Во тьме, сжимая Демона ладонь, стремится к свету Золотое Сердце

      Ночь выдалась непростой. Тао Сюэ послал людей, приказывая собрать армию, но не готов был терять бойцов в битве без четкого плана. При всем рвении Ри Суо и готовности Руи Сюэ биться хоть сейчас, где искать Бэя, а уж как сражаться с ним, ответить они не могли. Ри Суо пришлось долго пересказывать Тао события минувших битв, а воевода задавал десятки вопросов. Сио это так утомило, что он едва не уснул на плече друга.       В ходе долгих разговоров Тао дал понять, что его брат ─ уважаемый господин Ксан Сюэ ─ тоже должен участвовать в битве. Ксан боялся Бэя, как огня, но знал, что не может терять остатки чести и пасть ещё ниже. Старший брат и так весь вечер тыркал его носом в поражение, пусть было ясно, что простым людям с магией демона не совладать. Ри Суо постарался намекнуть, что и армию Тао может ждать такой исход, но мужчина был уверен, что раз Ри Суо и Руи Сюэ подвластно разрушать ветра, то и его самураи-кицунэ овладеют этой техникой, стоит только научить их, как это делается.       В конце разговора, сказав, что подумает, Тао наконец отпустил друзей. Было уже глубоко заполночь, и Ри Суо отнес Золотое Сердце в гостевые покои на руках. Юноша был так слаб, что не противился, а уснул ещё в пути. Ри бережно уложил его на циновку и лег рядышком, с трудом заснув, думая о предстоящем сражении, словах Тао, ярости Бэя, телах в лесу и всех ужасах, что они встретили на пути.       Сио, кажется, передалось беспокойство друга. Он ворочался во сне, и Ри пришлось обнять его, чтобы прогнать кошмары. Сио упорно ёрзал, пока не закинул на мужчину ногу, и лишь тогда успокоился, прижавшись к родному телу поближе. Ри не мог не улыбнуться. Каким же Сио был милым во сне! Весь из себя стесняшка, а как уснет, так и жмется, ручной, доверяет. Сплошное очарование. Устал от всего, измучился... Ри мечтал, чтобы наконец настало безмятежное время, когда им не будет угрожать опасность, когда они просто смогут быть счастливы.       "Ирис мой, скоро всё закончится. Нужно лишь немножко побыть сильными," ─ прошептал Ри Суо и смог наконец заснуть без кошмаров и тревог. Когда Сио так жался, его внутренний свет, словно маяк, отгонял даже самый плотный мрак.       Проснулся Ри Суо, правда, весьма неожиданно. Сио умудрился изловить его хвост и заключить в объятья, лёжа щечкой на пушистом кончике. Сио неосознанно поглаживал его во сне, а Ри почувствовал прилив удовольствия от его рук.       "Что б каждый день так просыпаться," ─ в мыслях хихикнул Ри, не зная, как теперь справиться с утренним... Недомоганием, возникшим по вине невинной ласки друга.       За окном уже рассвело, поэтому Ри неохотно разбудил друга. Они перекусили скромным завтраком (Тао явно не баловал гостей), переоделись в постиранную слугами одежду, после чего разыскали хозяина города.       Тао Сюэ преобразился. Он облачился в самурайскую броню, надел на голову шлем с лицом демона ─ так клан Сюэ устрашал врагов своего клана ─ и не выпускал из рук древковое копьё. Армия его выстроилась перед городом, все как один на лошадях. Про тысячу мечей мужчина не солгал, да только воинов было всего пятьсот ─ у каждого по два клинка, и среди доблестных самураев и чародеев, встречались вооруженные монахи, оруженосцы и знавшие боевое искусство крестьяне. Чтобы собрать больше людей, нужно было кидать клич по всей провинции, а времени дожидаться подкрепления не было. Тао Сюэ без преувеличения поднял весь город в бой и был готов выступать, но перед этим Ри должен был обучить солдат борьбе с ветром.       Ушло немало времени на то, чтобы показать чародеям, как сплетать печати. Многие из них никогда не использовали заклинания подчинения воли, но Ри Суо был на удивление терпеливым учителем, а когда у него сдавали нервы, Сио мягко гладил друга по плечу, и гнев полудракона утихал.       Оставался, правда, вопрос, не дававший Тао покоя, и когда Ри Суо закончил с объяснениями про печати для монахов и использования божественной силы для их разрушения (поскольку Ри сомневался, что кто-то поймет чудные объяснения Руи, что должен был рассказывать об этом сам), старший Сюэ спросил у него:       ─ Так куда мы держим путь?       Лес Бэя был широким. От края до края, чума расползалась на десятки километров полосой. На пути к Лун Хэ было несколько деревушек. Бэй мог двигаться любой из торговых и сельских дорог. Он мог обратиться ветром и оказаться где угодно. Тао не хотел увести армию и оставить город без защиты, но и не хотел подпускать врага к своему укреплению. Лун Хэ был красивым городом, восстановить его красоту в первозданном виде в случае нападения демона было бы невозможно.       Ри не знал ответа на вопрос Тао. Бэй делал, что ему вздумается, предугадать его мышление было нереально.       ─ Мы бросим ему вызов, ─ предложил Ри Суо. ─ Для безумной игры Бэя наша армия будет сладкой фигурой. Лес жаждет тела, особенно теперь, когда у него есть потребность восстановить разрушенные территории, а сам Бэй пожирает силу кицунэ. Такая лакомая закуска, что движется ему навстречу, придется высокомерному монстру по вкусу. Он нападет на нас, как когда-то напал на отряд Линга, но мы будем готовы.       ─ Я поведу вас, ─ вдруг сказал Сио с решительной храбростью. Глаза его сияли уверенностью. Юноша что-то чувствовал, и это одновременно было благом и проклятьем.       Ри Суо напрягся, переживая за друга.       ─ Ты? ─ Тао уже слышал о связи Сио и Бэя, но у него все равно вызывало изумление рвение юноши. Прежде военные вопросы решал Ри Суо, а тут вмешался робкий мальчишка. Тао не верил, что монахи могут что-то смыслить в войне и тактике ведения боя. ─ Ты что-то знаешь и молчал все это время?!       ─ Мне ведомо не больше, чем поведал Ри Суо. Но я... Чувствую его. Моя боль... Поведет нас.       Это была хорошая догадка. Сио становилось хуже от близости Бэя, значит, надо было идти туда, где у него сильнее болит голова. Компас странный, как ни посмотри, но должен был сработать. Сио верил в это.       ─ То есть я должен идти следом за твоей болью и бросить город, потому что ты веришь, что твоя головная боль ─ это ничто иное, как близость врага?       ─ Именно так, ─ уверенно подтвердил Сио.       ─ Ты безумец, мальчишка.       ─ Весь мир безумен. В это время другие не выживают. Но моя боль это... Точно. Я знаю наверняка! ─ Сио почти никогда не говорил так уверенно. Последний раз Ри слышал его настолько решительным, когда Сио назвал его прекрасным человеком.       Ри Суо сжал родную ладошку. Хотел сказать слово против, но понял, что это бессмысленно. Как бы сердце ни хотело уберечь юношу от беды, им нужно было шагнуть в самое лоно зла. От этого не уйти, а Сио достаточно сильный, чтобы противостоять Белой Погибели. Единственный, кто способен на это. Сильнее людей, чище богов, золотая искорка света.       ─ Ты мне нравишься, ─ поразмыслив, произнес Тао Сюэ. ─ Ты честен. На это нужна смелость. Редкость в наше время. Что поделать, сомнительный план лучше его отсутствия. За болью, так за болью. Но если ты подведешь меня, то погибнут сотни людей, и Лян Хэ никогда не простит тебе ошибки. Не я. Святая земля проклянет тебя, боги возненавидят, а ты будешь жить, терзаясь муками сгинувших по вине твоей головной боли жертв. Я прокляну тебя перед смертью, и ты никогда не будешь знать покоя!..       ─ Не дави на него! ─ прорычал Ри Суо, вставая между ними и угрожающе взмахнув хвостом. Мужчина представлял, как переживает в этот час робкий юноша. Ответственность стольких судеб лежала на нем! Но для Сио Лье это было не впервые. В этот раз он не терзался сомнениями. Верил себе, верил, что сможет отыскать Бэя. Идти за болью было проще, чем блуждать по тропам междумирья. Это было открытое ощущение. Смелое, поскольку его можно было сравнить с самобичеванием ─ сознательно причинять себе вред, идя на встречу боли и страданию. Сио был сильный. И в оранжевых глазах его плясала решимость самурая, идущего по Пути.       ─ Я приведу Вас к Бэю! ─ вытянувшись в спине и сжав пальцы в кулаки, рьяно произнес юноша.       ─ Такого ответа я и ждал, ─ одобрительно кивнул Тао.       Он жестом приказал своему слуге подать для друзей коней. Как обычно, они отказались от одного, и уселись вместе, возглавив колонну воинов. Вместе с ними в первом ряду ехали Тао, Руи и Ксан ─ вся семейка Сюэ. Последний, одевшись в броню, прятал свое недовольство за шлемом. Поджилки у Ксана дрожали, броня его то и дело позвякивала, но Тао не было дела до страха брата. Он совершил благо для него ─ попытался отмыть его запятнанную честь. Когда отец узнает о произошедшем, он может строго наказать Ксана ─ вплоть до лишения жизни за позорное поражение. Но если Бэй будет убит, Ксан получит славу как один из его убийц. Главным, конечно же, при этом останется Тао.       Сио прикрыл бесполезные глаза и сосредоточился. Утро было прохладным. Ветер дул в лицо. Юноша не верил в совпадения. Он почувствовал, что это не случайность, что Бэй приглашает их на бой, ждёт, томя ярость в себе, и чем дольше они ехали, тем яростнее становился встречный ветер. Вскоре никто уже не сомневался в его природе. Кони испуганно заржали, чувствуя в воздухе злую энергию, но самураи удержали животных от безумия и продолжали нестись вперёд.       Боль постепенно усиливалась. Сио чувствовал страшную муку, как если бы в виски медленно забивали гвозди. Удар за ударом, казалось, противоестественная сила раскалывает его череп, когтями пытается разорвать кожу и выцарапать мозг. Сио чувствовал ярость Бэя, его ненависть, злобу и смерти убитых им созданий. Они приближались к вишневому лесу, хотя его все ещё не было видно на горизонте.       ─ Он ждёт нас, ─ прошептал Сио и улыбнулся. Было странно улыбаться, когда злейший враг пытается сломать твой разум, добравшись до души, когда он идет уничтожать людские поселения, принося с собой только смерть, но Сио был рад тому, что знает верное направление. Бэй не мог обмануть его. Пусть демон имел над ним особую власть, но Сио единственный в мире мог его отыскать. Улыбка его, правда, тут же померкла, сменившись мукой. ─ И Бэй очень-очень зол...       ─ Пусть подавится своей злобой, ─ хмыкнул Ри Суо. ─ Я тоже очень-очень зол после того, что он сотворил! Разорву его на части, как только увижу!       "Неистовствует в море буря.       Корабль несёт на скалы.       Крушение," ─ прорычал Руи, не выпуская Верность из руки.       Ри Суо нравилась эта аллегория. Крушение... Бэй разобьётся о силу, на которую позарился. Думал, что спокойно может властвовать в мире людском, но люди непредсказуемы и способны устроить шторм, потопив даже огромный корабль. Синий Демон обернулся и увидел армию за своей спиной. Мог ли он когда-то представить, что вместо битвы против богов он будет подниматься, чтобы спасти одного из них? Что будет частью армии освобождения мира от демонической угрозы? Все так переменилось, но Ри Суо чувствовал возникшую в груди гордость. Для него было честью быть здесь, держать Сио в объятьях и править лошадью через бамбуковый лес.       ─ Ты чувствуешь его, мальчик? ─ спросил Тао. Мужчина и не пытался запоминать имя Сио Лье, а юноша привык, что чужаки зовут его, кто как попало. Мальчик ─ вполне себе безобидно. Порой юноша и правда чувствовал себя всего лишь ребенком, пытавшимся отчаянно выжить в жестоком мире взрослых, не способный понять и принять его таким несправедливым и равнодушным, борясь с ним, а не подчиняясь его вековым циничным устоям.       ─ Да, ─ ответил Сио. ─ Близко. Ближе, чем прежде... Но... Не до конца.       ─ Что это значит? ─ напрягся Тао.       Но Сио и сам не знал. Ощущения были странными. Бэй был в одном направлении, но его было много. Золотое Сердце мог лишь примерно чувствовать направление врага, борясь с болью, что скреблась в разуме.       Ри поглаживал его носиком, пытаясь помочь, но даже Синий Демон не мог уберечь от этой боли. Если Ри Суо был абсолютным щитом, то Бэй был самой сутью боли. Словно ржавый обломок, отравлял светлый разум мукой, обещая в скором времени сгубить начавшимся сепсисом. Сио глядел непокорно на встречу врагу, а Ри мог лишь надеяться, что светлому юноше хватит решимости не растерять сил до конца боя. Если отряд ещё не вступил в свою битву, то Сио сражался с того самого мига, как сел на коня, и мучительно жался к груди друга, языком тела, но не словами показывая свою боль. Ри же говорил с ним на одном языке и нежными прикосновениями шептал: я рядом, я тебя не оставлю, помогу, сберегу.       Они скакали до края бамбукового леса, пока не увидели резко очертившую горизонт грань. Вишневый лес опасно приблизился к Лун Хэ. Должно быть, Бэй шёл всю ночь, подвинув границу своих владений на десятки километров, и если ничего не сделать, бамбуковый лес вскоре сгинет в пасти Белой Погибели.       ─ Клянусь, раньше этого не было! ─ закричал Ксан. ─ Теперь ты веришь мне, брат? Или пошлёшь за садоводами?!       Тао сверкнул злыми глазами, усмиряя брата.       ─ Какая противоестественная дрянь.       Вишневые деревья исказились. Ярость Бэя напитала их, они стали уродливее, чем прежде. Лепестки вишен оставались белыми, но стволы, надломленные, словно сгорбившиеся люди, истекали реками крови. Вся почва тонула в кровавой жиже. Корни тянули свои когти далеко вперёд, словно приготовив ловушки.       ─ Эти твари так же опасны, как уродливы, ─ предупредил Ри Суо. ─ Деревья могут ожить.       ─ Но Бэй ведь там? ─ спросил Тао.       ─ Угум, ─ кивнул Сио, прислушиваясь к боли. ─ Он... Глубоко...       Яснее выразиться Сио не мог. Сам пытался разобраться в том, что шептала ему боль. Поднял ладони и прижал к вискам, потирая следы проклятья. Ри Суо с ужасом отметил, что трещины, расчертившие его лицо, стали глубже. Они скользили по коже к волосам и терялись под россыпью златых прядей. Бэй сдавливал его. Новая встреча с врагом усугубляла положение юноши. Ри испытал страх, не зная, что делать и как это остановить. Лишь прижал пальцы к краям ломанных линий, запрещая им расти. Сотворил печать, вложив немало ци, но заклинание просто развеялось. Бэю было нипочем колдовство Ри Суо. Сио же храбро боролся, глядя сквозь боль к цели.       ─ Т-туда, ─ Сио слепо указал ладонью на северо-запад. Там лес поднимался к очередному горному пику и заполонял каменную твердь вплоть до вершины.       