14
23 апреля 2023 г., 07:36
Люда уткнулась носом в плохо отксеренную методичку, блуждая взглядом по бессмысленной мешанине слов. Проклятый Батюшка! Надо же было отомстить так изощрённо!
Люда, конечно, ждала подвоха, подозревала, что Батюшка её выловит в тёмном закоулке коридора и всё выскажет, боялась, что он сходил в деканат и её теперь отчитают при всех, шла в универ как на казнь, но такого коварства и представить себе не могла.
Батюшка, чтобы ткнуть Люду носом в традиционные семейные ценности, на которые она посягнула, притащил на практику своих младших детей. Объяснил, глупо ухмыляясь в бороду, что их не с кем было оставить, и немногочисленные девочки в группе сочувственно заулыбались. Все, кроме Люды.
Она выглядывала из-за методички и сверлила напряжённым взглядом старшую из Батюшкиных дочерей, Элю, ту самую, которая накануне оповестила всех о голой тёте. Вот сейчас всё будет показательно, как в сказке. Невинное дитя крикнет, что король-то голый.
Люда уже окончательно убедила себя в неизбежности разоблачения и воображала, как будет оправдываться, а несущая её погибель девочка деловито перекладывала туда-сюда камни, бегала к доске, чтобы нарисовать очередную каляку, пыталась сделать сальто между столов и без умолку болтала, обращаясь ко всем сразу.
Батюшка старательно делал вид, что Люды в аудитории нет, и это тоже действовало на нервы. Наконец, когда его младшая дочь, совсем крохотная, в очередной раз заныла, Люда предложила, вызывающе сверля Батюшку взглядом:
— Давайте я её покачаю.
— Ну, что вы, — смутился Батюшка.
— Я умею, у меня есть младшая сестра, — отчеканила Люда, не спуская с него взгляда.
Она буквально почувствовала, как чаши весов качаются, как жертва превращается в палача. Ну, что ты на это скажешь, Батюшка?
Он явно не хотел отдавать дочь Люде, но и отказать не мог. Люда торжествующе улыбнулась и вытащила младенца из переносной люльки.
— Она любит, чтобы её гладили по спинке, — сообщил Батюшка.
— А кто не любит? — вполголоса заметил кто-то из парней, и все заржали.
Люда принялась осторожно покачивать Батюшкину дочку, разглядывая её недовольное лицо. Ну и уродина, прости господи! Лопоухая, глаза близко и глубоко посажены, будто кто-то наспех обозначил их шилом, нос уже обещает быть огромным… Эта, которая Эля, конечно, тоже не красавица, но хоть на человека похожа.
Похожая на человека Эля подкралась к Люде сзади, бесцеремонно подёргала её за свитер и сообщила:
— У меня есть хомяк, его зовут Иисус. Он недавно родил.
— Поздравляю, — мрачно откликнулась Люда, старательно наглаживая спину младенца. Честно говоря, пахло от Батюшкиных отпрысков тоже не очень: смесью молока, слюней, топлёного масла и ещё чего-то казённого, садикового. Люда попыталась припомнить, воняло ли так же от Ксении, когда та была маленькой, но не смогла. Наверное, разница в возрасте у них слишком небольшая, чтобы такое замечать.
— И мама тоже недавно родила, — сказала Эля, посмотрела с жалостью на Люду и умчалась вприпрыжку к Коле Бурундукову, который, судя по всему, показался ей более перспективным собеседником.
Люда позволила себе выдохнуть. Скорее всего, эта мелкая просто не сопоставила вчерашнюю голую тётю в кружевах и сегодняшнюю заучку в свитере и с гулькой на голове.
Батюшка, кажется, тоже расслабился, подошёл к Люде, погладил свою младшенькую по лысой головке и вполголоса сказал:
— Если вам всё ещё нужна помощь, я могу сегодня задержаться… На кафедре.
— Я уж как-нибудь сама, — сквозь зубы ответила Люда.
