Опасен

ПЭЙ ЮНЬТЯНЬ

      Лун Фэйе и Сюй Цзинь не вернулись в тот вечер. Пэй Юньтянь не спал с Хань Е всю ночь, пока они ждали новостей о двух пропавших супругах. Он прижал голову Хань Е к своей груди, гладя его по волосам и утешая заверениями, что они скоро будут найдены. Хань Е отчаянно крепко прижимался к нему, отказываясь выпускать Пэй Юньтяня из виду, даже если это означало, что он не уснет. — Я никуда не собираюсь, ваше высочество, — сказал Пэй Юньтянь, пытаясь успокоить его. — Ты должен попытаться немного отдохнуть, нездорово заставлять себя бодрствовать таким образом. Хань Е покачал головой и крепче сжал Пэй Юньтяня. — Как я могу спать, когда обе мои супруги отсутствуют? — спросил он, широко раскрыв налитые кровью глаза. — Конечно, их похитили… — Но я все еще здесь. Я не оставлю тебя, — сказал Пэй Юньтянь, прижимая Хань Е к себе и целуя его в лоб. Хань Е с сожалением посмотрел на Пэй Юньтяня, его глаза внезапно расширились. —Неужели они ушли, потому что я не сделал Фэйе своей императрицей? Он настроил Сюй Цзиня против меня? Пэй Юньтяню пришлось очень усердно работать, чтобы контролировать свое лицо при предположении Хань Е, что Фэйе настроит Сюй Цзиня против него после всего, через что он заставил Сюй Цзиня пройти. У него действительно хватило наглости произнести эти слова вслух!.. Тем не менее, если он правильно разыграет свои карты, подумал Пэй Юньтянь, он сможет получить повышение… — Может быть, да, Ваше Высочество, — сказал Пэй Юньтянь, сочувственно посмотрев на Хань Е. — Возможно, если бы ты сделал меня своей императрицей… — Нет, их, должно быть, похитили, — сказал Хань Е, казалось, не слышал, что только что сказал Пэй Юньтянь. — Фэйе любит меня… Я думаю… Я… неужели, он же не уйдет? — Может быть, Сюй Цзинь натравил его против тебя, — предположил Пэй Юньтянь. — Он очень злой… Хань Е покачал головой. — Тяньтянь, — резко предупредил он, — сейчас не время для твоей глупой вражды с Сюй Цзинем. Он хороший супруг, он бы не сделал ничего подобного. Пэй Юньтянь закатил глаза, как только Хань Е отвел взгляд. — Конечно, Ваше Высочество, — сказал он, стараясь сдержать раздражение в голосе. — Всё именно так, как ты говоришь. Хань Е громко вздохнул, прежде чем снова устроиться на груди Пэй Юньтяня, крепко прижавшись к нему, как будто боялся, что Пэй Юньтянь тоже может оставить его. Раздался стук в дверь, и Хань Е выпрямился. — Кто это? — спросил он. — У тебя есть новости о моих супругах? Вэнь Шо быстро вошел в комнату. — Ваше Высочество, — сказал он, прежде чем заметил Пэй Юньтяня и быстро поклонился. — Королевская наложница Пэй, — добавил он. Он оглянулся на Хань Е. — Я покинул дворец, когда услышал эту новость — я не могу поверить, что они исчезли. — Ты думаешь, они сбежали? — спросил Хань Е, и цвет его лица исчез — император побелел как стена. Он выглядит слишком нездоровым, подумал Пэй Юньтянь. — Нет, не знаю, — ответил Вэнь Шо. — Ваши супруги верны вам, Ваше Высочество. Хань Е еще крепче прижал к себе Пэй Юньтяня, его волнение росло. — Значит, на них напало дикое животное и… — Хань Е вздрогнул, и Вэнь Шо в тревоге шагнул к нему. — Ваше Высочество! — сказал он. — Как вы можете думать, что они были убиты дикими животными? Они оба — отличные воины. — Тогда единственная альтернатива — убийцы или похищение, — сказал Хань Е, его голос становился все более и более огорченным. — Они могут быть заключены в тюрьму где-нибудь против своей воли, испуганы, ранены — мои дорогие, драгоценные супруги! — Мы найдем их, — заверил его Вэнь Шо. — Я приехал сюда, чтобы сказать вам, что мы с