Глава II. Начало начал.
2 мая 2026 г., 17:19
Наместник тяжело вздохнул, и убрал лист бумаги с таинственным «А.Б.» в карман мундира. Туда же сложил некоторые листы из отчёта.
Процедура поиска проводившего ритуал в целом была стандартной. На место преступления уже точно прибыла полиция, скорее всего — и спецслужбы. Поскольку произошло это весьма таинственное убийство в России, спецслужбы уже скорее всего поняли что произошло, и на месте преступления уже работает спецотряд «Затмение», ожидающий прибытия адских сил для разработки плана дальнейших действий.
Для начала Виктор решил ограничиться стандартной процедурой — по-быстрому выслать в мир живых представителя без особых полномочий, чтобы тот просто разобрался в ситуации, а самому пока погрузиться в воспоминания предыдущих наместников, поскольку в его правление столь сильных обрядов ещё не случалось.
Служитель Ада потянулся к диску настольного телефона и с горечью обнаружил кровавые пятная на столешнице: порез всё ещё кровоточил. Виктор погрузил палец в стакан с водой, стоявший на столе.
— In aqua sanitas, — произнёс он, и порез на пальце затянулся.
Стряхнув воду с руки, Наместник набрал нужный номер.
— Хорошего дня, Лорд Наместник, это Бюро Взаимодействия с Миром Живых, слушаю, — ответил немного растерянный голос.
— Я знаю куда звоню, оператор, спасибо. Соедините меня с Полыниным.
— Видите ли в чём дело, Лорд Наместник, — голос подрагивал, его обладатель явно нервничал, — господин замначальник сегодня утром передал сообщение, что не приедет, мол, делать на работе будет нечего…
— Кто есть на месте?
— Ну… половина оперативной бригады и… я.
— Трындец. Буду через час лично. Ожидайте.
— Как Вам угодно, Лорд Наместник…
Кровавый Властитель положил трубку и направился к выходу из кабинета. Выйдя из последнего, он обнаружил следующую картину: в небольшой приёмной, обычно вмещавшей в себя двух-трёх посетителей, ждущих деловой встречи с начальником Адского Отдела, и Скёгуль, столпилось неведомое количество преподавателей, окруживших… ну да, всё ту же Скёгуль.
Скёгуль огромна. Она возвышается над ними, как ангел (насколько такое сравнение приемлемо, когда речь идёт о демонессе), и пытается остановить бесконечный поток вопросов.
— Дамочка! — восклицал один из несчастных физиков преклонного возраста, — ну как же так получается?! Всю жизнь пашешь на свою страну, куёшь ей, понимаш, инженеров! Потом страны не становится! Думаешь: вешаться пора! Ладно, кое-как новая страна, понимаш, приходит в чувство, зарплата, хоть и не приличная, но и не унизительная, и потом, значит, вот так, в ад, в который я даже не верил? Ну как так? Кто? За что? Правильно я говорю, коллеги?
Скёгуль, видимо, далеко не в первый раз, начала объяснять физикам что и куда…
Виктор решил, что прошмыгнуть незамеченным — лучшее что он может сделать.
Вдоль стенки, противоположной стенке со столиком Скёгуль, вокруг которого и был весь шум-гам, он прошёл к выходу, и оказался в коридоре. Ему нужно было спуститься в подземелья Крепости, чтобы сплестись сознанием с сознаниями предыдущих наместников…
Ан-нет. Точно. Сперва нужно лично, самому съездить в Бюро Взаимодействия с Миром Живых и разобраться кто вообще есть на рабочем месте.
Наместник коридорами прошёл к лифтам, кивнув паре сотрудников, приветственно окликнувших его из кабинетов. Спустившись на первый этаж и минув роскошь проходного зала, он вышел из Дворца Крови, поздоровавшись с консьержем, наполовину дремавшим за стойкой у входа.
Виктор посмотрел на часы: 26:02. Самое начало рабочего дня, и сейчас на Смертный Вокзал начнут прибывать поезда с свежими умершими, распределёнными в отдел, вверенный ему, а значит, что все железнодорожные переезды будут закрыты, и все автодороги одной из пяти адских столиц встанут в одну непролазную пробку.
Со вздохом Повелитель Крови побрёл в сторону ближайшей станции метрополитена. На площади, что перед дворцом, привычно били кровью в небо богато украшенные рубинами фонтаны, выполненные в готическом стиле, как и большая часть правительственного квартала города, и, конечно, Дворец Крови, представлявший из себя две огромные башни по два километра в высоту каждая, соединённые мириадами мостов и мостиков.
