И придет ночь...

Может быть, я не буду твоим первым свиданием, поцелуем или любовью…

Но я хочу быть для тебя всем последним…

Герман Гессе

🌇

2,5 года спустя

Канада, Гамильтон

— Привет, Джорджия! — Тэхён заходит в здание аптеки, где он работает уже больше года продавцом-фармацевтом, улыбаясь солнечно своей коллеге, что только закончила ночную смену, едва ли не засыпая около кассы. — Дай мне пять минут, я переоденусь и сменю тебя. — Быстрее, Тэхён-а, — вяло отзывается девушка, помахав омеге рукой и разминая шею. Наконец-то скоро домой. — Я уже мысленно обнимаюсь со своей подушкой. Тэхён смеётся понимающе, потому что сам всегда себя так чувствует, когда проработает всю ночь, снимая с себя джинсовую куртку, чтобы надеть халат. Погода в середине сентября балует теплотой, не вынуждает кутаться в плащи и вооружаться зонтиками. — Какие-нибудь происшествия за ночь были? — спрашивает Тэхён, когда они пересекаются с Джорджией в маленькой гардеробной. — Нет, но ровно в семь утра прибегала неадекватная бабуля, требуя какое-нибудь лекарство для «разжижения крови», — коверкает голос девушка, чем вызывает у Тэхёна смешок. — Я ей полтора часа объясняла, что таких препаратов много и что мы не продаём их без рецепта вашего лечащего врача, но походу всё без толку. Сказала, что ещё придёт. Так что, если заметишь бабулю в розовом берете — вдохни поглубже, щас тебе устроят мозгоеблю. Всё, я ушла! — Джорджия смотрится в последний раз в зеркало, закидывая в рот подушечку жвачки и выпархивает в холл, уже у входной двери прощаясь с Тэхёном. — Пока-пока. Марку привет от меня. — Обязательно передам, — кивает Тэхён. Марк — тоже их коллега по работе и должен был сегодня вечером сменить Тэхёна на ночь. А уже следующая ночная смена принадлежит Тэхёну. Так не хочется… Прошло два с половиной года, как Тэхён с божьей помощью, не иначе, закрыл с горем пополам свои экзамены на удовлетворительные баллы, получив диплом специалиста-фармацевта. Оставаться в Ванкувере он не стал, сразу же выставив на продажу свою квартиру, чтобы купить новую подальше от этого города и тех событий, что с ним произошли. От Бернаби Тэхён сразу отказался, потому что там родители и бабушка, с которыми он, кстати, помирился, и они простили его выходки. Ехать вслед за Чимином и Юнги в Оттаву, где они теперь живут и работают, — тоже. Тэхён хотел самостоятельно преодолеть все жизненные трудности и стать вновь нормальным, перестав пользоваться поддержкой друзей. Чимин, конечно, не согласился с такой позицией, но Тэхён уже всё решил для себя: ему нужна перезагрузка. И подальше от всех. Именно так он и переехал в живописный и тихий город Гамильтон, расположенный в провинции Онтарио, где можно было полюбоваться водопадами, милыми улочками, с брендовыми магазинчиками на каждом шагу, посетить окрестные фермы виноградников и просто радоваться своим успехам, которые получилось самостоятельно достичь. Новая квартира находилась неподалёку от работы, всего каких-то шесть остановок на трамвае. Жилой комплекс, где Тэхён поселился, был чистым и ухоженным. Работу, правда, не сразу удалось найти, так как везде вблизи стоящих аптеках штат был переполнен. Повезло только в этом аптечном пункте, где его сразу же приняли. Собственно, так в жизни появилось ещё двое друзей — альфа по имени Джорджия Симран и омега Марк Туан, который очень помог на первых порах адаптироваться Тэхёну в новом городе. Что касается Марии и её дочери Валери, то с ними Тэхён не поддерживал связь. Больше в мир магии и всё, что с ней связано, он никогда не вернётся. Тэхён помнит последние слова Марии, сказанные ему около часовни на рассвете, и старался им следовать, чтобы больше не попадать в неприятности. После ритуала на кладбище, где у омеги от страха чуть сердце не остановилось, Тэхён не собирался больше вспоминать случившееся, пытаясь забыть всё как плохой сон, на всю жизнь усвоив этот урок. Старался не вспоминать ни свою безумную любовь, ни демона, укравшего лицо и имя Чон Чонгука, чтобы