Цзыюань позаботились о том, чтобы каждая граница патрулировалась. Нет ни пяди суши или моря, за которыми в настоящее время не наблюдают, клянусь вам в этом. Хань Е не выглядел счастливее после заверений Вэнь Шо, поэтому Пэй Юньтянь взял его руку и нежно погладил ее. Раздался еще один стук в дверь, и слуга с тревогой вошел в комнату и сразу же бросился на землю. — Что? — Хань Е призвал его к ответу. — У вас есть новости? — Ваше Высочество, я здесь, чтобы сообщить только о том, что поисковые группы нашли лошадей императорского консорта Лун и императорского консорта Сюй. Хань Е громко выдохнул, и Пэй Юньтянь не мог сказать, был ли он более огорчен или меньше. — Вы можете уйти, — сказал Хань Е, махнув рукой слуге, отпустил его. Слуга поспешно вышел из комнаты, несколько раз поклонившись, прежде чем быстро исчезнуть за дверью. — Ваше Высочество, вы выглядите нездоровым, — сказал Вэнь Шо, шагнув к нему. — Ты что-нибудь ел? Хань Е пристально посмотрел на него. — Конечно, я не ел! Как я могу есть?! Вэнь Шо вздохнул и покачал головой. — Когда мы найдем тех, кто забрал твоих супругов, тебе понадобится твоя сила, чтобы убить их. Вэнь Шо взглянул на Пэй Юньтяня и добавил: — А как насчет наложницы Пэй? Он ел? Выражение лица Хань Е изменилось, и он виновато посмотрел на Пэй Юньтяня. — Тяньтянь, — сказал он, — извини, я даже не подумал… Пэй Юньтянь этим вечером несколько раз упоминал, что, возможно, Хань Е следует заказать еду в их комнаты, пытаясь тонко намекнуть, что он умирает с голоду, но Хань Е просто сказал, что у него нет аппетита и, казалось, он был глух к урчанию в животе Пэй Юньтяня. Но, поскольку Вэнь Шо пришел и привлек к этому внимание Хань Е, Пэй Юньтянь увидел возможность для себя. Он посмотрел на Хань Е с самым мягким выражением лица и прижал руку к груди. — Я не буду есть, пока не поест Ваше высочество, — сказал он. — Как у меня может быть хоть какой-то аппетит, когда я вижу, как сильно ты страдаешь? Хань Е уставился на него в ответ, его глаза покраснели, прежде чем он прочистил горло, и выглядел так, как будто он пытался сморгнуть слезы. — Нет, — сказал он. — Вэнь Шо, прикажи слугам принести еду для Тяньтяня, он должен поесть. Вэнь Шо кивнул и поклонился. — Я вернусь, если будут какие-нибудь новости о твоих супругах, — сказал он, затем вышел из комнаты. По мере того, как ночь продолжалась и превращалась в утро с первыми лучами солнечного света, пробивающимися через окна, Пэй Юньтянь наблюдал, как Хань Е превращается из человека, который едва держал себя в руках, в человека, который переживает не просто нервный срыв, а погружается в натуральное безумие. Пэй Юньтянь наблюдал, как он то сначала впадал в ярость, ругался, кричал и швырял любой предмет, который попадался под руку, то переходил к рыданиям на груди Пэй Юньтяня, что затем привело к тому, что он со слезами на глазах спрашивал Пэй Юньтяня, был ли он хорошим мужем. Пэй Юньтянь не привык видеть Хань Е таким слабым и жалким. Не то чтобы он не думал, что Хань Е по-своему заботился о Фэйе и Сюй Цзине, но быть настолько безутешным от горя после того, как две супруги отсутствовали меньше суток, Пэй Юньтянь чувствовал, что мужчина действительно может сойти с ума, если так будет продолжаться дальше. Хань Е теперь лежал на полу, бессмысленно глядя в потолок, его глаза были налиты кровью, а лицо залито слезами. Пэй Юньтянь сидел рядом с ним, рассеянно поглаживая руку Хань Е своей собственной, чувствуя себя не в силах сделать что-либо еще. Он также начал беспокоиться о том, действительно ли Фэйе и Сюй Цзинь ушли. Что, если бы