Виктор не имел ничего против метро, но день не задался, и он всё ещё не мог с этим смириться.
Серьёзно! В адской неделе 10 дней, из них 6 — рабочие. В адских сутках 100 часов, основной рабочий день начинается в 25:00, и длится от 20 до 50 часов в зависимости от того, смертный вы, возвышенный смертный, демон, или ещё какая тварь.
И вот эта гадость с Кровавым Серпом должна была произойти именно в начале рабочего дня, в который, однако, почти никого нет на работе по случаю того, что высшее адское начальство решило отдохнуть и дать отдохнуть всем остальным. Виктор ведь даже сам вчера дал добро целой куче подчинённых: можете не приходить. А ещё куча (он до сих пор не мог поверить, кажется, почти все!) решили не прийти самовольно!
Да лучше бы это всё в выходной случилось! Хотя бы экстренные службы были бы на месте в полном составе, тот же Полынин. А может быть, благодаря тому что выходной, удалось бы быстрее среагировать, и таки ж спихнуть дело на Отдел Тайн, Интриг и Предательств, а там это уже будут проблемы тамошней Наместницы, его старой подруги. Она ему, конечно, это потом припомнит недобрым словом, но не впервой…
С этими мыслями Виктор вошёл в павильон метростанции «Дворцовая Площадь». Приложив к турникету транспортную карту «Безбожник» он быстрым шагом спустился по эскалатору на платформу станции, и встал у путей в ожидании поезда. Эта станция вызывала у него когнитивный диссонанс. С одной стороны, возле этой станции он жил и работал, и она была хороша: богата, красива и в целом внушала, как Виктору и нравилось. С другой стороны архитектор сам, видимо, не понял, чего он хочет: монументальной строгости, готического изящества или ампирного пафоса, а потому определить стилистику было решительно невозможно. Это раздражало.
С адским (что, в целом, логично, каким же ещё?) грохотом на станцию влетел метропоезд, и, со скрежетом остановившись, открыл двери.
Виктор вошёл в вагон и встал у противоположных открывшимся дверей: сидеть в метро он не любил.
— Берегитесь, двери закрываются! — с ухмылкой произнёс металлический голос, — следующая станция — «Кровавые Ворота»!
Поезд с демоническим рёвом ушёл в набор скорости.
Наместник решил развлечь себя наблюдением за пассажирами. В конце концов читать «Вестник Ада» он не горел желанием, а больше делать особо нечего. Думать про предстоящие дела решительно не хотелось.
Вот стоит парнишка. На вид ему лет 20. Учится, наверное, в каком-нибудь гуманитарном вузе столицы, на занятия и едет. Скорее всего рождён здесь, в аду: характерная форма рогов — длинные и прямые. У Виктора, попавшего сюда из мира живых, рога характерно вьются.
Это заставило Виктора погрузиться в мысли: каково это, родиться в том, что официально называется Загробным Миром? В принципе для него, впервые попавшего в Ад, было шоком узнать, что ад, в целом, такой же мир, в котором живут и размножаются люди, демоны и прочие существа. Главное отличие его от Мира Живых в том, что у Ада есть строгая цель существования: наказание грешников, родившихся и живших в Мире Живых. Ну и существа, родившиеся в аду, после смерти просто становятся частью океана энергии, и ни в какие другие миры не попадают. Есть, правда, мнение что они перерождаются в Мир Живых, чтобы после, умерев уже после жизни там, оказаться в аду навсегда в качестве грешника, но подтверждений этой гипотезе пока нет.
— …следующая станция — «Проспект Бойни»!
