Во тьме, сжимая Демона ладонь, стремится к свету Золотое Сердце

      Воздух запах сочной травой и горной свежестью. Ри Суо никогда не думал, что будет радоваться таким мелочам. За несколько дней пути ему надоела приторная вонь вишни, сырости и крови. Теперь полудракон с наслаждением вдыхал воздух полной грудью, поддерживая дыхание ровным, несмотря на то, с какой скоростью они с Руи неслись сквозь бамбуковый лес.       Друзья выбрались на летнюю торговую дорогу и двигались по ней к Лун Хэ ─ городу-центру земель Тао Сюэ, старшего из братьев, претендующих на власть над югом лисьей империи. Ещё десять лет назад глава клана Сюэ решил, что вверит сыновьям земли, особые поручения и будет следить за тем, кто как справляется со своими заданиями. Он считал, что титул главы династии Сюэ должен унаследовать тот, кто готов к ответственности, не боится тягот, умеет принимать сложные решения и знает как обращаться с людьми. Среди семерых сыновей лишь Линг отказался от гонки за место главы клана, а отец и не настаивал на его участии. Они были в дурных отношениях долгие годы, с тех пор, как Линг отказался следовать Пути Господина, делал, что ему заблагорассудится и притащил в дом Руи ─ всё равно что завел собаку, когда родители были против, а потом сбежал со своим псом, суя нос в дела братьев. Линг всегда заботился о народе, пытался искренне помочь простым людям, не прося ничего взамен и не ища славы. Братья же всегда воспринимали присутствие Линга на их землях, как попытку обрести влияние, даже дали ему кличку, что звучала лишь в узких кругах ─ паук. Им казалось, что Линг плетет сложную паутину интриг, переманивает себе последователей, играя на своей нейтральной позиции, притворяясь, что остался в стороне, а на самом деле вот-вот готовясь нанести подлый удар. Но Линг просто любил жизнь, дорогу и простых людей. Он считал, что если и существует какой Путь, то это Путь Благодетели, один из составляющих Пути Аки, но никогда не хотел быть жрецом из-за бесконечных ограничений и лишений монахов. Линг был любителем покушать, следил, чтобы его слуги хорошо питались, платил им достаточно, чтобы они могли позволить себе качественную броню, а оружие заказывал лично у лучших кузнецов хвостатой империи. Быть может, братья опасались не безосновательно, ведь после благих путешествий Линга к его сторонникам присоединялись многие из встреченных на пути. Младший Сюэ набирал самураев среди сирот, находил работу обездоленным и был рад пристроить каждого, кто мог доказать, что бедственное положение его ─ жестокая шутка судьбы, а не собственная вина. Линг не терпел пьяниц и бездельников, таких он прогонял прочь с позором, обрекая всю их семью стирать грязь с родового имени.       Из всех братьев Линга Тао Сюэ был, пожалуй, самым спокойным. Тао было сорок два, он являлся старшим после главы клана и оттого был безмерно самоуверен ─ не сомневался, что власть юга падёт в его ладони. Во-первых, он был первенцем, а среди клана Сюэ было заведено, что власть принимает старший. Он полагал, что вся эта грызня за трон ─ просто способ отца заставить детей вести себя потребно и дать им стремления в жизни. Случалось, что старшие дети не доживали, и тогда власть делили младшие братья. Отец желал, чтобы любой из сыновей был готов принять на себя ответственность власти. Для Тао это было пустым сотрясением воздуха ─ он верил, что не погибнет раньше срока так же рьяно, как верил в господина Аки.       Во-вторых, он не давал братьям утереть себе нос. Во власти Тао находились земли, что служили последним оплотом защиты столицы провинции, и, благодаря усилиям мужчины, они были безопасны, тихи и спокойны. Конечно, у этого было и иное объяснение ─ младшие братья стерегли границы с соседними империями и провинциями, держа руку на пульсе с десятком враждебных кланов. Они не пускали угрозу вглубь земель, а близость столицы отпугивала внутренних врагов, но Тао лукаво не обращал на это внимание братьев и отца. Он всегда умело переводил темы и знал, как отвлечь внимание от неудобных тем.       В-третьих, Тао был сильнее своих братьев. Никто, даже Линг, не мог одолеть его в поединке. Так что Тао никогда не участвовал в междоусобных войнах братьев, считая их мелочными. Зачем вмешиваться, создавая лишнюю суету, если всё уже решено? С таким же спокойствием ребенок мог бы наблюдать за ползущими по земле муравьями ─ что-то без конца делают, а мир от этого никак не меняется.       