им удалось сбежать? Пэй Юньтянь, безусловно, почувствовал бы себя преданным, если бы Фэйе ушел без него, но также было трудно поверить, что кто-то из них уйдет. Они должны были знать, что Хань Е не прекратит их поиски, что их шансы на побег были очень малы, и что цена того, что их поймают снова, будет слишком большой. Пэй Юньтянь был совершенно уверен, что они, должно быть, были похищены, скорее всего, одним из многочисленных врагов Хань Е. По крайней мере, подумал он, если бы кто-то убил их, чтобы отомстить Хань Е, они бы позволили ему найти тела. Пэй Юньтянь вздохнул и подполз к столу, взяв пару холодных булочек. Он укусил одну. Несмотря на то, что она была холодной и принесена несколько часов назад, она все равно была вкусной. Он вернулся к Хань Е и попытался уговорить его поесть. — Ваше высочество. Пэй Юньтянь держал булочку у его рта, пытаясь уговорить его. — Фэйе и Сюй Цзинь не хотели бы, чтобы вы умерли с голоду, прежде чем их можно будет спасти и вернуть домой. — Что, если их пытают? — Что случилось? — с несчастным видом спросил Хань Е, отводя руку Пэй Юньтяня от своего рта. — Что, если они не ели со вчерашнего дня? Как я могу заставить себя поесть, когда они, несомненно, страдают без меня? Пэй Юньтянь чрезвычайно устал иметь дело с этим унылым императором. Он был врачом, а не медсестрой, и почти все его сочувствие иссякло несколько часов назад. Единственное, что удерживало его от потери самообладания, было беспокойство о том, что убитого горем Хань Е, вероятно, будет еще опаснее выводить из себя, чем обычно. — По крайней мере, приди и полежи немного в постели, — сказал Пэй Юньтянь, запихивая в рот остатки булочки и пытаясь поднять Хань Е. — Лежать на полу вредно для здоровья. — Как я могу лежать в мягкой постели, когда двое моих супругов —… — Ладно, поступай как знаешь, — отрезал Пэй Юньтянь, отпуская руку Хань Е. Он встал и подошел к кровати, решив, что даже если Хань Е был слишком несчастен, чтобы спать, то он определенно не был. — Пэй Юньтянь, — прорычал Хань Е, его угрожающий тон заставил все волосы на затылке Пэй Юньтяня встать дыбом. — Вернись сюда, — сказал Хань Е тоном, от которого страх пронзил все тело Пэй Юньтяня. Он быстро спустился обратно на пол и нервно сел рядом с Хань Е. Хань Е несколько секунд смотрел на него, прежде чем, пошатываясь, подняться на ноги и подойти к шкафу. — Оставайся там, — пробормотал он, открывая дверцу. Он вытащил один из тяжелых кожаных ‘тренировочных’ ошейников, которые Пэй Юньтянь был вынужден носить, когда впервые прибыл во дворец. При одном только виде этого Пэй Юньтянь отпрянул назад, его рот открылся в знак протеста. — Пожалуйста, Ваше высочество—… — умолял он. — Тебе не нужно —… — Ты не уйдешь от меня, — сказал Хань Е, туго наматывая поводок на свою руку. — Я был глуп, позволив Фэйе и Сюй Цзиню уйти так далеко от меня, от моей защиты. Я больше не повторю этой ошибки. Пэй Юньтянь попятился назад, отчаянно подняв руки. — Ваше высочество, я не уйду — разве я не был верен? Хань Е издал стон разочарования и покачал головой, устрашающе улыбнувшись Пэй Юньтяню так, что тот забеспокоился, не сошел ли император окончательно с ума. — Ты сомневаешься в своем императоре? — Спросил Хань Е, повышая голос, когда надвигался на Пэй Юньтяня. Он набросился на него так быстро, что у Пэй Юньтяня даже не было шанса среагировать. Он почувствовал, как руки Хань Е толкают его вниз, прежде чем кожаный ошейник был застегнут на его шее. Пэй Юньтянь зарычал и попытался пнуть Хань Е, но было слишком поздно, Хань Е схватил поводок, натянув его так