Тао приказал армии перестроиться и приготовиться к бою. Мужчины достали оружие и послушно двинулись за лидерами.       Ри правил лошадью куда осторожнее, чем прежде, ожидая нападения. И стоило людям приблизиться к черте вишнёвого леса, как подул яростный ветер, принесший с собой семена безумия. Вдохнув их, лошади пришли в неистовство. Дико ржа, вставая на дыбы, звери сбрасывали своих наездников, топтали их и носились по поляне между двумя линиями леса в панике и ужасе.       Конь Ри и Сио тоже впал в бешенство, но Сио тут же постарался успокоить его разум, потянувшись светом к гриве. Справиться с безумием оказалось непросто. С минуту конь мотал их, скакал с места на место и вставал на дыбы, но Сио ухватил его за шею, а Ри обвил животное за живот хвостом, не давая себя сбросить. Когда же лошадь успокоилась, их протаранил несшийся на них конь Тао Сюэ, и обе лошади завались на землю. Ри вовремя расправил хвост и, вскочив, прижимая к себе Сио, подпрыгнул над лошадью, вложив в ноги ци, так, что когда лошади повалились в кровавую грязь, друзья все ещё были в воздухе.       Сио испуганно всхлипнул, почувствовав, как жизнь обрывается одна за другой. Хаос начался на пустом месте. Ещё не было врагов, но их звериные союзники предали, напитавшись ужасом. Кровь полилась, соединяясь с кровавыми лужами леса.       Ри мягко опустился на землю, взирая на ужас неистового хаоса. Лошади растоптали часть воинов насмерть. Ещё несколько свесились с седла уже трупами. У них не хватало голов или были переломаны тела. Ноги, запутавшиеся в стременах, вырванные с корнем волочились за животными. Те, кому повезло больше, отбегали от лошадей, что в ужасе пытались убить оставшихся, словно в жестокой версии игры в вышибалы.       Сио вскинул руку и окутал поляну светлой энергией, помогая монахам остановить безумие, но было слишком поздно, многие жизни уже были сгублены. Да и свет его подействовал не сразу. Безумие плотно въелось в разум пугливых животных, и когда лошади успокоились, треть армии уже была стёрта.       Тао кричал приказы, призывая воинов выстроиться для пересчёта. Несколько кицунэ-лекарей бегали, ища выживших и помогая им. Сио тоже хотел помочь, и хоть Ри поначалу был против... Как много брал на себя Сио!.. Обречён был вместе с ним помогать раненым. Сио спас двадцать воинов с помощью магии и ещё тридцати помог, оказав первую помощь.       Происшествие ошарашило мужчин. Бэй не собирался убивать их. Лишь припугнуть, играясь с их жизнями, показывая, как легко мог бы расправиться с каждым из них. Внести смуту и хаос. Посеять смуту мыслями, что так же легко они могут начать убивать друг друга. Бэй был способен ломать волю богов. Что ему люди? Задуманное им было жестокой расправой, и Сио понял, как ошибался Аки, называя Бэя всего лишь бездушным монстром. Это был хитрый и жестокий бездушный монстр!       Сио едва пришел в себя после трагедии. Его происшествие ошарашило больше других. Руки юноши были в чужой крови, но он все тянулся к людям, желая помочь им, да только находил одних мертвецов. Успокоился, лишь когда вылечил ещё две лошади, которых, впрочем, с собой никто уже брать не собирался. Лошади были слишком пугливыми и показали, как легко могут превратить благой поход в случайную резню.       ─ Вот тебе и добро пожаловать в гости к Белой Погибели, ─ прорычал Ри Суо, словно передразнивая Бэя и кривляясь, глядя на уродливые деревья. Сио стоял рядом, поникнув головой. Винил. Конечно, винил себя. Все началось совсем не так, как он себе представлял. Жестко. Обезоруживающе. Многие мужчины потеряли дух, но Бэй того и добивался. Сио заставил себя поднять голову.       В этот миг к ним подошёл Тао.       ─ Это была атака врага? ─ спросил он.       ─ Бэй даже не начинал, ─ ответил Ри Суо. ─ Он играется. Впереди будет хуже.       Но если мужчина и намекал на то, что, быть может, стоит увести воинов, Тао лишь воспылал желанием отомстить за павших и устроить славную битву.       ─ Пришло время ответить ему на вызов и показать, что мы тоже умеем играть в игры.       Ри Суо подумал, что Тао и правда был бы хорошим правителем. У него не было страха перед Бэем, он не боялся войти в вишневый лес, даже увидев силу врага. Тао был абсолютно невозмутим. Даже смерть Линга едва исказила его лицо. Такой волей обладали редкие люди.       ─ Мы его прикончим, ─ сказал Ри Суо уверенно.       ─ Надо... Идти... ─ произнес Сио дрожащим голосом.       У Ри Суо сердце сжалось от боли, видя, как мучается юноша. Он не знал, где его погладить, чтобы Сио стало лучше.       ─ Бэй близко? ─ спросил Ри.       Сио отрицательно мотнул головой.       ─ Идти, ─ повторил он, не зная ответа. Но глаза его были решительными, не знали страха.       