***
А Виктор в своём нынешнем виде вообще следствие ряда случайностей… Выглядело это так: абсолютно внезапно из сияющей новогодними гирляндами квартиры Виктор оказался за столом перед тройкой людей, одетых в изящные костюмы тёмно-синего цвета. У всех трёх — прямые как штыки рога, а один ещё и сам огромный. — Приветствуем, человек! — с улыбкой заговорил сидевший посередине, — я — Лаврентий Блик, директор местной… спецслужбы, а это мои коллеги: Чеп Дзю, высший демон, — он указал на огромного, — и Бай Кимэтро. Представьтесь и Вы. — Э… Виктор Дебаркер! — Виктор был слишком шокирован происходящим, чтобы впасть в безвыходный ступор. — Очень приятно, сэр Дебаркер. Не сочтите за угрозу, но Вы в Аду. Вы были случайно выбраны высшим правителем Ада, Его Величеством Люцифером, для работы на нас. — Это шутка, да? Пранк, или как у вас, идиотов, принято это называть? — Виктор прекрасно был знаком с современным сленгом, но очень не любил пранкеров. Лаврентий вздохнул. — Виктор, Вы же правша? Положите, пожалуйста, левую руку на стол ладонью вниз и растопырьте пальцы. — Давайте, показывайте свои фокусы, и объясните адекватно, что происходит, — с нервным недовольством в голосе Виктор разместил руку на столе. Лаврентий взмахнул рукой над рукой Виктора, аккуратно отделив от последней безымянный палец вылетевшим из рукава лезвием. Виктор не был склонен кричать, визжать и в принципе фонтанировать эмоциями, вдобавок болевой шок своё дело сделал. Но сейчас, вскрикнув, он одёрнул руку, и, схватив её за запястье второй, уставился округлившимися глазами на место, где только что был палец, побледнел, и, подняв глаза на Лаврентия, выкрикнул: — КАКОГО ***? — Мне жаль, но чтобы продемонстрировать нашу абсолютную серьёзность, мне придётся произвести это действо. Сейчас закончим. Дайте руку, Виктор. В последней фразе читалась холодная жёсткость, да и бежать было некуда, и изрядно напуганный Виктор протянул дрожащую, обильно льющую кровью руку. — In flamma — vita! — выкрикнул Лаврентий, обрубок на руке пыхнул пламенем, и на его месте оказался… палец. Точно такой же, как был! Даже шрам тот же, полученный при отделении куриной грудки от остова… Виктор молча осмотрел палец. Несколько раз сжал и разжал кулак. Потрогал «новым» пальцем разные поверхности. Глубоко вдохнув и выдохнув, он заговорил. — Я атеист. Но в первую очередь я склонный к рациональности человек. Даже если всему этому есть научное объяснение, и я на Земле, вы, очевидно, люди не простые. Хорошо, я вас слушаю и внемлю. — Вода, если что, для Вас, Виктор. — Блик указал на стакан на столе, — Вы не на Земле. Вы в Аду. Вы были случайно выбраны высшим правителем Ада, Его Величеством Люцифером, для работы на, собственно, Ад. — А если я не хочу? — Увы, — Лаврентий усмехнулся, — такой опции просто нет. Или Вы будете сотрудничать, и займёте достойный пост, или окажетесь среди рабов, где опять-таки будете работать, но уже… на несколько иных условиях. — Добровольная принудительность, моя любимая… — протянул Виктор, поднося стакан ко рту. — Она самая, Виктор, она самая. Трудовой договор подписывается на десять тысяч лет. Кашель поперхнувшегося человека разразил комнату. — Сколько?! — сиплый крик Виктора выдал неподдельный ужас. — Десять тысяч лет. Адских. Стареть Вы не будете, если Вас это так испугало. — Сколько длится адский год?! — Пять сотен адских дней. Адский день длится сто часов. Часы, с позволения сказать, у нас с вами одинаковые. — ******. А потом что? — А потом мы вернём Вас в мир живых. — В пятнадцать тысяч какой-то там год, когда от близких мне людей не останется даже могил?! — Ах это Вас так смутило. Нет. Вы перемещены сюда волей самого Люцифера, поэтому находитесь как бы вне времени. В общем-то Вы даже не вполне перемещены, скорее скопированы. Оставшийся там Виктор будет жить как жил. А Вы с которым я сейчас говорю проживёте здесь все оговоренные договором годы, а после ваше сознание вернётся в того Виктора, который сейчас остался там, строго в то же время, в то же место и с теми же мыслями, что и ушло сюда. И кстати, произошёл небольшой временной сдвиг: в Мире Живых сейчас 1963 год, поэтому если вы будете работать каждый день полный рабочий день - освободитесь к 11963 году, и будете возвращены в своё начало XXI века, ещё раз: точно туда же и тогда же, откуда мы вас забрали... Я понимаю, как Вам тяжело принять столь огромные объёмы информации, но… придётся принять и осознать ещё большие. Первые неделя-две уйдут на понимание базовых механизмов нашего мира, экскурсии, и прочие ознакомительные мероприятия. Определитесь с профессией. Потом недель пять учёбы… Подпишите договор, тогда мы сможем рассказать больше… в ином случае… рабам ведь много не объясняют, не так ли? — Мда-а-а… — Виктор сидел оперевшись локтём об стол, запустив пальцы в волосы, и разглядывал стакан с водой, — давайте сюда свой договор, черти.***