сильно, что Пэй Юньтянь не мог дышать. Он внезапно потерял всю энергию, чтобы сопротивляться, и рухнул, его разум прокручивал последний раз, когда Хань Е заставил его повиноваться, используя этот ошейник. Он помнил кляп, помнил порку, солоноватый вкус спермы Хань Е, смешанный с его собственными слезами, самый унизительный способ, которым Хань Е наказывал его на глазах у других — и, самое главное, он вспомнил свою решимость отомстить. Хань Е притянул Пэй Юньтяня к себе на руки и нежно укачивал его, покачивая взад-вперед и нашептывая что-то ему на ухо. — Ты мой, тебе ничего не нужно, кроме меня, только меня, только меня… Черт возьми, подумал Пэй Юньтянь, когда руки Хань Е обхватили его так крепко, что он почувствовал, что его грудная клетка может быть раздавлена. Хань Е действительно сошел с ума. Внезапно Хань Е поднял Пэй Юньтяня, прежде чем опустить его на кровать. — Ты нужен своему императору, — сказал Хань Е, отчаянно разрывая одежду Пэй Юньтяня. Он толкнул Пэй Юньтяня лицом вниз на кровать, и следующее, что осознал Пэй Юньтянь, он почувствовал член Хань Е у своей задницы, и волна страха пронзила его. — Подожди! — взвизгнул он, отчаянно вырываясь. — Масло—… выдохнул он, почувствовав, что Хань Е колеблется. Все еще крепко держа поводок, Хань Е достал горшочек с маслом с прикроватного столика и вылил немного его на пальцы Пэй Юньтяня. — Приготовься, — сказал ему Хань Е, затаив дыхание, раздвигая бедра Пэй Юньтяня еще шире и просовывая одну из рук ему между ног. Неохотно Пэй Юньтянь начал ощупывать себя пальцами, добавляя больше масла внутрь и пытаясь убедиться, что он достаточно смазан, чтобы справиться с безумными потребностями Хань Е. В этой позе было немного неловко, но Хань Е отказался позволить ему двигаться, и как только он почувствовал удовлетворение от того, что Пэй Юньтянь достаточно потрогал себя, он убрал руки и быстро заменил пальцы Пэй Юньтяня своим членом. Пэй Юньтянь взвизгнул и рванулся вперед, только чтобы почувствовать, как ошейник болезненно сжался вокруг его шеи. —Плохо, — сказал Хань Е, еще раз покачивая бедрами и заставляя все тело Пэй Юньтяня содрогнуться в конвульсиях. — Пожалуйста, — выдохнул Пэй Юньтянь, — мне просто нужна минутка —… — Вы должны иметь возможность принимать своего императора всякий раз, когда он в вас нуждается! — Хань Е рявкнул на него, натянув поводок еще туже и заставив Пэй Юньтяня выгнуть спину, чтобы не задохнуться. — Боль — это просто наказание за то, что ты не был готов ко мне. Ублюдок, яростно подумал Пэй Юньтянь, стиснув зубы и пытаясь выдержать жестокие и безжалостные выпады Хань Е. Одной рукой, лежащей у него на бедре, а другой со все еще крепко обмотанным вокруг нее поводком, он заставлял Пэй Юньтяня брать его снова и снова, пока после того, что казалось мучительной вечностью бессмысленного совокупления Хань Е, он не кончил в него с низким, животным рычанием. Хань Е рухнул на Пэй Юньтяня, как только тот кончил, и как бы сильно Пэй Юньтянь ни сопротивлялся, он не мог вырваться из-под него. У него не было выбора, кроме как лежать там под, казалось бы, вырубившимся Хань Е, который все еще был глубоко внутри него и цеплялся за него, как будто это было частью его инстинкта выживания. Пэй Юньтянь застонал в простыни, пытаясь принять более удобное положение под весом Хань Е, давившего на него. Он ничего не мог сделать, чтобы оттолкнуть от себя Хань Е, но, по крайней мере, каким-то образом ему удалось заставить Хань Е заснуть в постели. Хань Е тяжело вздохнул в затылок Пэй Юньтяня, сонно уткнувшись в него носом, прежде чем затихнуть.