Тао испытывающе на него посмотрел, после чего отдал приказ следовать за юношей. В воздухе пахло гарью и кровью ─ тела сожгли, чтобы враг не изуродовал их.       Сио повел группу в лес. Они поднимались по горной тропе в жуткие заросли. Деревья здесь были сухими, голодными, но они не нападали. Выжидали, словно в засаде, шевелили ветвями, провожая путников, издавая жуткое кряхтение и постанывая. Почвы не было, но окровавленные корни вонзались в камни и уходили глубоко под гору, из-за чего многие участки дороги были разрушены и осыпались, а вскоре дорога и вовсе пропала. Сио шел по наитию, карабкаясь по камням и скалам, чем здорово пугал Ри Суо. Юноша морщился от боли. Было видно, как ему нелегко, мука сбивала его с толку, а тело всегда было неуклюжим, но в этот раз Сио двигался сам, а Ри его не держал. У юноши был такой сосредоточенный вид, что касаться его было страшно ─ вдруг отвлечет, помешает и они не отыщут врага? Лишь страховал, всегда находясь за его спиной.       Вишня качалась, словно пьяный дед, затягивающий пятую песнь за вечер. Ветер выл и свистел меж скал, нагоняя жути, пронизывая до костей. Путь был непростым. Кругом скользкие лепестки, залитые кровью, так ещё юношу тянуло вверх по отвесному склону. Но он шагал, не зная сомнений, и самураи ползли за ним, озадаченные. Ри Суо тоже забеспокоился. Аки описывал демона, как не знающего страха, готового бросить вызов всему живому, а теперь он прятался на вершине горы? Вряд ли это был страх. А если ловушка, то какой же он бесстрашный, дикий и необузданный? Такой же высокомерный и хитрый, как Рэй и Вэй. Это было не похоже на Бэя, но Ри Суо верил ощущениям своего друга и не позволял Тао усомниться в решении Золотого Сердца, уверяя, что они идут верной дорогой.       Поднявшись на среднюю высоту, Сио замер, почувствовав что-то странное. Они возвышались над миром на высоте всего десяти ли, но у Сио было чувство, что он достиг вершины мира и не знает, куда двигаться дальше. Сделал шаг, но нога его замерла над пропастью. Как в тот раз, когда впереди была тропа междумирья, но сейчас впереди была лишь отвесная пропасть. Сио раскинул руки в стороны, стоя на одной ноге и покачиваясь на краю скалы. Ри в ужасе глядел на него, боясь окликнуть, но готовый поймать в случае чего. Дул сильный ветер, казалось, пытался сбросить юного феникса с горы, но монах удерживал равновесие. Позади лаял Рьё Ван, которого Руи Сюэ взял с собой, перешептывались самураи, не понимая, что делает слепой монах. Даже Ри не понимал. Но верил в юношу.       Сио же искал направление. Он противился гневу Бэя, что решил поиграть в прятки, сбить его со следа. Боль была нестерпимой, хотелось закричать, но Сио не собирался никого пугать. Плотно сжав губы, он слушал, о чем стонет ветер. Искал, поскольку боль была одинаково жуткой со всех сторон, и разобрать, где хуже, уже не представлялось возможным. Но ветер знал. Надменный, следящий за ним, он носил в себе злобу Бэя. Сио почувствовал, откуда дуют эти ветра и выпустил в небо искру света, разрывая ветер, словно лишая Бэя глаз.       Ри Суо и не знал, что Сио так умеет. Его робкий обычно мальчик был таким сосредоточенным и уверенным! Он сиял, хотя Ри его не касался, и ведом он был стальной волей. Праведный свет противился темным ветрам врага, раня Бэя в ответ. Ри увидел это ─ белую кровь и лепестки, что посыпались, когда искра Сио пронзила небо. Сио тоже имел клыки и показал их врагу, одержав победу в состязании воли.       Послышался утробный рык. Казалось, сама гора издала его из глубин своего чрева. Ветер закружился, срывая лепестки, а Сио вытянул к нему руку, проверяя направление. Уверившись окончательно, Сио выдохнул и поскользнулся. Устоял против такого могучего порыва, но чуть не сорвался с горы из-за простой случайности! Что за невезение!       Но Ри Суо вовремя подоспел. Он молниеносно рванул вперёд и подхватил юношу, когда ножки его уже лишились опоры.       ─ Ну что за чудо мне досталось? ─ прошептал Ри, трепетно прижав друга к себе. ─ Чего творишь? Полетать решил, маленький феникс? Да без меня?       Сио слепо вытянул руки к щекам друга и нежно погладил их. Улыбнулся.       ─ Я чувствую! Господин Ри Суо! Чувствую!       Ри понял, что друг в порядке и опустил его на землю. Хотя, конечно, Сио выглядел несколько иначе, чем обычно, но его оживлённость открывала новые грани его характера. Сио бывал таким разным!       ─ Так куда нам? Наверх? ─ спросил Тао, теряя терпение.       ─ Вниз, ─ уверенно сказал Сио и указал на маленькую тропку вдоль отвесной стены. Она была тонкой и пугающей ─ сорваться с такой ─ сущий пустяк.       ─ Так, ну-ка забирайся мне на спину, ─ настойчиво прорычал Ри Суо.       ─ Г-господин?..       ─ Одного тебя дальше не пущу. Опасно.       