— …следующая станция — «Смертная»! Станция «Террор» временно закрыта на ремонт, поезд проследует станцию без остановки. Уже почти год ремонтируют… Хочется надеяться, что скоро завершат. Возле этой станции стоят Выставочная Площадь, Дворец Культуры и Комиссариат Культуры, и Виктору доставляет неудобство реконструкция станции. Почувствовав, что поезд тормозит, Наместник подошёл к дверям, и поезд, скрежеча, понёсся вдоль платформы. — Станция «Смертная»! С шипением пневматики открылись вагонные двери. В этой части города располагается Дворец Смерти. В нём когда-то давно располагалось правительство Отдела во главе с тогдашним Наместником. Его взгляды на смертных и нашли отражение в оформлении станции Смертная. Опоры вдоль первого пути выполнены в виде людей рождённых в Аду и демонов. Каждый из них одет в выглаженную форму, и каждый из них с лёгкостью держит давящую с потолка колонну одной рукой, а вторую руку держит на эфесе меча, сложенного в ножны. Их лица выражают хладнокровие и мрачное спокойствие. Опоры вдоль второго пути изображают смертных из Мира Живых. С гримасами ужаса, одетые в тряпьё, они пытаются удержать давящие на них с пололка колонны, и весь вид бедолаг говорит: выдержат они ещё недолго. Покосившись на эти архитектурные изваяния Виктор привычно взбежал вверх по эскалатору. Выйдя из павильона он дважды перешёл дорогу и оказался возле небольшого трёхэтажного здания в стиле неоклассицизма, собственно вмещавшем в себя Бюро Взаимодействия с Миром Живых. За дверями Виктора встретил дежурный администратор, с которым около сорока минут назад и произошёл телефонный разговор. — Здравия желаю, Лорд Наместник. — Приветствую. Какая оперативная бригада сегодня на дежурстве? — Бригада «Горгулья», мой Лорд. — Охо-хо… В «Горгулью» набирали новобранцев. Им предстояло работать под началом опытного командира — Питера Лоуренса, вот только кто-кто, а этот гад в такой день точно не на работе. — Спасибо, — отрезал Виктор и направился в комнату отдыха для оперативных сотрудников. Да, нужно всего-то послать представителя без полномочий, который запишет всё, что скажут представители российской спецслужбы, но новобранцы же точно или что-то упустят, или наоборот, переусердствуют… Виктор резко открыл дверь. — Стройся, мудачьё! — без особой злобы, но громко и холодно выкрикнул он. Новобранцы, благо, ещё не вошедшие во вкус службы, устав худо-бедно соблюдали (в отличие от старых сотрудников), поэтому когда как молния с небес случился Наместник, хотя бы никто не спал, а потому достаточно быстро перед Виктором оказалась шеренга молодых оперативников. — Так, — Виктор пытался определить самого солидного, внушающего доверие и спокойствие, — вот… ты! — он указал на худого и низкорослого бойца, у которого, однако, в отличие от остальных, не бегали глаза, и который, как показалось Наместнику, быстрее всех встал по стойке смирно в шеренгу, — пойдёшь со мной. Остальные — возвращайтесь к несению дежурства! Это была просто внеплановая проверка. Оставив остальных размышлять что это была за проверка такая, Виктор с выбранным им гонцом шёл в сторону гаражей Бюро. — Представьтесь. — Поул Галлоуэй, госпо… мой Лорд. — Отлично, Галлоуэй. Вот адрес, — Виктор достал лист из отчёта, — тебе сюда. Едешь на правах почти журналиста дрожащего, прав не имеешь. Твоя задача — вытащить из тамошних спецслужб всё что сможешь, желательно с фотографиями, и выдать мне отчёт по произошедшему до… — Наместник бросил взгляд на часы, — до 35:00, скажем. — Будет сделано, мой Лорд. Они вышли в гараж, и оперативник начал садиться в одну из служебных машин, когда Кровавый Властитель одёрнул его за плечо. — И ещё кое-что. Там будет интересно, да. Дело прямо скажем… особенное. Но. Ты расскажешь своим товарищам про него хоть что-то только после того как прочтёшь о нём в газетах. Проболтаешься кому-нибудь раньше — рога спилю. — Как вам угодно, мой Лорд… — немного растерянно ответил Поул. — Удачи. Автоматические двери гаража открылись, и служебная машина с воем сирены вылетела в хитросплетения улиц. Виктор потёр собственные, вьющиеся спиралью рога. Иногда он был бы очень не против спилить свои…
