Во тьме, сжимая Демона ладонь, стремится к свету Золотое Сердце

      Синий Демон бережно прижимал к себе страдающего друга. Руки его дрожали, но он не смел выпустить Золотое Сердце, оставлять одного. Он передавал ему свою ци, надеясь придать сил бороться, и взволнованно наблюдал за тем, как эмоциональное лицо корчится от боли даже во сне.       ─ Что же с тобой происходит, кроха мой?.. За что тебе такая мука?..       Ри Суо был сам не свой. Он нервно оборачивался, дожидаясь лекаря, проклиная время за то, что оно так медленно тянется.       ─ Держись, мальчик мой, скоро тебе помогут... Пожалуйста, держись...       ─ Бедный, бедный братик, ─ хныкала рядом Лин.       У Рэншу сердце сжималось от боли. Император не думал, что всё случится на его глазах. В голове продолжала раздаваться полная боли музыка. Ее мотив застрял в голове, рвал на части сердце, острыми ножами терзал совесть. Рэншу Тсу осознавал, что сотворил со своим сыном. Знал, что вскоре станет его убийцей. Осталось совсем немного. Процесс уже не обратить.       Но почему было так больно? Сио зацепил что-то в душе отца. Молодой феникс стал для императора больше, чем просто сосудом для бога, и Рэншу пришлось бороться с куда более сложными эмоциями, чем он мог себе представить. Взгляд невольно падал на слабое тело юнца, ломавшееся от боли... Мужчина не мог этого вынести, хотел отвернуться, но не мог не смотреть. Сио кричал даже во сне. Какой же чудовищной судьбе Рэншу вручил в когти свою плоть и кровь! Беспомощный ангел отчаянно цеплялся за жизнь.       ─ Кроха мой, держись... Ты сильный, я верю, ты справишься... Держись... Я рядышком. Все для тебя сделаю. Боль твою себе заберу... Солнышко моё... Пожалуйста... Держись...       Ри Суо заплакал. Невыносимо было видеть страдание Сио. Неужели весь день хрупкий юноша сдерживал в себе ЭТО? Неужели может в миг сгореть от болезни, как спичка, подобно своей матери?       ─ Я тебя не отпускаю, слышишь?! Ты нужен мне... Никому тебя не отдам ─ ни богам, ни смерти! Слышишь меня?! Мальчик мой, Сио.. Ирис мой... Мой ангел... Лучик солнышка... Что я буду без тебя делать? Как смогу без тебя жить? Ведь ты ─ мое сердце. Остановишься, и я погибну вместе с тобой. Я не выдержу... Не смогу... Не оставляй меня! Ты ведь обещал! Обещал!       Сио с трудом дышал. Ри прижимал его к себе, обвил хрупкое тело хвостом, нежно гладил роскошные золотые волосы, раскинувшиеся под сиятельным принцем, словно солнечное покрывало. Хрупкий, невинный и измученный, горячий, как пламя в печи, слабый, словно вот-вот погаснет. Никогда прежде Ри Суо не испытывал такого страха и ужаса. В голове мелькнула картинка видения, что наслал на него Ян Чжу ─ переломанный юноша в груде мусора, умирающий на руках Ри Суо. А сейчас... Так схоже... Прекрасный ангел сгорал в его объятьях.       Ри Суо так сильно погрузился в отчаяние, что и не заметил, как в комнату вбежала команда лекарей. Они принесли с собой сундучки с лекарствами и засуетились, доставая травы и разводя какие-то растворы.       Ри крепко прижимал к себе друга и выгнулся в спине, словно дикий зверь, скалящий зубы на людей. Сио был его сердцем... И в миг, когда лекари подошли к нему, чтобы осмотреть больного, Ри чуть было не набросился на них, боясь, что они навредят сокровищу, зная, что никто чужой не должен касаться хрупкого сокровища. Но стон Золотого Сердца отрезвил разум мужчины. Ри Суо боязливо разжал ладони и уложил юношу на землю. Лекари облепили его со всех сторон, оттеснив взволнованного друга, но Демон навис над ними, наблюдая за каждым действием врачей, чтобы они не навредили Сио. Ри смог протиснуться между суетившимися лекарями и бережно сжал ладошку друга, поглаживая кончиками пальцев нежную кожу, вкладывая в каждое прикосновение любовь, пытаясь всем своим существом показать другу, что он рядом, с болью глядя на то, как слабые уста роняют хриплый стон. Кровь продолжала течь по подбородку. Юноша откашливал ее в глубоком, болезненном кашле, сотрясавшим все тело.       ─ Кроха мой... Сердце мое... Лучик мой нежный... Не потухай... Забери всё, только живи... Молю тебя... ─ Ри целовал его пальчики и ладошку. Рука Сио была влажной от горьких слез.       Лекари осмотрели юношу. Они сделали ему холодную повязку на лоб, изготовили лекарственный отвар, что смогли дать Сио лишь после того, как Ри Суо обнюхал жидкость, убедившись, что в ней нет яда. В чаше была лекарственная смесь, сбивающая температуру. Врачеватели пытались заставить Сио выпить, но больной кашлял кровью и ворочался, дрожал от чужих рук. Словно надрессированный зверь, он не принимал ничего от тех, чей запах был ему не знаком.       ─ Дайте мне!       Ри выхватил чашу и, усадив друга в сидячее положение, бережно влил ему в рот лекарство. Врачи дали ему ещё одну чашу. В ней было что-то молочное, пахшее так мерзко, что нельзя было определить, из чего оно изготовлено.       ─ Что это?! ─ рыкнул Ри. ─ Вы его отравить хотите?!       ─ Это средство, помогающее от подобных недугов! ─ заверил лекарь. ─ Проясняет разум и отгоняет боль!       ─ Господин Ри Суо, они пытаются помочь! Скорее, дайте ему лекарство! ─ закричала Лин.       Руки Синего Демона дрожали. Сквозь сон Сио мучительно звал его:       ─ Р-Ри... Р-Ри...       Сердце рвало на части. Он выхватил чашу, понимая, что у него нет другого выбора, кроме как довериться, и напоил юношу молочной жидкостью. Сио послушно глотал всё из его рук. Ри поглаживал его по волосам.       ─ Скоро всё будет хорошо... Скоро тебе станет лучше. Это лекарство, кроха, оно тебе поможет. Исцелит... Обязательно...       ─ Нам нужно продолжать... ─ заметил лекарь.       Ри отчаянно взмолился:       ─ Делайте, что нужно, только спасите его! Обязательно! Спасите... Или я!..       Рэншу до боли сжал пальцы в кулак. Кровь потекла из-под пальцев.       Лин пыталась поддержать брата, крутясь рядом и шепча нежные слова.       Лекари использовали ци, чтобы вернуть Сио часть сил и избавить от столь яркой муки. Наконец, юноша затих, лицо его разгладилось, а дыхание выровнялось.       ─ Ч-что с ним?.. ─ спросил Ри, стараясь держать разум трезвым. Кровь бурлила от бессильной злобы.       ─ Это редкий вид отравления, ─ произнес лекарь с опущенной головой. ─ У юноши поднялся жар от инфекции. Мы сделали всё, что могли. Следите за его состоянием, и если ему станет хуже, сразу же зовите.       ─ Лучше поместить его в лечебницу, ─ сказал второй, ─ Изолировать от других. Юнцу нужен покой.       ─ Нет, я... Я его не оставлю... ─ прошептал Ри растерянно. ─ Я должен быть с ним. Должен его защитить.       ─ Сейчас мы вряд ли можем что-то сделать... Следите, и, если появятся новые симптомы...       Ри прижимал юношу к себе, загнанным взглядом глядя на всех этих людей. Они говорили что-то про операцию, лекарства, возможные побочные эффекты, а Ри был в ужасе. Сам он никогда не болел. Он не знал, что это бывает так страшно. Не знал, что может сделать. И его порочная кровь не способна помочь! Не умеет лишать боли, только усиливать ее. Сио притих, но чувство беды не отпускало Ри Суо. Мужчина поднялся, прижав дрожавшего кроху к себе.       ─ Я отнесу его отдыхать, ─ Ри нежно провел носиком по его макушке. ─ Пожалуйста, держитесь неподалеку.       Лекари поклонились и заверили, что придут по первому зову.       Ри Суо немного успокоился и унес друга из тронного зала. Лекари последовали за ним. Ри никогда так отчаянно не молился, как в тот миг, когда нёс чуть живого юношу по коридорам. Он обращался ко всем силам, что были ему ведомы, прося сохранить крохе жизнь. Он не знал, что ещё может сделать, кроме как верить.       Оказавшись в своих покоях, Ри Суо бережно уложил Золотое Сердце на постель и сел рядышком, свесив ноги с кровати. Сио, ворочаясь, уложил голову ему на колени и потерся носиком о его бедро. Даже во сне... Такой ласковый и ручной. Ри не мог сдержать слёз.       ─ Сокровище... Что же с тобой творится?.. Держись... Держись, родной мой цветочек... Не покидай... Борись...       Они просидели наедине несколько часов, но никто так и не пришёл навестить Сио Лье, проведать его состояние, словно здоровье умирающего принца волновало лишь Синего Демона.       А Ри не переставал шептать, звать, утешать друга нежными словами. Знал, что Сио нужно отдохнуть, но у юноши всегда был очень крепкий, но в то же время чуткий сон. Он не проснется, но почувствует, как заботливые руки отгоняют тревоги, страхи и боль. Непременно почувствует боль друга и его светлую любовь.       Ри Суо забрался на кровать с ногами. Он взял Сио на руки, как котенка, уложил на грудь, прижав к себе, укрыл покрывалом и легонько покачивался с ним, обнимая, как с боявшимся кошмаров ребеночком, как с самым нежным созданием, пытаясь обласкать и уберечь родного от страшного заболевания. Словно колыбельную, Ри Суо нежно пел другу песню, что они сочинили вместе не фестивале. Такая добрая, искренняя, теплая, наполненная их надеждами... Казалось, шуточная, но на деле... Настоящая.

