Во тьме, сжимая Демона ладонь, стремится к свету Золотое Сердце

      Сио было тяжело покидать поселение. Неравнодушный, он не мог себе представить, как Цзинь Сюн будет один справляться с телами. Похоронить целый город ─ задачка не из лёгких, но Ри, видя его сомнения, заверил, что так будет лучше для всех. Его куда больше беспокоило, зачем Бэю понадобились заложники. При боязливом и эмоциональном жителе говорить об этом Ри не хотел, но, стоило им выдвинуться в путь, как Ри начали посещать мрачные фантазии о злодеяниях.       ─ Аки говорил, что Бэй пытается его выманить. Должно быть, ему не достаточно просто убийств. Он пытается причинить ещё больший вред.       ─ Но почему же тогда он берет обычных людей? Воинов, самураев, но не кицунэ? ─ не понимал Сио.       ─ В кицунэ заключена сила. Дар Аки. Он забирает ее себе, чтобы ослаблять бога. А с людьми совсем другая история. Их смерти или жизни не имеют для Бэя никакой ценности...       ─ Тогда же зачем?.. Столько мужчин... Что Бэй с ними делает? Идёт ведь вперёд, захватывать леса... А тела...       ─ Может, мы встретим их дальше. У Бэя в голове лишь безумие и злоба. Может, он взял их, просто чтобы было кого убить по дороге, когда появится настроение.       ─ Господин! ─ Сио было страшно от таких фантазий. Ему казалось, что убийство без идеи и смысла ─ самое жестокое из всех.       Ри понял, что перегнул палку. Честно говоря, он верил, что по итогу причина окажется ещё более коварной, чем то, что они могут себе представить, но тревожить своими домыслами кроху он не хотел. Слишком светлый, его мальчик тяжело переносил такие новости. Реальность так или иначе их настигнет, но сейчас не стоило омрачать путь. И так от всех этих мыслей было не по себе. А Сио... Он ещё и чувствовал Бэя в себе. Видел отголоски его памяти, боролся с ним в сознании. Не нужно ему думать о таком.       ─ Можно размышлять до бесконечности, ─ сказал вместо всех мрачных мыслей Ри. ─ Как на самом деле мы узнаем, лишь когда найдем Бэя.       Сио прижался к другу, уткнувшись носиком ему в плечо.       ─ Вы правы... Просто это... Так страшно. Бэй разносит зло по земле. Прежде он вредил только богам, а тут устроил резню, и у меня сердце не на месте от всех этих ужасов. Я все думаю, живы ли те люди, которых он забрал?..       ─ Руи, среди тех, кого мы видели, были воины из клана Сюэ? Самураи? Кто-нибудь, кто жил в этом городке?       "Укрыл снегов покров память о прошлом.       Глубокие раны терзают землю.       Чужие лица".       Прочитав очередное хокку, Руи пожал плечами. Воины-то были, были и кицунэ, но сказать точно, что они жили в этом поселении или каком ином, он не мог. Невозможно знать всех членов клана, когда твоя династия насчитывает несколько сотен голов и втрое больше слуг.       ─ Значит, они могут быть ещё живы, ─ произнес Ри.       ─ И мы можем их спасти! ─ обнадёжено воскликнул Сио.       "Смолка в небе веселая трель.       Улетели птицы на запад.       Танцует смерть."       Сио заерзал, потеряв всякое настроение. Ри нахмурился и буркнул на друга:       ─ Руи, тебе стоит запастись хоть капелькой оптимизма. Конечно, жизнь самурая ─ это мысли о смерти и все в этом духе, но может же случаться и что-то хорошее, в конце-то концов!       Руи прищурился.       "Стоит горный город в руинах.       Взросла на кладбище вишня.       Погнили тела."       ─ Я тебя понял, ─ вздохнул Ри Суо. От Руи оптимизма было не дождаться, и он, в своем роде, был прав. Они знали, кто их противник, лучше, чем кто-либо другой и видели, какие следы он оставлял на земле. Страшно было представить, что Бэй сделал с пленниками и зачем они ему понадобились. Ри подумал, что он мог нести их тела до следующего поселения, чтобы внушить ужас людям, разорвать на глазах напуганных жителей, чтобы показать власть. Это было вполне в духе демона, но ни одна из мыслей, пришедших ему, Сио и Руи в тот день не была даже близка к истине.       