Ксан был крайне не рад тому, что они движутся в гости к старшему брату. Ещё бы! Он потерял свои земли и армию, все его самураи мертвы, а сам мужчина похож на бродяжку с большой дороги, так ещё и Руи... Что за позор! Но сколько бы ни возмущался Ксан, Руи его не слушал. Ронин упрямо двигался вперёд, ведя компанию к Лун Хэ, самому красивому городу юга.       Руи хотел лишь одного ─ сгубить душу Бэя, отправившись сразу в пыл битвы, но Ри Суо настоял на том, что им нужно предупредить жителей провинции об опасности. Самураю неохотно пришлось согласиться с его доводами. Кто знает, что задумал Бэй и как близко он к людским поселениям? Нужно увести мирных жителей, а уже потом превращать провинцию в поле боя. Учитывая размахи магического леса Бэя, Ри Суо не сомневался, что битва будет разрушительной. Демон осыпал половину империи лесом. Магические порождения странствовали за сотни километров от его тела: злые ветра, яростные молнии, оживавшие деревья, пожиравшие живых... Затаившаяся армия монстров. Случиться могло всё, что угодно. Друзья не хотели, чтобы в этой войне пострадали невинные.       Бэй знал, что враги шли, но он позволял им идти дальше. Вишнёвый лес подчинялся своим правилам. Бэй дал ему законы, и он жил, безукоризненно их соблюдая. У краёв леса таилось оживление. Из коконов и наростов появлялись уродливые монстры, что строили белый некрополь. Вишня возникала на крови и смерти... Демоническая чума распространялась, губя всё живое. Ри Суо и Сио Лье спалили часть леса, оставив позади пепелище, но Бэй никак не выказал эмоций. Если и знал о происходящем, то в этот раз решил не вмешиваться. Ри опасался, что гнев Бэя падет на невинных, месть его будет страшна. Быть может, он спал или уже был занят жестокими убийствами, вымещая свою злобу, но друзей беда обходила стороной. Они обогнали демона и шли вглубь людских земель безопасной тропой. Ри Суо надеялся только на то, что к тому моменту, как они встретят врага, Сио сможет восстановиться. Пламя потратило слишком много сил Золотого Сердца, а душа юноши была изранена жестокими ветрами. Окажись они в иных обстоятельствах, Ри Суо сжал бы друга в объятьях и не позволил никуда идти, пока он не оправится, но сейчас нельзя было отложить битву и отсиживаться в безопасности, дожидаясь лучшего самочувствия. Они оба это понимали и были готовы сражаться в любом состоянии.       Сио очнулся к закату. Он был слаб, поэтому толком ничего не говорил, лишь слушал разговоры Ри Суо и Ксана. Руи был немногословен, а вот господина Бесхвостого было не заткнуть, и Ри приходилось ему отвечать. Тем более, что порой он говорил что-то полезное.       ─ Руи, какие отношения у тебя с Тао? ─ спросил Ри, когда на горизонте замаячил город. Он возник на пригорке, возвышаясь над бамбуковой рощей. Ри Суо вдруг задумался о том, что Тао может не принять их рассказ за правду и погнать прочь. Конечно, силой они могли добиться своего, но Ри Суо совсем не хотелось тратить силы, чтобы биться с главной династии Сюэ или запугивать его армию. Хотелось как-то... Договориться. Желательно, спокойно. И быстро.       Самурай махнул хвостами, задумчиво пожав плечами.       "Высится над миром гора.       Черепаха ползёт по земле.       Не встретится взгляд," ─ ответил он тягуче.       У Руи и Тао правда были совершенно несоизмеримые положения. Линг среди братьев Сюэ был вроде как изгой, а Тао ─ главный претендент на трон отца. При том, что Руи был самураем, почетным воином, но слугой, а Тао ─ кицунэ с благородной кровью от рождения. Они ни разу не говорили, а Руи не присутствовал при разговорах Линга и Тао, поскольку Тао не приемлел слуг во время разговоров с братьями. Ронин не был уверен, какие у братьев отношения. Линг о могущественном старшем никогда ничего не говорил: ни плохого, ни хорошего. Руи всегда считал, что это от того, что Линг верил, что гонку выиграет именно Тао, хоть господин всегда и уверял, что ему все равно, кто сядет на трон. Равнодушие равнодушием, а ставки делал каждый. Тао был беспроигрышной картой. Именно это и бесило Ксана больше всего. Он потерял все, а Тао, если спутники его победят Бэя, присвоит победу себе, и кто встанет во главе клана уже не будет волнующей интригой. Всё станет слишком прозрачно.       ─ Тао ни во что не ставил Линга, а его слугу и подавно, ─ ядовито сказал Ксан, чувствуя, что вопрос был задан неспроста. ─ Он не станет вас слушать!       ─ Выслушает, ─ не согласился Сио, приподнимая голову. ─ Господин Дан Хэ дал нам подарок, символ его воли... Мы делаем благое дело. Хотим позаботиться... Непременно выслушает.       Ри улыбнулся другу, в который раз поражаясь его вере в лучшее, склонил голову и потерся носиком о его макушку.       ─ Отдыхай, солнце. Чего проснулся?       ─ Как же я могу спать? Такие ужасы происходят... Сердце не на месте... Да и Вы... Здесь.       ─ Я могу прийти к тебе и во сны, ─ заверил Ри.       ─ Вы часто мне снитесь, ─ признался Сио смущённо.       ─ Ещё бы, как к такому очаровашке не прийти~ Не оставлю тебя. Ни во снах, ни наяву, ─ проурчал Ри. У него было нежное настроение всякий раз, когда он смотрел на возлюбленного.       ─ Я... Я не... ─ Сио раскраснелся и уткнулся носиком ему в плечо. ─ Я, п-пожалуй, посплю....       ─ И там от меня не сбежишь~ ─ прошептал ему на ухо друг.       Сио пискнул и притих, опуская голову. Ри подумал, что ему никогда не надоест смущать Сио ─ больно забавно он реагировал. Сплетая с ним души раз за разом, Синий Демон становился все увереннее. Они поцеловались, а Сио даже после этого звал себя "своим" в руках Ри Суо. Полудракон ощущал, что чувства их крепли. Дружба... Или что-то большее? Они могли делать всякие милые вещи, пока обоим было хорошо от этого, и не важно, как это назвать. Сио подпускал его к себе. Очень близко. И Ри не хотел терять своего шанса. Пока ему позволено, он будет так близко, как Сио подпустит его к себе.       ─ Никаких шансов, что Тао будет вас слушать! ─ упрямо хмыкнул Ксан, отвлекая друзей от нежностей. Нет, нагло и намеренно прерывая их! Он висел, как сосиска, на плече Руи и причитал: ─ Вы же убийцы богов! Слава идёт вперёд вас!       ─ Но ты-то нас послушал, ─ напомнил Ри Суо.       Ксан обомлел и кашлянул в кулак.       ─ Кх... Я! Просто не мог пойти против воли господина Дана Хэ!       ─ Конечно-конечно, ─ передразнил его Ри Суо.       Ксану захотелось всадить кинжал ему в лопатки, но он поумерил свой пыл. Что толку от злобы? Ему приходилось покориться судьбе.       ─ Тао и правда не любит Руи. Он опозорил клан его отца. Он всегда будет тёмным пятном в истории Сюэ. В Лун Хэ он встретит только смерть!       ─ Руи ─ спасение клана, ─ не согласился Ри Суо. ─ И он докажет это в последнем бою.       Ронин вытянул шею и кивнул. Глаза его блестели решимостью.       "Катится солнце за горизонт.       Коротка жизнь врага.       Кровь на клинке."       ─ Уже скоро, ─ пообещал Ри Суо. ─ Последний рубеж пройден. Осталось последнее дело перед охотой.       Руи кивнул. Путь самурая вел его вперёд, но у каждой дороги был пункт назначения. Они были очень близки к цели. Ксан лишь вздохнул, понимая, что его слова никто не воспринимает всерьёз.       Лун Хэ стоял на озере, вода которого в свете заката окрасилась в фиолетовый. На дне блестели камушки, напоминающие блеклым сиянием ранние звёзды. Ри Суо припомнил вход в несуществующий храм и улыбнулся. Красота мира отражалась в каждом природном явлении.       ─ Мы уже пришли? ─ сонно, но любопытствующе спросил Сио, чувствуя, что Ри Суо сбавил шаг. Больше они не неслись в безумной гонке. Они медленно шли по алому мосту.       ─ Да. Лун Хэ перед нами.       ─ Какой он, господин Ри Суо? ─ в голосе Сио чувствовалась неловкость. Казалось, он извинялся за свою слепоту.       Ри мягко ткнул его в кончик носика, чтобы монах прекращал волноваться о глупостях. Сио забавно фыркнул и улыбнулся, смущённый.       ─ Лун Хэ подобен звёздному небу. Дома здесь фиолетовые и украшены блестящими камнями. Постройки невысокие, но крепкие. Темные. Мало, что можно рассмотреть. Врата закрывают обзор на город.       ─ К-кажется, я поторопился... Простите...       ─ Не бойся, кроха, я расскажу тебе, каков из себя Лун Хэ. Немножко потерпи~       Мост был недлинным. Друзья быстро его пересекли. Руи к тому времени отпустил стою тяжёлую ношу. Рьё Ван радостно запрыгал, виляя хвостом. Ксан, ворча, отряхивался.       ─ Это же надо было придумать, таскать меня на плече! Тебе это с рук не сойдёт, ─ приговаривал Ксан, но никто не воспринимал его серьезно. Руи не собирался жить, когда все закончится. В его одеянии прятался заветный эдельвейс ─ ключ к концу и забвению, к вечному пути и поиску господина Линга сквозь десятки новых жизней в поиске единственной, когда они вновь встретятся. Руи мечтал вновь преклонить колени перед господином. Не важно, кем он будет ─ девушкой или мужчиной, человеком или каким зверем. Искренне и сокровенно юноша мечтал вновь увидеть господина Линга и сказать ему последнее "спасибо". Ри в целом не верил, что Ксан может как-то повлиять на его судьбу, а Сио не испытывал к мужчине ничего, кроме жалости. Ему было жаль, что все эти беды приключилось с мужчиной. Ри вовсе не думал о тявкающем, словно пес на ветер, сыне клана Сюэ.       Встретившие их патрульные быстро смекнули, что к чему. Они едва узнали господина Ксана в грязной, оборванной, окровавленной одежде. Подумали было, что это спутники стали причиной его внешнего вида. У Ксана было желание подгадить, но он не решился и лишь попросил о встрече с братом. Озадаченные слуги пропустили их в город.       Руи бывал в Лун Хэ несколько раз, но все ещё поражался красоте города. При всей традиционности архитектуры, строители использовали драгоценные камни, чтобы украсить город: и скульптуры, и дома, и улицы. Дворец же, казалось, был сделан из зеркал. Он отражал закат и светился розовым сиянием. Крыши дворца были украшены свисающими металлическими цилиндрами, что мелодично пели, когда дул ветер, подобно колокольчикам.       Ри восхитился картиной и поспешил рассказать об увиденном Сио. Юноша остался доволен услышанным и улыбнулся. Ри отметил, что Лун Хэ казался счастливым городком: жители были прилично одеты, сыты и довольны, готовились к наступлению ночи. Уже закрывались магазинчики, родители звали детей домой, а стража делала круг почета, прежде чем сменить караул. В городе было спокойно и уютно. Сио расслабился от окружающей ауры покоя после нескончаемого напряжения и беспокойства. Ри аккуратно опустил его на ножки, поскольку Сио заупрямился. Не хотел представать слабым перед таким важным человеком, как Тао Сюэ. Он представлял его великим воином и не ошибся. Тао был ростом с Ри Суо, крепким в плечах, широким и слегка полноватым, что совершенно не мешало ему оставаться искусным воином. Он был из тех, кто не быстр, но кому достаточно всего одного взмаха меча, чтобы решить исход поединка. Мужчина выглядел идеально во всем. Все изъяны кожи были замазаны косметикой, бородка ровно выстрижена, волосы собраны в пучок. Богатое шёлковое одеяние сидело от плеча, сшитое на заказ лучшими швеями империи. Облаченный в чёрное, Тао выглядел статусно и грозно, оставаясь таким, каким Ксан знал его всегда. И каким ненавидел.       Попасть на аудиенцию с господином Тао оказалось непросто. Слуги доложили о прибытии гостей, но упомянув, что вид их неподобающ, Тао заставил путников помыться. Руи пришел в ярость, поскольку они несли важные вести, не требующие отлагательств, и попытался оспорить приказ, но даже слова Ксана ни на что не повлияли ─ решение Тао было однозначным. Гостям предложили чистые одежды и выделили бочки, где можно помыться. Ри Суо облизнулся, представляя, как будет купать возлюбленного, но Сио в этот раз попросил позволить ему справиться самому. В душе его что-то происходило, казалось, он метался от внутренних терзаний. Ри не стал настаивать.       Пока они купались, слуги принесли еду. Не густо, но сытно: рисовая каша с маслом и две дольки дыни на каждого. Сио прежде никогда не ел дыню, а вкусив, задрожал от наслаждения, словно на пике удовольствия.       ─ Нравится, кроха? ─ улыбнулся Ри Суо, наблюдая за другом.       ─ Н-никогда ничего настолько вкусного не ел... Это вкуснее, чем персики! Господин, в следующий раз мы должны сделать пирог с дыней, ─ вдохновенно проурчал юноша.       ─ Обязательно~       Ри бережно вытер руки друга от сока ягоды, после чего сделал ему прическу. Сио не хотел даваться, он любил, когда волосы его были распущены и опускались ниже ягодиц. Но Ри заверил, что Тао редкостный идеалист и чистюля, раз отказался говорить с грязными гостями, и выглядеть они должны идеально. Как-никак, их лица запомнят, как лица героев Лян Хэ. В том, что они победят, Ри не сомневался, а уверенность его убедила и Сио.       