пока не услышал тяжелое дыхание и болезненные вздохи Нила. Эндрю тут же вскочил на ноги, паника охватила его тело. — Нил, — сказал он в панике. — Что случилось? Нил повернулся и посмотрел на Эндрю, его лицо было хмурым. — Я в порядке, — сказал он. Эндрю не воспринял это как ответ. Он схватил Нила за подбородок, заставив того посмотреть ему в глаза. — Не морочь мне голову, Нил, — сказал он. — Скажи мне, почему тебе больно. Нил сглотнул и кивнул. — Эм, это похоже на спазмы… как при месячных? Но они намного интенсивнее. — Значит, гребаные схватки? — спросил Эндрю. Он знал, что дата родов — это скорее приблизительный срок, когда ребенок должен появиться на свет, и что многие дети рождаются раньше или позже, но этот логический аргумент ничего не давал, чтобы остановить панику, овладевшую мозгом Эндрю. — Нет, — упрямо сказал Нил. — Мне еще две недели до положенного срока, это не признак родов. Аарон и доктор сказали, что у меня могут быть предродовые схватки. — Они также сказали, что если схватки длятся от сорока пяти секунд до минуты и происходят каждые пять или около того минут, мы должны ехать в больницу, — возразил Эндрю. Он должен был быть спокойным, Нил был упрямым маленьким дерьмом. Эндрю должен был быть спокойным. Он мог быть спокойным. Он не мог быть спокойным, кого, черт возьми, он обманывал? Он был тем самым человеком, который чуть не ударил агента ФБР. Но он заставит себя быть спокойным ради Нила и Джозефины. Нил вздохнул от дискомфорта и переместился на кровати. — Нет, я в порядке, Дрю, — сказал он. — Нил Абрам Джостен, — сказал Эндрю низким голосом. — Я могу казаться спокойным, но я в растерянности. Не говори мне, что ты в порядке, если это не так, перестань меня обманывать. Нил глубоко вздохнул и медленно кивнул. Он положил свою руку поверх руки Эндрю на его подбородок, но не коснулся Эндрю, и издал стон. — Это… это продолжалось несколько часов, но они были достаточно слабыми, чтобы я мог снова заснуть, — сказал он. — Хочешь сесть? — спросил Эндрю, отпустив подбородок Нила и взяв его за руку. Нил кивнул и сжал руку Эндрю. — Да. Да, хочу, — сказал он. Эндрю кивнул и осторожно помог Нилу сесть, положив руку на спину Нила, чтобы поддержать его. — На сколько большое расстояние между схватками? — спросил он. Нил издал болезненный вздох и посмотрел на часы. — Э-э, тридцать минут? — сказал он. — Хорошо, у нас есть время, — сказал Эндрю, потирая круги на спине Нила в попытке успокоить его. Он понятия не имел, что он делает, что он может сделать, чтобы успокоить Нила. Эндрю чувствовал себя бесполезным, и от этого ощущения становилось только хуже. — Тебе что-нибудь нужно? — спросил он. Нил покачал головой и прислонился к Эндрю. — Я в порядке, боль проходит, — сказал он. Эндрю поцеловал Нила в лоб и сжал его руку, пытаясь передать, что он был рядом с Нилом настолько, насколько мог. Прошло всего пятнадцать минут, прежде чем началась очередная схватка, а затем еще через десять минут последовала еще одна. Эндрю изо всех сил старался сохранять спокойствие, но чем ближе становились схватки, тем больше он тихо выходил из себя. Это не помогло, когда Нил сказал: — Хорошо, может быть, Джози придет сегодня ночью. — Ты так думаешь? Эндрю и Нил подготовились, как могли, к реальной возможности того, что им придется ехать в больницу. Эндрю взял их больничную сумку и положил ее в машину вместе с двумя одеялами и подушками. Он не знал, как долго они пробудут в больнице, поэтому постарался подготовиться как можно лучше, чтобы не пришлось покидать Нила. Но Эндрю не знал, что понадобится ему или Нилу, ему оставалось только надеяться, что он получит то, что понадобится им. Когда он вернулся, упаковав машину, Нил ждал его у двери. — Они ближе, и как будто сильнее, — сказал Нил, паника в его голосе заставила Эндрю захотеть обнять его. — Они сказали, что как только они будут на расстоянии пяти минут друг от друга в течение двух часов, мы должны поехать в больницу, — сказал Эндрю, взяв Нила за руку. Нил кивнул, крепко сжав руку Эндрю. — Это плохо, что я нервничаю? — спросил он. — Я пережил своего отца-убийцу, его сумасшедших людей и чертову якудзу, но я нервничаю из-за рождения нашей дочери. Эндрю подошел ближе, положив руку на спину Нила. — Ты рожаешь ребенка, это нормально — нервничать, — заверил он. Нил кивнул, но при очередной схватке сжал руку Эндрю. — Думаю, лучше бы меня снова подстрелили вместо этого. — Если ты сломаешь мне руку, Кевин будет в бешенстве, — сказал Эндрю. — Это заставляет меня хотеть сделать это, просто чтобы разозлить его, — засмеялся Нил.