Сио доверчиво кивнул. После их последнего сокровенного разговора Сио воспринимал помощь Ри Суо, как неотъемлемую часть жизни. Знал, что может довериться лишь ему одному. И все же, юноша смутился, когда залез другу на спину, а Ри лишь довольно махнул хвостом.       ─ За мной, ─ приказал Синий Демон армии так, словно имел на это право. Тао нахмурился, но ничего не сказал.       Ри Суо ступил на опасный путь, и, придерживаясь руками за выступающие края, короткими шажочками пошёл вдоль тропинки. Сио вжался в него, стараясь не шевелиться и не мешать. Сио был худеньким, но всё же что-то весил. Ри накреняло назад, но он был ловким благодаря крови дракона и без труда преодолел половину пути, когда услышал шум водопада...       Нет.       За крутым поворотом поджидала кровавая река. Она ниспадала с вершины горы и текла вниз, в ядовитый бело-алый мир.       В кровь, набрав воздуха в лёгкие, пришлось окунуться всей армии. Горячая, она казалась свежей, только добытой из тела. Сио ощутил в ней память, и все то время, что Ри медленно скользил под кровавым потоком, цепляясь за окровавленные выступы, Сио видел жуткие вещи в уродливой смеси злодеяний. Даже когда алый душ закончился, Сио, вымокший в чужой крови, чувствовал на себе то, как погибли несчастные люди, и сжался, уткнувшись носиком в шею Ри. Мужчина вильнул хвостом, шумно выдохнув, и запрыгнул на широкую дорогу, ведущую вниз, вглубь леса по другую сторону горной вершины.       ─ Нам... Сюда? ─ уточнил Ри Суо.       ─ Да. Впереди...       "Боль," ─ подумал Сио, но так и не сказал этих слов, чтобы не волновать друга.       Они дождались, пока вся армия переберется через утес. Несколько человек сорвались вниз, но остальные справились без приключений, и отряд, отдышавшись и стерев с лиц кровь, двинулся дальше, находясь в постоянном напряжении. Все ждали нападения, но деревья лишь стенали, давая понять, что они живые, но не переходят в атаку, выжидая.       ─ Может, сожжем здесь все? ─ предложил Ксан. ─ Бэй мигом вылезет!       ─ Нельзя, ─ ответил Сио. ─ Эти деревья...       Юноша не мог этого объяснить, но казалось, что они ─ источник его знания. Боли, что вела его вперёд. Они мучили его и потому были способны дать ответ.       Ри отмахнулся хвостом.       ─ Побережем силы Сио. Он и так изранен. Для битвы у нас есть все вы. Покажете, чего стоите!       ─ Как высокомерно, ─ хмыкнул Тао.       ─ Может быть, но разве я не прав? ─ отозвался Ри. Этому противиться Тао уже не мог, ведь именно для этого он и собрал армию.       Сио слез с рук Ри Суо и двинулся вперёд, придерживая друга за ладошку. Сапоги утопали в крови. Мир давил мертвой тишиной. Если бы не возня солдат позади, скрежет метала и хлюпающие звуки шагов, тишина бы резала, подобно лезвиям остро наточенных мечей. Над кровавым болотом не летали даже насекомые. Лишь деревья издевательски показывали свою жизнь. Порой они ставили подножки корнями или толкали воинов в спину, но Ри предупредил, что нельзя поддаваться на провокации, и мужчины спускали монстрам всё с рук, копя обиды до настоящей схватки, где их можно было бы выпустить.       Лес пугал даже крепких духом. Когда в пустой тишине раздаются жуткие звуки, это всегда страшно, а впереди кто-то кричал, но, сколько бы они не шли, не встречали ни живых, ни изуродованных тел. Что задумал Бэй было непонятно.       Вдруг Сио остановился. Его снова начали одолевать сомнения. Сио не видел, что перед ним была развилка, но будто почувствовал сердцем, прислушиваясь к чувствам. В голове было много лишнего. Бэй терзал его разум, блокировал мысли. Виски горели от напряжения. А ещё шепот... Они были так близки к Бэю, что Сио чувствовал его существование, словно собственное. Мысли раздваивались. В голову лезла память. Вишнёвые деревья предлагали окунуться, познать, услышать... Они знали, где их хозяин.       Сио обнял себя руками, когда почувствовал, что у него из носа идёт кровь. Боль продолжала рвать в клочья его сознание, но Сио произносил молитву, и это помогало не пустить к себе Бэя слишком близко. Душа Сио металась, разрываясь в выборе.       ─ Кроха?.. ─ взволнованно прошептал Ри. Увидев кровь, он хотел подхватить своего мальчика на руки и унести прочь, но они знали, на что шли. У них не было права повернуть назад.       Ри бережно утёр носик Сио рукавом. Жёлтые ленты быстро окрасились кровью друга, но она все никак не хотела останавливаться. Сио трепетно обнял заботливую руку, прижав к себе, словно любимую мягкую игрушку, уткнулся носиком в предплечье. В этом милом жесте было столько боли... Ри замер, позволяя Сио быть слабым.       ─ В-все хорошо, ─ пытаясь совладать с собой, прошептал Сио, потираясь о ткань его одежды.       