Через несколько часов пути начало темнеть. Они выступили на рассвете и по ощущениям шли не так уж и долго. До заката ещё должно было оставаться время, так что Ри Суо напряжённо огляделся.       ─ Ветви закрывают небо... ─ прошептал он.       ─ Ась?.. ─ Сио не понял, ведь ему неизвестно было, в какой мрак внезапно погрузился лес. Он лишь ощутил пробежавший по коже холодок.       ─ Вишни переплели свои ветви. Лес меняется. Прежде деревья росли... Обыденно. А сейчас они сплелись друг с другом, словно ловя нас в паутину. Ни единый лучик света не проникает сквозь сеть из ветвей. Вместо неба видно лишь черно-белое полотно ветвей и бутонов. А ещё... Они кажутся... Другими. Прежде деревья были словно мертвые, но эти... Полны жизни. Не видно следов болезни, они и здоровы, но столь враждебны... Корявые, усыпали землю, словно частокол.       "Во мрак погрузился дивный мир.       Не закат сие.       Зла исток."       Ри бы выразился менее поэтично, назвав это место полной задницей, но Сио не любил, когда Ри ругался и сквернословил, так что Синий Демон сдержал свои чувства.       ─ Я могу осветить путь... ─ предложил Сио, готовясь начертать заклинание, но Ри Суо мягко растрепал его волосы.       ─ Ты и так сияешь так ярко, что весь путь видно далеко вперёд, сокровище~       ─ Я всё время об этом забываю, ─ робко прошептал юноша. ─ Совсем этого не чувствую..       ─ Ты моё переносное солнышко, ─ довольно проурчал Ри. ─ Вечный фонарь. Очень удобно!       Сио смущённо потёр нос.       ─ Хоть какая-то от меня есть польза.       ─ Я тебя сейчас укушу... ─ пригрозил Ри. Он уже не знал, как бороться с самооценкой дорогого друга.       Деревья и правда росли плотно друг к другу. Прежде здесь был бамбуковый лес, а теперь, подобно предшественникам, темницу из стволов возвели вишни. Ветви оплели не только небо. Они пересекались и у земли, и на уровне головы и пояса, оплетая весь лес непроходимой паутиной. Казалось, сквозь заросли невозможно пройти, а если и найдешь какую лазейку, так она сразу затянется жестокими ветвями, ловя в ловушку. Земля, как и прежде, была укрыта лепестками, но здесь почва была иной. Живой. Казалось, что ей придали сил каким-то заклятьем, поскольку столь мощную плодовитость объяснить было нельзя. Разве что, ее удобряли людскими телами. Подумав об этом, Ри Суо вздрогнул и прижал друга к себе.       ─ Выбора нет, нужно идти дальше. Кроха, обхвати-ка меня ногами...       Ри держал его руками под колени, но так они занимали слишком много места. Мужчина прижал Золотое Сердце к груди, как собственного ребенка, осторожно отпустил его ножки. Сио слепо наступил ему на ноги, виновато ойкнул и тут же переступил.       ─ Может, мне лучше посидеть у Вас на спине?..       ─ Я хочу тебя видеть, ─ не согласился Ри Суо. ─ Вдруг тебя снова будет одолевать Бэй? Я тут же замечу, что тебе тяжко. Прогоню его.       Сио расплылся в теплой улыбке.       ─ Вы такой заботливый, господин Ри Суо.       ─ По́лно тебе. Давай, цепляйся.       Сио ухватил его за плечи и скрестил ноги у него за поясницей.       ─ Чувствую себя пандой, ─ хихикнул Сио.       ─ Только пятнышек не хватает, ─ нежно проурчал полудракон. ─ Такой же милый.       Ри подхватил его одной ладонью под ягодицы, взволновав Сио, а второй придерживал под лопатками. Сио заерзал, чувствуя под собой надёжную опору. И все же, как-то неправильно было от положения руки. Слишком интимно. Сио тут же притих, а Ри и понять не смог, чего кроха снова чудит. Решил было, что это место так на него давит.       ─ Не бойся, я не дам тебя в обиду.       ─ Угум!..       ─ Нужно двигаться дальше.       Ри наклонился, чтобы проползти под одной из ветвей. Гибкий, он легко пролез бы в любую дыру даже вместе с монахом на руках, но Руи нашел куда более действенный и быстрый способ ─ обнажил клинки и принялся крушить преграды на пути быстрыми и точными движениями.       "Коварен враг преграды строит.       Тысяча долгих дорог.       Но Путь ─ напрямик".       Руи не хотел терять больше времени. Он был одержим, и в этот раз Ри поддержал его, да и Сио в стороне не остался. Юноша зачаровал катаны самурая, и они светились, словно факелы, а лезвия стали троекратно острее. Руи негодующе глянул на клинки ─ слишком привык рассчитывать только на себя, но сияние и правда приносило пользу, и он смирился, рубил дорогу, не останавливаясь и на миг.       Позади слышался зловещий треск. Казалось, за ними идет невидимая тень. На месте старых ветвей отрастали новые, а когда падали ветви, слышались стоны и крики. Вопли деревьев разогнали всех ворон, что пировали, должно быть, очередными трупами.       ─ Всё как тогда, ─ прошептал Ри, оглядываясь по сторонам. ─ Темница, но не из снега. Злая воля Бэя не пускает нас вперёд. Что же это? Мерзавец боится нас?       ─ Нет, боюсь, эта темница не для нас, ─ ответил Сио опасливо. ─ Эта энергия... Бэй не боится впустить... Он... Не даёт вырваться.       Это была интересная мысль. Ри Суо развернулся, чтобы проверить теорию друга и обнажил катану. Поющий Клинок призывно зазвенел, желая вкусить крови. Но достигнув ветвей, лезвие не смогло перерубить их, словно те были сделаны из стали. Даже когда свет и пламя Сио охватили оружие, они все равно не смогли совладать с ветвями. Он сдался и, не тратя времени, последовал за Руи, пока жестокий лес не разлучил их. Лучше было держаться как можно плотнее, как Сио ─ вцепился так крепко, что не оторвать! Ри мог даже не держать его руками, но хотел. Упругие ягодицы юноши прекрасно лежали в его ладони.       ─ Ты прав, сокровище. Выходит... Бэй окружил земли клана Сюэ лесом и пошел крушить все, что оказалось внутри? Просто запер клан в ловушке...       ─ Быть может, он не замыкается. Они могут бежать дальше. Вперёд.       Руи качнул головой.       "Течет река в русле.       Самурай в бою.       Родная земля," ─ заверил он. Рьё Ван тявкнул, словно подтверждая сказанное.       ─ Верно, клан Сюэ слишком горд, чтобы бросить родную землю. Самураи будут стоять до конца. Они могли бы отправиться на разведку в разрушенные земли, но не отступили бы назад. За их плечами ─ их гордость. Они не повернутся спиной. Не отступят. А те, кто случайно забредет в леса, не ведая о том, что идёт Бэй...       Ри Суо не стал продолжать. Это все было понятно без слов.       ─ Они такие храбрые, ─ произнес Сио, чем изрядно удивил Руи. Самурай скорее бы ожидал, что Золотое Сердце начнет упрекать их в упрямстве ─ такое часто случалось с монахами. Вечная война взглядов и Путей. При том, что оба учения были даны им одним богом, согласия последователи обрести так и не могли, а всё от того, что в конечном итоге слушали они не глас Аки, а слова своих учителей, что учили их по своему разумению, раз за разом меняя слова своих наставников под грузом собственных ошибок, сожалений и опыта. Суть учения сохранялась неизменной, но взгляды медленно обтекали в другие формы. Сио же был достаточно чистосердечным, чтобы видеть истину в намерениях других. Он считал всех самураев храбрыми, потому что никто иной не смог бы сражаться так самозабвенно, не боясь смерти. Для этого нужно было невероятное мужество. На Руи его слова произвели впечатление. Да и все, что делал Сио... Против воли Руи проникался к нему уважением. Был благодарен и за молитвы в городе, хоть никогда бы открыто это не признал. ─ Надеюсь, мы успеем вовремя.       