—

Как только схватки Нила стали достаточно сильными, Эндрю отвез их в больницу. Возможно, ему не следовало садиться за руль, учитывая, что он был в тихом беспорядке, но он не думал достаточно ясно, чтобы идти будить Ваймака. Их быстро приняли после нескольких красочных угроз Эндрю, и они попытались устроиться в своей палате. У Нила было всего шесть сантиметров раскрытия, и он не мог родить, пока не достигнет десяти. Это сводило Нила с ума, он не мог ничего сделать, кроме как ждать, пока он полностью расширится, и бороться с болью. Медсестра пыталась предложить эпидуральную анестезию, но Нил отказался. — Нет, — простонал Нил, стоя рядом с кроватью и держась за перила. Он отказывался оставаться неподвижным, вышагивая по комнате в попытке облегчить боль или что-то в этом роде. — Я не хочу не знать, что происходит. — Сэр, это… — попыталась что-то сказать медсестра. — Я сказал, нет, я в порядке. Я лучше буду испытывать боль. Медсестра вздохнула, но просто проверила показатели Нила, после чего оставила Нила и Эндрю одних. Эндрю чувствовал себя бесполезным, он понятия не имел, что он может сделать, чтобы помочь Нилу. Ему оставалось только сидеть и смотреть, как Нил борется, и сопротивляться желанию насильно уложить Нила на кровать. — Нил, — сказал он. — Тебе что-нибудь нужно? Он должен был что-то спросить. Нил оглянулся на Эндрю и покачал головой. — Нет, никто из нас ничего не может сделать. Мы просто ждем твою дочь. Эндрю обычно сделал бы мелочное замечание, но сейчас было не время, и это только еще больше взволновало Нила. — Хорошо. Так он и поступил. Нил отпустил перила и медленно прошелся по комнате. — Если тебе нужен перекур, иди, — сказал он. Эндрю поднял бровь. Он не собирался покидать комнату, это было нечестно, что он мог приходить и уходить, в то время как Нил торчал в комнате, страдая от боли. — Я в порядке, находясь здесь, — сказал он. Эндрю даже не взял с собой пачку. Нил отмахнулся от него. — Дрю, ты ничего не можешь сделать, а мы оба в стрессе, так что просто иди. Покури за нас обоих, — сказал он. — В наружном кармане есть пачка. Иди, кыш. Эндрю вздохнул. Он решил, что лучше согласиться с тем, что сказал Нил. Прошло уже два часа с тех пор, как они приехали в больницу, а прогресса почти не было. Поэтому Эндрю убедился, что у него есть телефон, прежде чем взять пачку из сумки Нила. Там же он нашел зажигалку и сделал мысленную пометку избавиться от пачки после того, как закончит. Он действительно хотел бросить и не хотел искушения. — Если что-то изменится, попроси медсестру позвать меня, — сказал Эндрю. — Я вернусь. Нил кивнул. — Наслаждайся этим для нас обоих. Эндрю кивнул и поцеловал Нила, прежде чем покинуть палату и выйти за пределы больницы. Он нашел скамейку и достал сигарету, после чего зажег ее и затянулся, наслаждаясь ощущениями и никотином. Ему это было необходимо, чтобы успокоиться. Скоро он станет отцом, у него будет ребенок, которого он обязан любить и заботиться о нем. Все говорили, что он будет хорошим отцом, но единственный способ узнать наверняка — это стать родителем живого ребенка, которого он потенциально может испортить. Эндрю нужен был кто-то, кто успокоил бы его, обычно это был Нил, но Нил был не в том положении, чтобы сделать это. Следующим логичным ответом была Би, но она, вероятно, спала, в конце концов, было четыре часа утра. Тогда Эндрю позвонил Аарону. Он прождал четыре гудка, прежде чем Аарон взял трубку. — Эндрю, это должно быть важно, — сказал Аарон, его голос был хриплым от сна. — Мы с Нилом в больнице, — сказал Эндрю, не видя необходимости объяснять, почему они там. Если его брат был умным, он бы сам догадался, почему. Аарон на мгновение замолчал, прежде чем выпустить ругательство. — Конечно, твоя дочь решила появится посреди чертовой ночи, — сказал он. Эндрю услышал, как Аарон передвигается по комнате общежития, затем закрыл дверь. — Он