Чужое гнездо

Вано молча выслушал просьбу Кнюха, неторопливо доел ролл с креветкой и огурцом, вытер пальцы о простыню и растянул губы в широченной улыбке: — Конечно, брат, мой дом — твой дом, мой телефон — твой телефон. Кнюх выдохнул, будто благополучно пересёк минное поле и наконец ступил на безопасную почву. — Щас, секунду. Вано нахмурился, увидев непрочитанное сообщение от бати, и встал, чтобы Кнюх не подглядывал. «Живой?» Батя никогда не писал ему первым и всегда стирал диалог, чтобы мамашка не доебалась. И сейчас бы не написал, если бы Вано отметился, как и обещал. — Бля, — вполголоса сказал Вано и наскоро набрал: «Живой. Самозванец лютует, не до того было. Можно я к тебе приеду». Сообщение улетело и повисло в непрочитанных. Вано отключил на всякий случай уведомления, чтобы не всплывали, и открыл Ксюху. — На, пиши. Кнюх растерянно отшатнулся от телефона: — Может, лучше ты? — Я-то чё, — пробурчал Вано, но всё-таки написал: «Ксюх, привет». Ксюха вошла в сеть, и Вано недолго думая пустил видеовызов. — Ты чё? — испугался Кнюх, и тут на экране появилась не менее испуганная Ксюха. — Ксюха, приветули, — радостно лыбясь, сказал Вано и развернул телефон, чтобы Кнюх влез в кадр. — Смотри, кто тут. — Ксень, слушай, — залопотал Кнюх, выхватив телефон, — ты только трубку не бросай. Извини за мачеху, она реально ёбнутая, но я чё-то протупил, надо было как-то… Вано брезгливо скривился, склонился над блюдом и принялся запихивать в себя роллы, почти не жуя. Голубки по обе стороны экрана его телефона то брызгали красноречием, то неловко замолкали. Уровень кринжа зашкаливал. — Ну, я напишу, как смогу, — проблеял наконец Кнюх и вернул Вано осквернённый телячьими нежностями телефон. Ксюха собиралась сказать ещё что-то, но Вано решительно сбросил звонок и запихал телефон в карман. — Спасибо, — сказал Кнюх. Лицо у него сделалось отвратительно живое, уязвимое. Вано с трудом сдержал дрожь и спросил: — Ну чё, поговорил? — Угу, — совсем смутился Кнюх. — Ну и молодец. А теперь пиздуй, — кивнул Вано. — В смысле? Кнюх растерянно моргнул. Вид у него был такой, будто он раскинул руки, чтобы обнять весь мир, а ему вероломно проткнули тушку вилами. Вано проткнул. — Пиздуй. — Вано, ты чего? — До свидания, спасибо вам, приходите ещё, — сказал Вано и за плечо развернул Кнюха к двери. — Хотя нет, я передумал. Не приходите. Адьос, лопушара.