присвоить омегу себе. Конечно, первые дни его ещё потряхивало, стоило только вспомнить истинное лицо Ахазу, но Тэхён сумел перешагнуть и через это, найдя для себя новые мечты и новые смыслы жизни. Всё плохое осталось в прошлом. А здесь, в Гамильтоне, будет только хорошее. Оставался нерешённым лишь один вопрос, который часто (в последние дни почему-то особенно) мучил и не давал покоя Тэхёну. Прошло уже два с половиной года, после ошибки Тэхёна, и за всё это время омега так и не встретился со своим Чон Чонгуком. Естественно он не ждал, что сразу после как всё наладится, альфа перед ним появится, но… Тэхён скучает по этому лицу. По голосу и глазам. Его любовь никуда не исчезла, она не испарилась и продолжает ждать, когда его альфа придёт к нему, чтобы вместе стать ещё счастливее. А если он вообще живёт в другом городе? Или в другой стране? Мария хоть и сказала, что на запястье Тэхёна чётко виднеется имя «Чонгук», но не дала никакой надежды, что они когда-нибудь встретятся. Это угнетало. Потому что Тэхён знал, что никто не сможет заменить ему альфу. Никто не будет способен любить его так же сильно, как омега любит Чонгука. За все эти годы Тэхён даже не смотрел в сторону альф. Во-первых, было не до того, а во-вторых, зачем давать надежду кому-то другому, если все твои мысли и сердце занимает совершенно другой человек? Тэхён не хотел обманывать ни себя, ни кого-то другого. Всё, что ему оставалось, так это мечтательно и немного с завистью вздыхать в сторону парочек на улицах или в кафе, каждый день всматриваться в своё запястье, будто ища там подсказку, верно ждать свою судьбу и верить в их встречу. День постепенно сменяется вечером. Незаметно город погружается в сумерки, а светло-голубое небо окрашивается в фиолетовые оттенки, начиная от сиреневого и заканчивая тёмным индиго, где уже можно было заметить проблески маленьких звёзд. Работа сегодня выдалась не такой выматывающей, и посетителей было не очень много, однако под конец смены Тэхён чувствует непонятную дрожь в коленях и жар во всём теле, словно скоро должна начаться течка, хотя та была на прошлой неделе. Нешуточное волнение непоседливой юлой кружило в груди, отчего Тэхёну приходится даже открыть пластиковое окно в холле, чтобы не задохнуться, так как было очень душно. Какое-то предобморочное состояние… Так уже было, правда очень давно и в часовне, когда Тэхён лицом к лицу встретился с истинной сущностью Ахазу. Чтобы ненароком не рухнуть у кассы, Тэхён идёт в комнату персонала, грузно опускаясь на круглый, обтянутой белой искусственной кожей, табурет, быстро отвечая на сообщение папы и присасываясь к горлышку маленькой бутылочки с водой. Нужно позвонить Марку. Пусть приезжает на работу на час раньше. Тэхён не хочет пугать своим помятым видом покупателей, поэтому набирает омегу, прислонившись виском к холодной поверхности стены. Это не может быть течка, как и простуда, потому что ещё в обед Тэхён чувствовал себя нормально, даже можно сказать, прекрасно. Питается он хорошо, так что про низкий гемоглобин думать не стоит, тем более недавно он съел целую шоколадку. Однако сейчас ему хотелось только завалиться в ванную, наполненную холодной водой, чтобы хоть немного остудить тело. Сердце тяжело билось о грудную клетку и Тэхён очень рад, что Марк согласился приехать и сменить его. Осталось только дождаться, высидеть спокойно эти тридцать минут, пока омега будет ехать, и молиться, чтобы никому не приспичило зайти в их аптечный пункт. Тэхён почти проваливается в дрёму, успокаиваясь и приводя дыхание в норму, когда до его мутного сознания доносится звук колокольчиков, что висят над входной дверью. Вот чёрт! Это точно не Марк, ибо он уже голосил бы на всю аптеку, матерясь на непутёвых водителей, что создают пробки на дорогах и мешают ездить адекватным людям. Значит, посетитель. Тэхён бросает взгляд на телефон — без двадцати минут девять, — поднимается, опираясь рукой на стену, и хлопает себя по щекам, пытаясь привести в чувства. Вроде отпустило. Тэхён