отказался от эпидуральной анестезии, — сказал он, делая очередную затяжку сигареты. — Конечно, он же идиот, — пробормотал Аарон. — Как ты держишься? — спросил он после неловкой минуты молчания. Они все еще привыкали к реальным разговорам, последний серьезный был на вечеринке по случаю определения пола несколько месяцев назад. Ни один из них не умел выражать свои эмоции, кроме гнева. Поэтому выражение чего-либо, кроме раздражения и гнева, обычно было неловким и напряженным, не говоря уже о том, что это редко случалось вне их встреч с Би. — Я ничего не могу для него сделать, — сказал Эндрю. — Ему больно, а я ничего не могу сделать. — Просто если ты будешь рядом, уже будет много значить для него, — сказал Аарон. — Отвлечения могут помочь, ваши препирательства могут также помочь. Эндрю вздохнул и опустился на скамейку. — Он кажется таким спокойным по этому поводу, — сказал он. — Я не знаю, что я делаю, но он кажется гораздо более спокойным, чем я. — Я думаю, что вы оба идиоты, — сказал Аарон. — Но я также думаю, что вы делаете лучшее, что можете, когда никто из вас не знает, что делать. Я имею в виду, ты ведь не ударил кого-нибудь, верно? Эндрю не смог сдержать смех, который вырвался у него, может быть, он был слишком усталым и напряженным, а может быть, он чувствовал себя достаточно близким с Аароном, чтобы сделать это — кто знает. Но, черт возьми, он был рад, что позвонил Аарону. — Нет. — Я никогда раньше не слышал, чтобы ты смеялся. Я имею в виду настоящий смех, который не был бы вызван наркотиками, — сказал Аарон. Эндрю готов был поспорить, что он стал эмоциональным. — Прошло около десяти лет с тех пор, как я смеялся, — признался Эндрю. Посмотрите, как он честен со своим братом. — Я больше никогда этого не услышу, да? — Аарон определенно был эмоционален. — Наверное, нет, — признал Эндрю. — Думаю, это сделает меня непутевым отцом, — сказал он. Он беспокоился, что Джозефина может скопировать его апатию. Нил стал чаще показывать свою улыбку другим, но Эндрю никогда не улыбался и не смеялся. Дети копируют то, что видят, а он хотел, чтобы Джозефина была счастливым ребенком, а не апатичным, как он. У нее должно быть нормальное детство. — Я думаю, ты будешь замечательным отцом, Дрю, — сказал Аарон. Эндрю замер, сигарета повисла у него во рту. Он привык, что Нил называл его Дрю, но никогда не слышал этого ни от кого другого, тем более от своего давно потерянного клона. Аарон, должно быть, понял, что он сказал, потому что тоже замолчал. Эндрю сидел в тишине, которая была одновременно неловкой и уютной. Это было странно, он думал, что ему будет неприятно, если кто-то, кроме Нила, назовет его так, но он смирился с этим. Эндрю был согласен с тем, что Аарон называл его прозвищем, которое не было оскорблением. — Я, эм, извини, — наконец сказал Аарон. — Все в порядке, — сказал Эндрю. — Я не возражаю. Но не при Ники, иначе он никогда не заткнется. — Да, хорошо, — сказал Аарон. — Но если серьезно, Эндрю, ты будешь отличным отцом. Ты уже так сильно ее любишь. Эндрю кивнул, хотя Аарон не мог этого видеть. Он немного расслабился. Эндрю никогда не думал, что разговор с Аароном может успокоить его. — Ты хочешь, чтобы я приехал? — спросил Аарон. — Или после рождения Джозефины? Эндрю подумал об этом, ему не была противна эта идея. Но это зависело от Нила. — Я думаю, Нил хочет, чтобы здесь были только мы, — сказал он. — Но после рождения Джозефины. — Хорошо, — сказал Аарон. — Позвони или напиши мне, когда она родится. Или если вам, ребята, что-то понадобится. Эндрю кивнул, подумав, что на самом деле приятно иметь семью, даже если всего год назад он ненавидел это слово. — Обязательно. Он замолчал на мгновение. — Спасибо, Аарон. — Черт возьми, — сказал Аарон, его голос был полон эмоций. — Не за что, Эндрю. Эндрю молчал по телефону с Аароном, пока не докурил сигарету, наслаждаясь приятной тишиной между ними.