Ри взял в руки гребень и бережно расчёсывал пряди, то и дело случайно касаясь спины юноши. Сио тихонько урчал от удовольствия себе под нос, прижав ладошку с колокольчиком к груди. Он сжал пальцы на ногах и покачивал стопами, доверяя Ри свои волосы. Мягкие и длинные, с ними было одно удовольствие что-то придумывать. Ри решил заплести ему богатую косичку. Пару прядей он выпустил вперёд, а затем хитро переплел волосы в сложном узоре, повязал косу розовой лентой, а на привычное место вернул нежную заколку Бао, которой Сио очень дорожил. Выглядел после всех хлопот юноша крайне очаровательно. Ри завилял хвостом, борясь с драконьими желаниями, а Сио смущённо постукивал друг о друга указательными пальчиками.       ─ Т-теперь все?..       ─ Да. Теперь ты сразишь красотой наповал и самого императора!       ─ Н-не надо валять императора! Н-не надо! Может, распустим?..       ─ Я же старался, ─ раздосадованно протянул Ри. Это убедило Сио, что косичку нельзя трогать ни в коем случае и погладил себя по волосам, улыбаясь от мыслей, что таким красивым его сделал заботливый друг.       ─ Г-господин, а можно я тоже?.. Вас?..       ─ Чего, кроха? ─ искренне удивился, выгнув хвост.       ─ П-причешу... Могу заплести Вам косичку, как Вы мне. Или хвостик сделать... Вы всегда обо мне заботитесь, вот и я тоже хочу... Позаботиться...       Ри Суо широко улыбнулся. Сио был таким милым, когда хотел позаботиться о друге. Как тут отказать?       ─ Почту за честь~ ─ манерно проурчал дракон. Ри вложил ему гребень в ладошку.       Сио сидел на циновке, вытянув ножки вперёд, а Ри опустился рядом и нагло уложил голову ему на колени, подставляя мордашку. Наконец, решительная победа над Рьё Ваном! Ри тоже почешут за ушком. Мужчина был в предвкушении.       Сио взволнованно свёл брови. Такая ответственность! Он сглотнул и осторожно опустил ладошки, изучая положение тела друга прикосновениями. Ри лежал на спине, лицом вверх, и Сио тут же коснулся его чувственных губ... Провел по ним кончиками пальцев, увидев улыбку, и немного расслабился. Бережно погладил друга по щёчкам, а после коснулся чувственных ушек. Под его пальцами те зашевелились. У Сио это всегда вызывало умиление. Наконец, собравшись с силами, Сио начал расчёсывать синие волосы, бережно поглаживая. Ри Суо нескрываемо наслаждался процессом, урчал, виляя хвостом, подставлялся под нежные ладошки. Его волосы были не такими длинными, как у Сио, но все равно было, с чем повозиться.       Сио был очень нежен. Каждое его движение было полно заботы и любви. Он искренне хотел позаботиться о друге, и Ри ощущал это в каждом прикосновении. Так мягко, так приятно, медленно и тягуче, волнующе!.. И пусть весь мир подождёт!       ─ Г-господин, мне нужно, чтобы Вы повернулись. Причесать волосы сзади.       ─ Мрр~       Вместо ответа Ри просто повернулся на бочок и уткнулся носиком юноше в живот. Сио взволновался... Было что-то сокровенное в этом невинном жесте. Потерял дар речи и растерялся, но Ри, словно котенок, требовал ласки, водя носиком по животику друга. Сио невольно согнулся в спине, опустил ладошки на его волосы, поглаживая. Продолжать их расчёсывать совсем не получалось. Ри был очень ласков, и Сио, чувствуя его желание, начал расправлять спутавшиеся, слегка завивавшиеся пряди пальчиками, отложив гребень в сторону. Знал, как это приятно на собственном опыте, и оттого смущённо улыбался от энергичности друга. Чешуйчатая щечка оставляла пряный аромат ирисов, а игривый носик щекотал животик, заставляя Сио чуть ерзать от волнения. Это было его уязвимое место, но Ри было дозволено касаться его абсолютно везде. Сио боролся со своей реакцией, не хотел всякий раз прятаться. Ведь... Приятно, а вовсе не больно. Господин Ри Суо никогда его не обидит.       Сио продолжал его гладить, а Ри обнял юношу за поясницу, снизу вверх поглядывая на Золотое Сердце влюблёнными глазами. Сио чувствовал его взгляд и краснел, поглаживая лишь старательнее. Им обоим было хорошо в этом моменте. Не хотелось его разрывать. Ри обтер юноше все бедра и колени в своем довольном ерзанье, и чувствовал себя довольным.       Его Сио. Его сокровище. Его коленочки. Не хотел их покидать. Изнежился. И Сио, склонившись к другу, тоже увлекся, лаская Ри и тут, и там. Словно играясь с Рьё Ваном, он почесывал и щёчки, и ушки друга ─ всё, что довольный полудракон подставлял ему.       