***

— Ваше высочество! Мы нашли их! Пэй Юньтянь открыл глаза, не уверенный, который был час или день, осознавая только, что руки Хань Е все еще крепко обнимали его. Последние несколько дней ужасно напоминали первые несколько дней, которые он провел во дворце, когда Хань Е впервые привез его домой, а затем оставил прикованным к кровати. Теперь на нем снова был постоянно надет кожаный ошейник, и пока он спал, Хань Е прикрепил поводок к кровати, что сделало невозможным для него уйти, предварительно не спросив разрешения у Хань Е. Пэй Юньтянь даже не мог пописать в уединении с тех пор, как Хань Е решил, что исчезновение Фэйе и Сюй Цзиня означало, что он потерял все небольшие привилегии свободы, которые он получил за последние полгода. Он снова стал постоянным постельным рабом Хань Е, которому разрешалось только лежать там и брать член Хань Е, бесконечно трахаться, даже когда Хань Е рыдал над своими пропавшими супругами. Хань Е внезапно сел. — Нашли? — он повторил, его голос звучал тяжело со сна. — Ч-приведите их ко мне! Это был Вэнь Шо, понял Пэй Юньтянь, когда он, прищурившись от утреннего солнца, посмотрел на молодого генерала. Он вежливо отвел взгляд от Пэй Юньтяня, который лежал обнаженный под Хань Е, и подсохшая сперма императора все еще украшала его бедра. — Солдаты из Чжаогэ, возглавляемые молодым принцем Шан, были обнаружены этим утром, при попытке переправить первого и второго консортов через границу, — сказал Вэнь Шо. — Но наши пограничники нашли их, и, к счастью, несмотря на то, что этот молодой принц приказал своим солдатам атаковать, они поняли, что их превосходят числом, и опустили мечи. Мы арестовали молодого принца, и его перевозят в столицу вместе с вашими супругами. — Итак… Фэйе, Сюй Цзинь, они были —… неуверенно начал Хань Е. — Они были в цепях, с завязанными глазами, и ни один из них, похоже, добровольно не ушел с молодым принцем, — окончательно ответил Вэнь Шо. Хань Е издал звук, который был чем-то средним между рыданием облегчения и криком боли. — Они пострадали? — тревожно спросил он. — Внешне несколько незначительных травм, — сказал Вэнь Шо, — но охранники заверили меня, что их осмотрел полковой врач, и дворцовые врачи снова займутся ими, как только они вернутся домой, во дворец. Хань Е тяжело выдохнул, его руки сжались в крепкие кулаки. — Спасибо тебе, Вэнь Шо, — сказал он, кивая головой молодому генералу, который поклонился в ответ. — Пожалуйста, прекратите охоту, — продолжил Хань Е, — и скажите слугам, чтобы приготовили для нас экипаж. Убедись, что все мои генералы и советники будут вызваны к моему возвращению во дворец. — Да, Ваше высочество, — сказал Вэнь Шо, снова кланяясь, прежде чем быстро покинуть комнату. Как только Вэнь Шо ушел, Хань Е встал и несколько раз прошелся по комнате, сжимая кулаки, вены на его плечах и руках вздулись. Пэй Юньтянь нервно наблюдал за ним, но после десяти минут расхаживания он остановился, сделал еще один глубокий вдох, а затем вернулся к кровати. — Тяньтянь. Хань Е потянулся к кожаному ошейнику и расстегнул его. — Мне жаль. Пэй Юньтянь заерзал на кровати, как только сняли ошейник, быстро подняв руки к шее, чтобы почувствовать растертую и воспалённую кожу под ним. — Я—я боялся, что ты тоже бросишь меня, — сказал Хань Е, ползя за ним, ложась между ног Пэй Юньтяня и глядя на него снизу вверх. — Ты позволишь мне загладить свою вину? — Как—… Разум Пэй Юньтяня на мгновение опустел, когда он почувствовал, как губы Хань Е сомкнулись вокруг его члена. За все время, пока Пэй Юньтянь был наложницей Хань Е, он только раз или два видел, как тот сосал член. В основном он отказывался делать это для Фэйе, он не очень часто делал это для Сюй Цзиня, и вместо этого, казалось, ожидал получить это, когда бы ни пожелал. Хань Е начал сосать, и Пэй Юньтянь потерял контроль над своим телом, подавшись вперед с удивленным стоном. Для человека, у которого, казалось, не было большого опыта или практики сосать член, Хань Е казался очень подходящим для этого. Он взял всего Пэй Юньтяня в рот, его язык дразнил нижнюю часть его члена и сосал так сильно, что у Пэй Юньтяня перед глазами замелькали звезды. Он снова беспомощно толкнулся вперед, что, казалось, только заставило Хань Е сосать сильнее. Его