Сио хотелось извиниться за то, как много доставил неудобств, но в этот раз сдержался. Это показалось неуместным, да и чтобы Ри кусался не хотелось. Юноша не боялся боли, скорее того, как сильно это будет смущать. Сио лишь обхватил друга покрепче, доверяя ему свои чувства. Знал, что Ри услышит его и без слов, а мужчина нежно погладил его по спине, точно зная, о чем тот думает. Но Сио боролся со своей самооценкой, и мужчина по-настоящему им гордился. Ри верил, что сможет вернуть ему уверенность в себе, хотя порой казалось, что для Сио быть именно таким ─ естественно. Скромный и переживший столько зла, юноша боялся меняться, ему болью вбили комплексы, а доброта и совесть не позволяли быть самоуверенным и таить обиды. Но он очень старался.       Руи вел их извилистой тропой. Хоть Путь есть прямая дорога, ронин ходил зигзагами, постоянно хватая Тефтельку за хвост и посвистывая, чтобы пёс шел за ним. Порой они шли вдоль старых троп, порой сворачивали прочь и блуждали по бездорожью. Во всех движениях самурая была стальная уверенность, так что Ри Суо не задавал вопросов, лишь был настороже и поглядывал по сторонам и за спину, поскольку лес вызывал действительно жуткие ощущения. Стонущие деревья, жуткие хрусты растущих веток, карканье ворон, в то время как тел, что они пожирали, видно не было... И мрак. Непросветный, глубокий, вселяющий в душу ужас. Сио тоже было не по себе. Он чувствовал вокруг сгустки памяти демона. Противился им. От этой борьбы без конца болела голова, а метки на висках жгло. Такое уязвимое место! Словно страшная мигрень напала на юношу. Он едва хватался за друга, лишь на силе воли заставляя ноги и руки держать его.       Юноша не жаловался, но Ри видел, как ему тяжело. Утешающе поглаживал и время от времени шептал нежности, передавая возлюбленному сил бороться с демоном. Жалел, что не может сделать больше, ведь, когда они были далеки от своей битвы, Сио уже сражался. За собственный разум. За свое сердце. Бэй пытался отравить его ядом злобы, но Сио лишь ужасался его злодеяниям, отрицал их и отталкивал ярким сиянием своей души.       В этих краях случилось много дурного. Руи Сюэ знал, что эта часть Лян Хэ была плотно населена деревушками, поскольку место было удалено от врагов и селились здесь более вольно благодаря множеству озёр. В сезон дождей здесь было не пройти ─ всё равно, что в топи, почву размывало и она становилась болотистой, вязкой, как зыбучие пески, зимой едва враг смог бы пробраться сквозь завалы ─ дороги не чистили, и снежный покров мог нарасти в половину ледяного бамбука ─ а рос он на четыре-пять этажей приличного храма. Бамбук сменила вишня, но лес остался таким же опасным ─ ступишь не туда, так сразу увязаешь то в жиже, то в грязи, то в обманчивой листве ─ белые листья скрывали под собой ямы с ловушками. Руи то и дело удерживал Рьё Вана от падения и напоминал папашу, что следит за начавшим ползать младенцем ─ невозмутим в лице, но искренне не знающий, как сделать всё правильно. Ронин проверял одним клинком землю, вторым рубил ветви, но все равно несколько раз чуть не сгинул в стремительной пучине. Благо, Ри вовремя вытаскивал его.       