Они оба были счастливы. Как мало, оказывается, для этого нужно!       Но вот ладошка Сио Лье замерла.       ─ Нас, наверное, уже ждут... ─ неловко прошептал юноша.       ─ Ты так и не сделал мне косичку, ─ проворчал Ри, не желая оставлять Сио. На его ножках было очень уютно. Мужчина балдел от запаха ванили.       ─ Я могу сделать Вам два хвостика, но, боюсь, господин Тао Сюэ это не одобрит.       ─ Какая разница, что он подумает, ─ фыркнул Ри Суо, хотя прежде уверял Сио, как важно, чтобы тот выглядел прелестно.       ─ Мы ведь здесь ради мира...       ─ Тогда это будет твоим должком, ─ прорычал дракон, поднимаясь. Он порывисто потерся носом о кончик носика Сио. ─ Я буду ждать.       Сио раскраснелся и закивал.       ─ К-конечно, господин!       "Какой же он прелестный. Я не могу," ─ Ри до муки было видеть его смущённое личико. Слишком любил. Не переставал восхищаться. Отпускать его каждый раз было все труднее, не хотелось разрывать близость. Но были границы. Должны были существовать! Ри и так позволял себе лишнего. И, пристыдив себя, он поднялся и помог встать юноше.       ─ Пойдем. Действительно, нехорошо заставлять всех ждать.       Облаченные в чистые, простые одеяния светлых тонов (как же Ри было непривычно ступать в белом вместо привычного черного!) они вышли в гостевой зал и обнаружили, что Ксана и Руи все ещё нет. Удивительно, что при всей спешке ронина, он решил потратить так много времени на внешний вид. Сио догадался об истинной причине: хвосты кицунэ, должно быть, сильно намокали, и нужно было время, чтобы они подсохли. Самурай следил за своим внешним видом, поэтому не мог позволить себе выйти мокрым. Ксан же просто задремал в бочке от приятного жара чистой водички. Всё как-то непроизвольно затянулось до ночи, и Ри Суо опасался, что Тао Сюэ откажется их принять в столь поздний час, но мужчина терпеливо ждал и, более того, сам вышел к гостям, когда они собрались вместе, чистые и ухоженные.       В гостевом зале было богато, но пустовато. Просторное помещение с размахом в высокий свод и казавшимся бескрайним пространством почти не украшала мебель. Для ожидающих были поставлены софы у стен, но то было хитрым испытанием воли, ведь сесть, ожидая господина, было неуважением к его персоне.       Тао Сюэ старался не показывать изумления, глядя на разношёрстную ночную компанию. Перед ним был брат, помятый жизнью, слуга его младшего бедствия, полудракон и мальчишка, похожий на девушку больше, чем его мать. Сио скромно стоял за спиной Ри Суо, собираясь с силами, если нужно, говорить, поскольку дипломатичность остальной части группы оставляла желать лучшего.       Первым делом Тао прогнал прочь слуг, что присматривали за гостями, затем испытывающе глянул на Руи. Казалось, он приказывал самураю выйти прочь, но кицунэ не двигался с места, а Ксан завистливо смотрел на хвосты и уши старшего брата. У Тао их было два, а белые ушки, скромные и аккуратные, гордо возвышались над пучком волос. Двое гостей и вовсе сбили Тао с толку. Он слышал об убийцах богов и полагал, что мог встретить их в этот час. Оттого напряжённо глянул на Ксана, требуя объяснений.       ─ Брат мой, какое происшествие поставило тебя в такое скверное положение? Средь ночи заявиться в мой дворец, требуя срочного разговора, даже для твоей наглой натуры слишком дерзко.       Ксану претило, что с братом придется объясняться. Но он уже впутался в эту историю, да и скрывать было бессмысленно.       ─ Белый лес растет, Тао. Он поглотил мои земли.       Тао хмыкнул.       ─ Ты что? Не смог нанять садоводов, чтобы вырубить пару деревьев? Что за шум поднялся вокруг этого леса? Это всего лишь деревья! Сожги их.       ─ Я бы посмотрел, как ты нанимал бы садоводов против демона!.. ─ рыкнул недовольно Ксан.       Было видно, что братья друг друга недолюбливали. Тао всем видом показывал недовольство потревоженным покоем, но чувствовал, что дело нечисто. Услышав про демона, он скрестил руки на груди.       ─ Завеса сильна. Как мог демон пробраться сквозь наши владения?       ─ Это не простой демон, ─ влез в разговор Ри Суо. ─ Его зовут Бэй, и он способен разрывать Завесу по своему желанию. Он настолько могущественен, что стал причиной смерти трёх богов. Он отравил Аки, и если ничего не сделать, Лян Хэ будет уничтожен, а Аки падёт. Но конечно же, прежде чем поговорить об этом, нужно было помыться!       