Ты сердце моё, моя жизнь, моё сердце... Так будь же моей ты, красивый, невестой... Скажу Вам я робко, что принц Ваш согласен... Так будь же всегда со мною ты счастлив... Лишь в Ваших руках я счастье найду... От каждой беды я тебя сберегу...

      Голос Ри Суо дрожал от боли. Он чувствовал сердцем каждую строку. Дрожащими губами произносил заветные слова, надеясь, что сможет услышать голос Сио вновь. Самое страшное было не понимать, что с ним творится, не знать, как помочь. Очнется ли? Улыбнется ли ему вновь? Ри Суо молился этой песней, вкладывая в нее любовь, шепча, как заклинание.       Сио слышал его голос. Сквозь боль и слабость он рвался к другу. Хотел утешить. Боролся с собой. Хотел улыбнуться ему. Хотел просить не волноваться... Пламя жгло нутро, плясало в слабом теле, разгоняя жар по венам, но троекратно больнее было слышать о боли Ри Суо, знать, что он льёт горькие слезы по его судьбе. Открыть глаза было мучительно, но Сио вырвался. Боль немного утихла, он набрался сил от ци, что подарили ему чародеи и дорогой друг, и, когда Ри Суо зажмурился, исторгнув очередную горькую слезу, он вдруг ощутил, как нежная ладошка нежно гладит его по щеке.       ─ Н-не плачьте, Г-господин... Ри Суо... Все хорошо...       Сио вымученно улыбнулся.       Ри крепко сжал его нежную ручку. Не сдерживая чувств, расцеловал его пальцы.       ─ Ты очнулся! Солнышко моё... Ты снова со мной!       ─ Я н-никуда н-не уходил... Я в-ведь обещал... Я... Ж-живу... Ради В-Вас...       ─ Сокровище... ─ Ри был тронут его словами. Слезы не высыхали, как бы Сио того не хотел.       ─ Н-не надо... Я чувствую... Вы плачете... Н-не надо... П-прошу... Улыбнитесь... Мне... Г-господин...       Слабые пальцы потянулись к родным губам. Ри попытался изобразить улыбку, но вышло очень вымученно. Он не смог. Губы дрожали, не находя в себе сил. Он не мог быть таким сильным, как Золотое Сердце.       И Сио больше не мог. В животе словно разверзся шторм. Он чувствовал, как бушует живое пламя, но не его собственное, чуждое. Боль накрыла его с головой, и он жалобно заскулил, выгнувшись в спине. Его накрыло странное религиозное наваждение, будто боль эта ─ кара за совершенные преступления, будто возмездие за ту грязь, что он подпустил к своей душе, за каждый грех, осознанный и нет, за каждую постыдную мысль. Божественное заполняло его, и он чувствовал силу, бывшую в разы сильнее его, ощущал себя жалким в сравнении с ней. Благоговейный трепет топил в боли. Всего несколько мгновений, но Сио чувствовал, что получил заслуженную кару, он был наказан, и боль эта была чем-то естественным... Но когда чувство это затихло, когда взволнованный родной голос Ри вырвал его из религиозного транса, он начал отторгать неизведанную силу божественной природы, что тянула языки пламени к его душе. Почувствовав сопротивление, пламя забилось лишь яростнее, пытаясь сломить юношу, занять его тело. Он уже знал это чувство, когда боролся с памятью Аш. Но тогда в нем был лишь маленький осколок души богини, а сейчас в его теле поселился настоящий бог, набиравший силы, питаясь его жизнью, поглощая его мысли и способность говорить, наполняя жизнь болью. Те жуткие видения из кошмарных снов, когда Золотой Дракон Ин сжигал его изнутри, становились реальностью, только тело его получил не покровитель Рьё До, а мертвый золотой феникс. Сио не способен был познать это, но на уровне чувств догадывался и боролся, едва сдерживая натиск.       ─ Сио... Что такое?... Что?.. Лекарство не помогает?.. Я позову помощь, я...       