натягивает на лицо дежурную, приветливую улыбку, поправляя именной бейджик на своём халате и торопится к кассе, поскольку и так заставил человека ждать. — Добрый вечер, прощу прощения, что не сразу подошёл к вам, чем могу… — Тэхён замирает на месте с открытым ртом, смотря на… никого. Никого в холле не оказывается, как и у кассы или витрин, отчего омега хмурит брови, непроизвольно оглядываясь назад. Он ведь отчётливо слышал, как кто-то вошёл. Ему не могло показаться, пусть он и был немного не в себе. Тэхёна не было меньше полминуты, никто бы попросту не успел выйти. Дурацкая шутка, если это какие-то детишки решили так поиграть. Вроде ничего такого, человек мог просто банально ошибиться и выйти, всякое бывает. Но наученный горьким опытом и знающий, что ничего так просто в его жизни не бывает, Тэхён несмело подходит ближе к кассе, слушая свой обезумевший вдруг пульс, засовывая трясущиеся руки в широкие карманы халата, осматривая бегло компьютер, витрину, подставку для скидочных карт… — Здрасте, — Тэхён, в прямом смысле этих слов, подпрыгивает на месте мячиком, хватаясь за кольнувшее в грудь сердце, перестав дышать. — Это вы извините, у меня тут шнурочки развязались… Перед ним стоял парень. Самый обычный парень, в спортивном костюме с капюшоном, который сочетал в себе несколько цветных вставок: синий, зелёный, жёлтый, белый. Альфа. Бесспорно красивый альфа. У него тёмные, чуть волнистые волосы с карамельным омбре, немного отросшие и спадающие ему на глаза, густые брови, крупный нос с закруглённым кончиком, тонкие губы и острые, чётко выделенные скулы… Тэхён уже видел его. Встречал однажды, поверив подделке. Но, как уже давно известно, оригинал никто не сможет превзойти. И он тому подтверждение. Тэхён не верит. Не может поверить ни своим глазам, ни отчаянно затрепетавшему сердцу, что сразу же потянулось к родному, к своему, стоило только омеге уловить хвойно-древесные нотки природного аромата можжевельника. Очень сильного аромата, немного давящего своими феромонами на омегу Тэхёна, что означает только одно — перед ним стоял чистокровный альфа. Парень что-то говорит-говорит, но Тэхён совсем его не слышит. Всё его внимание сосредоточено на его лице, на каждой родинке, глазах, цвета молочного шоколада, и губах, которые омеге очень сильно хочется поцеловать. «Я так долго ждал тебя», — Тэхён закусывает нижнюю губу, силясь не расплакаться, не переставая пристально смотреть на молодого человека. — «Мой милый альфа, мой любимый… Ты наконец-то пришёл ко мне…» — Простите-е? — пытается привлечь внимание застывшего на месте Тэхёна парень, хмуря свои брови и заставляя омегу проснуться наконец. — Эм… Так вы мне поможете? Тэхён резко выдыхает, тряхнув головой, стараясь отогнать от себя наваждение и безумное желание буквально перелезть через кассу и броситься альфе на шею. Нужно помнить, что парень видит Тэхёна в первый раз в своей жизни и явно не оценит любовного порыва омеги, зацеловать себя. Но как же хочется, просто мочи нет! Тэхён изо всех сил пытается собраться, вспомнить, что он вообще-то на работе, а ещё что он взрослый мужчина и… Кстати, а сколько альфе лет? На вид не больше двадцати. Он, скорее всего, младше Тэхёна, точно не старше... О боже! А если он ещё школьник?! Тэхёна тогда посадят за совращение малолетних?! Стоп. Если ему двадцать, то он уже совершеннолетний, почему посадят-то?.. — Тэхён, — омега крупно вздрагивает от услышанного из уст парня своего имени, словно то прозвучало на каком-то инопланетном языке. — Я на бейджике прочитал, — спешит добавить альфа. — Вы в порядке? С вами всё хорошо? Просто у вас такое красное лицо… — Д-да, — заикаясь, сипит Тэхён, прочищая горло, обретая, наконец, способность говорить. — Извините меня. Вы можете повторить, какие препараты вам необходимы? — Я же уже говорил, — немного раздражённо пыхтит альфа, переступая с ноги на ногу. А Тэхёну хочется себя ударить. Он опять засматривается! — Мне нужно что-то от ссадин. Какая-нибудь мазь или что-то вроде