рот был таким идеально теплым, влажным и тугим, что Пэй Юньтянь задвигал бедрами, отчаянно желая большего. Затем Хань Е резко остановился, и Пэй Юньтянь вскрикнул, чувствуя потерю так остро, что в тот момент он сделал бы все, чтобы вернуть ее. — Ваше высочество — заскулил Пэй Юньтянь, пытаясь дотянуться до волос Хань Е, чтобы подтащить его назад, но руки Хань Е крепко схватили его за запястья и прижали к бокам. — Ты прощаешь меня? — Спросил Хань Е, пристально глядя на него. Пэй Юньтянь колебался, задаваясь вопросом, возможно ли было бы вымогать больше у Хань Е за его ‘прощение’. Хань Е заметил нерешительность Пэй Юньтяня и ответил на нее, облизав длинную полоску от основания члена Пэй Юньтяня до головки, посасывая кончик. В животе у Пэй Юньтяня все перевернулось, и он задрожал, его бедра приподнялись, умоляя о большем. — Я хочу — э-э… больше этого, — сумел сказать Пэй Юньтянь, в то время как его разум изо всех сил пытался оставаться связным перед лицом сводящих с ума поддразниваний Хань Е своим языком. Хань Е медленно слизнул еще немного с его члена, прежде чем снова взглянуть на Пэй Юньтяня темными глазами. — Я—… Пэй Юньтянь почувствовал, как у него пересохло во рту. — За каждый день, когда ты держал меня связанным, — сказал Пэй Юньтянь, — извинись таким образом. Хань Е сделал паузу, и Пэй Юньтянь почувствовал, как его теплое дыхание коснулось влажной головки его члена. — Я сделаю это только один раз, — сказал Хань Е, отказывая ему. Он наклонился вперед и взял Пэй Юньтяня в рот, посасывая и покачивая головой, пока Пэй Юньтянь не подумал, что он собирается кончить. Затем Хань Е снова резко остановился, улыбаясь, когда Пэй Юньтянь жалобно заскулил. —Хань Е —… — Скажи мне, что ты меня прощаешь, — сказал Хань Е, целуя головку члена Пэй Юньтяня. — Я—… Язык Хань Е играл с ним, дразнящими облизываниями и влажными голодными поцелуями, пока Пэй Юньтянь не смог сделать ничего, кроме как умолять Хань Е продолжать. — Пожалуйста, ваше высочество, — выдохнул Пэй Юньтянь, его бедра беспомощно дернулись, когда Хань Е держал свой рот достаточно далеко. — Я прощаю тебя, просто —… Пэй Юньтянь прервал себя стоном, когда Хань Е снова взял его глубоко в рот, его нос прижался к пряди волос, которую Пэй Юньтянь держал над его членом. Хань Е сосал его сильнее, его слюна стекала по губам и подбородку, пока каждое движение издавало скользкий, влажный звук. Пэй Юньтянь больше не мог сдерживаться и с силой вонзился в рот Хань Е, отчаянно желая большего, в его голове не осталось ничего, кроме стремления к освобождению. Когда он почувствовал, как его сперма хлынула в рот Хань Е, он наблюдал, как тот сглотнул, пролив лишь небольшое количество, которое потекло по его подбородку. Хань Е продолжал нежно отсасывать ему, пока Пэй Юньтянь не стал совершенно мягким, после чего он остановился, вытер подбородок рукавом и сел. Пэй Юньтянь вздохнул и рухнул обратно на кровать. Ему никогда так хорошо не сосали член, и было возмутительно, что Хань Е отказывается делать это снова. Хань Е переполз через него и поцеловал в лоб, прежде чем встать с кровати. —Мы должны одеться для возвращения домой, — сказал ему Хань Е, разворачиваясь и направляясь к гардеробу. Пэй Юньтянь вздохнул и вместо этого остался в постели, наблюдая, как Хань Е одевается. Через некоторое время Хань Е заметил, что он смотрит на него, и повернулся к Пэй Юньтяню, положив руку на бедро. — Наслаждаешься видом? — спросил он с усмешкой. Пэй Юньтянь покраснел, затем нахмурился и отвел взгляд. Хань Е рассмеялся. — Не стесняйся, Тяньтянь, я красивый мужчина с хорошим телосложением, естественно наслаждаться видом моего тела. Пэй Юньтянь заставил себя улыбнуться и сказал: — У вашего высочества самая красивая внешность из всех мужчин во всем мире, как я могу не чувствовать себя немного застенчивым рядом с вами? Хань Е ухмыльнулся и подошел к Пэй Юньтяню, завязывая халат спереди. — Мм, верно, и немного застенчивости — это очень мило. Тьфу, подумал Пэй Юньтянь, застенчиво улыбаясь и хлопая ресницами. — Ваше высочество считает меня милым? — Чрезвычайно милым, — ответил Хань Е, кладя руку на щеку Пэй Юньтяня и наклоняясь вперед, чтобы поцеловать его. — А теперь иди и оденься, или я потащу тебя обратно во дворец голым.