Ри Суо говорил грубо и пламенно, но что ему был какой-то аристократ из Лян Хэ? Он общался с богами, а Тао наделён был властью не большей, чем Фа Гонк. К тому же, он пришел сюда помочь Тао спасти его народ и не собирался любезничать, пока время утекало в бессмысленных разговорах.       Тао это оценил. Сначала, конечно, опешил и сморщился от дерзости, но затем вслушался в смысл сказанных слов.       ─ Что случилось с твоими землями, Ксан?! ─ спросил Тао, чувствуя нарастающую тревогу.       ─ Они... Уничтожены, ─ сглотнув, ответил Ксан. ─ Вишня разрушила города и деревни. Все мои самураи и люди... Погибли.       Признавать это было горько, и впервые Ксан показал настоящую скорбь. Прежде упрямился, строил из себя сильного и независимого гордеца, а перед строгим взглядом брата не мог. Обомлел и совсем расклеился.       ─ Эта тварь не знает жалости. Она идёт, круша все на своем пути. У нее армия живых деревьев и ветер.       ─ Что за бред... ─ нахмурился Тао. ─ В лесах обосновались разбойники и Линг отправился их... ─ и тут он понял, что делает подле его брата Руи Сюэ, хотя они друг друга ненавидели. ─ Так Линг мертв? ─ понял Тао.       "Ворвалась в лето холодная осень.       Увяли цветы, головы склонив.       Растоптаны лепестки," ─ произнес Руи, признавая свое поражение.       Тао пришел в ярость.       ─ Так почему ты все ещё жив?! Грязный ронин!..       ─ Господин Аки попросил его о помощи! ─ робко произнес Сио. ─ Господин Руи Сюэ ─ великий герой, и господин Дан Хэ и господин Аки очень в него верят.       ─ Вы нашли императора?.. ─ изумился Тао. ─ Дан в порядке?       Мужчина говорил очень фамильярно. Они были в добрых отношениях с императором. Дан вообще дружил с семьёй Сюэ, считая их своими братьями.       ─ Да, но господину Аки совсем плохо, ─ ответил Сио. ─ Он нездоров, и день за днём цепляется за жизнь. Попросил нас помочь, но мы и сами хотели остановить Бэя. Он принес миру много зла. Его нужно... Остановить.       ─ Ксану никогда веры не было... А вы так и вовсе по слухам убийцы богов... С чего ради мне вам верить?       ─ Что ты?!.. ─ оскорбленно взвизгнул младший брат.. Но Тао было наплевать на возмущения Ксана. Он продолжил говорить.       ─ ...ронин не вспорол себе живот, как полагается верному хозяину самураю. Линг сильно в нем ошибся. А вы двое и вовсе чужаки. От вас воняет чужими богами, а хвостом тянется злая слава.       После этих слов Руи показал заколку императора. Тао сразу узнал ее. Он был близок с Даном, много раз её видел и был уверен, что другого такого украшения в империи было не сыскать. Безделушка блестела в грубых руках самурая, но Руи обращался с ней бережно.       ─ Это не доказательство. Я слышал, император Кон Ю умер, и вы, убийцы богов, были там. Где гарантия, что это вы не убили Дана Хэ, чтобы завладеть сокровищем?       ─ У нас нет никаких гарантий, ─ зарычал Ри Суо, испытывая раздражение. Что такое? Хочешь помочь, а тебе говорят: "Предъявите доказательства!" Возмутительно, что приходилось доказывать такие вещи, но и понять Тао Сюэ было можно. Поверить во все это безумие было сложно. ─ Но Бэй уже у твоих границ! Мы сожгли часть его леса, и скоро ветер принесет смог, гарь и дым в твои земли. Но если ты будешь упрямиться и строить из себя великого засранца с большой буквы, требуя каких-то доказательств, то к тому времени, как ветер принесет пепел врагов, город твой будет лежать в руинах. Мы отправимся искать Бэя на рассвете, чтобы ты ни решил. И помощь нам твоя не нужна. В сущности, можешь поступать, как хочешь, если тебе плевать на свой народ. А если нет, уведи людей. Как можно скорее. Скоро в твоих землях будет поле боя. Быть может, у них появится шанс выжить.       Пламенная решимость, с которой говорил Ри Суо, добавляла его грубым словам дипломатичности. Тао задумчиво почесал бородку, накручивая кончик на палец.       ─ Этот Бэй... Настолько силен?       ─ Он уничтожил земли твоего брата в одиночку, ─ заверил Ри Суо. ─ А у него есть спящая армия ветряных помощников, дремлющих безумных деревьев, поглотивших тела, и звери из белых лепестков. Это если не считать того, что он поглотил силу сотен кицунэ и теперь владеет божественной силой. Так что, тебе нужны какие-то гарантии?       