Ри Суо сходил с ума от того, как больно было возлюбленному. Сио цеплялся беспомощно, едва сдерживая скулеж. Бэй ранил его всё сильнее! А Синий Демон ничего не мог сделать, чтобы помочь ему!       Ри прижался губами к макушке друга, шепча то невинное заклинание, что когда-то слышал от возлюбленного:       ─ Пусть у Сио не болит, пусть скорее заживёт...       Так по-детски! Но Сио, услышав эти слова, ободрился и немного расслабился. Ясность разума вернулась ему. Кровь остановилась, и Ри нежно утёр последние капельки. Сио благодарно кивнул другу.       ─ Как ты, Золотое Сердце? Могу я тебе чем-то помочь?       ─ Вы очень-очень помогаете, господин Ри Суо! Я просто... Не могу... Понять. Он там... И там... ─ прошептал Сио, указывая на две противоположные дороги.       ─ Может, он разделился? ─ предположил мужчина. ─ Или здесь... Два Бэя?       ─ Нет... ─ Золотое Сердце замотал головой, чувствуя, как противоречивы его эмоции. Плечи дрожали от напряжения. ─ Я... Г-господин, могу я побыть немножко... П-плохим мальчиком?..       ─ Что ты такое говоришь? ─ изумлённо свёл брови Ри Суо, оставаясь нежным в голосе и поглаживая золотые волосы. ─ Ирис мой, я даже в страшных кошмарах не могу представить тебя плохим мальчиком.       ─ Ослушаюсь... Слов Ваших и просьб. Деревья знают. Я должен... Окунуться... Глубже в Бэя...       ─ Сио... ─ Ри был совсем этим недоволен. Не хотел подпускать юношу к тому, что точно его изранит.       ─ Я должен! ─ решительно воскликнул Сио.       ─ Я знаю, ─ смиренно вздохнув, ответил Ри. ─ Я буду с тобой. Словно мостик обратно. Чтобы ты не потерялся в видениях. Чтобы Бэй не забрал тебя. Слышишь? Я тебя не оставлю, но и ты не уходи от меня.       ─ Если бы мог, никогда бы не покидал, ─ честно признался Сио.       Ри нежно сжал его в объятьях, высвобождая чувства, а затем отпустил и взял за руку.       Сио уверенно шагнул по скользким лепесткам. Он подошёл к могучему дереву, что возвышалось над развилкой. Крона его была пышной. В коре зияло несколько дыр, словно десяток глаз наблюдали за юношей. Сио коснулся его ствола. Ри сжал его руку, придавая сил. Юноша поник головой, зажмурившись от боли. Но не Ри, а Бэй причинял ему муку.       Создание разрывалось от яви до мучительного прошлого. Золотое Сердце потянулся обнаженной душой к потоку ци, что текла внутри древ. Пытался добраться до сути. Как это было опасно! Любая ошибка, любая атака могла уничтожить Сио навсегда. Ранить его так, что он никогда уже не будет собой. Исчезнет или лишится памяти. Но Сио знал, что делает. Душа его пылала светом, что, словно купол, уберегал чуткую душу от зла. Лишь боль могла проникнуть сквозь этот барьер. Она пронзила все его сознание, и Сио тонул в ней, дрожа всем телом. Из носа с новой силой хлынула кровь.       Картины смешивались в голове. Сио видел прошлое Бэя. В нем не было ничего светлого. Монстр жил свою жизнь убийствами. Дикое воплощение, полное ненависти. В этом осколке памяти не было ничего человечного, только бескрайняя жестокость, только бойня, не знающая конца, реки крови и безумная пляска смерти. Запах вишни...       Сио резко обернулся, почувствовав, что нащупал что-то сокровенное. Среди образов кровавой резни, бесконечных смертей, гор трупов, разрухи и расчлененный тел кицунэ, отрубленных конечностей и тошнотворной вони внутренностей, он почувствовал веяние далёкого прошлого. Потянулся к нему, почувствовав что-то родное...       Что это? Память о том, с чего все началось?       Вишня... Белая, непорочная, сильная, высится над Твердыней. Единственное прекрасное древо на измученной войною земле. Бэй копает. Почва сухая, твердая, и кажется, что в такой ничто не прорастает, но он упрямится. Ветер доносит сладкий запах. Нежный и пряный. Бэй хочет подняться, встать, но чьи-то ладони накрывают его. Светлые. Любящие. Они вкладывают ему в руки семя, и двое, посмеиваясь, как влюбленные дураки, вместе закапывают яму. Надеются, что семя их однажды прорастет и вырастет такой же прекрасной вишней. Быть может, их уже не будет на свете, но дерево будет расти. Непорочное, чистое, полное любви... Будет служить памятью о надежде для всех, кто живет в этом жестоком мире.       Но любви в Бэе Сио не чувствовал. Казалось, эта эмоция, все надежды и сокровенные мысли вырваны из картины памяти, ведь Бэй расколот, и то, что когда-то было здесь, теперь вырвано. Душа Бэя изорвана в клочья.       Сио нырнул глубже в видение. Боль заползла глубже, терзая теперь не только голову, но и тело. Лёгкие сдавило, сердце ныло, бешено стуча. Хрупкий, он едва выдерживал то, что творила с ним ярость Бэя. Жестокость и ненависть бились сквозь барьер света. Бэю не нравилось, в чем копается Сио. Слишком глубоко... Он пытался его уничтожить.       