того. Мы с младшей сестрой катались тут неподалеку на скейтах. Ну и она очень неудачно приземлилась, после очередного своего выпендрёжа. Я миллион раз говорил ей носить наколенники, но нет, она же уже взрослая, сама знает, что делать! Теперь вот сидит, подвывает от боли у ваших дверей, — коротко кивает в сторону дверей альфа. — Если не подлечить её, то может заметить разодранную коленку мама, и тогда уже влетит мне! А я не хочу скейтборда лишаться, я на него полжизни копил, — как-то уж совсем по-детски звучат эти слова, и Тэхён уже сомневается, а точно ли он определил возраст или перед ним вообще школьник из среднего звена. — Ваша сестра, она в порядке? Сильно ударилась? — Нормально приложилась, но ниче, жить будет, — истинный ответ любящего свою сестричку брата. — Так есть у вас что-то супербыстрое от ран? — Смотря какая рана. Я могу взглянуть, раз она здесь? — Ну… да, — не совсем уверенно кивает альфа, дожидаясь пока омега выйдет в холл, чтобы вместе пойти на улицу, где, как он и сказал, на крыльце, на самой последней ступеньке, сидела худенькая девочка лет десяти с высокими, длинными хвостиками на голове, обнимая своё искалеченное колено, всхлипывая периодически. Рана оказывается не «смертельной», но перед тем как её окончательно обработать, следовало промыть от уличной грязи. Тэхён не раздумывая ведёт девочку за собой, которая впоследствии представляется ему Юритой, в комнату для персонала, где делает всё заученными движениями: промывает перекисью водорода, сушит салфеткой, обрабатывает антисептиком и накладывает стерильную повязку. Девчушка стоически терпит всю эту процедуру, слушаясь своего доктора, что успокаивает её своими шутками и рассказами о том, что сам сотню раз в детстве падал с велосипеда, расшибая коленки. Ничего в этом страшного нет, бывает. — Может, хоть теперь научишься слушаться старших, — ворчит альфа, когда они уже закончили. За всё это время он не сказал ни слова, прислонившись плечом к стене, зачарованно наблюдая за ловкими действиями Тэхёна. — Отвянь, — супится девочка, дуя губы. — Офигеть, — возмущается парень, клацая языком и закатывая глаза. — Я тут ей скорую помощь буквально организовал, а она — отвянь, — передразнивает сестру альфа. — Отвянь! — повторяет Юрита, а затем поворачивает голову к Тэхёну, что снимал перчатки, выкидывая их после в урну. — А вам спасибо. — Не за что, постарайся быть аккуратнее, — улыбается ей Тэхён, переводя взгляд на её старшего брата. — Вызови такси, пока я расплачиваюсь, — открывает дверь сестре альфа и помогает спуститься с крыльца, возвращаясь после к кассе. — Спасибо вам. Если честно, у меня бы так круто точно не получилось, и мой максимум бы остановился на перекиси водорода и пластыре. Благодаря вам, нам почти не влетит от мамы. С меня теперь причитается. — Ничего не нужно, — отдавая чек и всё необходимое для следующих перевязок, говорит Тэхён. — Я просто делал свою работу. — Ну да, точно, ага, — соглашается альфа, запоздало понимая, что он только что ляпнул, робко забирая пакетик из рук омеги, лишь на крохотное мгновение соприкасаясь с ним пальцами, но этого хватает, чтобы за всё проведённое рядом с Тэхёном время он, наконец, посмотрел на него как на омегу, чертовски привлекательного омегу, а не на как продавца-фармацевта. Вот оно! Тэхён знает этот полный огоньков взгляд. Знает и растягивает губы в улыбке, совсем не стесняясь под заинтересованным, искристым взглядом альфы на себе, у которого щёки немного розовеют. Господи, ну что за прелесть! Тэхён ведь не железный. Его сердце опять заходится как сумасшедшее, а во рту всё пересыхает. И пусть об этом моменте он мечтал все эти годы, но давить на молодого альфу не станет. Пусть сам решит как быть дальше. Тот тоже не хочет уходить вот так просто. Альфа несомненно отличался от его копии. У него не было пирсинга, лишь только колечки в ушах, не было татуировок и холодного, кварцевого взгляда, пригвождающего тебя к месту. Даже природный аромат другой. Но Тэхёну нравится. Очень