Сио вился, не зная покоя. Тело его надрывалось от муки. Он приподнялся и вжался носиком в шею мужчины. Слепо ухватившись за его руку, Сио прижал ладонь друга к своему животу, не в силах сказать, лишь показать, что творится с ним. Бессильные рыдания сотрясали тело.       Ри Суо почувствовал это... Так странно! Плоский живот юноши стал немного больше, и в нем яростно толкалось что-то живое. Оно обожгло руку Ри Суо даже сквозь кожу, было диким, необузданным, и в нем таилась огромная сила. Теперь, когда Сфера Рождения была разбита, когда пламя оказалось на свободе, ничто больше не скрывало божественную энергию. Ри Суо не смог познать, что пламя то было от Святого Покровителя, но понял, что с Сио происходит нечто ужасное, магическое, совсем не относящееся к отравлению. Он не знал, что с этим делать. Он был напуган, а Сио жался к нему, ища спасения. Золотое Сердце чувствовал, что погибает, что теряет контроль над своим телом, что в нем всё меньше себя, а то, что осталось ─ полыхает огнем и тлеющим пеплом рассыпается, отмирая.       Стало ясно, что никакие лекарства тут не помогут. Что это за сила? Проклятье? Ещё один удар от Бэя? На демоническую силу похоже не было. Энергия казалась светлой, но ярость, с которой она обрушивалась, не позволяла думать, что происхождение ее божественно. Она смешена была с чем-то гадким и тёмным. Кому кроме Бэя могло принадлежать такое могущество? Кто, кроме Бэя, мог так мучать драгоценное сокровище ? Страшный враг ─ единственный, что способен был нанести такой подлый удар в спину! Проникнуть в хрупкое тело... Ри подумал о том жутком, нескончаемом поцелуе. Быть может, Бэй что-то сделал с Сио в тот миг? Быть может, из-за этого Сио не мог использовать силы? Может, это было его собственное пламя, что отказалось служить хозяину? Теории градом обрушились на Ри Суо, но он понятия не имел, что с этим делать. Сио становилось все хуже, он умирал у него на руках.       Ри вспомнил о печати, что накладывал на Сио. Если виной всему была его собственная сила, то Ри смог бы сдержать ее своей волей. Один раз получилось, выйдет и снова! Однако, в этот раз Ри Суо не смог даже наложить печать ─ чужеродная сущность развеивала заклятье. Сио бы не стал сопротивляться другу! Он бы впустил его в себя. Это происшествие вызывало лишь больше тревоги. Ри попытался мыслить здраво, хотя сердце его рвалось на части.       "Если то проделки Бэя... Против демонической силы... Нужен свет... Монахи... Моя порочная кровь не спасет чистое, непорочное сокровище... Нужно найти чародея, способного очистить его от грязных рук. Освящение?.. Что угодно!"       Ри собрался с силами. Нельзя давать слабости и боли погубить возлюбленного. Он будет его защищать.       Ри нежно погладил друга по животу. Сио был таким уязвимым, доверяя рукам друга касаться себя в такой отчаянный момент! На полуприкрытых веках застыли слезы. Глаза теряли разум. Губы, не стихая, роняли прерывистые стоны. Они звали друга в забытье. Сио едва дышал, рвано, с трудом делая каждый вздох.       ─ Я спасу тебя, кроха!.. Я кажется понял, что с тобой... Я спасу тебя. Только держись! Борись! Дай мне немного времени... Я найду того, кто вылечит тебя...       Казалось, Сио очнулся лишь для того, чтобы прошептать:       ─ Я б-был счастлив... С В-Вами... С-спасибо, г-господин... Что были... В моей жизни... П-простите... Что доставил с-столько... П-проблем... Я п-просто хотел... Чтобы В-вы... Т-тоже... Б-были счастливы... Хотел... Чтобы Вы улыбались... Ведь В-вы... С-самый светлый... С-самый прекрасный человек на этом свете... Мир был несправедлив к Вам... Я х-хотел... П-подарить Вам... Немного света... И... Аааакккхх... Я п-просто хотел... Согреть В-вас... В необъятном космосе... В тысячах вселенных... Р-разыскав Вас одного... Д-драгоценного... Н-нежного... Т-такого д-доброго... Единственно в-верного... Я хотел... Быть... Вашим сердцем...       ─ Кроха! ─ у Ри Суо плыло перед глазами от слез. ─ Ты что такое говоришь?.. Не прощайся со мной, сокровище!.. Ты чего?!. Я спасу тебя, я же обещал! Слышишь меня?! Я непременно спасу!.. Бэй не получит тебя! Я не отдам ему твою жизнь!!!       Услышав это имя, Сио собрал последние силы и ухватился за одежду друга, крепко уцепился, желая уберечь до самого конца. Такой беспомощный, но такой храбрый! Боролся ради родного человечка. Уже не мог говорить, но шептал с кровью на устах.       ─ Б-Бэй... З-здесь... Он... В с-сестрёнке... Л-Лин... Он з-захватил ее... Т-тело. С-спасите её, прошу Вас... И... П-прошу... Б-будьте осторожны...       ─ Сио... ─ изумлённо прошептал Ри. Он лишь уверился в том, что состояние друга ─ проделки Бэя. ─ Все будет хорошо, я защищу и тебя, и твою сестру. Ни о чем не волнуйся, сокровище...       ─ Я... В-верю... Вам...       Прошептал и обмяк, все равно, что неживой. Ри коснулся ладонью его живота и почувствовал, как яростнее становится нечто, что творилось внутри. Больше нельзя было терять время. Он должен был сдержать обещание.       Дальше всё было, как в тумане. Ри не помнил, как вылетел из комнаты и позвал на помощь, как оттолкнул лекарей от себя хвостом и потребовал, чтобы его провели к монахам, как они бежали к храму Ши и как он пламенно объяснял людям в голубых религиозных одеяниях, что с Сио что-то не так, что демон сотворил с ним что-то непостижимое и вопреки своей гордости умолял спасти друга, стоя на коленях. Служители Ши забрали Сио. Ри Суо рвался за ним, не хотел отпускать родной руки. Не желал расставаться ни на миг с возлюбленным. Он должен был быть рядом, должен был видеть, что с ним делают, но жрецы рявкнули на него, что он ─ кровь и плоть чужого бога ─ будет лишь мешать ритуалу. Почувствовав себя порочным монстром, Ри отступил, не желая сорвать единственный ритуал, что способен спасти друга. Тяжелые белые деревянные двери захлопнулись прямо у него перед носом. Последнее, что Ри Суо видел, как мужчина в рясе священника нес Золоте Сердце на руках вверх по сияющей, белоснежной лестнице и возложил его на алтарь. Тело Сио Лье ─ бездвижное, бесчувственное, казалось, мертвое ─ легло на холодный камень.       "Он же там совсем один... Мой кроха... Мой свет... Моё сердце..."       Ри сходил с ума. Он сел под дверями храма и скребся ногтями, отчаянно желая оказаться рядом. Молясь Ши ─ казалось, единственному Покровителю, что сохранил разум. Молясь всем мертвым небожителям и богам, что не могли услышать, но которым было бы приятно, что их помнят. Молился самому Сио, словно святому, умоляя его держаться... Сердце рвалось от мучительной разлуки, от стены, возведенной правилами. Ри Суо вновь проклял свою порочную кровь и невозможность помочь, чувствовал себя слабым и ничтожным. Он молился и верил в Сио, он плакал, думая о его последних словах. Чувствовал, что должен разыскать Бэя, выбить из него всё дерьмо и призвать к ответу, но не мог оставить Сио. Вдруг понял, что, быть может, лишь Бэй знает, как снять это жуткое заклятье, и решительно поднялся, желая выбить из него ответы. Но именно в тот миг, когда он пожелал отправиться на поиски и сделать единственное, что может для Сио, двери храма отворились, и священник, вышедший из храма, скорбно объявил:       ─ Мне жаль, господин Ри Суо. Но я вынужден сообщить трагичную новость. Молодой господин Сио Лье... Скончался.