Ри с ума сходил, не зная, как должен поступить, целовал ручку Золотого Сердца, громко зовя обратно. Но Сио лишь отдалялся.       Вишня в крови. Разрытая земля. В этот раз Бэй растит совсем не семя. Знакомая рука лежит без движения в углу кадра. Сио не может увидеть, он поглощен злобой. Голова его не движется с места, словно чужая. Быть может, в тот миг Бэй чувствовал большее. Боль. Страх. Любовь... Но этот Бэй помнил прошлое как размытое пятно алой ненависти. Оранжевые небеса зловеще нависали над Твердыней, обречённо застыв. Мир полон холода. Пахнет кровью. Семя погибло. И Бэй ненавидит всех, кто живёт на этой земле. Он закапывает тело, а после поднимает взгляд на небо и кричит в вечность, проклиная богов. Ничего, кроме ненависти. Жгучей, яростной, непримиримой. Он хочет уничтожить весь мир. Утопить всех в крови. Закопать, похоронить. Вишня будет расти на крови. Весь мир станет багряно-алым. И ничего больше не будет. Ничего уже и нет. Лишь звенящая, пустая, давящая тишина ужаса смерти.       Нужно уходить. Сио знал это. Бэй яростно выталкивал его, а боль ломала тело. Он не там, где должен быть, и плотный мрак пытался проникнуть в его душу. Но Сио чувствовал, что это единственный верный миг, чтобы понять.       Он переступил через могилу и подошёл к вишне. Собирая все свои силы, противясь злу чистотой своей души, Сио коснулся окровавленного ствола последней надежды Твердыни, и тогда он почувствовал всё.       Сио соединился с тысячью линий ци, что бежали, пронзая землю, сплетённые в сложную систему потоков. Этот лес... Мир, что взрастил Бэй, был единым целым. Юноша изучал его. Он искал исток этой дороги, но лес противился. Бэй противился. Память начала отталкивать его. Сио словно боролся с волнами ─ его выносило на берег, но он упрямо греб вперёд, окунаясь все глубже в кровавое полотно памяти. Все эти нити построены на чьей-то смерти... А в конце... В глубине леса... Бьётся чье-то сердце. Единое мгновение сердца их бились вместе. Это было сокровенное мгновение, полное глубинного смысла. Сио вытянул руку, чувствуя боль кого-то далекого. Желал отдать ему частичку света, но она утонула в потоке кровавой ненависти.       Боль становилась лишь яростнее, безумие окончательно ворвалось в видения и вышвырнуло Сио, ошпарив его нежную руку. Боль разрывала изнутри. Ненависть пыталась изничтожить его, опорочить, но Сио не пускал ее к сердцу. Юноша прижал ладошку с колокольчиком к груди и почувствовал, что его ручку держит нежный, взволнованный господин Ри Суо. Сжимая в ладони сокровенное знание, умещая в сознании бесчисленное многообразие дорог, жизней и смертей, судеб и боли, Сио вынырнул из видения на встречу другу, упав на колени.       Ри Суо испуганно рухнул рядом. Сио тяжело дышал, морщился от боли, а губы его были залиты кровью. Чувственные глаза не открывались, а ресницы дрожали, и всё хрупкое тело содрогалось от муки. Ри не знал, что с ним, оттого предполагал и боялся худшего.       ─ Кроха... Мальчик мой...       ─ Г-господин...       Сио только подал слабый голосок, а Ри уже усадил его себе на колени, прижал, гладил, пытаясь забрать себе всю боль, надеясь исцелить. Золотое Сердце утопал в его ласке, потихоньку приходя в себя. Ри отогревал его от холодного мрака ненависти, в котором ему пришлось искупаться.       ─ Я знаю, к-куда идти, г-господин!.. ─ Сио гордо улыбнулся сквозь боль.       ─ Ты же ж мое солнышко... Я в тебе не сомневался, ─ Ри мягко поцеловал его в лобик. Сио смутился, стряхивая с себя остатки болезненного наваждения. Боль никуда не исчезла, но это ничто в сравнении с тем, что вылилось на него в видениях. Столько боли, страха и ужаса... Смертей... Мысли о жертвах Бэя сами лезли в голову, но ласка Ри Суо гнала их прочь.       ─ Там...       ─ Тсс... Прежде позволь о тебе позаботиться. Ну-ка, дай мне свой носик.       ─ Г-господин!       Сио смущённо пискнул, поскольку Ри начал нежно вытирать его носик и губы. Некоторые пятна не хотели стираться, и Ри смочил их слюной. Это очень смущало Сио, но он сидел ровно, позволяя Ри заботиться о нем. Это было так мило ─ юноша узнал тропу, но прежде дела Ри Суо куда сильнее волновало состояние возлюбленного. И пока он вытирал его личико, вся армия смиренно ждала.       ─ Вот так лучше, ─ довольно кивнул Ри.       Тао терял терпение. Нельзя было терять время. Он хотел накричать на Ри Суо, но затем увидел, что после этой непродолжительной заботы померкший от слабости свет Сио Лье засиял с новой силой. Ри лучше кого бы то ни было знал, что нужно делать, чтобы мальчик его сиял.       ─ Я знаю... Куда идти... ─ прошептал Сио вновь, чувствуя на себе множество взглядов. Он беспокойно заворочался в родных руках.       Ри Суо помог ему встать.       ─ В таком случае, пойдем, ирис мой.       И Сио свернул в глубину леса.