Сио мягко сжал ладошку друга, поддерживая его. Может, слова были грубоваты, но зато били в самую точку.       ─ Господин Тао Сюэ, положение правда бедственное. Мы очень постараемся в этом бою, но вы должны позаботиться о своих людях! ─ взмолился Сио. ─ Пожалуйста! Мы не хотим, чтобы кто-то ещё погиб... Вот почему мы здесь.       Тао глянул на Руи, изучая его лицо.       ─ Я не знаю этих людей. Но знал своего брата, ─ скорбь легла на серьезное лицо Тао Сюэ. ─ Линг не мог умереть от руки слабого врага. И ты... Ручной лис Линга. Видел его смерть. Все это правда?!       Руи кивнул, удивленный, что господин решил спросить его мнения.       "Не дрогнет клинок в руке самурая.       Склонил голову, к сеппуку готовый.       Месть держит."       ─ Вот оно что. Идёшь мстить за господина? Я было подумал, что ты пошел во служение Ксану...       Руи сморщился, словно съел что-то горькое. Представить подобное он не мог даже в самых кошмарных снах.       "Хладный снег оставил Лян Хэ.       Ледяными цепями души скованы.       Верность и в смерти," ─ произнес самурай и опустился на колени. Но кланялся он вовсе не Тао. Он отдавал свою верность Лингу и, обнажив Верность, поцеловал лезвие.       "Неспешная поступь врага являет.       Грядет Белая Смерть.       Мертва земля," ─ процедил Руи, горько зажмурившись.       "Качаются вишни на ветру.       Лепестками усеян Путь.       Решающий миг."       Тао тяжело посмотрел на Ксана, повторяя в голове строчки чудного хокку самурая. Он обдумывал их, разглядывая перепуганное лицо брата.       ─ Ты всегда был годен только на хвастовство, Ксан. Задирал Линга, но то, несомненно, от зависти. Он всем нам доставил проблем, но доблести в нем было больше, чем в нас с тобой. Это стоит признать. Он тоже не справился. Полагаю, ты ничего не мог сделать против врага. Удивлен, что сам остался жив.       В такой семье, как династия Сюэ, любой позор смыть можно было лишь собственной кровью.       ─ Все произошло слишком быстро! И я... Я... Я ничего не знал о Бэе! ─ словно оправдываясь, воскликнул Ксан.       ─ Но Я знаю. Решено. На рассвете на бой мы отправимся вместе, ─ решительно произнес мужчина. Он видел, что гости не лгут и хотел защитить свои земли, пока беда не подошла к его городам. Он был храбрым воином, никогда не бежавшим от битв. ─ Говорите, у демона армия? Сокрушим ее. Я не позволю твари осквернять свои земли. Как бы силен враг ни был, ему конец!       ─ Господин, это опасно... ─ предупредил Сио. ─ Бэй очень силен...       ─ Ты видишь страх на моем лице, мальчишка? ─ хмуро спросил Тао.       Сио вообще ничего не видел. Но если прислушаться к ощущениям, то Тао был праведен в рвении сразиться за свою землю. Ри Суо был прав. Воины Лян Хэ никогда не отступают. Они идут только вперёд, не показывая спины врагу.       ─ Многие погибли. Я не хочу, чтобы кто-то ещё... ─ прошептал Сио, печально опустив взор.       ─ Жизнь воина ведёт к смерти. Таков Путь. Такова жизнь. Мы все погибнем. Но жить во трусости и ждать её, пока какие-то чужаки сражаются за твою землю? Лучше сразу совершить сеппуку, чем отсиживаться в стороне, когда на мои земли идёт какой-то самоуверенный демон. Я не убоюсь врага, каким бы страшным он ни был. И воины мои ─ тоже.       Руи знал, что это ─ правда. Тао был храбрым воином. Он шел по Пути Господина, но духом был самураем и часто использовал слова чужого Пути. В его исполнении они всегда звучали сильно.       ─ Вы сами сказали. Их целая армия. А вас только трое, ─ он не взял Ксана в расчет, быстро смекнув, что к чему. ─ Но мой клинок с вами. И тысяча мечей моего надела. Белая Погибель найдет свою смерть от моего клинка. А если и нет, то от вашего. На то воля Дана и Аки. Этому я готов поверить.       Сио облегчённо выдохнул.       ─ Господин Аки и правда хотел, чтобы мы все сражались вместе. Он молвил, что... Во время, когда боги стали слабы, среди людей должны возродиться настоящие герои. Такие как Вы, господин Тао. Люди, что не боятся и делают, что должны, в тяжёлое время.       Монах низко поклонился, выражая свое почтение.       Тао принял его вежливость, как должное.       ─ К утру армия будет стоять, готовая к бою, ─ заверил Тао Сюэ. ─ Каков наш план?       Но плана пока что не было.