—

— Эндрю, кажется, я собираюсь убить тебя, — застонал Нил. Он был почти полностью расширен и все чаще испытывал боль, по-прежнему отказываясь от каких-либо обезболивающих препаратов. — И Ники за то, что у него просроченные презервативы. Эндрю погладил Нила по спине, наконец-то заставив того сесть на кровать. Наблюдение за тем, как Нил носится по комнате, сводило его с ума. — Если ты это сделаешь, тебе придется воспитывать Джозефину в одиночку, — напомнил он Нилу. Нил издал громкий стон и схватился за перила. — Это будет того стоить, — проворчал он. — В меня стреляли, кололи, жгли, резали, а это хуже, чем все остальное. Эндрю просто убрал волосы с лица Нила, на мгновение восхитившись тем, каким сильным был Нил. Ему должно было быть так больно, особенно если он думал, что пытки причиняют меньше боли, чем это, а он все еще отказывался от эпидуральной анестезии. И он ждал четыре часа, чтобы начать угрожать смертью. Эндрю начал угрожать всем смертью, как только они приехали в больницу. — Почему это не происходит быстрее? — проныл Нил. — Я больше никогда этого не сделаю, Дрю, мы больше никогда этого не сделаем. Эндрю кивнул и поцеловал Нила в щеку. — Согласен. Если бы мы сделали это снова, ты бы точно сломал мне руку. Тогда Кевин никогда бы не замолчал, — прошептал он. Нил засмеялся и потянулся к руке Эндрю. — Он был бы таким надоедливым, — согласился Нил. — Лисы в курсе? Я знаю, что ты позвонил Аарону, но ты сказал кому-нибудь еще? — Нет. Это был только Аарон, — сказал Эндрю, взяв Нила за руку. Он вспомнил глупую улыбку Нила, когда тот рассказал ему о телефонном разговоре с Аароном. Улыбка Нила подействовала на него. — Хорошо, я не думаю, что смогу справиться со всеми ними прямо сейчас, — сказал Нил. — Они наши друзья, но сейчас мне нужен только ты. — Двести десять, Джостен, — предупредил Эндрю. — Знаешь, тебе придется быть более честным с нашей дочерью, — сказал Нил. — Потому что она действительно поверит тебе, когда ты скажешь, что ненавидишь меня. — Заткнись, Джостен. Эндрю хотел поцеловать его. Ну, он почти всегда хотел его поцеловать, но сейчас ему хотелось поцеловать его больше, чем обычно. — Ты можешь сесть позади меня? — спросил Нил. — Я хочу, чтобы ты обнял меня, но если тебе будет неудобно, можешь не обнимать… но обязательно держи меня за руку все время. Эндрю глубоко вздохнул и подумал об этом. Он определенно мог бы держать Нила за руку все время, но тот факт, что он уже так часто прикасался к Нилу заставил его задуматься. — Мне нужно подумать об этом, — сказал он. Нил кивнул и улыбнулся Эндрю. — Хорошо. Но руки все еще в порядке, верно? Эндрю кивнул. — Да. Нил закрыл глаза и позволил своей голове удариться о подушку. — Я хочу, чтобы это уже закончилось, — он застонал, схватившись за руку Эндрю, когда наступила очередная схватка. — Эй, Дрю? Эндрю хмыкнул и провел пальцами по волосам Нила, снова убирая их с его лица. — Мы должны пожениться, — сказал Нил. Эндрю замер и уставился на Нила. Нил открыл глаза и уставился на Эндрю. — Подумай о налоговых льготах. Нил был идеальным, блядь, мужчиной. — Боже, я чертовски люблю тебя. — Что? — Что. Глаза Нила расширились, и он крепче сжал руку Эндрю. — Дрю, позови медсестру. Кажется, у меня отошли воды.