Руи, уже зная, как Сио будет вести себя в поселениях, выбирал дорогу так, чтобы обходить деревни стороной. Он держал в голове расположение клановых земель и всех родовых домов, включая тайные резиденции и маленькие деревушки, и вел друзей по бездорожью. Постепенно они смещались на восток, надеясь, что вскоре лес станет прежним. Не может же мрак царить вечно?       Путь утомлял. Хотелось поскорее преодолеть мрачную локацию. Ри все ожидал, что на них нападут ветра или какие монстры, но путь был опасен сам по себе ─ чуть наступишь не туда, а уже тонешь. Часто они просто прыгали по корням, поскольку это было самым безопасным путем, но из-за того, как много сил тратили, чтобы преодолеть путь, утомились. Руи хотел идти всю ночь, он не знал слова "сдаться", но, когда Сио засопел на плече друга, погаснув во сне ─ сияние юноши работало лишь когда он был в сознании ─ они вынуждены были сделать привал ─ было так темно, что даже вспышки молний, что посылал Руи, не могли разогнать мрак.       ─ Нужно отдохнуть, ─ сказал другу Ри, увидев, что самурай все ещё пытается идти вперёд. ─ Идти дальше опасно.       "Горы и стены высятся над Лян Хэ.       Не сломим дух самурая.       Путь вперёд," ─ упрямо проворчал Руи.       ─ Я не сомневаюсь в твоей храбрости, но мы так далеко не уйдем. Ты устал. Твой меч уже не так быстр. Крохе нужно восстановить силы.       Руи тяжело вздохнул.       "Темный туман разгоняет чешуйчатый хвост.       Воин монаха укрыл.       Боится".       Ри Суо инстинктивно прижал друга к себе покрепче. Спящий, Сио напоминал беззащитного ребенка. Ри мысленно поклялся защитить его любой ценой.       ─ Конечно, я боюсь. Мы слишком далеко зашли, чтобы умереть, свалившись в яму и сломав себе шею в ночи.       Но Руи, казалось, беспокоило иное. Он и сам видел, что молния его едва разгоняет мрак. Жаль, Аки не одарил его ночным зрением. Это было бы полезнее третьего хвоста.       "Пылает пламя, кружась в темноте.       Руки соприкасаются.       Неразлучны цветки".       Ри Суо изумлённо заморгал.       ─ Хочешь послушать, как мы встретились?       Руи мотнул головой. Он попытался сформулировать свои вопросы в хокку, но даже ему самому порой было сложно понять себя, и он, разжигая ладонями молнии, обвел контуры лиц друзей и сдвинул их вместе, словно... Сближая, все интимнее и интимнее.       Ри Суо наконец понял, что хочет услышать самурай.       ─ Ты беспокоишься о нашей близости?       Руи стало немного неловко, потому что он понял, что лезет не в свое дело. Он задал личный вопрос, хотя прежде никогда не лез в отношения между ними. Но видя, как Ри трепетно относится к своему другу-монаху, мужчина ощутил в этих ощущениях нечто родное с тем, что он испытывал к господину Лингу. Потому и решился спросить. Он вильнул хвостами, но взгляд не отвел. Руи всегда смотрел в глаза во время разговора. Если Ри не захочет отвечать, он не станет и тема будет закрыта. Но когда Сяня не было рядом, Ри было не с кем обсудить свои отношения с Сио. Это гложило его. Это настоящее. Руи каким-то образом умудрился найти в себе смелость признаться своему господину, хотя тот его и не понял. И все же, слова были сказаны. А Ри робел, не зная, как поступить, как можно выразить любовь словами. Он мог разве что... Действиями. А хотелось сказать. Ри подумал, что может доверить это чувство другу. Хотя бы... Узнать его мнение.       ─ Я... ─ Ри опустил взгляд, чтобы удостовериться, что Сио спит. Но мальчик его на руках лежал, словно ангел, видевший прекрасные грёзы. Угроза Ри работала ─ никакие кошмары не подбирались близко, когда Ри так трепетно прижимал его к себе. Не желая ходить вокруг да около, Ри признался. ─ Я люблю его.       Самурай не показал удивления. Он догадывался, что это возможно. Их отношения даже со стороны выглядели куда ближе, чем дружба.       "Столб огня поднимается в небо.       Тянутся руки к теплу.       Пламенны чувства."       ─ Ты... Чувствуешь это?       Руи кивнул. Они сели напротив друг друга, найдя безопасный уголок. К ночи лес спокойнее не стал. Кругом раздавались жуткие звуки, но мужчины не боялись и даже не оглядывались на шум. Привыкли, что вишня пытается запугать их, но они были не из пугливых.       ─ Хотел бы я, чтобы кроха тоже это почувствовал. Но он... Такой невинный. Чувствует тепло, тянется к нему, но принять в самое сердце не способен. Отрицает. Боится этих чувств... Или вовсе не испытывает? Бывал в его душе, но так и не смог понять, что там творится. Он настрадался, а монахи, кажется, и вовсе выбили из него естественное и нормальное. Запуганный... Он готов любить весь мир, но не меня.       Руи изумлённо заморгал глазами. Он снова показал руками близость, как обрисовал ее прежде, и в этот миг Рье Ван лизнул его в щёку. Руи указал на пса. Кажется, примерно так он видел общение друзей.       ─ Мы правда близки. Сио доверчивый мальчик. Он поверил мне. Свое сердце подарил, но... Он считает меня близким другом. Да и он... Монах. Ему нельзя состоять в отношениях. Вот так глупо я влюбился, правда? Всю жизнь жил во тьме, боли и пороке, а потом встретил чистейшее создание, что спасло меня, но не могу... Услышать от него заветные слова. И сам произнести не в силах. Как ты решился на то, чтобы признаться господину Лингу?       От этого вопроса Руи вздрогнул. Казалось, дух его воспротивился этой вести, рыжие брови соединились в дугу.       ─ Брось, я прекрасно понял, что означали твои "полынь и цапля".       Руи даже перестал сопротивляться ласке Рье Вана. Пёс завилял хвостом. Друзья так забавно выглядели в тот миг: растерянный Руи с мокрым лицом, и Ри, обнимавший спавшего возлюбленного, слегка смущённый заведенной темой. Два чудака, что пытались говорить о любви, едва понимая, как она может существовать в их расколотых, разбитых на части сердцах.       Руи долго думал над ответом.       "Прекрасна взошла луна.       Господин любуется звёздами.       Слуга подле."       ─ То есть, тебя просто вдохновила красота мира? И, глядя на луну, ты смог сказать господину об истинных чувствах?       "Сияют на небе извечно солнце и луна.       Мир всегда красен.       Верен момент."       ─ Хочешь сказать, ты просто почувствовал, что должен произнести слова именно в этот миг?       Руи сдержано кивнул. Ему было нелегко говорить о любви, и он заметно нервничал, но знал, что может доверять Ри Суо. Если в жизни у него и остались друзья, то только он.       "Цветок распускает бутон по весне.       Чувства пляшут в танце.       Сердце знает."       ─ Сердце всегда знает, ─ повторил Ри Суо, мягко поглаживая сокровище по голове. Он не боялся его разбудить ─ знал, что мальчик его спит крепко. Сио был очень истощен, хоть не шагал половину дня, а Ри Суо усталости не чувствовал. Только волнение. ─ Я... Чувствовал много моментов. Правильных и не очень. Но так и не смог. Боюсь... Быть отвергнутым.       Руи не ответил. На лице его отразилось много мыслей, но строчки никак не ложились во что-то внятное.       ─ Господин Линг действительно не узнал о твоих чувствах, хотя ты сказал о них?       Эти слова были тяжёлыми, но Руи не был с ними согласен. У него был свой взгляд на этот вопрос. И, пожалуй, на чувства Ри и Сио тоже.       "Переплетают красные цветы стебли.       Пальцы чуят биение сердца.       Любовь в деяниях."       Руи кивнул на златовласого юношу в руках друга.       ─ Хочешь сказать, он чувствует любовь в каждом моем прикосновении?       