нравится. Альфа кажется ему таким добрым, немного застенчивым, чутким и хорошим парнем, который знает, что такое уважение и вежливость. Он снова чувствует себя по уши влюблённым и готов позволить этому Чонгуку сделать всё что угодно. Его не предадут больше, не сделают больно и не оставят. Они нашли друг друга, среди миллиарда людей на планете, и ни за что больше не расстанутся. Так и происходит. Чонгук спрашивает, во сколько Тэхён заканчивает, и омега отвечает, что через несколько минут: Марк написал, что уже подъезжает. Альфа просит позволить проводить омегу до дома, и Тэхён с радостью соглашается. Уже на пути к его квартире он узнаёт, что Чонгук учится на втором курсе архитектурного колледжа, что живут они с родителями и двумя собаками — хаски по кличке Ларс и акита-ину Винни в частном доме. Что родители у него юристы и работают в частной фирме. Юрита же, самая настоящая бестия, за выходки которой почему-то всегда влетает Чонгуку. Но, несмотря на это, он всё равно любит её и периодически проводит с ней время, когда не занят учёбой или же своими делами-друзьями. Всё так правильно между ними, всё так, как должно было быть изначально. Теперь Тэхён понимает почему ему было так душно перед приходом альфы. Это было своеобразным предупреждением, знаком свыше, что сегодня произойдёт чудо. Даже если бы Тэхён впервые в жизни сегодня встретил этого альфу, он всё равно бы влюбился, трепеща всем телом, когда они нечаянно, при ходьбе, соприкасались плечами или же бросали друг на друга тёплые взгляды. За последние несколько лет Тэхён вновь чувствует себя влюблённым, опьянëнным этим чувством. Ему ни капельки не страшно. Он полностью доверяет этому альфе, идущему рядом с ним и взявшего его пару минут назад за руку, разулыбавшись сразу, когда не встретил сопротивления. Он тоже всё понимает, тоже чувствует эту почти невыносимую связь, обжигающую кожу и внутренности. Понимает, что если не будет вести себя смело, то может упустить омегу, что за последние полчаса так запал в душу. Чонгук ещё не встречал в своей жизни настолько ослепительно красивых людей. Так что да, вероятно, это всё можно назвать «любовью с первого взгляда», пусть и звучит как какое-то сопливое название для романтической истории. И как же хорошо, что Тэхён отзывается, не прячется и не скрывает ответного интереса. — Наверное, это слишком быстро, — говорит Чонгук, когда они добираются до жилого комплекса Тэхёна, останавливаясь у подъездных дверей. — Не уверен, что это правильно и, скорее всего, ты мне не поверишь, учитывая, что с нашего знакомства прошёл от силы час, но, — альфа делает паузу, а Тэхён снова замирает, не дыша в этот момент. Ну же! Скажи это. Скажи!.. — Я, кажется, люблю тебя. Омега просто не может сдержать слезинок, скопившихся в уголках глаз. Это слишком. Тэхён и не надеялся снова это услышать. Мечтал, верил, ждал, представлял... А сейчас всё наяву и можно не бояться просыпаться. — Вовсе нет, — Тэхён счастлив. Как же он чертовски счастлив сейчас! Он подходит к Чонгуку почти вплотную, касаясь холодными ладошками его лица, поглаживая большими пальцами кожу щёк. — Потому что я тоже люблю тебя. И мне не кажется. — Я хочу тебя поцеловать. Можно? — низким и глубоким голосом спрашивает альфа, вынуждая Тэхёна покрыться сладкими мурашками с ног до головы, кладя руки на талию омеги и мягко притягивая к себе. Ответ тонет в поцелуе. Омега чувствует, как растворяется в нём, как дрожит от рук Чонгука, что только сильнее жмут его к своей груди, и как ничего в мире больше становится неважным после этого. Тэхён обнимает его за шею, отвечает на нежный и трепетный поцелуй, сталкиваясь своим языком с чонгуковым и желает, чтобы этот момент продлился как можно дольше, а их сердца продолжали стучать взволнованно в унисон, создавая красивую симфонию. Впереди — столько ещё солнечных моментов рядом с Чонгуком, с его альфой, и Тэхён уверен, что ничто и никто не сможет помешать им быть счастливыми.

Потому что ночь в его жизни закончилась.

Пришёл день…