—

Эндрю уставился на свою дочь, он действительно мог смотреть на нее. Она была завернута в мягкое белое одеяло и спала на руках у Нила. На голове у нее был пучок рыжих волос, а глаза цвета лесного ореха, которые Эндрю успел разглядеть лишь мельком. Она была просто очаровательна, и Эндрю не знал, как к этому относиться. — Я хочу погладить ее пухлые щечки, — прошептал Нил, боясь разбудить ее. Эндрю кивнул в знак согласия, не в силах оторвать взгляд от Джозефины. — Это сюрреалистично, — сказал он. — Она действительно здесь. Нил кивнул и прислонился к Эндрю. — Да, она действительно здесь, — сказал он. — После восьми долгих часов, она наконец-то здесь. Эндрю ничего не мог с собой поделать, он поцеловал Нила, словно пытаясь выразить все свои чувства через поцелуй. Это не сработало, но в этом и не было нужды, он знал, что Нил знает. — Спасибо, — сказал он, отстраняясь от их поцелуя. — Я собираюсь использовать это, чтобы заставить тебя делать что-нибудь, — поддразнил Нил. — Тебе повезло, что ты симпатичный, — пробормотал Эндрю. Нил хмыкнул и положил голову на плечо Эндрю. — Видишь? Ты честен, это было не так уж и сложно, правда? — Ты даже не представляешь, насколько нелегко. Нил только усмехнулся и посмотрел вниз на спящую Джозефину. — Я рад, что у нее твои глаза, — прошептал он. Эндрю ничего не ответил на это. Он просто смотрел вниз на свою дочь. Она была такой маленькой, что это заставляло его нервничать, как будто он мог случайно сломать ее одним неверным движением. Она выглядела такой спокойной в руках Нила, что он боялся, что она начнет плакать, если он попытается взять ее на руки. — Хочешь подержать ее? — спросил Нил. — Ты должен сделать это сейчас, пока не пришли Лисы. Эндрю написал Аарону вскоре после рождения Джозефины и дал добро на то, чтобы сообщить остальным Лисам, а также Ваймаку и Эбби, и теперь все они направлялись в больницу, чтобы встретить ее. — Я не хочу ее будить, — сказал Эндрю. — Все будет в порядке, — сказал Нил. — И да, я знаю, двадцать баксов. Эндрю глубоко вздохнул и медленно кивнул. Он напрягся, когда Нил отодвинулся от него, и это напряжение не исчезло, когда Нил медленно поднял Джозефину на руки. Он затаил дыхание, когда дочка начала извиваться в его руках, боясь, что она проснется и заплачет. Но он отпустил это чувство, когда она успокоилась. — Видишь? Я же тебе говорил, — сказал Нил самодовольным тоном. Эндрю смотрел на Джози, чувствуя себя таким счастливым, что не знал, что делать, как справиться с этим. Он держал на руках свою малышку, а рядом с ним был его Нил. — Как я могу так волноваться о ком-то, кого я только что встретил? — тихо спросил Эндрю. — Ну, ты знаешь ее сколько? Девять месяцев? Но я думаю, это то, что называют родительской любовью. — Очаровательно. Нил фыркнул и очень нежно потрепал Джозефину по щеке — Эндрю не ревновал, совсем нет — и улыбнулся, глядя на то, как Джозефина немного скривилась. — Я собираюсь немного вздремнуть, пока не пришли остальные, — сказал он. Эндрю кивнул и обязательно поцеловал Нила. — Я подожду их, — сказал он. Нил улыбнулся и откинулся назад, мгновенно отключившись, как только его голова коснулась подушки. Эндрю убедился, что Нил не испытывает дискомфорта, прежде чем повернуться к Джозефине лицом. — Ты заставила своего отца пройти через многое, — сказал он. — Если ты хочешь быть маленьким дерьмом, убедись, что ты делаешь это со своим дядей Кевином — он раздражает, и его весело выводить из себя. Эндрю подождал, чтобы убедиться, что она заснула, и нежно поцеловал ее в макушку. Он не был уверен, как работает вся эта история с воспитанием детей или отцовскими чувствами, но он точно знал, что Джозефина и Нил — самые важные люди в его жизни, и он будет любить их обоих до самой смерти. — У тебя будет самая лучшая семья в мире. Ничего страшного, если ты будешь немного избалованной, это покажет всему миру, как тебя любят, — сказал он Джозефине. — Потому что, поверь мне, тебя очень любят, маленький паразит.