Руи был в этом уверен. Иначе монах не был бы так доверчив и спокоен. Когда Руи и Сио случайно соприкасались, монах боязливо дрожал, а стоило ему лишиться Ри Суо рядом, так нервничал и ерзал, ища своего друга на запах и слух. Он не мог не чувствовать любовь Ри Суо, даже если воспринимал ее дружеской, если отвечал светлой и платонической. Руи считал, что о любви не обязательно говорить. Поступки значат гораздо больше, а эти двое создали друг для друга идеальный мир. И господин Линг... Руи был уверен, что он всегда чувствовал его любовь.       ─ Я не могу без него жить. Боюсь, что с ним что-то случится. Что он исчезнет. Что откажется от меня. Но всё, что я могу ─ это верить, что он останется со мной. Это сводит меня с ума. А как ты... Смог пережить эту трагедию... Уму непостяжимо.       Но Руи не пережил. Он достал родовой кинжал, прокрутил рукоять в руке меж пальцев.       "Жизнь самурая ─ верность хозяину.       Нет господина.       Нет слуги," ─ произнес он, стараясь оставаться холодным во взгляде. Губы дрогнули.       ─ Чертов Бэй... Он изранил и тебя, и Сио... Я так устал от этого. Вечная гонка, чтобы спасти мир... Защитить тех, кто дорог. Прежде я хотел уничтожить всех богов, а теперь пытаюсь уберечь и их, и Сио... Моё дорогое сокровище.       Руи не одобрял эти слова.       ─ Не куксись, знаю, что скажешь. Очередное хокку про самурая и Путь! Но я и не самурай. Как у Сио, у меня есть собственный Путь. Я следую ему. И имя Пути ─ совесть. Так правильно жить. Я могу лишь надеяться, что Сио ответит мне взаимностью. Наивно, да?..       Руи лишь вновь указал на юношу, ясно давая понять, что Сио уже это сделал, просто не смог выразить. Ри Суо же не мог этого принять. Боялся заблудиться в собственных ожиданиях. Ведь был Мьюн... Наверняка, он куда лучше бродячего вшивого полудракона. Но Руи немного его успокоил. Ри подумал о всех нежных жестах, что делал Сио... Ри... Чувствовал в них любовь. Действительно чувствовал! Сио мог любить весь мир. Но так любить он мог только своего господина. Ри хотел в это верить. Только боялся обмануться, подменив реальность своими чаяниями.       ─ Спасибо тебе, друг. За этот разговор. Не думал, что мы когда-либо сможем обсудить такие вещи.       Руи устало прижался спинкой к дереву, лениво вытянул уставшие ноги, положив катану на колени.       "Окружен мир беспросветным мраком.       Друзья не убоятся тьмы.       В единстве надежда."       ─ Я всегда знал, что могу на тебя положиться. Ты тоже говори, если захочешь о чём поговорить. Я знаю, тебе непросто. Ты многое пережил, и выражать мысли тебе, должно быть, непросто, но я пойму тебя, чтобы ты ни сказал. Даже если ты захочешь сказать мне о любви...       Сио приоткрыл глаза, услышав последнюю фразу. Сияние его блекло, лениво просыпалось вместе с ним, мерцая.       ─ Спи кроха, чего ты?.. ─ нежно проурчал Ри Суо, смущённый тем, что Сио очнулся в такой момент. Что он успел услышать?..       Сио казался обеспокоенным. Эта странная фраза причинила ему необузданную неестественную боль. Он потерся щёчкой о плечо Ри, причем очень настойчиво. Как тогда... Метил его.       Ри уж было хотел оправдаться, но Сио, словно вспомнив, зачем открыл глаза, заерзал, сжимая ладошку друга и сияя все ярче..       ─ Шаги, ─ взволнованно прошептал Сио.       Руи Сюэ ничего не слышал, но Ри Суо, прислушавшись, тоже обнаружил приближающегося гостя. Сио снова поражал своими способностями ─ смог почуять беду в непроглядной тьме. Слепота обострила его слух.       Не говоря и слова, Ри схватился за клинок, опасаясь любой напасти в мертвом лесу. Самурай тоже приготовился к бою, ожидая увидеть жуткое чудовище, но фигура, что шла к ним, имела человеческое очертание.